Дело № 2-2769/2017 25 мая 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

с участием прокурора Антоновой Е.В.,

при секретаре Фоломеевой К.К., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к администрации Красносельского района Санкт-Петербурга об оспаривании решения об отказе в исключении из числа служебных занимаемой комнаты, обязании заключить договор социального найма на жилое помещение, по встречному иску администрации Красносельского района Санкт-Петербурга к ФИО1, действующему также в интересах несовершеннолетней Е.П., ФИО2 о выселении,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с указанным иском к ответчику, в котором просят признать незаконным решение жилищной комиссии администрации района от 25 ноября 2016 года об отказе в исключении из числа служебных занимаемой истцами комнаты площадью 14,69 кв.м. в трёхкомнатной квартире, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> и заключении на неё договора социального найма, обязав устранить нарушения.

В обоснование требований указали, что комната предоставлена ФИО3 на основании служебного ордера в 1988 году, при этом в последствии в квартиру вселена мать истцов, а затем они сами.

ФИО3 выехал из спорного жилого помещения, которое истцы занимают длительный период времени.

Истцы обратились в администрацию района по вопросу исключения комнаты из числа служебных жилых помещений с заключением в отношении неё договора социального найма, однако спорным решением в таких действиях отказано по мотиву того, что не доказан факт трудовых отношений ФИО3 

До разрешения первоначального иска администрация предъявила встречные требования о выселении истцов из комнаты, в обоснование чего указывала на то, что после выезда ФИО3 из служебного жилого помещения права матери истцов на занятие комнаты прекратились, следовательно сами истцы, вселённые уже после выезда ФИО3 никаких прав в отношении спорной комнаты не приобрели.

Представитель истцов – адвокат Данилин В.В., действующий на основании доверенности, в судебное заседание явился, на удовлетворении первоначальных требований настаивал, против встречного иска возражал. Заявил среди прочего о пропуске администрацией района срока для подачи иска о выселении.

Представитель ответчика – ФИО4, действующая на основании доверенности, явилась в судебное заседание, настаивала на встречных требованиях, полагая первоначальный иск необоснованным.

Прокурор в своём заключении указывал на наличие достаточных оснований для выселения истцов, в связи с чем, первоначальные требования находил необоснованными.

Выслушав явившихся в заседание лиц, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам:

Судом установлено, что на основании ордера от 29 февраля 1988 года №126136, выданного исполнительным комитетом Красносельского районного совета народных депутатов, ФИО3, работающему в коммунальном отделе в должности рабочего сектора очистки, в составе семьи один человек, предоставлено служебное жилое помещение, состоящее из одной комнаты, площадью 14,69 кв.м., расположенное по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес> (л.д.43-44).

Согласно справке Форма 9 ФИО3 зарегистрирован в помещении с 10 марта 1989 года по 15 марта 1994 года (л.д.45).

Кроме этого в помещении зарегистрирована в период времени с 17 февраля 1994 года по 25 июля 1995 года ФИО5

Также в помещении зарегистрированы: ФИО1 с 28 января 1999 года, ФИО2 с 2 июня 1994 года, Е.П. с 

<

дата>.

Из письма администрации района от 30 ноября 2016 года №15-02/839-16 усматривается, что истцам отказано в исключении комнаты из числа служебных жилых помещений (л.д.10).

Согласно справке о заключении брака брак между ФИО5 и ФИО3 заключен 9 февраля 1994 года (л.д.58), расторгнут 8 июня 1994 года (л.д.76). 

Представленной выпиской из ЕГРН подтверждается, что в спорной квартире одна комната передана в собственности Х.Б.Ш., а ещё одна комната предоставлена по договору социального найма, в отношении неё зарегистрировано право государственной собственности Санкт-Петербурга (л.д.85-87).

Разрешая требования первоначального иска, суд полагает отметить следующее.

Требования первоначального иска направлены, фактически, на понуждение администрации района принять конкретное решение в отношении спорного жилого помещения, однако оснований для такого решения не имеется.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 2 июля 2009 года №1 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» дал разъяснение, согласно которому использование жилого помещения в качестве специализированного жилого помещения, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами, допускается только после отнесения его к специализированному жилищному фонду в соответствии с установленным порядком и требованиями (часть 2 статьи 93 ЖК РФ), которые в настоящее время определены Правилами отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 января 2006 года №42.

В соответствии с абзацем 3 пункта 14 Правил отнесения жилого помещения к специализированному жилищному фонду, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 января 2006 года №42, решение об отнесении жилого помещения к определенному виду жилых помещений специализированного жилищного фонда направляется в орган, осуществляющий регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, в течение 3 рабочих дней с даты принятия такого решения.

Отсутствие государственной регистрации статуса жилого помещения, отнесенного к специализированному фонду по действующему до 1 марта 2005 года законодательству, не может свидетельствовать о недействительности его нахождения в составе специализированного жилого фонда Санкт-Петербурга.

Частью 2 статьи 92 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что включение жилого помещения в специализированный жилищный фонд с отнесением такого помещения к определенному виду специализированных жилых помещений и исключение жилого помещения из указанного фонда осуществляются на основании решений органа, осуществляющего управление государственным и муниципальным жилым фондом.

На основании пункта 2 статьи 3 Закона Санкт-Петербурга от 4 апреля 2006 года №100-15 «О специализированном жилищном фонде Санкт-Петербурга» служебные жилые помещения включаются и исключаются из специализированного жилищного фонда Санкт-Петербурга в установленном порядке на основании решения уполномоченного Правительством Санкт-Петербурга исполнительного органа государственной власти Санкт-Петербурга.

Пунктом 3.4.36 Положения об администрациях района Санкт-Петербурга, утвержденного постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 26 августа 2008 года №1078, полномочие по исключению служебных жилых помещений из специализированного жилищного фонда Санкт-Петербурга предоставлено администрациям районов.

Понуждение собственника жилищного фонда к исключению служебных жилых помещений из состава специализированного жилищного фонда Санкт-Петербурга и включению их в состав социального жилищного фонда, который по своему усмотрению осуществляет принадлежащие ему гражданские права, действующим законодательством не предусмотрено. Закон не возлагает на какой-либо исполнительный орган государственной власти субъекта Российской Федерации обязанность изменить по требованию нанимателя цель использования жилого помещения специализированного жилищного фонда, исключить его из состава указанных жилых помещений и отнести к фонду социального использования (статья 13 Жилищного кодекса Российской Федерации)

При изложенных обстоятельствах, суд считает, что вопрос изменения статуса помещения относится к исключительной компетенции собственника и является его правом, а не обязанностью.

17 декабря 1999 года Губернатором Санкт-Петербурга было издано Распоряжение №1338-р «О служебных жилых помещениях Санкт-Петербурга», пунктом 1.6.1 которого устанавливает, что оформление договоров социального найма занимаемой гражданами жилой площади необходимо произвести при условии, что ее размер соответствует норме предоставления жилья, установленной действующими Правилами учета граждан, нуждающихся в улучшении жилищных условий.

Согласно пункту 1.7 указанного распоряжения установлено, что при выявлении в результате инвентаризации служебных жилых помещений в коммунальных квартирах, в которых остальные жилые помещения не являются служебными, следует исключать служебные жилые помещения из состава служебной жилой площади, осуществив при этом либо заключение договора социального найма (найма) с гражданами, проживающими на данной жилой площади на законных основаниях; либо выселение в установленном порядке граждан, проживающих в указанных помещениях, не имея на то законных оснований.

Оценивая наличие на стороне истцов права проживания в спорном жилом помещении, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьёй 5 Федерального закона от 29 декабря 2004 года №189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу статьи 47 ЖК РСФСР единственным основанием для вселения в предоставленное жилое помещение являлся ордер, выдаваемый уполномоченным исполнительным органом государственной власти на основании решения о предоставлении жилого помещения в доме государственного жилищного фонда.

В соответствии со статьёй 101 Жилищного кодекса РСФСР служебные жилые помещения предназначаются для заселения гражданами, которые в связи с характером их трудовых отношений должны проживать по месту работы или вблизи от него. Жилое помещение включается в число служебных решением исполнительного комитета районного, городского, районного в городе Совета народных депутатов. Под служебные жилые помещения выделяются, как правило, отдельные квартиры.

Согласно статье 107 Жилищного кодекса РСФСР рабочие и служащие, прекратившие трудовые отношения с предприятием, учреждением, организацией, а также граждане, которые исключены из членов колхоза или вышли из колхоза по собственному желанию, подлежат выселению из служебного жилого помещения со всеми проживающими с ними лицами без предоставления другого жилого помещения.

Исходя из приведённых положений закона в их нормативно-правовом единстве, суд приходит к выводу о том, что члены семьи лица, получившего служебное помещение, не приобретают самостоятельного права пользования этим помещением, их права производны от права лица, которое получило служебное помещение.

Аналогичное понимание жилищного законодательства, действовавшего на момент вселения истцов, отражено в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 26 мая 2009 года №69-В09-5.

При этом суд принимает во внимание, что сам наниматель – ФИО3 выехал из спорного жилого помещения еще до вселения ФИО1 и ФИО2, которые не приобрели самостоятельных жилищных прав в отношении спорного помещения, поскольку такими правами не обладала ФИО5 – единственное лицо, проживавшее на момент их вселения в спорной комнате.

Совокупность приведённых обстоятельств не позволяет суд удовлетворить первоначальный иск, который с одной стороны заявлен лицами, не имеющими соответствующего права пользования жилым помещением, с другой стороны направлен на понуждение собственника жилого помещения принять конкретное решение, что не предусмотрено.

В части встречных требований, суд полагает, что они заявлены с опережением фактического развития событий.

Пунктом 1 статьи 103 Жилищного кодекса Российской Федерации установлено, что в случаях расторжения или прекращения договоров найма специализированных жилых помещений граждане должны освободить жилые помещения, которые они занимали по данным договорам. В случае отказа освободить такие жилые помещения указанные граждане подлежат выселению в судебном порядке без предоставления других жилых помещений, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 102 настоящего Кодекса и частью 2 настоящей статьи.

В материалы дела представлены предписания в адрес истцов, направленные СПб ГКУ «Жилищное агентство Красносельского района Санкт-Петербурга» в период рассмотрения спора (24 мая 2017 года).

В названных предписаниях срок для добровольного освобождения жилых помещений указан – 5 июня 2017 года.

Тем самым на момент рассмотрения спора по существу предоставленный истцам срок для добровольного освобождения жилого помещения не истёк, следовательно, оснований для судебного их выселения не имеется.

В части доводов истцов о применении срока исковой давности к названным требованиям, суд полагает такое заявление несостоятельным.

В соответствии с частью 3 статьи 104 Жилищного кодекса Российской Федерации договор найма служебного жилого помещения заключается на период трудовых отношений, прохождения службы либо нахождения на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности. Прекращение трудовых отношений либо пребывания на государственной должности Российской Федерации, государственной должности субъекта Российской Федерации или на выборной должности, а также увольнение со службы является основанием прекращения договора найма служебного жилого помещения.

По смыслу приведенных выше норм права, прекращение трудовых отношений с работодателем, предоставившим жилое помещение, служит лишь основанием для прекращения договора найма служебного жилого помещения, но не влечет за собой автоматическое прекращение договора в момент увольнения сотрудника. Договор найма служебного жилого помещения сохраняет свое действие вплоть до его добровольного освобождения нанимателем, при отказе от которого гражданин подлежит выселению в судебном порядке с прекращением прав и обязанностей в отношении занимаемого жилья.

Учитывая, что возникшие между сторонами правоотношения, регулируемые нормами жилищного законодательства, носят длящийся характер, а договор найма служебного жилого помещения, на основании которого истцы продолжают занимать жилое помещение, не прекратил своего действия, оснований для исчисления срока исковой давности с даты выезда ФИО3, а равно и применения исковой давности в рассматриваемом споре, не имеется.

Аналогичное понимание порядка применения срока исковой давности к спорным правоотношениям отражено в практике Верховного Суда Российской Федерации, в частности, в Определении от 4 октября 2016 года №56-КГ16-17.

При таких обстоятельствах, несмотря на то, что встречный иск предъявлен в пределах срока исковой давности, который начнёт течь только после 5 июня 2017 года, суд не находит оснований для его удовлетворения, поскольку не истёк срок для добровольного выезда истцов из спорного жилого помещения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что как первоначальные исковые требования, так и встречный иск не подлежат удовлетворению ввиду отсутствия правовой состоятельности.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 167, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1, ФИО2 к администрации Красносельского района Санкт-Петербурга об оспаривании решения об отказе в исключении из числа служебных занимаемой комнаты, обязании заключить договор социального найма на жилое помещение – оставить без удовлетворения.

Встречный иск администрации Красносельского района Санкт-Петербурга к ФИО1, действующему также в интересах несовершеннолетней Е.П., ФИО2 о выселении – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: 

Решение суда в окончательной форме принято 30 мая 2017 года.