Судья Пластова Т.В. Дело № 33-1197

О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

22 мая 2017 года город Иваново 

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда 

в составе председательствующего Петуховой М.Ю.,

судей Акуловой Н.А., Гольман С.В.,

при секретаре Фокеевой О.А.,

с участием прокурора Родионовой О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Гольман С.В.

дело по апелляционной жалобе ФИО4 и апелляционной жалобе ФИО5

на решение Ленинского районного суда города Иваново от 20 февраля 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО4 к ФИО5 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л а :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5 о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда. 

Исковые требования мотивированы тем, что в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 12 октября 2016 года около 2 часов 13минут в районе дома № 59 по ул.Лежневской г.Иваново, вследствие совершения наезда автомобиля под управлением ФИО5 на пешехода ФИО1, являющегося единственным сыном истца, ФИО1, получив телесные повреждения, не совместимые с жизнью, умер на месте происшествия. В связи с этим ФИО4 причинён материальный и моральный вред. Материальный вред состоит из расходов на приобретение гроба, креста, венков, ритуальных принадлежностей, а также костюма, сорочки, обувь для усопшего, затрат на оказание ритуальных услуг ООО «…», расходов на оплату ограды на могилу, установку памятника, оплату поминального обеда и затрат на лечение истца, - всего на сумму 263106 рублей 64 копейки. Вследствие смерти сына ФИО4 испытала сильнейший стресс, боль утраты родного, любимого, единственного сына, ухудшилось самочувствие, состояние здоровья, появилась бессонница; утрата сына усложнила её жизнь, заставляет чувствовать обиду, переживать за своё будущее; она не видит смысла и перспектив дальнейшей жизни; в семье он был первым помощником, осуществлял постоянно о ней заботу как о матери, поддерживал морально. Компенсацию морального вреда истец оценила в 1000000 рублей.

Решением Ленинского районного суда г.Иваново от 20 февраля 2017 года постановлено: исковые требования ФИО4 к ФИО5 о возмещении материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, компенсации морального вреда удовлетворить частично; взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 материальный ущерб в сумме 146118 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 50000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 4122 рубля 36 копеек, а всего взыскать – 200240 рублей 36 копеек; в остальной части исковые требования ФИО4 оставить без удовлетворения; взыскать с ФИО5 в доход бюджета муниципального образования город Иваново расходы по оплате государственной пошлины в сумме 300 рублей.

С данным решением суда не согласны стороны.

Истец ФИО4 в апелляционной жалобе просит решение Ленинского районного суда г.Иваново от 20 февраля 2017 года отменить в части отказа в возмещении стоимости лекарственных средств на сумму 8587 рублей 87 копеек и размера компенсации морального вреда в сумме 50000 рублей, принять новое решение по делу и удовлетворить требования ФИО4 в части возмещения стоимости лекарственных средств на сумму 8587 рублей 87 копеек и компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей. По мнению истца, вывод суда об отсутствии причинно-следственной связи между гибелью сына и заболеванием истца является незаконным, необоснованным, опровергается представленными в дело доказательствами. Компенсация морального вреда, взысканная судом, не соответствует понесённым страданиям истца; кроме того, суд не обратил внимание на финансовое положение истца, которая вместе с сыном выплачивала кредит за единственное жильё.

Ответчик ФИО5 в апелляционной жалобе просит решение Ленинского районного суда г.Иваново от 20 февраля 2017 года отменить, снизить сумму компенсации морального вреда до 1000 рублей либо отказать в её взыскании, взысканную сумму материального ущерба снизить до 37307 рублей 72 копеек, включая в данные расходы затраты на приобретение ритуальных принадлежностей – 39884 рубля, на санитарную обработку тела усопшего – 7400 рублей, на приобретение обуви для усопшего – 301 рубль, на поминальный обед – 20000 рублей, - за вычетом из этой суммы оплаченных страховщиком 25000 рублей и государственного пособия на погребение – 5277 рублей 28 копеек; в удовлетворении требований о взыскании расходов на установку семейной ограды семейного захоронения в сумме 37172 рубля отказать. Ответчик полагает, что судом при определении компенсации морального вреда не учтён ряд заслуживающих внимания обстоятельств, характеризующих образ жизни погибшего, наличие косвенного умысла ФИО1; если бы ответчик имел объективную возможность увидеть потерпевшего, то избежал бы дорожно-транспортного происшествия обстоятельства отсутствия семьи и наличия единственного сунна, погибшего в результате происшествия, не могут вменяться ответчику как отягчающие. Заявленные истцом расходы на поминальный обед являются, по мнению ответчика, чрезмерными, выше средней стоимости поминального обеда в других кафе и ресторанах г.Иваново. Пособие на погребение подлежит исключению из суммы материального вреда. Расходы на установку ограды не являются необходимыми; ограда установлена по периметру семейного захоронения и затраты на её установку подлежат исключению из суммы ущерба.

В соответствии со статьями 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия рассматривает дело в отсутствие направившего в судебное заседание представителя по доверенности ФИО6 – истца-апеллянта ФИО4 и представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах», которые о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просили, доказательств уважительности причин неявки не представили.

Заслушав объяснения представителя апеллянта-истца ФИО4 - ФИО6, поддержавшей доводы апелляционной жалобы истца и возражавшей против удовлетворения жалобы ответчика, объяснения апеллянта-ответчика ФИО5, поддержавшего доводы своей апелляционной жалобы и возражавшего против удовлетворения жалобы истца, заключение прокурора Родионовой О.В., полагавшей апелляционные жалобы сторон подлежащими оставлению без удовлетворения, а решение суда – без изменения, исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб сторон и возражений на них, проверив законность и обоснованность решения суда, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных статьёй 330 ГПК РФ, для его отмены либо изменения по доводам жалоб.

Согласно части 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным частями 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ.

В соответствии с частью 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (часть 1 статьи 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094 ГК РФ).

Частью 3 статьи 1083 ГК РФ предусмотрено, что суд может уменьшить размер возмещения вреда, причинённого гражданином, с учётом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершёнными умышленно.

По смыслу приведённых законоположений наличие умысла потерпевшего в возникновении вреда является одним из юридически значимых обстоятельств по спору о возмещении вреда, которое в соответствии с частью 1 статьи 56 ГПК РФ, исходя их характера спора, подлежит доказыванию ответчиком, ссылающимся на наличие оснований для освобождения его от гражданской правовой ответственности либо уменьшения размера подлежащего возмещению вреда. Однако, достаточных, бесспорных доказательств тому ответчиком не представлено. 

Судом установлено, из материалов дела следует, что 12 октября 2016 года примерно в 2 часа 13 минут водитель ФИО5, управляя технически исправным автомобилем «...», государственный регистрационный знак …, двигаясь по четвёртой полосе проезжей части ул.Лежневская г.Иваново в направлении от ул.Радищева к ул.Велижская, с включённым ближним светом фар, в районе дома № 59 по ул.Лежневская г.Иваново, не располагая технической возможностью предотвратить наезд на пешехода, в том числе при выполнении требований части 2 статьи 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (далее – Правил дорожного движения), совершил наезд на приходящегося сыном истцу пешехода ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения лёгкой степени, двигался вне пешеходного перехода в неположенном месте, в темпе быстрого шага, слева направо относительно направления движения автомобиля и который от полученных травм скончался на месте дорожно-транспортного происшествия. 

Обстоятельства получения ФИО1 травмы и наступления смерти с достаточной степенью достоверности подтверждены представленными в дело доказательствами, отражены в медицинской документации и материалах проверки по факту дорожно-транспортного происшествия. Выводы суда об отсутствии нарушения со стороны ответчика Правил дорожного движения и отсутствии у водителя ФИО5 технической возможности предотвратить наезд на пешехода достаточно мотивированы, основаны на исследованных судом доказательствах, заключении эксперта от 8 декабря 2016 года № …, выполненного экспертом экспертно-криминалистического центра УМВД России по Ивановской области ФИО2 на основании постановления о назначении автотехнической судебной экспертизы от 8 декабря 2016 года, принятого следователем ССО по ДТП СУ УМВД России по Ивановской области при рассмотрении материалов проверки КУСП № … от 13 октября 2016 года, которые исследованы судом первой инстанции, - и истцом в жалобе сомнению не подвергнуты.

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от 12 октября 2016 года со схемой и фототаблицей к нему, представленными в материалах проверки КУСП № … от 13 октября 2016 года, следует осуществление движения ФИО1 по проезжей части вне пешеходного перехода, в неположенном месте, в нарушение требований пунктов 1.3, 1.5, 4.3, 4.5 Правил дорожного движения, что иными доказательствами по делу не опровергнуто. 

Вместе с тем само по себе осуществление движения участника дорожного движения с нарушением Правил дорожного движения, обнаружение водителем транспортного средства пешехода за промежуток времени, в который водитель технически не может избежать наезда на пешехода не может свидетельствовать об умысле ФИО1 на причинение себе повреждений.

Судом первой инстанции исследованы материалы проверки по факту дорожно-транспортного происшествия, в которых имеются объяснения опрошенного в порядке статьи 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации ФИО3, отмечавшего движение пешехода без изменения траектории перпендикулярно проезжей части. 

Характер действий участников происшествия, его обстановка, тёмное время суток и состояние погоды, затрудняющие видимость, усматриваемые по материалам дела, установленное состояние потерпевшего свидетельствуют о неосторожном поведении погибшего в момент дорожно-транспортного происшествия.

Представленные ответчиком скриншоты с сайта vk.com группы «…», с сообщениями ФИО1, распечатки текстов песен Spat не позволяют достоверно установить автора сообщений, не свидетельствуют бесспорно о намерении ФИО1 причинить вред своему здоровью либо своей жизни, в том числе в результате заявленного дорожно-транспортного происшествия, а потому, в соответствии со статьями 55, 58, 71 ГПК РФ, не могут быть приняты в качестве доказательства наличия умысла потерпевшего на причинения вреда. 

Доказательств, подтверждающих наличие умысла ФИО1 на причинение вреда в результате дорожно-транспортного происшествия, ответчиком не представлено и в материалах дела не имеется. Доводы апеллянта ФИО5 о наличии такого умысла своего подтверждения не нашли, в связи с чем отклоняются судебной коллегий.

С учётом фактических обстоятельств дела в их совокупности судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии грубой неосторожности потерпевшего в дорожно-транспортном происшествии. 

Оснований для освобождения ФИО5 от возмещения причинённого истцу вреда в соответствии со статьями 1064, 1079, 1083 ГК РФ не усматривается.

Согласно статье 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со статьёй 151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства, учитывает степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

Согласно части 2 статьи 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Удовлетворяя исковые требования ФИО4 о компенсации морального вреда в части, определив размер компенсации в 50000 рублей, суд первой инстанции, руководствуясь положениями частей 1, 2 статьи 1064, частей 1, 2 статьи 1079, частей 2, 3 статьи 1083, статей 1100, 151, 1101, ГК РФ, статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации, разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 23, 32 Постановления «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26 января 2010 года № 23, пункте 2 Постановления «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20 декабря 1994 года № 10, правильно исходил из требований разумности и справедливости и обоснованно принял во внимание фактические обстоятельства дела, в том числе причинение вреда в результате нарушения пешеходом ФИО1 Правил дорожного движения, причинение вреда источником повышенной опасности под управлением ФИО5, отсутствие вины ФИО5, нахождение ФИО1 в момент дорожно-транспортного происшествия в состоянии лёгкой степени алкогольного опьянения, грубую неосторожность потерпевшего, индивидуальные особенности ФИО4, степень причинённых ей нравственных страданий, вызванных невосполнимой утратой близкого человека – единственного сына, материальное положение ответчика, в том числе имеющиеся у него долговые обязательства, его семейное положение и наличие детей.

Оснований не соглашаться с оценкой судом собранных по делу доказательств у судебной коллегии не имеется.

Судом учтены все заслуживающие внимание обстоятельства; конкретные действия участников дорожно-транспортного происшествия оценены в их совокупности, соотнесены с тяжестью причинённых истцу страданий и её индивидуальными особенностями. Присуждённый размер компенсации морального вреда отвечает принципам его определения, закреплённым в статьях 151, 1101 ГК РФ. Пределы его разумности судом не нарушены.

Доводы жалобы ответчика о том, что истец не привила погибшему сыну навыков соблюдения Правил дорожного движения, не препятствовала его уходу ночью одного в состоянии алкогольного опьянения, о случившемся узнала в обед на работе, что свидетельствует о нахождении истцом такого поведения сына нормальным, и что истец сама принимала решение о своём семейном положении и наличие у неё одного сына и отсутствия семьи не может быть вменено как отягчающее, а также ссылки ответчика на оскорбительный характер поведения стороны истца отражают субъективное восприятие ФИО5 размера компенсации морального вреда, которое не может рассматривается в качестве достаточного основания для отмены либо изменения решения суда в данной части. Доводы апелляционной жалобы ответчика о характере поведения и образе жизни погибшего, которые, по его мнению, являются основанием для снижения размера компенсации до 1000 рублей либо отказа во взыскании компенсации морального вреда, подлежат отклонению, поскольку не соразмерны тяжести и характеру перенесённых истцом нравственных и физических страданий, неожиданная смерть близкого человека, обусловленная не естественными причинами, является для истца тяжёлой невосполнимой утратой. При этом судебная коллегия учитывает, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причинённого жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закреплённых в Конституции Российской Федерации. Компенсация морального вреда должна быть реальной, а не символической. 

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что компенсация морального вреда в сумме 50000 рублей не отражает должным образом пережитых нравственных страданий от трагической смерти самого близкого и родного человека, единственного сына, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку вывод суда относительно размера компенсации морального вреда мотивирован и принят в соответствии с действующим нормами права, с учётом характера нравственных страданий истца, а также должной степени разумности и справедливости. 

Ссылка ФИО4 на то, что суд не обратил внимание на финансовое положение истца, представившей кредитный договор на приобретение квартиры – единственного жилья, которую оплачивала вместе с сыном, отсутствие других лиц, которые могли бы оказать ей материальную помощь, на размер присуждённой судом компенсации морального вреда не влияют. Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесённые физические и нравственные страдания, не направлена на возмещение имущественных потерь. 

Доводы апелляционных жалоб сторон не содержат каких-либо безусловных оснований для снижения либо увеличения размера компенсации морального вреда; судом произведена оценка установленных обстоятельств и определён размер компенсации морального вреда; жалобы не содержат иных обстоятельств, которые бы повлияли на размер компенсации морального вреда. Судебная коллегия не находит правовых оснований входить в переоценку относительно определённого судом размера компенсации морального вреда. Основания для отказа в её взыскании отсутствуют.

В соответствии со статьёй 1094 ГК РФ, судом на ответчика как лицо, ответственное за вред, вызванный смертью потерпевшего, правильно возложена обязанность возместить необходимые расходы на погребение истцу как лицу, понесшему эти расходы. 

Перечень таких расходов содержится в Федеральном законе «О погребении и похоронном деле» от 12 января 1996 года № 8-ФЗ, в соответствии со статьёй 3 которого, погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Федеральный закон «О погребении и похоронном деле» от 12 января 1996 года № 8-ФЗ, Рекомендации о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованные Протоколом Госстроя России от 25 декабря 2001 года № 01-НС-22/1, связывают обрядовые действия с обычаями и традициями в Российской Федерации, в связи с чем, расходы на достойные похороны (погребение) включают в себя как расходы на оплату ритуальных услуг (покупка гроба, покрывала, подушки, савана, иконы и креста в руку, венка, ленты, ограды, корзины, креста, таблички, оплата укладки в гроб, выкапывания могилы, выноса, захоронения, установки ограды, установки креста, предоставления оркестра, доставки из морга, услуг священника, транспорта до кладбища) и оплату медицинских услуг морга, так и расходы на установку памятника и благоустройство могилы. К указанным расходам относится и обязательное устройство поминального обеда для почтения памяти умершего родственниками и иными лицами.

Понесённые истцом расходы на само погребение и ритуальные принадлежности в сумме 39884 рубля, на санитарную обработку тела усопшего в размере 7400 рублей, на устройство места погребения с установкой ограды – 37172 рубля, на приобретение обуви для усопшего – 301 рубль, на поминальный обед – 86361 рубль 77 копеек, согласно представленным договорам и платёжным документам, в том числе: счёта-заказы от 13 октября 2016 года № …, № …, кассовые чеки от 13 октября 2016 года, квитанция к приходному кассовому ордеру от 14 октября 2016 года № …, договор на оказание ритуальных услуг от 13 октября 2016 года № …, договор оказания услуг от 12 октября 2016 года с заказом-меню поминального обеда и дополнительным соглашением к нему от 14 октября 2016 года со счётом-доплатой, акт об оказании услуг к договору оказания услуг от 12 октября 2016 года и дополнительному соглашению от 14 октября 2016 года, датированный 14 октября 2016 года, устав ООО «…», утверждённый 16 ноября 2009 года, выписка из Единого государственного реестра юридических лиц от 1 апреля 2015 года № …, письма ОАО «…» от 25 января 2017 года № …, от 16 января 2017 года № …, договор от 25 января 2017 года № …, - не выходят за пределы обрядовых действий по погребению, являются целесообразными, необходимыми для достойных похорон ФИО1 и разумными. Оснований не доверять достоверности представленных в материалах дела доказательств факта несения указанных расходов у судебной коллегии не имеется.

Из выше означенных договора оказания услуг от 12 октября 2016 года с заказом-меню с учётом его изменений и акта об оказании услуг от 14 октября 2016 года, вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика, следует, что меню обеда соответствует характеру поминального, не содержит изысканных, не характерных для общепринятого поминовения блюд, алкогольных напитков. Меню составлено, исходя из количества человек, пришедших отдать память усопшему, из социальных и родственных связей истца и её сына. Выкопировки с сайтов отдельных сообщений о проведении поминальных обедов другими организациями общественного питания г.Иваново, представленные ответчиком, бесспорно не свидетельствуют о завышенной, не отвечающей требованиям разумности стоимости поминального обеда, оплаченного истцом, сведений о средней стоимости поминального обеда на дату поминовения не содержат.

Достаточных доказательств недобросовестности истца при заказе и оплате поминального обеда в соответствии со статьёй 10 ГК РФ, частью 1 статьи 56 ГПК РФ ответчиком не представлено. 

Субъективное мнение ответчика о количестве и характере блюд, их стоимости для проведения поминовения со ссылкой на распечатки с сайтов, описывающих православный обряд погребения, основанием к переоценке судебной коллегией установленной судом суммы расходов на поминальный обед с учётом изложенного служить не может.

Отсутствие в Рекомендациях о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных Протоколом Госстроя России от 25 декабря 2001 года № 01-НС-22/1, понятие «ограда», на что ссылается ответчик, не свидетельствует о чрезмерности расходов на погребение. Кроме того, вопреки доводам ответчика, в названных Рекомендациях (приложение № 9) имеется упоминание об ограждениях, содержится бланк заявления на захоронение в могилу либо в ограду.

Правила работы муниципальных кладбищ и порядок их содержания, утверждённые Решением Ивановской городской Думы от 31 октября 2000 года № 377, в разделе 3 допускают наличие ограждения места погребения. При этом в силу пункта 5. 3 этих Правил в случае, если на могиле отсутствуют какие-либо надмогильные сооружения (памятники, цоколи, ограды, регистрационная табличка и так далее) и могила не благоустроена, комиссия администрации кладбища составляет акт о состоянии могилы; администрация кладбища выставляет на могильном холме трафарет - предупреждение ответственному за захоронение о необходимости приведения места захоронения в порядок и обращения по данному вопросу к администрации кладбища, и по истечении двух лет в случае неприведения могилы в порядок комиссия администрации кладбища совместно с управлением благоустройства администрации г.Иваново принимает решение о возможности использования данного места для захоронения на общих основаниях в соответствии с Правилами.

Согласно письмам ОАО «…» от 25 января 2017 года и от 16 января 2017 года, захоронение ФИО1 находится на муниципальном кладбище г.Иваново; предоставленный участок земли рассчитан на два захоронения, в связи с чем является семейным (родовым) захоронением; захоронение является первичным, других умерших на отведённом участке земли в настоящее время не имеется.

С учётом изложенного, соотнеся площадь приобретённого истцом металлического ограждения размером 2,5х2,2 метра с площадью отводимого под каждую могилу земельного участка и территориальными ограничениями захоронения, установленными пунктом 2.4 Правил работы муниципальных кладбищ и порядок их содержания, утверждённых Решением Ивановской городской Думы от 31 октября 2000 года № 377, судебная коллегия не усматривает чрезмерности расходов на оплату устройства места погребения с установлением ограждения места захоронения, недобросовестности действий истца по установке заявленной ограды и законных оснований для отказа во взыскании в пользу истца с ответчика в соответствии со статьями 10, 1094, 1083 ГК РФ заявленных расходов на оплату устройства места погребения с установкой ограды либо снижения данной суммы.

Вопреки доводам жалобы ответчика, согласно статье 1094 ГК РФ, пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счёт возмещения вреда не засчитывается, поэтому оснований для уменьшения суммы расходов на погребение, понесённых истцом, на сумму данного пособия у суда первой инстанции не имелось.

В соответствии с частью 3 статьи 1083 ГК РФ судом первой инстанции при определении размера расходов на погребение правильно не учтена вина потерпевшего.

Присуждённый истцу с ответчика размер расходов на погребение 146118 рублей 77 копеек, включая расходы на погребение и приобретение ритуальных принадлежностей, на санитарную обработку тела усопшего, на устройство места погребения с установкой ограды, на приобретение обуви для усопшего, на поминальный обед за вычетом оплаченных страховщиком 25000 рублей согласно статье 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ, документально подтверждён, отвечает требованиям статей 10, 1083, 1094, 1072, 1079 ГК РФ. Основания для его изменения по доводам апелляционной жалобы ФИО5 отсутствуют.

Разрешая исковые требования о возмещении ущерба, суд первой инстанции правильно отказал истцу в удовлетворении требований о взыскании расходов на приобретение лекарственных препаратов на лечение ФИО4, поскольку истцом в соответствии со статьёй 56 ГПК РФ не представлены доказательства наличия прямой причинно-следственной связи с необходимостью приобретения данных препаратов, наличием показаний врачей и произошедшим дорожно-транспортным происшествием, причинившим смерть ФИО1. Факт обращения истца после гибели 12 октября 2016 года сына за медицинской помощью к врачу-неврологу 7 ноября 2016 года и позднее, впоследствии к психотерапевту и выявления неврозоподобного состояния, астенодепрессивного, депрессивного синдромов, тревожного расстройства с назначением антидепрессантов, согласно представленной медицинской документации, сам по себе не свидетельствует о наличии причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и нуждаемостью истца в заявленных лекарствах; представленные истцом доказательства объективно не подтверждают наличие причинно-следственной связи между последствиями дорожно-транспортного происшествия и ухудшением здоровья истца. 

Апелляционные жалобы ФИО4 и ФИО5 не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела, и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции. Судом исследованы все юридически значимые по делу обстоятельства и дана надлежащая оценка собранным по делу доказательствам. Значимые по делу обстоятельства судом установлены правильно. Выводы суда первой инстанции соответствуют обстоятельствам дела и требованиям закона. Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения, судом не допущено. 

Предусмотренных статьёй 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется; безусловных оснований для отмены решения суда, предусмотренных частью 4 статьи 330 ГПК РФ, не усматривается. Апелляционные жалобы сторон удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьёй 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

Решение Ленинского районного суда города Иваново от 20 февраля 2017 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 и апелляционную жалобу ФИО5 – без удовлетворения.

Председательствующий :

Судьи :