Дело № 2-3/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 января 2019 года г. Сосновый Бор

Сосновоборский городской суд Ленинградской области в составе:

председательствующего судьи Колотыгиной И.И.

при секретаре Полыниной Е.А.

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, действующего по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. сроком на 

<

данные изъяты> лет, представителя ответчика адвоката Варнавского Д.М., представившего ордер № и удостоверение №,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о взыскании материального ущерба, причиненного в результате пожара,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратилась в суд с иском к ответчику с названными требованиями. В обоснование иска указала, что 16.09.2014г. около 18 часов 40 минут загорелся садовый дом, расположенный по адресу: 

<

адрес>, принадлежащий истице на праве частной собственности. Данный дом в результате пожара, согласно акту о пожаре от 16.09.2014г. полностью сгорел с находящимся в нем имуществом, годных остатков не осталось. Произошедшему пожару предшествовали электротехнические работы, которые выполнял ФИО3 в доме. Согласно заключения специалиста от 18.03.2015г. между возникшим 16.09.2014г. пожаром в садовом доме и работами, выполненными ФИО3 по замене электрического щита в цокольном этаже усматривается причинно-следственная связь. С учетом уточнений требований просила взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате пожара в размере 2.109.000 рублей, расходы по оплате госпошлины в сумме 7.200 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 30.000 рублей, расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 22.500 рублей (том 1 л.д.52-54, том 2 л.д.32).

Ответчик ФИО3, будучи надлежащим образом извещенный о дате, времени и месте проведения судебного заседания (том 2 л.д. 87), в суд не явился, причин уважительности неявки суду не сообщил, дело слушанием отложить не просил.

3-е лицо, ДНТ «Весна», будучи надлежащим образом извещавшиеся о месте и времени рассмотрения дела (том 2 л.д.89), в суд своего представителя не направили. Конверт возвращен за истечением срока хранения.

Суд, с учетом ст. 167 ГПК РФ счел возможным провести судебное заседание в отсутствие не явившихся ответчика и представителя 3-го лица. При этом, суд также учел, что в деле принимает участие представитель ответчика.

В судебном заседании истец – ФИО1, представитель истца ФИО2, заявленные требования поддержали, ссылаясь на доводы, изложенные в иске. Просили иск удовлетворить с учетом их уточнений, а также с учетом проведенной экспертизы об определении стоимости работ и материалов, необходимых для восстановления сгоревшего дома. Истец дополняла, что сгорело имущества намного больше, чем указано, поскольку в доме жили более 30 лет, а она указала лишь предметы мебели, бытовую технику и инструменты. Полагали, что вина ФИО3 и причинно-следственная связь между пожаром и электротехническими работами, выполняемыми ФИО3 доказана материалами дела, размер ущерба доказан материалами дела, и пояснениями свидетелей. Истец также поясняла, что плату за работу ФИО3 не получил, т.к. работу не сделал. Он с отцом предъявляли чеки за приобретение оборудования к щитку, и она их оплатила. Работу ФИО3 производил по устной договоренности с его отцом. Отец ФИО3 установил на улице щиток, а ФИО3 должен был поставить счетчик в подвале, и подсоединить его к щитку на улице, и другие щитки, находящиеся в доме, его не интересовали.

В судебном заседании, представитель ответчика, адвокат Варнавский Д.М., с требованиями истца не согласился ни по праву, ни по размеру. Пояснял суду, что истец в нарушение требований ГПК РФ, заключила устный договор на проведение работ с ответчиком. Указал на неправильное применение истцом положений ст. 1064 ГК РФ, поскольку должна применяться ст. 401 ГК РФ. Также указал на отсутствие и недоказанность вины ответчика в причинение пожара, указав на нарушение судом ст. 12 ГПК РФ, и п.13 Пленума ВС РФ №13 от 26.06.2008г., поскольку им были установлены новые обстоятельства, которые не исследованы экспертом, а также при вызове эксперта, это наличие трех щитков по 12 модулей каждый. Полагал, что причастность наличия данных щитков к возникновению пожара, не установлена, имеет значение по делу, поскольку не установлено к какому из щитков шла розетка от телевизора, и как эти щитки должны были сработать, не исследовано. Дополнял, что истец, в соответствии со ст. 211 ГК РФ несет риск случайно гибели имущества, и должна была подумать об этом, допуская ФИО3 для ремонта, и несет риск неблагоприятных последствий, поскольку проявила халатность. Просил отказать в удовлетворении требований.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные доказательства по делу в их совокупности, выслушав свидетелей, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, и установлено судом, что ФИО1 является собственником земельного участка, площадью 964 кв.м. и дачного дома по адресу: 

<

адрес>.

16.09.2014г. в доме произошел пожар, и дом со всем имуществом, находящимся в нем сгорел, что не оспаривалось сторонами по делу, а также подтверждено актом о пожаре (том 1 л.д.11-12).

Сведений и доказательств страхования имущества истца материалы дела не содержат.

Также судом установлено, и подтверждено сторонами в ходе рассмотрения дела, что по устной договоренности между ФИО1 и электриком садоводства ФИО4 (отцом ответчика), последний должен был произвести работы по подключению дома от нового электрощита с прибором учета, установленного на опоре линии электропередач. Работы по замене вводного электрического щита, расположенного в цокольном этаже дома истца, ФИО4 перепоручил своему сыну ФИО3, который осуществлял электротехнические работы 16.09.2014г.

При этом, судом также установлено, что ФИО3 имеет образование по профессии электромонтажник по силовым сетям и электрооборудованию (том 1 л.д.168-172).

Статья 46 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому право на судебную защиту. 

Согласно ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Из положений ст. 15 ГК РФ следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (п. 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2).

Согласно положений п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из разъяснений, содержащихся в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 июня 2002 года N 14 "О судебной практике по делам о нарушении правил пожарной безопасности, уничтожении или повреждении имущества путем поджога либо в результате неосторожного обращения с огнем" следует, что вред, причиненный пожарами личности и имуществу гражданина либо юридического лица, подлежит возмещению по правилам, изложенным в ст. 1064 ГК РФ, в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом необходимо исходить из того, что возмещению подлежит стоимость уничтоженного огнем имущества, расходы по восстановлению или исправлению поврежденного в результате пожара или при его тушении имущества, а также иные вызванные пожаром убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности.

Для применения ответственности, предусмотренной статьями 15, 1064 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего факт причинения вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими у истца неблагоприятными последствиями, вину причинителя вреда.

Таким образом, согласно распределению бремени доказывания по делам, возникающим из деликтных правоотношений, на истце лежит обязанность доказать факт нарушения права (наличие ущерба), противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между нарушением права (противоправными действиями) и наступившими неблагоприятными последствиями в виде убытков, а также их размер. При этом вина ответчика презюмируется и на него возлагается обязанность по представлению доказательств отсутствия его вины в причинении ущерба.

Согласно ст. 401 ГК РФ (части 1 и 2) лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности.

Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство.

В соответствии со ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет его собственник, если иное не предусмотрено законом или договором.

На основании постановления от 05.12.2014г. в возбуждении уголовного дела по п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления, предусмотренного ст. 168 УК РФ, входящие в компетенцию органов государственного пожарного надзора, отказано (том 1 л.д.39-41).

Из заключения специалиста от 18.03.2015г. (том 1 л.д.13-38) по причине пожара, произошедшего 16.09.2014г. следует, что очаг пожара расположен в восточном углу второго этажа (мансардного). Непосредственной причиной пожара явилось перенапряжение в электрической сети второго (мансардного) этажа, вызвавшее аварийный режим работы включенного в нее телевизора. Между пожаром, произошедшим 16.09.2014г. в садовом доме и работами, выполненными ФИО3 по замене электрического щита в цокольном этаже, усматривается причинно-следственная связь. Подключение фазных проводов, идущих на питание дома, минуя автоматический четырехполосный выключатель «EKF electrotechnica 4-32/300» при прохождении рабочего нуля через него, способствовало подаче фазного напраяжения без рабочего нуля на потребители электроэнергии в доме, возникновению перенапряжения и пожара.

На основании постановления от 11.11.2015г. в возбуждении уголовного дела по п.1 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием события преступления, предусмотренные ст. 168, ч.1 ст. 219 УК РФ, входящие в компетенцию органов государственного пожарного надзора, отказано (том 1 л.д.42-46).

Также судом установлено, и следует из дела №34 по факту пожара, что инспектором ОНД по г. Сосновый Бор неоднократно в возбуждении уголовного дела было отказано, данные постановления были отменены прокуратурой г. Сосновый Бор Ленинградской области.

Согласно техническому заключению от 01.12.2014г. (имеющемуся в деле №34 по факту пожара, листы 48-54) – наиболее вероятной причиной пожара является электротехническая причина: возникновение горения под воздействием источников зажигания, образование которых связано с аварийными явлениями при эксплуатации электросети или электрооборудования

Согласно техническому заключению от 28.08.2015г. (имеющемуся в деле №34 по факту пожара, листы 97-104) – причиной возникновения пожара послужило тепловое проявление электрического тока на сгораемые материалы в результате аварийного режима работы электросети или электрооборудования (телевизора). На вопрос: имеется ли причинно-следственная связь между пожаром и работами, выполненными ФИО3 по замене электрического щита в цокольном этаже, указано, что специалист не вправе давать правовую оценку действию или бездействию лиц. И как отмечалось ранее, при ответе на вопрос 2, перед возникновением пожара были произведены работы по замене электрического щита в цокольном этаже. В данном случае, не исключено, что между пожаром и работами по замене электрического щита имеется причинно-следственная связь. Однако, учитывая значительные термические повреждения окружающей обстановки и предметов в очаговой зоне, объективно установить точную причину возникновения возможного аварийного режима на участке электросети или электрооборудования (телевизора) не представляется возможным.

Из заключения проведенной по делу судебной экспертизы (том 1 л.д.186-225) следует, что очаг пожара находился в восточном углу мансардного этажа, в месте установки телевизора. Непосредственной причиной пожара послужило перенапряжение в электрической сети мансарды, вызвавшее аварийный режим работы включенного в нее телевизора. Между пожаром, произошедшим 16.09.2014г. и электротехническими работами, которые выполнял ФИО3, имеется причинно-следственная связь. В представленных документах имеется достаточно данных, указывающих на признак аварийного режима в работе электросети в доме…. Данным признаком является возгорание телевизора, произошедшее почти сразу же после подачи в дом фазного напряжения при отключенном рабочем нуле, что привело к повышению в питавшей телевизор электросети напряжения выше допустимого (перенапряжению). 

Согласно п.15 Постановления Пленума ВС РФ от 26.06.2008г. № 13 «О применении норм гражданского процессуального кодекса РФ при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» - при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов. В целях разъяснения или дополнения заключения суд может вызвать эксперта для допроса. 

В ходе рассмотрения дела, в целях разъяснения заключения, по ходатайству стороны ответчика, был допрошен эксперт ФИО9, пояснивший суду, что при проведении экспертизы использовал все документы (материалы гражданского дела и материал по факту пожара), а также проводил осмотр места пожара, и детальный осмотр электрощита. Поддержав заключение, пояснял суду, что в дом в однофазную электросеть была подключена фаза без рабочего нуля. От опоры ЛЭП трехфазный счетчик в дом отходили 4 провода – в цокольный этаж, в электрощит. Три из них – это фазы и один рабочий ноль. От щита в цокольном этаже идет разводка по помещениям дома, где потребители получают 220 В – это однофазное напряжение. 1 этаж – одна фаза и ноль, 2 этаж – также, мансардный этаж также может быть, чтобы равномерно распределить нагрузку на сеть. В данном случае электрик ФИО5 подключил почему-то на ввод 2 фазы, минуя устройство защитного отключения (УЗО) напрямую. Ноль прошел через УЗО, УЗО было выключено, рабочий ноль не функционировал. Включив трехфазный автомат на столбе-щите, напряжение пошло по фазам без рабочего нуля в однофазную сеть, загорелся телевизор, попытки тушения ни к чему не привели, дом сгорел. Также пояснял, что четырехжильный провод с улицы под УЗО подсоединил ФИО3 правильно, а внутри щита должно было идти снизу УЗО провода (фазы), а было подсоединено напрямую сверху 2 фазы к проводам и 2 провода к нулю (том 2 л.д.21-24)

Устройство электрощита, установленного в цокольном этаже дома, и демонтированный электрощит (фото на л.д.35-38 том 1), были предметом исследования специалистов, эксперта ФИО9, и данный электрощит был также осмотрен в ходе рассмотрения дела (том 2 л.д.23).

При этом, эксперт ответил на все вопросы участников процесса, и ФИО3 подтвердил выводы эксперта о подсоединении проводов, как указано в заключении судебной экспертизы, и пояснений эксперта, данными в ходе его опроса (том 2 л.д.23-24).

Более того, из пояснений ФИО3, также следует, что устанавливая новый электрощит, он подключил все провода так, как было в старом щите, что неправильно, но физически не имел возможности сделать по другому, поскольку, не хватало длины провода.

При этом, невозможности ФИО3 отложения действий по замене старого щита на новый, в том числе, для предложения истцу закупить провода определенного размера, чтобы подключить провода правильно, суду не представлено.

У суда нет оснований не доверять заключению судебной экспертизы, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности, ответил на вопросы, поставленные судом, квалификация эксперта подтверждена материалами дела, и не вызывает сомнений, методы, использованные при экспертном исследовании, и сделанные на его основе выводы, обоснованны, не противоречат и другим собранным по делу доказательствам, оснований, сомневаться в компетентности и объективности эксперта, не имеется.

Надлежащих доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду представлено не было.

В связи с чем, судом было отказано в удовлетворении ходатайства представителя ответчика о повторном вызове эксперта ФИО9, и в удовлетворении ходатайства о назначении дополнительной экспертизы в соответствии со ст. 87 ГПК РФ. 

Заявляя ходатайство о проведении дополнительной экспертизы представитель ответчика ссылался на установление им новых обстоятельств (том 1 л.д.62), а именно, что в доме установлено 3 электрических щитка по 12 модулей каждый (на веранде, на 1 этаже и на 2 этаже), и что причастность наличия данных щитков к возникновению пожара, не установлена, имеет значение по делу, поскольку не установлено к какому из щитков шла розетка от телевизора, и как эти щитки должны были сработать, не исследовано.

При этом, суд также учел, что вышеуказанные обстоятельства представитель ответчика мог установить при неоднократном ознакомлении с материалами дела, в том числе с помощью фотографирования (том 1, первый лист), начиная с 15.03.2018г., в то время как заключение специалиста, где указаны данные обстоятельства, были представлены стороной истца в материалы дела в октябре 2017г.

Более того, как указывалось выше, судом принято заключение эксперта, поскольку его выводы обоснованны, и эксперт ответил на вопросы, поставленные судом. 

Кроме того, суд также учел, что при исследовании экспертом была составлена схема включения потребителей электроэнергии в доме (том 1 л.д.201), где указаны все щитки, имеющиеся в доме, и были предметом исследования эксперта, а также, что эксперт осматривал место пожара, им был изъят и исследован электрощит, установленный в цокольном этаже дома (как указано выше). 

Не согласившись с размером причиненного ущерба о размере работ и материалов, необходимых для восстановления сгоревшего строения, ответчик, заявил ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы.

На основании определения суда от 15.10.2018г. по делу была назначена судебная экспертиза, из заключения которой (том 2 л.д.51-84) следует, что рыночная стоимость работ и материалов, необходимых для восстановления строения садового дома, поврежденного в результате пожара 16.09.2014г. составляет 1.214.279 рублей на сентябрь 2014г.

У суда нет оснований не доверять указанному заключению эксперта, сторонами каких-либо возражений, либо не согласия относительно проведенной экспертизы, суду не заявлялось.

Согласно заключения специалиста (том 1 л.д.55-118) следует, что рыночная стоимость движимого имущества, поврежденного в результате пожара на 16.09.2014г. составляет 109.000 рублей.

Суд принимает вышеуказанное заключение специалиста, поскольку оснований не доверять данному заключению у суда отсутствуют. Заключение составлено в соответствии с законом «Об оценочной деятельности»

При этом, стороной ответчика каких-либо возражений, либо не согласия относительно размера стоимости поврежденного имущества (мебели, бытовой и иной техники, инструментов) суду не высказывалось, доказательств недостоверности отчета в указанной части, не представлено.

Более того, факт приобретения части поврежденного имущества, и его стоимости при приобретении также подтвержден представленными истцом в материалы дела документами (том 1 л.д.142-157).

Кроме того, по ходатайству истца, в судебном заседании были допрошены свидетели ФИО10 (

<

данные изъяты>), и ФИО11 (

<

данные изъяты>), которые часто, почти каждые выходные, бывали в доме до пожара, подробно описали обстановку дома, начиная с подвала, 1 этаж, 2 этаж, цокольный этаж, веранду, и подтвердили наличие имущества и бытовой техники, указанной истцом (том 1 л.д.63).

Суд принимает пояснения данных свидетелей, поскольку оснований не доверять их пояснениям, у суда не имеется, они четки, последовательны, конкретны, и наличие имущества и техники, указано в большем объеме, чем подтверждено материалами дела. При этом, суд также учел, и следует из пояснений истца, что ею указано не все, а только часть имущества, находящегося в доме и сгоревшего с домом.

Согласно ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений.

В силу с ч.1 ст.67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться ни какими другими доказательствами.

Учитывая названные правовые нормы и установленные судом обстоятельства, суд полагает, что ответственным за возмещение причиненного ущерба истцу, вследствие пожара, является ответчик ФИО3

Оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд считает, что требования истца подлежат удовлетворению, то есть с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 1.214.279 руб. и 109.000 руб. 

Согласно ч.1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором (соглашением).

Суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле, поскольку в соответствии с ч.3 ст.17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В силу п.3 ст. 10 ГК РФ разумность действия и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагается.

Судом установлено, и следует из материалов дела, что между истцом и ФИО2 был заключен договор возмездного оказания услуг от 11.09.2017г. (том 2 л.д.35-36). Согласно условий данного договора Исполнитель (ФИО2) обязался оказывать услугу по представлению интересов в суде общей юрисдикции по взысканию с ФИО3 материального ущерба, причиненного в результате пожара. Вознаграждение сторонами договора определено в 30.000 рублей (п.3.1), расчет по договору произведен в полном объеме. Подлинность расписки проверена, и не вызывает сомнений у суда.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что требования истца о возмещении расходов, произведенных на оплату услуг представителя, законны и обоснованы.

Разрешая вопрос о размере понесенных истцом судебных расходов на оплату услуг представителя, с учетом критерия разумности и справедливости, объемом проделанной представителем работы (консультация, составление иска, составление уточненного иска, участие при рассмотрении дела в суде первой инстанции), сложности и категории рассматриваемого спора, длительность рассмотрения дела, а также отсутствие заявления и доказательств стороной ответчика о чрезмерности данных расходов, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца сумму расходов на оплату услуг представителя в заявленном размере - 30.000 рублей. 

Учитывая, что при подаче иска истцом была уплачена госпошлина в сумме 7.200 рублей (том 1 л.д.4), и оплачено проведение судебной экспертизы в сумме 22.500 рублей (том 2 л.д.33), с ответчика ФИО3 в пользу истца в соответствии со ст.ст. 88,94,98 ГПК РФ подлежат взысканию расходы по оплате госпошлины в сумме 7.200 рублей, и расходы за проведение экспертизы в размере 22.500 руб.

Более того, с учетом норм, содержащихся в ст.94,95 ГПК РФ, с ответчика ФИО3 в пользу экспертного учреждения АНО «СИНЭО», подлежат взысканию расходы за вызов эксперта (том 2 л.д.30), который был вызван по ходатайству ответчика.

При этом, суд считает не состоятельной ссылку представителя ответчика, не согласившегося с несением ответчиком расходов за вызов эксперта со ссылкой на ст. 85 ГПК РФ, как основанными на неправильном толковании норм права.

С учетом удовлетворенных требований 1.323.279 (1.214.279+109.000) госпошлина составляет 14.816,40 руб.

Учитывая, что с ответчика в пользу истца взысканы расходы по оплате госпошлины в сумме 7.200 руб., следовательно, с ответчика в доход бюджета муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7.616,40 рублей (14.816,40-7200).

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 стоимость работ и материалов, необходимых для восстановления сгоревшего строения в сумме 1.214.279 рублей, ущерб, причиненный в результате пожара имуществу, находящемуся в доме в размере 109.000 рублей, расходы за проведение судебной экспертизы в сумме 22.500 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 30.000 рублей, расходы по оплате госпошлины в сумме 7.200 рублей, а всего 1.382.979 (один миллион триста восемьдесят две тысячи девятьсот семьдесят девять) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу экспертного учреждения АНО «СИНЭО» расходы за вызов эксперта в сумме 6.000 (шесть тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО3 в пользу бюджета муниципального образования Сосновоборский городской округ Ленинградской области госпошлину в размере 7.616 (семь тысяч шестьсот шестнадцать) рублей 40 копеек.

Решение может быть обжаловано в Ленинградский областной суд через Сосновоборский городской суд Ленинградской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Судья Колотыгина И.И.

Мотивированное решение изготовлено 01.02.2019г.

Судья: Колотыгина И.И.