УИД 23RS0040-01-2025-002473-23

К делу № 2-2888/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 октября 2025г. Первомайский районный суд г.Краснодара в составе:

председательствующего Гареевой С.Ю.

при помощнике судьи Овсянникове М.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Банку ВТБ (ПАО), АО «СОГАЗ» о признании кредитного договора, договора страхования, договора о предоставлении банковской карты недействительными, применении последствий недействительности сделок, направлении информации об аннулировании записей о договорах, взыскании неосновательного обогащения, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Банку ВТБ (ПАО) о признании кредитного договора 

<

***> от 30.05.2022г., договора страхования № FRVTB350-62500550911479 от 30.05.2022г., договора о предоставлении и использовании банковских карт от 30.05.2022г. № КК-65108450393, кредитной карты № 2200245001084172 недействительными, применении последствий недействительности кредитных договоров и банковских карт, заключенных между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1, возложении обязанности направить в Бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей по кредитному договору 

<

***> от 30.05.2022г. и договору о предоставлении и использовании банковских карт от 30.05.2022 года № КК-651084503931, взыскании денежных средств в размере 142000 руб., судебных расходов по оплате госпошлины.

В обоснование иска сослалась на то, что в результате мошеннических действий неизвестных лиц от имени истца был заключен кредитный договор №625/0055-0911479 от 30.05.2022г. с Банком ВТБ (ПАО) и выдан потребительский кредит в размере 632190 руб. Также был заключен договор о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 30.05.2022г. № КК-651084503931 и предоставлены денежные средства в виде лимита кредитования (лимита Овердрафта) по счету 40817810489776530569 банковской карты Банка ВТБ (ПАО) № 2200245001084172 в размере 142000 руб. При этом у истицы отсутствовали намерения заключать договоры, заключение договоров осуществлено истцом под влиянием обмана со стороны третьих лиц.

Действия по подписанию вышеуказанных договоров простой электронной подписью посредством кодов из СМС-сообщений, отправленных на номер мобильного телефона истицы, совершались последней по указанию сотрудников полиции и сотрудников Банка ВТБ (ПАО), которые под угрозой привлечения к уголовной ответственности требовали производить данные действия. ФИО1 убедили, что в ее личный кабинет «был совершен вход с посторонних устройств» и мошенники пытаются оформить заем на имя истца и надо срочно отменить заявку. Для чего срочно оформить указанные кредиты с целью «исчерпать кредитный лимит» и перевести деньги на страховые ячейки.

ФИО1 было подано заявление в полицию по факту совершения мошеннических действий, на основании которого возбуждено уголовное дело, истица признана потерпевшей.

На обращения о признании незаключенными кредитного договора, договора страхования, договора о предоставлении банковских карт, и аннулировании кредитной карты, банк указал на невозможность отменить операции, совершенные дистанционным способом и недопустимость одностороннего отказа. Истица считает кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022г., договор страхования № FRVTB350-62500550911479 от 30.05.2022г., договор о предоставлении и использовании банковских карт от 30.05.2022г. № КК-65108450393, кредитную карту № 2200245001084172 недействительными.

ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом судебной повесткой, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления (т.2 л.д.70. Доказательств уважительности причин неявки суду не представила, ходатайств об отложении слушания дела или о рассмотрении дела в ее отсутствие не поступало. Также представитель истца ФИО3 был извещен о времени и месте судебного разбирательства судебной повесткой, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления (т.2 л.д.71). В материалы дела поступило заявление об изменении исковых требований. Просит признать кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022г., договор страхования № FRVTB350-62500550911479 от 30.05.2022г., договор о предоставлении банковской карты № КК-651084503931 от 30.05.2022г. по счету № 2200245001084172 (банковской карты) недействительными, применить последствия недействительности кредитных договоров (банковских карт) между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1, возложить обязанность на Банк ВТБ (ПАО) направить в Бюро кредитных историй информацию об аннулировании записей по кредитному договору 

<

***> от 30.05.2022г., договору о предоставлении банковской карты Банка ВТБ (ПАО) от 30.05.2022г. № КК-651084503931 по счету № 2200245001084172 (банковской карты), взыскать с Банка ВТБ (ПАО) в пользу ФИО1 неосновательное обогащение в размере 142000 руб., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб.

Представитель ответчика Банка ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом судебной повесткой, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления (т.2 л.д.69). Доказательств уважительности причин неявки суду не представил, ходатайств об отложении слушания дела или о рассмотрении дела в его отсутствие не поступало. В материалы дела представлены возражения на иск.

Представитель ответчика АО «СОГАЗ» в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом судебной повесткой, что подтверждается отчетом об отслеживании отправления (т.2 л.д.68). Доказательств уважительности причин неявки суду не представил, ходатайств об отложении слушания дела или о рассмотрении дела в его отсутствие не поступало. В материалы дела представлены возражения на иск.

При таких обстоятельствах, неявка истца и представителей ответчиков в силу ч.3,4 ст.167 ГПК РФ не является препятствием к рассмотрению спора.

Исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Гражданский кодекс Российской Федерации определил сделки, как действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (ст.153). 

Согласно ч.3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В соответствии с ч. 1 ст. 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с абз. 1 п. 1 ст. 161 ГК РФ, сделки юридических лиц между собой и с гражданами должны совершаться в простой письменной форме, за исключение сделок, требующих нотариального удостоверения. 

Согласно абз. 4 ч. 1 ст. 160 ГК РФ, законом, иными правовыми актами и соглашением сторон могут устанавливаться дополнительные требования к форме договора, которым должна соответствовать форма сделки (совершение на бланке определенной формы, скрепление печатью и т.д.) и предусматриваться последствия несоблюдения этих требований. Если такие последствия не предусмотрены, применяются последствия несоблюдения простой формы сделки (п. 1 ст. 162 ГК РФ). 

В соответствии с ч.1 ст.420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей. 

Ст. 421 ГК РФ установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п. 1-3 ст.432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной.

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).

При этом договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта (п. 1 ст. 433 ГК РФ), а если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (п. 2 ст. 433 ГК РФ).

Как следует из п. 2 ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена письмами, телеграммами, телетекстами, телефаксами и иными документами, в том числе электронными документами, передаваемыми по каналам связи, позволяющими достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору. Электронным документом, передаваемым по каналам связи, признается информация, подготовленная, отправленная, полученная или хранимая с помощью электронных, магнитных, оптических либо аналогичных средств, включая обмен информацией в электронной форме и электронной почте.

Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст.438 ГК РФ.

Правоотношения, возникшие из кредитного договора, регулируются нормами гл. 42 ГК РФ, а также положениями Общей части обязательственного права (раздел 3 ГК РФ).

Если иное не предусмотрено правилами параграфа 1 главы 42 ГК РФ и не вытекает из существа кредитного договора, к отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные названным параграфом.

В силу ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заёмщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заёмщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за неё. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные для займа.

Кредитный договор считается заключенным с момента передачи денег (ст.807 ГК РФ).

На основании ст. 820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Договор потребительского кредита между сторонами может быть заключен в электронном виде через систему электронного взаимодействия.

Заключение кредитных договоров через систему «Мобильный Банк» возможно только держателем карты, подключенным к услуге мобильный банк при его успешной идентификации и аутентификации.

На основании ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 06.04.2011 N 63-ФЗ «Об электронной подписи» (далее - Закон об электронной подписи) простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Одним из основополагающих принципов использования электронной подписи является недопустимость признания такой подписи и (или) подписанного ею электронного документа не имеющими юридической силы только на основании того, что такая электронная подпись создана не собственноручно, а с использованием средств электронной подписи для автоматического создания и (или) автоматической проверки электронных подписей в информационной системе (п.3 ст. 4 Закона об электронной подписи).

Согласно ч. 2 ст. 6 Закона об электронной подписи, информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 указанного Федерального закона.

В соответствии с п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ "О потребительском кредите (займе)" (далее - ФЗ «О потребительском кредите (займе)») документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».

На основании ч. 1 ст. 9 Закона об электронной подписи, электронный документ считается подписанным простой электронной подписью при выполнении в том числе одного из следующих условий: простая электронная подпись содержится в самом электронном документе; ключ простой электронной подписи применяется в соответствии с правилами, установленными оператором информационной системы, с использованием которой осуществляются создание и (или) отправка электронного документа, и в созданном и (или) отправленном электронном документе содержится информация, указывающая на лицо, от имени которого был создан и (или) отправлен электронный документ.

Как следует из ч. 2 ст. 9 Закона об электронной подписи, соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документам на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать, в частности:

-правила определения лица, подписывающего электронный документ, по его простой электронной подписи;

-обязанность лица, создающего и (или) использующего ключ простой электронной подписи, соблюдать его конфиденциальность.

На основании п. 1.24 Положения Банка России от 19.06.2012 N 383-П «О правилах осуществления перевода денежных средств» (далее - Положение ЦБ РФ N 383-П) распоряжение плательщика в электронном виде, реестр (при наличии) подписываются электронной подписью (электронными подписями), аналогом собственноручной подписи (аналогами собственноручных подписей) и (или) удостоверяются кодами, паролями и иными средствами, позволяющими подтвердить, что распоряжение (реестр) составлено (составлен) плательщиком или уполномоченным на это лицом (лицами). 

В соответствии с п. 2.3 Положения ЦБ РФ N 383-П удостоверение права распоряжения денежными средствами при приеме к исполнению распоряжения в электронном виде осуществляется банком посредством проверки электронной подписи, аналога собственноручной подписи и (или) кодов, паролей, иных сред: позволяющих подтвердить, что распоряжение в электронном виде подписано и (или) удостоверено в соответствии с п.1.24 указанного Положения.

Удостоверение права использования электронного средства платежа осуществляется кредитной организацией посредством проверки номера, кода и (или) иного идентификатора электронного средства платежа.

В силу п. 1 ст. 845 ГК РФ по договору банковского счета банк обязуется не только принимать и зачислять поступающие на счет, открытый клиенту (владельцу счета), денежные средства, но и выполнять распоряжения клиента о перечислении и выдаче соответствующих сумм со счета и проведении других операций по счету.

Банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета, ограничения права клиента распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению (п. 3 ст. 845 ГК РФ).

То есть, списание денежных средств со счета на основании распоряжения клиента для банка является обязательным. 

Согласно п.4 ст. 847 ГК РФ договором может быть предусмотрено удостоверение прав распоряжения денежными суммами, находящимися на счете, электронными средствами платежа и иными способами с использованием в них аналогов собственноручной подписи (п. 2 ст. 160), кодов, паролей и других средств, подтверждающих, что распоряжение дано уполномоченным на это лицом. 

Как следует из материалов дела, кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022г., договор о предоставлении банковской карты от 30.05.2022г. №КК-65108450393, банковский счет №408178******530569, банковская карта 2200******4172, были заключены путем направления истцом в банк заявления в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью истца, и акцепта банком оферты истца путем зачисления кредитных средств на счет банковского счета истца в соответствии с положениями ст.ст. 432, 434, 438, 820 ГК РФ, ст.6 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», ч.14 ст. 7 ФЗ «О потребительском кредите (займе)».

Так, 27.07.2021г. ФИО1 в Банк ВТБ (ПАО) было оформлено заявление на предоставление комплексного обслуживания, согласно условиям которого истица просила предоставить доступ к ВТБ-онлайн, открыть мастер-счет и выдать расчетную карту, обеспечить возможность его использования в соответствии с условиями Правил ДБО (т.2 л.д.89-91).

В заявлении указано, что клиент осознает и принимает риски, связанные с получением услуг по предоставлению доступа к сети интернет мобильной/стационарной телефонной связи, необходимых для использования каналов дистанционного обслуживания (интернет-банк, телефонный банк), а также риски, связанные с использованием специального порядка идентификации в Мобильном приложении.

Клиент дает распоряжение направлять пароль для доступа в ВТБ- Онлайн, SMS/Push-коды. SMS-сообшения. коды 3DS, сообщения в рамках. SMS-пакета и юридически значимые события на доверенный номер телефона, указанный в графе «Мобильный телефон» раздела «Контактная информация» настоящего заявления. Номер телефона указан 

<

***>.

При подписании заявления между истцом и ответчиком достигнуто соглашение об использовании при совершении сделок электронной подписи, либо иного аналога собственноручной подписи, по условиям которого информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.

Заключенное между сторонами по делу соглашение не расторгнуто.

В заявлении клиент подтвердил, что ознакомлен и согласен со всеми условиями Правил дистанционного банковского обслуживания, Правил комплексного обслуживания.

Совершение действий по скачиванию мобильного приложения и регистрации в системе дистанционного банковского обслуживания является согласием истца на присоединение к Правилам комплексного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО) (далее Правила комплексного обслуживания).

После корректного ввода секретного кода, направленного банком в приложении ВТБ-Онлайн, на основании заявления истца от 30.05.2022г. между банком и ФИО1 был заключен кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022г., номер счета №408178******002524, по условиям которого банк предоставил кредит в размере 632190 руб. на срок 60 месяцев, дата возврата кредита – 31.05.2027г., под 19,9 % годовых (т.1 л.д. 113-117).

Направленные банком секретные коды были введены истицей корректно, что подтверждается представленным в материалы дела протоколом операции цифрового подписания (т.1 л.д.120-126).

Факт выдачи кредита подтверждается выписками по лицевому счету (т.1 л.д. 148, т.2 л.д.3,6-15).

В рамках заключенного кредитного договора 30.05.2022г. ФИО1 был заключен с АО «СОГАЗ» договор личного страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» программа «Оптима», полис №FRVTB350-62500550911479 (т.2 л.д.40).

Договор заключен в соответствии Условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» (версия 4.0.) далее «Условия страхования».

Страховыми рисками по договору страхования являются: смерть в результате несчастного случая или болезни (далее НС и Б), инвалидность I или II группы в результате несчастного случая или болезни, травма, госпитализация в результате несчастного случая или болезни. Страховая сумма по договору составляет 632190 руб., страховая премия по договору составила 119484 руб.

В заявлении о предоставлении кредита от 30.05.2022г. (п.12) истица добровольно выразила согласие на приобретение дополнительных услуг по страхованию жизни и здоровья, с условиями которых ознакомлена и согласна. Также подтвердила, что доведена информация о приобретении (отказ от приобретения) дополнительных услуг по страхованию жизни и здоровья не влияет на решение банка о предоставлении кредита.

Также после корректного ввода секретного кода, направленного банком в приложении ВТБ-Онлайн, на основании заявления истца от 30.05.2022г. между банком и ФИО1 был заключен договор о предоставлении банковской карты от 30.05.2022г. №КК-65108450393, открыт банковский счет №408178******530569, выпущена банковская карта 2200******4172, согласно которому истице предоставлен кредит с лимитом кредитования 142000 руб., дата возврата кредита 30.05.2052г., под 19,90 % годовых (применительно к платежам, осуществляемым за счет лимита Овердрафта в течение первых 30 (тридцати) календарных дней с даты заключения договора при проведении операций по оплате товаров и услуг с использованием платежной банковской карты/ее реквизитов), 39,90 % годовых (применительно к платежам, осуществляемым за счет лимита Овердрафта начиная с 31 (тридцать первого) календарного дня с даты заключения договора при проведении операций по оплате товаров и услуг с использованием платежной банковской карты/ее реквизитов), 49,90 % годовых (применительно к платежам, осуществляемым за счет лимита Овердрафта при проведении операций по получению наличных денежных средств, переводов и иных операций, проводимых с использованием платежной банковской карты/ее реквизитов, не связанных с оплатой товаров/услуг) (т.1 л.д.152-156).

Направленные банком секретные коды были введены истицей корректно, что подтверждается представленным в материалы дела протоколом операции цифрового подписания (т.1 л.д.157-164).

Факт выдачи кредита подтверждается распиской о получении банковской карты (т.1 л.д.212), выписками по лицевому счету (т.2 л.д.4-5).

Абонентский номер мобильного телефона, с которого истцом был осуществлен доступ в мобильное приложение, является логином, зарегистрирован банком в мобильном приложении и использовался им для входа в мобильное приложение. 

Обо всех операциях по оформлению кредитов система оповещала заемщика, путем отправки sms/push - сообщения. Push-сообщения на номер мобильного телефона №, принадлежащего истцу направлялись банком на русском языке.

Согласно выпискам по счету по кредитному договору №625/0055-0911479 от 30.05.2022г., номер счета №408178******002524, ФИО1 30.05.2022г. были осуществлены переводы между своими счетами и снятие в банкомате денежных средств в общей сумме 500000 руб. (т.1 л.д.176-178,182-209).

Как усматривается из выписки по счету № 408178******530569 30.05.2022г. кредитные денежные средства в размере 135000 руб. были переведены истцом на свой счет №408178******002524.

То обстоятельство, что кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022г., договор о предоставлении банковской карты от 30.05.2022г. №КК-65108450393, банковский счет №408178******530569, банковская карта 2200******4172, заключались ФИО1 с Банком ВТБ (ПАО) лично, подтверждается ее письменными обращениями в банк 06.06.2022г., заявлением о возбуждении уголовного дела от 03.06.2022г. (т.1 л.д.14-15,33-34).

Так, 06.06.2022г. истица обратилась в дополнительный офис филиала № 2351 Банка ВТБ (ПАО) с письменным заявлением о признании незаключенными кредитного договора 

<

***> от 30.05.2022г., договора страхования № FRVTB350-62500550911479 от 30.05.2022г., договора о предоставлении банковской карты № КК-651084503931 от 30.05.2022г. и аннулировании банковской карты 2200******4172.

ФИО1 подано заявление следующего содержания - «В ДО «Серебряковский» филиала №2351 банка ВТБ (ПАО) онлайн способом был заключен кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022 года, по которому на моё имя был выдан потребительский кредит в размере 635190 (шестьсот тридцать две тысячи сто девяносто рублей) на 60 месяцев с размером ПСК 30,359 % годовых и ежемесячным платежом в размере 16714,01 руб.. Кроме того, одновременно с этим на моё имя был заключён договор о предоставлении и использовании банковских карт Банка ВТБ (ПАО) от 30.05.2022 №КК-651084503931 и предоставлены денежные средства в виде лимита кредитования (лимита Овердрафта) к счету банковской карты Банка ВТБ (ПАО) №2200245001084172 в сумме кредита 142000 (сто сорок две тысячи) рублей с процентной ставкой 19,9 % годовых в первые 30 дней с даты заключения договора, 39,9% годовых с 31 календарного дня с даты заключения договора и 49,9% годовых применительно к платежам, не связанным с оплатой товаров/услуг.

Действия по подписыванию указанных договоров простой электронной подписью посредством кодов из СМС-сообщений, отправленных на мой номер мобильного телефона, совершались мной по указанию сотрудников полиции и сотрудников указанного банка, которые под угрозой привлечения меня к уголовной ответственности требовали производить данные действия, диктуя мне их по телефону. При этом, потребности брать денежные средства в кредит у меня не было. Меня убедили это сделать, сообщив, что в мой личный кабинет «был совершён вход с посторонних устройств» и мошенники пытаются оформить заем на мое имя и надо срочно отменить заявку. Для чего срочно оформить указанные кредиты с целью «исчерпать кредитный лимит» и перевести деньги на страховые ячейки. То есть, в отношении меня совершались мошеннические действия. В тот момент не зная об этом, я выполнила их указания и перевела заёмные средства на указанные ими банковские карты банка ВТБ номера которых 2200******** 1190 (виртуальный номер карты **8965) и 2200********4769 (виртуальный номер карты **7374), а также на счет по номеру телефона № на имя ФИО7. в КИВИ-банк.».

Из содержания заявления о возбуждении уголовного дела от 03.06.2022г. усматривается «30 мая 2022 года неизвестные мне лица, представлявшиеся мне по телефону сотрудниками полиции и сотрудниками банка ВТБ, обманным путем, используя психологическое давление и угрожая наступлением уголовной ответственности за разглашение информации об их действиях, вынудили меня взять онлайн-кредит на 632190 (шестьсот тридцать две тысячи сто девяносто) рублей и кредитную карту на 142000 (его сорок две тысячи) рублей, снять все заёмные денежные средства якобы в ходе операции по поимке мошенников и перевести деньги на указанный ими счёт якобы для предотвращения хищения этих средств…». «По их указанию 142000 рублей с кредитной карты перевела онлайн через личный кабинет ВТБ на КИВИ-банк по номеру телефона № на имя женщины, затем поехала по их требованию в Новороссийск к банкомату в гипермаркете «Лента» в Цемдолине па улице Ленина. Примерно с 19 до 20-30 я по их инструкциям перевела 632190 руб. на указанные номера карт (500000 руб. из них снимала наличными - см. чеки и переводила через систему МИР Пей банкомата). Номера и пин-коды карт ВТБ, на которые отправляла деньги, мне диктовали по телефону. Номера начинались на 2200, последние четыре цифры видно на скриншотах. Помню только пин-коды: 2580 на одной, 2525 на другой».

В силу п. 3.3.9. Правил дистанционного банковского обслуживания, протоколы работы систем дистанционного банковского обслуживания, в которых зафиксирована информация об успешной идентификации, аутентификации клиента, о создании электронного документа, о подписании электронного документа клиентом с использованием средства подтверждения и о передаче их в банк, являются достаточным доказательством и могут использоваться банком в качестве свидетельства факта подписания/передачи электронного документа в соответствии с параметрами, содержащимися в протоколах работы системы дистанционного банковского обслуживания, а также целостности (неизменности) электронного документа соответственно.

Как следует из материалов дела, кредитные договоры были подписаны аналогом собственноручной подписи посредством корректного ввода секретного кода из SMS, направленного банком на номер заемщика 

<

***>. 

Во всех заявлениях и кредитных договорах ФИО1 был указан один и тот же номер мобильного телефона 

<

***>. Принадлежность которого истец не оспаривает и сообщает суду в иске.

На момент подписания кредитного договора в банк поступали сообщения заемщика о компрометации средств подтверждения, используемых ВТБ-Онлайн, что подтверждается протоколами операций. В связи с чем у банка отсутствовали основания полагать, что кредитный договор оформляет не истец, а третье лицо.

Соответственно, банк удостоверился, что заемщик при проведении операций вправе распоряжаться денежными средствами в полном соответствии с требованиями ч.4, 5.1, 5.2, 5.3 ст. 8 Федерального закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе", ч. 2 ст. 5, ч. 1 ст. 9 Федерального закон от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи", исполнил их.

Более того, по состоянию на 30.05.2022г. в банк не поступали заявления истца о некорректной работе SIM-карты с указанным номером, ее утрате, повреждении, установке переадресации звонков и сообщений на другой номер, утрате или повреждении мобильного устройства с установленной в нем SIM-картой.

В связи с тем, что при проведении операции в мобильном приложении были использованы персональные средства доступа клиента, реквизиты банковской карты, логин и пароль истца, банк не имел оснований отказать ему, как в заключении договоров, так и в проведении операций перевода денежных средств.

Операции по переводу денежных средств с банковских счетов истца на иные счета банка и карту стороннего лица были совершены с согласия истца, выраженного посредством ввода одноразовых паролей, поступивших на номер телефона истца, и стали безотзывными.

Таким согласием является факт подписания истцом распоряжений на перевод денежных средств простой электронной подписью (вводом одноразовых паролей, поступивших на номер телефона истца 

<

***> 30.05.2022г., являющейся аналогом собственноручной подписи.

После идентификации клиента и проведения аутентификации посредством корректного ввода одноразовых паролей операции были авторизованы банком в этот же день, так как в банк поступили распоряжения истца в виде паролей, являющихся аналогами собственноручной подписи клиента.

Кредитный договор 

<

***> от 30.05.2022г., договор о предоставлении банковской карты от 30.05.2022г. №КК-65108450393, были заключены между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 путем направления истцом в банк заявлений в форме электронного документа, подписанного простой электронной подписью истца, и акцепта банком оферты истца путем зачисления кредитных средств на банковские счета истца. 

То есть, оснований для признания сделок недействительными в силу ст.820 ГК РФ из-за несоблюдения простой письменной формы, не имеется.

Форма, условия договоров соответствуют требованиям действующего гражданского законодательства, Положениям ЦБ РФ, Правилам и Условиям, определенным Банком ВТБ (ПАО). На момент заключения кредитного договора и договора о предоставлении банковской карты разногласий между банком и истцом не имелось, существенные условия указанных договоров сторонами были согласованы. Обязанности банка в части выдачи заемщику денежных средств исполнены в полном объеме. 

Кроме того, на основании п.1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.

Согласно п.1,2 ст. 940 ГК РФ договор страхования должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность договора страхования, за исключением договора обязательного государственного страхования (статья 969).

Договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.

В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.

Договор страхования может быть также заключен путем составления одного электронного документа, подписанного сторонами, или обмена электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго п. 1 ст. 160 настоящего Кодекса.

На основании абз.2 п.3 ст. 958 ГК РФ при досрочном отказе страхователя (выгодоприобретателя) от договора страхования уплаченная страховщику страховая премия не подлежит возврату, если законом или договором не предусмотрено иное.

В соответствии с условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» программа «Оптима» (п.6.8) при отказе страхователя от полиса в течение 14 (четырнадцати) календарных дней со дня его заключения при отсутствии в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая, страховщик возвращает страхователю уплаченную страховую премию в полном объеме. Полис считается прекратившим свое действие с даты получения страховщиком письменного заявления страхователя об отказе от полиса или с 00 часов 00 минут даты начала действия страхования в зависимости от того, что произошло ранее. Если заявление направляется по почте, датой направления письменного заявления считается дата, указанная на почтовом штемпеле организации почтовой связи по месту отправления данного заявления. Возврат страховой премии осуществляется способом, указанным страхователем в заявлении об отказе от полиса, в срок не превышающий 7 (семи) рабочих дней со дня получения письменного заявления страхователя об отказе полиса (т.2 л.д.41-45).

Согласно п. 1 Указания Банка России от 20.11.2015 № 3854-У (в редакции от 21.08.2017г.) "О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления отдельных видов добровольного страхование (зарегистрировано в Минюсте России 12.02.2016 N 41072) при осуществлении добровольного страхования (за исключением случаев осуществления добровольного страхования, предусмотренных пунктом 4 настоящего Указания) страховщик должен предусмотреть условие о возврате страхователю уплаченной страховой премии в порядке, установленном настоящим Указанием, в случае отказа страхователя от договора добровольного страхования в течение четырнадцати календарных дней со дня его заключения независимо от момента уплаты страховой премии, при отсутствия в данном периоде событий, имеющих признаки страхового случая.

Доказательств, подтверждающих обращение истицы в АО «СОГАЗ» об отказе от договора страхования в течение периода охлаждения не поступало.

Как указано выше, ФИО1 в заявлении о предоставлении кредита от 30.05.2022г. добровольно выразила согласие на приобретение дополнительных услуг по страхованию жизни и здоровья, с условиями которых ознакомлена и согласна.

Принимая решение, суд не находит оснований согласиться с доводами истца о недействительности кредитного договора 

<

***> от 30.05.2022г., договора о предоставлении банковской карты № КК-651084503931 от 30.05.2022г., заключенных между истцом и Банком ВТБ (ПАО), а также договора страхования № FRVTB350-62500550911479 от 30.05.2022г., заключенного между истцом и АО «СОГАЗ», в соответствии с положениями ст.ст. 168, 178,179 ГК РФ.

Требование о признании сделки недействительной может быть заявлено исключительно в отношении заключенного договора. Незаключенный договор как несостоявшаяся сделка не может быть признан недействительным (юридически его не существует).

Действительность сделки зависит от действительности образующих ее элементов: лиц, участвующих в сделке, единства воли и волеизъявления, формы и содержания.

Недействительность сделки означает, что действие, совершенное в виде сделки, не обладает качествами юридического факта, способного породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых действительно желало лицо, что может быть обусловлено:

-незаконностью содержания сделки;

-неспособностью гражданина, совершающего сделку, к участию в сделке;

-несоответствием воли и волеизъявления участника сделки;

-несоблюдением формы сделки. 

Основания недействительности сделок предусмотрены ГК РФ (параграф 2 главы 9).

Общие понятия недействительности сделки сформулированы в ст.166 ГК РФ, согласно которой сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

Согласно ч.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1). При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке (пункт 2).

Сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст.168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в зависимости от дефектности отдельных ее элементов, в случае порока воли при её совершении, в частности, при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст.178, п.2 ст.179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п.1 ст.10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст.10 и п.1 или 2 ст.168 ГК РФ (п.п. 7 и 8 постановления Пленума № 25) (Определение Верхового суда РФ №5-КГ22-121-К2 от 17.01.2023г.).

Соответственно предмет доказывания по искам о признании сделок недействительными образуют общие для всех сделок и специальные (в зависимости от оснований недействительности) юридические факты.

Для всех сделок подлежит доказыванию сам факт совершения сделки в установленной законом форме (ст.ст.153,158,161,168,432,434 ГК РФ).

Поскольку ст. 168 ГК РФ закреплена презумпция недействительности сделки, не соответствующей закону или иному правовому акту, специальным юридическим фактом, подлежащим доказыванию, является наличие обстоятельств, свидетельствующих о незаконности содержания сделки. 

Положения ст.168 ГК РФ применяются при отсутствии специальных норм о недействительности сделок по конкретным основаниям.

Отличия последствий недействительности сделки в результате нарушения норм закона или иных правовых актов состоят в установлении одного критерия: посягательства на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, то есть выход негативного влияния сделки за пределы прав и законных интересов совершающих сделку лиц. При установлении такого посягательства в силу п. 2 ст. 168 ГК РФ возникает презумпция ничтожности сделки, а при его отсутствии (то есть если сделка оказывает влияние исключительно на ее участников) - презумпция оспоримости сделки (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

При этом презумпция оспоримости действует, если из федерального закона не следует необходимость применения других последствий нарушения, не связанных с недействительностью сделки; а презумпция ничтожности действует, если из федерального закона не следует оспоримость сделки или необходимость применения иных мер, не связанных с недействительностью сделки.

При оспаривании сделки по основаниям, предусмотренным ст.ст.178,179 ГК РФ, специальным юридическим фактом, подлежащим доказыванию, является несоответствия воли и волеизъявления гражданина-стороны сделки в силу.

Так, в соответствии со ст.178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Причем заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

В ст.179 ГК РФ перечислены случаи, когда сделка признается судом недействительной по иску потерпевшего, в связи с тем, что воля лица, совершающего сделку, не соответствует его волеизъявлению в силу указанных в этой статье обстоятельств.

Под насилием в п.1 ст.179 ГК РФ понимается противоправное физическое, психическое воздействие на другое лицо путем причинения страданий ему или его близким с целью заставить совершить сделку.

Под угрозой следует понимать обещание причинить вред другому лицу или его близким с целью заставить совершить сделку. Это может быть как неправомерный вред, так и правомерный.

При этом закон не устанавливает, что насилие или угроза должны исходить исключительно от другой стороны сделки. Поэтому сделка может быть оспорена потерпевшим и в случае, когда насилие или угроза исходили от третьего лица, а другая сторона сделки знала об этом обстоятельстве. Угроза причинения личного или имущественного вреда близким лицам контрагента по сделке или применение насилия в отношении этих лиц также являются основанием для признания сделки недействительной, что следует из п.98 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

В силу ч.2 ст.179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается, в том числе, намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Такая сделка может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Из п.99 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Оспаривание сделки на основании п.п.1 и 2 ст.179 ГК РФ закон не связывает с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

То есть, сторона сделки, заявляющая требование о признании сделки недействительной как заключенной под влиянием обмана, должна доказать следующее: обстоятельства, относительно которых данное лицо было обмануто, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки, то есть являются существенными для данной стороны при принятии указанного решения; контрагент, заключая сделку, имел умысел на совершение обмана в момент ее заключения или намеренно умолчал об обстоятельствах, о которых должен был сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Поскольку оспариваемые договоры двусторонние, к предмету доказывания в данном случае относятся обстоятельства, свидетельствующие о совершении договоров под влиянием обмана (умышленных действий) совершенных в отношении истца ответчиком. Но не в результате мошеннических действий неустановленных лиц. 

Действия мошенников, в случае совершения таковых с денежными средствами на банковском счете, не могут вести к недействительности кредитного договора.

При заключении договоров в электронном виде банком соблюдены все установленные требования и правила, последовательность действий при заключении оспариваемых сделок, распоряжению денежными средствами в системе ВТБ-Онлайн, посредством аналога собственноручной подписи с введением кодов, направленных банком на номер телефона истца, истец, заключая оспариваемые договоры, осознавала их природу и последствия, ее волеизъявление было направлено на получение кредитных средств, которые были предоставлены банком, в соответствии с условиями кредитного договора и договора о предоставлении банковской карты.

Данные о том, что сделки по кредитованию и страхованию были совершены истцом под влиянием заблуждения или обмана со стороны ответчиков, отсутствуют.

Договоры заключены истицей лично, которая самостоятельно без участия банка распорядилась полученными кредитными средствами, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии порока воли в виде заблуждения относительно существа заключенной сделки, ее предмета, лица, с которым она вступает в сделку и других обстоятельств, свидетельствующих о существенном заблуждении истицы.

Распоряжение ФИО1 полученными кредитными денежными средствами путем перечисления их третьим лицам, находится за пределами оспариваемых договоров и компетенции банка и свидетельствует о таком распоряжении истцом полученными кредитными средствами.

Ссылка ФИО1 на постановление о возбуждении уголовного дела и признании ее потерпевшей (т.2 л.д.78-80) несостоятельна.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Для суда обязательны обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом (ч. 2, 3 ст. 61 ГПК РФ).

Вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вступивший в законную силу обвинительный приговор суда, которым была бы установлена вина не только ответчика (его сотрудников), но и третьего лица в совершении преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ, в отношении ФИО1, в материалах дела отсутствует. 

Постановление о возбуждении уголовного дела и о признании потерпевшим по смыслу ст. ст. 60, 61 ГПК РФ не являются надлежащими доказательствами факта совершения мошеннических действий.

Факт возбуждения уголовного дела в отношении неустановленного лица по факту хищения денежных средств истца не свидетельствует о неправомерности действий ответчика при заключении и исполнении кредитного договора и не влияет на правоотношения, сложившиеся между истцом и ответчиком в рамках заключенных договоров, как и не влечет их недействительность по мотиву заключения сделки под влиянием заблуждения или обмана (п. 1 ст.178 ГК РФ, п.2 ст. 179 ГК РФ).

П. 3 ст.179 ГК РФ предусмотрена возможность признания недействительной сделки, совершенной на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась или, другими словами, кабальной сделки.

Сделка может быть признана кабальной только при наличии совокупности условий:

1) она совершена на крайне невыгодных условиях для одной из сторон;

2) эта сторона вынуждена была совершить данную сделку вследствие стечения тяжелых обстоятельств;

3) другая сторона знала об этом и воспользовалась этими обстоятельствами.

По общему правилу, определенному ч.1 ст.56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания всех вышеуказанных юридических фактов возложена законом на истца.

Никаких относимых, допустимых, достоверных доказательств о фактах, подлежащих установлению в рамках требований о признании сделок недействительными, истец не представил.

Более того, ссылаясь в целом на положения ст.168,178,179 ГК РФ, обстоятельств, предусмотренных ч.2 ст.168, ст.178, ч.1,3 ст.179 ГК РФ в иске не привел. 

Довод ФИО1 о недобросовестности Банка ВТБ (ПАО) и возможности применения ст.10 ГК РФ с целью признания кредитного договора, договора страхования, договора о предоставлении банковской карты недействительными неубедителен.

Ч.1 ст.10 ГК РФ установлен запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав. 

Как указано выше, сделка, нарушающая такой запрет, в зависимости от обстоятельств дела может быть признана судом недействительной на основании положений ст.10 и ч.ч.1,2 ст.168 ГК РФ. 

Вместе с тем, в силу ч.3 ст.10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность и добросовестность действий и участников гражданских правоотношений предполагаются.

То есть, ч.3 ст.10 ГК РФ установлена презумпция разумности и добросовестности участников гражданского оборота, которая применяется тогда, когда в соответствии с законом возможность защиты гражданских прав зависит от поведения их обладателей. 

Таким образом, неразумность и недобросовестность, допущенные при осуществлении прав, должен доказывать тот, кто это утверждает. Пока им не будут представлены достаточные доказательства данного утверждения, суд считает субъекта добросовестным, а его действия разумными.

Соответствующих доказательств истцом в дело не представлено, и судом в ходе судебного разбирательства не установлено.

Банком ВТБ (ПАО) соблюдены требования ст.ст. 8,9 Федерального закона от 27.06.2011г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» и предприняты исчерпывающие меры, направленные на идентификацию клиента, его аутентификацию в информационной системе, подтверждение действительного волеизъявления на совершение операций. 

При проведении операций, осуществленных корректно, предполагается, что распоряжение на перечисление денежных средств дано уполномоченным лицом, при этом обязанность сохранять коды доступа и пароли, следить за сохранностью своего имущества, не передавать карту или ее номер третьему лицу, возложена на истца.

Ответственность банка за совершение третьими лицами операций с использованием карт клиента не предусмотрена ни договором, ни нормами действующего законодательства Российской Федерации.

В соответствии с общими положениями ч.ч.1,2,3 ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Согласно ч.6 ст.178 ГК РФ к сделке, признанной недействительной как совершенной под влиянием заблуждения, применяются правила, предусмотренные ст.167 ГК РФ.

При этом сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств, и требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в п.п.1-3 ст.179 ГК РФ, применяются последствия недействительности сделки, установленные ст.167 ГК РФ. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. 

ФИО1 ни одно из перечисленных требований не заявлено.

Оценив в совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ представленные в дело доказательства, суд находит исковые требования о признании кредитного договора, договора страхования, договора о предоставлении банковской карты недействительными, применении последствий недействительности сделок необоснованными и не подлежащими удовлетворению. 

При таких обстоятельствах оснований для изменения кредитной истории истца не имеется.

Кроме того, выбранный способ защиты права и сформулированное истцом требование в данной части не предусмотрено законом в качестве последствия недействительности сделки.

Ввиду того, что права истца в качестве потребителя финансовых услуг ответчиком не нарушены, то оснований для взыскания компенсации морального вреда в соответствии с положениями Закона РФ от 07.02.1992г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», п.45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» в отсутствие вины не имеется.

По общим правилам, установленным ст.ст.151,1101 ГК РФ в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда лишь при наличии вины причинителя (Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.94г. №10 «О некоторых вопросах по применению законодательства о компенсации морального вреда» в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда РФ от 25.10.96г. №10 от 15.01.98г. №1). 

При рассмотрении настоящего гражданского дела факт причинения морального вреда истцу в результате совершения виновных действий ответчиком не установлен.

На основании изложенного, в соответствии со ст.123 Конституции РФ, разъяснениями, содержащимися в п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» от 31.10.95г., обеспечивая равенство прав участников судебного разбирательства, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд через Первомайский районный суд в течение месяца со дня составления его в окончательном мотивированном виде путем подачи апелляционной жалобы.

Федеральный судья С.Ю. Гареева

Составлено: 01.11.2025г.