Дело № 2-39/20 12 февраля 2020 года 

УИД 78RS0011-01-2019-001475-76

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Левиной Е.В.

при секретаре Адамовой С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Центр Продажи Бизнеса» о взыскании убытков, упущенной выгоды, неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Центр Продажи Бизнеса» о взыскании убытков, упущенной выгоды, неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов, указывая, что между истцом и ответчиком был заключен договор №1595424 от 27.08.2018 г. (далее – Договор оказания услуг), по условиям которого ответчик принял обязательства по заявке истца оказать содействие в приобретении Бизнеса, по критериям и на условиях, указанных в заявке, а истец – принять услуги и оплатить их. Во исполнение Договора истец уплатил ответчику аванс в размере 50 000 рублей. Ответчик подобрал Бизнес для истца и 24 октября 2018 года между истцом, ответчиком и продавцом Бизнеса – ФИО2 (далее – Продавец Бизнеса) был подписан трехсторонний предварительный договор аренды и продажи имущества на покупку сети платежных терминалов из 25 штук, согласно которому стороны (истец и Продавец Бизнеса) договорились заключить не позднее 31 октября 2018 года основной договор продажи Бизнеса, по которому Продавец Бизнеса обязался передать в собственность истца имущество согласно акту приема-передачи имущества, а истец принять его и оплатить. При этом по условиями предварительного договора стороны согласовали стоимость передачи прав аренды и продажи имущества в размере 2 600 000 рублей, из которых 1 250 000 рублей вносится истцом на безвозмездное хранение ответчику до подписания основного договора. Истец 29.10.2018 г. во исполнение условий договора передал ответчику на безвозмездное хранение 1 250 000 рублей. После этого, 30.10.2018 г. между истцом и Продавцом Бизнеса был заключен основной договор купли-продажи бывшего в употреблении товара №15А (далее – Договор купли-продажи Бизнеса), согласно которому истец приобретает у Продавца Бизнеса сеть платежных терминалов в количестве 25 штук за 2 600 000 рублей. В этот же день между истцом и Продавцом Бизнеса был подписан акт оплаты, согласно которому истец передал, а продавец Бизнеса принял денежные средства в сумме 2 600 000 рублей. Однако после приобретения Бизнеса истец выяснил, что параметры приобретенного Бизнеса не соответствуют заверениям ответчика, данным до приобретения Бизнеса и оказавшим существенное влияние на принятие истцом решения о приобретении Бизнеса. Рыночная стоимость приобретенного Бизнеса оказалась во много раз ниже цены приобретения Бизнеса. Истец указывает, что приобретенный Бизнес был убыточным, ввиду чего он был вынужден его продать по рыночной стоимости, которая составила 375 000 рублей. Также истец указывает, что ответчик отказывается возвратить денежные средства в размере 1 250 000 рублей, переданные им на безвозмездное хранение ответчику.

Учитывая изложенное, истец обратился в суд с настоящим иском и с учетом уточнения заявленных требований просит расторгнуть Договор оказания услуг, взыскать с ответчика понесенные убытки в размере 2 225 000 рублей, упущенную выгоду в размере 500 000 рублей, сумму неосновательного обогащения в размере 1 250 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 115 940 рублей, а также расходы по уплате госпошлины. 

Истец в судебное заседание не явился, о дате и времени судебного заседания извещен надлежащим образом, доверил представление своих интересов представителю ФИО3, которая в судебное заседание явилась, заявленные требования поддержала в полном размере.

Представитель ответчика ФИО4 в судебное заседание явился, по иску возражал по доводам, указанным в письменном отзыве.

Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом путем направления телеграммы по месту жительства, которая была получена матерью последнего. 

Согласно ч.2 ст.116 ГПК РФ в случае, если лицо, доставляющее судебную повестку, не застанет вызываемого в суд гражданина по месту его жительства, повестка вручается кому-либо из проживающих совместно с ним взрослых членов семьи с их согласия для последующего вручения адресату.

Таким образом, принимая во внимание наличие доказательств извещения третьего лица о месте и времени судебного заседания, суд считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд полагает иск подлежащим отклонению по следующим основаниям. 

В соответствии со ст.2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность, должны быть зарегистрированы в этом качестве в установленном законом порядке, если иное не предусмотрено ГК РФ.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Как указано в ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Согласно ст.782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Согласно ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствие со ст.450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Как усматривается из материалов дела, между истцом и ответчиком был заключен договор №1595424 от 27.08.2018 г., по условиям которого ответчик принял обязательства оказать содействие истцу в проведении переговоров с собственником/арендодателем Бизнеса; получении новых объектов на почту; разработке схемы покупки Бизнеса; консультации и оказании помощи в выборе Бизнеса; оценке продаваемого Бизнеса; юридической проверке правоустанавливающих документов, движимых и недвижимых активов; юридическом сопровождении сделки; безопасной организации сделки купли-продажи Бизнеса; гарантии законного перехода Бизнеса от продавца к покупателю; проверке и пересчете на специализированной банковской технике денег; 1 месяце бесплатного бухгалтерского обслуживания Бизнеса. 

Как указано в п.1.2. Договора оказания услуг под Бизнесом понимается юридическое лицо, либо объект недвижимости, либо имущественный комплекс, характеристики которого соответствуют требованиям, изложенным в Приложении №1 «Заявка на покупку Бизнеса», являющегося неотъемлемой частью Договора. 

Согласно приложению №1 к Договору оказания услуг истец поручает ответчику поиск Бизнеса на условиях покупки или аренды - прачка/химчистка; автомойка/шиномонтаж; иной бизнес B2B. Местонахождение Бизнеса – г. Санкт-Петербург (центр; юго-запад). Максимальная стоимость приобретаемого Бизнеса – 2 500 000 рублей. Требования к Бизнесу – чистая прибыль от 100 000 рублей, пассивный доход, срок окупаемости в соответствии со сферой. Ограничения по Бизнесу – желательно без юридического лица, только ликвид. 

Согласно п. 2.5. Договора оказания услуг поручение считается выполненным в момент подписания клиентов и продавцом/арендодателем бизнеса договора купли-продажи в том числе с задатком, авансом или рассрочкой платежа либо договора, согласно которому к клиенту переходят права на бизнес, либо договора аренды между клиентов и арендодателем бизнеса. 

В соответствии с п.3.1. за выполнение поручения клиент выплачивает исполнителю вознаграждение в процентах от стоимости продаваемого бизнеса, но не менее 100 000 рублей. Как указано в п.3.4. на момент Договора оказания услуг на момент подписания настоящего договора, клиент уплачивает исполнителю аванс в размере 50 000 рублей. 

27 августа 2018 года между истцом и ответчиком был подписан акт приема-передачи наличных денежных средств, согласно которому истец передал, а ответчик принял 50 000 рублей в качестве предоплаты по Договору оказания услуг. 

Во исполнение Договора оказания услуг ответчик подобрал и предоставил истцу Бизнес соответствующий пожеланиям, оформленным истцом в приложении №1 к Договору оказания услуг, а именно сеть платежных терминалов в количестве 25 штук в продуктовой торговой сети, расположенной в г. Санкт-Петербург заявленной стоимостью 3 000 000 рублей, заявленной прибылью 280 000 рублей в месяц, при этом указано, что собственник Бизнеса готов подтвердить финансовые показатели и оказать содействие в техническом и инкассационном обслуживании (л.д.28-29 т.1). 

24 октября 2018 года между истцом, ответчиком и ФИО2 был подписан Предварительный договор аренды и продажи имущества, согласно которому ФИО2 (Продавец Бизнеса) принял на себя обязательства передать истцу в собственность имущество, согласованное в Предварительном договоре, а истец принять его и оплатить его стоимость. На момент подписания Предварительного договора истец внес задаток в размере 1 350 000 рублей на безвозмездное хранение ответчику, остальная сумма в размере 1 250 000 рублей вносится истцом на безвозмездное хранение ответчику до подписания основного договора. 

Во исполнение Предварительного договора, между Продавцом бизнеса и истцом 31 октября 2018 года был заключен основной договор купли-продажи бывшего в употреблении товара №15А, по условиям которого Продавец Бизнеса обязуется передать истцу в собственность, а истец принять и оплатить товар в порядке и на условиях, указанных в данном Основном договоре. Наименование количество и комплектность товара определяется спецификацией, являющейся приложением к Основному договору (л.д.37-38 т.1).

В соответствии с п.2.1. Основного договора общая стоимость товара составляет 2 600 000 рублей, оплата осуществляется после подписания Основного договора в наличном порядке. Подтверждением оплаты считается подписание акта оплаты.

Также 30 октября 2018 года Продавец Бизнеса передал, а истец принял товар, являющийся предметом Основного договора, что подтверждается актом приема-передачи от 30.10.2018 г. на общую сумму 2 600 000 рублей. 

Истец уплатил Продавцу Бизнеса 2 600 000 рублей, что подтверждается актом оплаты от 30.10.2018 г. (л.д.41 т.1).

Вместе с этим 30 октября 2018 года между истцом и ответчиком был подписан акт выполненных услуг, согласно которому истец подтверждает, что услуги по договору предоставлены ему качественно и без нарушения срока, претензий к ответчику не имеет. Сумма вознаграждения исполнителя по договору составила 70 000 рублей и выплачена заказчиком полностью, претензий по сумму и срокам стороны друг к другу не имеют. 

После приобретения Бизнеса истец приступил к его использованию в целях извлечения прибыли, что подтверждается договором №29-10-18 от 29.10.2018 г., договором №30/10/18 от 30.11.2018 г., субагентским договором о приеме платежей №26-10/18 от 26.10.2018 г. (л.д.44-58).

Однако вскоре истец обнаружил, что приобретенный Бизнес не соответствует его ожиданиям по доходности, а также пришел к выводу, что рыночная стоимость приобретенного Бизнеса (платежных терминалов) существенно превышает его рыночную стоимость, в связи с чем направил ответчику претензию, в которой потребовал расторгнуть Договор оказания услуг, произвести возврат оплаченной стоимости услуги, произвести оплату понесенных убытков в размере 2 600 000 рублей. 

В доказательство понесенных убытков истец представил договор купли-продажи бывшего в употреблении товара №01 от 27.02.2019 г., согласно которому истец продал ФИО5 приобретенный у Продавца бизнеса товар за сумму в размере 375 000 рублей, которую истец полагает справедливой рыночной ценой данного товара. 

Также истцом в материалы дела представлено заключение специалиста от 26.03.2019 г., который пришел к выводу, что приобретенный истцом у Продавца бизнеса товар имеет доходность от использования в диапазоне от -5,3% годовых до 3,8% годовых, среднее значение доходности по итогам 3 месяцев составляет 0,4% годовых. 

Во исполнение Договора истец уплатил ответчику аванс в размере 50 000 рублей. Ответчик подобрал Бизнес для истца и 24 октября 2018 года между истцом, ответчиком и продавцом Бизнеса – ФИО2 (далее – Продавец Бизнеса) был подписан трехсторонний предварительный договор аренды и продажи имущества на покупку сети платежных терминалов из 25 штук, согласно которому стороны (истец и Продавец Бизнеса) договорились заключить не позднее 31 октября 2018 года основной договор продажи Бизнеса, по которому Продавец Бизнеса обязался передать в собственность истца имущество согласно акту приема-передачи имущества, а истец принять его и оплатить. При этом, по условиями предварительного договора стороны согласовали стоимость передачи прав аренды и продажи имущества в размере 2 600 000 рублей, из которых 1 250 000 рублей вносится истцом на безвозмездное хранение ответчику до подписания основного договора. Истец 29.10.2018 г. во исполнение условий договора передал ответчику на безвозмездное хранение 1 250 000 рублей. После этого, 30.10.2018 г. между истцом и Продавцом Бизнеса был заключен основной договор купли-продажи бывшего в употреблении товара №15А (далее – Договор купли-продажи Бизнеса), согласно которому истец приобретает у Продавца Бизнеса сеть платежных терминалов в количестве 25 штук за 2 600 000 рублей. В этот же день между истцом и Продавцом Бизнеса был подписан акт оплаты, согласно которому истец передал, а продавец Бизнеса принял денежные средства в сумме 2 600 000 рублей. Однако после приобретения Бизнеса истец выяснил, что параметры приобретенного Бизнеса не соответствуют заверениям ответчика, данным до приобретения Бизнеса и оказавшим существенное влияние на принятие истцом решения о приобретении Бизнеса. Рыночная стоимость приобретенного Бизнеса оказалась во много раз ниже цены приобретения Бизнеса. Истец указывает, что приобретенный Бизнес был убыточным, ввиду чего он был вынужден его продать по рыночной стоимости, которая составила 375 000 рублей. Также истец указывает, что ответчик отказывается возвратить денежные средства в размере 1 250 000 рублей, переданные им на безвозмездное хранение ответчику.

В отзыве на исковое заявление ответчик указывает, что, во-первых, при заключении Договора оказания услуг он не принимал обязательства подобрать бизнес, приносящий ежемесячно доход 280 000 рублей, во-вторых, ответчик оказывал услуги про подбору бизнеса, а решение о приобретении того или иного бизнеса принимал непосредственно сам истец, в-третьих, обязательства ответчика перед истцом прекращены надлежащим исполнением в связи с оказанием услуг, которые истцом приняты без замечаний, в-четвертых, Предварительный договор и акт приема-передачи денежных средств генеральным директором ответчика ФИО6 не подписывался, а потому ответчик от истца денежные средства в размере 1 250 000 рублей на безвозмездное хранение не получал. 

Как усматривается из рассматриваемого иска, истцом заявлены два блока требований к ответчику, вытекающих из самостоятельных правоотношений с ним: о взыскании неосновательного обогащения и о расторжении Договора, взыскании убытков, упущенной выгоды, процентов. Поэтому судом будут рассмотрены данные требования раздельно. 

Согласно положениям статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 названного Кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 названного Кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

В соответствии со статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения:

1) имущество, переданное во исполнение обязательства до наступления срока исполнения, если обязательством не предусмотрено иное;

2) имущество, переданное во исполнение обязательства по истечении срока исковой давности;

3) заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки;

4) денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Истцом предъявлено к ответчику требование о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 250 000 рублей. Доказательством передачи данной суммы денежных средств ответчику истец указал акт приема-передачи денежных средств от 29 октября 2018 г. (л.д. 30 т.1), а также п. 1.3. Предварительного договора, согласно которому на момент заключения предварительного договора истец внес задаток в размере 1 350 000 рублей на безвозмездное хранение ответчику. 

Ответчик отвергает как получение указанной суммы денежных средств от истца, так и сам факт подписания указанных документов. 

Согласно ч.1 ст.53 ГК РФ юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

В Предварительном договоре и акте приема-передачи денежных средств от ООО «Центр Продажи Бизнеса» проставлена подпись без расшифровки, печать с реквизитами ООО «Центр Продажи Бизнеса», а также в реквизитах данных документов указано, что они исходят от генерального директора ООО «Центр Продажи Бизнеса» ФИО6.

В ходе рассмотрения дела по ходатайству ответчика по настоящему делу была назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза, по заключению №156-ПЧЭ от 15 октября 2019 года которой подпись на акте приема-передачи денежных средств от 29.10.2018 г., на Предварительном договоре выполнена не самим ФИО6, а иным лицом (л.д.37-38 т.2). 

Суд в силу ч. 2 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом и создает условия для установления фактических обстоятельств при рассмотрении и разрешении гражданских дел, а в случае возникновения в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в областях науки, техники, искусства, ремесла, - назначает экспертизу (ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), что является необходимым для достижения задачи гражданского судопроизводства по правильному разрешению гражданских дел (ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Гарантиями прав лиц, участвующих в деле при назначении судом по делу экспертизы выступают установленная уголовным законодательством ответственность за дачу заведомо ложного экспертного заключения (ч. 2 ст. 80 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации), а также предусмотренная ч. 1, 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возможность ходатайствовать о назначении дополнительной или повторной экспертизы по делу.

В данном случае суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения судебной экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, рассматриваемая экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Проанализировав содержание экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, основывается на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы.

При таких обстоятельствах суд считает, что заключение эксперта отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют.

Заключение эксперта подробно, мотивированно, обоснованно, согласуется с материалами дела, эксперт не заинтересован в исходе дела, предупрежден об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеет значительный стаж работы по специальности и стаж экспертной работы, ввиду чего основания не доверять выводам экспертизы у суда отсутствуют. Неясность, неполнота, наличие противоречий в заключении судебной экспертизы не имеют места.

Указанное заключение эксперта судом оценивается в совокупности с документами, имеющимися в материалах дела, а также иными доказательствами, представленными по делу, в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ. 

Таким образом, достоверно установлено, что на акте приема-передачи денежных средств от 29.10.2018 г., на Предварительном договоре подпись выполнена не лицом, уполномоченным действовать от имени ответчика. 

При этом факт соответствия оттиска печати на указанных документах оттиску печати на Договоре указания услуг не влияет на вышеуказанный вывод суда, т.к., не исключает возможности проставления оттиска печати неограниченным кругом третьих лиц, которые могли воспользоваться им без соответствующего на то поручения уполномоченного лица. 

Также судом отвергаются иные представленные суду доказательства в подтверждение того, что спорные документы были подписаны генеральным директором ответчика, а именно: обмен электронными письмами, направленными с электронной почты истца и с электронной почты с доменным именем a.s.@allpbspb.ru, свидетельские показания ФИО7, доводы о наличии косвенных признаков изготовления спорных документов в едином стиле и одинаковым образом (л.д.237 т.1), т.к. все указанные доказательства являются недопустимыми в силу прямого указания закона и не могут быть приняты в качестве доказательств в гражданском процессе. 

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Подпунктом 2 пункта 1 статьи 161 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сделки граждан между собой на сумму, превышающую не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки должны совершаться в простой письменной форме.

В силу пункта 1 статьи 162 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушение предписанной законом формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки на показания свидетелей, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Таким образом, свидетельские показания ФИО7 в части подтверждения факта передачи денежных средств в размере 1 250 000 рублей ответчику являются недопустимыми. 

Электронная переписка, представленная стороной истца в материалы дела (л.д.241-248) хотя и является по своему процессуальному значению письменным доказательством, однако, во-первых, отсутствуют доказательства того, что она исходит с электронной почты с доменным именем, принадлежащим ответчику или лицу, уполномоченному действовать от имени ответчика, а, в-вторых, даже если бы и исходила от ответчика, то содержит лишь неподписанный проект Предварительного договора и никоим не свидетельствует о получении ответчиком спорной денежной суммы. К тому же в указанном проекте предварительного договора отражена сумма задатка в размере 150 000 рублей. 

Все вышеуказанное позволяет прийти к выводу об отсутствии правовых оснований в удовлетворении исковых требований в части взыскания с ответчика суммы неосновательного обогащения. 

Также истцом заявлены требования к ответчику о расторжении Договора оказания услуг, взыскании убытков, упущенной выгоды, процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Согласно ст.782 ГК РФ заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

Согласно ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами.

В соответствие со ст.450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только:

1) при существенном нарушении договора другой стороной;

2) в иных случаях, предусмотренных ГК РФ, другими законами или договором.

Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

Также в силу ч.1 ст.408 ГК РФ надлежащее исполнение прекращает обязательство.

Как усматривается из материалов, дела между сторонами был заключен спорный договор №1595424 от 27.08.2018 г., по условиям которого истец принял на себя обязательство оказать комплекс услуг, связанных с подбором Бизнеса, отвечающим параметрам, отраженным в заявке (приложение №1 к Договору оказания услуг). 

30 октября 2018 года между истцом и ответчиком был подписан акт выполненных услуг (л.д. 31), согласно которому истец подтвердил, что приобрел Бизнес, а также что услуги по договору предоставлены ему качественно и без нарушения срока, претензий к ответчику он не имеет. Сумма вознаграждения исполнителя составила 70 000 рублей и выплачена заказчиком полностью, претензий по сумме и срокам стороны руг к другу не имеют.

Таким образом, принимая во внимание положения ч.1 ст.408 ГК РФ суд приходи к выводу о прекращении с 30 октября 2018 года обязательств между сторонами надлежащим исполнением. 

Соответственно, в удовлетворении требования в части расторжения договора оказания услуг, обязательства из которого прекращены надлежащим исполнением, надлежит отказать. 

Вместе с этим факт прекращения обязательств надлежащим исполнением не лишает истца возможности заявлять требования о взыскании убытков или упущенной выгоды, в случае если они возникли после прекращения обязательства между сторонами и о их возникновении не было известно на момент подписания сторонами акта выполнения оказанных услуг. 

Согласно ст.15 ГК РФ для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установление фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, его вины (в форме умысла или неосторожности), а также причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками. Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Основанием взыскания истцом с ответчика убытков является то обстоятельство, что при заключении Договора оказания услуг ответчик предоставил такие гарантии и заверения истцу, которые повлияли на его решение вступить в договорные отношения с Продавцом бизнеса по приобретению сети платежных терминалов. 

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 ГПК РФ).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 ГПК РФ).

Как следует из положений части 4 статьи 67 ГПК РФ, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

В доказательство наличия указанных заверений и гарантий истец ссылается на три обстоятельства: а) условия самого Договора оказания услуг; б) электронную переписку с электронной почты истца и с электронной почты с доменным именем a.s.@allpbspb.ru; в) свидетельские показания ФИО7 

В доказательство факта возникновения на стороне истца убытков в результате действий ответчика (предоставления недостоверных заверений) истец приводит а) заключение специалиста, б) договор о продаже сети платежных терминалов, заключенный с ФИО5, в) расшифровки телефонных переговоров истца с третьими лицами, в том числе ФИО2, приобщенным к материалам дела. 

В доказательство наличия причинно-следственной связи между фактом возникновения у истца убытков и действиями ответчика по даче заверений, гарантий истец не приводит никаких доказательств. 

Суд полагает необходимым дать оценку каждому из представленных стороной истца доказательств в отдельности. 

Согласно ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 23 февраля 1999 года N 4-П, из смысла статей 8 (часть 1) и 34 (часть 2) Конституции Российской Федерации вытекает признание свободы договора как одной из гарантируемых государством свобод человека и гражданина.

Действуя своей волей и в своем интересе, истец заключил с ответчиком договор на обозначенных условиях. 

Действительно, сторона договорного правоотношения имеет право на возмещение убытков, причиненных предоставлением недостоверных заверений. 

Согласно ч.1 ст.431.2 ГК РФ сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения (в том числе относящихся к предмету договора, полномочиям на его заключение, соответствию договора применимому к нему праву, наличию необходимых лицензий и разрешений, своему финансовому состоянию либо относящихся к третьему лицу), обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Согласно ч.2 ст.431.2 ГК РФ сторона, полагавшаяся на недостоверные заверения контрагента, имеющие для нее существенное значение, наряду с требованием о возмещении убытков или взыскании неустойки также вправе отказаться от договора, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

В соответствии с ч.4 ст.431.2 ГК РФ последствия, предусмотренные пунктами 1 и 2 настоящей статьи, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности, а равно и в связи с корпоративным договором либо договором об отчуждении акций или долей в уставном капитале хозяйственного общества, независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Как указано в п.34 Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", в силу пункта 1 статьи 431.2 ГК РФ сторона договора вправе явно и недвусмысленно заверить другую сторону об обстоятельствах, как связанных, так и не связанных непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Заверение может также быть предоставлено третьим лицом, обладающим правомерным интересом в том, чтобы между сторонами был заключен, исполнен или прекращен договор, с которым связано заверение.

В подтверждение факта предоставления заверения и его содержания сторона не вправе ссылаться на свидетельские показания (пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 162 ГК РФ).

Таким образом, предоставленные заверения о тех или иных фактах должны быть а) явными и недвусмысленными; б) оказывать существенное значение при заключении договора; в) быть недостоверными. 

При толковании условий заключенного между истцом и ответчиком Договора оказания услуг суд применяет правила толкования, предусмотренные ст. 431 ГК РФ, согласно которым при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в ч.1 ст. 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Однако из заключенного между сторонами Договора оказания услуг не следует, что ответчиком даны явные и недвусмысленные заверения (гарантии) о том, что приобретаемый истцом у третьего лица Бизнес соответствует определенным критериям прибыльности, а также о том, что согласованная стоимость продажи Бизнеса соответствует его рыночной стоимости. 

В Договоре оказания услуг указано, что ответчик подбирает истцу Бизнес, соответствующий пожеланиям истца, отраженным в приложении №1 к Договору оказания услуг. Данное условие нужно трактовать буквально, то есть таким образом, что ответчик принял на себя обязательства подобрать варианты Бизнеса, которые исходя из объявлений (предложений), сформированных продавцами, отвечают пожеланиям клиента (истца), отраженным в заявке (приложение №1 к Договору оказания услуг. 

При этом из рассматриваемого Договора никоим образом не следует, что ответчик гарантировал получение истцом определенного дохода в будущем после приобретения данного Бизнеса. Также ответчик не гарантировал, что стоимость приобретения Бизнеса соответствует его рыночной стоимости. 

Указанное справедливо и для оценки электронной переписки с электронной почты истца и с электронной почты с доменным именем a.s.@allpbspb.ru. Указанная в предложении чистая прибыль в месяц в размере 280 000 рублей не равнозначно даче гарантии получения истцом чистой прибыли в таком размере с момента покупки и ежемесячно. Такая трактовка не исключает возможности того, что продавец Бизнеса в какой-то временной период функционирования Бизнеса получал такую прибыль, но совершенно не свидетельствует о предоставлении ответчиком (впрочем, как и Продавцом бизнеса) каких-либо гарантий или заверений получения такой прибыли истцом. Более того, указанная электронная переписка, как уже было установлено выше, является недопустимым доказательством при рассмотрении настоящего дела, т.к. не позволяет достоверно судить, что она исходит от ответчика. 

Таким образом, истцом не представлено доказательств наличия заверений со стороны ответчика в определенных параметрах приобретаемого Бизнеса, равно как и соответствия его стоимости рыночной стоимости. При этом, свидетельские показания в силу прямого указания Постановления Пленума ВС РФ от 25.12.2018 года N 49 не могут быть приняты в качестве надлежащих доказательств для установления факта предоставления заверений. 

Вместе с этим, суд также приходит к выводу, что истцом не доказан и сам факт причинения ему ущерба в заявленном размере.

Во-первых, представленное в материалы дела заключение специалиста ФИО8 свидетельствует лишь о том, что доходность приобретенных терминалов за рассматриваемый период имеет определенный процент доходности исходя из параметров полученной прибыли и понесенных затрат, сведения о которых предоставил сам истец. Соответственно, данное суждение специалиста не исключает, во-первых, что в другой период приобретенный Бизнес получит иную прибыль, во-вторых, параметры прибыли и затрат специалисту были предоставлены самим истцом, то есть заинтересованным в исходе оценки лицом и не отражают достоверные данные о прибыльности оцениваемого Бизнеса, в-третьих, полученные истцом показатели прибыли и затрат не свидетельствуют, что при более рачительном ведении дел они могут быть изменены в сторону улучшения, что и отражает сущность предпринимательской деятельности. 

Также не может служить достоверным доказательством факта причинения убытков и факт продажи истцом третьему лицу ранее приобретенного Бизнеса по цене в несколько раз ниже цены приобретения, т.к. не свидетельствует о том, что данная продажа состоялась по справедливой рыночной цене. 

Таким образом, истцом не доказан как факт возникновения у него убытков, так и факт нарушения ответчиком договорных обязательств, а также наличие причинно-следственной связи между ними. 

При этом неоправданные ожидания от приобретаемого по рекомендации ответчика Бизнеса, не являются достаточными основаниями для возложения на последнего гражданско-правовой ответственности. 

Предпринимательская деятельность по определению является рисковой и возможность извлечения прибыли в результате предпринимательской деятельности не исключают в равной степени и получение убытка.

Оценивая обстоятельства данного дела и представленные доказательства, в соответствии с требованиями ст.67 ГПК РФ по своему внутреннему убеждению, суд полагает, что оснований для удовлетворения требования истца в полном объеме не имеется. 

В соответствии с ст. ст. 96, 98 ГПК РФ суд считает необходимым взыскать с истца в пользу ООО «Экспертный центр «Академический» судебные расходы, связанные с оплатой экспертизы в размере 150 000 рублей, поскольку в ходе рассмотрения дела не было оплачено проведение экспертизы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.197-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 – отказать. 

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО «Экспертный центр «Академический» судебные расходы по оплате проведения судебной экспертизы в размере 150 000 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательном виде путем подачи апелляционной жалобы через Куйбышевский районный суд Санкт-Петербурга. 

Судья