Гражданское дело №

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

04 июня 2019 года Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего Лебедевой С.В.,

при секретаре Баумгертнер М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Стрежевом гражданское дело №, с участием представителя истца ФИО1 - адвоката Валиевой Э.М., действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия один год, представителя ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ, помощника прокурора г. Стрежевого Филиппова Н.Е., по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о взыскании морального вреда причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов, 

установил:

Истец ФИО1 обратился в Стрежевской городской суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о взыскании морального вреда причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов.

В обоснование исковых требований указал, что в период времени с 31.08.1999 по 21.12.2002 и с 13.08.2003 по 30.06.2004 в течение 4 лет 2 месяцев 10 дней работал в ООО «УТТ-2» водителем на автомобиле Урал-4320. В период времени с 01.07.2004 по 30.01.2011 был принят в порядке перевода в ООО «УТТ-4» водителем на автомобиле КамАЗ-53231, где проработал в течение 6 лет 7 месяцев. В период времени с 31.01.2011 по 20.06.2011 в течение 4 месяцев 21 дня отработал водителем на автомобиле КамАЗ-53231 в ООО «УТТ-2», поскольку ООО «УТТ-4» было реорганизовано в форме присоединения к нему. Итого общий стаж работы у ответчика в качестве водителя на автомобилях: Урал-4320 и КамАЗ-53231 составил 11 лет 2 месяца. Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника от ДД.ММ.ГГГГ №, работая у ответчика ООО «УТТ-2» водителем на автомобилях: КамАЗ-53231 и Урал-4320, находясь в вынужденной рабочей позе сидя, выполнял множество переключений рычагов управления, подвергался воздействию статико-динамических перегрузок на организм, повышенных уровней вибрации и шума, неблагоприятных метеофакторов. Водитель автомобиля Урал-4320 и автомобиля КамАЗ-53231 до 80% рабочего времени затрачивает на передвижение, при монтаже колес прилагает усилие до 200 кг, при вахтовом методе работы по 12 часов в день с 1 часовым обеденным перерывом. Из показателей тяжести трудового процесса и физических нагрузок испытываемых шофером, водителем, согласно Руководства Р2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда» имеют значения: вынужденная фиксированная рабочая поза сидя, подъем и перемещение тяжестей, статистическая нагрузка с участием мышц корпуса и ног. Общий показатель степени тяжести труда в профессиях шофера, водителя относится к классу вредности 3.3., то есть вредному, общая оценка труда 3.4 класс (вредный). Работая водителем у ответчика на спецтехнике, в процессе работы, передвигался по дорогам неудовлетворительного качества и в условиях бездорожья, постоянно подвергался воздействию статико-динамическим перегрузкам, что в свою очередь, послужило причиной возникновения профессиональных заболеваний. Согласно п. 19 акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ вины истца в возникновении у него профессиональных заболеваний комиссией установлено не было. В соответствии с названным актом причиной профессионального заболевания послужили повышенные уровни общей вибрации, превышение ПДУ на 13-15 дБ (класс вредности 3.3), воздействующие в течение длительного периода времени работы в данных профессиях, в течение 26 лет 2 месяцев, что в сочетании со значительными статико-динамическими перегрузками, относящимися к классу вредности 3.3, (вынужденная, фиксированная неудобная рабочая поза, совершение множества переключений рычагов управления, проведение текущего и капитального ремонта техники), привели к возникновению двух профессиональных заболеваний. Согласно заключению с Центра профпатологии ОКБ № от ДД.ММ.ГГГГ истцу было установлено два профессиональных заболевания: Оба заболевания возникли вследствие статико-динамического перенапряжения. В связи с чем, истцу противопоказан труд с физическим и статическим перенапряжением, рекомендовано лечение в РЦ ФСС, наблюдение у невролога курсами и лечение препаратами: НПВП, ненаркотическими анальгетиками, мазями и втираниями, хондропротекторами, витаминотерапия, биостимуляторами, ЛФК, ручной массаж, физиолечение. По заключению учреждения № № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено профессиональное заболевание с потерей – 30 % профессиональной трудоспособности бессрочно. В связи с полученными по вине ответчика в ходе трудовой деятельности заболеваниями, истец постоянно испытывает физическую боль из-за чего плохо себя чувствует, его часто мучают боли в области шеи и поясницы, которые отдают в спину из-за чего истец не может нормально сидеть, поскольку испытывает сильную боль. Он не в состоянии носить какие-либо предметы, даже не очень тяжелые (грузы), поскольку сразу же начинает болеть шейный отдел, спина и поясница. Его мучают сильные боли в области шеи, при этом, он с трудом может поворачивать голову, из-за смещения шейных позвонков и их дистрофических изменений, ему трудно передвигаться, либо просто держать равновесие, имеются межпозвоночные грыжи, что причиняет дополнительные физические страдания и боль, каждый день, которая с годами только усиливается. Истцу часто приходится лечиться в больнице, из-за чего постоянно чувствует себя неполноценным человеком, вынужден проходить лечение дважды в год курсами, рекомендовано ежегодно санаторно-курортное лечение, не менее 21 дня, что подтверждается программой реабилитации. Наличие профессиональных заболеваний существенно ограничило его право на труд, в связи с чем истец испытывает физические и нравственные страдания из-за своей неполноценности, что не могло не отразиться на уровне жизни, который стал намного хуже по сравнению с тем, когда он работал и получал заработную плату. Считает, что действиями ответчика причинен неизгладимый моральный вред, поскольку профессиональное заболевание носит длящийся характер, имеет необратимый процесс.

Истец просит взыскать с ООО «РН-Транспорт» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 250 000 рублей, по 125 000 рублей за каждое профессиональное заболевание, судебные расходы, связанные с оформлением судебной доверенности на ведение гражданского дела в суде в размере 1 200 рублей. 

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного заседания не явился, доверив представление своих интересов адвокату Валиевой Э.М.

В соответствии с частью 5 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд рассмотрел дело в отсутствие истца.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – адвокат Валиева Э.М. исковые требования поддержала по основаниям, приведенным в иске, просила удовлетворить их в полном объеме. 

Представитель ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО2, в судебном заседании с доводами истца не согласилась, пояснила, что истец отработал в ООО «УТТ-2» водителем автомобиля Урал-4320 с ДД.ММ.ГГГГ по 21.12.2002 и с 13.08.2003 по 30.06.2004 – 4 года 2 месяца, с 01.07.2004 по 20.06.2011 – 6 лет 11 месяцев водителем на автомобиле Камаз 53231. Общий стаж 11 лет 2 месяца. Истец в Обществе проходил периодические профессиональные медицинские осмотры, после которых признавался годным к работе. В течение периода работы в Обществе истцом не заявлялось требование о переводе его на более легкие условия труда. Профессиональное заболевание, полученное истцом, вызвано продолжительным периодом работы во вредных условиях труда и не может быть вызвано выполнением трудовой функции только у ответчика, поскольку профзаболевание возникло не одномоментно, а в течение длительного времени на протяжении 34 лет 2 месяцев, подвергаясь воздействию одних и тех же производственных факторов. На момент трудоустройства в ООО «УТТ-2» у истца уже имелся стаж работы во вредных условиях. Каких-либо жалоб, заявлений об ухудшении своего здоровья, о переводе на более легкие условия труда от истца не поступало. В течение всего периода работы истец не предпринимал каких-либо мер (обращений, заявлений к руководителю Общества), направленных на сохранение своего здоровья, и предотвращения негативных последствий вызванных работой во вредных условиях труда. Однако, обращений к работодателю от истца не поступало, что подтверждается отсутствием заявлений в адрес работодателя. Выполнение трудовой функции истцом в ООО «УТТ-2» во вредных условиях труда, ему были известны. Ссылка на ст. 212 ТК РФ не обоснована, поскольку Обществом выполнялись требования ст.ст. 221-224 ТК РФ, обеспечивались безопасные условия труда, истец обеспечивался средствами индивидуальной защиты согласно «Нормам бесплатной выдачи работникам теплой специальной одежды и теплой специальной обуви», утвержденные постановлением Минтруда и социального развития от 31.12.1997г. № 70 и «Типовым отраслевым нормам бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам нефтяной и газовой промышленности», утвержденные постановлением Минтруда и социального развития от 26.12.1997 г. № 67, в Обществе проводилась Аттестация рабочих мест, с целью оздоровления работников Общества разработана программа реабилитационно-восстановительного лечения, предоставлялись дополнительные дни отдыха к ежегодным отпускам, обеспечивалось прохождение работниками периодических медицинских осмотров, выдавалось молоко, производилась доплата за работу во вредных условиях труда. В соответствии с п. 17 Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 16.10.2000 № 789 в случае если пострадавший может продолжать профессиональную деятельность с умеренным или незначительным снижением квалификации, либо с уменьшением объема выполняемой работы, либо при изменении условий труда, влекущих снижение заработка, или если выполнение его профессиональной деятельности требует большего напряжения, чем прежде, устанавливается степень утраты профессиональной трудоспособности от 10 до 30 процентов. В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. По указанному основанию моральный вред с ответчика не может быть взыскан, поскольку факта неправомерных действий, а также бездействий со стороны ООО «УТТ-2» не имелось. Истец проработал в ООО «УТТ-2» на протяжении 11 лет 2 месяцев из 34 лет 2 месяцев общего трудового стажа. Данный факт является существенным и влияющим на размер возмещения морального вреда. Весь остальной период работы во вредных условиях труда истец работал на других предприятиях, что подтверждает содержание санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника, и соответственно ООО «УТТ-2» не может нести ответственность за причинение вреда работнику другими лицами. Объем причиненных истцу нравственных и физических страданий и их оценка в заявленном объеме не подтверждены доказательствами. При определении размера компенсации вреда просила учитывать требования разумности и справедливости, а именно степень тяжести причиненного вреда и установленный процент утраты профессиональной трудоспособности, не лишающий возможности осуществления трудовой деятельности, дату очередного переосвидетельствования. Указала, что истцом не доказан факт наличия двух профессиональных заболевания, просила в удовлетворении исковых требованиях истцу отказать. 

В заключении по делу помощник прокурора г. Стрежевого Филиппов Н.Е. находит требования истца о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, вину ответчиков в возникновении у истца профессионального заболевания подтвержденной в судебном заседании. Учитывая, что наличие профессионального заболевания в любом случае влечет физические и нравственные страдания, а также стаж работы истца у ответчика с ООО «РН-Транспорт», компенсацию морального вреда предлагает определить в размере 120 000 рублей, судебные расходы удовлетворить в заявленном размере. 

Заслушав участников судебного заседания, заключение помощника прокурора, изучив представленные доказательства, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относит к нематериальным благам жизнь и здоровье человека.

Конституцией Российской Федерации охраняются труд и здоровье граждан, устанавливаются гарантии социальной защиты (ч. 2 ст. 7); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ч. 1 ст. 39). 

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены трудовым законодательством, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника согласно ст. 212 ТК РФ возлагается на работодателя. 

Согласно ст. ст. 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Возмещение застрахованному лицу морального вреда, причинённого в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. 

Указанная норма направлена на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал у ответчика в следующие периоды времени, с 31.08.1999 по 21.12.2002 и с 13.08.2003 по 30.06.2004 в течение 4 лет 2 месяцев 10 дней работал в ООО «УТТ-2» водителем на автомобиле Урал-4320. В период времени с 01.07.2004 по 30.01.2011 был принят в порядке перевода в ООО «УТТ-4» водителем на автомобиле КамАЗ-53231, где проработал в течение 6 лет 7 месяцев, с 31.01.2011 по 20.06.2011 в течение 4 месяцев 21 дня отработал водителем на автомобиле КамАЗ-53231 в ООО «УТТ-2», поскольку ООО «УТТ-4» было реорганизовано в форме присоединения к нему. Стаж работы у ответчика составляет 11 лет 2 месяца.

ДД.ММ.ГГГГ истец уволен из ООО «УТТ-2» по ч.3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с уходом на пенсию по инвалидности.

Профессиональное заболевание впервые выявлено у ФИО1 в период его работы в ООО «УТТ-2» (РН-Транспорт), санитарно-гигиеническая характеристика подписана работодателем.

Общий стаж работы ФИО1 составляет 34 года 2 месяца.

Стаж работы в профессии шофёра, водителя составляет 26 лет 2 месяцев.

Стаж работы истца в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 26 лет 2 месяца. 

Указанные обстоятельства не оспариваются ответчиком и подтверждены в судебном заседании сведениями, отражёнными в трудовой книжке истца от ДД.ММ.ГГГГ, вкладыше в трудовую книжку № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8-15), отражены в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.16-21).

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения у него двух профессиональных заболеваний к ООО «РН-Транспорт» (до реорганизации ООО «УТТ-2»), являвшимся его работодателем.

В соответствии с решением № единственного участника общества с ограниченной ответственностью «УТТ-2» от ДД.ММ.ГГГГ ООО «УТТ-4» прекратило свою деятельность путем реорганизации в форме присоединения к ООО «УТТ-2». 

Согласно представленного листа записи Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ Общество с ограниченной ответственностью «Управление Технологического Транспорта-2» с ДД.ММ.ГГГГ прекратило деятельность юридического лица путем реорганизации в форме присоединения к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт», что также подтверждается решением № Общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» - единственного участника общества с ограниченной ответственностью «Управление технологического транспорта -2» от ДД.ММ.ГГГГ, Уставом ООО «РН-Транспорт».

Таким образом, ООО «УТТ-2», являясь правопреемником ООО «УТТ-4», несет ответственность по обязательствам, вытекающим из деятельности ООО «УТТ-4» в силу п.2 ст.58 ГК РФ, согласно которой при присоединении юридического лица к другому юридическому лицу к последнему переходят права и обязанности присоединенного юридического лица.

Рассматривая требования ФИО1, суд исходит из следующего.

В соответствии с п.30, 32 Постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является Акт о случае профессионального заболевания.

В соответствии с п. 19 Положения обязанность организации расследования обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания возлагается на работодателя.

Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания, возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно - эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа. В расследовании могут принимать участие другие специалисты.

Как следует из представленных документов, в том числе из Акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного начальником ТО Управления Роспотребнадзора по Томской области Л. С.И., подписанного членами комиссии, по результатам проведенного расследования случая профессионального заболевания, истцу установлен заключительный диагноз: Заболевание профессиональное вследствие статико-динамического перенапряжения и вибрации. 

Названным Актом установлено, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло в результате длительного воздействия вредного производственного фактора - повышенных уровней общей вибрации, превышающие ПДУ на 13-15 дБ, воздействовавшие в течение 26 лет 2 месяцев, а также статико-динамических перегрузок.

Непосредственной причиной профессионального заболевания в Акте указано: повышенный уровень вибрации, а также статико-динамические перегрузки.

Вина ФИО1 в наступлении у него профессионального заболевания не установлена (л.д.22-24).

Санитарно-гигиеническая характеристика (далее СГХ) условий труда водителя, работающего в ООО «УТТ-2», ФИО1 № составлена ДД.ММ.ГГГГ заместителем начальника ТО У Роспотребнадзора по Томской области г. Стрежевом К. А.И. и утверждена начальником ТО У Роспотребнадзора по Томской области в г. Стрежевом Л. С.И. 

В соответствии с СГХ стаж работы ФИО1 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, связанных с воздействием повышенных уровней вибрации, шума, статико-динамических перегрузок в профессиях шофёра, водителя составляет 26 лет 2 месяца.

Согласно названной характеристике, работая шофёром на ГАЗ-53, подвергался воздействию повышенных уровней вибрации. Находясь в вынужденной рабочей позе сидя, испытывал статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног. Эквивалентный корректированный уровень виброускорения по оси Z составляет 128 дБ, при ПДУ=115 дБ, превышение на 13 дБ, то есть ежесменная относительная доза вибрации dв=4.5 – класс вредности 3.3. Эквивалентный уровень шума составляет 82 дБ А, при ПДУ=80 дБ А, превышение на 2 дБ А-класс вредности 3.1. (Измерения ГАЗ-53 от ДД.ММ.ГГГГ в САТУ МПП «СКХ»).

Стажевая доза вибрации, полученная шофёром на ГАЗ-53 за 1 месяц работы составляет: Dв1 = (4,5х20) =90 допустимых доз. 

Работая водителем и водителем-дальнобойщиком на Урал-375 и Урал-4320, подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Совершая множество переключений рычагов управления (ручных и ножных), находясь в вынужденной рабочей позе сидя, испытывал статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног. Суммарный эквивалентный корректированный уровень виброскорости по оси Z, при 5 часовом ежесменном воздействии из 8-часовой рабочей смены, составляет 122 дБ, при ПДУ=107 превышение на 15 дБ, т.е. суммарная относительная доза вибрации dв=7.6 – класс вредности 3.3. Эквивалентный уровень шума составляет 82 дБА, при ПДУ=80 дБА превышение на 2 дБ – класс вредности 3.1. (Измерения на Урал-4320 № от ДД.ММ.ГГГГ, принадлежащий ООО «УТТ-2»).

Стажевая доза вибрации, полученная водителем и водителем-дальнобойщиком за 19 лет 5 месяцев работы на Урал составляет: Dв2 = (7,6х250х19+[7,6х100])=36860 допустимых доз. 

Работая водителем на КамАЗ-53231, подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Эквивалентный корректированный уровень виброускорения по оси Z составляет 130 дБ, при ПДУ=115 дБ, превышение на 15 дБ, то есть ежесменная относительная доза вибрации dв=5.0 – класс вредности 3.3. Эквивалентный уровень шума составляет 78 дБ А, при ПДУ=80 дБ А, превышения нет - класс вредности 2.0 (Измерения от ДД.ММ.ГГГГ на КамАЗ-53229, гос.№, принадлежащий ООО «УТТ-2»).

Стажевая доза вибрации, полученная водителем за 6 лет 8 месяцев работы на КамАЗ-53231 составляет: Dв3 = (5,0х250х6+[5,0х160])=8300 допустимых доз. 

Общая стажевая доза вибрации, полученная за весь трудовой стаж составляет: Dвобщ.= Dв1+ Dв2+Dв3=90+36860+8300=45250 допустимых доз.

Общая оценка условий труда 3.4. класс (вредный).

Согласно п. 24 СГХ условия труда на рабочих местах ФИО1 не отвечают гигиеническим требованиям и относятся по шуму к классу вредности 3.1, по уровню общей вибрации к классу вредности 3.3, по показателям тяжести труда к классу вредности 3.3, по микроклимату в кабине автомобиля к классу вредности 2.0.Повышщенные уровни общей вибрации и повышенные показатели тяжести труда обладают сочетанным воздействием усугубляющих ускоренное развитие профессиональных заболеваний костно-мышечной системы, периферической нервной системы, а также сосудистой системы.

Согласно заключению-справке Томской областной клинической больницы отделения «Центр Профпатологии» № ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в Центре профпатологии ОКБ с целью первичной экспертизы связи заболевания с профессией, установлен диагноз Заболевание профессиональное, вследствие статико-динамического перенапряжения и вибрации. Противопоказан труд с физическим, статико-динамическим перенапряжением. (л.д.25).

Согласно справке Бюро № –филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Томской области» серии № № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлено 30% утраты трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (л.д.33).

Обсуждая доводы истца о наличии у него двух установленных профессиональных заболевания, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании установлено и подтверждено вышеуказанными материалами дела, что ФИО1 установлено профессиональное заболевание с диагнозом: про профессиональному заболеванию установлено 30% утраты трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно, в связи с чем довод представителя истца о наличии двух профессиональных заболеваний у истца не подтвержден документально, обратного суду не представлено, следовательно, в этой части искового заявления следует отказать.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению причинителем вреда.

Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Право на компенсацию морального вреда впервые было предусмотрено Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятыми 31.05.1991, действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03.08.1992.

Согласно разъяснениям в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в случаях, когда моральный вред причинён до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случаях, когда истец после вступления акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий (бездействия), не может иметь обратной силы.

Учитывая изложенное, суд рассматривает требования истца о компенсации морального вреда в период после 03.08.1992.

Доводы представителя ответчика о том, что при поступлении на работу истец был предупрежден о наличии вредных условий труда, был с ними согласен, получал при этом все установленные законодательством компенсации: сокращенная продолжительность рабочего времени, дополнительные отпуска, повышенный размер оплаты труда, обеспечивался специальной одеждой и обувью и т.п., судом не принимается во внимание, поскольку данные обстоятельства не могут учитываться как имеющие значение для определения объёма прав работника на получение компенсации морального вреда с учётом общего стажа работы на конкретном предприятии. Кроме того, именно на работодателе лежит обязанность обеспечить надлежащие условия труда работника (ст. 212 ТК РФ). Работник не обеспечивался средствами защиты от вибрации, доказательств, свидетельствующих об обратном, ответчиками не предоставлено.

Оценивая представленные доказательства (санитарно-гигиеническую характеристику № от ДД.ММ.ГГГГ, акт № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания), суд исходит из положений ст. ст. 67, 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также из того, что изложенные в характеристике сведения, объективно ответчиком не опровергнуты в судебном заседании.

Исходя из оценки всех исследованных доказательств по делу, суд приходит к выводу о наличии вины ответчика в причинении морального вреда истцу.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что вред здоровью истца причинён в связи с работой у ответчика в своё время во вредных условиях, в условиях повышенных уровней вибрации. 

Доказательств наличия предусмотренных действующим законодательством оснований для освобождения ответчика от ответственности - грубой неосторожности или умысла истца, которые бы содействовали возникновению или увеличению вреда, а также, подтверждающих, что истец продолжал выполнение работы во вредных условиях, нарушая какие-либо запреты врачей или работодателя, ответчиком суду не предоставлено. При этом данное обстоятельство, само по себе, не может рассматриваться в качестве основания для освобождения ответчика от возмещения компенсации морального вреда.

Возникновение профессионального заболевания возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника.

В соответствии с п. 3.1. Санитарных норм СН 2.2.4/2.1.8.566-96, утверждённых постановлением Госкомсанэпиднадзора РФ от 31.10.1996 № 40, предельно допустимый уровень (ПДУ) вибрации - это уровень фактора, который при ежедневной (кроме выходных дней) работе, но не более 40 часов в неделю в течение всего рабочего стажа, не должен вызывать заболеваний или отклонений в состоянии здоровья, обнаруживаемых современными методами исследований в процессе работы или в отдаленные сроки жизни настоящего и последующих поколений.

Доказательств, подтверждающих тот факт, что в период работы истца у ответчика на него не оказывалось воздействие вредных производственных факторов, суду не представлено. 

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. 

Работодатели использовали заведомо наносящую вред здоровью работника автомобильную технику, имеющую повышенный уровень вибрации и шума. Доказательств невозможности обеспечить работу лиц на технике, не оказывающей неблагоприятное воздействие на организм работника, ответчиком суду не представлено.

В целях предупреждения возникновения и развития у работника профессионального заболевания ответчиком не было организовано проведение углубленных профилактических осмотров, не осуществлялся контроль за стажем работы работника во вредных условиях труда в целях недопущения превышения безопасного уровня стажевой дозы, своевременного решения вопроса о возможности продолжения работы во вредных условиях труда, переводе работника на работу, исключающую эти условия.

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из того, что работодатели располагали возможностью отслеживать стаж работы во вредных условиях работника, а, следовательно, учитывать стажевую дозу полученной им вибрации и своевременно решать вопрос о возможности продолжения выполнения работником трудовой функции без вреда для здоровья.

Профессиональное заболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов. 

Профессиональное заболевание у ФИО1 впервые выявлено в период его работы в ООО «РН-Транспорт» (до реорганизации ООО «УТТ-2»), причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и исполнением им трудовых обязанностей в указанном Обществе установлена Актом о случае профессионального заболевания и подтверждается представленной суду санитарно-гигиенической характеристикой.

Таким образом, профессиональное заболевание истца возникло не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись в период работы истца у ответчика.

В связи с чем, доводы ответчика об отсутствие вины в причинении истцу морального вреда не состоятельны, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, ответчиком не представлены доказательства работы ФИО1 на технике, которая не оказывала бы на истца воздействие вредных производственных факторов, однако согласно п.18 Акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ имело место длительное воздействие повышенных уровней общей вибрации в течение 26 лет 2 месяцев, что также не оспорено ответчиком.

На основании изложенного суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда, предъявленных к ответчику ООО «РН-Транспорт».

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации в этом случае размер компенсации морального вреда определяется судом. 

Наличие у истца заболеваний, их характер подтверждают то обстоятельство, что он испытывает нравственные страдания от потери здоровья, испытывает физическую боль, установление степени утраты профессиональной трудоспособности 30 % бессрочно, ограничивает его право на труд и, как следствие, причиняет истцу моральный вред. Указанные обстоятельства подтверждаются представленной истцом в материалы дела медицинской документацией.

В связи с чем, довод представителя ответчика ООО «РН-Транспорт» о том, что иск не подлежит удовлетворению в связи с отсутствием доказательств, подтверждающих объем причиненных истцу нравственных и физических страданий и их оценки в заявленном объеме, является не состоятельным. Кроме того, в судебном заседании установлено и на опровергнуто ответчиком, что в настоящее время истец постоянно принимает лекарственные препараты и мази, приходит лечение как в медицинском учреждении по месту проживания (), так и в Областной клинической больнице что следует из выписок из медицинской карты амбулаторного и стационарного больного. 

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд находит его подлежащим взысканию в меньшем размере, чем требует истец.

Суд принимает во внимание, что истцу был причинен вред здоровью при исполнении им трудовых обязанностей у ответчика, утратил профессиональную трудоспособность на 30 % бессрочно, выявлено профессиональное заболевание, нуждается в лечении.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает стаж работы истца во вредных условиях у ответчика, поскольку профзаболевание обусловлено длительностью воздействия вредных производственных факторов и находится в прямой зависимости от этого показателя.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Не представлено доказательств отсутствия вины в возникновении у истца профессионального заболевания и причинении ему морального вреда, ответчиком ООО «РН-Транспорт».

Кроме того, судом учитывается отсутствие умысла у работодателя причинить вред здоровью ФИО1 выполнением ответчиком обязательных требований действующего законодательства в области охраны труда и техники безопасности.

Исходя из изложенного, суд считает разумным размером компенсации морального вреда, с учетом отработанного истцом на каждом предприятии (ООО «УТТ-2, ООО «УТТ-4») времени, подлежащего взысканию в пользу истца с ООО «РН-Транспорт» в сумме 100 000 рублей.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.

Согласно ч. 1 ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В порядке ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе и расходы на оплату услуг представителей.

В силу положений ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся также иные расходы, признанные судом необходимыми. 

Согласно ст. 53 ГПК РФ полномочия представителей оформляются доверенностью в соответствии с законом.

В связи с обращением в суд истец ФИО1 понес расходы по оформлению нотариальной доверенности представителю в сумме 1 200 рублей, что подтверждается квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.43).

В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 21.012016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Имеющаяся в материалах дела доверенность № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком на один год выдана ФИО1 на имя представителя Валиевой Э.М.

Заявленные к возмещению расходы истца по оформлению нотариальной доверенности представителю Валиевой Э.М., суд признаёт необходимыми и относит к издержкам, связанным с рассмотрением настоящего дела. 

Таким образом, с ответчика ООО «РН-Транспорт» в пользу истца ФИО1 подлежит взысканию сумма судебных расходов в размере 1 200 рублей. 

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой при обращении в суд истец был освобожден, взыскивается судом с ответчика ООО «РН-Транспорт» в размере 300 рублей в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО3.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» о взыскании морального вреда причиненного профессиональным заболеванием, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 100 000 (сто тысяч) рублей. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» в пользу ФИО1 судебные расходы в сумме 1 200 (одна тысяча двести) рублей. 

В остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО3 государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Томский областной суд через Стрежевской городской суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий.подпись. Лебедева С.В.

Мотивированный текст решения изготовлен 04.06.2019.

Копия верна.судья. Лебедева С.В.