Дело№1-144/2017 

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 9 августа 2017 года

Судья Октябрьского районного суда г. Санкт-Петербурга Вайтекунас Э.С. с участием: 

государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Адмиралтейского района г.Санкт-Петербурга Суворовой М.В.,

потерпевшей 

<

данные изъяты> О.А.,

представителя потерпевшего ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника Строговой А.Ю., представившей удостоверение № и ордер №, 

при секретарях Белозеровой А.Д., Цеменя К.Ю., Рябовой Н.Д., Федосеевой А.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела в отношении:

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца г.

<

данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, русского, с 

<

данные изъяты> образованием, 

<

семейное положение>, несовершеннолетних детей не имеющего, зарегистрированного в 

<

адрес> 

<

адрес>, фактически проживавшего в г. Санкт-Петербурге, 

<

адрес>, работавшего в ООО «

<

данные изъяты>» 

<

должность>, ранее судимого по приговору Красносельского районного суда г.Санкт-Петербурга от 06 августа 2015 года по ст.228 ч.2 УК РФ к 4 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком на 3 года, содержавшегося под стражей в период с 31 мая 2015 года по 06 августа 2015 года, а также по данному уголовному делу содержащегося под стражей с 12 февраля 2017 года, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч.1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершил убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку. 

Так, ФИО2 11 февраля 2017 года в период времени с 21 часа 53 минут до 22 часов 12 минут, находясь в 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, в ходе ссоры, умышленно, с целью причинения смерти 

<

данные изъяты> И.А., используя в качестве оружия неустановленный нож, имеющий острый конец, лезвие и обушок с ребрами, и удерживая его в правой руке, нанес им 

<

данные изъяты> И.А. два удара в область расположения жизненно-важных органов - грудную клетку 

<

данные изъяты> И.А., один из которых пришелся также в левое плечо, причинив тем самым ему две колото-резаных раны груди с повреждением сердца и печени, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью 

<

данные изъяты> И.А., а также одну колото-резаную сквозную рану левого плеча, которая квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья и не состоит в причинно-следственной связи со смертью 

<

данные изъяты> И.А. Смерть 

<

данные изъяты> И.А. наступила на месте происшествия 11 февраля 2017 года в период времени с 21 часа 53 минут до 22 часов 41 минуты от колото-резаных ран груди, проникающих в полость груди и брюшины с повреждением сердца и печени, осложнившихся острой массивной кровопотерей (2,5 литра: 2 литра крови в левой плевральной полости, 300 мл крови в сердечной сумке, 200 мл в брюшной полости, малокровие органов).

Подсудимый ФИО2 виновным себя в совершении данного преступления признал формально, поскольку не помнит того, как наносил удары ножом, и показал, что 11 февраля 2017 года приехал в гости к 

<

данные изъяты> И.О. в квартиру на пер.Гривцова, где находились 

<

данные изъяты> И.О., 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> Д.Г., 

<

данные изъяты> В.О. и ранее не знакомый ему 

<

данные изъяты> И.А. Они вместе распивали алкогольные напитки, ввиду чего все находились в состоянии сильного алкогольного опьянения. Затем между ним и 

<

данные изъяты> И.А. произошел спор, а через некоторое время 

<

данные изъяты> И.А. стал неадекватно себя вести по отношению к нему (ФИО2), а именно, подошел и стал трогать его за тело, на что он толкнул 

<

данные изъяты> И.А. рукой в грудь. Спустя время 

<

данные изъяты> И.А. лег спать на диван, где лежал 

<

данные изъяты> В.О., которого 

<

данные изъяты> И.А. стал тоже трогать за тело. Тогда он (ФИО2) подошел к 

<

данные изъяты> И.А. и схватил его за ногу, на что тот нанес ему удар ногой по ноге. Увидев, что 

<

данные изъяты> И.А. обмочился, он (ФИО2) ударил его кулаком в лицо, между ними завязалась драка, дальнейших событий он ( подсудимый) не помнит и показал только то, что помнит, как достал нож из тела лежащего на диване 

<

данные изъяты> И.А., после чего нож выбросил в сторону окна. Когда же увидел, как 

<

данные изъяты> И.А. встал и тут же упал на пол, у него пошла кровь изо рта, сказал 

<

данные изъяты> Е.Н. вызывать скорую помощь, после чего ушел из квартиры. При этом подсудимый настаивал на том, что кроме него 

<

данные изъяты> И.А. ножевых ранений никто из находящихся в это время в комнате причинить не мог. 

В ходе следствия подсудимый дал более подробные показания, которые были оглашены судом в порядке ст. 276 ч.1 п.1 УПК РФ ( т.2 л.д. 12-15, л.д. 20-22, 43-45), которые ФИО2 также подтвердил при проверке их на месте (т.2 л.д. 23-38), когда показал, что в ходе драки между ним и 

<

данные изъяты> И.А., последний упал на диван на спину, а он в этот момент нанес 

<

данные изъяты> И.А. имеющимся у него складным ножом «Викинг» два удара в область груди, отчего 

<

данные изъяты> И.А. начал задыхаться, встал с дивана, но сразу же упал на пол. Несмотря на то, что ФИО2 не смог подтвердить данные показания в суде, поскольку этих событий не помнил, суд расценивает данные показания подсудимого на следствии как допустимые доказательства его вины, поскольку они были получены в присутствии защитника и с соблюдением требований уголовно- процессуального законодательства и будучи предупрежденным о том, что данные им показания могут быть использованы против него и в случае последующего отказа от них.

Вина подсудимого ФИО2 в совершении данного преступления также подтверждается: 

Показаниями потерпевшей 

<

данные изъяты> О.А., которая показала, что 

<

данные изъяты> И.А. является ее единственным сыном от первого брака, до осени 2016 года они проживали вместе в Ростовской области, а затем он поступил в университет в г.Санкт-Петербурге и уехал, стал проживать в общежитие, хорошо учился и получал стипендию, спиртным не злоупотреблял, вел себя спокойно и ни с кем в конфликты не вступал, был начитанным. Она к сыну не приезжала, но они постоянно созванивалась по телефону. В г. Санкт-Петербурге из родственников также проживал ее племянник 

<

данные изъяты> А.С., с которым сын периодически виделся и общался по телефону. Последний раз она разговаривала с сыном по телефону 10 февраля 2017 года, когда он находился в общежитии, затем она позвонила ему 11 февраля 2017 года около 21 часа 00 минут, но телефон не отвечал, а со слов матери ей стало известно, что сын звонил ей и сказал, что гуляет с другом и собирается идти домой. На следующий день телефон сына также не отвечал, в последующем от 

<

данные изъяты> А.С. ей стало известно, что сына убили. 

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> Е.Н., когда она показала, что с 10 февраля 2017 года она находилась в компании с 

<

данные изъяты> В.О., 

<

данные изъяты> Д.Г. и 

<

данные изъяты> И.О. в комнате у последнего на пер. Гривцова, где в большом количестве распивали спиртное, и где уже 11 февраля 2017 года к ним присоединились ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А. Около 21.00 часа 11 февраля 2017 года она заснула на расправленном диване, находившемся в этой же комнате, где спал и 

<

данные изъяты> В.О. Проснулась она от того, что упала с дивана, в виду нахождения в состоянии сильного опьянения ничего не понимала, подошла к окну курить и услышала, как кто-то из находившихся в комнате заметил, что 

<

данные изъяты> И.А., который тоже спал на диване, обмочился. Затем она видела, как ФИО2 сидел на диване рядом с 

<

данные изъяты> И.А. и 

<

данные изъяты> В.О., который через некоторое время подошел к ней, и она увидела, что у него из руки течет кровь, в то время как самой драки она не видела. В последующем она же видела, что 

<

данные изъяты> И.А. встал с дивана, тут же упал на пол и потерял сознание, в связи с чем ему вызвали скорую помощь. Также свидетель показала, что выходила на улицу, чтобы снять деньги, так как ранее заказала доставку пиццы, а когда вернулась, в комнату пришел разносчик пиццы, который по ее просьбе осмотрел 

<

данные изъяты> И.А., потрогав пульс, и сообщил, что он мертв, что нужно вызывать сотрудников полиции. Через некоторое время в комнату, где помимо нее находились 

<

данные изъяты> В.О. и 

<

данные изъяты> И.О., пришли сотрудники скорой помощи, которые осмотрели 

<

данные изъяты> И.А. и сообщили о его смерти.

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> Е.Н., данными ею в ходе предварительного расследования и оглашенными в порядке ст. 281 ч.3 УПК РФ ( т.1 л.д. 107-110, 111-115), когда она также показала, что когда около 19.00 часов она легла спать на диван, то в комнате между присутствующими никаких конфликтов не было. Когда же она проснулась около 21 часа 30 минут, ФИО2 стоял курил, а 

<

данные изъяты> И.А. и 

<

данные изъяты> В.О. спали на диване. Она в 21 час 53 минуты стала по телефону заказывать доставку пиццы, в то время как кто-то из присутствующих стал кричать, что 

<

данные изъяты> И.А. обмочился и который проснулся и ударил кого-то кулаком, после чего его тоже кто-то ударил, и между ними началась потасовка. Она ( свидетель), выпив спиртное, продолжала курить у окна, а когда повернулась, то увидела, что 

<

данные изъяты> И.А. уже лежит на диване, рядом с ним стоит ФИО2 и замахивается рукой на 

<

данные изъяты> И.А., в то время как стоящий между ними 

<

данные изъяты> В.О. пытается прекратить драку. Она вновь отвернулась к окну, когда к ней подошел 

<

данные изъяты> В.О., показал свою кисть руки, которая была порезана и сильно кровоточила. В это же время 

<

данные изъяты> И.А. встал с дивана, а потом резко упал на пол и больше не подавал признаков жизни. Она ( свидетель) и 

<

данные изъяты> В.О. попытались оказать 

<

данные изъяты> И.А. помощь, нанося ему по щекам удары, при этом 

<

данные изъяты> В.О. испачкал своей кровью 

<

данные изъяты> И.А. и его одежду. Все это наблюдали стоящие рядом ФИО2, 

<

данные изъяты> Д.Г. и 

<

данные изъяты> И.О. Тогда она (

<

данные изъяты> Е.Н.) вызвала скорую помощь, после чего попросила у ФИО2 денег оплатить пиццу, а после того, как он ей дал банковскую карту, вышла на улицу, сняла в банкомате деньги, где встретила ФИО2, которому отдала карту и вернулась в комнату, в то время как ФИО2 и 

<

данные изъяты> Д.Г. ушли. В комнате она вновь увидела лежащего на полу 

<

данные изъяты> И.А. 

Несмотря на то, что свидетель данные показания не подтвердила в суде, суд расценивает их как доказательство вины подсудимого, поскольку они были получены от 

<

данные изъяты> Е.Н. после того, как она была предупреждена о возможности использовать ее показания в качестве доказательства по делу и при последующем отказе от них, показания прочитала и протоколы допроса подписала без каких-либо замечаний, при этом убедительных причин отказа в суде от данных показаний и оснований им не доверять свидетель суду не назвала. Поскольку из показаний 

<

данные изъяты> Е.Н. и подсудимого, судом установлено, что свидетель находится в дружеских отношениях с ФИО2, суд считает, что 

<

данные изъяты> Е.Н. не подтвердила свои показания на следствии, изобличающие подсудимого, в целях его обелить в настоящее время.

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> И.О., который показал, что в феврале 2017 года проживал в комнате, которую снимал в 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге. В период с 10 по 11 февраля 2017 года у него в гостях были 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> Д.Г., 

<

данные изъяты> В.О., ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А., где все вместе распивали долгое время спиртное, тут же спали на диване в комнате, в связи с чем он всех событий происходивших тогда не помнит. В какой-то момент между ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А. началась словесная перепалка, которая переросла в драку между ними, и в которую вмешался 

<

данные изъяты> В.О., вследствие чего от участников драки получил порез на руке. В последующем ФИО2 и 

<

данные изъяты> Д.Г. ушли из квартиры, а 

<

данные изъяты> И.А., который упал на пол рядом с диваном, вызвали скорую, до приезда которых он и другие находившиеся в комнате 

<

данные изъяты> И.А. не перемещали. Также свидетель показал, что ни у кого из находившихся в комнате острых предметов не было, но они пользовались в процессе распития спиртного ножами, когда готовили пиццу. Также свидетель настаивал на том, что драка была только между ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А. Когда же в комнату пришли сотрудники скорой помощи, то они констатировали смерть 

<

данные изъяты> И.А., пояснив, что последний умер от ножевого ранения. В последующем всех их задержали сотрудники полиции. При этом свидетель, осмотрев в судебном заседании фотографии с осмотра места происшествия, подтвердил, что труп 

<

данные изъяты> И.А. до приезда сотрудников скорой помощи и полиции располагался именно там, где это зафиксировано на фото№, т.е. у расправленного дивана.

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> Д.Г., который показал, что в феврале 2017 года некоторое время проживал в комнате у 

<

данные изъяты> И.О. 11 февраля 2017 года у них в гостях были 

<

данные изъяты> Е.Н., ФИО2, 

<

данные изъяты> И.А., 

<

данные изъяты> В.О., все вместе они распивали спиртное. На некоторое время он ( свидетель) засыпал тут же в комнате, проснулся от шума потасовки, происходившей между ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А., когда последний, лежа на диване, обмочился. Затем он ( свидетель) видел, как ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А., находясь у дивана, дрались, пришедший с кухни 

<

данные изъяты> В.О. стал их разнимать, после чего он (

<

данные изъяты> Д.Г.) увидел кровь на руке 

<

данные изъяты> В.О. и лежащего на полу у дивана 

<

данные изъяты> И.А. Однако острых предметов он ни у кого не видел. Сразу же после этого ФИО2 собрался и сказав, что идет в бар, ушел. Тогда он (

<

данные изъяты> Д.Г.), видя, что 

<

данные изъяты> И.А. потерял сознание? попросил 

<

данные изъяты> Е.Н. вызвать скорую помощь, а сам ушел в тот же бар, где ФИО2 рассказал ему, что только что порезал ножом 

<

данные изъяты> И.А. В последующем они поехали домой к ФИО2, где их задержали сотрудники полиции, которым ФИО2 признался в том, что это он порезал 

<

данные изъяты> И.А., при этом сотрудники полиции на него никакого давления не оказывали. 

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> В.О., который показал, что 11 февраля 2017 года был в гостях у 

<

данные изъяты> И.О., где также были 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> Д.Г., 

<

данные изъяты> И.А., ФИО2, все вместе распивали спиртное. Спустя некоторое время он и 

<

данные изъяты> И.А. легли спать на диван в комнате. Через некоторое время он ( свидетель) проснулся от чьих то криков о том, что 

<

данные изъяты> И.А. обмочился на диван. Увидев, что 

<

данные изъяты> И.А. продолжает лежать на диване, встал и прошел к окну, где стояла 

<

данные изъяты> Е.Н. В то время как между 

<

данные изъяты> И.А. и ФИО2 сначала завязалась словесная перепалка, которая потом переросла в обоюдную драку. Тогда он (

<

данные изъяты> В.О.) решил их разнять, подошел к ним, ударил какого-то из них кулаком, а в ответ также от кого-то их них получил удар рукой, после чего отошел от них к окну. При этом 

<

данные изъяты> Е.Н. обратила его внимание на то, что кисть его руки порезана и кровоточит. Также свидетель показал, что острых предметов ни у кого он не видел, однако 

<

данные изъяты> И.А., встав с дивана, тут же упал на пол, после чего ФИО2 оделся и вышел из комнаты, следом за ним ушел 

<

данные изъяты> Д.Г. Когда же он (

<

данные изъяты> В.О.) подошел к 

<

данные изъяты> И.А. и перевернул его, то увидел, что 

<

данные изъяты> И.А. задыхается, при этом повреждений у него не заметил. Тогда он ( свидетель) вышел на кухню, где взял полотенце, которым обернул свою руку, а когда вернулся в комнату увидел, что 

<

данные изъяты> Е.Н. вызвала скорую. В последующем он (свидетель) встречал сотрудников сокрой помощи на улице, проводил их в комнату к 

<

данные изъяты> И.А. Его ( свидетеля) также увезли в больницу, где зашили рану на руке, от чьих действий она образовалась, он так и не понял. В последующем из общения с 

<

данные изъяты> Д.Г. от него узнал, что ФИО2 рассказывал ему (

<

данные изъяты> Д.Г.), что именно он (ФИО2) убил 

<

данные изъяты> И.А. 

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> И.Г., который с учетом показаний, данных им на следствии, которые были оглашены в суде в порядке ст. 281 ч.3 УПК РФ ( т.1 л.д. 187-189), которые он подтвердил в суде, показал, что 11 февраля 2017 года в 21 час 53 минуты принял заказ по доставке пиццы в квартиру на пер. Гривцова. После изготовления заказа приехал около 22 часа 30 минут к 

<

адрес>, долго искал вход, позвонил заказчику по имени Елизавета, но не дозвонился. После того, как оператор точно узнал, куда доставить заказ, в период с 22 часов 30 минут до 23.00 часов прибыл к д

<

адрес>, прошел в подъезд, где ему навстречу попался молодой человек с перевязанной рукой. Он ( свидетель) прошел в № где прошел в комнату, в которой были 

<

данные изъяты> Е.Н. и лежащий на полу молодой человек, в несвойственной живому человеку позе. Поэтому, отдав заказ, он ( свидетель) попытался измерить пульс у него, однако мужчина не подавал признаков жизни и был холодным, при этом поведение 

<

данные изъяты> Е.Н. и 

<

данные изъяты> И.О., которые не реагировали на то, что в комнате находится труп, у него вызвало подозрения, что они находятся в состоянии опьянения. Через некоторое время приехали сотрудники скорой помощи, и он ушел. Осмотрев в судебном заседании фотографии с осмотра места происшествия, свидетель показал, что на фото№10-18 труп 

<

данные изъяты> И.А. располагается именно в том месте, где он ( свидетель) его и увидел, когда принес заказ, т.е. у расправленного дивана. 

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> Г.В., которая показала, что 11 февраля 2017 года работала в составе бригады скорой помощи с 

<

данные изъяты> Е.А. В период с 21.00 до 22.00 часов она выехала по заявке на пер. Гривцова в г.Санкт-Петербурге, которая пришла ей на планшет от диспетчера, при этом в заявке содержалась информация об избиении человека, там же было указано время вызова и контактный номер вызывающего. По факту данного выезда она составила карту вызова. Однако, когда они прибыли по указанному адресу, то не смогли найти квартиру. После чего диспетчер длительное время уточнял адрес вызова и сообщил, что бригаду скорой помощи встретят, в связи с чем данная карта вызова была ею закрыта. Через некоторое время к ним подошел молодой человек с состоянии опьянения, который провел их в коммунальную квартиру дома на пер. Гривцова, расположенную на последней этаже. По данному факту она (свидетель) оформила вторую карту вызова, в которую занесла сведения о времени прибытия, когда конкретно прошли в квартиру. В одной из комнат она увидела девушку, которая тоже была в состоянии опьянения, и лежащего на полу молодого человека, там же были разбросаны пустые бутылки из-под алкоголя. На спальном месте и полу были следы крови. При этом встретивший их молодой человек по поводу лежащего на полу сообщил, что последний пришел откуда-то в таком состоянии и упал на пол. Осмотрев лежащего на полу молодого человека, в том числе путем проведения кардиограммы и проверив пульс, она установила, что он мертв, в связи с чем вызвали сотрудников полиции. Также свидетель показала, что оформила сопроводительный лист для направления трупа в морг, где ошибочно указала номер первой карты вызова, которую ранее закрыла, а не второй, в которую и внесла все сведения о времени смерти, проведенных мероприятиях и сведения, полученные от присутствующих в комнате. При осмотре в судебном заседании обеих карт вызова, оформленных ею, свидетель настаивала на том, что время вызова на место происшествия, полученное диспетчером, было 22 часа 09 минут, а указанное как 22 часа 12 минут - это время передачи заявки на выезд от диспетчера их бригаде.

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> Е.А., которая показала, что 11 февраля 2017 года работала в составе бригады скорой помощи с 

<

данные изъяты> Г.В. В период с 21.00 до 22.00 часов диспетчером скорой помощи был принят вызов об избиении человека, когда они приехали на место и составили карту вызова, то оказалось, что адрес указан не верно, в связи с чем он длительное время уточнялся диспетчером, и когда адрес был точно установлен, открытая карта вызова была закрыта и составлена новая карта вызова. Ее ( свидетеля) и сотрудников скорой помощи встретил молодой человек, который сообщил, что в квартире находится мертвый человек. Когда она и другие сотрудники поднялись в одну из комнат коммунальной квартиры, то там увидели двух молодых людей, один из которых был с перевязанной рукой, которая кровоточила, и девушку, Все они были в состоянии опьянения и пояснили, что потерпевший пришел в неадекватном состоянии, лег и больше не вставал. В комнате на полу у дивана был обнаружен мертвый молодой человек, у которого на лице были ссадины и гематомы. Также свидетель показала, что для направления трупа в морг был составлен сопроводительный лист, после чего она и 

<

данные изъяты> Г.В. ожидали приезда сотрудников полиции, которым и передали данный сопроводительный лист. 

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> А.Б., который пояснил, что являясь оперуполномоченным УМВД России по Адмиралтейскому району г.Санкт-Петербурга в феврале 2017 года получил в дежурной части УМВД сообщение о драке в коммунальной квартире, куда выехал с сотрудниками следственно-оперативной группы, где на месте происшествия обнаружили девушку и двух молодых людей, находящихся в состоянии пояснения, после чего доставили их в отдел полиции. В последующем от этих лиц ему стало известно, что в квартире был ранее ФИО2, у которого с погибшим была драка, в ходе которой последнему было нанесено несколько ножевых ранений. Впоследствии ФИО2 был задержан, добровольно сознался в том, что в ходе конфликта с погибшим, нанес ему ранения ножом, имевшимся при себе, который после этого выбросил в окно, о чем написал явку с повинной.

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> М.А., которая пояснила, что проживает в одной из комнат коммунальной 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге, вход в которую осуществляется со стороны 

<

адрес>. В феврале 2017 года одну из комнат снимал 

<

данные изъяты> И.О., у которого часто собирались компании молодых людей, которые шумели. 11 февраля 2017 года около 23.00 часов она вернулась домой и увидела у подъезда машину скорой помощи, открыла дверь подъезда, куда прошли сотрудники бригады скорой помощи и молодой человек, как она узнала в последствии друг 

<

данные изъяты> И.О. Их в подъезде встретил еще один молодой человек, осуществляющий доставку пиццы, который сообщил, что у мужчины, к которому приехала скорая помощь, уже нет пульса. На кухне квартиры видела капли крови на полу, а 

<

данные изъяты> И.О. и находившаяся в его комнате девушка были в состоянии опьянения, которых впоследствии задержали прибывшие сотрудники полиции.

Показаниями свидетеля 

<

данные изъяты> И.А., который показал, что с июня 2016 года снимал комнату в коммунальной 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге, где в другой комнате проживал 

<

данные изъяты> И.О., который собирал у себя шумные компании. 11 февраля 2017 года около 17.00 часов он ( свидетель) пришел домой, обнаружил, что в комнате у 

<

данные изъяты> И.О. вновь находится компания молодых людей. Около 21.00 часа слышал со стороны данной комнаты звук падения на пол, которому не придал значение, так как после этого, сразу же услышал смех людей, которые находились там в комнате. Около 22.50 часов, находясь на лестничной площадке, встретил курьера, который доставлял пиццу, который прошел в комнату 

<

данные изъяты> И.О., после чего он ( свидетель) ушел спать в свою комнату. 

Протоколом осмотра места происшествия и трупа с прилагаемой фототаблицей, из которых следует, что 12 февраля 2017 года в период с 02 часов 15 минут до 06 часов 30 минут при осмотре комнаты №, расположенной в 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге, на полу обнаружен труп 

<

данные изъяты> И.А. в положении лежа на спине, теменная голова обращена в сторону правого дальнего угла комнаты, ноги – в левый ближний угол на расстоянии 1,5 м. При осмотре трупа в области левой половины груди по передней поверхности на уровне четвертого и шестого ребер соответственно повреждениям на одежде установлены две раны размерами 1,5х0,5 см и 2х1 см соответственно с ровными краями, в носовых ходах и в полости рта обнаружена влажная кровь, в области левой щеки у угла рта и в подбородочной области слева имеются кровоподтеки, на ковре на полу около трупа обнаружены многочисленные пятна подсохшей крови. На толстовке, надетой на трупе, имеются следы вещества бурого цвета, на расстоянии около 24 см от нижнего края на уровне шва молнии имеется косо-вертикальное повреждение ткани длиной 2 см, в области левой полоски на расстоянии около 25 см от нижнего края и около 4 см от боковой полоски слева линейное повреждение ткани длиной 2 см. На футболке, надетой на трупе, имеются множественные следы вещества бурого цвета, а также два косо-вертикальных повреждения ткани, соответствующие повреждениям на толстовке, длиной около 2 см каждое. Ткань джинсов, надетых на трупе, в области шагового шва и передней поверхности левой брючины увлажнена. В ходе осмотра места происшествия из комнаты № изъято: тампоны со смывами с рук трупа, из переднего кармана джинс, надетых на трупе, мобильный телефон «Нокиа» ИМЕЙ: № с сим-картой сотового оператора «МТС», с пола справа от головы трупа пластмассовая бутылка со следами вещества бурого цвета, смывы с вещества бурого цвета с правой стороны верхней двери холодильника, с дивана два листа А4 с текстом «заказ №1700038-3918КРК», со стола нож с рукояткой черного цвета, карта учащегося и пропуск ГУАП на имя 

<

данные изъяты> И.А., наволочка с подушки с пятном бурого цвета, портмоне черного цвета, с вешалки в комнате куртка кожаная черного цвета, 10 липких пленок со следами рук: один след с бутылки из-под водки «Калина Красная», один с бутылки из-под пива «Толстяк», четыре с оконной рамы в комнате, два с бутылки сока, один с банки из-под пива «Эсса», один со стакана с чаем; марлевый тампон со смывом вещества бурого цвета с внешней стороны двери в комнату. Также изъят марлевый тампон со смывом с вещества бурого цвета, обнаруженного на стене слева от окна на лестничной площадке между 4-м и 5-м этажами (в т.1 л.д. 18-43). 

Выписным эпикризом №8520, из которого следует, что 

<

данные изъяты> В.О. находился в приемном отделении СПб ГБУЗ «Городская Мариинская больница» 12 февраля 2017 года с диагнозом «резаная рана второго пальца левой кисти» (т.1 л.д. 140). 

Детализацией телефонных соединений, произведенных с абонентского номера №, которым пользовался 

<

данные изъяты> В.О., из которой следует, что 11 февраля 2017 года в 22 часа 12 минут 50 секунд с данного номера зафиксирован исходящий вызов на номер «112» (т.1 л.д. 158). 

Рапортом сотрудника полиции 

<

данные изъяты> М.П., из которого следует, что 12 февраля 2017 года в 17 часов 00 минут в 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге по подозрению в совершении преступления задержан ФИО2 ( т.2 л.д. 1). 

Протоколом явки с повинной, из которого следует, что 12 февраля 2017 года ФИО2 сообщил сотрудникам УМВД России по Адмиралтейскому району г. Санкт-Петербурга, что 11 февраля 2017 года около 17 часов 00 минут со знакомым 

<

данные изъяты> пришел в квартиру одного из домов на пер. Гривцова, прошел в одну из комнат, где находились его знакомая 

<

данные изъяты> и еще несколько ранее неизвестных ему молодых людей. Все они начали распивать спиртное. Один из молодых людей вел себя неадекватно, агрессивно, хватал его за грудь и приставал к другим присутствующим. Затем этот молодой человек уснул и обмочился во сне, из-за чего один из присутствующих парней нанес ему удар кулаком в лицо, на что тот начал возмущаться и размахивать руками, в связи с чем он (ФИО2) нанес ему удары руками по лицу, от чего парень упал на кровать на спину, а он (ФИО2) стоя над ним, достал имеющийся у него складной нож с деревянной ручкой иностранного производства и нанес им два удара в область груди, отчего тот стал кашлять и задыхаться. По его (ФИО2) просьбе Елизавета вызвала скорую помощь, а он ( ФИО2) выбросил нож в окно комнаты и ушел из квартиры (т.2 л.д.2-3). 

Копией карты вызова службы скорой медицинской помощи г.Санкт-Петербурга №130764 от 11 февраля 2017 года, из которой следует, что по вызову, поступившему в 22 часа 09 минут, сотрудники скорой помощи 

<

данные изъяты> Г.В. и 

<

данные изъяты> Е.А. прибыли по адресу: г.Санкт-Петербург, 

<

адрес> (т.4). 

Копией карты вызова службы скорой медицинской помощи г.Санкт-Петербурга №130948 от 11 февраля 2017 года, из которой следует, что по вызову, поступившему в 22 часа 40 минут, сотрудники скорой помощи 

<

данные изъяты> Г.В. и 

<

данные изъяты> Е.А. прибыли по адресу: г.Санкт-Петербург, 

<

адрес>, где в 22 часа 42 минуты ими на основании клинических признаков была констатирована смерть 

<

данные изъяты> И.А. (т.2 л.д. 84). 

Копиями справок формы 7 и формы 9, из которых следует, что адресом места происшествия является г.Санкт-Петербург, 

<

адрес> (т.2 л.д. 94-98). 

Протоколом выемки 12 февраля 2017 года у ФИО2 одежды, одетой на нем на момент совершения преступления: брюк камуфляжной расцветки с ремнем, двух носок черного цвета ( т.2 л.д. 101-105) и протоколом их осмотра (т.2 л.д. 158-166).

Протоколом выемки 20 февраля 2017 года у свидетеля 

<

данные изъяты> А.Б. оптического диска №41606110BL8061174х2241 с видеозаписями с камер видеонаблюдения, установленных на территории лестничной площадки д.11 по пер.Гривцова ( т.2 л.д. 108-115) и протоколом его осмотра, из которого следует, что на видеозаписи №2 изображены два молодых человека, поднимающихся по лестнице, один из которых одет в кепку черного цвета, куртку черного цвета, темные брюки (ФИО2), а на видеозаписях №№7,8 и 9 видно, как данный молодой человек спускается вниз по лестнице. На видеозаписи №3 видно, как молодой человек в толстовке серого цвета (

<

данные изъяты> И.А.) и молодой человек в кофте черного цвета и темных брюках (

<

данные изъяты> И.О.) спускаются вниз, на видеозаписи №4 они поднимаются обратно, затем на видеозаписи №5 они вновь спускаются, а на видеозаписи №6 поднимаются обратно. На видеозаписи №10 видно, как молодая девушка в красной куртке с капюшоном (

<

данные изъяты> Е.Н.) спускается вниз по лестнице, а на видеозаписи №12 видно, как она возвращается обратно. На видеозаписи №14 видно молодого человека с перемотанной левой рукой (

<

данные изъяты> В.О.), спускающегося вниз. После чего на видеозаписи №15 запечатлены прибывшие сотрудники скорой помощи – две девушки (

<

данные изъяты> Г.В. и 

<

данные изъяты> Е.А.), которые вместе с 

<

данные изъяты> В.О. поднимаются наверх. На видеозаписи №18 видно, как двое сотрудников полиции поднимаются вверх по лестнице (т.2 л.д. 158-166). 

При этом, из показаний ФИО2, данных им в судебном заседании, следует, что на момент совершения преступления он был одет в черную куртку и камуфляжные штаны. 

Протоколом выемки 20 февраля 2017 года в помещении СПб ГБУЗ «БСМЭ» у санитара ФИО3 одежды 

<

данные изъяты> И.А.: джинс синего цвета, футболки черного цвета, толстовки черного цвета, пары носок черного цвета, трусов черного цвета, ремня черного цвета, а также полотенца синего и белого цветов (т. 2 л.д. 118-123) и протоколом их осмотра, из которого следует, что на толстовке и полотенце обнаружены следы вещества бурого цвета (т.2 л.д. 158-166).

Протоколом осмотра предметов, изъятых 12 февраля 2017 года в ходе осмотра места происшествия и трупа: 

- конверта со смывом вещества бурого цвета на марлевом тампоне с поверхности холодильника; 

- ножа с рукояткой черного цвета общей длиной 24,2 см; 

- двух листов бумаги формата А4 с логотипом «2 берега» с информацией о заказе, из которых следует, что заказ №100038-3918 КРК был сделан 11 февраля 2017 года в 21 час 53 минуты на адрес: 

<

адрес> в г.Санкт-Петербурге; 

- карты учащегося на имя 

<

данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ года рождения;

- пропуска Санкт-Петербургского государственного университета аэрокосмического приборостроения на имя 

<

данные изъяты>;

- наволочки оранжевого цвета с узорами со следами вещества бурого цвета;

- пустой пластиковой бутылки «Пауэррэйд», на которой имеются следы вещества бурого цвета; 

- конверта с пояснительной надписью «смывы с рук (труп) +контроль»;

- мобильного телефона «Нокиа» в корпусе серого цвета ИМЕЙ: №, который имеет сим-карту «МТС» № с абонентским номером №; 

- куртки из кожи черного цвета, на внутренней поверхности которой имеются повреждения;

- 10 липких пленок со следами рук, изъятых с бутылки из-под водки «Калина Красная», с бутылки из-под пива «Толстяк», с оконной рамы в комнате, с бутылки сока, с банки из-под пива «Эсса», со стакана с чаем;

- конверта со смывами вещества бурого цвета на марлевом тампоне с входной двери;

- конверта со смывами вещества бурого цвета на марлевом тампоне с поверхности стены парадной дома (т.2 л.д. 158-166). 

Заключением №94/55/872-1 судебно-медицинской экспертизы трупа, из которого следует, что у 

<

данные изъяты> И.А. установлены две колото-резаных раны груди с повреждением сердца и печени, а также одна колото-резаная сквозная рана левого плеча, два кровоизлияния под слизистую губ, кровоподтек и ссадины подбородка, которые причинены прижизненно и образовались перед смертью, о чем свидетельствуют темно-красные блестящие кровоизлияния, отсутствие клеточной реакции в тканях. Повреждения груди и плеча являются колото-резаными, о чем свидетельствует их линейная форма, ровные, неосадненные, сопоставляющиеся без дефекта ткани края, гладкие стенки, наличие остроугольного и М- или П-образного концов без соединительно-тканных перемычек в глубине, преобладание глубины раневых каналов над длинной ран. Данные повреждения груди плеча образовались от действия колюще-режущего предмета, на что указывает колюще-резаный характер ран. Предмет, причинивший раны, имел уплощенную следообразующую часть, на что указывает линейная форма ран, отсутствие очагового осаднения по краям и форма раневых каналов. В следообразующей части травмирующий предмет имел острый коней, лезвие и обушок с ребрами, на что указывают ровные края, гладкие стенки, наличие остроугольного и М- и П-образного концов в ранах. Длина погруженной части клинка колюще-режущего предмета около 8 см, на что указывает длина раневых каналов. 

Рана на наружной боковой поверхности левого плеча (№1) и рана внутренней боковой поверхности левого плеча (№2) соединены одним прямолинейным раневым каналом и образовались от одного травмирующего воздействия колюще-режущего предмета. Удар колюще-режущим предметом был нанесен в наружную боковую поверхность левого плеча в направлении слева направо, сверху вниз и спереди назад. Рана на передней поверхности груди левее на 14,5 см от срединной линии (№3) и рана на передней поверхности груди левее на 6,5 см от срединной линии (№4) имеют разные раневые каналы. Два удара колюще-режущим предметом были нанесены в левую половину груди, в направлении слева направо, сверху вниз и спереди назад. Ввиду наличия трех раневых каналов следует, что имело место трехкратное воздействие травмирующей силы колюще-режущего предмета. Но при поднятии левого плеча вверх вперед и приведением его к груди, направление раневых каналов, ориентация концов ран №№1,2 и 3 совпадает, образуя единый прерванный раневой канал, что не исключает их единовременного образования в результате одного удара колюще-режущим предметом в наружную поверхность плеча.

Две колото-резаных раны груди с повреждением сердца и печени квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, а в данном случае, приведшие к смерти потерпевшего, то есть состоят с ней в прямой причинной связи. 

Колото-резаная сквозная рана левого плеча квалифицируется как легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья и не состоит в причинно-следственной связи со смертью потерпевшего.

Повреждения слизистой оболочки (кровоподтеки) и кровоподтек и ссадины подбородка образовались от действия тупого твердого предмета по механизму удара (ударов). Местом приложения явилась нижняя половина лица слева. Направление удара (ударов) слева направо и спереди назад. Количество травмирующих воздействий – не менее одного раза. Данные кровоподтеки и ссадины расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, и не состоят в причинно-следственной связи со смертью потерпевшего.

Смерть 

<

данные изъяты> И.А. наступила от колото-резаных ран груди, проникающих в полости груди и брюшины с повреждением сердца и печени, осложнившихся острой массивной кровопотерей (2,5 литра: 2 литра крови в левой плевральной полости, 300 мл крови в сердечной сумке, 200 мл в брюшной полости, малокровие органов).

Степень выраженности трупных явлений, зафиксированных при осмотре трупа на месте происшествия 12.02.2017 в 04.40, при температуре воздуха на ложе трупа +16 С на расстоянии 50 см от него: - соответствует давности смерти около 6-9 часам от момента осмотра (трупные пятна сливные, красноватого цвета на задней поверхности груди и поясницы, исчезают и восстанавливаются через 15 сек, трупное окоченение – хорошо в жевательных, слабо выражено в верхних конечностях и отсутствует в нижних, образуется мышечный валик около 0,5 см, температура в прямой кишке +32,4 С, через 30 мин 32,4 С).

Потерпевший и нападавший могли располагаться в любых позах относительно друг друга, при которых были доступны травмируемые участки тела пострадавшего. 

Смерть потерпевшего наступила в течение нескольких минут – единичных десятков минут после получения колото-резаных ранений, на что указывает характер повреждений и отсутствие клеточной реакции в тканях по данным гистологического исследования. В это время потерпевший мог совершать какие-либо самостоятельные действия.

Потерпевший перед смертью находился в состояние сильного алкогольного опьянения (этиловый спирт в концентрации: в крови 2,6±0,2‰, в моче 3,5±0,2‰).

Повреждения на одежде и на трупе соответствуют (по ориентации длинника и характеру) при обычном расположении одежды у ран №1,2 и 3, при условии, что толстовка не была застегнута на замок «молния». При смещении футболки вверх, повреждения совпадают по ориентации длинника у раны №4 (т.2 л.д.184-211).

Выводы данной экспертизы в судебном заседании подтвердила эксперт 

<

данные изъяты> О.С., которая также показала, что смерть 

<

данные изъяты> И.А. наступила от острой массивной кровопотери в результате ранения крупных сосудов сердца и печени, что в данном случае смерть 

<

данные изъяты> И.А., несмотря на то, что он мог перемещаться после полученных ранений, наступила бы в любом случае независимо от того перемещался ли он сам, перемещали ли его другие либо переворачивали, поскольку ранение сердца за счет острой массивной кровопотери нарушило кровообращение в организме 

<

данные изъяты> И.А., что повлекло за собой остановку сердца. 

Заключением судебно-медицинской экспертизы №39 ФИО2, из которого следует, что при осмотре 12 февраля 2017 года у ФИО2 установлен кровоподтек передне-наружной поверхности правого бедра. Наличие у данного кровоподтека равномерного синюшно-фиолетовой окраски характерно для его образования в пределах 1-3 суток до момента проведения экспертизы. Иных других повреждений у ФИО2 не установлено (т.2 л.д. 216-218).

Заключением биологической экспертизы №498, из которого следует, что на двух носках ФИО2 обнаружены следы крови, белок человека, которые могли быть получены от 

<

данные изъяты> И.А., но не могли произойти от ФИО2 и от 

<

данные изъяты> В.О. (т.3 л.д.17-20). 

Заключением биологической экспертизы №507, из которого следует, что на кофте 

<

данные изъяты> И.А. обнаружена кровь человека, которая в части пятен могла произойти от 

<

данные изъяты> И.А. и происхождение от ФИО2 и 

<

данные изъяты> В.О. исключается; а в части других следов могла произойти от 

<

данные изъяты> В.О., но не от 

<

данные изъяты> И.А. и ФИО2; при этом в двух пятнах на кофте, кровь могла произойти от ФИО2 и/или 

<

данные изъяты> В.О., а происхождение от 

<

данные изъяты> И.А. исключается (т.3. л.д.25-29).

Заключением биологической экспертизы № 505, из которого следует, что на футболке 

<

данные изъяты> И.А. обнаружена кровь человека, которая могла произойти от 

<

данные изъяты> И.А. и происхождение данной крови от 

<

данные изъяты> В.О. и ФИО2 исключается (т.3 л.д.34-37).

Заключением биологической экспертизы №506, из которого следует, что на джинсах 

<

данные изъяты> И.А. обнаружены следы крови человека, которые могли произойти от 

<

данные изъяты> И.А. При этом не исключается возможность смешения крови разных групп на джинсах, и в это случае не исключено смешение крови 

<

данные изъяты> И.А. с кровью ФИО2 и (или) 

<

данные изъяты> В.О. (т.3 л.д.42-45). 

Заключением биологической экспертизы №502, из которого следует, что на ремне 

<

данные изъяты> И.А. обнаружен след крови человека, принадлежность этой крови самому 

<

данные изъяты> И.А., а также ФИО2 исключается, она могла произойти от 

<

данные изъяты> В.О. (т.3 л.д.50-53). 

Заключением биологической экспертизы №508, из которого следует, что на куртке, изъятой в ходе осмотра места происшествия, найдены незначительные следы крови человека, которая могла произойти как от 

<

данные изъяты> В.О., так и от ФИО2 данных о присутствии в следах крови 

<

данные изъяты> И.А. не получено (т.3 л.д. 74-78). 

Заключением биологической экспертизы №503, из которого следует, что на полотенце, изъятом в ходе выемки у ФИО3 в помещении морга СПб ГБУЗ «БСМЭ», обнаружена кровь человека, которая в части пятен могла произойти от 

<

данные изъяты> И.А., и не могла быть получена от ФИО2 и 

<

данные изъяты> В.О.; в остальных следах принадлежность крови 

<

данные изъяты> И.А. и ФИО2 исключается, она могла произойти от 

<

данные изъяты> В.О. (т.3 л.д.83-87).

Заключением биологической экспертизы №500, из которого следует, что на наволочке, изъятой в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, которая могла произойти как от 

<

данные изъяты> В.О., так и от ФИО2, как по отдельности, так и в смешении. Происхождение крови от 

<

данные изъяты> И.А. исключается (т.3 л.д. 92-95). 

Заключением биологической экспертизы №501, из которого следует, что на пластиковой бутылке, изъятой в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от 

<

данные изъяты> В.О. Происхождение крови от ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А. исключается (т.3 л.д. 100-103). 

Заключением медицинской генетической судебной экспертизы №122/95, из которого следует, что кровь на смыве с входной двери и смыве с холодильника может принадлежать 

<

данные изъяты> В.О. с вероятностью не менее 99,(9)28% и не принадлежит 

<

данные изъяты> И.А. и ФИО2 и другому лицу (лицам). Кровь на смывах с рук 

<

данные изъяты> И.А. в смешанных следах принадлежит самому 

<

данные изъяты> И.А. с вероятностью 99,(9)28% и 

<

данные изъяты> В.О. с вероятностью 99,(9)28%. Данных за присутствие в этих следах крови ФИО2 не получено (т.3 л.д. 109-128). 

Заключением №75-К судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> В.О., из которого следует, что у 

<

данные изъяты> В.О. установлена одна рана тыльной поверхности второго (указательного) пальца левой кисти, которая по признаку кратковременного расстройства здоровья расценивается как легкий вред здоровью. Характер повреждения, размерные характеристики, ровные края раны, описание ее в медицинском документе как «резаная» свидетельствуют о том, что она образовалась от однократного воздействия острого предмета, проявившего свои режущие свойства. Наличие раны без признаков воспаления 12 февраля 2017 года, характер врачебной помощи и рекомендаций не исключают возможности ее образования в период времени с 21 часа 30 минут 11 февраля 2017 года по 02 часа 15 минут 12 февраля 2017 года (т.3 л.д. 146-148).

Осмотренным в судебном заседании вещественным доказательствам: два листа бумаги форматом А4 с логотипом «Два берега», на первом листе бумаги отображен бланк заказа от 11 февраля 2017 года компании «Два берега», сделанного клиентом Елизаветой 11 февраля 2017 года в 21 час 53 минуты на адрес: г.Санкт-Петербург, 

<

адрес>, согласно которому заказ был доставлен курьером в 22 часа 27 минут. На втором листе бумаги отображена аналогичная информация. 

Оценивая в совокупности доказательства вины подсудимого, ставшие предметом исследования в судебном заседании, суд считает их допустимыми, достоверными, относящимися к предмету рассмотрения и достаточными для разрешения настоящего уголовного дела. 

Оценивая доводы защитника о том, что подсудимый, признавая себя виновным в убийстве 

<

данные изъяты> И.А., сам себя оговорил, поскольку не помнит, как наносил удары 

<

данные изъяты> И.А., в то время как нож найден не был, а свидетели прямо на него не указали, суд исходит из следующего. Из показаний 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> В.О., 

<

данные изъяты> И.О., 

<

данные изъяты> Д.Г., а также самого подсудимого, следует, что все они и 

<

данные изъяты> И.А. 11 февраля 2017 года распивали спиртное, находясь в 

<

адрес> в г. Санкт-Петербурге. При этом, исходя из осмотренной видеозаписи с установленной в парадной данного дома видеокамеры, а также из показаний свидетелей и подсудимого о том, в какую одежду они были одеты, следует, что 

<

данные изъяты> И.А. и 

<

данные изъяты> И.О. дважды выходили из вышеуказанной квартиры. Однако до ухода ФИО2 из квартиры ( после совершения преступления), 

<

данные изъяты> И.А. дважды возвращался в данную квартиру, при этом на видеозаписи не зафиксированы отклонения от его нормального состояния, позволяющие говорить о том, что 

<

данные изъяты> И.А. получил ножевые ранения на улице либо вне пределов вышеуказанной квартиры. В то же время, все свидетели показали, а подсудимый не отрицал этого, что именно в комнате между 

<

данные изъяты> И.А. и ФИО2 возник конфликт, в который вмешался 

<

данные изъяты> В.О. При этом последний, как и умерший 

<

данные изъяты> И.А., в процессе данного конфликта получил ножевое ранение кисти руки, что свидетельствует о том, что нож, хотя и не найденный впоследствии, находился именно у подсудимого, который в свою очередь никаких ножевых ранений ( о чем свидетельствует результаты его освидетельствования) в драке не получил. Отсутствие при осмотре места происшествия ножа, которым были причинены ножевые ранения 

<

данные изъяты> И.А. и 

<

данные изъяты> В.О., объясняется показаниями ФИО2 на следствии и в суде о том, что после того, как он (ФИО2) вынул нож из тела 

<

данные изъяты> И.А., бросил его в сторону окна, что не исключало возможности попадания ножа на улицу и вследствие этого его утраты.

Защитник также полагала, что нельзя доверять показаниям 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> В.О. и 

<

данные изъяты> И.О. в суде, поскольку на месте происшествия они были настолько пьяны, что не понимали смысла происходящего, в то время как прибывшим первыми сотрудникам скорой помощи и свидетелю 

<

данные изъяты> И.Г. они же сообщили, что 

<

данные изъяты> И.А. получил ножевые ранения в другом месте и с ними пришел в комнату, где и умер. Однако данные доводы защитника суд находит не состоятельными по следующим основаниям. В действительности свидетели 

<

данные изъяты> И.Г. (разносчик пиццы), 

<

данные изъяты> Г.В. и 

<

данные изъяты> Е.А. ( сотрудники скорой помощи), которые первыми прибыли на место происшествия, отмечали, что находившиеся в комнате 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> В.О. и 

<

данные изъяты> И.О. были в состоянии сильного опьянения, их поведение было неадекватным и выражалось в том, что они не придавали особого значения факту нахождения в этой же комнате трупа 

<

данные изъяты> И.А. Однако свидетели дали показания в суде спустя длительный период времени и в состоянии, позволяющем им воспроизводить события, очевидцами которых они были. В то время как 

<

данные изъяты> Е.Н., чьи показания на следствии суд расценивает как доказательство вины подсудимого, были получены следователем спустя период времени? исчисляемый часами, после происшедших событий, в течение которого она пришла в состояние, позволяющее ей давать достоверные показания. 

При этом сведения, которые 

<

данные изъяты> Е.Н., 

<

данные изъяты> В.О. и 

<

данные изъяты> И.О. сообщили сотрудникам скорой помощи и свидетелю 

<

данные изъяты> И.Г. о том, что 

<

данные изъяты> И.А. якобы пришел к ним в комнату уже с ножевыми ранениями, по мнению суда, являются не соответствующими действительности, сообщенными этими свидетелями в целях сокрытия ими тех обстоятельств, которые произошли в действительности в комнате, где они находились на этот момент. При этом суд не исключает и того обстоятельства, что эти недостоверные сведения были сообщены 

<

данные изъяты> Е.Н. и 

<

данные изъяты> В.О. в целях отведения подозрения от ФИО2, поскольку они состояли в дружеских отношениях с подсудимым. 

Выводы защитника о том, что поскольку из показаний судебно-медицинского эксперта 

<

данные изъяты> И.А. с нанесенными ему ранениями передвигался и поэтому мог получить их в другом месте, а затем прийти в комнату, где и скончался, опровергаются показаниями всех свидетелей, в том числе и подсудимого о том, что после конфликта 

<

данные изъяты> И.А. с ФИО2, который начался тогда, когда 

<

данные изъяты> И.А.лежал на диване в комнате, последний встал, и тут же упал рядом с диваном. Согласно осмотру места происшествия труп 

<

данные изъяты> И.А. именно в этом месте и был обнаружен. При этом, учитывая ножевые ранения, полученные 

<

данные изъяты> И.А., которые вызвали массивную кровопотерю, следы его крови при осмотре подъезда, квартиры ( в части общего коридора) обнаружены не были, что свидетельствует о том, что 

<

данные изъяты> И.А., получив данные ранения, не перемещался с места, где их получил, на значительное расстояние и был обнаружен в непосредственной близости от данного места. Наличие крови 

<

данные изъяты> И.А. на носках ФИО2 свидетельствует о том, что именно он и нанес 

<

данные изъяты> И.А. ножевые ранения, в то время, когда 

<

данные изъяты> И.А. находился на диване. Наличие же крови 

<

данные изъяты> В.О. на наволочке, изъятой с дивана в комнате, на одежде и ремне 

<

данные изъяты> И.А., руках последнего, свидетельствует не о том, что 

<

данные изъяты> В.О. мог нанести ножевые удары 

<

данные изъяты> И.А., а подтверждают показания как 

<

данные изъяты> В.О., так и других свидетелей о том, что именно он ( 

<

данные изъяты> В.О.) пытался разнять дерущихся ФИО2 и 

<

данные изъяты> И.А., и в этот момент получил резаную рану кисти руки от одного из дерущихся, после чего сразу же отошел от них и в последующем перемещался по квартире, за ее пределы ( когда встречал сотрудников скорой помощи), вследствие чего его (

<

данные изъяты> В.О.) кровь была обнаружена в комнате на двери холодильника, входной двери в комнату и в подъезде, а также на куртке, принадлежащей 

<

данные изъяты> В.О. Наличие же крови 

<

данные изъяты> В.О. на одежде 

<

данные изъяты> И.А. объясняется показаниями 

<

данные изъяты> Е.Н. и 

<

данные изъяты> В.О. о том, что последний после того, как 

<

данные изъяты> И.А. перестал подавать признаки жизни, попытался привести его в чувство и переворачивал его, бил по щекам, имея травму руки. 

Доводы защитника о том, что при своевременном оказании помощи 

<

данные изъяты> И.А., он мог выжить, не влияют на выводы суда о квалификации действий ФИО2, поскольку, как показал судебно-медицинский эксперт, нанесенные им ножевые ранения в область сердца и печени 

<

данные изъяты> И.А., повлекли за собой массивное кровотечение, что привело к нарушению кровообращения, остановке сердца, т.е. наступление смерти 

<

данные изъяты> И.А. вследствие именно данных ранений было неизбежно. При этом как сохраняющаяся у 

<

данные изъяты> И.А. после получения им ранений возможность передвигаться, так и переворачивание его тела, исходя из показаний судебно-медицинского эксперта Пята О.С., не доверять которым суд не находит оснований, на неизбежность смертельного исхода 

<

данные изъяты> И.А. не оказали влияние.

Несмотря на то, что направление удара ножом, которое показал ФИО2 при проверке своих показаний на месте ( сверху вниз и перпендикулярно телу) не соответствует направлению раневого канала, которое было установлено судебно-медицинским экспертом при вскрытии трупа 

<

данные изъяты> И.А. ( сверху вниз спереди назад и слева направо), данное обстоятельство не исключало возможности образования их при обстоятельствах, указанных ФИО2, поскольку проверка его показаний, исходя из протокола и фотографий к нему, проводилась с помощью манекена, находящегося в неподвижном состоянии и лежащим на диване, в то время как в действительности удары 

<

данные изъяты> И.А. наносились ( из показаний всех свидетелей и ФИО2, а также эксперта Пята О.С.) в тот момент, когда 

<

данные изъяты> И.А. находился в движении ( драка с ФИО2). Причинение 

<

данные изъяты> И.А. повреждений в процессе его динамики подтверждается и тем, что на краю его футболки, в которую он был одет, имеется повреждение от ножа, которое не совпадает с местом расположения ран на его теле при обычном положении футболки на его теле, но соответствует одной из этих ран на теле 

<

данные изъяты> И.А. при поднятии им руки и изменении вследствие этого положении футболки. О драке говорит и то, что у 

<

данные изъяты> И.А. от одного удара ножом образовались два ранения: одно сквозное в области левого плеча, а второе - проникающее в область груди. При этом сквозное ранение имеет на поверхности плеча две раны, соединенные одним раневым каналом. В то время как, исходя из заключения судебно-медицинской экспертизы при поднятии левого плеча в верх, вперед и при приведении его к груди 

<

данные изъяты> И.А., направление раневых каналов, ориентация концов ран на плече и проникающей раны в область груди 

<

данные изъяты> И.А., совпадают, образуя единый прерванный раневой канал, что не исключает их единовременное образование одним ударом ножа, что соответствует и показаниями ФИО2 на следствии о том, что он нанес 

<

данные изъяты> Е.В. удары ножом только дважды, от которых образовались три ножевых ранения ( одно на плече, два в области груди).

Суд, несмотря на доводы защиты, считает достоверно установленным органами следствия и доказанным в суде время совершения убийства 

<

данные изъяты> И.А. как период с 21 часа 53 минут до 22 часов 12 минут 11 февраля 2017 года. Поскольку из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> Е.Н. на следствии следует, что сначала она по телефону заказала доставку на место происшествия пиццы, а затем увидела, как 

<

данные изъяты> И.А. встал с диван, упал на пол и не подавал признаков жизни. Как следует из осмотренного в качестве вещественного доказательства листка доставки пиццы от 11 февраля 2017 года, обнаруженного на месте происшествия, время заказа пиццы указано как 21 час 53 минуты 11 февраля 2017 года. В то же время из показаний свидетелей 

<

данные изъяты> Г.В. и 

<

данные изъяты> Е.А. ( сотрудников скорой помощи) и результатов осмотра, осуществленного с их участием в суде карт вызова скорой помощи, судом установлено, что 11 февраля 2017 года по телефону «02» в 22 часа 09 минут был зарегистрирован вызов в 

<

адрес>, о чем составлена карта вызова №130764. Данная заявка в 22 часа 12 минут передана сотрудникам бригады скорой помощи, которыми при выезде в адрес установлено, что он является неверным, в связи с чем данная карта была закрыта в 22 часа 40 минут. И при повторном установлении диспетчером адреса места вызова какь 

<

адрес>, врачами скорой помощи была открыта карта №130948. При этом в обеих картах врачом скорой помощи указано время передачи вызова от диспетчера к бригаде скорой помощи как 22 часа 12 минут, в связи с чем доводы защитника в прениях, что вызов имел место в 21 час 09 минут опровергается вышеуказанными документами. То обстоятельство, что 

<

данные изъяты> Г.В. и 

<

данные изъяты> Е.А. на следствии указали иное время вызова ( 22.00 часа) и их показания в этой части были оглашены в суде ( т.1 л.д. 202-204, 206-208), не влечет за собой недостоверность сведений, изложенных в картах вызова, поскольку допрошенная в суде 

<

данные изъяты> Г.В. настаивала на том, что достоверное время заявки о выезде на место происшествия и время передачи данной заявки от диспетчера бригаде скорой помощи указано не в ее протоколе допроса на следствии, который имел место спустя длительное время после выезда на место происшествия ( 24 марта 2017 года), а в картах вызова, которые были составлены непосредственно ею 11 февраля 2017 года, в то время как свидетель 

<

данные изъяты> Е.А. показала суду, что она данные документы не составляла и как на следствии? так и в суде сведения о времени полученного вызова на место происшествия сообщила предположительно. 

Защитник также обращал внимание суда и на то, что в отрывной части бланка (талон ) сопроводительного листа №130764 и карте вызова №130948 сотрудником скорой помощи 

<

данные изъяты> Г.В. были указаны одни и те же сведения о том, что 

<

данные изъяты> И.А. со слов лиц, которые вызвали скорую помощь, находится на полу без сознания с 21 часа 45 минут. Однако, данное время, в этих документах указано приблизительно, а из показаний свидетеля 

<

данные изъяты> Г.В. в суде следует, что ею оно зафиксировано со слов тех лиц, которые были в комнате, где обнаружен 

<

данные изъяты> И.А., и которые в свою очередь были в неадекватном состоянии (

<

данные изъяты> Е.Н.). Учитывая данные обстоятельства, суд считает, что нет оснований полагать, что убийство 

<

данные изъяты> И.А. было совершено в более ранний период нежели это было вменено органами предварительного расследования. В то время как наступление смерти 

<

данные изъяты> И.А. еще до приезда бригады скорой помощи было констатировано врачами при осмотре 

<

данные изъяты> И.А. на месте преступления и подтверждено клинически в 22 часа 42 минуты, что в совокупности с результатами судебно-медицинской экспертизы, согласно которой смерть 

<

данные изъяты> И.А. наступила за 6-9 часов от момента его осмотра судебным медиком на месте преступления в 04 часа 40 минут 12 февраля 2017 года согласуется со временем наступления смерти 

<

данные изъяты> И.А., как это было вменено органами следствия в вину ФИО2, в период времени с 21 часа 53 минут до 22 часов 41 минуты.

По результатам проведенной по данному уголовному делу комплексной судебно-психиатрической экспертизы ФИО2 хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики как в период совершения инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время не страдал и не страдает, у него обнаруживаются признаки синдрома зависимости от приема стимуляторов, средняя стадия (F15.2 по МКБ-10) (наркомания амфетаминовая), о чем свидетельствует длительность периода употребления стимуляторов (амфетамина) внутривенно, от приема которых сформирована психофизическая зависимость, имеются изменения личности по наркоманическому типу. У ФИО2 клинически значимая психопатологическая симптоматика не выявляется, его интеллектуально-мнестические, прогностические и критические способности сохранены. В период совершения инкриминируемого деяния ФИО2 каким-либо психическим расстройством, в том числе и временным не страдал, находился в состоянии простого (непатологического) алкогольного опьянения, так как его действия носили последовательный, целенаправленный, ситуационно обусловленный характер, он был ориентирован в окружающей обстановке, отсутствовали признаки нарушенного сознания, то есть он мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими. В настоящее время, по своему психическому состоянию ФИО2 способен понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, а также самостоятельно осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается. Признаков алкоголизма у ФИО2 в настоящее время не выявлено. ФИО2 во время инкриминируемого ему деяния в каком-либо эмоциональном состоянии, которое могло существенно повлиять на его сознание и поведение, в том числе в состоянии физиологического аффекта не находился (т.2 л.д.223-228).

Таким образом, суд считает, что предъявленное подсудимому обвинение нашло свое подтверждение представленными доказательствами. В том числе, поскольку из показаний подсудимого, свидетелей суд установил, что непосредственно преступным действиям ФИО2 по отношению к 

<

данные изъяты> И.А. предшествовал конфликт между ними, который возник на почве как это казалось ФИО2 неадекватного поведения 

<

данные изъяты> И.А. по отношению к нему, что впоследствии привело к их драке. Учитывая это, мотивом последующих преступных действий ФИО2 по отношению к 

<

данные изъяты> И.А. послужили внезапно возникшие у него неприязненные отношения к нему. Исходя из совокупности вышеизложенных доказательств, судом достоверно установлено, что именно от действий ФИО2 образовались все колото-резаные раны у 

<

данные изъяты> И.А., удары ножом ФИО2, находящимся в непосредственной близости от 

<

данные изъяты> И.А., наносились в грудную клетку потерпевшего, где располагаются жизненно-важные органы и с достаточной силой, поскольку образовавшиеся раны грудной клетки носили проникающий характер ( сердце и печень), что повлекло за собой острую массивную кровопотерю и в связи с этим смерть 

<

данные изъяты> И.А. Эти обстоятельства, установленные судом, свидетельствуют о направленности умысла ФИО2 на лишение жизни 

<

данные изъяты> И.А., поскольку ФИО2, не страдая хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий, в том числе в виде смерти 

<

данные изъяты> И.А., и желал их наступления.

Учитывая вышеизложенное, суд квалифицирует действия ФИО2 по ст. 105 ч.1 УК РФ, как убийство, т.е. умышленное причинение смерти другому человеку. 

Органами предварительного расследования в вину ФИО2 вменялось также то, что он нанес не менее 1 удара правой рукой в область лица 

<

данные изъяты> И.А., причинив ему 2 кровоизлияния под слизистую губ, кровоподтек и ссадины подбородка, которые расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека, которые в причинной связи с наступлением смерти 

<

данные изъяты> И.А. не состоят, в связи с чем подлежат исключению из формулировки предъявленного подсудимому обвинения. 

При назначении наказания подсудимому суд учитывает личность подсудимого, который на учетах у нарколога и психиатра не состоит, зарегистрирован в г.Москве, однако длительное время проживал в г.Санкт-Петербурге в разных местах, работал, где характеризуется положительно, имеет мать-пенсионерку, которая будучи допрошенная в суде дала также положительную характеристику сыну. Подсудимый как в суде, так и ранее при проведении ему судебной психиатрической экспертизы, показал, что страдает различными заболеваниями, однако медицинских документов, свидетельствующих о наличии у него заболеваний, суду представлено не было, в связи с чем данное обстоятельство не может быть признано смягчающим. В то же время подсудимый в начале расследования дал явку с повинной, сообщив об обстоятельствах совершения преступления, чем способствовал его раскрытию, что судом относится к обстоятельствам, смягчающим ему наказание. Оснований для признания отягчающим обстоятельством нахождение ФИО2 в момент совершения преступления в состоянии опьянения, суд не усматривает в виду отсутствия достоверных медицинских сведений этому, иных предусмотренных законом отягчающих обстоятельств, в ходе судебного разбирательства также не установлено.

Учитывая общественную опасность совершенного преступления, относящегося к категории особо тяжких, и не усматривая оснований для снижения категории преступления, совершенного подсудимым, суд считает необходимым назначить ФИО2 наказание в виде реального лишения свободы, не усматривая оснований для применения ст.ст. 64, 73 УК РФ. Однако, учитывая наличие смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих обстоятельств, суд считает, что размер наказания не должен быть максимальным и не усматривает оснований для назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы. Поскольку особо тяжкое преступление было совершено ФИО2 в период испытательного срока, который ему был назначен за совершение тяжкого преступления, предусмотренного ст. 228 ч.2 УК РФ по приговору Красносельского районного суда г.Санкт-Петербурга от 6 августа 2015 года, то в соответствии со ст. 74 ч.5 УК РФ ранее назначенное ему условное осуждение подлежит отмене, а наказание по данному приговору назначается с учетом требований ст. 70 УК РФ. Однако учитывая молодой возраст подсудимого, суд считает необходимыми частично присоединить не отбытую часть наказания по приговору Красносельского районного суда г.Санкт-Петербурга. 

В соответствии со ст.58 ч.1 п. «в» УК РФ отбытие назначенного ФИО2 наказания в виде лишения свободы подлежит в исправительной колонии строгого режима. 

Потерпевшей 

<

данные изъяты> О.А. были заявлены исковые требования о взыскании с подсудимого в счет возмещения причиненного ей морального вреда 5.000.000 руб.

Руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, суд, установив, что потерпевшая, ДД.ММ.ГГГГ г.р., вследствие смерти единственного ребенка перенесла нравственные страдания, которые носят длительный характер, а также учитывая степень и вину подсудимого ( умышленное причинение смерти ), и требования справедливости и соразмерности считает, что иск потерпевшей о возмещении причиненного ей морального вреда подлежит удовлетворению, но в части, в размере 1.500.000 руб. 

В ходе судебного разбирательства подсудимым ФИО2 было заявлено ходатайство о возврате ему вещественного доказательства в виде принадлежащего ему ремня, которое в соответствии с п.3 ч.3 ст. 81 УПК РФ подлежит удовлетворению. Также, поскольку вещественное доказательство в виде мобильного телефона марки «Нокиа» ИМЕЙ: № с сим-картой сотового оператора «МТС» было обнаружено в кармане джинс умершего 

<

данные изъяты> И.А., суд считает, что в соответствии с п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ его необходимо передать матери 

<

данные изъяты> И.А. – потерпевшей 

<

данные изъяты> О.А. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.307, 308 и 309 УПК РФ суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет без ограничения свободы.

На основании ст. 74 ч.5 УК РФ условное осуждение, назначенное ФИО2 по приговору Красносельского районного суда г.Санкт-Петербурга от 6 августа 2015 года, отменить. На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров к назначенному по данному приговору наказанию частично присоединить не отбытую часть наказания, назначенного по приговору Красносельского районного суда г.Санкт-Петербурга от 6 августа 2015 года, и окончательно к отбытию ФИО2 назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 7 лет 6 месяцев без ограничения свободы и штрафа с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок отбытия наказания со дня провозглашения приговора, т.е. с 09 августа 2017 года.

Зачесть в срок отбытия назначенного ФИО2 по данному приговору наказания время его содержания под стражей в качестве меры пресечения согласно приговору Красносельского районного суда г.Санкт-Петербурга от 06 августа 2015 года в период с 31 мая 2015 года по 06 августа 2015 года, а также время его содержания под стражей по данному уголовному делу с момента фактического задержания с 12 февраля 2017 года до провозглашения приговора, т.е. до 09 августа 2017 года.

Меру пресечения ФИО2 в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу в целях обеспечения исполнения приговора оставить без изменения. 

Взыскать с ФИО2 в пользу 

<

данные изъяты> в счет возмещения морального вреда 1.500.000 ( один миллион пятьсот тысяч) руб.

По вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства: 

- смывы вещества бурого цвета на марлевом тампоне с поверхности холодильника, с входной двери, с поверхности стены парадной дома, конверт с пояснительной надписью «смывы с рук (труп) +контроль», нож, два листа бумаги формата А4 с логотипом «2 берега», наволочку, пластиковую бутылку, кожаную куртку черного цвета, 10 липких пленок, принадлежащие ФИО2 брюки камуфляжного цвета, носки черного цвета, принадлежащие 

<

данные изъяты> И.А. брюки джинсового цвета, футболку черного цвета, кофту с капюшоном, трусы, носки, полотенце, ремень, находящиеся при материалах уголовного дела, уничтожить,

- карту учащегося и пропуск Санкт-Петербургского государственного университета аэрокосмического приборостроения на имя 

<

данные изъяты> Ильи, оптический диск, находящиеся при материалах уголовного дела, хранить при деле,

- мобильный телефон «Нокиа» в корпусе серого цвета ИМЕЙ: № с сим-картой «МТС» №, находящийся при материалах уголовного дела, возвратить потерпевшей 

<

данные изъяты> О.А.,

- ремень, принадлежащий ФИО2, находящийся при материалах уголовного дела, возвратить законному владельцу ФИО2 

Приговор может быть обжалован сторонами в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы или представления в Октябрьский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, а осужденным, содержащимся под стражей,- в тот же срок со дня получения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о назначении для участия в суде апелляционной инстанции защитника, пригласить защитника самому.

Судья