Дело № 2-604/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 марта 2019 года г.Тверь

Заволжский районный суд г. Твери в составе председательствующего судьи Богдановой М.В., при секретаре Никитиной Н.В.,

с участием истца ФИО3 и её представителя адвоката Блиновой И.В., представившей удостоверение и ордер № 55622 от 20.01.2019 года, представителей ответчика ООО «Тверская генерация» ФИО4, представившего доверенность № 185 от 14.06.2018, ФИО5 и ФИО6, представивших доверенность № 70 от 01.03.2019, ФИО7 и ФИО8, представивших доверенность № 71 от 11 марта 2019 года, помощника прокурора Заволжского района города Твери Горожанкиной Е.С., 

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Тверская генерация» о признании незаконным приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Тверская генерация» (далее ООО «Тверская генерация», ответчик, работодатель) признании незаконным приказа об увольнении № 881 от 27.12.2018 года, восстановлении на работе в должности мастера производственного участка котельная Сахарово в подразделении Объединенные котельные ООО «Тверская генерация», взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула и денежной компенсации морального вреда в размере 250000 рублей 00 копеек.

Свои требования мотивировала тем, что её увольнение является незаконным и необоснованным, поскольку по факту была сокращена только её должность, другие сотрудники были переведены на другие места работы, ей не были предложены все вакантные должности, нарушена процедура увольнения при сокращении штата, не соблюдено её преимущественное право на оставление на работе, как единственного работающего человека в семье, при наличии двух несовершеннолетних детей. Кроме того, ей было отказано в переводе на работу на вакантные должности, которые ей были предложены работодателем. В связи с незаконными действиями работодателя, она испытала моральные нравственные страдания в связи с потерей работы. При отсутствии постоянного заработка и средств на содержание детей она вынуждена унижаться и занимать деньги в долг. 

В ходе рассмотрения дела истец ФИО3 в порядке ст.39 ГПК РФ уточнила заявленные требования, указав, что в уведомлении от 05.10.2018 года указано, что с её согласия она может быть переведена на любую из имеющихся вакантных должностей. Однако это не соответствовало действительности, в уведомлении не были указаны и соответственно не были ей предложены все имеющиеся вакантные должности. После ознакомления с приказом об увольнении и выдачи трудовой книжки, работодатель вручил ей уведомления от 18.12.2018 и от 24.12.2018 года. Работодатель отказал ей в переводе на те вакантные должности, на которых она бы точно могла работать, что, по её мнению, свидетельствует о том, что сокращение было формальным и её не собирались переводить на другую работу. Изменение в штатное расписание были внесены до момента её фактического увольнения, что является основанием для признания увольнения незаконным. В выписке из приказа № 1011-л от 05.10.2018 года, представленной суду ответчиком, отсутствует её подпись, что свидетельствует о нарушении ответчиком положений ст.22 ТК РФ в части обязанности знакомить работников под роспись с принимаемыми локальными нормативными актами. Нарушена процедура увольнения, так как работодателем не представлен приказ об утверждении штатного расписания с 11.12.2018. По закону новое штатное расписание должно быть утверждено ко дню увольнения сотрудников, а введено в действие в день увольнения или на следующий день после увольнения. 

Определением суда от 21.02.2019 года, занесенным в протокол судебного заседания уточненное исковое заявление ФИО3 принято к производству суда. 

Определением суда от 28.01.2019 года к участию в деле в порядке ст.45 ГПК РФ привлечен прокурор Заволжского района города Твери для дачи заключения по делу. 

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования в редакции от 21.02.2019 года поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. От заключения предложенного представителем ответчика мирового соглашения отказалась. Дополнительно пояснила, что работодатель поступил с ней незаконно и не справедливо. Она очень любила свою работу, имела большой опыт работы. В ООО «Тверская генерация» большинство сотрудников работает без необходимого образования. Она не является членом профсоюза более 6 лет. С 05.12.2018 года она находилась на больничном. 10.12.2018 года ей позвонила и она пришла на работу. Ей для ознакомления вручили список вакантных должностей от которых она не отказывалась и согласилась на перевод на все предложенные вакансии. Сотрудник отдела кадров предложил ей сходить на собеседование. После собеседования ей отказали в переводе, поскольку она не подходит. В переводе на должность мастера котельной на 

<

адрес> ей отказали, поскольку необходимо пройти соответствующее обучение, но в обучении ей было отказано. 27.12.2018 года она целый день была на работе. От предложенных в этот день вакантных должностей она отказалась, поскольку ей до этого говорили, что её в любом случае уволят и в переводе откажут. После увольнения она осталась без средств к существованию. 

Представитель истца ФИО3 - адвокат Блинова И.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно пояснила, что фактически сокращения штата не произошло. Обоснованность сокращения ответчиком не подтверждена. На момент увольнения должность истца не исключена из штатного расписания. У работодателя не было обязанности предлагать более высокие должности и более квалифицированные, но такие должности были предложены истцу. Она выразила письменное согласие занять более высокую должность и от других вакансий, которые были предложены в уведомлении от 06.12.2018 года, она не отказывалась. Работодатель признавая, что ошибочно предложил более высокие должности, должен был известить истца, согласившегося занять данные должности по предложению работодателя и предложить сделать выбор из вакантных должностей, соответствующих квалификации истца. Работодатель никаких действий для реализации права истца на перевод не предпринял, ввел работника в заблуждение относительно доступных вакансий, лишил истца возможности выбора доступных для него вакансий, чем нарушил процедуру увольнения и права истца. 

Представитель ответчика ООО «Тверская генерация» ФИО4 в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признал, просил в удовлетворении исковых требований отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях и дополнениях к ним. В письменных возражениях указал, что порядок и сроки уведомления истца о предстоящем сокращении, установленные ст. 82, ч. 2 ст. 180 ТК РФ, обществом соблюдены. Ответчиком неоднократно предлагались ФИО3 вакансии для перевода на вакантные должности. ФИО3 согласилась с переводом на вакансии начальника отдела материально-технического обеспечения службы управления закупками и ведущего специалиста отдела материально-технического обеспечения службы управления закупками. В уведомлении от 18.12.2018, с которым истец ознакомлена 27.12.2018, разъяснена невозможность перевода на вакантные должности начальника отдела материально-технического обеспечения службы управления закупками и ведущего специалиста отдела материально-технического обеспечения службы управления закупками в связи с не соответствием требованиям к должности по образованию и квалификации. ООО «Тверская генерация» соблюдены требования трудового законодательства при сокращении численности штата работников и издании приказа об увольнении истца. Доводы истца об отнесении её к категории одинокой матери в связи с воспитанием детей не основаны на законе и фактических обстоятельствах.

Представитель ответчика ООО «Тверская генерация» ФИО6 в судебном заседании исковые требования ФИО3 не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать. Дополнительно пояснила, что непосредственно она готовила документы и знакомила с ними ФИО3 В период нахождения ФИО3 на больничном, она также готовила уведомления об имеющихся вакантных должностях на предприятии и созванивалась с ФИО3 27.12.2018 года ФИО3 вышла на работу. Перед ознакомлением с приказом об увольнении, она предложила ФИО3 ознакомиться с имеющимися вакансиями. От предложенных вакансий ФИО3 отказалась. 

Представитель ответчика ООО «Тверская генерация» ФИО7 в судебном заседании пояснил, что на должность мастера участка Цеха централизованного ремонта ФИО3 не подходила. Эта бригада занимается не ремонтом тепловых сетей, а ремонтом станочного оборудования и работой с металлом. Для занятия этой должности нужен большой опыт работы.

Представитель ответчика ООО «Тверская генерация» ФИО8 в судебном заседании пояснил, что для занятия должности мастера производственного участка котельной 

<

адрес> необходимо иметь действующую аттестацию по газовому оборудованию. Для получения данной аттестации необходимо пройти первичное обучение. 

Помощник прокурора Заволжского района города Твери Горожанкина Е.С. в судебном заседании полагала, что исковые требования ФИО3 не подлежат удовлетворению, поскольку ответчиком была соблюдена процедура увольнения, предложены все имеющиеся вакантные должности от перевода на которые истец отказалась. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО3 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии со п. 2 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

Увольнение по основанию, предусмотренному пунктом 2 или 3 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 180 Трудового кодекса РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в той же организации, соответствующую квалификации работника.

В силу положений ч. 2 ст. 180 Трудового кодекса РФ о предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в соответствии с частью 3 статьи 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности.

Таким образом, из смысла приведенных выше норм действующего трудового законодательства следует, что право определять численность и штат работников принадлежит работодателю.

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34 часть 1; статья 35 часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала), обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец ФИО3 была принята в ООО «Тверская генерация» на должность начальника участка в структурное подразделение Тепловые сети \ Цех тепловых сетей \ Участок аварийно - восстановительных работ с 04.10.2016 года, что подтверждается копией приказа о приеме на работу, копией трудового договора № 437 от 03.10.2016 года и не оспаривается сторонами. 

С 24.07.2017 года истец ФИО3 переведена на должность мастера производственного участка в подразделение Объединенные котельные \ Котельная 

<

адрес>, что подтверждается копией приказа о переводе работника на другую работу от 20.07.2017 года № 715-к, дополнительным соглашением к Трудовому договору от 03.10.2016 года № 437 от 20.07.2017 года. 

В соответствии с приказом генерального директора ООО «Тверская генерация» от 05.10.2018 № 1011-л «О внесении изменений в штатное расписание» в связи с организационными изменениями условий труда в подразделениях ООО «Тверская генерация» и повышения эффективности работы с 11.12.2018 внесены следующие изменения в штатное расписание:

- выведены из подразделения «Котельная 

<

адрес> Объединенных котельных должности: начальника производственного участка -1 шт. единица; мастер производственного участка – 1 шт. единица; слесарь по обслуживанию оборудования электростанций 3 разряда – 4 шт. единицы;

- выведены из подразделения «Котельная 

<

адрес>» Объединенных котельных должность слесаря по обслуживанию оборудования электростанций 3 разряда – 5 шт. единиц;

- введены в подразделение «Участок ремонта и эксплуатации сетей локальных котельных» Цеха тепловых сетей \ Тепловые сети следующие должности: старший мастер – 1 шт. единица и слесарь по ремонту и обслуживанию оборудования тепловых сетей 5 разряда – 9 шт. единиц (т.2 л.д. 55).

Принимая во внимание установленные судом обстоятельства, суд критически относится к доводам истца об отсутствии доказательств реального сокращения штата, поскольку он опровергается материалами дела.

Довод истца, что ее не ознакомили с приказом № 1011-л «О внесении изменений в штатное расписание» от 05.10.2018, суд считает несостоятельным, поскольку данный приказ носит организационный характер и не имеет отношения к процедуре увольнения конкретного работника, трудовое законодательство не содержит требований об ознакомлении работников с такого рода приказами.

О принятом решении о сокращении занимаемой истцом должности и исключении из штатного расписания 11.12.2018 года истец ФИО3 была уведомлена 05.10.2018 года. Одновременно с уведомлением истец в соответствии с требованиями ч.3 ст.81 и ч.1 ст.180 Трудового кодекса РФ была проинформирована о 28 вакантных должностях по состоянию на 05.10.2018 года, а также с её согласия ей был предложен перевод на любую из имеющихся вакантных должностей с учетом её квалификации и которую она может выполнять с учетом состояния здоровья. А также истцу было разъяснено, что в случае её отказа от перевода на предложенные должности трудовой договор с ней будет прекращен по истечении двух месяцев со дня получения уведомления в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ с предоставлением гарантий и компенсаций, предусмотренных действующим законодательством. От перевода на предложенные работодателем вакансии ФИО3 отказалась. Данные обстоятельства подтверждаются уведомлением от 05.10.2018 № СП -02\01285 и не оспариваются сторонами. 

18.10.2018 года истец ФИО3 была проинформирована работодателем о 26 вакантных должностях по состоянию на 15.10.2018 года, на которые она могла быть переведена с её письменного согласия с учетом её квалификации и состояния здоровья. От перевода на предложенные вакансии ФИО3 отказалась. Данные обстоятельства подтверждаются письменным предложением вакансий от 15.10.2018 № СП -02\01-306 и не оспариваются сторонами. 

09.11.2018 года истец ФИО3 была проинформирована работодателем о 24 вакантных должностях по состоянию на 07.11.2018 года, на которые она могла быть переведена с её письменного согласия с учетом её квалификации и состояния здоровья. От перевода на предложенные вакансии ФИО3 отказалась. Данные обстоятельства подтверждаются письменным предложением вакансий от 08.11.2018 № СП -02\01-348 и не оспариваются сторонами. 

10.12.2018 года истец ФИО3 была проинформирована работодателем о 44 вакантных должностях по состоянию на 06.12.2018 года, на которые она могла быть переведена с её письменного согласия с учетом её квалификации и состояния здоровья. После ознакомления с предложенными вакансиями, ФИО3 выразила согласие на перевод на предложенные вакансии на должности начальника отдела Отдела материально-технического обеспечения Службы управления закупками и ведущего специалиста Отдела материально-технического обеспечения Службы управления закупками. Данные обстоятельства подтверждаются письменным предложением вакансий от 06.12.2018 № СП -02\01-451. 

Как установлено в судебном заседании, после получения согласия истца на перевод на указанные должности, истец была направлена на собеседование к руководителю структурного подразделения, по результатам которого ей было отказано в переводе, поскольку она не подходит по квалификационным требованиям на указанные должности, что подтверждается объяснениями истца ФИО3, данными в судебном заседании, и не оспаривалось представителями ответчика. 

Кроме того, ФИО3 была письменно проинформирована работодателем о том, что уровень её образования и квалификация не соответствует выбранным ею вакансиям, что подтверждается уведомлениями от 18.12.2018 № СП – 02\01-470 и от 18.12.2018 № СП-02\01-470\1, с которыми ФИО3 была ознакомлена 27.12.2018 года сразу после выхода на работу с больничного, что подтверждается копиями уведомлений. 

Поскольку у истца отсутствовало необходимое высшее образование и стаж работы в области закупок или снабжения, с учетом квалификационных требований, предъявляемых к должностям начальника отдела и ведущего специалиста Отдела материально-технического обеспечения Службы управления закупками у работодателя отсутствовали основания для перевода истца на указанные должности. Квалификационные требования по указанным должностям закреплены в должностных инструкциях, копии которых имеются в материалах дела. 

В соответствии с представленным суду дипломом, истец ФИО3 имеет среднее профессиональное образование, ей присвоена квалификация бухгалтер по специальности «Экономика и бухгалтерский учет», что подтверждается копией диплома.

К доводам ФИО3 и её представителя о том, что 10.12.2018 года истец ФИО3 выразила согласие на перевод на все имеющиеся вакансии, перечисленные в предложение вакансий от 06.12.2018 года, суд относится критически, поскольку доказательств этого утверждения истцом не представлено. В указанном предложении она в письменном виде выразила согласие на перевод только на должности начальника отдела и ведущего специалиста Отдела материально-технического обеспечения Службы управления закупками. На другие вакантные должности письменное согласие на перевод истец не давала, с заявлениями о переводе к работодателю не обращалась. Кроме того, большинство из предложенных 10.12.2018 года истцу ФИО3 вакансий, были предложены ей повторно 27.12.2018 года, но она от перевода на указанные вакантные должности отказалась.

Кроме того, работодатель отказал ФИО3 в переводе на вакантную должность мастера производственного участка Котельная 

<

адрес> Объединенные котельные по причине отсутствия у неё необходимого образования по техническим специальностям, а также отсутствия у неё необходимой аттестации по эксплуатации систем газораспределения и газопотребления и эксплуатации котлов (паровых, водогрейных, с органическими и неорганическими теплоносителями) на опасных производственных объектах, что подтверждается уведомлением от 18.12.2018 года, с которым ФИО3 была ознакомлена 27.12.2018 года. 

Доводы истца о том, что она могла бы пройти необходимое обучение для занятия данной должности, не имеют значения для разрешения настоящего спора, поскольку предлагать сотруднику вакансию или работу, которая потребует его переквалификации, ввиду отсутствия необходимой квалификации и образования, работодатель не обязан, сотрудник не может требовать предложить ему подобную работу, поскольку необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров определяет сам работодатель. 

В судебном заседании установлено, что с 05.12.2018 по 26.12.2018 года включительно истец ФИО3 отсутствовала на работе по причине временной нетрудоспособности, что подтверждается листками нетрудоспособности (т.1 л.д.69-70)

После выхода истца на работу 27.12.2018 года, работодатель в день увольнения еще раз проинформировал истца об имеющихся вакантных должностях, что подтверждается уведомлениями от 18.12.2018 и от 24.12.2018, с которыми истец была ознакомлена 27.12.2018 года в свой последний рабочий день и от перевода на предложенные вакансии отказалась, указав, что нет ни одной вакансии соответствующей её квалификации, что подтверждается её подписью в указанных уведомлениях. 

К доводам истца и её представителя о том, что работодатель не предложил истцу все имеющиеся в организации вакансии, суд относится критически, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании доказательства. 

К доводам представителя истца о том, что работодатель ввел работника в заблуждение относительно доступных вакансий, лишил истца возможности выбора доступных для него вакансий, чем нарушил процедуру увольнения и права истца, суд относится критически, поскольку они опровергаются исследованными в судебном заседании и приведенные выше доказательствами. В судебном заседании установлено, что с целью минимизации возможных рисков работодатель предложил истцу ФИО3 максимально широкий перечень вакантных должностей с тем, чтобы истец могла выбрать соответствующую её образованию и опыту должность, самостоятельно оценив свою квалификацию. При этом предложение вакантных должностей, включая не соответствующие квалификации работника, не является введением работника в заблуждение. 

Несостоятельны доводы истца о том, что ей не предлагалась должность кладовщика химического цеха ТЭЦ-4, поскольку указанная должность предлагалась ФИО3 05.10.2018, от перевода на нее истец отказалась, что подтверждается уведомлением от 05.10.2018 года № СП -02\01-285(Т.1 л.д.18). В связи с отказом истца от указанной должности на нее с 10.10.2018 принят другой работник. У работодателя отсутствует обязанность не занимать предложенные работнику вакансии в течение двухмесячного срока, если работник от них отказался. 

Несостоятельны доводы истца о том, что ей не предлагалась вакантная должность специалиста Службы сбыта Отдела по работе с физическими лицами Информационно-справочной группы, поскольку указанная должность истцу предлагалась, как вакантная, 27.12.2018 года и от перевода на которую она отказалась, что подтверждается уведомлением от 24.12.2018 года (пункт 41), с которым истец была ознакомлена 27.12.2018.

Кроме того, в соответствии приказом № 1149-л от 01.11.2018 года подразделение «Информационно-справочная группа» со всеми штатными единицами, входящими в эту группу, из подразделения «Отдел по работе с физическими лицами» Службы сбыта с 12.11.2018 года перемещено «Инженерно-инспекторский отдел» Службы сбыта. При этом должность специалиста инженерно-инспекторского отдела Службы сбыта предлагалась ФИО3 10.12.2018 и 27.12.2018 года, что подтверждается уведомлениями от 06.12.2018 года и от 24.12.2018 года. 

При этом, суд считает необходимым отметить, что образование ФИО3 соответствовало квалификационным требованиям по указанной должности. 

К доводам ФИО3 о том, что ей не была предложена должность мастера участка Цеха централизованного ремонта Тепловых сетей, суд относится критически, поскольку предлагать сотруднику вакансию или работу, которая потребует его переквалификации, ввиду отсутствия необходимой квалификации и образования, работодатель не обязан. В соответствии с должностной инструкцией мастера участка Цеха централизованного ремонта предъявляются следующие требования к квалификации: высшее профессиональное (техническое) образование и стаж работы на производстве 1 год или средне профессиональное (техническое) образование и стаж работы три года. ФИО3 данным требованиям не соответствует. 

Ввиду отсутствия у ФИО3 высшего образования и необходимой квалификации, у ответчика не было обязанности предлагать ей вакантные должности специалистов Службы сбыта Отдела по работе с физическими лицами Группы по обслуживанию клиентов, в том числе № 1, № 3, № 4 и № 5, специалиста Службы сбыта Отдела учета и планирования продаж тепловой энергии, начальника цеха ТЭЦ-4 Котельный цех, начальника отдела в службу управления закупками отдела мониторинга, начальника отдела капитального строительства и технических присоединений Службы перспективного развития, ведущего инженера и специалиста 2 категории Группы технических присоединений Отдела капитального строительства и технических присоединений, все должности в Группе технического перевооружения и реконструкции, старшего мастера Цеха тепловых сетей Участка по ремонту и эксплуатации сетей локальных котельных. Данные обстоятельства подтверждаются должностными инструкциями, содержащими требования, предъявляемые к квалификации, копии которых имеются в материалах дела. 

Поскольку у истца нет среднего профессионального образования по техническим специальностям в области теплоснабжения, она не могла претендовать на должность техника Объединенных котельных Группы эксплуатации. Копия должностной инструкции техника имеется в материалах дела.

Кроме того, должность техника не была вакантна, поскольку в соответствии с приказом № 1056-л от 15.10.2018 года должность техника была перемещена из подразделения «Производственно – технический отдел Объединенных котельных в подразделение «Группа эксплуатации» с 15.10.2018 года, что подтверждается копиями приказов № 1056-л от 15.10.2018 года, № 687-к от 15.10.2018 о переводе работника, дополнительным соглашением к трудовому договору от 01.07.2014 года № 249 от 15.10.2018.

Доводы истца и её представителя о том, что ей не была предложена должность машиниста – обходчика по котельному оборудованию 5 разряда Котлотурбинного цеха ТЭЦ-3, суд считает не состоятельным, поскольку предлагать сотруднику вакансию или работу, которая потребует его переквалификации, ввиду отсутствия необходимой квалификации и образования, работодатель не обязан, сотрудник не может требовать предложить ему подобную работу, поскольку необходимость профессиональной подготовки и переподготовки кадров определяет сам работодатель. Заявление о приеме на работу на указанную должность было написано другим лицом 24.09.2018 года. С указанным лицом был заключен ученический договор. После обучения работник переведен на указанную должность. Данные обстоятельства подтверждаются заявлением о приеме на работу, дополнительным соглашением к трудовому договору № 260 от 15.11.2018 года, должностной инструкцией машиниста – обходчика по котельному оборудованию 5 разряда котлотурбинного цеха, в соответствии с которой требуется прохождение обучения по программе профессиональной подготовки по профессии.

К доводам истца и её представителя о том, что ей не была предложена должность машиниста паровых турбин Турбинного цеха ТЭЦ-4, суд относится критически, польку указанная должность истцу работодателем предлагалась, что подтверждается уведомлением от 15.10.2018, с которым истец была ознакомлена 18.10.2018 года и отказалась от всех предложенных вакантных должностей. 

В соответствии с приказом генерального директора ООО «Тверская генерация» № 881-к от 27.12.2018 года истец ФИО3 была уволена в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ. С указанным приказом ФИО3 была ознакомлена в день увольнения. Данные обстоятельства подтверждаются копией приказа и не оспариваются сторонами. 

Факт того, что в день увольнения 27.12.2018 года, являющийся для работника одновременно и последним рабочим днем, работодатель ознакомил истца с имеющимися в организации вакансиями, свидетельствует о том, что работодатель предпринимал все возможные меры для соблюдения трудовых прав и предоставленных истцу гарантий. Однако истец своими правами не воспользовалась и не выразила согласия на перевод на имеющиеся вакансии, соответствующие её образованию, квалификации и состоянию здоровья. 

Доводы истца ФИО3, изложенные в исковом заявлении о незаконности увольнения со ссылкой на ст. 179 ТК РФ, поскольку не учитывалось преимущественное право оставления на работе, на ее иждивении находятся двое несовершеннолетних детей, являются несостоятельными, поскольку в котельной поселка Сахарово на дату сокращения имелась только одна должность мастера производственного участка, следовательно, положения ст. 179 ТК РФ о преимущественном праве оставления на работе в данном случае не могут быть применены.

К доводам истца о том, что она является одинокой матерью, воспитывающей несовершеннолетних детей, в связи с чем у ответчика отсутствовали основания для прекращения с ней трудовых отношений, суд относится критически, поскольку она не основаны на законе. 

В силу ч. 4 ст. 261 ТК РФ расторжение трудового договора с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, с одинокой матерью, воспитывающей ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет или малолетнего ребенка - ребенка в возрасте до четырнадцати лет, с другим лицом, воспитывающим указанных детей без матери, с родителем (иным законным представителем ребенка), являющимся единственным кормильцем ребенка-инвалида в возрасте до восемнадцати лет либо единственным кормильцем ребенка в возрасте до трех лет в семье, воспитывающей трех и более малолетних детей, если другой родитель (иной законный представитель ребенка) не состоит в трудовых отношениях, по инициативе работодателя не допускается (за исключением увольнения по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 5 - 8, 10 или 11 части первой статьи 81 или пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса).

Данная статья относится к числу специальных норм, предоставляющих определенным категориям работников повышенные гарантии. По своей сути она является трудовой льготой, направленной на обеспечение материнства и детства в соответствии с ч. 2 ст. 7 и ч. 1 ст. 38 Конституции РФ.

Согласно разъяснений, данных в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 28.01.2014 г. "О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних", при разрешении споров о незаконности увольнения без учета гарантии, предусмотренной ч. 4 ст. 261 ТК РФ, судам следует исходить из того, что к одиноким матерям по смыслу данной нормы может быть отнесена женщина, являющаяся единственным лицом, фактически осуществляющим родительские обязанности по воспитанию своих детей (родных или усыновленных) в соответствии с семейным и иным законодательством, то есть воспитывающая их без отца, в частности, в случаях, когда отец ребенка умер, лишен родительских прав, ограничен в родительских правах, признан безвестно отсутствующим, недееспособным (ограниченно дееспособным), по состоянию здоровья не может лично воспитывать и содержать ребенка, отбывает наказание в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, уклоняется от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в иных ситуациях.

Согласно свидетельства о рождении несовершеннолетнего ФИО ДД.ММ.ГГГГ года рождения его отцом указан ФИО2

Как установлено в судебном заседании, с отца ребенка в пользу истца взысканы алименты, что подтверждается копией исполнительного листа, копией постановления об обращении взыскания на заработную плату и иные доходы должника. Отец ребенка ФИО2 работает в ООО «Тверская генерация» из его заработной платы ежемесячно удерживаются алименты на содержание сына, что подтверждается справкой об алиментных удержаниях от 13.02.2019 года и не оспаривалось истцом. 

Дочь истца ФИО3 – ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ года рождения на момент издания приказа об увольнении истца ДД.ММ.ГГГГ года достигла совершеннолетия. До достижения ФИО1 совершеннолетия, то есть до ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2., являющегося её отцом, в пользу истца ФИО3 удерживались алименты и на содержание дочери, что подтверждается справкой про алиментные обязательства от 13.02.2019 года. 

Доказательств того, что отец ребенка уклоняется от исполнения своих родительских обязанностей по содержанию и воспитанию детей, либо он лишен родительских прав в отношении своих детей, материалы дела не содержат.

При указанных обстоятельствах, ФИО3, исходя из общих принципов семейного и трудового законодательства, не может быть признана одинокой матерью, воспитывающей несовершеннолетнего ребенка в возрасте до 14 лет, в связи с чем положения ч. 4 ст. 261 ТК РФ на нее распространены быть не могут.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, с учетом требований закона, суд пришел к выводу об отказе ФИО3 в удовлетворении заявленных требований, поскольку у ответчика имелись основания для увольнения истца по пункту 2 части 1 статьи 81 ТК РФ и был соблюден установленный законом порядок увольнения по данному основанию, поскольку сокращение штата ответчика имело место быть, процедура, порядок и сроки увольнения истца были соблюдены, ответчик надлежащим образом уведомил истца о предстоящем увольнении в связи с сокращением должности, увольнение осуществлено по истечении установленного ст. 180 ТК РФ двухмесячного срока уведомления, в связи с временной нетрудоспособностью истца и установленным в законе запретом на увольнение по инициативе работодателя в период временной нетрудоспособности, дата увольнения истца была перенесена, оснований для применения положений статьи 179 ТК РФ у работодателя не имелось, так как сокращению подлежала только должность истца, от предложенных вакантных должностей, соответствующих её квалификации, а также вакантных нижестоящих должностей и нижеоплачиваемых, которые она могла выполнять с учетом её состояния здоровья, истец отказалась..

Согласно представленных в материалы дела штатных расписаний, приказов о внесении изменений в штатное расписание, сведений о сокращаемых работниках, занимаемая истцом должность исключена из штатного расписания, каких-либо новых должностей с аналогичными трудовыми функциями в новом штатном расписании введено не было, соответственно, необходимость исследовать вопрос о преимущественном праве у работодателя отсутствовала.

Кроме того, принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации при условии соблюдения установленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения, что согласуется с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях N 236-О-О от 24.02.2011 года, N 1690-О от 24.09.2012 года. Таким образом, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

Суд также считает необходимым указать, что замещение вновь введенных должностей подлежащими сокращению сотрудниками, которые занимали аналогичные или вышестоящие должности со схожими функциями, без предложения указанных должностей истцу не противоречит действующему законодательству.

Проверка экономической целесообразности принятия работодателем решения о сокращении штата или численности работников в компетенцию судебных органов не входит, поскольку проверка обоснованности проведения таких мероприятий означала бы внутреннее вмешательство в административно-хозяйственную деятельность организации. 

С учетом переноса даты увольнения истца в связи с её временной нетрудоспособностью ответчиком был издан приказ № 1388-л от 27.12.2018 года о внесении изменений в штатное расписание и выведении из штатного расписания 28.12.2018 года из подразделения Котельная поселка Сахарово Объединенных котельных должности мастера производственного участка, что подтверждается копией приказа. При этом нарушений процедуры увольнения и трудовых прав истца ответчиком не допущено. 

Доводы истца о том, что она ранее нареканий по работе не получала и положительно характеризовалась, правового значения при разрешении спора не имеют. 

Учитывая, что суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца о признании приказа об увольнения незаконным, восстановлении на работе, то оснований для взыскания заработной платы за время вынужденного прогула не имеется. 

Поскольку при рассмотрении данного дела нарушений прав истца неправомерными действиями или бездействием ответчика при увольнении не установлено, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО3 о компенсации морального вреда в соответствии с требованиями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации.

К доводам истца и её представителя о том, что из-за неправомерных действий ответчика, связанных с незаконным увольнением, ухудшилось состояние здоровья истца, суд относится критически, так как допустимых и достоверных доказательств своих утверждений ими не представлено. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к Обществу с ограниченной ответственностью «Тверская генерация» о признании незаконным приказа об увольнении № 881-к от 27.12.2018 года, восстановлении на работе в должности мастера производственного участка котельная поселка Сахарово в подразделении Объединенные котельные ООО «Тверская генерация», взыскании среднего заработка за период вынужденного прогула с 28.12.2018 по день восстановления на работе и денежной компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями, в размере 250000 рублей 00 копеек – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Тверского областного суда с подачей жалобы через Заволжский районный суд г. Твери в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 20 марта 2019 года. 

Председательствующий М.В. Богданова