№ 2-202(1)/2024

64RS0028-01-2024-000270-19

решение

Именем Российской Федерации

16 мая 2024 г. г. Пугачев

Пугачевский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Антонычевой Ю.Ю., 

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Бохан Е.А.,

с участием прокурора Луконкина Я.И.,

истца ФИО1 и представителя истцов ФИО2,

ответчика Ревенского С.А. и представителя ответчиков ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Ревенскому Сергею Александровичу, индивидуальному предпринимателю ФИО7 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО8 обратились в суд с иском, с учетом уточнений, к Ревенскому С.А., ИП ФИО7 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением. В обоснование иска указали, что соответчики ФИО7 и Ревенский С.А. с ДД.ММ.ГГГГ находятся в зарегистрированном браке. С 27.06.2018 ФИО7 зарегистрирована в Межрайонной ФНС № 22 по Саратовской области в качестве индивидуального предпринимателя. Одним из видов ее деятельности, является реализация хлебобулочных изделий. Для развоза хлебобулочных изделий по торговым точкам ДД.ММ.ГГГГ Ревенский С.А. приобрел в собственность автомобиль марки ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>. Соответчики - супруги Ревенские имеют равные права по владению, пользованию и распоряжению указанным выше общим имуществом, нажитым супругами во время брака. Распоряжение совместной собственностью осуществлялось по общему согласию супругов независимо от того, кем из участников совершается сделка. На этом автомобиле в качестве водителя для развоза хлебобулочных изделий соответчиками был нанят ФИО9, поскольку он водитель-профессионал, у него стаж вождения 20 лет, поэтому он был вписан в страховой полис на этот автомобиль. На момент совершения ФИО9 ДТП ДД.ММ.ГГГГ, он около двух лет работал у соответчиков водителем на автомобиле ВИС 234900 (грузовой фургон), г.р.з. 

<

Номер>, развозил хлебобулочные изделия по торговым точкам. По указанию соответчиков ДД.ММ.ГГГГ около 07 часов ФИО9 на технически исправном указанном автомобиле загрузился у соответчиков хлебобулочными изделиями в г. Пугачеве Саратовской области, и около 08 часов по указанию соответчиков поехал развозить хлебобулочные изделия по трем торговым точкам в 

<

Адрес>. После того, как ФИО9 выполняя волю соответчиков, развез хлебобулочные изделия по торговым точкам в 

<

Адрес>, у него возникла производственная необходимость, связанная с процессом работы, вернуть автомобиль ВИС 234900 его владельцам - соответчикам. Возвращаясь в г. Пугачев, ДД.ММ.ГГГГ в 14 час. 00 мин. водитель ФИО9, управляя автомобилем марки VIS 234900, г.р.з. 

<

Номер>, принадлежащим ответчикам, следуя со скоростью около 90 км/ч по 29 километру автодороги 

<

Адрес> со стороны 

<

Адрес> в направлении г. Пугачева Саратовской области, был невнимателен к изменению дорожной обстановки, в нарушение п. 1.4, 1.5, 9.1 и 10.1 ПДД, не выбрал безопасную скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, тем самым лишил себя возможности обнаружить опасность и при ее возникновении принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего допустил выезд автомобиля на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, чем создал опасность для движения автомобиля марки ВАЗ 21102, г.р.з. 

<

Номер>, принадлежащего на праве собственности ФИО8, под управлением ФИО1, движущегося во встречном направлении по своей правой стороне проезжей части и, на стороне проезжей части, предназначенной для встречного движения, совершил столкновение с указанным автомобилем. В результате данного ДТП пассажир автомобиля ВАЗ 21102, г.р.з. 

<

Номер>, ФИО10 получил телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых скончался на месте ДТП. Водитель данного автомобиля ФИО1 в результате ДТП получил тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть. Приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2024, вступившим в законную силу, ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ и ему назначено наказание. ИП ФИО7 при осуществлении своей деятельности по реализации (перепродаже) хлебобулочных изделий, не заключая договоров поставки с торговыми точками, устно собирала заказы (заявки) от продавцов (владельцев) торговых точек в 

<

Адрес> о необходимом для реализации количестве и ассортименте хлебобулочной продукции. Приобретала у изготовителей хлебобулочную продукцию и развозила ее для дальнейшей реализации по указанным торговым точкам. Во избежание гражданско-правовой ответственности, которая может наступить в случае транспортировки хлебобулочной продукции, как в случае со ФИО9, ИП ФИО7 не оформила трудовой договор со ФИО9, как с водителем – экспедитором. Для осуществления деятельности ИП ФИО7 по перепродаже хлебобулочных изделий ответчики приобрели в собственность целый парк автомобилей ВИС 234900, которые были оформлены на супруга – Ревенского С.А. ИП ФИО7, как человек несведущий в вопросах ремонта, поддержания в рабочем состоянии указанного автотранспорта, договорилась со своим супругом, что за техническим состоянием автотранспорта будет следить супруг, супруг будет заниматься вопросами подыскания кадров на должность водителей-экспедиторов на автомобили ВИС 234900; по накладным, согласованным с супругой и выданным ею, будет контролировать загрузку хлебобулочных изделий водителями-экспедиторами (количество, ассортимент, согласно заявкам из торговых точек); давать указания водителям-экспедиторам, куда следует доставить заказ; контролировать состояние водителей-экспедиторов перед выездом в указанные торговые точки; следить за техническим состоянием автомобиля перед выездом. Супруги Ревенские проживают совместно, ведут общее хозяйство, имеют совместную собственность, совместно управляют бизнесом, который оформлен на супругу. Следовательно, в силу ст. 34, 35 СК РФ, распоряжение совместной собственностью осуществлялось по общему согласию супругов независимо от того, кем из супругов нанимался на работу ФИО9 Выполнение поручений соответчиков ФИО9, связанных с доставкой хлебобулочных изделий в торговые точки на постоянной основе можно рассматривать как трудовые. Поскольку, в силу ч. 2 ст. 67 ТК РФ, обязанность заключить с работником трудовой договор в письменной форме лежит не на работнике - ФИО9, а на работодателе – ИП ФИО7 Работник, осуществляя свои трудовые (должностные, служебные) обязанности, фактически действует в соответствии с волей работодателя, отсюда логичным будет высказывание о том, что причиненный действиями работника вред должен рассматриваться как вред, причиненным работодателем. В момент причинения вреда работник - ФИО9 находился при исполнении своих трудовых обязанностей, т.е. действовал по заданию работодателя - ИП ФИО7 Понятие «исполнение трудовых обязанностей» имеет достаточно широкую трактовку. Так, под него могут подпадать любые действия работников, в которых выражаются материальные функции соответствующего работодателя. К ним могут относиться действия производственного, технического, транспортного, хозяйственного и иного характера. Работник должен выполнять работу, соответствующую его трудовому договору или деятельность, выходящую за пределы трудового договора, но порученную работодателем по производственной или иной необходимости, связанной с процессом работы. В данном случае ФИО9 после развоза хлебобулочных изделий обязан был вернуть автомобиль Ревенским, но в ходе следования совершил преступление, указанное в приговоре Пугачевского районного суда. Работник - ФИО9 должен был не нарушать ПДД РФ выполняя порученное ему соответчиками задание ДД.ММ.ГГГГ. Неисполнение трудовых обязанностей в случаях, когда работник должен был действовать, но незаконно бездействовал, также служит основанием для ответственности работодателя. В случаях возникновения судебного спора ответчиком по таким делам является субъект ответственности - работодатель Ревенские, а непосредственный причинитель вреда - работник ФИО11 привлекается в качестве третьего лица. Погибший в ДТП ФИО10 доводился ФИО8 супругом, ФИО1, ФИО4 и ФИО5 – отцом. ФИО8 не работала, занималась детьми, а погибший ФИО10 работал, обеспечивал материально всю семью, разводил скот, занимался строительством, работал в селе пастухом, скотником, строителем, когда в селе была работа, а когда ее не стало, ездил на заработки в г. Москву вахтовым методом. Он выполнял по хозяйству всю мужскую работу, был надежной опорой для семьи. ФИО8, указывая, что узнав о смерти мужа и увидев его мертвым, испытала шок, нравственные страдания усугубились известием о том, что в данном ДТП пострадал ее сын Заур, она стала плохо спать, часто плачет, у нее повышается давление, просила взыскать с ответчиков в солидарном порядке в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 7 000 000 руб. ФИО1, указывая, что отец был для него не только отцом, но и другом, материально обеспечивал его и всю семью, его смерть стала неожиданным трагичным ударом, просил взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу компенсацию морального вреда в размере 7 000 000 руб. Кроме того, указывая, что в данном ДТП он пострадал лично, получив телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, с момента ДТП и по настоящее время страдает физически от перелома ноги болезненные симптомы, испытал и испытывает физическую боль, перенес несколько операций на левой ноге, в настоящее время продолжает лечение у невролога, кость на ноге до конца еще не срослась, передвигается при помощи костылей. Из-за наличия ограничений в движении у него возникает осознание своей неполноценности, он боится потерять работу, ранее работал учителем физкультуры и вел спортивную секцию, а теперь не может продолжать активную физическую жизнь, просил взыскать с ответчиков в солидарном порядке в его пользу компенсацию морального вреда за его физические и нравственные страдания от полученных повреждений в размере 5 000 000 руб., всего 12 000 000 руб. Истцы ФИО4 и ФИО5, указывая, что в результате гибели отца утрачена родственная связь, его гибель была неожиданным трагичным ударом, он занимался их воспитанием, материально обеспечивал, на фоне произошедшего они постоянно переживают о случившемся, в связи с чем нарушено их душевное спокойствие, просили взыскать с ответчиков в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 7 000 000 руб. в пользу каждой. А также истцы просили взыскать с ответчиков в солидарном порядке судебные расходы за услуги представителя по 25 000 руб. в пользу каждого.

В судебном заседании истец ФИО1 и представитель истцов ФИО2 исковые требования, с учетом уточнений, поддержали в полном объеме, просили их удовлетворить по основаниям, изложенным в уточнениях от 02.05.2024. ФИО1 в судебных заседаниях пояснял, что в момент ДТП его жизнь глобально изменилась, у них была полноценная, дружная семья. Его отец был для каждого из них примером для подражания. Он научился у него всему, чего он сейчас достиг. С ранних лет он вкладывал в него только самое лучшее. Его отец был человек с большой буквы и доброй души человеком. Он очень хорошо зарабатывал и также продолжал помогать им. ДД.ММ.ГГГГ в районе часа дня отец приехал на «Консуле», он забрал его на автомобиле ВАЗ-2110, принадлежащем маме, возле базара около магазина «Магнит». Закупились в магазине и поехали домой, по пути домой и произошло ДТП. В результате ДТП у него повреждены: большая берцовая кость, малая берцовая кость, поврежден нерв, сломано ребро, сотрясение, также были плохие анализы, множественные ушибы, в тот момент он был просто как овощ, лежал и не мог двигаться. За ним ухаживали мама и сестры как за младенцем. Потом его транспортировали в г. Саратов на скорой помощи в шестую городскую поликлинику, где выявили переломы ребер, скопление жидкости, он стал плохо дышать. ДД.ММ.ГГГГ ему сделали операцию на ноге. Следующую операцию ему провели в г. Пугачеве, потому что плохо срасталась кость. Еще одна, третья операция, предстоит в г. Саратове, на которой планируется убрать металлическое основание из ноги. Также пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на больничном. Когда ему сестра сказала, что отца нет больше, у него ухудшилось состояние. Отец для него был всем, примером для подражания. Его отняли, забрали и ту радость, которая у них была в семье, которую он давал, тепло, уют, заботу. Он до сих пор помнит, как его просто расплющило, и он ничего не мог сделать. И то, что со стороны виновников, никто даже по-человечески не подошли, не извинились. Он с раннего детства занимается спортом, выступал на соревнованиях, также выступал за ФСИН, представлял город и в 2022 г. вошел в состав сборной Саратовской области и представляет уже область. Однако, принимать уже участия из-за травмы не сможет, считает себя неполноценным из-за данной травмы. После операции у него начали повышаться сильные боли в области ноги и всего тела. Все бессонные ночи на протяжении 3 месяцев, которые он проводил, его мама и сестры делали массаж, чтобы он хотя бы мог немного поспать. У него обострилась боль в ноге, на это повлияло то, что перебит нерв в ноге. Он 3 месяца ходил на ходунках, после на костылях - 3 месяца, затем передвигался уже месяца полтора - с бадиком. При ходьбе у него ощущается боль, где перелом и то место, где вытащили болты, осталась хромота от боли, а также у него до сих пор отсутствует чувствительность. В настоящий момент он не может заниматься своей трудовой деятельностью. Вся его жизнь связана именно со спортом, но после этого случая то, что он годами нарабатывал, просто перечеркнуто в один день. В плане теоретической он может работать, а именно по практической части, показать какие-то упражнения, у него будут уже затруднения. 

Ответчик Ревенский С.А. в судебном заседании уточненный иск не признал в полном объеме, поскольку ФИО9 ни у него, ни у жены не работал. Пояснив, что примерно года два назад сдал ФИО9 в аренду машину ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, он следил за этой машиной, платил ему арендную плату. Также Ревенский С.А. указал, что протокол допроса не читал и просто подписал, он не помнит, чтобы следователем и судьей ему разъяснялись права и его предупреждали об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, пояснения правдивые он давал только касающиеся ДТП, а не трудовых отношений, в остальное особо не вникал. Подтвердил, что показания, которые от его имени записал следователь, не соответствуют действительности, и что сейчас он дает правдивые показания о том, что его супруга является ИП, из работников у нее был только он - водитель, у ИП ФИО7 имеется только один ларек в северо-западном микрорайоне, куда он и привозит продукцию – хлебобулочные изделия из 

<

Адрес>, ни по каким иным торговым точкам ни ИП ФИО7, ни он, как водитель, не развозит хлебобулочных изделий. Так же пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 при нем не загружался, состояние ФИО9 и состояние автомобиля он не проверял, так как с утра его не видел. Кроме того, предоставил в суд свои возражения, в которых в удовлетворении исковых требований просил отказать, отметив, что истцы не указали конкретно в каком качестве они считают существовавшими отношения между ФИО9, с одной стороны, и его, а также ФИО7, с другой стороны. Указал, что никаких договоров со ФИО9 (ни по форме - письменных или устных, ни по содержанию - трудовых, подрядных, договоров перевозки, комиссии, оказания услуг и других договоров, предусматривающих его обязанность контроля за безопасным ведением работ) он никогда не заключал. Его отношения со ФИО9 подпадали под правила ст. 642 ГК РФ, касающиеся договора аренды транспортного средства без экипажа. В этом случае ответственность за вред, причиненный транспортным средством, наступает по правилам ст. 648 ГК РФ, то есть "Ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса". ФИО9 хранил автомобиль у своего дома в частном секторе, заправлял, обслуживал, ремонтировал автомобиль самостоятельно, без его участия и без его средств, и использовал его по своему усмотрению. Кроме этого, он сам определял способ и вид использования автомобиля, сам зарабатывал и получал деньги от его использования. ФИО9 никогда не находился с ним в трудовых отношениях. Его положение супруга ФИО7 не делает его индивидуальным предпринимателем наряду с ней в правовом смысле. Он не может выступать работодателем наравне с ИП ФИО7 при осуществлении ею своей предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя и не может нести ответственность наравне с нею по нормам ТК РФ и гражданскому законодательству (ст. 1068 ГК РФ). Указал, что является не надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу.

Представитель ответчиков ФИО3 просил в удовлетворении уточненного иска отказать. Отметив, что суду не было представлено письменных доказательства, которые бы подтверждали факт наличия трудовых отношений у ФИО9 с ИП ФИО7 Ссылался на то, что ФИО9 говорил о том, что никаких трудовых отношений с ИП ФИО7 не имел, что он никогда на нее не работал. В данной ситуации оснований для солидарной ответственности не имеется никаких. При недоказанности того обстоятельства, что ФИО9 выполнял какие-либо трудовые функции при совершении дорожно-транспортного происшествия, нельзя вести речь об ответственности работодателя неизвестных лиц. Отметил, что взыскание судебных расходов не соответствует принципам разумности. В заявлениях не написано, что сделал представитель для истцов, кроме того, что неоднократно затягивал судебное заседание, переделывал неграмотно составленное исковое заявление три раза. Считает, что услуги представителя не доказаны, поэтому и оснований для удовлетворения данных требований нет. Также обратил внимание на то, что накладные, предоставленные стороной истца, являются подложными документами, подпись на них не соответствует и не совпадает с подписью ФИО9 Кроме этого, возражал относительно размера морального вреда и считал его завышенным. В прошлых судебных заседаниях отмечал тот факт, что поведение всех истцов сводится к желанию получить реальное обогащение, а не возместить моральный вред. Так как та сумма, которую они называют, для них, с учетом их уровня развития и образа жизни, никоим образом не свидетельствует о том, что они утратили какое-то свое нормальное существование после смерти отца, так как никогда таких доходов они не имели. Указал, что потерпевший в нарушение правил дорожного движения был не пристегнут, что повлияло на степень характера телесных повреждений, и это подчеркивает то обстоятельство, что лицо, управляющее транспортным средством, а именно истец по-настоящему делу, ФИО1, также является лицом, причастным к смерти отца. 

Истец ФИО4 в суд не явилась, извещена о судебном заседании надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, настаивала на своих исковых требованиях. В прошлых судебных заседаниях пояснила, что ФИО10 являлся ее отцом, которого она потеряла в данном ДТП. Он до самой смерти, все время обеспечивал ее, помогал ей и ее детям всегда, когда приезжал, привозил пакетами продукты, деньги. В ДД.ММ.ГГГГ г. она вышла замуж и с этого момента стали жить с мужем отдельно. Каждый месяц они приезжали к родителям, так как ее муж работает вахтами месяц через месяц. Когда уезжает на вахту, привозит ее с детьми к родителям, так как ей одной с детьми тяжело, 

<

Данные изъяты>. Как раз в этот раз ее отец позвонил мужу и попросил, чтобы до его приезда он их не забирал, потому что он хотел увидеть их с детьми. Когда им сообщили о ДТП, они готовились, ждали отца. Когда они приехали на место ДТП, то она сразу подбежала к машине и увидела папу, как он сидит, голова была опущена, она начала его трогать, и не поверила даже, что он мертвый, чувствовала только то, что он холодный уже. Смерть папы для нее очень большая потеря. 

Истец ФИО8 к. в суд не явилась, извещена о судебном заседании надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, настаивала на своих исковых требованиях. В прошлых судебных заседаниях пояснила, что погибший приходился ей мужем, они состояли в законном зарегистрированном браке до самой его смерти. День, когда произошло ДТП, она никогда не забудет, как в страшном сне. ДД.ММ.ГГГГ они ждали мужа с вахты, его не было 2 месяца, его поехал встречать сын. Пришла соседка и сказала, что Заур попал аварию. Для нее весь мир рухнул в этот момент. Они поехали на место ДТП, муж там был сидя зажат, у нее подскочило давление, живот разболелся от нервного стресса и т.д. В больнице она увидела сына, на нем не было живого места, ноги все синие, он кричал от боли. В последние 8 лет муж работал в 

<

Адрес> вахтами, получал 

<

Данные изъяты> руб. Когда он приезжал в отпуск, всю работу по дому мужскую он делал. Когда их не было, она все сама делала. Сын каждую неделю приезжал, тоже помогал. Муж для нее опорой был, обеспечивал их всем, в чем нуждались. Младшая дочь учится, она не знает чем будет оплачивать ее учебу и квартиру. Сын до сих пор лечится, операции сейчас платные все и санатории. Муж обеспечивал так-то всех, но в основном их с младшей дочкой. Пояснила, что она работает с ДД.ММ.ГГГГ в магазине у ИП ФИО14 в 

<

Адрес>, но последние 3 года работает официально, сутки через двое. В магазине продают: продукты, хлеб, вещи. ФИО9 возил им в магазин хлеб. Последние 2 года он бывал часто, примерно через 2-3 недели. Хлеб привозил на фургончике, в том числе на том, на котором попал в ДТП. ФИО9 возил им Ивантеевский хлеб с накладными от ИП ФИО7 Они по этим накладным сверяли количество товара, наименование и просчитывали стоимость. Потом она платила ему деньги за хлеб, он их забирал и ставил подпись в накладной, что принял деньги, а она расписывалась, что передала деньги. Если какие-то недостатки, они звонили ИП ФИО7, номер которой указан в накладной, и они устраняли эти недостатки. Продавцы расписывались в накладной, оформленной на ИП ФИО14, в которой были только цена хлеба и его количество. Один раз Ревенский С.А. приезжал вместе со ФИО12, представил его как своего работника и сказал, что, если будут какие-то недостатки, звонить им. Ревенский С.А. тоже возил им хлеб, водителей у них много, они постоянно меняются. Ревенский С.А. также был и после ДТП в их магазине, привозил хлеб, даже не подошел и не извинился. Они пришли и разрушили ее семью, забрали весь ее мир. У нее после этого случая скачет давление, сахар, она трясется вся, ночи не спит до сих пор. 

Истец ФИО5 в суд не явилась, извещена о судебном заседании надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, настаивала на своих исковых требованиях. В прошлых судебных заседаниях пояснила, что ФИО10 приходился ей отцом. С момента рождения она помнит только теплые и добрые отношения к ней, как дочери. Он помогал ей материально, обеспечивал и воспитывал ее. Гибель отца для нее была трагическим ударом. На момент ДТП она была зарегистрирована и проживала вместе с отцом и мамой. Смерть папы для нее невосполнимая утрата. Для нее он был опорой и поддержкой, другом. Сейчас она учится в колледже на первом курсе, обучение оплачивает мама, она не замужем, не работает, обеспечивал ее всегда папа.

Ответчик ИП ФИО7 в суд не явилась, извещена о судебном заседании надлежащим образом, причины не явки суду неизвестны. Предоставила в суд свои возражения, в которых в удовлетворении исковых требований просила отказать. Отметив, что своем иске истцы не указали конкретно в каком качестве они считают существовавшими отношения между ФИО9 с одной стороны, и ней, а также Ревенским С.А. с другой стороны. При этом истцы в своем уточненном иске указывают, что такой вывод они сделали исключительно на том предположении, что ФИО9 работал на них обоих с Ревенским С.А. Указала, что никаких договоров со ФИО9 (ни по форме - письменных или устных, ни по содержанию - трудовых, подрядных, договоров перевозки, комиссии, оказания услуг и других) она никогда не заключала. ФИО9 никогда не находился с ней в трудовых отношениях, он ей не знаком и никогда не привлекался ею к выполнению какой-либо работы в ее предпринимательской деятельности ни по трудовым, ни по гражданско-правовым договорам, никогда не выполнял никаких поручений в ее интересах. Все участвующие в деле истцы ей также не знакомы, она никогда не имела с ними никаких отношений, в том числе предпринимательских. Считает, что является не надлежащим ответчиком по настоящему гражданскому делу.

В судебное заседание третье лицо ФИО9 не явился, извещен о судебном заседании надлежащим образом, предоставив объяснения, в которых указал, что он знал, что по всем документам ИП оформлено на ФИО7, но видел он ее редко, а всеми организационными вопросами занимался Ревенский С.А., он принимал его на работу, отдавал распоряжения, говорил на каком автомобиле и куда ему везти хлеб. Работал он на постоянной основе водителем – экспедитором с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с графиком работы 6/1, с 05:00 по 15:00 час., воскресенье выходной, "

<

Адрес>, его заработная плата составляла 

<

Данные изъяты> руб., которую он получал нарочно по субботам. В его обязанности входило: набор, загрузка, выгрузка, перевозка, доставка по точкам, т.е. магазинам, хлебобулочных изделий, продукции. ДД.ММ.ГГГГ он управлял автомобилем ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, развозил хлебобулочные изделия по магазинам в 

<

Адрес>. На его маршруте было где-то 15-17 магазинов. 

При таких обстоятельствах, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав истца и представителя истцов, ответчика и представителя ответчиков, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора об удовлетворении заявленных требований о компенсации морального вреда, суд пришел к следующему.

Приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2024 установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 00 минут ФИО9, управляя технически исправным автомобилем «ВИС 234900», г.р.з. 

<

Номер>, двигаясь по 29 километру автодороги 

<

Адрес>, пролегающему по территории Пугачевского района Саратовской области в сторону г. Пугачева, в нарушение п. 1.4, 1.5, 9.1, 10.1 Правил дорожного движения РФ, был невнимателен к изменению дорожной обстановки, не выбрал безопасную скорость движения, обеспечивавшую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований указанных Правил, в результате чего, допустил выезд на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, что привело к столкновению с автомобилем ВАЗ 21102, г.р.з. 

<

Номер>, под управлением водителя ФИО1, двигавшемся во встречном направлении.

В результате дорожно-транспортного происшествия, пассажир автомобиля ВАЗ 21102, г.р.з. 

<

Номер>, ФИО10 получил следующие телесные повреждения: 2 разрыва передней стенки сердца, разгибательный перелом передней поверхности груди, 2 разрыва диафрагмальной поверхности печени, разрыв наружной поверхности селезенки, ссадину лобной области справа, кровоподтек верхнего века правого глаза, 2 ссадины передней поверхности области правого коленного сустава, кровоподтек и 2 ссадины передней поверхности правой голени, кровоподтек передней поверхности левого коленного сустава, 4 кровоподтека передней поверхности левой голени, причинившие в своей совокупности тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, от которых скончался на месте дорожно-транспортного происшествия.

В результате дорожно-транспортного происшествия, водитель автомобиля ВАЗ 21102, г.р.з. 

<

Номер>, ФИО1 получил следующие телесные повреждения: тупую сочетанную травму тела: закрытую тупую травму груди: перелом 7 ребра слева со смещением отломков, ссадины груди; закрытую тупую травму левой голени: оскольчатый перелом диафиза большеберцовой кости, перелом диафиза малоберцовой кости; ушибленные раны области коленных суставов, ссадины лица, ссадины верхних конечностей, причинившие в своей совокупности тяжкий вред здоровью по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Нарушение водителем ФИО9 вышеуказанных требований Правил дорожного движения РФ послужило причиной дорожно-транспортного происшествия, в результате чего подсудимым по неосторожности причинены смерть ФИО10, а также тяжкий вред здоровью ФИО1

ФИО9 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть человека. Ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года 6 месяцев. В соответствии со ст. 53.1 УК РФ заменено ФИО9 лишение свободы на принудительные работы сроком на 2 года 6 месяцев с удержанием в доход государства 5 % из заработной платы осужденного. ФИО9 по ч. 3 ст. 264 УК РФ назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 6 месяцев. 

Приговор вступил в законную силу 30.01.2024 (т. 1 л.д. 35-41).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, суд признает указанные выше обстоятельства установленными и не подлежащими оспариванию.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Вина ФИО9 в причинении тяжкого вреда ФИО1 и смерти ФИО10 установлена приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2024. 

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В соответствии с п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Исходя из данной правовой нормы законным владельцем источника повышенной опасности, на которого законом возложена обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате использования источника повышенной опасности, является юридическое лицо или гражданин, эксплуатирующие источник повышенной опасности в момент причинения вреда в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, права оперативного управления либо в силу иного законного основания, как то доверенность на право управления транспортным средством.

Допуск к управлению транспортным средством иного лица сам по себе не свидетельствует о том, что такое лицо становится законным владельцем источника повышенной опасности.

Вопрос о том, кто является законным владельцем источника повышенной опасности в момент причинения вреда, должен разрешаться судом на основании представленных суду доказательств, в их совокупности и взаимосвязи.

Следовательно, субъектом ответственности за причинение вреда источником повышенной опасности является лицо, которое обладало гражданско-правовыми полномочиями по использованию соответствующего источника повышенной опасности, имело его в своем реальном владении и использовало на момент причинения вреда.

Судом также установлено, что автомобиль ВАЗ 21102, г.р.з. 

<

Номер>, принадлежит ФИО8 к., что подтверждается карточкой учета транспортного средства и свидетельством о регистрации ТС 

<

Номер> от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 132, 213). Из пояснений ФИО8 к. следует, что она передала указанное транспортное средство для личного использования ФИО1, поскольку водительских прав у нее никогда не было. В момент дорожно-транспортного происшествия он управлял транспортным средством на законных основаниях, а именно, по доверенности на право управления транспортным средством. Данные обстоятельства сторонами не оспаривались. Гражданская ответственность владельца транспортного средства ВАЗ 21102 на момент ДТП не была застрахована, страховой полис, заключенный с 

<

Данные изъяты> истек ДД.ММ.ГГГГ, единственным лицом, допущенным к управлению являлся ФИО1 (т. 2 л.д. 29, 31). 

Собственником автомобиля ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, с ДД.ММ.ГГГГ является Ревенский С.А., управлял автомобилем ФИО9 Гражданская ответственность владельца транспортного средства ВИС 234900 на момент ДТП была застрахована в 

<

Данные изъяты> лица, допущенные к управлению ТС: Ревенский С.А., ФИО9 (т. 1 л.д. 32, 74-75, т. 2 л.д. 5).

При этом с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время Ревенский С.А. и ФИО13 состоят в зарегистрированном браке, что сторонами не оспаривалось и доказательств иного не предоставлено (т. 2 л.д. 15, 16).

Согласно п. 1 ст. 33 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.

В соответствии с п. 1 и 2 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения.

Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с п. 1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Таким образом, необходимым условием для признания имущества совместным является его приобретение супругами в период брака и на совместные денежные средства.

Доказательства того, что автомобиль ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, приобретен Ревенским С.А. на личные денежные средства в материалах дела отсутствуют.

В связи с отсутствием в деле таких доказательств, согласно презумпции, установленной п. 1 ст. 34 СК РФ, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено, данный автомобиль считается имуществом, приобретенным супругами Ревенским С.А. и ФИО7 в совместную собственность во время брака. 

Согласно п. 3 ст. 15 Федерального закона от 10 декабря 1995 г. № 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения" допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории Российской Федерации, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию Российской Федерации на срок не более шести месяцев, осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих автомототранспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении.

При этом регистрация указанных транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Таким образом, регистрация транспортного средства на имя одного супруга не свидетельствует об отсутствии права собственности другого супруга на это транспортное средство.

В случае если автомобиль приобретен в период брака ответчиков, на него распространяется режим совместной собственности вне зависимости от лица, указанного в свидетельстве о собственности, пока не доказан иной режим имущества супругов.

Утверждая, что ФИО9 не состоял в трудовых отношениях с ответчиками, Ревенский С.А. и его представитель ссылались на то, что сложившиеся его отношения со ФИО9 подпадали под правила ст. 642 ГК РФ, касающиеся договора аренды транспортного средства без экипажа, в связи с чем ответственность за вред должен нести арендатор. В подтверждение указывали, что ФИО9 хранил автомобиль у своего дома в частном секторе, заправлял, обслуживал, ремонтировал автомобиль самостоятельно и использовал его по своему усмотрению. Кроме этого, он сам определял способ и вид использования автомобиля, сам зарабатывал и получал деньги от его использования.

Положениями ст. 648 ГК РФ предусмотрено, что по договору аренды транспортного средства без экипажа ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 названного кодекса.

Пунктом 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (ст. 632 и 640 ГК РФ). Если же транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (ст. 642 и 648 ГК РФ).

Как следует из материалов дела и пояснений сторон, в первых судебных заседаниях ни ответчик, ни его представитель не ссылались на какой-либо договор аренды, а, напротив, Ревенский С.А. в возражениях от 14.03.2024, указывал именно на себя как законного владельца источника повышенной опасности, после чего их позиция поменялась. Кроме этого, в рамках уголовного дела, при допросах ФИО9 и Ревенского С.А. никто из них не ссылался и не упоминал ни о каком-либо договоре аренды данного автомобиля. ФИО9 в рамках рассмотрения данного дела о каких-либо договорных отношениях по поводу аренды транспортного средства с Ревенскими не сообщал, а наоборот утверждал, что находился с ИП ФИО7 в трудовых отношениях, в момент дорожно-транспортного происшествия исполнял свои трудовые обязанности водителя-экспедитора. 

При разрешении данного спора о возмещении ущерба, причиненного с использованием источника повышенной опасности, транспортного средства, находившегося под управлением одного лица и принадлежащего на праве собственности у другого лица, обстоятельствами имеющими значение для дела являются факт заключения договора аренды транспортного средства без экипажа, исполнение его сторонами установленных договором обязательств, в том числе фактического предоставления транспортного средства на условиях договора арендодателем арендатору, уплаты арендатором и получения арендодателем арендной платы согласно договору, своевременность исполнения обязательств и прочие обстоятельстве, которые бы свидетельствовали о реальности отношений по такому договору, то есть следует определить природу соответствующих отношений, сложившихся между поименованными как арендатор и арендодатель в договоре лицами.

Однако, доказательств в подтверждение своих доводов о реальном исполнении договора, а именно, что ФИО9 уплачивал арендные платежи по договору аренды транспортного средства, нес расходы по содержанию арендованного автомобиля и его страхованию, включая страхование своей ответственности, а Ревенский С.А. получал арендные платежи, ответчиком Ревенским С.А., в нарушении ст. 56 ГПК РФ, не предоставлено.

Оценив представленные сторонами и собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи, вопреки позиции стороны ответчика, суд приходит к выводу, что договор аренды в отношении автомобиля ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, в письменной форме между ФИО9 и Ревенским С.А., ФИО7 не заключался.

Сам по себе факт передачи ответчиками права управления принадлежащим им автомобилем ФИО9 не свидетельствует о наличии между ними арендных отношений при отсутствии достоверных и допустимых доказательств заключения такого договора.

Данных о том, что ФИО9 завладел автомобилем ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, противоправно, то есть помимо воли его собственников не имеется.

Доводы ФИО9 о том, что он работал у ИП ФИО7 в качестве водителя-экспедитора на основании трудового договора, выполняя трудовые обязанности по перевозке хлебобулочных изделий, подтверждаются следующими доказательствами.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 ГК РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В п. 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что согласно ст. 1068 и 1079 ГК РФ, не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).

С учетом изложенных правовых норм необходимо определить действительные правоотношения сторон по владению источником повышенной опасности. Обязанность доказать обстоятельства, освобождающие собственника автомобиля от ответственности, в частности факт действительного перехода владения к другому лицу, должна быть возложена на собственника этого автомобиля, который считается владельцем, пока не доказано иное.

Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 ТК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 16 ТК РФ, трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим Кодексом.

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (ч. 3 ст. 16 ТК РФ).

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п. 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. № 597-О-О).

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ТК РФ, трудовой договор – это соглашения между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Из протоколов допроса обвиняемого ФИО9 от 24.07.2023 и 25.09.2023 следует, что около двух лет он работает у ИП Ревенского С.А. водителем на автомобиле ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, на котором развозил хлебобулочные изделия по торговым точкам. ДД.ММ.ГГГГ около 08:00 час. выехал из г. Пугачева в сторону 

<

Адрес>. Разгрузив хлебобулочные изделия по трем торговым точкам, он поехал обратно в г. Пугачев (т. 1 л.д. 133-136, т. 2 л.д. 39-41).

Как следует из объяснений, данных ФИО9 в рамках рассмотрения данного дела, он знал, что по всем документам ИП оформлено на ФИО7, но видел он ее редко, а всеми организационными вопросами занимался Ревенский С.А., он принимал его на работу, отдавал распоряжения, говорил на каком автомобиле и куда ему везти хлеб. Работал он на постоянной основе водителем – экспедитором с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с графиком работы 6/1, с 05:00 по 15:00 час., воскресенье выходной, "

<

Адрес>" и 

<

Адрес>, его заработная плата составляла 

<

Данные изъяты> руб., которую он получал нарочно по субботам. В его обязанности входило: набор, загрузка, выгрузка, перевозка, доставка по точкам, т.е. магазинам, хлебобулочных изделий, продукции. ДД.ММ.ГГГГ он управлял автомобилем ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, развозил хлебобулочные изделия по магазинам в 

<

Адрес>. На его маршруте было где-то 15-17 магазинов (т. 2 л.д. 95-96, 119).

Согласно протоколу допроса свидетеля ФИО29. от 21.09.2023 следует, что ранее он работал у ИП ФИО7 водителем на автомобиле ВИС 234900. Примерно полгода назад, когда он работал водителем у ИП ФИО7 и развозил хлабобулочные изделия по торговым точкам, он, в дневное время, управляя автомобилем ВИС 234900, двигался по автодороге 

<

Адрес>" со стороны 

<

Адрес> в направлении 

<

Адрес>. В это время впереди него в попутном направлении на некотором расстоянии двигался автомобиль ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, под управлением ФИО9, который также работал у ИП ФИО7 водителем, и он видел, как данный автомобиль под управлением ФИО9 выехал на встречную сторону проезжей части, потом опять вернулся на свою сторону, затем опять выехал на встречную полосу, т.е. стал вилять по дороге с одной стороны проезжай части в другую. Он начал ФИО9 подавать звуковой сигнал, чтобы тот остановился. После чего он сказал ФИО9, что он вилял по дороге, а он ответил ему что задремал (т. 2 л.д. 42-43).

Согласно объяснениям истца ФИО8 к., данными ею в судебных заседаниях, она работает в магазине у ИП ФИО14 в 

<

Адрес> с ДД.ММ.ГГГГ г., а последние ДД.ММ.ГГГГ работает официально, сутки через двое. В магазине продаются: продукты, хлеб, вещи. Подтвердила, что ФИО9 возил им в магазин хлеб, а последние 2 года он бывал часто, примерно через 2-3 недели. Хлеб привозил на фургончике, в том числе на том, на котором попал в ДТП. ФИО9 возил им Ивантеевский хлеб от ИП ФИО7, привозил с хлебом только накладную. Они по этим накладным сверяли количество товара, наименование и просчитывали стоимость. Потом она платила ему деньги за хлеб, он их забирал и ставил подпись в накладной, что принял деньги, а она расписывалась за передачу денег. По возникшим недостаткам они звонили ИП ФИО7, номер которой указан в накладной. Продавцы расписывались в накладной, оформленной на ИП ФИО14, в которой были только цена хлеба и его количество. Они оплачивали хлеб наличными и расписывались, ФИО9 тоже расписывался в накладной. Один раз Ревенский С.А. приезжал вместе со ФИО12 представил его как своего работника и сказал, что, если будут какие-то недостатки, чтобы они звонили им. Ревенский С.А. тоже возил им хлеб, водителей было много, они постоянно менялись. Ревенский С.А. был после ДТП в их магазине, привозил хлеб.

Как следует из протокола допроса свидетеля Ревенского С.А., а также его показаний в судебном заседании в рамках уголовного дела, его супруга является индивидуальным предпринимателем и занимается торговлей хлебобулочных изделий. В его собственности имеется автомобиль ВИС 234900 (грузовой фургон), г.р.з. 

<

Номер>, который используется для развоза хлебобулочных изделий по торговым точкам. По найму периодически на автомобиле ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, в качестве водителя работает ФИО9 ДД.ММ.ГГГГ около 07:00 час. ФИО9 был нанят в качестве водителя для развоза хлебобулочных изделий по торговым точкам, расположенным в 

<

Адрес>. ФИО9 с 06:00 до 08:00 час. загрузился хлебобулочными изделиями, перед выездом проверил техническое состояние автомобиля и поехал на нем в 08:00 час. в 

<

Адрес>. Водитель ФИО9 был в трезвом состоянии, в утомленном состоянии не находился. ДД.ММ.ГГГГ примерно около 14:30 ему позвонил знакомый ФИО30., который развозил на автомобиле ВИС 234900 хлебобулочные изделия, сообщил ему о том, что его автомобиль ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, на трассе стоит разбитый. Также он показал, что он обращался к ФИО9 и он по его просьбе осуществлял выезды, по времени год или половину года. Он доверил ему машину, поскольку он водитель-профессионал. ФИО9 был вписан в страховой полис на этот автомобиль, у него стаж вождения почти 20 лет. Пояснил, что к ФИО31 он также обращался. На протяжении того времени, что он у него работал, не было фактов наказания ФИО9 за выезд на встречную. ДД.ММ.ГГГГ около 14 час. 30 мин. от знакомого ФИО32. узнал, что на автодороге «Пугачев-Перелюб» произошло ДТП, с участием автомобиля ВИС 234900, под управлением ФИО9, который в тот день перевозил хлебобулочные изделия. После этого он поехал на место ДТП (т. 1 л.д. 137-138, 149-164).

Однако, в рамках рассмотрения данного гражданского дела, позиция ответчика Ревенского С.А. и его представителя неоднократно менялась. В начале в своих возражениях от 14.03.2024, они не оспаривали факт того, что Ревенский С.А. является законным владельцем транспортного средства ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>. После, в возражениях от 09.04.2024, указывал, что надлежащим ответчиком по делу как законный владелец является ФИО9 поскольку он был включен в полис ОСАГО на момент ДТП. Затем в возражениях от 23.04.2024 и в судебном заседании также указывали, что надлежащим ответчиком по делу является ФИО9, но теперь по новому основанию, поскольку его отношения со ФИО9 подпадали под правила ст. 642 ГК РФ, касающиеся договора аренды транспортного средства без экипажа. Указывали, что ФИО9 хранил автомобиль у своего дома в частном секторе, заправлял, обслуживал, ремонтировал автомобиль самостоятельно, без его участия и без его средств, и использовал его по своему усмотрению. Кроме этого, он сам определял способ и вид использования автомобиля, сам зарабатывал и получал деньги от его использования. ФИО9 никогда не находился ни с ним, ни с его женой в трудовых отношениях. Кроме того, ответчик Ревенский С.А. в ходе рассмотрения данного дела отказался от показаний, данных в рамках уголовного дела, мотивируя это тем, что протокол допроса не читал и просто подписал, он не помнит, чтобы следователем и судьей ему разъяснялись права и его предупреждали об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, пояснения правдивые он давал только касающиеся ДТП, а не трудовых отношений, в остальное особо не вникал. Подтвердил, что показания, которые от его имени записал следователь, не соответствуют действительности, и что сейчас он дает правдивые показания о том, что его супруга является ИП, из работников у нее был только он водитель, у ИП ФИО7 имеется только один ларек в северо-западном микрорайоне, ни по каким иным торговым точкам ни ИП ФИО7, ни он, как водитель, не развозит хлебобулочных изделий. Так же пояснял, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 при нем не загружался, состояние ФИО9 и состояние автомобиля он не проверял, так как с утра его не видел. Ревенский С.А. отрицал, что ФИО9 работал у ИП ФИО7 периодически по найму на автомобиле ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, в качестве водителя для развоза хлебобулочных изделий по торговым точкам, расположенным в 

<

Адрес>. Также отрицал, что автомобили ВИС используются у ИП ФИО7 для развоза хлебобулочных изделий по торговым точкам.

Протоколы допроса свидетелей, составленные в рамках уголовного дела, вопреки позиции стороны ответчиков, признаются судом письменными доказательствами по гражданскому делу применительно к ст. 71 ГПК РФ.

Вопреки позиции стороны ответчика, как следует из их содержания, допрошенным свидетелям были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, они были предупреждены об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и дачу заведомо ложных показаний в соответствии со ст. 307 и 308 УК РФ. При этом замечаний к протоколам допроса допрошенные свидетели не высказали. В протоколе Ревенский С.А. собственноручно поставил подпись, принадлежность подписи им не оспаривалась. Отраженные в протоколах допроса показания являются последовательными, непротиворечивыми и соотносятся между собой. При этом сведений о необъективности свидетелей и их заинтересованности в исходе спора материалы дела не содержат.

Оценивая представленные по делу доказательства, а именно протоколы допроса свидетелей, протоколы судебных заседаний из уголовного дела, вопреки позиции стороны ответчиков, суд принимает в качестве доказательств протоколы допросов свидетелей по уголовному делу (фактические обстоятельства, содержащиеся в них), суд оценивает законность их получения и считает указанные протоколы совершения процессуальных действий по уголовному делу допустимыми в рамках гражданского процесса.

При таких обстоятельствах, объяснения ответчика Ревенского С.А. изложенные в судебном заседании и возражениях в рамках данного гражданского дела, суд оценивает критически, поскольку они противоречат материалам дела, ранее данным объяснениям сторон, показаниям свидетелей, и не принимает их в качестве относимых и допустимых доказательств по делу, а также расценивает изменение его позиции как способ избежать гражданско-правовой ответственности.

Также в подтверждение объяснений истца ФИО8 к. по адвокатскому запросу ФИО2 о предоставлении накладных на поставку ИП ФИО14 от ИП ФИО7 хлебобулочных изделий, предоставлены накладные от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в данных накладных указано: наименование поставляемой продукции, количество, стоимость, указан номер телефона ответчика, что сторонами не оспаривалось. Данные накладные, вопреки позиции стороны ответчиков, суд принимает в качестве допустимых доказательств, с учетом требований ст. 59, 60 ГПК РФ, подтверждающих, что в магазин ИП ФИО14 доставлялись хлебобулочные изделия от ИП ФИО7 При этом сведений о необъективности ИП ФИО14 и ее заинтересованности в исходе спора материалы гражданского дела не содержат. В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, стороной ответчиков не представлено доказательств фальсификации представленных представителем истцов документов, следовательно, само по себе заявление о подложности документов, в силу ст. 186 ГПК РФ, не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу, в связи с тем, что именно на стороне, заявившей ходатайство о недопустимости доказательств, лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства. Таким образом, доводы стороны ответчиков о фальсификации данных документов, судом отклоняются, поскольку данные доводы являются голословными и не подтверждаются допустимыми доказательствами.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об исполнении трудовой функции ФИО9 при причинении вреда здоровью в указанном ДТП, о том, что его работа выполнялась непосредственно у работодателя ИП ФИО7 и в ее интересах, а отношения между ФИО9 и ИП ФИО7 по настоящему делу, имеют признаки трудовых. 

О наличии именно трудовых отношений между водителем и ответчиком ИП ФИО7 свидетельствуют: фактический допуск ФИО9 к работе у ИП ФИО7, выполнение постоянной работы водителем – экспедитором, в том числе и в день ДТП, по набору, загрузке, выгрузке, перевозке, доставке по торговым точкам хлебобулочных изделий, предоставление автомобиля для выполнения работы, оплата труда и т.д.

Кроме того, работа для ФИО9 являлась для него постоянным и основным источником доходов. 

Судом установлено, что на момент ДТП ФИО7 являлась законным владельцем автомобиля ВИС 234900, г.р.з. 

<

Номер>, в силу режима общей совместной собственности супругов, который находился в ее пользовании для осуществления предпринимательской деятельности с целью перевозки хлебобулочных изделий.

Таким образом, вопреки позиции сторон, суд приходит к выводу о том, что обязанность по возмещению компенсации морального вреда истцам должна быть возложена на ответчика ИП ФИО7, как владельца источника повышенной опасности в момент ДТП, и как работодателя причинителя вреда в соответствии со ст. 1064, 1068, 1079 ГК РФ, в результате действий работника которого, была причинена смерть ФИО10, а также тяжкий вред здоровью ФИО1

Разрешая исковые требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда в размере 12 000 000 руб. за причинение тяжкого вреда здоровью и за смерть отца, ФИО8 к., ФИО4 и ФИО5 за смерть мужа и отца в размере 7 000 000 руб. в пользу каждой, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 1084 ГК РФ, вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в милиции и других соответствующих обязанностей, возмещается по правилам, предусмотренным главой 59 ГК РФ, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, в том числе, путем компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из смысла закона следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.). 

Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно разъяснениям, данным в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

При этом суд учитывает, что к числу наиболее значимых человеческих ценностей относится жизнь и здоровье, а их защита в соответствии со ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 20 Конституции РФ должна быть приоритетной. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, законом предусмотрено возложение на причинителя вреда ответственности при причинении вреда жизни или здоровью гражданина, морального вреда и при отсутствии его вины, что является специальным условием ответственности.

Согласно абз. 1 и 3 п. 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абз. 1 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (аб. 2 п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

В соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 ГК РФ) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Пунктом 26 Постановления № 33 разъяснено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28).

Согласно разъяснениям п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Принимая во внимание, что смерть ФИО10, а также тяжкий вред здоровью ФИО1 наступили в результате виновных действий работника ИП ФИО7, в отношении которого был постановлен обвинительный приговор, руководствуясь положениями ст. 1064, 1099, 1068 ГК РФ, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и взыскании в пользу истцов компенсации морального вреда.

Учитывая нравственные страдания истца ФИО1, степень физических страданий, связанных с полученными травмами, в том числе, физической болью, длительностью лечения, перенесенные и предстоящие операции на ногу, ограничением в движении, невозможностью в период лечения и по настоящее время продолжать активную жизнь, что до получения травмы истец был трудоспособен, активен, связь его жизни и работы со спортом (учитель физкультуры и тренер спортивной секции), что перспективы реабилитации и возвращения к полноценной жизни и работе неизвестны, произошедший несчастный случай полностью изменил жизнь истца, изменение эмоционального, физического состояния истца, его индивидуальные особенности, а также не умышленный характер причинения вреда, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым взыскать с ответчика ИП ФИО7 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 400 000 руб.

Из материалов дела следует, что погибший ФИО10 являлся супругом истца ФИО8 к., отцом истцов ФИО1, ФИО4, ФИО5 (т. 1 л.д. 19, 20, 22, 23, 26, 69-71).

Суд, учитывая наличие прямой причинно-следственной связи между действиями работника ИП ФИО7 и наступившими последствиями в виде смерти ФИО10, что само по себе является необратимым обстоятельством, нарушившим психическое благополучие истцов как близких родственников, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего сложившемуся социальному функционированию, а также нарушает неимущественное право истцов на родственные и семейные связи, подобная утрата безусловно является невосполнимой, тяжелым событием в жизни, нарушением их привычного уклада жизни, который не будет восстановлен, неоспоримо причинившим моральные и нравственные страдания истцам, имевшими место в результате смерти близкого человека (их отца и супруга), приходит к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда.

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно разъяснению, данному в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 ГК РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

По смыслу названной нормы права, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Согласно п. 5.1 Правил дорожного движения Российской Федерации пассажиры обязаны при поездке на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, быть пристегнутыми ими, а при поездке на мотоцикле - быть в застегнутом мотошлеме.

Приговором Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2024 установлено, что согласно заключению эксперта 

<

Номер> от ДД.ММ.ГГГГ на трупе ФИО10 каких-либо следов применения ремня безопасности (полосовидных ссадин и кровоподтеков груди, ориентированных косо-вертикально и ссадин передней брюшной стенки) не обнаружено.

Исходя из вышеизложенного, поскольку в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ указанные обстоятельства имеют преюдициальное значение для рассматриваемого дела, суд приходит к выводу о наличии в действиях ФИО10 грубой неосторожности, которая содействовала возникновению вреда, причиненного в результате ДТП.

При определении размера денежной компенсации морального вреда, учитывая конкретные обстоятельства произошедшего, индивидуальные особенности истцов, степень нравственных страданий, которые они испытали, с учетом отсутствия в действиях ответчика вины, грубой неосторожности погибшего, материальное положение сторон, и исходя из требований разумности и справедливости, суд, руководствуясь ст. 1064, 1099, 1068, 1083, 151, 1101 ГК РФ, разъяснениями, постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина", приходит к выводу о праве истцов на частичное удовлетворение требования о возмещении морального вреда с присуждением в пользу ФИО8 к., ФИО4, ФИО5, ФИО1 за смерть мужа и отца в размере 500 000 руб. в пользу каждого.

При этом, вопреки позиции стороны ответчиков, суд приходит к выводу о том, что само по себе наличие у детей ФИО1 и ФИО4 умершего ФИО10 собственных семей и отдельное проживание от своих родителей, не свидетельствует об утрате ими родственных и семейных связей с отцом, которые по их утверждению носили устойчивый характер, поскольку их отец оставался для них самым родным человеком, всегда оказывал им помощь, имели с ним доверительные, дружные отношения, погибший заботился о них, они помогали друг другу во всем, ФИО4 со своими детьми на время вахты мужа длительно проживала у родителей. 

В удовлетворении остальной части иска истцов к ИП ФИО7, Ревенскому С.А. суд считает необходимым отказать.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с абз. 2 п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 12 Постановления расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

Согласно п. 13 Постановления разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства. Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Таким образом, в соответствии со ст. 100 ГПК РФ и по смыслу п. 11 - 13 Постановления судебные издержки, в том числе на оплату услуг представителя, присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов. При этом оценка заявленных требований на предмет их разумности, чрезмерности является обязанностью суда.

Аналогичный подход нашел отражение в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 454-О, согласно которому обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования ст. 17 (ч. 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. 

Если несколько лиц, участвующих в деле на одной стороне, вели дело через одного представителя, расходы на оплату его услуг подлежат возмещению по общим правилам ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, ст. 112 КАС РФ, ч. 2 ст. 110 АПК РФ в соответствии с фактически понесенными расходами каждого из них (п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1).

Вопреки позиции стороны ответчиков, из материалов дела видно, что каждым истцом в связи с рассмотрением настоящего дела понесены расходы по оплате юридической помощи за подготовку и составление искового заявления и участие в суде в сумме по 25 000 руб., что подтверждается соглашением от 08.02.2024, приходными ордерами от 06.02.2024 (т. 1 л.д. 194, 196, 198, 200).

Учитывая вышеизложенное, на основе непосредственного изучения и оценки, представленных в дело письменных доказательств, с учетом конкретных обстоятельств дела, предмета и степени сложности спора, решаемых в нем вопросов фактического и правового характера, период его нахождения в производстве суда, объема и характера услуг, оказанных в рамках договора, их необходимость и разумность для восстановления нарушенного права, подготовленных процессуальных документов, количества судебных заседаний в суде с участием представителя (4 судебных заседаний, 1 беседа, при этом учитывая основания их отложения), объема и сложности проделанной юридической работы, при этом каждым из истцов произведена оплата юридических услуг, исходя из принципов разумности и справедливости, возражения стороны ответчика, суд приходит к выводу о том, что сумма расходов на представителя в размере по 25 000 руб. за каждого является необоснованной в силу явной чрезмерности данной суммы компенсации по вышеуказанным критериям, и считает по 12 000 руб. обоснованной суммой.

При этом сам по себе факт оплаты юридических услуг не свидетельствует об их разумности и необходимости взыскивать такие расходы в заявленной сумме с ответчика.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что с ответчика ИП ФИО7 в пользу каждого истца подлежат взысканию расходы за оплату услуг представителя в разумных пределах по 12 000 руб.

Взыскание расходов на представителя в указанной сумме отвечает критериям разумности, учитывает баланс интересов участников процесса и направлено на защиту интересов проигравшей стороны от необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая удовлетворение исковых требований о взыскании компенсации морального вреда и руководствуясь п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ИП ФИО7 следует взыскать государственную пошлину в сумме 300 руб. в бюджет Пугачевского муниципального района Саратовской области.

Иные доводы стороны истцов и стороны ответчиков, суд признает несостоятельными, так как они сводятся к иному толкованию норм материального и процессуального права, и не имеют правового значения для разрешения данного спора.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

Номер>) в пользу ФИО1 (ИНН 

<

Номер>) компенсацию морального вреда в сумме 900 000 руб., расходы за услуги представителя в размере 12 000 руб., а всего – 912 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

Номер>) в пользу ФИО4 (ИНН 

<

Номер>) компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб., расходы за услуги представителя в размере 12 000 руб., а всего – 512 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

Номер>) в пользу ФИО5 (ИНН 

<

Номер>) компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб., расходы за услуги представителя в размере 12 000 руб., а всего – 512 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

Номер>) в пользу ФИО6 (ИНН 

<

Номер>) компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб., расходы за услуги представителя в размере 12 000 руб., а всего – 512 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска к индивидуальному предпринимателю ФИО7 отказать.

В удовлетворении иска ФИО1, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Ревенскому Сергею Александровичу о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением - отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО7 (ИНН 

<

Номер>) в бюджет Пугачевского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в сумме 300 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 23 мая 2024 г.

Судья