судья: Беловолова И.И. дело № 22-1886/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ханты-Мансийск 23 декабря 2020 года

Судья Суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры Руденко В.Н.,

с участием прокурора Бородкина А.Е.,

адвоката Даскала И.Г.,

при секретаре Андрейцевой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционное представление и.о. заместителя прокурора г. Сургута Павленко В.А. и апелляционные жалобы потерпевших ФИО1 и ФИО2 на постановление Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 26 февраля 2020 года, которым уголовное дело в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.318, ст.319 УК РФ, 

возвращено прокурору (адрес) на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения,

УСТАНОВИЛ:

10 сентября 2018 года в Сургутский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры поступило уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.318, ст.319 УК РФ, для рассмотрения по существу.

В ходе рассмотрения уголовного дела, адвокатом Осьмаковым М.А. было заявлено ходатайство, о возвращении уголовного дела прокурору в связи с нарушением права на защиту.

Постановлением Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 26 февраля 2020 года данное уголовное дело возвращено прокурору города Сургута для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В апелляционном представлении и.о. прокурора г. Сургута Павленко В.А. просит отменить постановление суда и уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства. Указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и существенно нарушают уголовный закон. Утверждает, что в постановлении о возвращении уголовного дела отсутствуют основания для его возвращения. Вместе с тем, согласно постановлению Конституционного Суда РФ от 08 декабря 2003 года №18-П «По делу о проверке конституционности положений ст.125, 219, 227, 229, 236, 237, 239, 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 УПК РФ в связи с запросами судов общей юрисдикции» возвращение уголовного дела прокурору не должно быть связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия. Полагает, что не соответствует действительности утверждение о том, что в обвинительном заключении отсутствуют содержание достаточных сведений о должностных полномочиях потерпевших, времени совершения преступления, последовательности. Критика суда в данной части не к существу содержания обвинительного заключения, а к стилистической форме. В действительности органом предварительного следствия названо точное место совершения деяний, период времени совершения, последовательность, занимаемые должности потерпевших на момент совершения в отношении них преступлений, и никакой объективной необходимости в расширении данных обстоятельств нет. Материалы дела содержат всю необходимую должностную документацию на потерпевших, которая нашла свое отражение в обвинительном заключении. Орган предварительного следствия, указав дату совершения преступления 08.04.2018 в период времени с 2ч. 30 мин. до 3ч. 00 мин. в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении, существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих необходимость возврата уголовного дела прокурору, не допустил. Указанный период на стадии предварительного следствия был установлен исходя из имеющихся доказательств по делу, показаний потерпевших ФИО4 и ФИО2, показаний свидетелей ФИО5, ФИО6, осмотром предметов, в том числе видеозаписи событий преступлений. При этом последовательность преступлений, как на то указывает суд, описать в обвинении не представляется возможным, так как фактически оскорбления и применение физической силы совершались ФИО3 поочередно и одновременно. Стилистическое, по мнению суда, нарушение закона может быть самостоятельно устранено судом в ходе судебного следствия, на основании исследованных в судебном заседании доказательств, что не исключает возможность постановления в отношении обвиняемого приговора, или иного судебного решения, не нарушив при этом право обвиняемого на защиту. Доводы о нарушении права обвиняемой на защиту, выразившееся в ненадлежащем рассмотрении заявлений об отводе следователя, не нашли также своего объективного подтверждения, и не могут являться основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, так как были устранены на стадии предварительного следствия. Заявляя отвод, защитник Осьмаков М.А. мотивировал необходимость этого тем, что ранее заявленные им отводы от 15.05.2018 и 05.07.2018 не были рассмотрены в установленном законном порядке, а согласно им следователь ФИО7 подлежит отводу, так как последний вел расследование с обвинительным уклоном, заранее определив виновность ФИО3 в преступлениях, заинтересован в неблагоприятном исходе для ФИО3 данного уголовного дела, с целью сокрыть неправомерные действия сотрудников полиции. Заявление было рассмотрено руководителем следственного отдела по городу Сургуту, о чем 02.08.2018 вынесено решение об отказе в отводе. Заявления защитника Осьмакова М.А. об отводе следователя ФИО8 от 15.05.2018, 05.07.2018 и 31.07.2018 оставлены без удовлетворения. О чем Осьмаков М.А. и ФИО3 были надлежащим образом уведомлены. В части доводов суда о ненадлежащем рассмотрении ранее поданных заявлений об отводе следует отнестись критически, так как все заявления об отводах были неоднократно рассмотрены, несмотря на порядок их рассмотрения, не были удовлетворены. Судом не установлено каких-либо оснований для отвода следователя ФИО7, что могло бы послужить основанием для возвращения уголовного дела в порядке ст.237 УПК РФ. Учитывая, что следователь не был отведен руководителем следственного органа, и оснований для этого не имеется, следственные и иные процессуальные действия не могут быть признаны незаконными. Доводы стороны защиты о заинтересованности следователя ФИО7, и наличии оснований для его отвода, рассмотрены в установленном законом порядке согласно ст.67 УПК РФ. Все заявления об отводе были рассмотрены как первоначально, так и повторно в установленном законом порядке, уведомления об их рассмотрении направлялись почтовой связью, о чем имеются соответствующие исходящие, зарегистрированные в журнале исходящей корреспонденции, в связи с чем нарушения прав обвиняемой на защиту, выразившееся в ненадлежащем рассмотрении заявлений об отводе следователя не имеется. Полагает, что доводы суда о нарушении прав обвиняемой ФИО3 в связи с не проведением проверки сообщений о преступлениях, зарегистрированных в КРСоП за № 645 от 19.06.2018, № 849 от 04.07.2018, также опровергается материалами уголовного дела, так как по результатам проведенной проверки принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции, законность которого была рассмотрена по жалобе ФИО3 в суде в порядке ст.125 УПК РФ, и данное постановление признано судом законным. Прокуратура считает, что указанные обстоятельства должны быть предметом судебного разбирательства и его оценки при рассмотрении дела по существу с исследованием доказательств, в связи с чем, данные обстоятельства также не могут быть положены в основу решения о возвращении дела прокурору.

В апелляционной жалобе потерпевшие ФИО1 и ФИО2 просят постановление отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение. Указывают, что следствием соблюдены требования п.4 ч.1 ст.73, п.4, ч.2 ст.171, п.3, 8 ч.1 ст.220 УПК РФ. Утверждают, что юридически значимые обстоятельства следствием установлены верно. Полагают, что доводы о нарушении права на защиту обвиняемой, выразившееся в ненадлежащем рассмотрении заявлений об отводе следователя, не нашли своего подтверждения и не могут являться основанием для возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, так как были устранены на стадии предварительного следствия. Считают, что ходатайство адвоката Осьмакова М.А. об отводе следователя ФИО7, не подлежало удовлетворению в связи с отсутствием на то законных оснований, а следователь ФИО7 не являлся одним из лиц, предусмотренных п.1, 2 ч.1 ст.61 УПК РФ. Доказательств заинтересованности следователя в исходе дела не установлено. Полагают, что доводы защиты в части ненадлежащего рассмотрения ранее поданных заявлений об отводе, без вынесения соответствующих постановлений руководителем следственного органа и о необходимости признания следственных и процессуальных действий, проведенных следователем ФИО7, незаконными, также являются несостоятельными, так как впервые отвод следователю заявлен ФИО3 04.05.2018 года при даче объяснения, которое было рассмотрено руководителем следственного органа в установленном законе порядке, в удовлетворении было отказано, о чем был уведомлен заявитель. Повторные заявления об отводе следователя не принимались, соответствующих постановлений не выносилось. Просят учесть, что само по себе заявление отвода следователю не приостанавливает осуществление им своих полномочий на период рассмотрения дела. Полагают, что доводы стороны защиты о заинтересованности следователя ФИО7, ведущего расследование, и о наличии оснований для его отвода, рассмотрены в порядке ст.67 УПК РФ. Фактически все заявления об отводе были повторно рассмотрены в установленном законом порядке, в связи с чем оснований для отвода не имеется. Считают, что судья должен руководствоваться не только с точки зрения защиты прав обвиняемого, но и других заинтересованных лиц, так как в случае возвращения уголовного дела в порядке ст.237 УПК РФ нарушаются права потерпевших на доступ к правосудию.

Изучив представленные материалы, выслушав мнение прокурора Бородкина А.Е., поддержавшего доводы апелляционных жалоб и представления, просившего постановление суда отменить, уголовное дело направить в суд первой инстанции для рассмотрения по существу, адвоката Даскала И.Г., просившего в удовлетворении апелляционного представления и жалоб отказать, суд апелляционной инстанции считает постановление подлежащим отмене по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение или обвинительный акт составлены с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

В силу ч.4 ст.7 УПК РФ постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

В соответствии с п.1 ст.38915, п.2 ст.38916 УПК РФ судебное постановление подлежит отмене или изменению в случае, если выводы суда, изложенные в постановлении, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. При этом, постановление суда признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Данные требования уголовно-процессуального закона соблюдены не в полной мере.

Так, возвращая уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, суд в постановлении указал, что предъявленное ФИО3 обвинение и обвинительное заключение составлены неполно, неточно и неконкретно, что выразилось в том, что органом предварительного расследования указано одно и тоже место и время совершения преступлений. При этом, по мнению суда, невозможно установить последовательность преступных действий ФИО3, вменяемых ей в вину.

Суд апелляционной инстанции считает, что данный вывод суда не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, поскольку судом не учтено существенное обстоятельство, а именно то, что в данном случае имеет место идеальная совокупность преступлений, при которой преступления совершаются не последовательно, а одновременно, в одно и то же время и в том же месте. Данные обстоятельства последовательно и полно изложены в предъявленном ФИО3 обвинении и в обвинительном заключении, что не является нарушением требований уголовно-процессуального закона и не может повлечь возвращение дела прокурору.

Вопреки доводам суда, инспекторы ДПС ГИБДД ФИО1 и ФИО2 признаны потерпевшими по делу (т.1, л.д.51-52, 146-147) и им разъяснены права потерпевших, в связи с чем их права не нарушены. Если же суд усмотрел, что преступлениями им причинен и иной вред, не указанный в постановлениях о признании потерпевшими, то в данном случае, это обстоятельство не является основанием для возвращения дела прокурору, поскольку в соответствии с ч.1 ст.42 УПК РФ суд наделен правом признать их потерпевшими по установленным в судебном заседании обстоятельствам.

Не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела и выводы суда об отсутствии документов, подтверждающих полномочия потерпевших по несению службы в органах ГИБДД, поскольку все необходимые для этого приказы и должностные инструкции имеются в материалах дела, о чем указано в обвинительном заключении. При этом судом не учтено существенное обстоятельство, а именно то, что потерпевшие на момент совершения в отношении них преступлений фактически осуществляли свои полномочия, предоставленные Законом «О полиции», приказами о назначении на должность и должностными инструкциями, находились на службе, в форменном обмундировании и на служебном автомобиле с соответствующими опознавательными надписями и проблесковыми маячками. Кроме того, данное обстоятельство восполнимо в ходе судебного разбирательства, так как в случае, если суд посчитает недостаточным количество и качество представленных документов, подтверждающих полномочия потерпевших, то суд вправе по собственной инициативе запросить их в соответствующих органах либо приобщить их к материалам уголовного дела в ходе судебного разбирательства по ходатайствам государственного обвинителя и потерпевших.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что по аналогичным доводам ходатайство адвоката Осьмакова М.А., в том числе и по доводам о несвоевременном рассмотрении заявления ФИО3 об отводе следователю, уже было рассмотрено судом и мотивированными постановлениями суда от 28 сентября 2010 года и от 31 января 2019 года в удовлетворении ходатайств адвоката отказано (т.3, л.д.49-62, 147-154). Указанные постановления вступили в законную силу и могут быть обжалованы лишь вместе с итоговым решением по делу, поэтому должны учитываться судом при вынесении всех последующих решений по этому же уголовному делу.

Учитывая указанные обстоятельства и положения УПК РФ, суд апелляционной инстанции считает, что оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ не имеется, в связи с чем постановление суда подлежит отмене, а уголовное дело возвращению в суд первой инстанции для рассмотрения по существу. В связи с тем, что суд в постановлении дал оценку представленным доказательствам с точки зрения их допустимости и достаточности, а так же в ходе судебного разбирательства принимал решения об исключении представленных сторонами доказательств, то уголовное дело подлежит передаче другому судье того же суда. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.38913, 38915, 38916, 38920, 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление и.о. прокурора г. Сургута Павленко В.А. и апелляционные жалобы потерпевших ФИО1 и ФИО2 - удовлетворить.

Постановление Сургутского городского суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 26 февраля 2020 года, которым уголовное дело в отношении ФИО3 возвращено прокурору на основании п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, отменить, уголовное дело вернуть на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе судей со стадии судебного разбирательства. 

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, предусмотренным главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Челябинске, через суд (городской, районный), вынесший судебный акт в первой инстанции.

Судья Суда Ханты-Мансийского

автономного округа - Югры: В.Н. Руденко