УИД № 63RS0030-01-2020-001113-61

производство №2-975

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 июля 2020 г. Комсомольский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе 

председательствующего Головачевой О.В.,

при секретаре Мораевой А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ООО «РТЛ» к ФИО1 о возмещении ущерба,

у с т а н о в и л :

ООО «РТЛ» обратилось с исковым заявлением о взыскании с ФИО1 104867 руб. в возмещение материального ущерба, причиненного при исполнении трудовых обязанностей.

В обоснование иска истец указал, что 22.02.2018 г. в ООО «РТЛ» по трудовому договору № 374 от 22.02.2018 г. ФИО1 был принят на работу в качестве водителя отдела эксплуатации в обособленном подразделении ООО «РТЛ» в г. Тольятти.

В соответствии с п. 3.16 должностной инструкций, с которой работник ознакомлен 22.02.2018 г., водитель является ответственным за расход топлива и денежных средств по топливной карте, и обязан по возвращении из рейса предоставлять начальнику колонны финансовые документы (товарные и кассовые чеки), подтверждающие объем заправленного топлива и израсходованных средств.

Для осуществления трудовой функции - транспортировки груза на автомобиле VOLVO FM-TRUCK 4x2, государственный регистрационный номер ..., водителю выдана топливная карта № .... Факт передачи и закрепления топливной карты за водителем на время рейса подтверждается путевым листом. При получении путевого листа водителю вручается топливная карта, номер которой отражается в графе «Особые отметки».

Нормы расхода топлива установлены Приказом ООО «РТЛ» от 31.01.2017 года № 01/03- о/д, принятым в соответствии с Распоряжением Министерства транспорта РФ от 14.03.2008г. № АМ-23р. На период с 01 ноября по 31 марта норма составляет 35 литров на 100 километров пробега.

По окончании рейса по путевому листу № ПЛ1049 от 06.03.2019г. в соответствии с регламентами, установленными в Обществе, в том числе, руководствуясь Приказом от 31.01.2017 г. № 01/03-о/д, начальник колонны и механик при сдаче ответчиком путевого листа и автомобилевоза, осуществив проверку показаний одометра, остатков топлива в баке, выявили перерасход дизельного топлива в количестве 2926,97 л.

Для установления размера причиненного перерасходом ущерба и причин его возникновения истцом в порядке, установленном действующим законодательством (ч. 1 ст. 247 Трудового кодекса РФ), проведено служебное расследование, результаты которого оформлены актом от 12.03.2019 г.

С документацией, составленной в рамках осуществленной проверки (акт контрольного замера остатка дизельного топлива в баке, акт по результатам проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения), с результатами расследования, размером установленного ущерба, Работник ознакомился под роспись, представил объяснения, с результатами проверки согласился.

Нанесенный работодателю ущерб, взыскивается с работника в порядке, установленном статьей 248 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой взыскание с виновного работника суммы причиненного ущерба осуществляется по приказу работодателя. Работник, виновный в причинении работодателю ущерба, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей.

На основании вышеизложенного ООО «РТЛ» был издан приказ о привлечении ФИО1 к материальной ответственности и взыскании с него причиненного обществу ущерба в размере 131 947,81 руб.

12.03.2019 г. работник, ознакомившись с результатами расследования и приказом о привлечении к материальной ответственности, изъявил желание добровольно возместить работодателю ущерб и предоставил заявление об удержании из заработной платы. Сторонами трудового договора в этот же день подписано соглашение о возмещении ущерба с рассрочкой платежа.

Приказом № 2205-1-л/с от 22.05.2019 г. трудовой договор расторгнут по инициативе ответчика.

На момент обращения в суд по указанному случаю с согласия работника из его заработной платы удержано 27 080,81 руб.

Остаток задолженности ФИО1 обществу с ограниченной ответственностью «РТЛ» по приказу № 1203-2-л/с от 12.03.2019 г. составляет 104 867 руб., которую истец просит взыскать с ответчика.

Представитель истца, будучи надлежащим образом уведомленным о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явился.

В поддержание своих требований представитель истца направил дополнительные письменные объяснения, указав, что с декабря 2018 г. ответчик накопительным эффектом допускал перерасход топлива, что прослеживается из разделов «Движение горючего» путевых листов № ПЛ5817 от 24.12.2018 г., № ПЛ0042 от 03.01.2019 г., № ПЛ0738 от 14.02.2019 г., № ПЛ0833 от 20.02.2019 г., № ПЛ919 от 26.02.2019 г., № ПЛ1049 от 06.03.2019 г.

Кадровая политика компании, допуская человеческий фактор и наличие личных мотивов, позволяет работнику исправить допущенные отклонения от нормы расхода топлива, в том числе, путем изменения манеры вождения, чем с легкостью пользуются опытные водители. Целей дисциплинарного и материального воздействия на водителей за непреднамеренные, случайные нарушения истец не преследует. Благодаря избранным методам единичные перерасходы топлива исправляются водителями уже в следующем рейсе.

В рассматриваемом случае ответчик не воспользовался предоставленной возможностью исправить ситуацию, и, понимая последствия, участвовал в проверке, подтвердил факт перерасхода своими подписями в документации по результатам проверки и добровольным заявлением об удержании сумм причиненного ущерба.

Ответчик ФИО1 иск не признал, показал, что работал в качестве водителя грузового автомобиля в ООО «РТЛ». После трудоустройства 22.02.2018 г. ему был передан автомобиль с пробегом 900 000 км в рабочем состоянии. При приемке автомобиля остаток дизтоплива никто не проверял. В рейс выехал по остатку в путевом листе, а не в баке. После окончания рейса остатки дизтоплива фиксировали по системе ГЛОНАСС, а не по фактическому пробегу. Система ГЛОНАСС по спутнику устанавливает меньший километраж, так как видя дорогу сверху, не учитывает подъемы и спуски. К примеру, расстояние от г. Тольятти до г. Москвы по системе ГЛОНАСС составляет 950 км, а фактически более 1000 км. Сразу же после первого рейса он (ФИО1) доложил руководству о том, что выделенной солярки не хватает, а после пробега 1 000 000 км расход еще больше увеличился. Необходимость проведения ремонта топливной системы, о которой он докладывал руководству, отклонялась, рейсы продолжались. Соответственно, с каждым рейсом увеличивалась недостача топлива, так как фактический расход не соответствовал пройденному километражу по путевым листам. Через продолжительный период времени руководство организации организовало контрольный замер, в результате которого после выполненного рейса Тольятти -Москва-Тольятти выявлен перерасход солярки 80 л при пробеге 2000 км, а расстояние по ГЛОНАСС составило 1950 км. О том, что по результатам проверки были составлены какие-то документы, ему не известно. Допускает, что вместе с путевками подписывал какие-то документы. О том, что у него имеется «пережег» в таких количествах, о которых указано в иске, не знал. 

ФИО1 ссылается на то, что по окончании рейса по путевому листу № ПЛ1049 от 06.03.2019 г. перерасход топлива в количестве 2926,97 л образоваться не мог, так как ему выдано по топливной карте 1700 л дизтоплива, остатка дизтоплива в баке не было (объем бака автомобиля Volvo составляет примерно 400 л), фактический пробег автомобиля в рейсе Тольятти-Пенза-Тамбов-Актюбинск-Тольятти с 06.03.2019 г. по 12.03.2019 г. составил 3070 км.

Считает, что указанный перерасход мог образоваться за весь период работы по указанным выше причинам, но об этом он не был уведомлен, и работодатель не требовал возмещения, обратившись в суд через год после его увольнения.

Суд, выслушав объяснения ответчика, изучив представленные доказательства, пришел к следующему.

Приказом № 02/13-л/с от 22.02.2018 г. ФИО1 принят в Обособленное подразделение ООО «РТЛ» г. Тольятти / Отдел эксплуатации (ОП Тольятти) на должность водителя со сдельной оплатой труда с испытательным сроком на 3 месяца (л.д.17).

Между ООО «РТЛ» и ФИО1 составлен трудовой договор, к которому приложен перечень документов, с которым работник ознакомлен до подписания трудового договора (л.л.д.32-38, 39).

Приказом №1203-2-л/с от 12.03.2019 г. ФИО1 привлечен к материальной ответственности, с него взыскан причиненный Обществу ущерб в размере 131947,81 руб. (л.д.21). Названным приказом указано на удержание вышеуказанной суммы из заработной платы ФИО1

Из докладной запиской от 12.03.2019 г. начальника колонны Л. А.П. следует, что водитель автовоза Volvo FM-ТRUСК 4х2, г. н. знак ... с полуприцепом ROLFO BLIZZARD 3.1 Г.Н. ЗНАК ..., ФИО1 допустил перерасход ДТ в количестве 2926,97 литров при выполнении рейса Тольятти-Пенза-Актобе по путевому листу №1049 с 6 марта 2019 г.- 12 марта 2019 г. Просит применить меры материальной ответственности в виде удержания из заработной платы водителя ФИО1 в сумме 131947,81 руб. (л.д.24).

В объяснительной записке, подписанной ФИО1, указано, что факт перерасхода топлива пояснить не может, признает (л.д.25).

Из Акта контрольного замера остатка дизельного топлива в баке и контрольного снятия показаний одометра автомашины VOLVO FM-ТRUСК 4х2, ..., следует, что 12 марта 2019 г. произведен контрольный замер остатка дизельного топлива в баке и показаний одометра автомобиля VOLVO FM-ТRUСК 4х2, ..., по номеру путевого листа 1046 с 06 марта по 12 марта 2019 г. В ходе замера установлено, что в баке было 276,25 литров дизельного топлива. Показания одометра на дату замера 1137573 км (л.д.26).

Актом по результатам проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения от 12.03.2019 г. установлено, что водителем ФИО1 по путевому листу допущен перерасход топлива в количестве 2926,97 литров при выполнении рейса с 06 марта 2019 г. по 12 марта 2019 г. при осуществлении перевозки на маршруте Тольятти-Пенза-Актобе. Нормативный расход топлива за время осуществления маршрута составляет 0,35 литров на 1 км. Пробег составил 3070 км. С учетом применения норм расхода топлива по Приказу генерального директора №02/06.10-о/д от 15.02.2017 г., на указанный пробег расход топлива составляет 1098,5 л. Фактический расход топлива по путевому листу рассчитан из данных, отраженных в разделе «Движение горючего» путевого листа: 4025,47 л, остаток при выезде составлял 2451,72 л, выдано 1 850 л (по данным отчетов топливных компаний по топливной карте № ...), остаток при возвращении составляет 276,25 л; перерасход составил 2926,97 л (Расчёт: 4025,47-1098,5). Средняя стоимость одного литра составляет 45,08 руб., размер ущерба – 131947,81 руб. (л.д.27).

В заявлении от 12.03.2019 г. ФИО1 «подтвердил свою готовность добровольно возместить ущерб в указанном объеме, не оспаривая размер и основания удержания из заработной платы» (л.д.28).

В тот же день 12.03.2019 г. между работодателем и работником подписано Соглашение о возвращении ущерба с рассрочкой платежа (л.д.29)

Приказом №2205-1-л/с от 22.05.2019 г. трудовой договор между работодателем и работником расторгнут по инициативе работника по ст. 77 ч.1 п. 3 ТК РФ (л.д.46).

Из «Обзора судебной практики рассмотрения судами дел о материальной ответственности работника», утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 05.12.2018 г., следует, что закрепляя право работодателя привлекать работника к материальной ответственности (абзац шестой части первой статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предполагает, в свою очередь, предоставление работнику адекватных правовых гарантий защиты от негативных последствий, которые могут наступить для него в случае злоупотребления со стороны работодателя при его привлечении к материальной ответственности.

Привлечение работника к материальной ответственности не только обусловлено восстановлением имущественных прав работодателя, но и предполагает реализацию функции охраны заработной платы работника от чрезмерных и незаконных удержаний.

Удержания из заработной платы в порядке возмещения потерь или ущерба, нанесенного принадлежащим предпринимателю продуктам, товарам или оборудованию, должны разрешаться только в тех случаях, когда может быть ясно доказано, что за вызванные потери или причиненный ущерб несет ответственность соответствующий трудящийся, что отражено в подпункте 1 пункта 2 Рекомендации N 85 Международной организации труда "Об охране заработной платы", принятой в г. Женеве 1 июля 1949 г. на 32-й сессии Генеральной конференции Международной Организации Труда.

В соответствии со ст. 232 Трудового кодекса РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Трудовым договором или заключаемыми в письменной форме соглашениями, прилагаемыми к нему, может конкретизироваться материальная ответственность сторон этого договора. При этом договорная ответственность работодателя перед работником не может быть ниже, а работника перед работодателем - выше, чем это предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба (статья 233 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ст. 241 Трудового кодекса РФ, за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

Заключение договора о полной материальной ответственности с водителем, согласно приложению N 1 к Постановлению Минтруда России от 31.12.2002 N 85 "Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности" не предусмотрено.

В соответствии с п.3.16 Должностной инструкции, утвержденной приказом ООО «РТЛ» от 15.02.2017 г., водитель является ответственным за расход топлива и денежные средства по топливной карте и обязан по возвращении из рейса предоставлять директору ОП ООО «РТЛ» или начальнику колонны финансовые документы (товарные и кассовые чеки), подтверждающие израсходованные средства Общества. 

Из искового заявления и документов, подтверждающих факт перерасхода ГСМ, следует, что перерасход топлива допущен ответчиком при выполнении рейса с 06 марта 2019 г. по 12 марта 2019 г. по маршруту Тольятти-Пенза-Актобе-Пенза-Тольятти.

Объем бака автомобиля VOLVO составляет 500 л.

Истцом, на которого в силу ст. 56 ч.1 ГПК РФ возложена обязанность доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований и возражений, не предоставил суду доказательства того, что до выезда в рейс 06.03.2019 г. ФИО1, использовавший в рейсе 1850 литров дизельного топлива по топливной карте № ..., имел при выезде остаток дизтоплива в объеме 2451,72 л (л.л.д.18, 27).

Из объяснений ФИО1 следует, что перерасход горючего образовался не за один рейс с 06 марта 2019 г. по 12 марта 2019 г. по маршруту Тольятти-Пенза-Актобе-Пенза-Тольятти, а накапливался постепенно. Ранее при проведении контрольного замера при выполнении рейса Тольятти-Москва-Тольятти был подтвержден повышенный расход горючего на автомобиле, имевшего пробег более одного миллиона километров, требовалась ревизия топливной системы. Кроме того, ответчик ссылается на то, что при исчислении нормы расходы ГСМ работодателем принимался во внимание не фактический пробег, а расстояние, определенное системой ГЛОНАСС, которое определяет его менее фактического. 

Факт того, что указанный в иске объем перерасхода топлива 2929,97 литра образовался не за один рейс, как указано в иске и приложенных к нему доказательствах, а за весь период работы ответчика, фактически подтверждается дополнительными объяснениями истца, направленными в адрес суда 21.07.2020 г., в которых указано, что ответчик допускал накопительным эффектом перерасход топлива.

Работодателем не представлено доказательств, подтверждающих причины возникновения перерасхода горючего. 

Из путевых листов № ПЛ5817 от 24.12.2018 г., № ПЛ0042 от 03.01.2019 г., № ПЛ0738 от 14.02.2019 г., № ПЛ0833 от 20.02.2019 г., № ПЛ919 от 26.02.2019 г., № ПЛ1049 от 06.03.2019 г., на которые истец ссылается, определяя дату возникновения недостачи, не прослеживается объем перерасхода дизельного топлива в объеме 2929,97 л. 

Из путевого листа № ПЛ5817 от 24.12.2018 г. следует, что при выезде в рейс г.Тольятти-г.Москва, ФИО1 имел остаток 1277,77 л. В путевом листе ниже указанного объеме в графе «движение горючего» указан остаток при выезде 2188,27 л. Сведения, имеющиеся в путевом листе носят противоречивый характер. Документы, предоставленные истцом, не позволяют суду устранить имеющиеся противоречия, определив конкретный объем остатка ГСМ при выезде в рейс 24.12.2018 г.

Судом установлено, что при выезде в рейс водитель не имеет физической возможности хранить остаток горючего в указанных количествах, поскольку наличие остатка дизтоплива ограничено объемом топливного бака, который составляет не более 500 литров.

Доводы ответчика о том, что недостача исчислена за весь период трудовой деятельности ответчика в ООО «РТЛ», в том числе, и по причине ненадлежащего технического состояния автомобиля в связи с некорректной работой топливной системы автомобиля, без учета фактического пробега автомобиля, не оспорены в суде.

В силу ст. 238 Трудового кодекса РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Отказывая истцу в удовлетворении требований, суд исходит из того, что представленные истцом документы не содержат достоверных сведений об обстоятельствах выявления недостачи и причины её возникновения, что свидетельствует о несоблюдении работодателем положений ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации.

Результаты проверки, оформленные названными выше документами: докладной запиской, объяснительной работника, актом контрольного замера снятия остатков дизельного топлива, Акта о результатах проверки (л.л.д.24-27) носят формальный характер, ни в совокупности, ни каждый по отдельности, не подтверждают размер, период и причину недостачи. 

Предоставленные суду документы не дают возможность суду определить, с какого времени, в каком объеме и по какой причине образовалась недостача ГСМ у работника.

Названные выше документы, наряду с Соглашением работника о возмещении ущерба с рассрочкой, позиционируются истцом как соблюдение требований закона при расследовании причин и размера недостачи. На самом деле, названными документами вуалируется истинная причина недостачи, период её образования и дата выявления.

Приказом №01/03-о/д от 31.01.2017 г. установлены нормы расхода дизельного топлива в ООО «РТЛ» (л.л.д.30-31).

Из материалов дела следует, что с приказом №01/03-о/д от 31.01.2017 г. «О нормах расхода топлива» при трудоустройстве ФИО1 не ознакомлен: при трудоустройстве 22.02.2018 г. ФИО1 ознакомлен с локальными нормативными актами, в которые названный Приказ не включен (л.д.39).

Ссылка истцов на то, что работник выразил письменное согласие с размером ущерба и порядком его возмещения, не является обстоятельством, свидетельствующим о признании требований истца, влекущим безусловное удовлетворение его требований. Являясь более сильной стороной в возникших правоотношениях, основанных на принципе подчинения работника правилам работодателя, при которых работник находится в материальной зависимости от работодателя, ООО «РТЛ», являясь заинтересованным в сохранности своего имущества, вправе проводить контроль расхода ГСМ по каждому рейсу, если намерен доказать факт перерасхода ГСМ работником.

Объективно повлиять на расход топлива водитель не может. Перерасход топлива относится к коммерческим рискам работодателя и требовать от водителя возмещение перерасхода топлива работодателю в виде материальной ответственности при том, что не установлена конкретная причина перерасхода и её период, противоречит нормам трудового законодательства.

«Накопительный эффект», на который ссылается истец, не позволяет определить дату наступления ущерба. 

С учетом того, что в силу ст. 392 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба, срок обнаружения ущерба является юридически значимым обстоятельством, который предлежит доказыванию истцом.

Началом течения годичного срока обращения работодателя в суд с иском к работнику о возмещении материального ущерба является день обнаружения работодателем причиненного ущерба, но этот день доказательствами, предоставленными истцом, не установлен, поскольку уже по состоянию на 24.12.2018 г. ответчик не обладал точной информацией о наличии «недостачи» у ФИО1 в количестве 1277,77 л или 2188,27 л. Дата 12.03.2019 г., которую истец указывает как на день выявления ущерба наряду с Соглашением о возвращении ущерба с рассрочкой, по которой в течение десяти месяцев работник производит возврат суммы, не соотносятся с фактическими обстоятельствами, поскольку дата обнаружения ущерба не установлена, но явно видно, что она возникла до 12.02.2019 г.

Суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок обращения в суд и не доказан размер причиненного ему ущерба.

Поскольку требование истца о взыскании с ответчика требуемой суммы оставлено без удовлетворения, требования истца о взыскании госпошлины отклоняются судом.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

р е ш и л :

исковое заявление ООО «РТЛ» к ФИО1 о взыскании 104867 рублей в возмещение ущерба и возврата госпошлины в сумме 3297 рублей оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Комсомольский районный суд г. Тольятти.

Судья О.В. Головачева.

Решение в окончательной форме изготовлено 23.07.2020 г. Судья-