ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 44Га-2/2017

город Североморск

06 декабря 2017 года

Президиум Северного флотского военного суда в составе:

председательствующего – судьи Хомякова А.И., членов президиума: судей Ювченко Б.А., Кириллова А.Н., Шведова А.В. и Блинова Ю.Г.,

при секретаре Домбровской Л.В.,

с участием представителя административного истца ФИО1 – ФИО2, представителя административного ответчика начальника федерального государственного казенного учреждения «Северное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ ФИО3 (далее – ФГКУ «Северрегионжилье» МО РФ) - ФИО4, а также военного прокурора Северного флота генерал-майора юстиции ФИО5,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу представителя начальника ФГКУ «Северрегионжилье» ФИО4 на апелляционное определение Северного флотского военного суда от 30 июня 2017 года, принятое по административному исковому заявлению бывшей военнослужащей по контракту войсковой части № старшего матроса в отставке ФИО1 об оспаривании решения начальника ФГКУ «Северрегионжилье» от 21 сентября 2016 года № о снятии истца с учета нуждающихся в жилых помещениях.

Заслушав доклад председательствующего судьи Хомякова А.И., объяснения представителя начальника ФГКУ «Северрегионжилье» ФИО4 в поддержание доводов кассационной жалобы, объяснения представителя административного истца ФИО2, просившей оставить обжалуемое апелляционное решение без изменения, а также мнение военного прокурора Северного флота генерал-майора юстиции ФИО5, полагавшего необходимым обжалуемый судебный акт отменить, президиум флотского военного суда

установил:

ФИО1 обратилась в Североморский гарнизонный военный суд с административным исковым заявлением, в котором просила признать незаконным и отменить решение начальника ФГКУ «Северрегионжилье» МО РФ от 21 сентября 2016 года № о снятии ее с учета нуждающихся в жилых помещениях, обязав указанное должностное лицо восстановить ее на вышеназванном учете.

При подготовке дела к судебному разбирательству определением судьи в качестве административного ответчика по делу по вопросу распределения судебных расходов привлечен филиал федерального казенного учреждения «Объединенное стратегическое командование Северного флота» – «2 финансово – экономическая служба» (далее – филиал ФКУ «ОСК» – «2 ФЭС»).

Решением Североморского гарнизонного военного суда от 11 мая 2017 года в удовлетворении требований ФИО1 отказано.

Апелляционным определением Северного флотского военного суда от 30 июня 2017 года названное решение в связи с несоответствием выводов суда обстоятельствам дела отменено и принято новое – об удовлетворении административного искового заявления ФИО1 При этом в пользу ФИО1 с филиала ФКУ «ОСК» – «2 ФЭС» в счет возмещения судебных расходов взыскано 400 руб.

В кассационной жалобе представитель начальника ФГКУ «Северрегионжилье» МО РФ ФИО4, выражая несогласие с указанным апелляционным определением Северного флотского военного суда, просит его отменить и оставить в силе решение Североморского гарнизонного военного суда от 11 мая 2017 года.

Аргументируя жалобу, ФИО4, анализируя нормы ч.1 и 2 ст.51 ЖК РФ и ст.15 Федерального закона «О статусе военнослужащих», указывает, что суд второй инстанции существенно нарушил нормы материального права, так как административный истец не имеет правовых оснований состоять на учете в качестве нуждающейся в жилых помещениях, поэтому решением начальника ФГКУ «Северрегионжилье» от 21 сентября 2016 года № ФИО1 снята с учета нуждающихся в жилых помещениях в связи с выявлением в представленных ею документах сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием для принятия её на данный учет.

Как указывает в жалобе представитель административного ответчика, в 1999 году ФИО1 приобрела двухкомнатную квартиру общей площадью 46,6 кв.м, в которой с декабря 1999 года постоянно зарегистрирована с дочерью, а затем произвела отчуждение данного жилья, подарив квартиру родной сестре, но продолжала в ней проживать, заключив с сестрой договор найма.

ФИО4 выражает несогласие с выводом суда второй инстанции о том, что административный истец с дочерью проживали в спорном жилье как наниматели и правами членов семьи собственника этого жилого помещения не пользовались.

В жалобе представитель начальника ФГКУ «Северрегионжилье» МО РФ утверждает, что ФИО1 и ее дочь ФИО24 по месту жительства обеспечены жилой площадью выше учетной нормы, установленной решением Совета депутатов муниципального образования ЗАТО город Североморск от 27 февраля 2006 года №123 «О норме предоставления и учетной норме площади жилого помещения в ЗАТО г.Североморск» (далее – решение Совета депутатов МО ЗАТО г.Североморск), поскольку на основании договора дарения жилого помещения сохранили за собой право пользования и проживания в данной двухкомнатной квартире, общей площадью 46,6 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Указанное жилое помещение принадлежит на праве собственности с 2011 года родной сестре административного истца - ФИО25 

Представитель административного ответчика, ссылаясь на положения п.2 ст.674 ГК РФ и части 2, 4-5 ст.51 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости», полагает, что суд второй инстанции не учел, что договоры найма на вышеназванное жилое помещение, заключенные административным истцом на 5 лет в декабре 2003 года с пролонгацией на 5 лет и ноябре 2013 года также на 5 лет, не могли учитываться при рассмотрении дела, так как не имеют юридической силы. Данные договоры, заключенные на срок более одного года, как ограничение (обременение) права собственности на жилое помещение, возникшее на основании договора найма, в соответствии с требованиями действующего законодательства (п. 2 ст. 674 ГК РФ и ч. 2, 4 и 5 Федерального закона от 13.07.2015г. №218-ФЗ) подлежали обязательной государственной регистрации в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии (далее – Росреестр), однако таковой сторонами договора не осуществлялось. 

Представитель административного ответчика в жалобе также отмечает, что административный истец ФИО1 в 2016 году одновременно имела два заключенных ею договора найма на два жилых помещения в 

<

адрес>, один договор - на упомянутую подаренную сестре квартиру со сроком действия до 28 ноября 2018 года и второй договор найма на 11 месяцев с 19 августа 2016 года - на квартиру по адресу: 

<

адрес>, в которой истец зарегистрировалась по месту пребывания. 

Поскольку истец с дочерью сохранили право пользования подаренной сестре истца квартирой с правами членов семьи собственника, то с учетом норм ч. 1 и 2 ст. 51 ЖК РФ ФИО1, по мнению ФИО4, не могла быть принята на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении.

Определением судьи Северного флотского военного суда Волчка В.Г. от 16 ноября 2017 года кассационная жалоба представителя начальника ФГКУ «Северрегионжилье» ФИО4 вместе с делом переданы для рассмотрения в президиум Северного флотского военного суда.

В возражениях на кассационную жалобу представителя административного ответчика и указанное определение судьи флотского военного суда административный истец ФИО1 указывает, что с учетом требований ч. 2 ст. 674 ГК РФ и ч. 2, 5 ст. 51 Федерального закона от 13.07.2015 г. №218-ФЗ и от 21.07.1997 г. №122 - ФЗ по состоянию на момент заключения ею договоров найма жилого помещения от 01 декабря 2003 года и 28 ноября 2013 года обязанность государственной регистрации обременения права собственности на жилое помещение отсутствовала, поскольку впервые такая обязанность введена ст. 26.1 Федерального закона от 21.07.1997 г. №122-ФЗ в редакции Федерального закона от 21.07.2014 г. №217-ФЗ и заключенные ею договоры продолжали действовать на прежних условиях.

ФИО1 отмечает, что ФИО25 представлялась налоговая декларация за 2003-2016 г. по доходам от сдачи указанной квартиры и уплачен налог и соответствующие пени.

Административный истец также указывает, что факт намерения ФИО25 продать подаренную ей квартиру подтверждается объявлением о продаже упомянутой квартиры в соответствующем разделе газеты РИО от 02 ноября 2017 года.

ФИО1 полагает, что договором найма жилого помещения от 28 ноября 2013 года условия договора дарения квартиры от ноября 2003 года были изменены, поскольку п. 1.1, 2.1. 2.6 и 5 договора 2013 года содержат условие о временном характере проживания и пользования жилым помещением.

Также административный истец обращает внимание на то, что суд первой инстанции проигнорировал её ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетеля ФИО25., а также не учел, что с момента отчуждения ею указанной квартиры прошло более 5 лет и нормы ст. 53 ЖК РФ в данном случае неприменимы.

ФИО1 также отмечает, что согласно свидетельству о государственной регистрации права собственности на подаренную ею ФИО25 квартиру от 12 апреля 2011 года государственным регистратором ограничения (обременения) права не зарегистрировано.

Рассмотрев кассационную жалобу с материалами административного дела и выслушав объяснения участников судебного разбирательства, президиум флотского военного суда находит кассационную жалобу представителя административного ответчика подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В силу ст.328 КАС РФ основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход административного дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

При принятии решения суд первой инстанции исходил из того, что в силу п. 6.2 договора дарения истцом своей родной сестре указанной квартиры общей площадью 46,6 кв. м в 

<

адрес> ФИО1 с дочерью сохранили право пользования и проживания в этом помещении, поэтому с учетом уровня обеспеченности истец была правомерно снята с учета в связи с выявлением в представленных ею документах в уполномоченный орган сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием для принятия её на учет. Такие действия административного ответчика гарнизонный военный суд признал соответствующими п. 6 ч. 1 ст. 56 ЖК РФ и подп. «д» п. 10 Инструкции «О предоставлении военнослужащим-гражданам РФ, проходящим военную службу по контракту в Вооруженных Силах РФ, жилых помещений по договору социального найма», утвержденной приказом МО РФ от 30 сентября 2010 года №1280. 

Отменяя решение суда первой инстанции и удовлетворяя требования административного истца, суд апелляционной инстанции сослался на ч. 2 ст. 292 ГК РФ, согласно которой переход права собственности на квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, а также счел установленным, что вселение сестры истца с дочерью на условиях найма свидетельствует о таком содержании волеизъявления нового собственника указанной квартиры – ФИО25., то есть вселении сестры с племянницей не в качестве членов семьи, а в качестве нанимателей.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о неправомерности снятия ФИО1 с жилищного учета нуждающихся в жилых помещениях ввиду того, что истец с дочерью после дарения ФИО1 названной квартиры родной сестре право пользования и проживания в ней не сохранили, поскольку правами членов семьи собственника квартиры, предусмотренными в ч. 2 ст. 31 ЖК РФ они, как проживающие на основании возмездных договоров найма жилого помещения, не обладают.

Однако такой вывод суда апелляционной инстанции основан на ошибочном применении и толковании норм материального права и противоречит материалам административного дела, что свидетельствует о существенном нарушении норм материального права.

В силу ч.1 ст.51 ЖК РФ одним из условий признания гражданина нуждающимся в жилом помещении является обеспечение его общей площадью жилого помещения для постоянного проживания на одного члена семьи менее учетной нормы либо отсутствие такого жилого помещения вовсе.

При этом согласно п.2 ч.1 ст.51 ЖК РФ при наличии у гражданина и (или) членов его семьи нескольких жилых помещений, занимаемых по договорам социального найма, принадлежащих им на праве собственности, определение уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения осуществляется исходя из суммарной общей площади всех указанных жилых помещений.

Таким образом, наличие у членов семьи нанимателя либо собственника жилого помещения права пользования всеми имеющимися в их распоряжении жилыми помещениями предопределяет обязанность жилищного органа по их учету при определении уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения. Иное толкование данной нормы может привести к сверхнормативному обеспечению граждан жильем за счет государства.

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 заключила контракт о прохождении военной службы до 01 января 1998 года и имеет общую продолжительность военной службы более 31 года (л.д.86, 90).

Состоя в браке с военнослужащим - ФИО31 (л.д. 64), административный истец ФИО1 в 1999 году, будучи обеспеченной служебной квартирой, предоставленной мужу на семью, приобрела двухкомнатную квартиру по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 46,6 кв.м. (№регистрации 51-01/01-3/1999-243 от 24 мая 1999 года, л.д.26), где с 25 декабря 1999 года зарегистрировалась постоянно по месту жительства вместе с дочерью ФИО24., ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 84).

Согласно записи о расторжении брака №266 от 27 июля 2000 года брак между ФИО31 и административным истцом 26 июля 2000 года прекращен.

Перед увольнением с военной службы 25 января 2012 года ФИО1 обратилась в жилищный орган с заявлением о принятии её на учет в качестве нуждающейся в жилом помещении по избранному месту жительства, однако в этом заявлении ФИО1 не сообщила о дарении ею имеющейся у нее в собственности квартиры родной сестре, не представила договор дарения, а, приложив к заявлению копию договора найма жилого помещения от 01 декабря 2003 года, указала, что проживает по договору найма в жилом помещении, принадлежащем другому гражданину (л.д.10). 

Решением начальника отдела №4 ФГУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» МО РФ от 18 апреля 2012 года № ФИО1 с составом семьи два человека (она и дочь - ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ.) с 25 января 2012 года принята на учет нуждающихся в жилом помещении, предоставляемом по договору социального найма, в избранном постоянном месте жительства городе 

<

адрес> (л.д.11).

Приказом командующего войсками Западного военного округа от 03 июня 2013 года № административный истец уволена с военной службы в отставку на основании подп.«а» п.1 ст.51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе» (по достижении предельного возраста пребывания на военной службе) и исключена из списков личного состава войсковой части № с 17 июня того же года (л.д.9). В данном приказе указано, что ФИО1 жильем обеспечена по установленным нормам.

В августе 2016 года ФИО1 обратилась в ФГКУ «Северрегионжилье» МО РФ с заявлением, в котором просила изменить форму обеспечения её жильем и обеспечить ее субсидией для приобретения или строительства жилого помещения. К заявлению истец приложила документы о регистрации её по месту жительства и договор дарения.

В ходе проверки в уполномоченном жилищном органе представленных ФИО1 заявления и приложенных к нему документов о регистрации и договора дарения было выявлено, что истец и её дочь в соответствии с ч. 2 ст. 31 ЖК РФ сохранили право проживания и пользования двухкомнатной квартирой общей площадью 46,6 кв.м, расположенной по адресу: 

<

адрес>, в которой на каждого проживающего приходится свыше учетной нормы площади жилого помещения для признания нуждающимися в жилых помещениях, установленных решением Совета депутатов МО ЗАТО г.Североморск, – 12 и менее кв.м общей площади жилого помещения на одного члена семьи (ч. 2 ст. 51 ЖК РФ).

После этого решением начальника названного жилищного органа от 21 сентября 2016 года № ФИО1 на основании п.6 ч.1 ст.56 ЖК РФ снята с учета нуждающихся в предоставлении жилых помещений по договору социального найма в избранном постоянном месте жительства с формой обеспечения жилищная субсидия, в связи с выявлением в представленных документах в орган, осуществляющий принятие на учет, сведений, не соответствующих действительности и послуживших основанием принятия на учет, а также неправомерных действий должностных лиц органа, осуществляющего принятие на учет, при решении вопроса о принятии на учет (л.д.19-20).

Из договора дарения квартиры, датированного 30 ноября 2003 года, видно, что ФИО1 безвозмездно, добровольно передала в собственность ФИО25 названное жилое помещение. 

В соответствии с п. 5.2 этого договора одаряемый приобретает право собственности на квартиру с момента подписания договора с обязательной государственной регистрацией перехода права собственности.

На основании п.6.2 договора дарения ФИО1 и ее дочь ФИО24 после перехода права собственности на указанную квартиру ФИО25 сохраняют право пользования и проживания в ней, срок которого не ограничен. Данное условие является обременением договора дарения жилого помещения (л.д.26).

Договор дарения указанной квартиры был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Мурманской области 12 апреля 2011 года (№регистрации 51-51-10/005/2011-126, свидетельство о государственной регистрации права 51-АВ 245192) (л.д.27).

В силу норм ч. 3 ст. 574 ГК РФ (в действовавшей редакции от 26.03.2003 г.) и ст. 1 и 13 Федерального закона «О государственной регистрации сделок с недвижимостью» от 21 июля 1997 года №122-ФЗ (в ред. Федерального закона от 09.06.2003 г. №69-ФЗ) договор дарения недвижимого имущества после его подписания сторонами подлежал обязательной государственной регистрации, поэтому право собственности у одаряемой ФИО25 возникло с момента государственной регистрации договора дарения, то есть с 12 апреля 2011 года.

Причину, по которой этот договор не регистрировался в Росреестре в период с 2003 года по 2011 год, административный истец пояснить не смогла (л.д. 63). 

Из дела видно, что ФИО25 является родной сестрой ФИО1 ФИО25 с 1988 года зарегистрирована по месту жительства в 

<

адрес>, собственником которой является (свидетельство о регистрации 51-АВ 509439 от 15.06. 2015 г.). После принятия в дар квартиры от сестры ФИО1 ФИО25 в эту квартиру не вселялась, а продолжала проживать в своей квартире в 

<

адрес> по указанному адресу. То есть для ФИО25 подаренная сестрой квартира не является единственным жилым помещением для проживания.

Согласно ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

В силу п. 7.2 упомянутого договора дарения любые изменения и дополнения в договор действительны при условии, если они совершены в письменной форме, подписаны сторонами и зарегистрированы в установленном порядке.

Указанный договор дарения квартиры сторонами заключен добровольно и каких-либо доказательств того, что он ими отменен или расторгнут, материалы дела не содержат. Не были таковые представлены истцом суду первой или второй инстанции, то есть договор дарения сторонами исполнен и продолжает действовать с момента его государственной регистрации в Росреестре.

В связи с этим нельзя согласиться с мнением ФИО1 о том, что договором найма жилого помещения от 28 ноября 2013 года условия договора дарения квартиры 2003 года сторонами изменены, поскольку внесение любых изменений и дополнений в договор дарения возможно лишь после их обязательной государственной регистрации. 

В декабре 2003 года и ноябре 2013 года истец оформила с ФИО25 договоры найма жилого помещения по адресу: 

<

адрес>, каждый сроком на 5 лет, а договор 2003 года – с пролонгацией на 5 лет по его истечении (л.д.21-22).

19 августа 2016 года ФИО1 заключила с ФИО44 договор найма квартиры по адресу: 

<

адрес> принадлежащей на праве собственности последнему, сроком на 11 месяцев (л.д.23), и зарегистрировалась в этой квартире по месту пребывания.

Данных о государственной регистрации заключенных административным истцом договоров найма жилых помещений ФИО1 материалы дела не содержат. 

Согласно справке формы №9 МБУ «Многофункциональный центр представления государственных и муниципальных услуг в ЗАТО г.Североморск» ФИО1 в период с 25 декабря 1999 года по 11 апреля 2017 года была зарегистрирована по месту жительства (постоянно) по адресу: 

<

адрес>. В этой же квартире с 25 декабря 1999 года по 14 июля 2017 года по месту жительства (постоянно) зарегистрирована дочь истца ФИО24., ДД.ММ.ГГГГ рождения. Также истец с 19 августа 2016 года по 16 августа 2017 года была зарегистрирована и по месту пребывания – 

<

адрес>. По указанному адресу ФИО1 в квартире ФИО44 вновь зарегистрировалась по месту пребывания с 05 сентября 2017 года по 02 марта 2018 года.

На момент рассмотрения данного дела в судах первой и второй инстанций у административного истца имелось два договора найма жилых помещений, как в г. 

<

адрес> так и в 

<

адрес>. 

Как видно из содержания возмездного договора найма жилого помещения между ФИО1 и ФИО25 от 01 декабря 2003 года на срок 5 лет с пролонгацией на 5 лет и возмездного договора найма от 28 ноября 2013 года, наймодатель предоставил нанимателю названную квартиру во владение и пользование для проживания и обязан не чинить препятствий в пользовании квартирой (п. 1.1. и 2.5 договора, л.д. 21, 22), 

Из сообщения межрайонной инспекции по налогам и сборам ФНС №2 по Мурманской области от 02 ноября 2017 года видно, что положенные налоги с доходов по возмездным договорам найма жилого помещения с ФИО1 в период с 2003 по 2016 год ФИО25 не уплачивались.

При этом, налоги и пени ФИО25 оплачены лишь 08 ноября 2017 года, то есть после названного ответа налоговой инспекции.

Необходимо отметить, что после заключения договора дарения и его государственной регистрации истец с дочерью из указанной квартиры не выселялись, сохранив с 25 декабря 1999 года постоянную регистрацию по месту жительства ФИО1 - до 11 апреля 2017 года, её дочь – до 14 июля 2017 года.

В настоящее время, по данным МФЦ, в указанной квартире никто не зарегистрирован и жилое помещение по-прежнему находится в собственности ФИО25 

Следует отметить, что снятие с регистрации по постоянному месту жительства и временная регистрация административного истца и её дочери по месту пребывания в том же населенном пункте совершены ими добровольно при наличии неоспоримого и неотъемлемого права проживания и пользования подаренной квартирой. После подписания договора дарения квартиры договоры найма жилого помещения на данную квартиру ФИО1 оформляла также добровольно.

Право пользования и проживания у административного истца и её дочери в названной квартире никем сомнению не подвергалось, в том числе в судебном порядке ФИО25

Само по себе наличие или отсутствие намерения у собственника ФИО25 продать подаренную ей квартиру никак не влияет на правовую оценку действий административного ответчика по снятию истца с жилищного учета.

Вышеуказанные действия административного истца по распоряжению (отчуждению) принадлежащего ей жилого помещения и последующее снятие с регистрационного учета её и дочери с регистрацией в этом же населенном пункте по месту пребывания свидетельствуют о намеренном ухудшении своих жилищных условий с целью приобрести право состоять на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях и содержат признаки ст. 53 ЖК РФ. 

Как следует из разъяснений, содержащихся в подп. «б» п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02 июля 2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», членами семьи собственника жилого помещения могут быть признаны в том числе сестра, племянница и иные граждане. 

Достоверных доказательств, свидетельствующих о вселении истца и дочери в указанную квартиру как нанимателей жилого помещения, материалы дела не содержат, поэтому вывод суда апелляционной инстанции о том, что содержание волеизъявления собственника заключалось в предоставлении жилья на условиях найма является необоснованным.

Учитывая жилищные условия ФИО25., совместного её проживания в подаренной ей квартире и ведения общего хозяйства с истцом для признания у ФИО1 и дочери права проживания и пользования названной квартирой по смыслу ч.1 и 2 ст. 31 ЖК РФ не требовалось. 

Принимая во внимание, что ФИО1 и её дочь после дарения истцом сестре двухкомнатной квартиры общей площадью 46,6 кв.м, расположенной по адресу 

<

адрес>, в силу ч. 2 ст. 31 ЖК РФ сохранили право проживания и пользования этим жилым помещением и тем самым были обеспечены жилой площадью по установленным жилищным законодательством нормам, административный истец на момент принятия её на жилищный учет не имела права на признание её нуждающейся в жилом помещении и права состоять на учете нуждающейся в предоставлении жилых помещений по договору социального найма в избранном постоянном месте жительства, а действия административного ответчика по снятию её с такого учета осуществлены в соответствии с п. 6 ч. 1 ст. 56 ЖК РФ в рамках полномочий административного ответчика.

Ввиду того, что обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании исследованных доказательств, однако судом апелляционной инстанции допущено существенное нарушение норм материального права, президиум флотского военного суда находит обжалуемое судебное постановление суда второй инстанции подлежащим отмене с оставлением в силе решения суда первой инстанции.

Руководствуясь ст.328, п.5 ч.1 ст.329 и ст.330 КАС РФ, президиум флотского военного суда

постановил:

Апелляционное определение Северного флотского военного суда от 30 июня 2017 года по административному исковому заявлению ФИО1 в связи с существенным нарушением норм материального права отменить, оставить в силе решение Североморского гарнизонного военного суда от 11 мая 2017 года об отказе в удовлетворении административного искового заявления ФИО1

Председательствующий: (подпись)

Председатель Северного флотского

военного суда А.И. Хомяков

06.12.2017 г.