Дело НОМЕР 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

14 ноября 2018 года г. Миасс 

Миасский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Глуховой М.Е., 

при секретаре Орловой Н.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества супругов, признании сделки недействительной,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился с иском к ФИО2 о признании договора дарения, заключенного ДАТА между ФИО2 и ФИО3 недействительным, применении последствий недействительности сделки, признании жилого дома, общей площадью ... кв.м., земельного участка, общей площадью ... кв.м., расположенных по адресу: АДРЕС совместно нажитым имуществом, признании долей в указанном имуществе равными, разделе указанного имущества (т. 1 л.д. 8-9, 215-220).

В обоснование заявленных требований указал, что ДАТА между ним и ФИО2 был зарегистрирован брак, который расторгнут ДАТА на основании решения мирового судьи судебного участка № 7 г. Миасса Челябинской области. Раздел имущества между сторонами ранее не проводился, однако добровольно разделить совместно нажитое в браке имущество стороны не могут, соглашение о разделе имущества не заключено, брачный договор не заключался. В период брака было совместно нажито указанное выше имущество. Однако, ДАТА ФИО2 указанное имущество подарила ФИО3, не поставив при этом в известность истца. Полагает, что сделка совершена с целью отчуждения совместно нажитого в период брака имущества с целью исключения данного имущества из общей массы имущества супругов, подлежащего разделу между супругами после расторжения брака, то есть совершила мнимую сделку. Полагает, что данная сделка должна быть признана недействительной.

Определением Миасского городского суда от 24 октября 2018 года в качестве соответчика привлечена ФИО3 (т. 2 л.д. 34-37).

В судебном заседании представитель истца ФИО4 настаивал на удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в иске. 

Ответчик ФИО2, ее представитель ФИО5, ответчик ФИО3 в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, пояснили, что вкладывала деньги в строительство спорного дома ФИО3, полагая, что он будет принадлежать только ей, таким образом ей будет возвращена задолженность. Дарение было осуществлено после расторжения брака между Т-ными, т.е. их отношения не регламентировались СК РФ, они стали регламентироваться ГК РФ. Ответчик ФИО6 считала, что получила такое согласие от истца на распоряжение спорным домом, они имущество разделили, большая часть осталась у истца, а меньшая – у ФИО6.

Истец ФИО1, представители третьих лиц администрация МГО, Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Челябинской области в судебное заседание не явились, извещены.

Заслушав пояснения сторон, исследовав все материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. 

В соответствии со ст. ст. 166 ГК РФ сделка, недействительная по основаниям, установленным Гражданским кодексом Российской Федерации, в силу признания ее таковой судом (оспоримая) либо независимо от такого признания (ничтожная).

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

При наличии встречной передачи вещи или права либо встречного обязательства договор не признается дарением. К такому договору применяются правила, предусмотренные п. 2 ст. 170 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из смысла п. 1 ст. 170 ГК РФ, мнимые сделки совершаются для того, чтобы произвести ложное представление у третьих лиц о намерениях участников сделки изменить свое правовое положение.

Такая сделка характеризуется несоответствием волеизъявления подлинной воле сторон. В момент ее совершения воля обеих сторон не направлена на достижение правовых последствий в виде возникновения, изменения, прекращения соответствующих гражданских прав и обязанностей, а волеизъявление свидетельствует о таковых.

При обосновании мнимости сделки подлежит доказыванию, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки и применительно к договору дарения мнимость сделки исключает намерение дарителя прекратить свое право собственности на предмет сделки, а одаряемый со своей стороны не намерен приобрести право собственности на предмет сделки.

Исполнением договора дарения недвижимого имущества применительно к данной норме является его передача, а правовым последствием - переход права собственности на него от дарителя к одаряемому.

Из разъяснений, содержащихся в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Установлено и подтверждено материалами дела, что в период с ДАТА по ДАТА ФИО2 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке.

ДАТА между Миасским городским округом и ФИО2 заключен договор купли-продажи земельного участка, на котором расположены здания, строения и сооружения, предметом которого являлся земельный участок, расположенный по адресу: АДРЕС, с расположенным на нем жилым домом, общей площадью ... кв.м. (т. 1 л.д. 17, 31-32, 36).

ДАТА между ФИО2 и ФИО3 заключен договор дарения, согласно которому, даритель подарил, а одаряемый принял в дар в собственность недвижимое имущество: жилого дома, общей площадью ... кв.м., земельного участка, общей площадью 1500 кв.м., расположенные по адресу: АДРЕС (т. 1 л.д. 33).

Государственная регистрация права собственности ФИО3 на указанное имущество произведена ДАТА (т. 1 л.д. 41-43).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходит из того, что вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ истцом не было представлено доказательств, а в ходе судебного разбирательства не установлено обстоятельств, бесспорно и объективно подтверждающих мнимость совершенной ответчиками ФИО2 и ФИО3 сделки, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Напротив, проанализировав пояснения сторон, материалы дела, суд приходит к выводу о том, что действия участников сделки соответствовали требованиям ст. 572 ГК РФ о договоре дарения, стороны договора имели и реализовали намерения создать законные последствия своих действий - передать и получить в собственность безвозмездно недвижимое имущество. Переход титула собственника от дарителя к одаряемому на основании заключенного сторонами договора дарения, оформлен в соответствии с требованиями закона, и породил соответствующие правовые последствия характерные для данного вида сделок.

Так, из содержания договора дарения от ДАТА следует, что ФИО2 безвозмездно передает в качестве дара, а ФИО3 принимает недвижимое имущество: жилой дом, общей площадью ... кв.м., земельный участок, общей площадью 1500 кв.м., расположенные по адресу: АДРЕС. Договор дарения лично подписан его сторонами, указавшими, что правовые последствия заключаемого договора им известны. Из буквального толкования условий договора дарения следует, что воля ФИО2 была направлена на передачу принадлежащего ей имущества в дар ФИО3 Договор дарения заключен в установленном законом порядке, зарегистрирован. Из материалов регистрационного дела следует, что в подтверждение волеизъявления сторон, ФИО2 и ФИО3 лично обратились в орган, осуществляющий государственную регистрацию перехода права собственности с соответствующими заявлениями. Договор дарения соответствует требованиям законодательства, содержит все существенные условия договора продажи недвижимости, мнимость сделки истцом не доказана, договор исполнен сторонами, то есть повлек для сторон правовые последствия, которые присущи договорам данного вида, что свидетельствует о том, что воля сторон при заключении договора была направлена на достижение именно этих последствий.

Довод стороны истца на отсутствие у ФИО2 полномочия на совершение сделки по дарению спорного имущества, поскольку оно являлось совместной собственностью супругов Т-ных, основанием для удовлетворения требований ФИО1 также не является.

В соответствии со ст. 2 СК РФ семейное законодательство устанавливает порядок осуществления и защиты семейных прав, условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, определяет порядок выявления детей, оставшихся без попечения родителей, формы и порядок их устройства в семью, а также их временного устройства, в том числе в организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимися к членам семьи.

Как установлено судом, на основании решения мирового судьи судебного участка № 7 г. Миасса Челябинской области от ДАТА брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут.

Положения ст. 35 СК РФ, на которую ссылалась сторона истца, в отношении получения нотариально удостоверенного согласия одного из супругов при совершении сделки по распоряжению недвижимости другим супругом распространяются на правоотношения, возникшие между супругами, и не регулируют отношения, возникшие между иными участниками гражданского оборота, к которым относятся бывшие супруги.

Оспариваемый истцом договор дарения спорного имущества заключен ДАТА, то есть тогда, когда ФИО1 и ФИО2 перестали быть супругами, и, соответственно, получение нотариального согласия истца на отчуждение спорного недвижимого имущества бывшей супругой истца ФИО2 не требовалось, стороны приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой, осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (п. 2 ст. 253 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 3 названной статьи каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Согласно пояснениям ответчика ФИО2 следует, что когда она и истец брали в долг денежные средства у ФИО3, между ней и истцом был договор о том, что, если не смогут вернуть денежные средства, то дом отдадут ФИО3 

Из пояснений ФИО3 следует, что она знала о договоренности между истцом и ФИО2 о том, что после строительства дом будет подарен ей, требования к истцу о взыскании с задолженности предъявляла в устной форме, исковые требования не предъявляла, т.к. была уверена, что дом будет принадлежать ей, если Т-ны не вернут деньги. Деньги в строительство дома для своей дочери и зятя вкладывала она. 

В подтверждение вложения денежных средств в строительство спорного дома ФИО3 представлены выписки по счетам о движении денежных средств, которые подтверждают фактическую возможность ответчика производить строительство, а также копии расписок об оплате услуг по строительству спорного дома и приобретение строительных материалов.

Каких-либо доказательств того, что у ФИО2 отсутствовали полномочия на дарения спорного имущества ФИО3 и доказательств того, что ФИО3 должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности, в материалах дела не имеется, стороной истца не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания договора дарения, заключенного ДАТА между ФИО2 и ФИО3 недействительным.

Учитывая, что судом отказано в удовлетворении требований о признании договора дарения недействительным, оснований для применения последствий недействительности сделки, раздела указанного имущества у суда также не имеется.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о разделе совместно нажитого имущества супругов, признании сделки недействительной отказать.

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий М.Е. Глухова