Дело № 2-227/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Енисейск 19 июня 2018 г.

Енисейский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Ларионовой Н.М.

при секретаре Черноусовой О.А.

с участием истца ФИО1, представителя ответчика – ФИО2

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к муниципальному образованию Енисейский район о признании права собственности на реконструированное жилое помещение (квартиру),

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к муниципальному образованию Енисейский район о признании недействительным пункта договора передачи квартиры в собственность граждан.

Требования мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ истец состоит на регистрационном учёте по месту жительства в квартире по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, предоставленной ранее коллективным сельскохозяйственным предприятием «Верхнепашинское» в период работы в истца в данном хозяйстве. В соответствии с договором социального найма жилого помещения №.11 от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого между истцом и муниципальнымобразованием Енисейский район в лице руководителя МКУ «Центр имущественных отношений Енисейского района» истец являлся нанимателем жилого помещения, находящегося в муниципальной собственности Енисейского района, общей площадью 33,5 кв.м., по адресу: 

<

адрес>. На основании закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в РФ» с истцом был заключён договор передачи квартиры в собственность № от ДД.ММ.ГГГГ В марте 2016 г. истцом были поданы соответствующие документы в peгистрационную палату, где 23.03.2016 г. произведена государственная регистрация права на квартиру на имя истца. Однако, как позже выяснилось, в п. 1 договора передачи составителем документа - стороной ответчика, была допущена ошибка: вместо площади квартиры 33,5 кв.м. указано 16,0 кв.м., что не соответствует какдоговору социального найма так и действительности. По этой причине право истца на квартиру зарегистрировано с несоответствующими данными о размере площади жилья. Причиной, по которой истец не обратил вовремя внимания, на указанные в договоре не соответствующие размеры площади квартиры, являются не удовлетворительное зрение и полное доверие муниципальному органу, подготавливающему договор. В апреле 2016 г., с целью подтверждения факта имеющейся ошибки истец обратился в БТИ. Специалистами БТИ 20.04.2016 года была произведена техническая инвентаризация квартиры, по результатам которой предоставлена экспликация к поэтажному плану жилого дома. В соответствии с этим документам, по уточнённым данным, общая площадь квартиры равна 32,4 кв.м, что в свою очередь, не значительно меньше площади, указанной в договоре социального найма, и почти в два раза превосходит площадь, указанной в договоре передачи. В преамбуле закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в РФ» сказано, что вступление в права собственности на жилище дает гражданам возможность эффективно вкладывать свои средства, осуществлять накопление недвижимой собственности, выступать с ней на рынке недвижимости, свободно владеть, пользоваться и распоряжаться своим жилищем. Полагая, что несоответствие площади, указанной в договоре передачи, реальному положению дел, нарушают права на владение, пользование и распоряжение своим жилищем, истец обратился к ответчику с просьбой подготовить соответствующее дополнительное соглашение к существующемудоговору передачи или распорядиться иным образом для исправления допущенной ошибки. Однако в ответе от 28.11.2016 г. ответчиком предложено самостоятельно решать данную проблему обратившись в БТИ для проведения технической инвентаризации и подготовки измененного технического плана. Вместе с тем, после того, как истец через представителя обратился в Енисейский дополнительный офис Лесосибирского отделения БТИ, был получен письменный и устный ответ, из которого следует, что всоответствии с техническим паспортом от 17.03.1988 г. адрес квартиры истца, а именно 

<

адрес>, числился за другим жилым помещением, с площадью 16,0 кв.м. При этом, занимаемое истцом помещение указано как «Красный уголок» ранее существующего общежития. Таким образом, с учётом ответа сотрудника БТИ, можно сделать вывод, что ответчик, будучи собственником, должен был надлежащим образом оформить перепланировку квартиры истца, основываясь на соответствующем акте муниципального органа. Так как проживание истца в квартире основывалось на договоре социального найма, в котором указана площадь 33,5 кв.м., что в свою очередь соответствует действительности (после уточнения - 32,4 кв.м.), в договоре передачи так же должна была указана эта площадь. В связи с чем, истец полагает, для восстановления его права, необходимо признать договор недействительным в части указанной общей площади квартиры, в существующем договоре передачи, где неправильно указанно 16,0 кв.м. вместо 32,4 кв.м.В п. 1 договора передачи указано, что продавец передаёт занимаемую квартиру, общей площадью 16.0 кв. м. При том, что на момент подписания договора передачи, истец занимал квартиру, согласно договора социального найма, площадь которой была равна 33,5 кв.м., истец полагает, что имеет место существенного нарушения договора, так как занимаемая квартира не была передана в соответствии с законодательством. Кроме этого, в подтверждение факта проживания истца в квартире с площадью 33,5 кв.м., по 

<

адрес>, ещё до заключения договора социального найма, указывает выданная ООО УК «Домовёнок» квитанция оплаты ЖКУ за декабрь 2013 г. на имя истца, где в графе общая площадь числится 33.5 кв.м.

По изложенным основаниям истец просил признать недействительным п. 1 договора передачи квартиры в собственность № от ДД.ММ.ГГГГ, в части указанной общей площади 16.0 кв. м, на объект права - квартиру, по адресу: 

<

адрес>.

Впоследствии истец уточнил заявленные требования, указал, что реконструкция жилого помещения по указанному адресу осуществлялась не им, а предыдущим собственником, результаты реконструкции не были надлежащим образом оформлены, в связи с чем истец просит признать за ним право собственности на вновь возникшее жилое помещение в результате самовольной реконструкции – квартиру по адресу: 

<

адрес>, площадью 32,4 кв.м.

В судебном заседании истец ФИО1 уточнил требования в части площади жилого помещения. Просил признать за ним право собственности на вновь возникшее жилое помещение в результате самовольной реконструкции – квартиру по адресу: 

<

адрес>, площадью 31,9 кв.м. (согласно технического паспорта).

Представитель ответчика муниципального образования Енисейский район – ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании не возражала против удовлетворения заявленных требований. 

В представленных пояснениях на исковое заявление представитель Межмуниципального Лесосибирского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Красноярскому краю ФИО3 просила о рассмотрении дела в их отсутствие. 

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося представителя третьего лица. 

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит требования подлежащими удовлетворению ввиду следующего.

Согласно ч. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежит права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

На основании ст. 218 ГК РФ право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

В соответствии со ст. 1 Градостроительного кодекса РФ под реконструкцией понимается изменение параметров объектов капитального строительства, их частей (выноса, количества этажей, площади, показателей производственной мощности, объеме) и качества инженерно-технического обеспечения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.

По смыслу статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации и приведенных разъяснений созданием нового объекта является изменение характеристик, индивидуализирующих объект недвижимости (высоты, площади, этажности и пр.)

Пунктом 3 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке, за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка.

Согласно пункту 26 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию. Если иное не установлено законом, иск о признании права собственности на самовольную постройку подлежит удовлетворению при установлении судом того, что единственными признаками самовольной постройки являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, создавшее самовольную постройку, предпринимало меры. В этом случае суд должен также установить, не нарушает ли сохранение самовольной постройки права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан. 

Частью 2 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации установлено, что строительство, реконструкция объектов капитального строительства осуществляются на основании разрешения на строительство.

По общему правилу разрешение на строительство выдается органом местного самоуправления по месту нахождения земельного участка (часть 4 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации).

Из положений приведенных выше правовых норм и разъяснений в их взаимосвязи следует, что сохранение самовольно реконструированного объекта недвижимости и признание на него права собственности возможно в случае, если единственными признаками самовольной постройки у самовольно реконструированного объекта являются отсутствие разрешения на строительство и/или отсутствие акта ввода объекта в эксплуатацию, к получению которых лицо, осуществившее самовольную реконструкцию, предпринимало меры, однако уполномоченным органом в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию было неправомерно отказано, при этом сохранение объекта в реконструированном состоянии не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Таким образом, обстоятельства того, допущены ли при проведении самовольной реконструкции помещения существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, предпринимало ли лицо меры к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, является ли отказ уполномоченного органа в выдаче соответствующих документов правомерным, нарушает ли сохранение объекта в реконструированном состоянии права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает ли этот объект угрозу жизни и здоровью граждан, являются юридически значимыми по делам о сохранении помещения в реконструированном состоянии и признании права собственности на самовольно реконструированный объект недвижимости, подлежащими установлению и определению в качестве таковых судом в силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено в судебном заседании, на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ, выданного администрацией Верхнепашинского сельсовета, ФИО1 было предоставлено жилое помещение – однокомнатная квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 33,5 кв.м

В соответствии с постановлением администрации 

<

адрес> №-п от ДД.ММ.ГГГГ жилой многоквартирный дом, в котором расположена квартира истца, до ДД.ММ.ГГГГ имел статус общежития, которое данным постановлением было переведено в жилой многоквартирный дом; этим же постановлением было предписано Комитету по управлению муниципальным имуществом по Енисейскому району внести изменения в реестр муниципальной собственности Енисейского района, а Верхнепашинской сельской администрации – выдать гражданам ордера на вселение в квартиры.

С момента получения ордера и по настоящее время истец проживает и пользуется данной квартирой.

ДД.ММ.ГГГГ между муниципальным образованием Енисейский районе в лице администрации Енисейского района и ФИО1 заключен договор социального найма жилого помещения № 01.11, согласно которому наймодатель - администрация Енисейского района передает нанимателю. ФИО1 в бессрочное владение и пользование изолированное жилое помещение, площадью 33,5 кв.м, расположенное по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно сведениям кадастрового паспорта от ДД.ММ.ГГГГ, данная квартира была поставлена на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ, присвоен кадастровый №, при этом общая площадь данной квартиры указана 16 кв.м; указанные сведения были внесены в Единый кадастр недвижимости в соответствии с имеющимися данными Филиала ФГУП «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» о технической инвентаризации жилого дома и данной квартиры по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.

На основании заявления ФИО1 и в соответствии с договором № передачи квартиры в собственность, заключенному ДД.ММ.ГГГГ, данное жилое помещение в порядке приватизации, предусмотренной положениями Закона РФ «О приватизации жилищного фонда РФ», безвозмездно передано администрацией 

<

адрес> в лице руководителя МКУ «Центр имущественных отношений Енисейского района» ФИО5 (продавцом) в частную собственность ФИО1 Пунктом 1 данного договора, подписанного сторонами, предусмотрено, что площадь передаваемого ФИО1 жилого помещения составляет 16 кв.м. Регистрация права собственности ФИО1 в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество на основании заключенного договора от ДД.ММ.ГГГГ произведена Управлением Федеральной Службы государственной регистрации, кадастра и картографии по 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ, о чем выдано соответствующее свидетельство о государственной регистрации права.

Из пояснений истца следует, что площадь 

<

адрес> кв.м. ошибочно была указана в договоре продавцом на основании сведений кадастрового учёта (кадастрового паспорта жилого помещения), также содержащего ошибочные данные в части указания площади квартиры, на что он (истец) при постановке объекта на кадастровый учет и получения кадастрового паспорта, не обратил внимания. После произведенных по его заявлению органом технического учета измерений ДД.ММ.ГГГГ была составлена новая экспликация к поэтажному плану жилого дома и принадлежащей ему квартиры, согласно которой фактически общая площадь принадлежащей ему квартиры составила 32,4 кв.м.

При обращении с письменным заявлением о внесении соответствующих изменений в ранее заключённый договор передачи квартиры в собственность письмом от ДД.ММ.ГГГГ МКУ «Центр имущественных отношений Енисейского района» отказано в его удовлетворении, со ссылкой на отсутствие законных основании для внесения изменения со стороны МКУ «Центр имущественных отношений Енисейского района» ввиду прекращения за ответчиком права собственности на квартиру; письмом от ДД.ММ.ГГГГ истцу также отказано органом БТИ во внесении изменений в сведения технического учета в отношении квартиры с целью дальнейшего их предоставления в орган кадастрового учета, с указанием возможности внесения таких изменений в отношения объекта недвижимости только при обращении собственника объекта капитального строительства. Неверное указание площади принадлежащей истцу квартиры нарушает его права как собственника объекта недвижимости. 

Как следует из пояснений истца, реконструкция жилого помещения произведена предыдущим собственником. 

В связи с внесением изменений в площадь объекта недвижимости, расположенного по адресу: 

<

адрес>, ДД.ММ.ГГГГ подготовлен технический план помещения, согласно которому площадь объекта (квартиры) составляет 31,9 кв. м. 

Проанализировав представленные по делу доказательства, учитывая отсутствие возражений со стороны ответчика, отсутствие сведений о нарушении прав и законных интересов других лиц, суд приходит к выводу о правомерности заявленных истцом требований, наличии оснований к признанию за истцом права собственности на реконструированное жилое помещение (квартиру) по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, общей площадью 31,9 кв.м. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 ФИО10 удовлетворить.

Признать за ФИО1 ФИО11 право собственности на реконструированный объект недвижимости – квартиру, общей площадью 31,9 кв.м., расположенную по адресу: Россия, 

<

адрес>, 

<

адрес>, с кадастровым номером №.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, через Енисейский районный суд Красноярского края путем подачи апелляционной жалобы. 

Председательствующий Н.М. Ларионова

мотивированное решение составлено 02 июля 2018 г.

Судья Н.М. Ларионова