Дело №2- 852/19 

РЕШЕНИЕ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

04 июля 2019 г. гор. Туапсе

Туапсинский районный суд Краснодарского края в составе:

Председательствующего Рябцевой А.И. 

С участием прокурора Никитиной Я.Е.

При секретаре Лебедевой З.М.

Рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 , действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына П, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница №2», министерства здравоохранения Краснодарского края, департаменту имущественных отношений Краснодарского края, Министерству здравоохранения Краснодарского края о возмещении вреда, причиненного жизни и наступления смерти, вследствии ненадлежащего оказания медицинской помощи, суд

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 , действуя от своего имени и от имени малолетнего сына П, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратился в суд с иском о возмещении материального вреда в пользу несовершеннолетнего ребенка в связи со смертью кормильца ежемесячно по 

<

данные изъяты>, взыскании задолженности по ежемесячным выплатам на содержание ребенка за прошедший период в сумме 

<

данные изъяты>, и взыскание морального вреда в сумме 

<

данные изъяты> в пользу малолетнего ребенка, и 

<

данные изъяты> в свою пользу. 

ФИО2 обратилась с иском о возмещении материального ущерба – расходов на погребение дочери в сумме 

<

данные изъяты>, и взыскании морального вреда в сумме 

<

данные изъяты>.

ФИО3 и ФИО4 обратились с иском о взыскании морального вреда, в пользу ФИО3 

<

данные изъяты>, в пользу ФИО4 

<

данные изъяты>. 

В судебном заседании представитель истцов, действующий на основании доверенности ФИО5 поддержал уточненные требования, в обосновании своих доводов пояснил, что 02 декабря 2015 г., около 9 часов утра, в стационар Туапсинской районной больницы № 2», пос. Новомихайловский для родовспоможения была госпитализирована Х, 1991 гора рождения, с диагнозом: беременность срок 40 недель, течение беременности без патологий. По назначению лечащего врача акушера-гинеколога ФИО6 роженице Х сделана внутривенная инъекция препарата «Трамал», относящегося к группе опиоидных анальгетиков и включенного в Список сильнодействующих веществ (утв. Постановлением Правительства РФ от 29.12.2007 г. №964). После введения «Трамала» у Х развилась угрожающая жизни аллергическая реакция - анафилактический шок. На фоне потери сознания и угнетения жизненных функций роженицы начаты реанимационные мероприятия и проведена экстренная операция «кесарево сечение». Извлечён плод женского пола (масса 3165 грамм, рост 52 см) без признаков жизни. Установлена внутриутробная интранатальная (т.е. во время родов) гибель плода от внутриутробной гипоксии на фоне развившегося у роженицы анафилактического шока. Не приходя в сознание, Х скончалась - биологическая смерть констатирована в 19 час. 20 мин. 02.12.2015 года. Без матери остался её первый ребёнок - П, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Его возраст на момент смерти матери - 3 года и 2 месяца. Возраст Х на момент смерти - 24 года. В следственном отделе по г. Туапсе СУ СК РФ по Краснодарскому краю по факту смерти Х возбуждено уголовное дело по признакам преступления ч.2 ст. 109 УК РФ. Общая продолжительность расследования уголовного дела составила 3 года 01 месяц 23дня, то есть срок предварительного следствия превысил 3 года. 01.02.2019 года было принято итоговое решение о прекращении уголовного дела, в связи истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, то есть по не реабилитирующим основаниям. ФИО6 постановление органа следствия не оспаривалось. В ходе предварительного следствия на основании повторной судебно-медицинcкой экспертизы от 17.12.2018 года, медицинская помощь Х оказывалась ненадлежащим образом, вред жизни причинён лечащим врачом ФИО6, являвшейся работником муниципального бюджетного учреждения здравоохранения Туапсинская районная больница № 2», при исполнении ею трудовых обязанностей. В соответствии с п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Согласно ч.1 ст. 1068 Г'К РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должнностных) обязанностей. В соответствии с ч.5 ст. 123.22 ГК РФ, применяемой с учётом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при разрешении споров о возмещении вреда, причинённого жизни и здоровью гражданина, в которых субъектом ответственности выступают государственные учреждения, судам следует учитывать, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности указанных денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам такого учреждения несет собственник его имущества. Согласно пунктам 1.3 и 1.4 Устава государственного учреждения «Туапсинская ЦРБ №2» собственником его имущества является Краснодарский край; функции собственника осуществляют Департамент имущественных отношений Краснодарского края и Министерство здравоохранения Краснодарского края. Пунктом 1.6 Устава прямо предусмотрено: по обязательствам учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, субсидиарную ответственность несёт собственник имущества учреждения. Учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных учреждений, вышеперечисленные учреждения также несут материальную ответственность. в порядке ст. 40 ГПК РФ. Истцы являются близкими родственниками и членами семьи умершей Х ФИО1 – супруг, брак зарегистрирован 26.11.2011 г. В браке рождён их сын П, ДД.ММ.ГГГГ г.р. Родители Х: отец - ФИО3, и мать - ФИО2, ФИО4 младшая сестра умершей. Нормами главы 59 ГК РФ предусмотрены следующие формы возмещения среда, причиненного жизни гражданина: возмещение вреда лицам, понесшим ущерб в результате смерти кормильца (ст. 1088 ГК РФ), возмещение расходов на погребение (ст.1094 ГК РФ), а также компенсация морального вреда (ст.1099 ГК РФ). Согласно нормам ст.1088 ГК РФ в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего. Вред возмещается: несовершеннолетним - до достижения восемнадцати лет; обучающимся старше восемнадцати лет - до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до двадцати трех лет. Иждивение детей умерших родителей презюмируется и не требует доказательств. С учётом правил определения размера возмещения вреда, установленных ст.ст.1089, 1086 ГК РФ, а также состава семьи, малолетний П имеет право на получение возмещения вреда, понесенного в случае смерти кормильца в размере 1/2 доли заработка (дохода) его матери Х Умершая Х являлась работником Южного филиала АО «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» с июня 2009 г. по декабрь 2015 

<

адрес> прекращения трудового договора - п.6 ст.83 ТК РФ, смерть работника. Сведения о её заработке (доходах) подтверждены «Справками о доходах. Форма 2-НДФЛ» за 2009-2015г.г. С августа 2012 г. по декабрь 2015 г. Х не получала вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей (заработную плату), т.к. в этот период, после рождения ДД.ММ.ГГГГ г. первого сына - П, находилась в отпуске по уходу за ребёнком (до достижения им возраста трёх лет). Месяцы апрель, май, июнь и июль 2012 г. не полностью проработаны Х по причине временной нетрудоспособности. Выплата в размере 

<

данные изъяты> в декабре 2011 г. носила единовременный характер. С учётом изложенных обстоятельств и по правилам, установленным ч.ч.1-3 ст.1086 ГК РФ, а также с учетом положений Приказа министерства труда и социального развития 

<

адрес> от 16 мая 2019 г. № «О величине прожиточного минимума в 

<

адрес> за I квартал 2019 года», которым установлена величина прожиточного минимума в 

<

адрес> за 1 квартал 2019 года в расчете на душу населения в размере 

<

данные изъяты>, просит взыскивать с ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №» М3 КК в пользу П, ДД.ММ.ГГГГ г.р., начиная с 23 апреля 2019 года ежемесячно по 

<

данные изъяты> в счет возмещения вреда в случае потери кормильца, с дальнейшей индексацией этой суммы в порядке ст. 1091 ГК РФ. пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума; взыскать с ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №» М3 КК в пользу П задолженность по ежемесячным платежам в счет возмещения вреда, понесённого в случае смерти кормильца, за период с 23.04.2016 г. по 22.04.2019 г. в размере 

<

данные изъяты> Согласно нормам ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. По совместному решению близких родственников в селе 

<

адрес> на могиле, в которой похоронены Х и её дочь, умершие при родах 02.12.2015 г., установлен памятник матери и ребёнку. Оплата за изготовление и установку памятника произведена ФИО2 в размере 

<

данные изъяты>. Указанные расходы подтверждаются: договором от 05.08.2016 г. между ФИО2 и ИП Ж, актом от 10.11.2016 г. сдачи-приёмки заполненных работ; квитанциями к приходному кассовому ордеру от 05.08.2016 г. На сумму 

<

данные изъяты> и от 10.11.2016 г. на сумму 

<

данные изъяты>. В соответствии со ст.З Федерального закона от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (в ред. от 23.05.2018 г. № 117-ФЗ) погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу). Необходимость беспечения достойного отношения к телу умершего установлена положениями ст. 1174 ГК РФ и ст.5 Федерального закона от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ, в которых закреплено понятие «достойные похороны». В силу указанных норм вопрос о составе и размере необходимых расходов на погребение должен решаться близкими родственниками (в данном случае - мать, отец и супруг Х) с учетом обеспечения достойного отношения к телу умершей и её ребёнка, а также памяти о них. В число действий по погребению и, как следствие, необходимых и разумных расходов, подлежащих возмещению причинителем вреда, включаются не только приобретение гроба, венков, организация поминального обеда и др., но также и установка памятника на могилу. Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) являются одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечают обычаям и традициям. В связи с чем просит признать указанные расходы необходимыми, и также взыскать с соответчиков. В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными и статьей 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями бездействиями), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст.151 ГК РФ. если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях когда винаявляется основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Приведёнными выше сведениями о фактах доказано, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи при родах лечащим врачом ЦРБ № М3 КК ФИО6 наступила смерть Х и гибель плода женского пола. Таким образом имеются достаточные предусмотренные законом основания для взыскания компенсации морального вреда с Туапсинской ЦРБ №, а при недостаточности у неё средств - субсидиарно с собственников её имущества. Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 7.022.1994 г. № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела. Просят учесть, что до достижения возраста 20 лет Х проживала в семейном домовладении в селе Лермонтово совместно с родителями: ФИО3 и ФИО2, а также с родной сестрой ФИО4, младшей ее на семь лет. Брак с ФИО1 заключён в 2011 

<

адрес> вред, причинённый малолетнему З I.B., который в возрасте трёх лет, по вине врача, потерял мать, а также и сестру, в относительной шкале отличается наибольшей степенью тяжест, в связи с чем просят взыскать в его пользу моральный вред в сумме 

<

данные изъяты>. В пользу супруга и родителей по 

<

данные изъяты> на каждого, и в пользу сестры, учитывая эмоциональную привязанность ее к старшей сестре, взыскать моральный вред в сумме 

<

данные изъяты>.

ФИО3 в судебном заседании поддержал исковые требования и просил удовлетворить их в полном объеме. 

Представитель ответчика - Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница №» 

<

адрес>, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения требований. В обосновании своих доводов пояснила, что основанием для взыскания вреда является установление причинно-следственной связи, между действиями врача и наступившими последствиями. Считает, что в ходе предварительного следствия причинно-следственной связи установлено не было., а также не была установлена вина врача. Экспертами не указано в экспертном заключении, мог ли быть применен другой препарат, и какую реакцию он мог бы дать. В связи с чем, считает, что причиной смерти Х Являются не действия врача, а действия определенного препарата, примененного врачом. Вместе с тем, считает, что если суд придет к выводу, что имеются доказательства подтверждающие вину врача, то представленный расчет истцами по возмещению вреда, вследствии потери кормильца, произведен неправильно. Поскольку Х, находясь в течение 3-х лет в отпуске по уходу за ребенком, не работала, не имела заработанную плату, то расчет ежемесячного возмещения необходимо исчислять из средней заработанной платы по Российской Федерации. Также считает, что не имеется оснований для возмещения морального вреда, в связи с тем, что наличие родственных отношений само по себе не дает таких оснований для взыскания морального вреда. Причинение нравственных страданий не подтверждено медицинскими документами. Расходы на погребение считают чрезмерно завышенными и они не должны оплачивать установление памятка в такой сумме. В связи с чем просит в иске отказать. 

Привлеченная в качестве третьего лица ФИО6, в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснив при этом, что основанием для предъявления иска к ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №» М3 КК послужила смерть пациентки Х и внутриутробная (интранатальная), во время родов, гибель плода 02Л2.20\5г. 09.12.2015г. было возбуждено уголовное дела № по факту наличия в её действиях состава преступления, предусмотренного ч.2. ст. 109 УК РФ. Уголовное дело прекращено 01.02.2019г. по её ходатайству за истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. Считает, что её вина в рамках уголовного дела, до момента окончания, доказана не была.В рамках расследования уголовного дела в 2016 г. была проведена судебно-медицинская экспертиза. Согласно экспертного заключения Бюро СМЭ 

<

адрес> (044/2016) причиной смерти З ФИО7 явилось непредсказуемое молниеносное развитие анафилактической реакции. Прямой причинно- следственной связи между действиями врачей, оказывающих медицинскую помощь Х в период беременности и родов и наступившими последствиями комиссией не усматривается (позиция Бюро СМЭ 

<

адрес> (044/2016) изложена в приложенном в качестве доказательств экспертном заключении № от 17Л2.2018г) с выводами которой я согласна.В судебном заседании истцами в качестве доказательства представлены документы, подтверждающие признание ею вины. В частности, в исковом заявлении истцы указывают: что она признала, что смерть Х наступила по её вине, так как диагноз «дискоординация родовой деятельности был поставлен ошибочно и преждевеременно». Таких показаний она никогда не давала, до настоящего момента считают, что действовала правильно, в рамках распорядительных документов, регламенитрующих родоразрешение. Вместе с тем в приложенном экспертном заключении (ответ на вопрос №). Эксперты указывают, что Трамадол не входит в стандарты оказания медицинской помощи при нормальной родовой деятельности.С данными выводами экспертов согласиться нельзя,так как она руководствовалась именно стандартом специализированной медицинской помощи.

Представители Департамента имущественных отношений 

<

адрес>, Министерства здравоохранения 

<

адрес> в судебное заседание не явились, о дне слушания извещались надлежащим образом, направили ходатайства о рассмотрении дела в их отсутствие, изложив свою позицию по заявленным требованиям, согласно которой просят в удовлетворении исковых требований отказать. 

С учётом мнений лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным в соответствии со ст. 167 ГПК РФ рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, надлежащим образом извещённых о дате, месте и времени судебного заседания.

Суд, выслушав стороны, исследовав письменные доказательства, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению в части, приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворении, по следующим основаниям:

Из материалов дела следует, что 02 декабря 2015 г., около 9 часов утра, в стационар 

<

адрес>ной больницы №», 

<

адрес> для родовспоможения была госпитализирована Х, 1991 гора рождения, с диагнозом: беременность срок 40 недель, течение беременности без патологий. По назначению лечащего врача акушера-гинеколога ФИО6 роженице Х сделана внутривенная инъекция препарата «Трамал», относящегося к группе опиоидных анальгетиков и включенного в Список сильнодействующих веществ (утв. Постановлением Правительства РФ от 29.12.2007 г. №). После введения «Трамала» у Х развилась угрожающая жизни аллергическая реакция - анафилактический шок. На фоне потери сознания и угнетения жизненных функций роженицы начаты реанимационные мероприятия и проведена экстренная операция «кесарево сечение». Извлечён плод женского пола (масса 3165 грамм, рост 52 см) без признаков жизни. Установлена внутриутробная интранатальная (т.е. во время родов) гибель плода от внутриутробной гипоксии на фоне развившегося у роженицы анафилактического шока. Не приходя в сознание, Х скончалась - биологическая смерть констатирована в 19 час. 20 мин. 02.12.2015 года.

По данному факту в следственном отделе по 

<

адрес> СУ СК РФ по 

<

адрес>, возбуждено уголовное дело по признакам преступления ч.2 ст. 109 УК РФ. В ходе предварительного следствия установлено, на основании повторной судебно-медицинcкой экспертизы от 17.12.2018 года, медицинская помощь Х оказывалась ненадлежащим образом, вред жизни причинён лечащим врачом ФИО6, являвшейся работником муниципального бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> больница №», при исполнении ею трудовых обязанностей. 01.02.2019 года, уголовное дело по обвинению ФИО6 прекращено в связи истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности, то есть по не реабилитирующим основаниям. ФИО6 постановление органа следствия не оспаривалось.

В силу части 4 ст. 61 ГПК РФ только вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Вместе с тем, согласно правовой позиции Конституционного суда РФ, отраженной в определении от 16.07.2015 N 1823-О, действующее процессуальное законодательство не содержит ограничений для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, принять в качестве письменного доказательства постановление о прекращении в отношении него уголовного дела (ч. 1 ст. 71 ГПК РФ) и оценить его наряду с другими доказательствами в соответствии со ст. 67 ГПК РФ.

Кроме того, Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что лицо, уголовное дело в отношении которого прекращено в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, не освобождается от обязательств по возмещению причиненного им ущерба, а потерпевший имеет возможность защитить свои права и законные интересы в порядке гражданского судопроизводства с учетом правил о сроках исковой давности. 

Исходя из этого, принимая решение по данному делу, вытекающему из уголовного дела, суд считает, что в ходе рассмотрения данного гражданского дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения (абз. 2 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении").

В связи с чем, доводы представителя ответчика ГБУЗ «Туапсинская центральная районная больница №» и ФИО6 в части неустановления вины ФИО6 являются не обоснованными и не могут быть приняты во внимание.

По общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме, лицом, причинившим вред. 

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Согласно ч.1 ст. 1068 Г'К РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должнностных) обязанностей.

В соответствии с ч.5 ст. 123.22 ГК РФ, применяемой с учётом разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при разрешении споров о возмещении вреда, причинённого жизни и здоровью гражданина, в которых субъектом ответственности выступают государственные учреждения, судам следует учитывать, что бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности указанных денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам такого учреждения несет собственник его имущества. 

Так, согласно пунктам 1.3 и 1.4 Устава государственного учреждения «Туапсинская ЦРБ №» собственником его имущества является 

<

адрес>; функции собственника осуществляют Департамент имущественных отношений 

<

адрес> и Министерство здравоохранения 

<

адрес>. Пунктом 1.6 Устава прямо предусмотрено: по обязательствам учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, субсидиарную ответственность несёт собственник имущества учреждения. Учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных учреждений, вышеперечисленные учреждения также несут материальную ответственность. в порядке ст. 40 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье гражданина являются его неотъемлемыми нематериальными благами.

Статьёй 98 Федерального закона от 21.11.2011г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрена ответственность органов государственной власти за обеспечение реализации гарантий и соблюдение прав и свобод в сфере охраны здоровья, установленных законодательством Российской Федерации; медицинские организации и медицинские работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни при оказании гражданам медицинской помощи; 

вред, причиненный жизни граждан при оказании им медицинской помощи возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

Нормами главы 59 ГК РФ предусмотрены следующие формы возмещения среда, причиненного жизни гражданина: возмещение вреда лицам, понесшим ущерб в результате смерти кормильца (ст. 1088 ГК РФ), возмещение расходов на погребение (ст.1094 ГК РФ), а также компенсация морального вреда (ст.1099 ГК РФ).

Согласно ст. 1088 ГК РФ в случае смерти потерпевшего (кормильца) право на возмещение вреда имеют нетрудоспособные лица, состоявшие на иждивении умершего или имевшие ко дню его смерти право на получение от него содержания, вред возмещается несовершеннолетним - до достижения 18 лет; обучающимся старше восемнадцати лет-до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до 23 лет. 

Согласно разъяснениям, данным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», нетрудоспособными в отношении права на получения возмещения вреда в случае смерти кормильца признаются несовершеннолетние, в том числе ребенок умершего, рожденный после его смерти, до достижения им 18 лет (независимо от того, работают ли они, учатся или ничем не заняты). Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию. Согласно п.33. данного разъяснения иждивенство детей, не достигших 18 лет, предполагается и не требует доказательств.

Так, из материалов дела следует, что истцы являются близкими родственниками и членами семьи умершей Х ФИО1 – супруг, брак зарегистрирован 26.11.2011 г. В браке рождён их сын П, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Родители Х: отец - ФИО3, и мать - ФИО2. ФИО4 является родной сестрой Х 

С учётом правил определения размера возмещения вреда, установленных ст.ст.1089, 1086 ГК РФ, а также состава семьи, малолетний П имеет право на получение возмещения вреда, понесенного в случае смерти кормильца в размере 1/2 доли заработка (дохода) его матери Х

Умершая Х являлась работником Южного филиала АО «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ» с июня 2009 г. по декабрь 2015 

<

адрес> прекращения трудового договора - п.6 ст.83 ТК РФ, смерть работника. Сведения о её заработке (доходах) подтверждены «Справками о доходах. Форма 2-НДФЛ» за 2009-2015г.г., исследованными в судебном заседанеии. С августа 2012 г. по декабрь 2015 г. Х не получала вознаграждение за выполнение трудовых обязанностей, так как в этот период, после рождения ДД.ММ.ГГГГ г. первого сына - П, находилась в отпуске по уходу за ребёнком (до достижения им возраста трёх лет). Месяцы апрель, май, июнь и июль 2012 г. не полностью проработаны Х по причине временной нетрудоспособности. Выплата в размере 

<

данные изъяты> в декабре 2011 г. носила единовременный характер 

С учётом изложенных обстоятельств и по правилам, установленным ч.ч.1-3 ст.1086 ГК РФ, размер заработка (дохода) Х для исчисления возмещения вреда, понесенного в случае смерти кормильца, составил 

<

данные изъяты> за период 12 месяцев (с апреля 2011 г. по март 2012 г.). Средний месячный заработок (доход) составил 

<

данные изъяты> размер ? доли составляет 

<

данные изъяты> 

Доводы ответчиков о том, что поскольку Х находилась в отпуске по уходу за ребенком, ее нельзя считать работающей и учитывать ее заработок за предшествующие годы, а необходимо расчет производить из величины прожиточного минимума, суд считает также необоснованными. Согласно представленных материалов Х на момент смерти являлась работником Южного филиала АО «Ростехинвентаризация - Федеральное БТИ», а уволена в связи с ее смертью. 

Проверив расчет представленный истцами, в уточненных исковых требованиях, суд считает его правильным, исходя из которого необходимо исчислять возмещение вреда в связи со смертью кормильца на содержание несовершеннолетнего П в размере 

<

данные изъяты> ежемесячно, начиная с 23 апреля 2019 года до достижения им возраста 18 лет, а в случае получения образования по очной форме обучения до 23 лет, в счет возмещения вреда в случае потери кормильца, с дальнейшей индексацией этой суммы в порядке ст.1091 ГК РФ. 

В силу статьи 208 ГК РФ на требования о возмещении вреда, причиненного жизни и здоровью (к которым относиться смерть кормильца) исковая давность не распространяется.

Между тем, положением этой статьи предусмотрено, что требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещения такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска.

В связи с чем, суд считает, что подлежат удовлетворению требования ФИО1 о взыскании единовременной выплаты в пользу несовершеннолетнего с 23 апреля 2016 года по 22 апреля 2019 года, исходя из представленного расчета, подлежит взысканию единовременная выплата в пользу несовершеннолетнего ребенка в сумме 

<

данные изъяты>.

Требования ФИО2 о возмещении ей ущерба, затраченных ею на погребение, суд считает подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Так, в соответствии со ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Из материалов дела следует, что в 

<

адрес> на могиле, в которой похоронены Х и её дочь, умершие при родах 02.12.2015 г., установлен памятник матери и ребёнку. Оплата за изготовление и установку памятника произведена ФИО2 в размере 

<

данные изъяты>. Указанные расходы подтверждаются: договором от 05.08.2016 г. между ФИО2 и ИП Ж, актом от 10.11.2016 г. сдачи-приёмки заполненных работ; квитанциями к приходному кассовому ордеру от 05.08.2016 г. На сумму 

<

данные изъяты> и от 10.11.2016 г. на сумму 

<

данные изъяты>. В соответствии со ст.З Федерального закона от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (в ред. от 23.05.2018 г. № 117-ФЗ) погребение определяется как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу). Необходимость обеспечения достойного отношения к телу умершего установлена положениями ст. 1174 ГК РФ и ст.5 Федерального закона от 12.01.1996 г. № 8-ФЗ, в которых закреплено понятие «достойные похороны». В силу указанных норм вопрос о составе и размере необходимых расходов на погребение должен решаться близкими родственниками (в данном случае - мать, отец и супруг Х) с учетом обеспечения достойного отношения к телу умершей и её ребёнка, а также памяти о них. В число действий по погребению и, как следствие, необходимых и разумных расходов, подлежащих возмещению причинителем вреда, включаются не только приобретение гроба, венков, организация поминального обеда и др., но также и установка памятника на могилу. Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) являются одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечают обычаям и традициям. В связи с чем суд считает, что имеются основания для признания указанных расходов необходимыми, и также взыскать с соответчиков.

Учитывая при этом, что ответчиками доводы истцов по произведенным затратам, не опровергнуты. 

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными и статьей 151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями бездействиями), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Согласно ст.151 ГК РФ. если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Статьей 1101 ГК РФ установлено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда, в случаях когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Из разъяснений, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. 

Из материалов дела следует, что в результате ненадлежащего оказания медицинской помощи при родах наступила смерть Х и гибель плода женского пола. Таким образом имеются достаточные предусмотренные законом основания для взыскания компенсации морального вреда с Туапсинской ЦРБ №, а при недостаточности у неё средств - субсидиарно с собственников её имущества, в пользу малолетнего П, супруга ФИО1 а также ее родителей : ФИО2, ФИО3, а также родной сестры Х, которая проживала вместе с сестрой, и в связи с ее смертью также понесла нравственные страдания. 

При определении размера компенсации морального вреда суд с учетом требований разумности и справедливости, исходит из степени нравственных и физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями родственников Х, степени вины, учитывая при этом, что преступление предусмотренное ч.2 ст.109 УК РФ относится к категории неосторожных преступлений, малолетний возраст П и считает возможным взыскать в пользу малолетнего П в счет возмещения морального вреда 

<

данные изъяты>, в пользу супруга и родителей по 

<

данные изъяты> каждому, и в пользу сестры – 

<

данные изъяты>. 

Учитывая изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению в части. 

С учетом положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика надлежит взыскать сумму государственной пошлины, от уплаты которой истец был освобожден в доход бюджета в размере 

<

данные изъяты>, исчисленной по правилам ст. 333.19 Налогового кодекса РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.194-197 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 , действующего в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего сына П, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница №2», министерства здравоохранения Краснодарского края, департаменту имущественных отношений Краснодарского края, Министерству здравоохранения Краснодарского края о возмещении вреда, причиненного жизни и наступления смерти, вследствии ненадлежащего оказания медицинской помощи, удовлетворить частично.

Взыскивать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница № 2» министерства здравоохранения 

<

адрес> в пользу З П, ДД.ММ.ГГГГ г.р., начиная с 23 апреля 2019 года до достижения им возраста 18 лет, а в случае получения образования по очной форме обучения – до 23 лет, ежемесячно по 

<

данные изъяты> (десять тысяч сто тридцать четыре рубля 73 копейки) в счет возмещения вреда в случае потери кормильца, с дальнейшей индексацией этой суммы в порядке ст. 1091 ГК РФ, пропорционально росту установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница № 2» министерства здравоохранения 

<

адрес> в пользу несовершеннолетнего З П, ДД.ММ.ГГГГ г.р., задолженность по ежемесячным платежам в счет возмещения вреда, понесённого в случае смерти кормильца, за период с 23 апреля 2016 года по 22 апреля 2019 года в размере 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>

При недостаточности средств у ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №2» М3 КК для выплаты сумм, взысканных в пользу П в счет возмещения вреда, понесённого в случае смерти кормильца, и в качестве компенсации морального вреда, возложить в порядке субсидиарной ответственности обязанность выплаты недостающей суммы на Департамент имущественных отношений Краснодарского края и Министерство здравоохранения Краснодарского края, осуществив взыскание за счет средств казны Краснодарского края.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница №» министерства здравоохранения 

<

адрес> в пользу ФИО2: возмещение расходов на погребение в размере 

<

данные изъяты>; компенсацию морального вреда в размере 500 000 ( пятьсот тысяч рублей). При недостаточности средств у ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №» М3 КК для выплаты сумм, взысканных в пользу ФИО2 в качестве возмещения расходов на погребение и компенсации морального вреда, возложить в порядке субсидиарной ответственности обязанность выплаты недостающей суммы на Департамент имущественных отношений 

<

адрес> и Министерство здравоохранения 

<

адрес>, осуществив взыскание за счет средств казны 

<

адрес>.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница №» министерства здравоохранения 

<

адрес> в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>. При недостаточности средств у ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №» М3 КК для выплаты сумм, взысканных в пользу ФИО3 в качестве компенсации морального вреда, возложить в порядке субсидиарной ответственности обязанность выплаты недостающей суммы на Департамент имущественных отношений Краснодарского края и Министерство здравоохранения Краснодарского края, осуществив взыскание за счет средств казны Краснодарского края.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Туапсинская центральная районная больница №» министерства здравоохранения 

<

адрес> в пользу ФИО4 компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты>. При недостаточности средств у ГБУЗ «Туапсинская ЦРБ №» М3 КК для выплаты сумм, взысканных в пользу ФИО4 в качестве компенсации морального вреда, возложить в порядке субсидиарной ответственности обязанность выплаты недостающей суммы на Департамент имущественных отношений Краснодарского края и Министерство здравоохранения Краснодарского края, осуществив взыскание за счет средств казны Краснодарского края.

В остальной части заявленных требований отказать как необоснованным. 

Взыскать с госпошлину в сумме 

<

данные изъяты>, (в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд в течение 1 месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий

Судья : Рябцева А.И.