Дело № 2-130/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Улёты 26 июля 2019 года

Улётовский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Глазыриной Н.В.

при секретаре Суворовой Е.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковым заявлениям ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности и восстановлении права собственности, а так же ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи, прекращении права собственности, исключении записи из ЕГРП,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, ссылаясь на то, что с 2012 года ее семья выстроила, владела и пользовалась на праве собственности объектами недвижимости, расположенными на адрес: земельным участком, площадью 5000 кв.м по адрес (кадастровый №); жилым зданием площадью 1116,3 кв.м по адрес, б/н строение 1 (кадастровый №); жилым домом площадью 190,5 кв.м по адрес, б/н строение 2 (кадастровый №); хозяйственной постройкой площадью 185,0 кв.м по адрес, б/н строение 3 (кадастровый №). В силу различных жизненных обстоятельств право собственности переходило к разным членам семьи: ФИО3 до брака ФИО1 - сестра ее мужа ФИО7, ФИО8 - мама ФИО3 и ФИО7, затем она. Имущество сдавалось в аренду, денежными средствами пользовалась вся семья. После смерти ее мужа в 2013 году всеми делами по управлению имуществом занимался ФИО2 - муж ФИО3, проживавшей в адрес. Она (истец) длительное время страдает атеросклерозом сосудов головного мозга, регулярно забывает обо всем и не всегда сознает, что делает, поэтому делами она не занималась. Вся деятельность по управлению имуществом осуществлялась на доверии между родственниками. В конце ноября 2016 года ФИО2 сказал ей, что необходимо переписать имущество на ФИО3, но в связи с ее тяжелой болезнью ее интересы будет представлять он на основании доверенности. Она была уверена, что передает права на имущество ФИО3, поэтому подписала документы, не читая их. С ФИО3 она не разговаривала, так как ФИО2 просил ее не беспокоить. ФИО3 приехала в Читу в августе 2018 года, и только тогда она узнала, что ФИО2 через 4 месяца после сделки расторгнул брак с супругой, не ставя ее в известность, и заключил новый брак. О том, что собственником имущества теперь является ФИО2, они узнали в конце августа 2018 г. В Центральном районном суде адрес был инициирован процесс по разделу совместно нажитого имущества, в том числе и указанного выше. В личных беседах ФИО2 постоянно заявлял, что кроме имущества на оз. Арей ему ничего более не нужно. С этого момента стало понятно, что он намеренно обманул истца при совершении сделки, заранее готовя пути к завладению спорным имуществом. Доходами от использования имущества теперь распоряжается единолично ФИО2 Никаких денег она не получала, и не знала, что продала имущество за данные изъяты рублей, кадастровая стоимость которого составляет более данные изъяты рублей. В результате обмана со стороны ФИО2 она лишила всю семью не только источника дохода, но и стоимости утраченного имущества. Просила признать недействительным договор купли-продажи недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки в виде возврата земельного участка, площадью 5000 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №); жилого здания площадью 1116,3 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 1 (кадастровый №), жилого дома площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 2 (кадастровый № 75:19:010101:192) хозяйственной постройки площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 3 (кадастровый №) ФИО1, прекратить право собственности ФИО2 на земельный участок, площадью 5000 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №), жилое здание площадью 1116,3 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 1 (кадастровый №), жилой дом площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 2 (кадастровый №), хозяйственную постройку площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 3 (кадастровый №), восстановить право собственности ФИО1 на указанные объекты недвижимости. 

Заявлением, поступившим в Улётовский районный суд ДД.ММ.ГГГГ представитель истца на основании доверенности ФИО5 уточнила исковые требования, указав, что в составе спорного имущества указан земельный участок, площадью 5000 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), однако ФИО2 произвел действия по разделу земельного участка на 4 земельных участка с присвоением новых адресов спорного имущества. На основании выписок из ЕГРН, полученных посредством запроса, перечень имущества теперь состоит из: земельного участка площадью 2620 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); земельного участка площадью 718 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); земельного участка площадью 536 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); земельного участка площадью 1126 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); жилого здания площадью 1194,1 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №); жилого дома площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №); хозяйственной постройки площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 3 (кадастровый №). Просила применить последствия недействительности сделки в виде возврата указанного выше недвижимого имущества ФИО1, прекратить право собственности ФИО2 на указанное имущество.

ФИО3 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, мотивировав его тем, что в производстве Центрального районного суда адрес находится гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО2 о разделе общего имущества супругов. В составе имущества супругов, нажитого во время брака и подлежащего разделу по иску ФИО3 входило имущество, именованное в исковом заявлении как мотель «Огненный дракон», заявлением от ДД.ММ.ГГГГ уточненное как: земельный участок, площадью 5000 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №); жилое здание площадью 1116,3 кв.м по адресу: адрес, д.б/н, строение 1 (кадастровый №); жилое дом площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 2 (кадастровый №); хозяйственная постройка площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, д. б/н, строение 3 (кадастровый №). Данное имущество является предметом раздела, к нему применены обеспечительные меры в виде запрета на совершение регистрационных действий, и недопущению перерегистрации права на основании определения о принятии обеспечительных мер от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ во время знакомства с материалами дела выяснилось, что ФИО2 без ведома ФИО3 приобретал недвижимое имущество, о котором она даже не подозревала. Это обстоятельство явилось причиной обращения ДД.ММ.ГГГГ в Управление Росреестра по Забайкальскому краю за выписками о переходе прав на имущество, находящееся в разделе. ДД.ММ.ГГГГ из полученных выписок стало очевидно что ФИО2 произвел отчуждение совместно нажитого имущества, а именно: жилого дома площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес б/н, строение 2 (кадастровый №); хозяйственной постройки площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, б/н, строение 3 (кадастровый №) ФИО4 по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с ч. 3 ст. 35 СК РФ для заключения сделки по распоряжению имуществом, право на которое подлежит государственной регистрации, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки. ФИО3 нотариального согласия на совершение данной сделки не давала. О сделке узнала только ДД.ММ.ГГГГ. Просит признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО2 и ФИО4, прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес, б/н строение 2 (кадастровый №), хозяйственную постройку площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, б/н, строение 3 (кадастровый №), исключить из ЕГРН запись о ФИО4 как собственнике указанного имущества.

Заявлением, поступившим в Улётовский районный суд ДД.ММ.ГГГГ представитель истца на основании доверенности ФИО5 уточнила исковые требования, указав, что в составе спорного имущества указан земельный участок, площадью 5000 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №). Однако ФИО2 произвел действия по разделу земельного участка на 4 земельных участка с присвоением новых адресов спорного имущества. На основании выписок из ЕГРН перечень имущества теперь состоит из: земельного участка площадью 2620 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); земельного участка площадью 718 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); земельного участка площадью 536 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); земельного участка площадью 1126 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); жилого здания площадью 1194,1 кв.м по адресу: адрес (кадастровый №); жилого дома площадью 190,5 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); хозяйственной постройки площадью 185,0 кв.м. по адресу: адрес, б/н, строение 3 (кадастровый №). Просит прекратить право собственности ФИО4 на жилой дом площадью 190,5 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), хозяйственную постройку площадью 185,0 кв.м. по адресу: адрес, б/н, строение 3 (кадастровый №), земельный участок площадью 718 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), земельный участок площадью 536 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), земельный участок площадью 2620 кв.м. по адресу: Арей адрес (кадастровый №), исключить из ЕГРН запись о ФИО4 как собственнике указанного недвижимого имущества.

В судебном заседании истец ФИО1 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, суду дала показания согласующиеся с содержанием иска. Пояснила, что сделка была недействительной, она не думала, что переписывать имущество будут на ФИО2, а не на ФИО3. Они должны были все это имущество переписать детям, она знала, что этот договор формальный. Имущество на Арее принадлежало ФИО3 и её супругу изначально, строили все вместе, там же работал ее муж, ее семья денег в строительство не вкладывала, однако физически все помогали в строительстве. Договор купли-продажи она могла прочитать, однако подписала, не читая, поскольку доверяла ФИО2. 

Истец ФИО3 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, суду дала показания, согласующиеся с содержанием иска. Просила признать сделку ФИО2 и ФИО4 недействительной, так как последняя знала, что ФИО6 был в браке. Он тоже знал, что развелся со мной, он наверняка знал, что она в случае развода будет подавать на раздел имущества, знал, что она будет против сделки, и что он не должен совершать эту сделку, и что она будет оспаривать ее. Имущество наживалось совместно на общие деньги в законном порядке, имущество должно быть поделено, и потом он может уже дарить, продавать свою часть имущества. 

Представитель истцов ФИО3 и ФИО1 на основании доверенности ФИО5 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить требования в полном объеме. По иску ФИО1 пояснила, что сделка была совершена под влиянием обмана. Лжи по данному делу было предостаточно, началась она с подачи заявления о расторжении брака без уведомления своей супруги. ФИО1 была обманута насчет лица, с которым совершалась сделка, подтверждается ее показаниями и показаниями ФИО6. Умысел был на совершение обмана у ФИО2, ответчиком было подано заявление о признании имущества его личной собственностью, что и было единственной целью обмана. Считает, что в деле достаточно доказательств, показаний свидетелей, что истец и ответчик жили одной семьей, вместе проводили время, тратили общие деньги. Сделка, совершенная с ФИО4, согласно договору в июле 2018 года, не является законным, так как на регистрацию был представлен 29 октября, после подачи иска о разделе имущества. 

Представитель истца ФИО1 на основании доверенности ФИО9 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить требования в полном объеме.

Представитель истцов ФИО3 и ФИО1 на основании доверенности ФИО10 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить. Считает, что все имущество было нажито совместно, недвижимое имущество было возведено силами всех членов семьи. Действительно со стороны семьи истца не было финансовых вложений, но вкладывались они физически. Права переходили между членами семьи, имущество сдавалось в аренду, денежные средства распределялись между всеми членами семьи, как С-выми, так и Б-ными. Вся деятельность по управлению осуществлялась на доверии, в конце 2016 года истец действительно продала недвижимость, как она предполагала на имя ФИО3, договор она не читала, доверяла ответчику, так как между ними были доверительные отношения. Специалист регистрационной палаты договор не зачитывала. ФИО1 о том, что в договоре указана не ФИО3, узнала только в 2018 году. Она была уверена, что переход права собственности осуществлялся на имя ФИО6. Согласно выписке по счету денежных средств она не получала. Считала, что сделка была заключена с введением в заблуждение. По иску ФИО3 полагает, что применению подлежат нормы семейного законодательства, а именно ст.35 СК РФ, и что для заключения сделки требуется нотариальное согласие второго супруга. Полагает, что брак был расторгнут после совершения сделки – ДД.ММ.ГГГГ, сделка была зарегистрирована в ноябре 2018 года. В августе 2018 года ответчик заключил новый брак, при этом брак с истцом расторгнут не был. Данное обстоятельство является существенным. Полагает, что распоряжение общей собственности свидетельствует о наличии согласия сособственника. Полагает, что в суде было установлено, что ФИО4 знала о несогласии с данной сделки, сам ответчик так же мог ввести в заблуждение вторую сторону сделки, к тому же они являются знакомыми, так же не представлено доказательств, платила ли ФИО4 деньги за имущество. Сумма в данные изъяты является фиктивной, делалась сделка с целью раздела данного имущества. Стоимость данных объектов гораздо больше, чем сумма в договоре. Полагает, что стороной истца доказано, что сделка является незаконной.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме. Пояснил, что когда они проживали в Чите, у них была хорошая семья. Не только семья Б-ных работала на строительстве объектов, работало более 300 человек, которые получали зарплату, и семья Б-ных получала хорошую зарплату. С 2013-2014 года семейные отношения между ним и ФИО3 прекратились. ФИО3 сама неоднократно предлагала ему расторгнуть брак, совместного хозяйства они уже не вели. У ФИО6 осталось достаточно имущества, от которого она имеет хороший доход. ФИО1 говорила, что не будет лезть в их семейные дела, однако ФИО3 уговорила ее подать иск. Он хотел имущество поделить без скандалов, однако она хочет забрать все имущество. При сделке с ФИО4 он показывал паспорт, ФИО4 знала, что он расторгнул брак с ФИО3, что у него есть другая семья, знать о том, против ФИО6 или нет она не могла, ей было известно, что всем имуществом распоряжался он. Поддержал мнение своих представителей и просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Ответчик ФИО4 надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явилась, направила письменное заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, с участием ее представителя ФИО11

Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО4 на основании доверенности ФИО11 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме. По иску ФИО3 пояснил, что основанием признания недействительности совершенной сделки истец указывает отсутствие нотариального согласия супруги на отчуждение совместно нажитого имущества. Считает, что юридически значимыми обстоятельствами, подлежащими выяснению и доказыванию сторонами, являются: является ли спорное имущество совместным и распространяется ли на него режим совместной супружеской собственности и являлись ли стороны супругами на момент совершения сделки. В соответствии с решением мирового судьи судебного участка № Центрального судебного района адрес от ДД.ММ.ГГГГ по делу по иску ФИО2 к ФИО3 о расторжении брака, брачные отношения между сторонами фактически прекращены в мае 2015 года. Следовательно, имущество, приобретенное ФИО2 позднее, является его личным имуществом и разделу не подлежит. Согласно сведений, содержащихся в ЕГРН, выписок, представленных в материалы дела дата приобретения спорного недвижимого имущества ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, спорное имущество, в силу положений ч. 4 ст. 38 СК РФ совместно нажитым супругами не является. По данному факту ФИО2 в Центральный районный суд адрес в дело о разделе совместно нажитого имущества супругов С-вых подано встречное исковое заявление о признании спорного имущества личным имуществом ФИО6. Таким образом, необходимости получения какого-либо согласия ФИО3 при совершении сделки не требовалось, ввиду чего, не имеется и оснований для признания договора купли-продажи недействительным. На момент заключения договора купли-продажи ФИО3 и ФИО2 супругами не были. Брак С-вых расторгнут заочным решением ДД.ММ.ГГГГ, решение вступило в законную силу. На момент заключения договора ФИО2 и ФИО3 супругами не являлись, в связи с чем, отсутствовала обязанность получения согласия бывшего супруга на совершение сделки, тем более, по распоряжению личным имуществом. То, что брак между С-выми был расторгнут ФИО4 выясняла, и знала об этом, препятствий к совершению сделки не было, у ФИО6 была доверенность от ФИО6. 

По исковому заявлению ФИО1 пояснил, что основанием для признания недействительности совершенной сделки истец указывает заблуждение истца (продавца) относительно стороны покупателя в сделке. Заявляемым стороной истца обстоятельством, по ее мнению, обмана является указание стороной покупателя (ФИО2) вместо ее сестры ФИО3 непосредственно ответчика. С таким утверждениями истца категорически не согласен, так как истцу при заключении договора было достоверно известно, кто является покупателем (соответственно и приобретателем имущества) по сделке. Договор прочитан и подписан ФИО1, совместно с ней подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности на объекты недвижимости, отчужденные по договору. Полагает, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Фактически же, ни обмана, ни какого-либо умысла на него не имелось. Заключая спорный договор, его стороны осознавали правовые последствия и желали их наступления. Оспариваемый договор заключен между сторонами в письменной форме, сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условия договора, что подтверждается подписью истца. Сторонами согласованы предмет договора, права и обязанности. Договор прошел государственную правовую экспертизу и государственную регистрацию, сторонами фактически исполнен. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности, так как она изначально знала условия сделки и срок должен был течь с 2016 года.

Представитель ответчика на основании доверенности ФИО12 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме при этом поддержал пояснения, данные ФИО2 и его представителем Г-вым. В дополнении указал, что исковое заявление и позиция истца складывается только на предположениях, доказательств в подтверждение своих доводов не представлено. Доводы о том, что ФИО1 не читала договор, что специалист регистрационной палаты не зачитывал условия договора и не разъяснял правовые последствия - не подтверждены. Факт передачи денег отражен в договоре, волеизъявление сторон выяснялось, договор был подписан и прошел регистрацию. Доводы об обмане и введении в заблуждение не доказаны. К тому же в судебном заседании ФИО1 пояснила, что если бы не было развода, то не было бы и этого процесса, полагает, что данный иск имеет целью вывести спорные объекты из раздела. По иску ФИО3 так же позиция основана на предположениях, она предполагает, что ФИО4 не знала об ее несогласии о совершении сделки и о том, что ФИО6 расторг брак. Эти предположения так же не подтверждены. К тому же семейные отношения были прекращены раньше, чем был официальный развод, и по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ брак расторгнут, предположений о том, что в последующем расторжение брака будет отменено не могло быть ни у ФИО6, ни у ФИО4. Регистрация только юридически закрепляет заключение договора. По иску ФИО1 пояснил, что никакого заблуждения и обмана не усматривается, как следует из уведомления, которое приобщили к материалам дела истцы, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 не заявляла основанием для расторжения договора введение ее в заблуждение. Просил применить последствия пропуска срока исковой давности.

Представитель третьего лица – Управление федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии ФИО13 надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, письменно просил рассмотреть дело в его отсутствие. По существу требований, заявленных ФИО3 пояснил, что управление, ознакомившись с исковыми требованиями возражает против удовлетворения требований об исключении из ЕГРН запись о ФИО4 в виду того, что согласно ч. 5 п. 2 ст. 14 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются вступившие в законную силу судебные акты. Так же в соответствии с абз. 2 п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №, Пленума ВАС РФ № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество, осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП. Полагает, что требования истца об исключении из ЕГРН записи о ФИО4 как о собственнике жилого дома является излишне заявленным. Так же пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 было подано заявление о государственной регистрации права собственности на здание с кадастровым номером № ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 было подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности на здание с КН № Так же ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 были поданы заявления о государственной регистрации ограничения права и (или) обременения объекта недвижимости с КН №, о государственной регистрации права собственности на здание с КН № ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ было подано заявление о государственной регистрации перехода права собственности на здание с КН №. К данным заявлениям был приложен договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. В Управление ДД.ММ.ГГГГ поступило заявление ФИО2 о принятии дополнительных документов, а именно договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. Просит в удовлетворении требований в части исключении из ЕГРН записи о ФИО4 как о собственнике жилого дома отказать, в остальном оставил спор на усмотрении суда.

Представитель третьего лица – Улётовского РОСП УФССП России по Забайкальскому краю ФИО14 в судебном заседании пояснила, что в производстве Улётовского РОСП находятся три исполнительных производства о наложении ареста на спорное имущество. Все они возбуждены на основании исполнительных листов Улётовского районного суда, вынесенных в мае и июне 2019 года. Исполнительное производство на основании исполнительного листа выданного по определению Центрального районного суда ДД.ММ.ГГГГ в Улётовском РОСП не возбуждалось в связи с тем, что с таким исполнительным листом в адрес отдела взыскатель не обращался.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными. Таким образом, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица.

Выслушав мнение сторон, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к выводу, что исковые требования как ФИО1, так и ФИО3 заявлены незаконно, не обоснованы, и не доказаны материалами дела в связи с чем не подлежат удовлетворению. 

Приходя к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, суд исходит из нижеследующего.

Согласно ч. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Как предусмотрено положениями п. п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. В силу ст. 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

На основании ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Положениями п. 1 ст. 486 ГК РФ на покупателя возложена обязанность оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В силу п. 1 ст. 549 ГК РФ по договору купли-продажи недвижимого имущества продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество.

На основании п. 2 ст. 558 ГК РФ договор продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры подлежит государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации.

Как установлено ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Основания недействительности сделок определены положениями ст. ст. 166 - 179 ГК РФ и расширительному толкованию не подлежат.В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. п. 1 и 2 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.15. №25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой ГК РФ», согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Как следует из разъяснений, содержащихся в абзацах 1,2 п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума ВАС РФ №22 от 29.04.10 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии с п. 1 ст. 2 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Поскольку при таком оспаривании суд разрешает спор о гражданских правах на недвижимое имущество, соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.

Оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Согласно ч. 1 ст. 170 ГК мнимая сделка, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной по основаниям ч. 1 ст. 170 ГК РФ необходимо установить то обстоятельство, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В соответствии со ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если сторона заблуждается в отношении природы сделки, в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

По смыслу приведенной статьи, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.15 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Так, из материалов дела усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи земельного участка, площадью 5000 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №); хозяйственной постройки площадью 185,0 кв.м по адресу: адрес, б/н, строение 3 (кадастровый №), жилого здания площадью 1116,3 кв.м по адресу: адрес, б/н., строение 1 (кадастровый №); жилого дома площадью 190,5 кв.м по адресу: адрес, б/н строение 2 (кадастровый №). (л.д.8)

Согласно п. 3.1.1 сумма договора составляет данные изъяты рублей и уплачена до его подписания.

Данный пункт договора является существенным условием и опровергает доводы истца ФИО1 о том, что денежных средств от ответчика она не получала.

Право собственности ФИО2 на приобретенное недвижимое имущество было зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается отметками государственного инспектора Управления федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Забайкальскому краю ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ, (л.д.9) а так же выписками из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, представленными истцом в материалы дела. (л.д.10-24)

Таким образом, процедура совершения сделки купли-продажи спорного имущества была проведена с соблюдением всех норм законодательства, и в установленном законом порядке была зарегистрирована в уполномоченном на то органе.

Нельзя согласиться с позицией ФИО1 о том, что при совершении сделки ДД.ММ.ГГГГ она не могла понимать значения своих действий и руководить ими так как истцом в нарушение требований ст.56 ГПК РФ в материалы дела не было представлено допустимых доказательств, содержащих вывод о наличии у нее не только каких-либо психических расстройств, лишающих ее способности понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ, но и каких-то заболеваний в целом.

Таким образом, установленные обстоятельства, не свидетельствуют о наличии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной в соответствии с требованиями п. 1 ст. 177 ГК РФ, поскольку истцом не было представлено объективных и достаточных доказательств того, что договор купли-продажи спорного имущества в 2016 году был заключен в момент, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Само по себе наличие у ФИО1 заболевания «атеросклероз сосудов головного мозга», которое в судебном заседании документально подтверждено не было, не может свидетельствовать о недействительности оспариваемого договора, поскольку для признания сделки недействительной по основаниям, установленным ч. 1 ст. 177 ГК РФ, является не само по себе наличие у лица заболевания или расстройства, а наличие лишь таких заболеваний в такой степени выраженности, которые лишают его способности понимать значение своих действий или руководить ими.

Так же в материалах дела отсутствуют доказательства совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на введение истца в заблуждение относительно совершаемой сделки. Доказательств того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор купли-продажи, а ФИО1 заблуждалась относительно правовой природы сделки, стороной истца не представлено. 

К тому же, действия ФИО1, совершенные после заключения договора купли продажи, выразившиеся в обращении в Управление федеральной службы регистрации, кадастра и картографии по Забайкальскому краю с заявлением о регистрации договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ свидетельствуют о том, что стороны имели намерение и совершили необходимые действия, в результате которых право собственности на спорное имущество перешли именно к ФИО2 Все обязанности по договору сторонами были исполнены.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО16 показала, что она знает ФИО1 около 40 лет. Ей известно, что на Арее было строительство недвижимого имущества, про то, что это имущество было зарегистрировано на ФИО1 ей не известно, а в ноябре 2016 года приехала ФИО3 и сказала, что имущество переписали на ФИО2. ФИО1 охарактеризовала с положительной стороны как человека серьезного, пояснила, что та не могла не читать договор, так как в силу своего характера всегда перечитывала любые документы.

Сам по себе факт продажи имущества по цене ниже рыночной также не свидетельствует о недействительности сделки, так как положениями п. п. 1, 4 ст. 421 ГК РФ установлено что граждане и юридические лица свободны в заключении договора, а в силу ст. 422 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон. Цена договора является существенным условием, и определение ее размера является исключительно прерогативой сторон сделки.

Таким образом, признать договор купли-продажи, заключенный между ФИО1 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ недействительным нельзя, а соответственно невозможно и применить последствия недействительности сделки, прекратить право собственности ФИО2 и восстановить право собственности ФИО1 на спорное имущество, поскольку эти требования производны от требования о признании договора купли-продажи недействительным.

На основании изложенного суд приходит к выводу о необходимости оставить исковые требования ФИО1 к ФИО2 без удовлетворения.

Кроме того, суд полагает обоснованными доводы представителей ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, так как в соответствии со ст.195, 196 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Истец ФИО1 в соответствии со ст. 166 ГК РФ просит совершенную сделку купли-продажи заключенной между ней и ответчиком ФИО2 как оспоримую, совершенную под влиянием обмана, признать недействительной.

Срок исковой давности по данной сделке составляет один год со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как следует из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 продала имущество ФИО2, после заключения данного договора купли-продажи они вместе обратились в управление Росреестра для регистрации данного договора. То есть утверждение истца о том, что она считала, что все проданное имущество будет зарегистрировано на ФИО3 не нашло своего подтверждения в судебном заседании, и она изначально с момента заключения договора с ФИО2 знала о том, что имущество будет зарегистрировано именно на него. Доказательств обмана или введения в заблуждение суду не представлено, а наоборот в судебном заседании истица ФИО1 не отрицала, что она имела возможность ознакомиться с самим договором купли продажи недвижимого имущества как при его подписании, так и при подаче заявления на регистрацию перехода права собственности, что не может свидетельствовать об обмане или заблуждении.

Учитывая изложенное, суд, в связи с заявлением стороны ответчика о применении последствий пропуска срока исковой давности и течением данного срока с момента заключения договора купли-продажи, когда истец должна была узнать о нарушении ее прав приходит к выводу о пропуске истцом ФИО1 срока исковой давности.

Доводы истца о том, что она узнала о нарушении ее прав только в августе 2018 года и срок исковой давности подлежит исчислению с данной даты, являются не обоснованными по вышеизложенным причинам, не подкреплены никакими доказательствами и судом не принимаются. Тем более, что в судебном заседании сама ФИО1 показала, что если бы брак между ФИО3 и ФИО2 не был бы расторгнут, то она бы с данным иском в суд не пошла бы. 

Согласно п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 года №15, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 года № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ об исковой давности», если в ходе судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Таким образом, помимо отказа в удовлетворении исковых требований по мотивам не доказанности обстоятельств, на которые ссылается сторона истца, суд так же приходит к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований необходимо отказать в связи с пропуском истцом срока исковой давности.

Приходя к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2, ФИО4, суд исходит из нижеследующего.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, истец и ответчик состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ.

На основании заочного решения и.о. мирового судьи судебного участка № Центрального судебного района адрес от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО2 к ФИО3 о расторжении брака были удовлетворены. Брак, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был расторгнут.

Свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что в этот день был зарегистрирован брак между ФИО2 и ФИО23

Определением мирового судьи судебного участка № Центрального судебного района адрес от ДД.ММ.ГГГГ с учетом определения об исправлении описки от ДД.ММ.ГГГГ заочное решение и.о. мирового судьи судебного участка № Центрального судебного района адрес от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении брака между ФИО2 и ФИО3 было отменено, производство по делу возобновлено.

ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка № Центрального судебного района адрес вынесено решение, которым исковые требования ФИО2 удовлетворены, брак, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО3, был расторгнут.

С указанным решением мирового судьи ответчик ФИО3 была не согласна, в связи с чем ею была подана апелляционная жалоба, которая была рассмотрена судьей Центрального районного суда и ДД.ММ.ГГГГ вынесено апелляционное определение об оставлении апелляционной жалобы ФИО3 без удовлетворения, а решения мирового судьи от ДД.ММ.ГГГГ без изменения.

В период зарегистрированного брака, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 выдала на имя ФИО2 доверенность, в которой она доверяет ему управлять и распоряжаться всем принадлежащем ей имуществом, заключать в отношении него все разрешенные законом сделки, в том числе продавать, дарить, обменивать, покупать, сдавать в аренду, самостоятельно определять суммы, сроки и остальные условия договоров, производить расчеты по договорам, а так же быть ее представителем во всех уполномоченных органах. 

Данная доверенность была выдана сроком на 10 лет и удостоверена нотариусом адрес ФИО17

Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ нотариусом адрес ФИО18 было вынесено распоряжение, согласно которому ФИО3 отменяет доверенность выданную ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

Как следует из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 продал в собственность ФИО4 жилой дом площадью 190,5 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), хозяйственную постройку площадью 185,0 кв.м. по адресу: адрес, б/н., строение 3 (кадастровый №), земельный участок площадью 536 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), земельный участок площадью 2620 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №), земельный участок площадью 718 кв.м. по адресу: адрес (кадастровый №).

Пунктом 1.3 данного договора установлено, что продаваемое недвижимое имущество принадлежит продавцу на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Продажная цена имущества установлена п.2.1 договора и составляет данные изъяты. Пунктом 2.2. договора установлено, что до полной оплаты имущество будет находиться у продавца в залоге.

Хозяйственная постройка площадью 185,0 кв.м. по адресу: адрес, б/н., строение 3 (кадастровый №) на момент подписания договора была обременена правами третьих лиц на основании договора аренды недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ, на что указано в п.4.1. договора.

На основании заявлений ФИО2 и ФИО4 от ДД.ММ.ГГГГ право собственности на спорные объекты недвижимости было зарегистрировано на имя ФИО4

Свидетель ФИО19 суду показала, что знает семью С-вых очень давно, между ними сложились дружеские отношения. Семья у них теплая, дружная, отношения всегда были хорошие, а она как строитель-проэктировщик помогала им с развитием их бизнеса. Сумароков всегда при разговоре интересовался о здоровье жены. Жили ли С-вы вместе последние несколько лет ей не известно, так как она уехала в другой город, они только созванивались. Факт расторжения брака ее очень сильно удивил. В чьей собственности находится имущество на Арее ей не известно. 

ФИО20 допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля показала, что в 2009 году она работала в кафе на Арее, которое в то время принадлежало семье С-вых. Кому сейчас принадлежит имущество она не знает, однако ей известно, что в мае-июне 2018 года ФИО24 новая жена ФИО6 приезжала на объекты в Знаменку и говорила, что имущество на Арее скоро будет принадлежать ей.

Свидетель ФИО21 в судебном заседании показала, что в 2007 году, когда она устроилась на работу, кафе на Арее еще строилось, в 2008 году было запущено в эксплуатацию. Все имущество там строилось на деньги и силами семей С-вых и Б-ных. Осенью 2016 года ФИО2 говорил, что оформил все имущество на ФИО3, и предлагал взять его в аренду за 8 млн. рублей в год. 

Свидетель ФИО22 в судебном заседании показала, что строительством комплекса на Арее занимался ФИО2 и ее брат, а до этого такой же комплекс был у ФИО6 в Знаменке. Занималась ли строительством семья Б-ных ей не известно. Летом 2017 года она ездила на Арей, ФИО6 ей там все показал, рассказал, что это теперь все его, что он все выкупил. Позже она спрашивала ФИО1, которая пояснила, что она продала за то, за что купила. Насколько ей известно, семья Б-ных работала на С-вых, всем на Арее занимался ФИО2. 

Заявленные требования истец обосновала, ссылаясь на положения ст. 35 СК РФ, указав, что ответчику было необходимо получить ее нотариально удостоверенное согласие. 

Между тем, в соответствии со ст.2 СК РФ семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, брак между ФИО2 и ФИО3 изначально прекращен ДД.ММ.ГГГГ.

Оспариваемый ФИО3 договор купли-продажи недвижимого имущества заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть тогда, когда ФИО2 и ФИО3 уже перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями ст.35 СК РФ, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями ГК РФ.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом; распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом.

В силу п. 3 ст. 253 ГК РФ совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм, юридически значимыми и подлежащими установлению для правильного разрешения дела при оспаривании сделок по отчуждению имущества, находящегося в совместной собственности, являются: наличие или отсутствие полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки, а также наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

По мнению суда, ФИО4, являясь второй стороной в оспариваемой сделки не знала, и знать не могла об отсутствии ФИО2, как у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению, так как на момент заключения договора купли-продажи ФИО2 был в разводе. Доказательств обратного стороной истца в судебное заседание представлено не было.

Кроме того, как было установлено в судебном заседании, на момент заключения договора купли-продажи у ФИО2 имелась нотариальная доверенность от ФИО3, дающей ФИО2 на право распоряжаться имуществом ФИО3, которая была отменена лишь в августе 2018 года. 

Учитывая данное обстоятельство, даже при наличии зарегистрированного брака между истцом и ответчиком на момент заключения договора купли-продажи между ФИО2 и ФИО4 наличие доверенности на распоряжение имуществом опровергает возможность признания сделки по распоряжению общим имуществом супругов недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга (абз. 2 п. 3 ст. 35 СК РФ), поскольку такого рода доверенность предполагает предоставление другому супругу права на распоряжение общим имуществом супругов и выдачу согласия (разрешения) на совершение сделки.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что спорная сделка является мнимой или притворной, материалы дела не содержат.

Кроме того, по смыслу п. 2 ст. 35 СК РФ признание сделки недействительной по мотивам отсутствия согласия одного из супругов возможно лишь при условии, что вторая сторона сделки знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга о совершении сделки, в связи с чем это обстоятельство имеет юридическое значение для дела, поэтому подлежало установлению, проверке и правовой оценке судом.

Доказательств того, что покупатель спорного имущества (ФИО4) знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга (ФИО3) на совершение данной сделки суду не представлено.

Таким образом, признать договор купли-продажи, заключенный между ФИО2 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ недействительным нельзя, а соответственно невозможно и прекратить право собственности ФИО4 на спорное имущество, поскольку это требование производно от требования о признании договора купли-продажи недействительным.

Так же судом не может быть принят во внимание довод истца ФИО3 о том, что спорное имущество является предметом раздела и к нему применены обеспечительные меры в виде запрета на совершение регистрационных действий и недопущению перерегистрации права на основании определения суда о принятии обеспечительных мер от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку согласно данному определению арест был наложен на мотель «Огненный дракон», расположенный по адресу: адрес Улетовский район адрес А, а спорное имущество располагается по иным адресам.

Так же не подлежат удовлетворению требования об исключении из ЕГРН записи о ФИО4 как о собственнике как в виду его производности от основного требования, так и в силу следующего.

Так, согласно ч. 5 п. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются вступившие в законную силу судебные акты. 

Так же в соответствии с абз. 2 п. 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество, осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. 

В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

В связи с этим суд принимает доводы представителя третьего лица - Управления федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии ФИО13, и полагает, что требования об исключении из ЕГРН записи о ФИО4 как о собственнике спорного имущества был излишне заявлены истцом.

На основании изложенного суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2, ФИО4

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи, применении последствий недействительности сделки, прекращении права собственности и восстановлении права собственности отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2, ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи, прекращении права собственности, исключении записи из ЕГРП отказать.

Решение может быть обжаловано в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Улетовский районный суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Н.В. Глазырина

Мотивированное решение изготовлено 31 июля 2019 года.