УИД 74RS0030-01-2023-000038-52

Дело № 2-82/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«09» февраля 2024 года гор. Магнитогорск

Правобережный районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Горбатовой Г.В.,

при секретаре Ивановой С.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Электрострой» о признании договора уступки права требования недействительным,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Электрострой» (далее по тексту - ООО «Электрострой») о признании договора уступки права требования от 24 мая 2019 года, заключенного между ООО «Электрострой» и ФИО2, недействительной сделкой, ссылаясь на то, что в период с 28 сентября 2002 года по 19 апреля 2022 года Я-ны состояли в зарегистрированном браке. В период совместного проживания, супруги приобрели имущество, в том числе, квартиру 

<

адрес>. По мнению истца, оспариваемый договор уступки, был заключен ФИО2 с ООО «Электрострой», с целью вывода имущества из раздела, что создает для истца определенные неблагоприятные последствия, в связи с чем обращаясь в суд, руководствуясь положениями ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО1 просит признать договор уступки права требования от 24 мая 2019 года, заключенный между ООО «Электрострой» и ФИО2, недействительной сделкой.

Определением Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 27 октября 2023 года, к участию в деле в качестве третьего лица привлечено - Общество с ограниченной ответственностью Трест «Магнитострой» (далее по тексту - ООО трест «Магнитострой»).

Истец ФИО1 о дне и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, представила дополнительные пояснения по иску, из которых следует, что договор уступки прав требования от 24 мая 2019 года, заключенный между ООО «Электрострой» и ФИО2 по мнению истца является мнимой сделкой, совершенной лишь для вида, с целью вывода квартиры 

<

адрес> из режима общей совместной собственности бывших супругов Я-ных. Ответчик ФИО2 осуществляет деятельность по строительству индивидуальных жилых домов, имеет партнеров, с которыми сотрудничает, в том числе ООО «Электсрострой». С ФИО3, являющейся руководителем указанного Общества, ФИО2 знаком давно, находится в дружественных отношениях, в связи с чем, у истца, имеются основания полагать, что спорный договор составлен по просьбе самого ФИО2 В оспариваемом договоре отсутствует четко определенный предмет, цена договора (стоимость уступаемого права требования), порядок расчетов, учитывая, что договор уступки права требования, является возмездной сделкой. Ответчиками не представлены доказательства расчетов по спорному договору, подтверждающих уплату стоимости уступаемого права. Наличие спорного договора порождает для истца негативные последствия в виде всевозможных притязаний к ФИО1, путем обращения с исками в суд, вытекающих из спорной сделки. О наличии договора уступки права требования от 24 мая 2019 года, истцу стало известно при рассмотрении гражданского дела по иску ООО «Элекстрострой» к ФИО2, ФИО1, ООО «Трест Магнитострой» о переводе прав покупателя по договору купли-продажи, прекращении права собственности, погашении записи, признании права собственности, при ознакомлении с материалами дела представителя истца ФИО4 - 27 января 2023 года, в связи с чем, по мнению истца, срок исковой давности ею не пропущен. 

Представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности от 30 декабря 2022 года, в судебном заседании исковые требования поддержал по доводам и основаниям, изложенным в иске, письменных пояснениях ФИО1

Представитель ответчика ООО «Электрострой» о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, письменных возражений не представил.

Ответчик ФИО2 о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился.

Представитель ответчика ФИО2 - ФИО5, действующая на основании доверенности от 28 февраля 2023 года, о дне и времени рассмотрения дела извещена, в судебное заседание не явилась, представила письменные возражения на исковое заявление, из которых следует, что решением Орджоникидзевского районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 01 ноября 2023 года, квартира 

<

адрес> была предметом раздела, передана в собственность ФИО2 Права ФИО1 оспариваемым договором не нарушены. Заявила о пропуске истцом срока исковой давности.

Представитель третьего лица - ООО трест «Магнитострой» при надлежащем извещении, участия в рассмотрении дела не принимал, письменного меня в адрес суда не направил.

Заслушав представителя истца ФИО4, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с 28 сентября 2002 года, который прекращен 19 апреля 2022 года. Брачный договор между супругами Я-ными не заключался.

Из материалов дела следует, что 22 мая 2019 года, между ООО трест «Магнитострой» и ФИО2 был заключен договор № купли-продажи квартиры, общей площадью 34,1 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес>, кадастровый (регистрационный) номер №.

Пунктом 3 данного договора, стоимость имущества определена в размере 1 241 000 рублей. Денежные средства переданы до подписания данного договора. Переход права собственности к покупателю зарегистрирован в Едином государственном реестре недвижимости - 06 июня 2019 года.

24 мая 2019 года между ООО «Электрострой» (кредитор) и ФИО2 (правоприобретатель) заключен договор уступки прав требования, согласно которому, кредитор передает правоприобретателю право требования от ООО «Трест Магнитострой» (должник), денежных средств за выполненные работы.

Размер уступаемого права составляет 1 241 000 рублей. Право требования подтверждается следующими документами: договором № от 12 января 2015 года; актом № о приемке выполненных работ за май 2019 года (частично), подписанном между кредитором и должником; корректировкой стоимости материалов б/ от 24 мая 2019 года; справкой о стоимости выполненных работ и затрат за №№ от 24 мая 2019 года (частично), подписанной между кредитором и должником; счет-фактурой за № от 24 мая 2019 года на сумму 1 729 407 рублей, НДС не предусмотрен.

В соответствии с п.2 договора, кредитор одновременно с подписанием настоящего договора, обязуется передать правоприобретателю все документы, удостоверяющие право требования и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования. 

За передаваемое по договору право требования правоприобретатель отвечает перед кредитором в соответствии с требованиями действующего законодательства и настоящего договора. Правоприобретатель обязуется передать кредитору все полученное от должника в счет уступленного требования. 

Согласно п.4 договора, за передаваемое по настоящему договору право требования, правоприобретатель передает кредитору денежные средства в размере 1 241 000 рублей, НДС не предусмотрен. Договор вступает в силу с момента подписания и действует до полного выполнения сторонами принятых на себя обязательств (п.7 договора уступки).

В соответствии с п.4 договора уступки (в редакции, представленной ООО «Магнитострой») следует, что за предоставляемое по настоящему договору право требования, правоприобретатель передает кредитору денежные средства в размере 1 241 000 рублей.

Обосновывая исковые требования, истец ссылается на обстоятельства того, что договор уступки прав требования от 24 мая 2019 года, заключенный между ООО «Электрострой» и ФИО2 является недействительной сделкой, заключенной с целью вывода квартиры 

<

адрес> из режима общей совместной собственности бывших супругов Я-ных. Согласие на заключение спорного договора, ФИО1, как супруги получено не было.

Согласно пункту 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны свободны в заключении договора и его условия определяют по своему усмотрению. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Согласно ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования). В соответствии с ч.1 ст.388 Гражданского кодекса Российской Федерации, уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору. 

Положениями статей 382, 384, 385, 389 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основанием уступки права требования является договор между первоначальным и новым кредитором, который основывается на возмездном отчуждении права. Для уступки права требования кредитор должен этим правом обладать. Требования, переданные другому лицу, переходят к новому кредитору в таком же объеме, в каком они принадлежали первоначальному кредитору (правопреемство).

В соответствии с п.1 ст.388 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование по обязательству, которое возникнет в будущем (будущее требование), в том числе требование по обязательству из договора, который будет заключен в будущем, должно быть определено в соглашении об уступке способом, позволяющем идентифицировать это требование на момент его возникновения или перехода к цессионарию.

Согласно ст.389 Гражданского кодекса Российской Федерации уступка требования, основанного на сделке, совершенного в простой письменной форме или нотариальной форме, должна быть совершена в соответствующей письменной форме.

Соглашение об уступке требования по сделке, требующей государственной регистрации, должно быть зарегистрировано в порядке, установленном для регистрации этой сделки, если иное не установлено законом.

Решением Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 21 марта 2023 года по иску ООО «Электрострой» к ФИО2, ФИО1, ООО трест «Магнитострой» о переводе прав покупателя по договору купли-продажи, прекращении права собственности, погашении записи, признании права собственности, - в исковых требованиях ООО «Электрострой» было отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 25 июля 2023 года, решение Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 21 марта 2023 года, - оставлено без изменения.

Из вышеуказанных судебных актов следует, что в договоре уступки права требования от 24 мая 2019 года (в двух редакциях) отсутствует условие о передаче ООО «Элекстрострой» квартиры 

<

адрес>. Вышеуказанный договор не содержит условий о том, что денежные средства в размере 1 241 000 рублей уступлены ООО «Элекстрострой» ответчику ФИО2 для покупки вышеуказанной квартиры. Договор купли-продажи № от 22 мая 2019 года не содержит условий, что квартира 

<

адрес> приобретается за счет уступаемых покупателю ФИО2 денежных средств по какому-либо договору. Трехстороннее соглашение, предусматривающее переход прав должника (покупателя) по договору купли-продажи к третьему лицу ООО «Элекстрострой», между сторонами правоотношений не заключалось.

Исходя из положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, к числу существенных условий в договоре цессии относится определение субъективного обязательственного права, которое подлежит передаче. Из содержания договора цессии от 24 мая 2019 года определенно следует состав передаваемых требований, основания возникновения, размер задолженности, а также возмездный характер договора уступки права требования.

Условия договора уступки права требования от 24 мая 2019 года соответствуют нормам закона, договор совершен в форме, отвечающей требованиям закона. Соглашение о переводе долга не противоречит нормам статей 382 - 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержит все существенные условия, предусмотренные статьей 432 Гражданского кодекса Российской Федерации для данного вида договоров.

Договор цессии от 24 мая 2019 года, является доказательством произведенной уступки права требования по обязательствам ООО трест «Магнитострой» по оказанным работам, услугам.

Оспаривая вышеуказанный договор цессии, истец указывает на то, что ответчиками данный договор заключен с противоправной целью - создания для истца неблагоприятных последствий - исключению квартиры 

<

адрес> из режима совместной собственности бывших супругов Я-ных, ссылаясь в том числе на то, что руководитель ООО «Электрострой» И.У.А. находится в дружественных, хороших отношениях с ФИО2, в связи с чем, зная о незаконности требований, подписала договор цессии, составленный последним. 

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 года №54 "О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки" (далее - Постановление №54), возможность уступки требования не ставится в зависимость от того, является ли уступаемое требование бесспорным, обусловлена ли возможность его реализации встречным исполнением цедентом своих обязательств перед должником.

В силу пункта 1 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент отвечает перед цессионарием за недействительность переданного ему требования, но не отвечает за неисполнение этого требования должником, за исключением случая, если цедент принял на себя поручительство за должника перед цессионарием. Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, при уступке цедентом уступаемое требование должно существовать в момент уступки, если только это требование не является будущим требованием.

Исходя из содержания и смысла данной нормы, по договору цессии может быть уступлено только реально существующее требование кредитора к должнику.

При нарушении цедентом правил, предусмотренных пунктами 1 и 2 указанной статьи, цессионарий вправе потребовать от цедента возврата всего переданного по соглашению об уступке, а также возмещения причиненных убытков (пункт 3 статьи 390 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, статья 390 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирует последствия передачи цедентом цессионарию несуществующего права, в то время как истец участником этих отношений не является.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", согласно абзацу первому пункта 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях, также иное лицо.

Таким образом, лицо, не являющееся стороной договора и заявляющее иск о признании договора недействительным, должно доказать наличие своего материально-правового интереса в удовлетворении иска, указав, какие его права или охраняемые законом интересы нарушены или оспариваются лицами, к которым предъявлен иск, а также каким образом эти права и интересы будут восстановлены в случае реализации избранного способа судебной защиты.

Пунктом 2 ст. 35 Семейного кодекса Российской Федерации, п. 2 ст. 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом. Однако положения о том, что такое согласие предполагается также в случае возникновения у одного из супругов долговых обязательств с третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

Следовательно, в случае заключения одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим лишь при наличии обстоятельств, вытекающих из пункта 2 статьи 45 Семейного кодекса Российской Федерации, бремя доказывания которых лежит на стороне, претендующей на распределение долга. Ссылки на то, что оспариваемый договор цессии заключен ответчиками исключительно для создания искусственного вывода квартиры 

<

адрес> из режима совместной собственности бывших супругов Я-ных, не состоятельны.

Так, решением Правобережного районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 21 марта 2023 года установлено, что вышеуказанная недвижимость не приобреталась за счет уступаемых покупателю ФИО2 денежных средств по какому-либо договору.

Кроме того, решением Орджоникидзевского районного суда гор. Магнитогорска Челябинской области от 01 ноября 2023 года произведен раздел совместно нажитого имущества бывших супругов Я-ных, в соответствии с которым, 

<

адрес> признана совместно нажитым имуществом ФИО2 и ФИО1, вышеуказанная недвижимость передана в собственность ФИО2 В признании обязательств перед ООО «Элекстрострой» по договору уступки от 24 мая 2019 года совместными - ФИО1 и ФИО2, судебным актом отказано.

С доводами истца о наличии для нее негативных последствий - в виде правопритязаний к ней, путем возможного обращения ФИО2 с исками в суд, вытекающих из спорной сделки, не состоятельны, поскольку заявлены исключительно на будущее время, а защите, как указано в статье 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит только нарушенное право.

Стороной ответчика ФИО2 заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.

В соответствии со статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. В данном случае, истец ФИО2 узнала о наличии договора цессии, при ознакомлении с материалами дела ее представителя ФИО4 (27 января 2023 года) при рассмотрении гражданского дела по иску ООО «Элекстрострой» к ФИО2, ФИО1, ООО «Трест Магнитострой» о переводе прав покупателя по договору купли-продажи, прекращении права собственности, погашении записи, признании права собственности, после того, как в рамках вышеуказанного дела, ФИО1 привлекли в качестве ответчика. С иском в суд о признании сделки недействительной ФИО1 обратилась - 20 октября 2023 года. 

Следовательно, срок для обращения в суд с данным иском для ФИО2 истекал 27 января 2024 года и не является пропущенным.

Оценив изложенное, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ФИО1 исковых требованиях о признании договора уступки права требования от 24 мая 2019 года, заключенного между ООО «Электрострой» и ФИО2, недействительной сделкой.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, Обществу с ограниченной ответственностью «Электрострой» о признании недействительным договора уступки права требования от 24 мая 2019 года, заключенного между Обществом с ограниченной ответственностью «Электрострой» и ФИО2, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Челябинский областной суд в апелляционном порядке через Правобережный районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий -подпись

Мотивированное решение составлено 07 марта 2024 года.