Дело № 2-4382/2025

УИД 66RS0004-01-2025-005053-03

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

13 октября 2025 года г. Екатеринбург

Мотивированное решение составлено 27 октября 2025 года

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Москалевой Ю.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Ергашовой Е.В., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчиков ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 (ИНН № к Следственному комитету Российской Федерации (ИНН 

<

***>), Следственному управлению Следственного Комитета России по 

<

адрес> (ИНН 

<

***>), Министерству 

<

адрес> (ИНН 

<

***>) о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с иском к ответчикам СУ СК России по Свердловской области, Минфину Свердловской области с требованиями о взыскании компенсации морального вреда в размере 8000000 рублей. В обоснование требований указано, что в 2018 году обратился в Талицкий межрайонный следственный комитет на предмет возбуждения уголовного дела на преступное сообщество занимающееся навешиванием на людей фальшивых кредитов с выбиванием данных сумм. В настоящее время коллекторы производят выбивание долга 1970-года, когда истец являлся ребенком. Не желая мириться с этим, истец обращался во все надзорные инстанции: СК России №, в Генеральную прокуратуру №. Что бы скрыть свои преступления, решили истца устранить, для начала применили запугивание, далее возбудили уголовное дело по ст. 297 УК РФ. Следователь ФИО4 пошел на служебный подлог, в нарушение ст. 99 УПК РФ, Постановления Правительства РФ от 14.01.2011 № 3 не давал воды на протяжении 5-ти часов, не водил в туалет, что квалифицируется по ст. 268 ч. 4 УК РФ. Истец на судебно-медицинскую экспертизу был доставлен в состоянии: кисти рук опухшие, пережаты наручниками, сломаны пальцы рук, лицо в гематомах, от боли у него отключалось сознание, задыхался от приступов астмы, что зафиксировано в заключении от 29.05.2019. Медицинской помощи ФИО3 не было оказано, что привело к обострению хронических заболеваний.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве ответчика привлечен СК России, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, - Прокуратура Свердловской области.

Истец, представитель ответчика Минфина по Свердловской области, представитель третьего лица Прокуратуры Свердловской области в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены своевременно и надлежащим образом.

Представитель истца в судебном заседании настаивала на удовлетворении требований в полном объеме, поддержала доводы, изложенные в исковом заявлении и дополнении к нему, пояснила, что просят взыскать компенсацию морального вреда за то, что не было возбуждено уголовное дело по факту незаконного взыскания с истца задолженности, которая возникла до 1970 года, когда истец был ребенком. Полагает, что в данном случае, вопросом незаконного предъявления истцу требований о взыскания задолженности должны заниматься следственные органы, которые обязаны по данному факту возбудить уголовное дело.

Представитель ответчиков СК России, СУ СК России по Свердловской области в судебном заседании с требованиями истца не согласилась, просила в их удовлетворении отказать, поддержала доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, указала, что по обращению истца вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которое не обжаловано, действия сотрудников следственного комитета незаконными не признаны.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд признает не явку истца, представителя ответчика Минфина по Свердловской области не уважительной и возможным рассмотреть дело в их отсутствии.

Минфин Свердловской области в отзыве на исковое заявление просил в удовлетворении требований истца отказать, указав, что в компетенцию Минфина Свердловской области не входит финансовое обеспечение деятельности федеральных органов государственной власти, в систему которых входят СК России и его территориальные органы.

Заслушав участников процесса, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. 

Согласно п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу.

На основании ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования. 

Статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что ответственность наступает на общих условиях, но при наличии означенных в ней специальных условий, которые выражаются во властно-административных действиях государственных органов, должностных лиц. Для наступления общих условий ответственности необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между двумя элементами, вину причинителя вреда. 

Указанные условия распространяются на требования о возмещении как материального, так и морального вреда.

Согласно ч. 1 ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или готовящемся преступлении и в пределах компетенции, установленной настоящим Кодексом, принять по нему решение в срок не позднее 3 суток со дня поступления указанного сообщения. При проверке сообщения о преступлении дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Согласно ч. 3 ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, при необходимости производства документальных проверок, ревизий, судебных экспертиз, исследований документов, предметов, трупов, а также проведения оперативно-розыскных мероприятий срок доследственной проверки может быть продлен до 30 суток с обязательным указанием на конкретные, фактические обстоятельства, послужившие основанием для такого продления.

В соответствии с положениями ст. 145 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации по результатам рассмотрения сообщения о преступлении орган дознания, дознаватель, следователь, руководитель следственного органа принимает одно из следующих решений: о возбуждении уголовного дела в порядке, установленном ст. 146 настоящего Кодекса; об отказе в возбуждении уголовного дела; о передаче сообщения по подследственности в соответствии со ст. 151 настоящего Кодекса, а по уголовным делам частного обвинения - в суд в соответствии с ч. 2 ст. 20 настоящего Кодекса. Положениями ч. 2 указанной нормы закона предписано, что о принятом решении сообщается заявителю. При этом заявителю разъясняются его право обжаловать данное решение и порядок обжалования.

В силу ч. 1 ст. 148 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при отсутствии основания для возбуждения уголовного дела руководитель следственного органа, следователь, орган дознания или дознаватель выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Отказ в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 2 части первой статьи 24 настоящего Кодекса, допускается лишь в отношении конкретного лица.

Органы дознания и следствия вправе самостоятельно определять направление расследования, проведения проверки по сообщению о преступлении и совершать определенные процессуальные действия, а потерпевший (заявитель) в случае несогласия с действиями следователя, дознавателя вправе их обжаловать. Вынесение постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, равно как и принятие решений об отмене таких постановлений являются процессуальными полномочиями соответствующих должностных лиц.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, при рассмотрении требования о возмещении убытков, компенсации морального вреда, причиненных в результате производства доследственной проверки, судом должен быть разрешен вопрос о правомерности действий должностного лица и органа, осуществлявших данные действия.

Судом установлено, что ФИО1 обращалась в Генеральную прокуратуру РФ с заявлением о бездействии сотрудников СО по Талицкому району СУ СК России по Свердловской области, которое было перенаправлено в Прокуратуру Свердловской области.

01.08.2019 заместителем руководителя Талицкого межрайонного следственного отдела СУ СК России по Свердловской области по итогам рассмотрения материала проверки по факту обращения ФИО1 на неправомерные действия сотрудников ОМВД России по Талицкому району, на неправомерные действия следователя Талицкого межрайонного Следственного отдела ФИО4, и должностных лиц Талицкой ЦРБ в отношении ее мужа ФИО3 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которым отказано в возбуждении уголовного дела в отношении старшего следователя Талицкого межрайонного следственного отдела ФИО4 на основании п. 2 ч. 1ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении оперуполномоченного полиции уголовного розыска ОМВД России по Талицкому району ФИО5 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении оперуполномоченного полиции уголовного розыска ОМВД России по Талицкому району ФИО6 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении участкового уполномоченного полиции ОМВД России по Талицкому району ФИО7 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, за отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного п. «а,б» ч. 3 ст. 286 УК РФ.

08.11.2024 ФИО3 обратился в Талицкую районную прокуратуру с заявлением на ускорение возбуждения уголовного дела, в котором указал, что 28.07.2019 были выявлены преступные махинации в Талицком Сбербанке, мошенники навешали на него кредит с 1970 года, который он взять не мог, так как являлся ребенком. Выбивание долга передали ФИО8, ФИО9, который в последующем перешел работать в следственный комитет. 29.05.2019, что бы скрыть свои преступления, последнии применили в отношении него пытки.

Указанное заявление было направлено для рассмотрения по существу в ОМВД по Талицкому району 15.11.2024, которое в последующем 20.11.2024 было перенаправлено по подследственности в Талицкий межрайонный СО СУ СК России по Свердловской области 25.11.2024 постановлением старшего следователя Талицкого межрайонного СО СК России по Свердловской области сообщение о преступлении по обращению ФИО3 по факту незаконного оформления кредита, выдачи несоответствующего действительности заключения по диагнозу передано по подследственности в ОМВД России по Талицкому району для принятия решения в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

16.12.2024 постановлением УУП ОМВД России «Талицкий» вынесено постановление о передаче материала проверки по факту превышения должностных полномочий сотрудниками ОМВД России «Талицкий» по подследственности в Талицкий межрайонный СО СК России по Свердловской области для принятия решения в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ.

23.12.2024 постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела старшего следователя Талицкого межрайонного СО СК России по Свердловской области по результатам рассмотрения материала проверки по заявлению ФИО3 отказано в возбуждении уголовного дела на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием события преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Из указанного следует, что фактически материал проверки по сообщению ФИО3 по факту незаконного оформления кредита остался на рассмотрении в ОМВД России «Талицкий», который не является стороной по настоящему спору.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2021 года N 2006-О указано, что конкретизируя условия реализации права на судебную защиту, гарантированного статьей 46 Конституции Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что гражданин не вправе по собственному усмотрению выбирать способ и процедуру осуществления данного права - для отдельных видов судопроизводства они определяются Конституцией Российской Федерации, федеральными конституционными и федеральными законами (постановление от 21 января 2010 года N 1-П; определения от 13 января 2000 года N 6-О, от 21 мая 2015 года N 1128-О и др.).

Применительно к уголовному судопроизводству такие правила предусмотрены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, закрепляющим, что действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в предусмотренном им порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы (часть первая статьи 123), а также устанавливающим судебный порядок рассмотрения жалоб в ходе досудебного производства (статья 125), что направлено на защиту прав граждан.

В установленном уголовно-процессуальным законом порядке постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23.12.2024, 01.08.2019 и действия должностных лиц СК России незаконными не признавались, в связи с чем оснований для вывода о нарушении прав истца в ходе проведения проверки по его заявлению о преступлении в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

Возмещение имущественного и морального вреда должностными лицами, как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в системе действующего правового регулирования может производиться только в соответствии с общими гражданско-правовыми правилами (определения от 20 февраля 2002 года N 22-О, от 4 июня 2009 года N 1005-О-О).

Для возложения ответственности по основаниям ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо наличие полного состава гражданско-правового нарушения, а именно, наступление вреда, противоправность поведения ответчика, наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением и наступлением вреда, вина причинителя вреда.

На основании ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные неправомерными решениями, действиями (бездействием) органа внутренних дел и их должностными лицами, подлежат взысканию с Российской Федерации за счет казны Российской Федерации, если установлены, как юридический факт: незаконность действий органа внутренних дел или его должностных лиц; наличие вреда (убытков) и доказан его размер; причинно-следственная связь между решениями, действиями (бездействием) органа внутренних дел и его должностных лиц и наступившим вредом убытком; установлена вина должностного лица органа внутренних дел в причинении вреда (убытков) лицу.

Между тем, наличие совокупности вышеуказанных обстоятельств в настоящем случае не доказано. 

Вынесение постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела не противоречит уголовно-процессуальному законодательству, само по себе не нарушает прав и законных интересов гражданина, который не лишен права на их обжалование.

Каких-либо нарушений неимущественных прав истца в результате неправомерных, виновных действий сотрудниками СК России по рассмотрению его сообщений о преступлении судом не установлено. Оснований для взыскания компенсации морального вреда, предусмотренных ст. ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, в связи с чем исковые требования истца не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО3 (ИНН № к Следственному комитету Российской Федерации (ИНН 

<

***>), Следственному управлению Следственного Комитета России по 

<

адрес> (ИНН 

<

***>), Министерству 

<

адрес> (ИНН 

<

***>)о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга, принявший решение.

Судья Ю.В. Москалева