К делу № 2-328/19

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

4 февраля 2019 года г. Таганрог

Таганрогский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Полиёвой О.М.,

при секретаре судебного заседания Чеченевой Т.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Акционерному обществу «Русская Телефонная Компания» о предоставлении работы, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Акционерному обществу «Русская Телефонная Компания» (АО «РТК») о восстановлении на работе, предоставлении работы в соответствии с условиями трудового договора, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истица указала, что 

<

дата> между ней и АО «РТК» был заключен трудовой договор № 940-рю, в соответствии с которым она была принята на должность менеджера офиса продаж №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, а затем переведена на должность начальника офиса продаж, расположенного по адресу: 

<

адрес> В 2015 г. ей был предоставлен отпуск по уходу за ребенком по достижению последним трехлетнего возраста, то есть до 2018г. В период нахождения ее в отпуске по уходу за ребенком, а именно в 2016 г., офис, в котором находилось её рабочее место, был закрыт. 17.10.2018 г. она уведомила работодателя об окончании периода её отпуска и выходе на работу, однако, рабочее место ей предоставлено не было, а позже ей стало известно об объявлении простоя в офисе № по причине организационного характера и о том, что заработная плата ей выплачивается в размере 2/3 от среднего заработка. Считает, что период непредставления ей рабочего места является периодом вынужденного прогула, а потому заработная плата ей должна быть выплачена в полном объеме, отказ работодателя выплатить ей заработную плату влечет за собой взыскание с него компенсации морального вреда. 

В ходе рассмотрения дела истица ФИО2 отказалась от требований в части о восстановлении на работе, данный отказ принят судом, о чем вынесено определение.

В порядке ст. 39 ГПК РФ истица неоднократно уточняла и увеличивала исковые требования и в окончательной редакции просила суд обязать ответчика предоставить ей рабочее место в АО «РТК» в должности Начальника офиса продаж Дивизиона «Северо Запад Юг» в г. Таганроге, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула за период с 19.10.2018 г. по 05.12.2018 г. в размере 78 715,52 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб. 

В судебном заседании истица ФИО2 и её представитель адвокат Загуменко Г.Е. уточненные исковые требования поддержали, пояснив, что до окончания отпуска по уходу за ребенком истица обратилась с заявлением к работодателю о том, что она готова приступить к работе. Однако, в течение длительного времени ей рабочее место не предоставили, решение о ее работе не приняли. Лишь в декабре 2018 г. она узнала, что издан приказ об объявлении простоя и за период с 1.11.2018 г. ей начали выплачивать 2/3 от среднего заработка. После окончания отпуска по уходу за ребенком, на больничном она не находилась. Поскольку рабочее место ей не предоставили, то она, будучи дома, осуществляла уход за ребенком, о чем и уведомила работодателя, указав, что готова приступить к работе в любое время. Полагают незаконными действия работодателя по начислению истице 2/3 от среднего заработка, поскольку до ознакомления с приказом об объявлении простоя, зарплата должна была быть начислена и выплачена в полном объеме. Просили иск удовлетворить в полном объеме, а также взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 16000 руб.

Представитель ответчика – ФИО3, действующий на основании доверенности № 0038/18 от 01.01.2018 г., исковые требования не признал, пояснив, что в период нахождения истицы в отпуске по уходу за ребенком, офис, в котором она работала, был закрыт по причине расторжения договора аренды с собственником помещения. После подачи истицей заявления о выходе из отпуска по уходу за ребенком, она направила письмо, в котором указала, что находится на больничном. Поскольку подходящего места работы для истицы работодатель предложить не мог, было принято решение об объявлении простоя и с 01.11.2018 г. ей производилась оплата простоя в размере 2/3 среднего заработка в установленный срок. Документы, подтверждающие нахождение на больничном истицей представлено не было, поэтому оплата за период с 19.10.2018 г. по 31.10.2018 г. не производилась. Полагает, что оснований для выплаты заработной платы в полном размере не имеется. Просил в удовлетворении исковых требований отказать.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

Согласно ч. 1 ст. 20 ТК РФ сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель.

Работником в силу ч. 2 ст. 20 ТК РФ является физическое лицо, вступившее в трудовые отношения с работодателем, работодателем - физическое либо юридическое лицо (организация), вступившее в трудовые отношения с работником. В случаях, предусмотренных федеральными законами, в качестве работодателя может выступать иной субъект, наделенный правом заключать трудовые договоры (ч. 4 ст. 20 ТК РФ).

Трудовые отношения, как следует из положений ч. 1 ст. 16 ТК РФ, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации. 

Положениями ст. ст. 21, 22 ТК РФ установлено, что работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии с абз. 3 ч. 2 ст. 22 ТК РФ работодатель обязан предоставлять работникам работу, обусловленную трудовым договором.

Как установлено в судебном заседании, 20.07.2009 г. между ФИО2 и ЗАО «Русская Телефонная Компания» был заключен трудовой договор № 940-рю, в соответствии с которым ФИО2 принята на должность менеджера Регион Юг/

<

адрес>, с должностным окладом в размере 6000 руб. (л.д. 41-44).

В соответствии с дополнительным соглашением от 16.11.2010 г., трудовой договор № 940-рю от 20.07.2009 г. дополнен п. 4.1.8 следующего содержания: «На основании ст. 72.1. ТК РФ в связи с производственной необходимостью Общество имеет право перемещать Работника (в пределах муниципального образования, а в случае при перемещении в городе федерального значения – в черте соответствующего города) без согласия последнего.» (л.д. 45). 

Приказами № 000943-О-0611 от 07.08.2015 г., № 001405-О-0611 от 21.12.2015 г. и № 000915-О-0611 от 04.07.2017 г. по заявлениям ФИО2 ей были предоставлены отпуска по беременности и родам, по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора, а затем 3-х лет с 03.08.2015 г. по 18.10.2018 г. (л.д. 46-48).

17.10.2018 г. ФИО2 направила работодателю заявление о выходе из отпуска по уходу за ребенком 19.10.2018 г. (л.д. 49-50).

Согласно ч. 4 ст. 256 ТК РФ на период отпуска по уходу за ребенком за работником сохраняется место работы (должность).

По смыслу приведенной нормы права по окончанию отпуска работнику гарантируется право вернуться на свое прежнее или эквивалентное место работы с оплатой труда по прежним ставкам, а у работодателя соответственно возникает обязанность в предоставлении такому лицу работы по ранее занимаемой должности по окончании отпуска.

В обоснование заявленных требований истица ссылается на то, что по окончании отпуска по уходу за ребенком, работодатель не предоставил ей работу в соответствии с трудовым договором, объявив простой и производя оплату в размере 2/3 средней заработной платы, что по ее мнению является незаконным, заработная плата должна была быть начислена в размере среднего заработка.

Заявляя о том, что ФИО2 с 19.10.2018 г. к работе не приступила, сообщив, что находится на больничном, каких-либо действий, направленных на решение вопроса о предоставлении ей рабочего места со стороны ответчика не предпринималось.

Кроме того, факт непредоставления истице работы, обусловленной трудовым договором, после окончания отпуска по уходу за ребенком, подтверждается изданием 05.12.2018 г. АО «РТК» приказа № 000025-Н-0611 об объявлении времени простоя ФИО2 менеджера Офиса продаж Е264 Регион в Ростовской области в связи с организационным характером с 01.11.2018г., на основании Распоряжения № РТК-01/5504-Р от 04.12.2018 г., с которым ФИО2 ознакомилась 06.12.2018г. (л.д. 52-54).

При этом, доказательств предоставления истице работы в период с 19.10.2018 г. по 31.10.2018 г. ответчиком в материалы дела не представлено, со ссылкой на то, что при наличии листка нетрудоспособности за указанный период, ими была бы произведена оплата. Но до настоящего времени документы, подтверждающие отсутствие истицы на работе в указанный период по уважительной причине – ухода за больным ребенком, не представлены, поэтому оплата не произведена.

В силу ч. 1 ст. 68 ГПК РФ объяснения сторон об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела также являются доказательствами и подлежат оценке наряду с другими доказательствами.

В обоснование своих возражений представитель ответчика сослался на поступившее от истицы 17.10.2018 г. по электронной почте письмо, в котором она указала, что планирует выходить на работу, но находится на больничном (л.д. 49).

Между тем, доводы истицы о том, что на момент выхода ее из отпуска у ответчика отсутствовала работа, подтверждаются перепиской по электронной почте от 26.10.2018 г., 31.10.2018 г., 15.11.2018 г., 19.11.2018 г. (л.д. 10-13), а также сведениями ответчика об отсутствии вакантных должностей за период с 17.10.2018 г. по 01.11.2018 г. НОП и ИС в г. Таганроге. 

Каких-либо кадровых решений в отношении истицы с 19.10.2018 г. работодателем не принималось, что свидетельствует об отсутствии у него претензий к ней по поводу ее невыхода на работу в течение указанного периода, и косвенно подтверждает доводы истицы об отсутствии рабочего места.

В силу ст. 234 ч. 1 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.

Согласно ст. 155 ТК РФ при невыполнении норм труда, неисполнении трудовых (должностных) обязанностей по вине работодателя оплата труда производится в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени (часть 1).

Изложенное в совокупности свидетельствует о незаконных действиях ответчика по не предоставлению ФИО2 работы, обусловленной трудовым договором при отсутствии таких оснований, в связи с чем, работодатель должен нести материальную ответственность в виде возмещения работнику недополученного заработка и выплата заработной платы за время вынужденного простоя с 19.10.2018 г. по 31.10.2018 г. должна производиться в соответствии с частью 1 ст. 155 ТК РФ в размере не ниже средней заработной платы работника, рассчитанной пропорционально фактически отработанному времени.

Таким образом, требования истицы в части взыскания среднего заработка за период с 19.10.2018 г. по 31.10.2018 г. суд признает обоснованным. 

Согласно справке ответчика от 14.01.2019 г. среднечасовой заработок истицы составил 189,22 руб./час. Количество рабочих дней в периоде вынужденного прогула с 19.10.2018 г. по 31.10.2018 г. составляет 9 дней, или 72 часа. Сумма среднего заработка за период вынужденного прогула составит: 189,22 руб. (стоимость часа работы)*8 часов*9 дней = 13 623,84 руб. (без учета НДФЛ).

По смыслу положений ч. 3 ст. 72.2 ТК РФ простой - это временная приостановка работы по причинам экономического, технологического, технического или организационного характера.

Время простоя по вине работодателя оплачивается в размере не менее двух третей средней заработной платы работника (ч. 1 ст. 157 ТК РФ).

Из представленных в материалы дела расчетных листков следует, что ФИО2 за расчетный период с 01.11.2018 г. по 30.11.2018 г. была начислена оплата за период простоя в размере 22 201,82 руб. (за вычетом НДФЛ – 19315,81 руб.), за расчетный период с 01.12.2018 г. по 21.12.2018 г. начислена оплата за период простоя в размере 21 192,64 руб. (за вычетом НДФЛ – 18437,64 руб.). 

Таким образом, оплата периода временного простоя с 01.11.2018 г. по 05.12.2018 г. была произведена ответчиком в полном соответствии с требованиями ч. 2 ст. 157 ТК РФ и приказом работодателя, в связи с чем, трудовые права ФИО2 по заявленным ею в иске основаниям ответчиком нарушены не были и у суда отсутствуют правовые основания для взыскания с ответчика заработной платы за указанный период в размере среднего заработка.

В силу ст. 237 ТК РФ суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы) (ч. 2 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации ТК РФ»). Размер этой компенсации определяется судом (ст. 237 ТК РФ).

Учитывая характер спорных правоотношений, обстоятельства при которых истице был причинен моральный вред, а именно нарушение прав истицы в связи с не предоставлением рабочего места по окончании отпуска по уходу за ребенком и несвоевременное издание приказа о простое, суд считает, что размер компенсации морального вреда следует определить в сумме 2000 руб.

При таком положении, исковые требования подлежат удовлетворению частично.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Из содержания указанных норм следует, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования.

Вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного в суд требования непосредственно связан с выводом суда, содержащимся в резолютивной части его решения (ч. 5 ст. 198 ГПК РФ), о том, подлежит ли заявление удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и приводит к необходимости возмещения судебных расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов. В то же время пропорциональный принцип распределения судебных расходов не применяется при разрешении неимущественных требований.

Таким образом, правило о пропорциональном распределении судебных расходов в случае частичного удовлетворения исковых требований является обязательным при разрешении требований о взыскании судебных расходов.

Истица просила взыскать с ответчика расходы на оплату услуг представителя в размере 16 000 руб., размер указанных расходов как разумных, ответчик в ходе рассмотрения дела не оспаривал, доказательств обратного не представлял.

Учитывая, что заявленные в настоящем деле имущественные исковые требования удовлетворены частично, истицей заявлено о взыскании с ответчика среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 78 715,52 руб., судом удовлетворены требования в размере 13 623,84 руб., следовательно, исковые требования ФИО2 были удовлетворены на 17,3%, и она имеет право на пропорциональную компенсацию судебных расходов в указанном размере, что составляет 3000 руб. от заявленной суммы в 16 000 руб. 

В силу ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобожден, подлежит взысканию с ответчика. В соответствии со ст. 333.19 п.1 пп. 1 НК РФ размер госпошлины составит: по требованиям имущественного характера – 545 руб., по требованиям о компенсации морального вреда – 300 руб., а всего 845 руб.

Руководствуясь ст.ст. 98, 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Русская Телефонная Компания» о предоставлении работы, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, – удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Русская Телефонная Компания» в пользу ФИО1 заработную плату за период с 19.10.2018 г. по 31.10.2018 г. в сумме 13 623,84 руб. (без учета НДФЛ), компенсацию морального вреда 2000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 3000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с Акционерного общества «Русская Телефонная Компания» госпошлину в доход местного бюджета в сумме 845 руб.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Таганрогский городской суд Ростовской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий 

Мотивированное решение изготовлено в окончательной форме 08.02.2019 г.