РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новоалександровск 27 февраля 2017 года 

Новоалександровский районный суд Ставропольского края в составе председательствующего судьи Белокопытова А.П.,

при секретаре Кучеренко К.А.,

с участием помощника прокурора Новоалександровского района Ставропольского края Вдовиченко В.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» о компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 13 часов 30 минут ФИО6, осуществляя трудовую деятельность на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении работ в качестве рабочего на территории Новоалександровского филиала ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление», расположенного в г. Новоалександровске, совместно с дорожным рабочим С.С.ВА., в Промышленной зоне производили разборку двух знаков со стойками, находящихся в охранной зоне воздушной линии электропередачи напряжением 10 кВ, выносили знак с металлической стойкой на проезжую часть между опорой № и трансформаторной подстанцией, получили поражение техническим электричеством. ФИО6 получил телесные повреждения, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в виде электрометок обеих кистей рук, которые имеют вид участков, где верхний слой кожи отслоен, в виде возвышающего по краям валика с западающим дном, буро-красного цвета, что является специфическим признаком результата поражения техническим током, в результате которого наступила его смерть. Основной причиной несчастного случая явилось то, что должностными лицами организации не обеспечено безопасное проведение работ по сортировке и разборке дорожных знаков на территории организации при работе в охранной зоне линии электропередачи, находящейся под напряжением; не был назначен наблюдающий для осуществления надзора за безопасностью членов бригады в отношении поражения электрическим током электроустановки; при эксплуатации электроустановок электроснабжения производственной базы ГУП «Труновское МДРСУ» не были приняты меры по ограждению открытых токоведущих частей воздушного ввода в трансформаторную подстанцию; неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в неисполнении работодателем в части обеспечения безопасных условий и охраны труда, требований ст. 212 ТК РФ; дорожные рабочие допустили приближение металлической стойки дорожного знака к не огражденным токоведущим частям, находящимся под напряжением, на расстоянии менее 0,6 м.; лицо, ответственное за электрохозяйство, не приняло меры к приостановлению работ в охранной зоне воздушной линии электропередачи напряжением 10 кВ. Сопутствующие причины: в ГУП «Труновское МДРСУ» отсутствует техническая документация в отношении электроустановок Р/1НД- 10,ВЛ-10 кВ и ТП-10, в результате чего осталось без внимания отсутствие ограждения открытых токоведущих частей ТП-10, расположенных на высоте менее 4.5 м. от земли. Согласно заключения главного государственного инспектора труда (по охране труда) государственной инспекции труда в Ставропольском крае ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай с дорожным рабочим ФИО8 произошел при исполнении им своих трудовых обязанностей в рабочее время, его действия в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем и его участием в производственной деятельности работодателя, а также утраты им трудоспособности в результате несчастного случая. Приговором Новоалександровского районного суда Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 - инженер-энергетик Новоалександровского филиала ГУП СК «Труновское МДРСУ», признан виновным и осужден по ч. 2 ст. 143 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно, с лишением права занимать должности, связанные с эксплуатацией высоковольтных приборов и сетей сроком на 1 год. Приговор суда не обжалован сторонами и вступил в законную силу. Гражданский иск по делу не заявлялся. Работодатель ГУП СК «Труновское МДРСУ» взял на себя все обязательства по погребению отца и мужа истцов. Приказом №-В от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с гибелью вследствие несчастного случая на производстве застрахованного ФИО6 была назначена единовременная страховая выплата. В связи с гибелью отца, мужа им были причинены нравственные страдания, выражающиеся в дискомфортном душевном состоянии, переживаниях, вызванных невосполнимой утратой близкого человека. В связи с этим, просят взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу ФИО1, ФИО2, ФИО3 

<

данные изъяты> рублей каждому в счет компенсации морального вреда, судебные расходы, а также уплаченную государственную пошлину.

Не согласившись с исковыми требованиями, представителем ответчика в суд представлен отзыв, согласно которому ГУП «Труновское МДРСУ» полагает, что данный иск подлежит удовлетворению частично по тем основаниям, что актом о несчастном случае на производстве, утвержденном ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что оба дорожных рабочих: и ФИО6 и ФИО10, наряду с энергетиком ФИО9 и свидетелем ФИО11, также допустили нарушения требований охраны труда в области электробезопасности, а именно нарушили п. 3.3 Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок, утвержденных Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н, допустили приближение металлической стойки дорожного знака к неогражденным токоведущим частям, находящимся под напряжением, на расстояние менее 0,6 м. (Заключение государственного инспектора труда по несчастному случаю от ДД.ММ.ГГГГ). И ФИО6, и ФИО10 имеют первую группу по электробезопасности и прошли обучение и проверку знаний требований охраны труда по программе Обучение персонала с первой группой по электробезопасности, в том числе по теме Безопасные условия труда в охранной зоне ЛЭП (ДД.ММ.ГГГГ - вводный инструктаж, ДД.ММ.ГГГГ - целевой инструктаж, ДД.ММ.ГГГГ - повторный инструктаж, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - обучение по охране труда, протокол № от ДД.ММ.ГГГГ). Так, п. 3 Инструкции № по охране труда для неэлектрического персонала, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, содержит запрет проводить какие-либо работы, при которых не исключается возможность контакта с токоведущими частями. Также обязанности работников и порядок действий в охранной зоне предусмотрен и Общей программой обучения и проверки знаний по технике безопасности. Как следует из показаний свидетеля ФИО11, являвшегося мастером и руководителем работ, он предупреждал и ФИО6, и ФИО10 о недопустимости приближения металлической трубы на близкое расстояние к открытым токоведущим частям трансформаторной подстанции во избежание электрического разряда. Также данный свидетель подтвердил, что ФИО9 в известность о проведении работ он не ставил. В судебном заседании свидетель С.С.ВБ. подтвердил, что они с ФИО8 действительно не смогли отбить стойку знака на месте и сами решили вынести стойку со знаком на проезжую часть слева вблизи от опоры ЛЭП, не отрицал, что и он, и ФИО6 проходили соответствующее обучение по охране труда и электробезопасности по первой группе. И в ходе расследования несчастного случая ФИО10 давал аналогичные пояснения, будучи опрошенным как очевидец несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, находясь в охранной зоне ЛЭП, что само по себе допустимо и не является нарушением, ФИО6 и ФИО10, будучи осведомленными после прохождения обучения, и будучи проинструктированными о том, что в непосредственной близости от открытых токоведущих частей электроустановок нельзя проводить какие- либо работы, при которых не исключается контакт с такими частями, сами совершили заведомо для себя неправомерные действия, став проносить длинную металлическую трубу дорожного знака рядом с опорой ЛЭП, наклонив его в сторону открытых токоведущих частей и приблизив край металлической стойки к открытым токоведущим частям подстанции на расстояние менее 0,6 м., в результате чего возник дугообразный электрический разряд, поразивший ФИО10, и приведший к смерти ФИО6 Данное обстоятельство свидетельствует о виновном поведении самих пострадавших и как минимум о наличии в их действиях грубой неосторожности. Необходимости в совершении данных действий не было. Безусловно, вышеизложенное не снимает ответственности с ФИО9, являвшегося на момент несчастного случая энергетиком Новоалександровского филиала, ответственным за электрохозяйство, бездействие, в котором его обвинили, он фактически признал. Проведение вышеуказанных работ в охранной зоне ЛЭП с ФИО9 согласованно не было, именно этим было вызвано его бездействие, которое по мнению следствия выразилось в отсутствии с его стороны контроля за проведением работ как лицом, имеющим необходимую третью группу по электробезопасности для организации работ в охранной зоне ЛЭП. Все нарушения, которые были установлены в 2012 по линии электробезопасности электроустановок в Новоалександровском филиале, конкретно по трансформаторной подстанции, не были связаны с недостатками самой электроустановки, правильностью ее монтажа и т.п., и были ФИО9 своевременно устранены еще до несчастного случая, что подтверждается материалами дела и показаниями допрошенных по уголовному делу свидетелей. К сожалению, вопросом о расстоянии от токоведущих частей трансформаторной подстанции до земли сотрудники надзора за безопасностью электроустановок занялись только после данного несчастного случая, приняв в свое время в эксплуатацию данную станцию с явными нарушениями закона, поскольку это расстояние оказалось менее требуемых 4,5 м, что также явилось одной из причин, приведших к несчастному случаю. Данное обстоятельство было установлено постановлением органа предварительного следствия от ДД.ММ.ГГГГ о выделении в отдельное производство материалов уголовного дела в отношении инспектора отдела энергонадзора в энергосфере по СК ФИО12, который не выявил при проведении плановой проверки Новоалександровского филиала МДРСУ Труновское в 2012 нарушений правил техники безопасности энергоснабжения предприятия, что, по мнению следствия, также явилось одной из причин смерти ФИО13 Истицей ФИО1 в качестве доказательств морального вреда представлены справки с учреждения здравоохранения о том, что она имела хронические заболевания (гипертония, диабет и т.п.), но тут очень сложно установить причинно-следственную связь между действиями работодателя и изменениями физического состояния истицы, ведь обострение хронических заболевания могут происходить по разным причинам, в том числе из-за несоблюдения диеты. Смерть мужа (отца), несомненно, является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие невосполнимые страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье, самочувствие и настроение, но все это зависит от того на сколько близкими эти люди были друг для друга и какие взаимоотношения у них сложились. Данные факты истцами ничем не подтверждены. ГУП «Труновское МДРСУ» осознает, что несет ответственность не только за виновное, но и за случайное причинение морального вреда, если он причинен источником повышенной опасности, но полагает, что в данном конкретном случае компенсация морального вреда должна быть взыскана не только с ГУП «Труновское МДРСУ», но и с лиц, которые допустили ввод в эксплуатацию и подачу напряжения к электроустановке, не соответствующей требованиям безопасности. Здание трансформаторной подстанции было передано на баланс ГУП «Труновское МДРСУ» в декабре 2007, и во время ее эксплуатации предприятием не претерпело никаких изменений, что подтверждается техническим паспортом. Кроме того, истцом не был подан гражданский иск при рассмотрении уголовного дела, возбужденного в отношении ФИО9, а соответственно судом не устанавливалась степень его вины. Полагают, что установленные нарушения ФИО9, не являются основной причиной произошедшего с ФИО8 несчастного случая. Согласно балансу предприятия за 2016, предприятие имело прибыль на начало года 1452000 рубля. Из суммы прибыли, полученной предприятием, подлежит к перечислению в бюджет 

<

адрес> 75%, что составляет 1089000 рублей. Соответственно, остаток прибыли на предприятии составил 363000 рублей. Для осуществления своей деятельности в 1 квартале 2017 предприятие вынуждено было взять кредит для выплаты заработной платы работникам предприятия и текущих коммунальных расходов. Соответственно, выплата предъявленных истцами сумм компенсации морального вреда может существенно повлиять на других работников предприятия. Работник ФИО9, которому предприятие может предъявить данные выплаты в качестве регресса, является пенсионером преклонного возраста, инвали

<

адрес>-й группы по общему заболеванию и имеет на содержании внучку, что подтверждено материалами уголовного дела. На основании вышеизложенного и, учитывая обстоятельства несчастного случая, грубую неосторожность самого пострадавшего, материальное положение и степень вины ответчика, а также тот факт, что работодатель надлежаще обеспечил ФИО6 средствами индивидуальной защиты, проводил инструктажи перед проведением работ и провел его ежегодное обучение, что отражено в акте расследования несчастного случая и материалах уголовного дела, взял на себя все расходы, связанные с погребением ФИО6, просит суд уменьшить суммы компенсации морального вреда до разумного предела.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 и их представитель адвокат МаримовВ.М. поддержали заявленные исковые требования в полном объеме и просили их удовлетворить. 

Представитель ответчика ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» по доверенности ФИО14 в судебном заседании исковые требования признала частично и просила уменьшить сумму компенсации морального вреда.

Третье лицо - ФИО9 просил принять решение на усмотрение суда на основании действующего законодательства по имеющимся в деле доказательствам.

Прокурор Новоалександровского района ФИО5 не возражала против частичного удовлетворения исковых требований.

Выслушав истцов и их представителя, представителя ответчика, третье лицо, прокурора, исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд находит, что заявленный иск подлежит удовлетворению частично, по следующим основаниям.

В соответствии с п. п. 1 и 2 ст. 7, п. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации жизнь и здоровье человека являются благами, имеющими конституционное значение.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии с ч. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной в п. 18 Постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью граждан» источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами. Суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне. Вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 13 часов 30 минут ФИО18.Е., осуществляя трудовую деятельность на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и дополнительного соглашения № от ДД.ММ.ГГГГ, при проведении работ в качестве рабочего на территории Новоалександровского филиала ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление», расположенного в 

<

адрес>, совместно с дорожным рабочим ФИО10, в Промышленной зоне производили разборку двух знаков со стойками, находящихся в охранной зоне воздушной линии электропередачи напряжением 10 кВ, выносили знак с металлической стойкой на проезжую часть между опорой № и трансформаторной подстанцией, получили поражение техническим электричеством. ФИО6 получил телесные повреждения, согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, в виде электрометок обеих кистей рук, которые имеют вид участков, где верхний слой кожи отслоен, в виде возвышающего по краям валика с западающим дном буро-красного цвета, что является специфическим признаком результата поражения техническим током, в результате которого наступила его смерть.

Основной причиной несчастного случая согласно акта формы Н-1 о несчастном случае на производстве, утверждённого ДД.ММ.ГГГГ, составленного на основании заключения главного государственного инспектора труда (по охране труда) государственной инспекции труда в Ставропольском крае ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ, явилось то, что должностными лицами организации не обеспечено безопасное проведение работ по сортировке и разборке дорожных знаков на территории организации.

Согласно заключению главного государственного инспектора труда (по охране труда) государственной инспекции труда в Ставропольском крае ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ несчастный случай с дорожным рабочим ФИО8 произошел при исполнении им своих трудовых обязанностей в рабочее время, его действия в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем и его участием в производственной деятельности работодателя, а также утраты им трудоспособности в результате несчастного случая. 

Были установлены лица, допустившие нарушения требований охраны труда: заместитель директор ФИО15, главный энергетик ФИО16, дорожный мастер ФИО11, дорожный рабочий ФИО6, дорожный рабочий ФИО10, энергетик Новоалександровского филиала ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» ФИО9, который приговором Новоалександровского районного суда Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде 1 года 6 месяцев лишения свободы, в соответствии со ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации условно, с лишением права занимать должности связанные с эксплуатацией высоковольтных приборов и сетей сроком на 1 год. Приговор Новоалександровского районного суда Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ вступил в законную силу. 

В данном случае на ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» лежит обязанность по возмещению вреда, в связи с гибелью сотрудника ФИО6 при исполнении им трудовых обязанностей.

Согласно ч. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье относится к нематериальным благам.

Пунктом 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Согласно требованиям ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физически страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. В соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя, исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненного потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь ввиду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается; установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда, при определении которого суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанными с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Вместе с тем, при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абз. 4 п. 32 Постановления).

В силу ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Определяя размер компенсации причиненных ФИО1, ФИО2, ФИО3 нравственных и физических страданий, вызванных гибелью отца и супруга, суд учитывает, что истцы испытали сильное эмоциональное потрясение, нравственные страдания, выразившиеся в долговременных душевных переживаниях; учитывает фактические обстоятельства дела, обстоятельства причинения вреда, последующее поведение ответчика, степень вины ответчика, учитывает индивидуальные особенности истцов, руководствуясь принципами разумности и справедливости, и определяет размер компенсации морального вреда в размере 250000 рублей каждому, взыскание которых должно быть произведено с ответчика ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление».

Компенсация морального вреда именно в таком размере определена судом исходя из установленных при рассмотрении дела обстоятельств, с учетом того, что указанная компенсация имеет своей целью восстановление нарушенного права ФИО1, ФИО2, ФИО3, и не может являться средством обогащения.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного дистресса и эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Доводы представителя ответчика о наличии в действиях погибшего ФИО6 грубой неосторожности и необходимости снижения размера компенсации с учетом положений ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат отклонению, поскольку объективно допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены. Простая не осмотрительность не влечет в силу вышеприведенной нормы закона снижение объема возмещения вреда здоровью.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. Поэтому с ответчика ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы за подготовку иска в суд в размере 3000 рублей.

Согласно ст. 89 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и п.п. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах, освобождаются истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением. 

В соответствии с подпунктом 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера государственная пошлина уплачивается для физических лиц в размере 300 рублей.

При обращении в суд с иском ФИО1, ФИО2, ФИО3 от уплаты государственной пошлины в доход государства были освобождены. Вместе с тем, по требованию о компенсации морального вреда, уплате подлежит государственная пошлина в размере 300 рублей, которые ФИО1 уплатила. Исходя из вышеизложенного, государственная пошлина по требованию о компенсации морального вреда должна быть взыскана в пользу К. с ответчика ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в размере 300 рублей, а государственная пошлина в размере 600 рублей должна быть взыскана с ответчика ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в бюджет Новоалександровского муниципального района Ставропольского края. 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей. 

Взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей. 

Взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу ФИО1 судебные расходы за подготовку иска в суд в размере 

<

данные изъяты>) рублей.

Взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» в пользу ФИО1 судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 (триста) рублей.

Взыскать с ГУП СК «Труновское межрайонное дорожное ремонтно-строительное управление» государственную пошлину в размере 600 (шестьсот) рублей в бюджет Новоалександровского муниципального района Ставропольского края.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда через Новоалександровский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда. 

Судья А.П. Белокопытов