Дело № 2-3325/17

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ 

29 сентября 2017 года г. Ульяновск

Ленинский районный суд города Ульяновска в составе судьи 

Т.Л. Грачевой,

при секретаре Ю.А. Фирсовой, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО12 к ФИО3 ФИО13 о признании недействительным договора дарения доли жилого дома и доли земельного участка, признании права собственности на долю жилого дома и долю земельного участка 

У С Т А Н О В И Л

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 ФИО14 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, признании права собственности на жилой дом и земельный участок, в обоснование исковых требований указав, что После смерти матери, ФИО1 ФИО15 (ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 ФИО16, вступил в права на наследственное имущество, состоящее из ? доли жилого дома и земельного участка, находящееся по адресу: 

<

...> 

<

адрес> С 2003 года по настоящее время он непрерывно проживает в указанном жилом доме, несет расходы по содержанию и обслуживанию жилья; до мая 2017 года считал себя собственником указанного дома, земельного участка.

15 мая 2015 года был заключен договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка, согласно которого ФИО1 ФИО17 (Даритель) подарил ФИО3 ФИО18 (Одаряемая) ? долю жилого домами земельного участок находящееся по адресу: 

<

адрес>.

Договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка от 15 мая 2015 го, считаю недействительным - указанная сделка совершена для вида, без намерения создать правовые последствия. После заключения договора он по-прежнему проживает в указанном жилом доме, несет расходы по содержанию и ремонту жилья. ФИО3, после заключения сделки, дом и земельный участок не передавались, ответчик не вселялась и не проживала в указанном доме, жилищно-коммунальные услуг не оплачивает.

С ФИО3 на протяжении длительного периода времени он не поддерживает каких-либо отношений, в поле моего зрения она появилась периодически: в 2003 год (пришла на похороны матери); в 2015 году, когда предложила ему пожизненную помощь по уходу за ним.

Поступившее, в 2015 году, предложение от ФИО3 (ответчицы) о его пожизненном содержании (оказании помощи) его заинтересовало, поскольку он в это нуждался. Ответчица пообещала, что до смерти будет за ним ухаживать - приносит продукты, покупать одежду, помогать по хозяйству, ежемесячно будет предоставлять ему небольшие суммы денег на текущие расходы; при этом за все это, принадлежащие ему дол дома и земельного участка, после его смерти, должны будут отойти в ее пользу.

Он согласился на указанное предложение; по указанию ФИО3 написал е собственноручную расписку, в которой он выражал желание передать ответчице, после его смерти, принадлежащие ему доли дома и земельного участка, которую ей же и передал.

Согласно статьи 170 ГК РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Просил суд признать недействительным договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка от 15 мая 2015 года, заключенный между ФИО1 ФИО19 и ФИО3 ФИО20, в отношении ? долю жилого дома и земельного участка, расположенные по адресу: г

<

адрес>

Прекратить право общей долевой собственности на ? долю жилого дома и ? долю земельного участка, расположенные по адресу: г. 

<

адрес>, за ФИО3 ФИО21

Признать право общей долевой собственности на ? долю жилого дома и ? долю земельного участка, расположенные по адресу: г. 

<

адрес>, за ФИО1 ФИО22.

Настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о прекращении права собственности ФИО3 ФИО23 на ? долю жилого дома и ? долю земельного участка, расположенные по адресу: г

<

адрес>

Настоящее решение является основанием для внесения в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним записи о праве собственности ФИО1 ФИО24 на отношении ? долю жилого дома и ? долю земельного участка, расположенные по адресу: г. 

<

адрес>

Истец в судебном заседании исковые требования поддержал, суду пояснил, что ФИО3 приходится ему двоюродной сестрой. Ни договор ренты, ни договор дарения он не намеривался заключать с ответчицей, о временной передаче своего имущества ответчице с целью его сохранности от посягательств других лиц разговор не велся. Психическими, умственными заболеваниями он не страдал, травму головы получил в сентябре 2017 года, однако, все происходящее он понимает и осознает. Ранее он проживал в данном доме один. Зарегистрирован он в квартире 

<

адрес>1, являлся нанимателем данной квартире, но фактически в ней проживает его сын Дмитрий, который является инвалидом 1 группы и не в состоянии самостоятельно передвигаться. Второй сын длительное время находится в местах лишения свободы, по возращению, он должен был проживать именно в спорном доме. С сыном Дмитрием у него хорошие отношения, они не ссорятся, но был случай, когда Дмитрий разбил в спорном доме окно. Сын Сергей всегда проживал далеко, длительное время отбывает наказание, в связи с чем, между ними каких-либо отношений нет. Действительно, в 2015 году он находился в трудном положении, ответчица предложила ему помощь в ремонте дома, вызвала работников, благодаря ей, в дом вновь был подведен газ, восстановлена электропроводка, отремонтирована крыша. Некоторое время он проживал у ответчицы, но всегда имел намерения вернуться в дом. Будучи ей благодарным за помощь, он намеривался передать принадлежащее ему недвижимое имущество по завещанию, с условием перехода права собственности после своей смерти, они ездили консультировались по данному вопросу к юристу. Ездили- оформили сделку, но документы по совершаемой сделке он не читал, поскольку имеет слабое зрение, подписал их, думая, что подписывает завещание. Через некоторое время он увидел, что квитанции на газ приходят на имя ФИО3, он позвонил ей и сообщил о необходимости произвести оплату, посчитав, что это суммы в связи восстановлением системы газоснабжения, вопросами которой занималась ответчица. В дальнейшем он узнал, что собственником дома является ответчица, с чем он не согласен. Из дома его ответчица не выселяет, препятствий в пользовании жилым помещением и земельным участком не чинит, однако, он не имел намерения подарить ей дом, он хотел, чтобы в нем жил его сын Сергей.

Представитель истца в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ранее суду указывал, что истец психическими заболеваниями не страдает, истец понимал, что заключает договор дарения, однако, между ним и ответчицей было соглашение о том, что спорный дом и земельный участок перейдут во временное пользование ответчицы, с целью сохранности имущества от посягательств иных лиц. Истец как проживал в спорном жилом помещении, так и продолжает проживать, ответчица в дом не вселялась, все расходы по содержанию дома несет истец. 

Ответчица исковые требования в судебном заседании не признала, суду пояснила, что приходится истцу двоюродной сестрой. В 2015 году ей стало известно о том, что ФИО2 находится в плохом состоянии: не ухаживает ни за собой, ни за домом, она решила помочь ему. Приехав к нему в дом, она увидела, что принадлежащее ему жилое помещение находится в ужасном состоянии, кругом грязь, испражнения, проводка не работает, газ отключен, отопления нет, крыша над кухней течет. Сам истец лежал в зимней одежде в неприглядном состоянии и был очень слаб, хотя понимал все происходящее с ним. Заботы и внимание ему никто не уделял. Она предложила брату помочь сделать в доме ремонт, вычистить помещение, и на время переехать к ней, на что он с радостью согласился. Некоторое время он жил у нее, перестал пить, окреп, стал ухаживать за собой. Она стала заниматься благоустройством жилого помещения, ездила в газовую службу, чтобы восстановили систему газоснабжения, приехали сотрудники «Ульяновскмежрегионгаз», подвели газ, наняла работников, которые восстановили электропроводку в доме, выбросила из дома старые вещи, которые невозможно было использовать в связи с их ненадлежащим, антисанитарийным состоянием, отмыла все, наняла работников, которые восстановили крышу. Часть денежных средств ей давал сам истец, часть она тратила из своих, зная, что брат ей их вернет. Когда брат окреп, он бал ей очень благодарен и стал постоянно заводить разговоры о намерении подарить ей дом. Она не нуждалась в дополнительном имуществе и не настаивала на этом, но брат вновь и вновь поднимал данный разговор. Тогда они сходили к юристу, нотариусу, проконсультировались и через некоторое время поехали оформлять сделку. После сделки ФИО2 был в прекрасном настроении и поехал отмечать день рождения сына. Она не имела намерения отнимать у брата его имущество, в связи с чем в договоре дарения обговорили его право пожизненно проживать в данном доме. Считает, что брат обратился в суд только из-за вмешательств его бывшей сожительницы, вероятно, претендующей на дом. Ни о каком завещании, договоры ренты либо «временном» договоре дарения разговора не было. О том, что ФИО2 имеет к ней претензии она узнала только в суде. За электроэнергию, газ ФИО2 после договора дарения вносил плату сам, поскольку именно он является пользователем данных услуг. У ФИО2 хорошая пенсия и он в состоянии себя обеспечивать, в связи с чем она не обещала ему пожизненного содержания, но намерена и в дальнейшем ему помогать в содержании дома.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования, ФИО4 в судебном заседании решение суда оставил на усмотрение суда, суду пояснил, что является вторым сособственником спорного дома. О том, что истец продал свою половину дома он узнал года два назад от его сожительницы- ФИО25. Он сам имел намерения приобрести данную долю, чтобы весь дом принадлежал ему. Но истец в 2003-2005 году отказал ему в этом, указав, что намерен проживать сам в доме, так же там будет проживать его сын, когда тот вернутся из мест лишения свободы. Истец не говорил ему, что после сделки дом вернется к нему, что сделка совершена для вида. Он помогал истцу в ремонте. Но кто выполнял часть работ ему неизвестно, в частности восстановил крышу над кухней и провел проводку. Истец тихий, выпивает. Видел, что к нему несколько раз приходила ответчица, знает, что она приходится истцу сестрой.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области, в судебном заседании не присутствовал, просил дело рассмотреть в сове отсутствие. 

Выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, материалы об отказе в возбуждении уголовного дела, регистрационные дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В силу п. 1 ст. 9, ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Судом установлено, что истцу принадлежало 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дома и земельный участок, расположенные по адресу: г. 

<

адрес> при этом 1/2 доли в праве общей долевой собственности на указанное недвижимое имущество принадлежит ФИО4.

15 мая 2015 года между ФИО2 и ФИО3 был оформлен договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка, расположенных по адресу: г. 

<

адрес> 2, данный договор зарегистрирован в Управлении федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области и явился основанием для оформления права собственности на указанное недвижимое имущество за ФИО3

В силу п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно п. п. 2, 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонней считается сделка, для совершения которой в соответствии с законом, иными правовыми актами или соглашением сторон необходимо и достаточно выражение воли одной стороны. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех и более (многосторонняя сделка).

При этом одним из условий действительности сделки является, в частности соответствие воли (внутреннего намерения, желания субъекта, направленного на достижение определенного правового результата) и волеизъявления лица (внешнего проявления воли), являющегося стороной сделки, на ее совершение.

Согласно п. 1 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1); при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

В силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он был не способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Свидетель ФИО26 в судебном заседании пояснила, что является соседом истца, знает его с детства, хорошо знала его покойную мать. Видя, что никто не проявляет заботы к истцу, она регулярно заходила к нему и приносила поесть. Он жил в антисанитарных условиях, выпивал, и в какой-то момент совсем ослаб, лежал на кровати без сил. Ранее он рассказывал ей про свою сестру ФИО3 и в тот момент, когда та пришла к нему, он ее узнал и образовался встрече. В тот момент истец жил один, один сын проживает в квартире истца, является инвалидом-колясочником, второй сын находится в местах лишения свободы и она его никогда не видела. Когда –то ФИО2 проживал с сожительницей, но длительное время уже с ней не жил, она не навещала его, не ухаживала, не проявляла заботу. ФИО3 стала навещать брата, приносить ему еду, а затем забрала ФИО2 к себе в городскую квартиру, сама же стала приезжать в дом и заниматься его восстановлением: с помощью рабочих подвела газ, заменила старую проводку, поменяла над кухней крышу, вынесла всю грязь, старые вещи, поскольку их нельзя было уже использовать из-за их ужасного состояния. Отмыла дом, привезла новую кровать истцу. Она (свидетель) взяла у ФИО3 номер телефона и регулярно созванивалась с истцом, тот был очень рад проживанию у ответчицы, его голос был бодрым и веселым, радовался хорошему питанию и ежедневному принятию ванны. Так же истец рассказывал ей, что намерен передать сестре свое жилье, говорил, что поедут писать завещание, потом уже сказал, что подписали документы на дом, но что это была за сделка он не говорил, а она уточнять не стала. 

Свидетель ФИО27А. в судебном заседании пояснил, что ФИО3 знает в связи с тем, что она два года назад нанимала его для производства восстановительных работ электропроводки и обшить часть стены в доме 

<

адрес>. Он выполнил работы, она с ним рассчиталась. Дом был в плачевном состоянии, проживать там было невозможно, еще при нем кто-то разбил окна в доме, полицию никто не вызвал по этому факту.

Свидетель ФИО28 в судебном заседании пояснила, что истец фактически является ее сожителем, они вместе не проживают, поскольку у нее имеется дочь, страдающая тяжелым заболеванием и нуждающаяся в постороннем уходе. Они встречаются с ФИО2 по мере возможности, но уже длительное время- с 1998 года, некоторое время – до 2008 года она жила в спорном доме, после отъезда в доме начался бардак, но она продолжала приходить к истцу. Приносила ему продукты, готовила и убирала. За состоянием дома у нее не было времени следить. У истца двое детей. Сын Дмитрий является инвалидом, не может в настоящее время передвигаться самостоятельно, проживает с сожительницей на ул. 

<

адрес>, второй сын находится в местах лишения свободы. Истец всегда хотел проживать в этом доме и намеривался его подарить своему сыну, когда тот освободится из мест лишения свободы. Истец оформил договор дарения для «сохранности» дома, «на время», затем ФИО3 должна была вернуть дом ему. Такое решение было принято так, как соседка уже просила ФИО2 продать ей его дом, но он отказался. Истца из дома не выгоняют, но у него не было намерения совершать сделку. Она не отговаривала истца заключать сделку, поскольку не знала когда именно она будет заключаться. Все коммунальные услуги оплачивает истец. 

Сторона истца отказалась от назначения различного рода экспертиз на предмет понимал ли ФИО2 в момент заключения сделки значение своих действий либо руководить ими.

Суд не может согласиться с доводами истца и его представителя, что ФИО2 заблуждался в сути совершаемой сделки, при этом, суд отмечает, что у истца и его представителя разная позиция по делу, в частности представитель истца указывает о намерении ФИО5 заключить договор дарения «временного характера», сам же истец указывает, что имел намерение составить завещание на имя ответчицы. 

Как установлено в ходе рассмотрения дела и не оспаривалось, ни истцом, ни ответчиком. Перед заключением сделки они ходили консультироваться к юристам, при этом сделка была заключена не в день получения консультаций, таким образом, у сторон имелось время для обдумывания решения. 

Сам истец в судебном заседании отрицал как факт намерения заключения договора ренты так и оформления договора дарения «на время», пояснил, что имел намерения передать ответчице принадлежащее ему имущество, но на основании завещания, таким образом, у истца была воля передать ответчику свое имущество.

Сделка была совершена в Управлении росреестра, а не у нотариуса, что так же дает основания полагать, что предметом сделки будет не завещание.

В судебном заседании исследованы подлинники реестрового дела, при этом суд отмечает, что истцом при заключении оспариваемой сделки, в регистрирующий орган был представлен документ, подтверждающий его право собственности на спорное имущество- свидетельство о праве на наследство по закону. Так же им был оформлен ряд документов, в том числе, заявление установленного образца о переходе права собственности на ? долю жилого дома, содержащее 4 подписи истца; заявление установленного образца о переходе права собственности на ? долю земельного участка, содержащее 4 подписи истца; договор дарения доли жилого дома и доли земельного участка.

Суд отмечает, что договор дарения имеет четкий текст, оформленный крупным шрифтом, с выделением более значимых моментов, при этом п. 4 договора предусматривает, что за ФИО2 сохраняется право проживания на данной жилой площади пожизненно.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, истец является нанимателем квартиры № 

<

адрес> г.Ульяновска, в данной квартире он фактически не проживает, но имеет беспрепятственный доступ в данное жилое помещение. 

Указывая о своем намерении проживать в данном доме до конца жизни, истец реализовал данное намерение в пункте № 4 договора дарения. 

Таким образом, доводы истца о заблуждении относительно последствий договора подлежат отклонению, поскольку применительно к статье 421 ГК РФ, согласно которой граждане свободны в заключении договоров, подписание стороной текста договора без каких-либо замечаний свидетельствует, по смыслу положений ст. ст. 154, 431, 572 ГК РФ, о юридически значимом выражении воли на полное и безоговорочное подтверждение обстоятельств, изложенных в тексте соответствующего документа.

При этом, суд отмечает, что ст. 572 ГК РФ не предусматривает временного перехода права собственности либо имущественного права (требование) одаряемому. 

Так же суд не принимает во внимание доводы представителя истца о том, что акт передачи имущества не передавался, ответчица в жилое помещение не вселялась, что указывает, по мнению представителя истца, на мнимость сделки.

Из самого текста договора следует, что имущество передано до подписания сделки, ответчица имеет иное жилое помещение в собственности, имеет регистрацию по месту жительства и проживание в спорном жилом помещении является ее правом, а не обязанностью.

Доводы истца о том, что он производил после заключения сделки ремонтные работы спорного жилого помещения- заменил профнастил на крыше, возвел новый забор, не являются основанием для признания сделки недействительной. 

Пункт 8 договора предусматривает, что ремонт и эксплуатация доли вышеуказанного дома осуществляется за свет одаряемой, в связи с чем истец вправе требовать возмещения понесенных затрат при их необходимости. 

Таким образом, исковые требования ФИО1 ФИО29 к ФИО3 ФИО30 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, признании права собственности на жилой дом и земельный участок по адресу: г. 

<

адрес> 6 удовлетворению не полежат. 

В силу конституционного положения об осуществлении судопроизводства на основе состязательности и равноправия сторон (ст. 123 Конституции РФ) суд по данному делу обеспечил равенство прав участников процесса представлению, исследованию и заявлению ходатайств.

При рассмотрении дела суд исходил из представленных сторонами доказательств, иных доказательств сторонами не представлено.

Копия решения подлежит направлению в Управление федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ульяновской области.

Руководствуясь ст. ст. 12, 56, 194 – 198, 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО31 к ФИО3 ФИО32 о признании недействительным договора дарения доли жилого дома и доли земельного участка, признании права собственности на долю жилого дома и долю земельного участка по адресу: г

<

адрес> отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Т.Л. Грачева