№ 2-149/2020

УИД: 51RS0003-01-2019-004014-57

Решение

 в окончательной форме изготовлено 10 февраля 2020 года 

(с учетом требований ч. 3 ст. 107 ГПК РФ)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 февраля 2020 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Гедымы О.М., 

при секретаре Евлеевой А.Ю., 

с участием:

ответчика ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску открытого акционерного общества «АльфаСтрахование» к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации,

УСТАНОВИЛ:

Открытое акционерное общество «АльфаСтрахование» (далее ОАО «АльфаСтрахование») обратилось в суд с иском к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации.

В обоснование иска указано, что 17 апреля 2016 года в 15 часов 00 минут в Кольском районе Мурманской области по вине ФИО2, управлявшего автомобилем «Лада Калина», государственный регистрационный знак №, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого был поврежден автомобиль «Volkswagen Touareg», государственный регистрационный знак №, застрахованный в АО «АльфаСтрахование» по договору страхования №. 

В результате столкновения автомобиль «Volkswagen Touareg» получил существенные технические повреждения, после осмотра которых, страховщиком установлена полная гибель застрахованного имущества. В соответствии с условиями договора ОАО «АльфаСтрахование» выплатило страховое возмещение в размере 3 284 390 рублей, при этом стоимость годных остатков транспортного средства составила 1 445 500 рублей. Таким образом, в связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим по вине ФИО2, истцу причинен ущерб в размере 1 838 890 рублей (3284390 руб. – 1445500 руб.). 

Гражданская ответственность ответчика на момент ДТП была застрахована по договору ОСАГО, по условиям которого лимит ответственности определен в размере 400 000 рублей. Кроме того, ответчик, признав сумму долга, начиная с ДД.ММ.ГГГГ ежемесячно переводил на счет истца денежные средства в счет возмещения ущерба, последний платеж был произведен ДД.ММ.ГГГГ, общая сумма, внесенная ФИО2, составила 308 000 рублей.

Поскольку причиненный ущерб ФИО2 не был возмещен в полном объеме, просит взыскать с ответчика в свою пользу ущерб в размере 1 130 890 рублей, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 854 рубля 45 копеек.

Представитель истца в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, на требованиях настаивал. Представил письменный отзыв на возражения ответчика, в котором не согласился с ходатайством стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности. Ссылаясь на положения статей 200, 203 Гражданского кодекса Российской Федерации указывает, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку ответчик, начиная с августа 2016 года по май 2019 года ежемесячно перечислял денежные средства в счет возмещения причиненного ущерба, признав тем самым требования истца. Относительно доводов ответчика о том, что в материалы дела представлены несколько отчетов о стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, указал, что отношения между истцом и ответчиком носят деликтный характер, в связи с чем регулируются не Законом Об ОСАГО, а нормами гражданского законодательства, в связи с чем одно заключение эксперта, которое было направлено в адрес ответчика, выполнено в соответствии с Единой методикой, другое заключение эксперта рассчитано по ценам официального дилера марки «Фольксваген». При этом сумма ремонта транспортного средства составила бы 1 970 092, 90 рубля без учета скрытых повреждений, что также подтверждается предварительной сметой СТОА ООО «Гуд Авто». С учетом произведенного расчета страховая компания посчитала проведение восстановительного ремонта транспортного средства экономически нецелесообразным, расчетная стоимость ремонта составляет более 50% от страховой суммы, в связи с чем страховщиком принято решение о выплате страхового возмещения на условиях «Полная гибель». Также обращает внимание, что стоимость годных остатков транспортного средства подтверждена экспертным заключением. С учетом изложенного, просит исковые требования истца удовлетворить в полном объеме (л.д.86-87). 

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, представили письменный отзыв на иск, в котором заявили о пропуске истцом трехгодичного срока исковой давности по заявленному требованию, который для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая (л.д. 96-104, 214). Ответчик не отрицал, что дорожно-транспортное происшествие произошло по его вине, однако заявленную ко взысканию сумму считает завышенной, по его мнению причиненные автомобилю повреждения не могут превышать 700 000 рублей, 400 000 из которых выплатила страховая компания по договору ОСАГО. Также полагает, что выплата им денежных средств страховщику в период с августа 2016 года по май 2019 года не свидетельствует о признании им долга в полном объеме. Поскольку между ответчиком и истцом не было заключено какое-либо соглашение о погашении суммы причиненного ущерба, доводы истца о признании им долга считает необоснованными. Обратили внимание, что истцом в адрес ответчика было направлено экспертное заключение, содержащее иную стоимость восстановительного ремонта, нежели экспертное заключение, представленное в материалы дела. Разница между исчисленными суммами в экспертных заключениях составляет 894 225 рублей 76 копеек в сторону увеличения. С учетом изложенного, просят в удовлетворении исковых требований страховой компании отказать в связи с пропуском истцом срока исковой давности. 

Выслушав ответчика и его представителя, исследовав материалы дела, материалы дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 2 данной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В силу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Статьями 927, 929 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица имеют право на заключение договора имущественного страхования, согласно которому одна сторона (страховщик) обязуется за страховую премию вследствие причинения вреда имуществу, жизни, здоровью других лиц возместить другой стороне (страхователю) причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы.

Согласно статье 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (ч. 4 вышеназванной нормы). 

В силу пунктов 1 и 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.

Таким образом, правовая природа суброгации состоит в переходе на основании закона к страховщику, выплатившему страховое возмещение, права требования, которое страхователь имел к причинителю вреда.

В связи с этим к суброгации подлежат применению общие положения о переходе прав кредитора к другому лицу, включая положения об объеме переходящих прав.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, исходя из приведенных норм, право требования в порядке суброгации переходит к страховщику от страхователя, то есть является производным от того, которое страхователь может приобрести вследствие причинения вреда в рамках деликтных правоотношений, в связи с чем, перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и лицом, ответственным за убытки.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 года N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страхового возмещения недостаточно для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072 и пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из системного анализа изложенных положений следует, что страховая организация, выплатившая потерпевшему страховое возмещение по договору КАСКО, обладает возможностью взыскания как страхового возмещения в порядке суброгации со страховщика ответственности потерпевшего, так и возмещения ущерба сверх страхового возмещения, если его недостаточно для полного возмещения вреда.

Судом установлено, что 13 января 2016 года между АО «АльфаСтрахование» и ФИО1 заключен договор страхования средств наземного транспорта, по страховому риску «КАСКО полное» (повреждение + хищение), по условиям которого АО «АльфаСтрахование» застраховало транспортное средство «Volkswagen Touareg», 2015 года выпуска, принадлежащее на праве собственности ФИО1 Срок действия договора страхования установлен с 13 января 2016 года по 12 января 2017 года, страховая сумма установлена в размере 3 284 390 рублей, страховая премия составила 75 212 рублей 54 копейки, которая уплачена, исходя из условий договора 13.01.2016. Выгодоприобретателем по договору по риску «Хищение» или «Повреждение» на условиях «Полная гибель» в размере неисполненного обязательства заемщика по кредитному договору является ООО «Фольксваген Банк РУС», в остальной части риска «Повреждение» - собственник транспортного средства (л.д. 15). 

Материалами дела, а также материалом проверки по факту ДТП подтверждено, что 17 апреля 2016 года в 11 часов 45 минут на 2 км + 480 м. автоподъезда к аэропорту «Мурманск» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием двух автомобилей: «Лада Калина», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2 и автомобиля «Volkswagen Touareg», государственный регистрационный знак №, принадлежащего на праве собственности ФИО1 (л.д. 38-39).

Факт совершения и обстоятельства ДТП, а также наличие механических повреждений у автомобиля «Volkswagen Touareg» зафиксирован сотрудниками ГИБДД УМВД России по МО, что подтверждается материалом проверки по факту ДТП, в частности: постановлением по делу об административном правонарушении; справкой о ДТП; схемой места совершения административного правонарушения, подписанной участниками ДТП и содержащей сведения о расположении автомобилей на месте ДТП; объяснениями участников ДТП.

Постановлением по делу об административном правонарушении (УИН) № от 04 мая 2016 года установлено, что ФИО2, управляя автомобилем «Лада Калина» на перекрестке неравнозначных дорог, двигаясь по второстепенной дороге, не уступил дорогу автомобилю «Volkswagen Touareg», под управлением ФИО1, приближающемуся по главной дороге, в результате чего произошло столкновение транспортных средств, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное частью 2 статьи 12.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях Российской Федерации (л.д. 42). ФИО2 привлечен к административной ответственности в виде штрафа в размере 1 000 рублей.

Таким образом, материалами дела подтверждено, что действия водителя ФИО2 находятся в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями – причинением автомобилю «Volkswagen Touareg» механических повреждений.

Каких-либо доказательств, подтверждающих, что вред имуществу потерпевшего ФИО1 причинен не по его вине, ответчиком суду не представлено. 

Напротив, в ходе судебного разбирательства ответчик ФИО2 не оспаривал свою вину в произошедшем ДТП и обстоятельства ДТП.

Автогражданская ответственность ФИО2 застрахована в ООО «Росгосстрах» по договору ОСАГО серии ЕЕЕ №, лимит ответственности по которому установлен в размере 400 000 рублей (л.д. 38).

Материалами дела подтверждено, что автомобиль «Volkswagen Touareg» был приобретен ФИО1 14 января 2016 года на условиях кредитного договора № от 14 января 2016 года, предоставленного ему ООО «Фольксваген Банк Рус» для этой цели, одновременно, при оформлении права собственности был заключен договор добровольного страхования средств наземного транспорта (КАСКО).

Поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло в период действия договора КАСКО №, 17 апреля 2016 года ФИО1 обратился в страховую компанию ОАО «АльфаСтрахование» (в настоящее время АО «АльфаСтрахование») с заявлением о страховом событии (л.д.43). 

Актом осмотра транспортного средства от 13.05.2016 № ООО «АТБ-САТТЕЛИТ» зафиксированы повреждения указанного транспортного средства, полученные в результате ДТП (л.д. 44). 

Из представленной истцом заверенной копии экспертного заключения № от 19 мая 2016 года, подлинник которого также представлен в материалы дела, выполненного ООО «Авто-Техническое Бюро-Саттелит» следует, что стоимость затрат на восстановительный ремонт транспортного средства «Volkswagen Touareg» без учета износа составляет 1 970 092 рубля 90 копеек, за вычетом стоимости износа сумма затрат составит 1 893 000 рублей (л.д. 47-53). 

На основании произведенного расчета АО «АльфаСтрахование» посчитало выполнение восстановительного ремонта автомобиля экономически нецелесообразным, так как расчетная стоимость ремонта составила более 50% от страховой суммы по договору страхования, и признало полную гибель транспортного средства. 

Согласно экспертного заключения № от 25.07.2016, составленного ООО «Авто-Техническое Бюро-Саттелит» по заказу страховой компании АО «АльфаСтрахование» стоимость годных остатков поврежденного транспортного средства в регионе эксплуатации на дату повреждения составила 1 445 500 рублей (л.д. 208-210).

В соответствии с пунктом 10.11.5 Правил страхования средств наземного транспорта, утвержденных генеральным директором ОАО «АльфаСтрахование» 01.10.2014, при полной гибели транспортного средства страховщик выплачивает страховое возмещение в размере страховой суммы, рассчитанной согласно пункту 4.4 настоящих Правил по одному из следующих вариантов по выбору страхователя (выгодоприобретателя), если договором не предусмотрено иное: а) за вычетом стоимости поврежденного транспортного средства при условии, что поврежденное ТС остается в распоряжении страхователя. Стоимость поврежденного ТС определяется страховщиком по результатам определения рыночной цены или независимым экспертом по направлению страховщика; б) без вычета стоимости поврежденного ТС. В этом случае страхователь обязан реализовать поврежденное ТС через комиссионный магазин, согласованный со страховщиком, и передать страховщику денежную сумму в размере стоимости поврежденного ТС на установленных страховщиком условиях и стоимости (л.д. 26).

Решением страховой компании АО «АльфаСтрахование» от 20 апреля 2016 года по заявлению потерпевшего ФИО1 о страховом событии № от 17 апреля 2016 года, данный случай был признан страховым, установлена «полная гибель транспортного средства» и принято решение о выплате страхового возмещения за вычетом стоимости поврежденного автомобиля. 

Сумма возмещения составила 1 838 890 рублей и подлежала перечислению выгодоприобретателю - ООО «Фольксваген Банк РУС» (в счет выплаты кредита на приобретение автомобиля), о чем ФИО1 14 июля 2016 года направлено соответствующее уведомление, также содержащее рекомендации по передаче поврежденного транспортного средства страховщику, после чего будет осуществлена доплата в размере стоимости поврежденного транспортного средства (л.д. 55-56, 57). Данное обстоятельство подтверждается платежным поручением № от 18.07.2016 о выплате в пользу ООО «Фольксваген Банк Рус» страхового возмещения по полису № от 13.01.2016 выданному ФИО1 страхового возмещения в сумме 1 838 890 рублей (л.д. 57).

На основании соглашения №S492/046/00289/16 заключенного между ОАО «АльфаСтрахование» и ФИО1 22 июня 2016 года, ФИО1 отказался и передал все права на принадлежавшее ему на праве собственности поврежденное транспортное средство - «Volkswagen Touareg», государственный регистрационный знак №, а страховщик обязался выплатить выгодоприобретателю страховое возмещение в размере стоимости годных остатков, что составило 1 445 500 рублей, по договору страхования, согласно условиям соглашения. Актом приема-передачи от 25.07.2016 зафиксирована передача от ФИО1 в собственность ОАО «АльфаСтрахование» поврежденного транспортного средства (годных остатков) (л.д. 58-59, 60).

Актом приема-передачи поврежденного транспортного средства «Volkswagen Touareg» (годных остатков), являющимся приложением к договору купли-продажи №, заключенному 27 июля 2016 года между ОАО «АльфаСтрахование» (продавец) и ООО «АВТОНОМИЯ» (покупатель), подтверждается передача транспортного средства «Volkswagen Touareg» последнему. Цена договора установлена в размере стоимости годных остатков - 1 445 500 рублей и выплачена продавцу (страховой компании) 27 июля 2016 года, что подтверждается платежным поручением № от 28.07.2016 (л.д. 61-62, 63,64). 

Платежным поручением № от 01 сентября 2016 года денежные средства в сумме 1 445 500 рублей перечислены истцом АО «АльфаСтрахование» на счет ФИО1 открытый в ПАО «Сбербанк» (л.д. 67).

Таким образом, страховщик исполнил свою обязанность по выплате страхового возмещения потерпевшему в соответствии с условиями договора КАСКО, следовательно, в силу статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации занял его место в правоотношениях, связанных с застрахованным имуществом.

Факт перехода права требования к страховщику АО «АльфаСтрахование» ответчиком и его представителем в ходе судебного разбирательства не оспаривался. 

Согласно части 1 статьи 6 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее Закон об ОСАГО), объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

В соответствии со статьей 7 Закона об ОСАГО (в редакции, действующей на момент заключения ответчиком договора страхования) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет: в части возмещения вреда, причиненного имуществу в части возмещения вреда, причиненного имуществу нескольких потерпевших, - 400 тысяч рублей

Учитывая, то обстоятельство, что гражданская ответственность ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия была застрахована в ООО «Росгосстрах» по договору ОСАГО серии ЕЕЕ №, лимит ответственности по которому составлял 400 000 рублей, ООО «Росгосстрах» перечислило истцу страховое возмещение в размере 400 000 рублей. Указанное обстоятельство нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства и сторонами не оспаривалось.

Как установлено судом и подтверждено материалами дела 02 августа 2016 года страховой компанией АО «АльфаСтрахование» в адрес ФИО2 была направлена претензия № о возмещении ущерба в порядке суброгации, в которой страховщик указал на необходимость выплаты ФИО2 суммы ущерба, причиненного страховой компании в размере 1 438 890 рублей (с учетом выплаченного страховой компанией ПАО СК «Росгосстрах» страхового возмещения в сумме 400 000 рублей). При этом ФИО2 предложено в 15-дневный срок достигнуть соглашения со страховой компанией по возмещению причиненного ущерба (л.д. 236-237). 

16 августа 2016 года ФИО2 обратился к истцу с заявлением, в котором указал о получении им претензии от 02.08.2016 и просил о представлении ему документов, подтверждающих его вину в ДТП и размер ущерба (л.д. 239). При этом указанное заявление содержит рукописную запись с указанием адреса электронной почты ответчика, а также запись о том, что выплаты по претензии будут производиться ежемесячно по 5 000 -10 000 рублей. 

Какое-либо соглашение по данной претензии между сторонами заключено не было, однако ФИО2 не направил в адрес страховой компании письменный отказ от выплаты страхового возмещения, либо претензию об оспаривании размера ущерба. 

Материалами дела подтверждено, что с августа 2016 года ФИО2 на добровольной основе ежемесячно вносил платежи в счет погашения причиненного ущерба. Так, в 2016 году им было совершено пять ежемесячных выплат на счет АО «АльфаСтрахование» в размере по 10 000 рублей каждый; в 2017 году он внес 12 платежей по 10 000 рублей каждый (в феврале 2017 года дважды по 5000 рублей); в 2018 году ответчиком произведено пять выплат по 10 000 рублей и семь платежей на сумму по 8 000 рублей каждый; в 2019 году выплаты произведены четыре раза, каждая по 8000 рублей. Общая сумма выплаченных ФИО2 денежных средств составила 308 000 рублей, что не оспаривалось сторонами и подтверждается копиями платежных поручений, квитанций (л.д. 68-69, 166-182).

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что разница между страховым возмещением и фактическим размером ущерба, понесенного страховой компанией АО «АльфаСтрахование», составила 1 130 890 рублей (3 284 390 (сумма страховой выплаты) – 1 445 500 (стоимость годных остатков) – 400000 (выплата по ОСАГО) – 308 000 (выплаты ФИО2)), которую истец считает необходимым возместить за счет ФИО2 - лица, ответственного за причиненные убытки.

Пунктом 13.1 Правил страхования средств наземного транспорта предусмотрено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (Выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за ущерб, возмещенный в результате страхования (л.д.31).

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства достоверно подтверждено, что дорожно-транспортное происшествие, в результате которого застрахованному транспортному средству, причинены технические повреждения, произошло по вине ответчика ФИО2, суд приходит к выводу, что в силу статьи 965 ГК РФ, истец, выплативший потерпевшему страховое возмещение, вправе требовать возмещения убытков в порядке суброгации, лицом причинившим вред.

Доказательств того, что в настоящее время денежные средства возвращены истцу в полном объеме, ответчиком не представлено, а судом не добыто.

Таким образом, с ответчика, по вине которого произошло дорожно-транспортное происшествие, в пользу истца подлежит взысканию в порядке суброгации, выплаченное истцом страховое возмещение в сумме 1 130 890 рублей.

Оценивая доводы стороны ответчика о том, что произведенные им выплаты в счет возмещения ущерба, не свидетельствуют о признании долга в полном объеме, а только в его части, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Из представленных в материалы дела и исследованных судом квитанций, платежных поручений о переводе ФИО2 денежных средств на счет АО «АльфаСтрахование» в течение 2016, 2017, 2018 и 2019 годов, усматривается, что каждая квитанция содержит указание на назначение платежа - «оплата по претензии о возмещении ущерба» № от 02.08.2016, что свидетельствует о целевом направлении перечисленных сумм в счет имеющегося обязательства перед страховой компанией, размер которого указан в претензии от 02.08.2016.

Таким образом, судом установлено, что ответчик в течение трех лет добровольно производил выплату причиненного им ущерба по претензии № от 02.08.2016, и на май 2019 года сумма выплаченных истцу денежных средств составила 308 000 рублей.

Каких либо документов, свидетельствующих о наличии между ФИО2 и АО «Альфа-страхование» иных денежных обязательств в таком размере, во исполнение которых ответчик производил ежемесячные выплаты, суду не представлено.

Кроме того, из представленной истцом переписки сторон от 24 сентября 2019 года (посредством направления электронных писем) следует, что ФИО2 признает, что производил денежные выплаты АО «АльфаСтрахование» до мая 2019 года в счет возмещения причиненного им ущерба, однако в дальнейшем не смог вносить платежи, в связи с изменившимся материальным положением. При этом ФИО2 указал о том, что в случае изменения его финансового положения он продолжит выплаты (л.д.197-198).

В судебном заседании ФИО2 пояснил, что представленная истцом переписка выполнена не им лично, а кем-то из его коллег по работе, так как электронная почта является рабочей. Вместе с тем, к доводам ответчика в данной части суд относится критически, поскольку они ничем не подтверждены и опровергаются материалами дела. 

Доводы ответчика о том, что размер ущерба причиненного транспортному средству «Volkswagen Touareg» не может превышать 700 000 рублей, какими-либо доказательствами, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не подтверждены. 

В ходе рассмотрения дела исследовалось экспертное заключение №, составленное 19 мая 2016 года ООО «Авто-Техническое Бюро-Саттелит», выполненное по заказу АО «АльфаСтрахование», согласно которому рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Volkswagen Touareg», государственный регистрационный знак №, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия от 17 апреля 2016 года составляет без учета износа 1 970 092 рубля 90 копеек, с учетом износа – 1 893 000 рубля 00 копеек (л.д.183-215). 

Возражая относительно размера причиненного ущерба, ответчик и его представитель указали, что стоимость восстановительного ремонта указанного транспортного средства завышена и не соответствует ее фактической стоимости.

Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства, судом неоднократно разъяснялось стороне ответчика право на заявление ходатайства о назначении по делу судебной экспертизы, с целью определения стоимости восстановительного ремонта имущества потерпевшего, также суд разъяснил стороне ответчика его право на обращение к оценщику для представления в суд заключения, опровергающего заключение, представленное стороной истца, однако таких доказательств суду не представлено, ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы заявлено не было.

Таким образом, при определении размера, причиненного истцу ущерба, суд руководствуется указанным заключением, подлинник которого представлен в материалы дела. Оснований не доверять выводам эксперта у суда не имеется, поскольку заключение составлено по результатам осмотра экспертом транспортного средства потерпевшего, содержит необходимые данные в обоснование стоимости причиненного ущерба, соответствует требованиям Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» от 29.07.1998 № 135-ФЗ. Выводы эксперта относительно стоимости восстановительного ремонта автомобиля основаны на соответствующей методической литературе и информационных источниках, и являются мотивированными, подтверждены соответствующими фотографиями, в связи с чем, представленное истцом заключение принимается судом в качестве доказательства для определения размера, причиненного ему ущерба. Ответчиком доказательств, опровергающих экспертное заключение истца, не представлено. 

Представленные стороной ответчика распечатки с интернет-сайта о стоимости поврежденных запасных частей для автомобиля «Volkswagen Touareg» не могут быть приняты судом во внимание, поскольку не подтверждают рыночную стоимость восстановительного ремонта указанного транспортного средства (л.д. 130-176). 

Также суд находит несостоятельным довод ответчика и его представителя о том, что истцом в адрес ответчика было направлено экспертное заключение, содержащее иную стоимость восстановительного ремонта, нежели экспертное заключение представленное суду (л.д. 118-121). Из письменных пояснений стороны истца следует, что данное экспертное заключение было составлено в соответствии с Единой методикой для расчета стоимости восстановительного ремонта транспортного средства для выплаты страхового возмещения по договору ОСАГО, тогда как представленный в материалы дела подлинник экспертного заключения № от 19.05.2016 отражает именно рыночную стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, что также подтверждается предварительной сметой официального дилера «Volkswagen» - ООО «Гуд-Авто» (л.д. 89-92). Доказательств, опровергающих доводы истца в данной части стороной ответчика не представлено. 

Иные доводы стороны ответчика о несогласии с размером ущерба, суд находит несостоятельными, поскольку действия ответчика, подтверждающие последовательное погашение выставленной ему суммы ущерба с 2016 года по май 2019 года свидетельствуют о его согласии с размером ущерба, который был указан в письменной претензии. Доказательств того, что с августа 2016 года ответчиком предпринимались меры по оспариванию размера причиненного им ущерба, в материалы дела не представлено, также как не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что между страховой компанией и ответчиком было заключено соглашение о погашении суммы ущерба в ином размере, чем заявлено истцом.

На основании изложенного, доводы представителя ответчика о том, что признание долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, судом отклоняются. 

Разрешая ходатайство стороны ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд приходит к следующему.

На требования, вытекающие из обязательств в связи с причинением вреда, распространяется установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности - три года.

В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Перемена лиц в обязательстве не влечет изменения срока исковой давности и порядка его исчисления (статья 201 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичная позиция содержится в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 20 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан", согласно которому перемена лиц в обязательстве по требованиям, которые страховщик в порядке суброгации имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, не влечет изменение общего (трехгодичного) срока исковой давности и порядка его исчисления. При этом срок исковой давности для страховщика, выплатившего страховое возмещение, должен исчисляться с момента наступления страхового случая.

По смыслу указанных положений закона и разъяснений постановления Пленума, срок исковой давности по заявленным АО СК «АльфаСтрахование» требованиям составляет три года и исчисляется с момента наступления страхового случая - даты ДТП, то есть с 17 апреля 2016 года и соответственно истекал 17 апреля 2019 года. Истец обратился в суд с исковым заявлением 30 ноября 2019 года, что подтверждается почтовым конвертом.

Вместе с тем, в соответствии с пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В силу абзаца 1 статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга.

Из содержания пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах связанных с применением норм Гражданского Кодекса Российской Федерации об исковой давности" следует, что к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.

Учитывая, что ФИО2 в период с августа 2016 года по май 2019 года ежемесячно вносил платежи в счет погашения суммы причиненного ущерба, платежи вносились им на основании предъявленной страховой компанией претензии о возмещении ущерба от 02.08.2016 №, что прямо следует из представленных стороной истца квитанций и не оспорено ответчиком, суд приходит к выводу, что фактически ФИО2 совершил действия, свидетельствующие о признании долга в размере, заявленном в претензии истца от 02.08.2016. 

Учитывая, что последний платеж в счет возмещения причиненного ущерба, внесен ответчиком 07.05.2019, суд приходит к выводу, что в данном случае трехгодичный срок исковой давности истцом не пропущен.

Таким образом, требования истца являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

При подаче иска в суд ОАО «АльфаСтрахование» уплатило государственную пошлину в сумме 13894 рубля 45 копеек. Указанные расходы истца подлежат взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования акционерного общества «Альфа-Страхование» к ФИО2 о возмещении ущерба в порядке суброгации – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу акционерного общества «Альфа-Страхование» сумму выплаченного страхового возмещения в порядке суброгации в размере 1 130 890 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 13 854 рубля 45 копеек, а всего взыскать 1 144 744 рубля 45 копеек.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Ленинский районный суд города Мурманска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья О.М. Гедыма