Дело № 2-275/19г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

28 мая 2019 года г.Цимлянск

Цимлянский районный суд Ростовской области в составе: 

председательствующего судьи Карапуз М.Ю.,

с участием помощника прокурора Гильденбрандт (Минкиной) В.М.;

представителя истца, адвоката Гукасян К.С., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ., и ордер № от 29.04.2019г.,

представителя ответчика Киреевой О.В., представившей удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ., и ордер № от 15.05.2019г.,

при секретаре Деревянко Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Цимлянскому филиалу ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульманологии» о признании незаконными приказов об увольнении, восстановлении в должности, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в Цимлянский районный суд Ростовской области с иском к Цимлянскому филиалу ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульманологии» о признании незаконными приказов об увольнении, восстановлении в должности, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, в обоснование иска, указав следующее: 

С 10.11.1989 года она состоит в трудовых отношениях с ответчиком. До своего увольнения, 29 марта 2019 года, работала палатной медицинской сестрой отделения для больных туберкулезом органов дыхания № на 1.5 ставки. 29 января 2019 года ею получено уведомление о предстоящем расторжении с ней трудового договора в связи с сокращением штатной численности, как по основному месту работы, так и по месту работы по совместительству. 7 февраля 2019 года ею направлена просьба в адрес ответчика о предложении ей другой работы на предприятии. Другим письмом она просила ответчика учесть требования законодательства о преимущественном праве на оставлении на работе. 19 февраля 2019 года ею ответчику направлен запрос о предоставлении ей другой работы, а также о предоставлении оснований для сокращения штатной численности (Приказы Минздрава РО). 19 февраля 2019 года ею был получен ответ с отказом о предоставлении Приказов Минздрава РО и предоставлен перечень вакантных должностей. В этот же день она согласилась на перевод на должность медицинской сестры в кабинет функциональной диагностики на 0.5 штатной единицы. В дальнейшем, она узнала, что в ЦФ ГБУ РО «ОКЦФП» имеются должности палатных медицинский сестер, не имеющих квалификацию, либо имеющих более низкую, чем её квалификацию, в связи с чем, письмом от 7 марта 2019 года, сообщила об отказе на перевод на должность медицинской сестры в кабинет функциональной диагностики. 29 марта 2019 года она вновь обратилась с просьбой выдать ей на руки приказ о её увольнении и 8 апреля 2019 года названный приказ она получила по почте. Полагает, что приказ о её увольнении является незаконным и подлежит отмене по следующим основаниям. Согласно п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя. При этом освобождение работника от замещаемой должности и увольнение его в связи с сокращением численности или штата работников организации будет являться правомерным при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения. В силу положений ст. 180 ТК РФ при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с ч. 3 ст. 81 ТК РФ (ч. 1 ст. 180 ТК РФ). О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения (ч. 2 ст. 180 ТК РФ). Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2, увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы. Расторжение трудового договора с работником по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 ТК РФ). В соответствии с п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя. В нарушение порядка и процедуры увольнения она не была ознакомлена с приказом о её увольнении. Как следует из штемпеля на почтовом конверте, приказы о её увольнении получены почтой 4 апреля 2019 года, а ей переданы 8 апреля 2019 года. В уведомлении о предстоящем увольнении датой увольнения указана 31.03.2019 года, фактически она уволена с 30 марта 2019 года. Ей были предложены не все вакансии, имеющиеся на предприятии. Не учтено её бесспорное преимущественное право на оставлении на работе в связи с наличием у неё высшей квалификационной категории по специальности «сестринское дело», длительного стажа работы. 

Исходя из вышеизложенного, в связи с нарушением порядка и процедуры увольнения, истец просила суд признать незаконными приказы Цимлянского филиала Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Областной клинический центр фтизиопульманологии» №№ 05-К и 04-К от 29 марта 2019 года незаконными; восстановить её в должности палатной медицинской сестры отделения для больных туберкулезом органов дыхания № 3 (с бактериовыделителем) с 30 марта 2019 года; взыскать с Цимлянского филиала Государственного бюджетного учреждения Ростовской области «Областной клинический центр фтизиопульманологии» в её пользу заработную плату за время вынужденного прогула с 31 марта 2019 года по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 увеличила исковые требования и просила взыскать с ответчика в её пользу компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей 00 копеек, в остальной части требования оставлены без изменения (Т.1 л.д. 243). 

В судебном заседании представитель истца - адвокат Гукасян К.С., действующий на основании ордера (Т.1 л.д.29), пояснил, что ФИО1 состояла с ответчиком в трудовых отношениях с 1989 года в должности палатной медсестры имея соответствующую квалификацию и высшую категорию. 29 января 2019 года ею было получено уведомление о расторжении трудового договора в связи с сокращением штатов. 07 февраля 2019 года ФИО1 направила ответчику заявление с просьбой предоставить ей другую вакантную должность, а 19 февраля 2019 года просила работодателя выдать ей документы, послужившие основанием для сокращения штатов. На свой запрос о выдаче документов она получила отказ. Однако ей были предложены вакантные должности, на одну из которых истец дала свое согласие, а именно на должность медицинской сестры в кабинет функциональной диагностики. В последующем ФИО1 стало известно, что у ответчика имеются должности палатных медицинских сестер и на них работают лица, не имеющие соответствующей квалификации, поэтому она приняла решения отказаться от предложенной ей ранее работы, написав письменное заявление ответчику с просьбой предоставить иную должность. При этом ответа от работодателя не последовало, а ФИО1 была уволена по сокращению штатов. Таким образом, в сложившихся обстоятельствах, сокращение истца было произведено незаконно, поскольку была нарушена процедура увольнения, а именно не были предложены все имеющиеся должности палатных сестер, не предложили все другие должности, которые были вакантны, а также было нарушено преимущественное право истца на сохранение своего рабочего места, учитывая длительность её работы и имеющуюся у неё квалификацию. Настаивал, что преимущественное право работника должно быть учтено как при сокращении численности, так и при сокращении штатов. На основании изложенного просил исковые требования с учетом их увеличения удовлетворить в полном объеме. 

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала доводы своего представителя, подтвердив, что 07 марта 2019 года написала заявление об отказе от предложенной ей вакантной должности медицинской сестры в кабинет функциональной диагностики, поскольку желала остаться палатной медицинской сестрой даже в другом отделении.

Ответчик Цимлянский филиал ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульманологии» в лице его начальника ФИО2 в своем заявлении (Т.2 л.д.3) просил о рассмотрении дела с участием представителя по доверенности, адвоката Киреевой О.В., пояснив, что против исковых требований возражает в полном объеме.

Представитель ответчика Цимлянского филиала ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульманологии» - адвокат Киреева О.В., действующая на основании доверенностей и ордера (Т.1 л.д. 233-238) в судебном заседании возражала против заявленных требований, считая их не обоснованными, просила в удовлетворении иска отказать по основаниям, изложенным в письменных возражениях на исковое заявление (Т.1 л.д.239-242). Давая объяснения в судебном заседании, представитель ответчика обратила внимание на следующее: что действующее законодательство содержит требование к соблюдению преимущественного права на оставлении на должности только в случае сокращения численности. Однако, подразделение, в котором работала истец, было полностью исключено из штатного расписания, все должности были сокращены, поэтому не было необходимости оценивать преимущественное право работников. Тогда как при сокращении численности в других подразделениях работодателя такое право было учтено и вынесено соответствующее распоряжение. Кроме этого, указала, что на 18.02.2019 года в штате организации оставалось всего три должности палатной медицинской сестры, однако они были предложены лицам, которые на них согласились и написали заявление в указанную дату, истец же явилась только 19.02.2019 года и соответственно ей предлагались оставшиеся вакантные должности. Ответчиком предлагались все должности, на которых истец могла работать, учитывая её квалификацию, однако истец желала остаться платаной медицинской сестрой, что было уже невозможно, так как все вакансии были заняты. Также отметила, что требования истца некорректны, поскольку ФИО1 просит восстановить её в должности палатной медицинской сестры в отделение, которое полностью сокращено и более не существует. В связи с чем, просила в иске отказать в полном объеме.

Помощник прокурора Цимлянского района Ростовской области Гильденбрандт В.М. в судебном заседании считала исковые требования подлежащими удовлетворению, ссылалась на не соблюдение процедуры увольнения истца.

Выслушав участников процесса, исследовав представленные письменные доказательства по делу, суд находит исковые требования истца не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Согласно статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации.

Увольнение по указанному основанию допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. В силу статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью 3 статьи 81 настоящего Кодекса.

О предстоящем увольнении в связи с ликвидацией организации, сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем персонально и под роспись не менее чем за два месяца до увольнения.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» прекращение трудового договора на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ признается правомерным при условии, что сокращение численности или штата работников в действительности имело место. Обязанность доказать данное обстоятельство возлагается на ответчика.

Расторжение трудового договора с работником по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (статья 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под расписку не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (часть 2 статьи 180 ТК РФ).

Как следует из материалов дела и установлено судом с 10 ноября 1989 года истец состояла в трудовых отношениях с ГОУЗ «Специализированная туберкулезная больница в г.Цимлянске, которая была переименована в Цимлянский филиал ГУЗ «Противотуберкулезный клинический диспансер», а в последующем в «Областной клинический центр фтизиопульмонологии» Цимлянский филиал ГБУ РО «ОКЦФП» на должности медицинской сестры палатной в отделении легочного туберкулеза № 3 на полную ставку и по совместительству на 0,25 ставки, что подтверждается сведениями из трудовой книжки работника № от 20 апреля 1976 года (Т.1 л.д.9-12). 

11 января 2019 года Правительством Ростовской области в лице Министерства здравоохранения Ростовской области было принято решение об утверждении структуры ГБУ РО «ОКЦФП» с приведением штатного расписания в соответствии с утвержденной структурой (Т.1 л.д.44-46).

Согласно Приказу № 22-ФЗ от 24 января 2019 года (Т.1 л.д.42-43) было решено с 01 апреля 2019 года объединить все филиалы ГБУ РО «ОКЦФП», в том числе Цимлянский филиал с Волгодонским филиалом.

28 января 2019 года Приказами № 9 и № 10 утверждена новая штатная структура Цимлянского филиала ГБУ РО «ОКЦФП» (Т.1 л.д.47-48, 54-59), согласно которой на 01 апреля 2019 года отделение для больных туберкулезом органов дыхания № 3 подлежит полному сокращению. Данные обстоятельства также подтверждаются Штатным расписанием от 23 января 2019 года (Т.1 л.д.115-124).

В целях контроля за соблюдением процедуры и правомерности проведения сокращения численности (штата) 28 января 2019 года создана комиссия для определения преимущественного права оставления на работе (Т.1 л.д.49), согласно Протоколу заседания которой было установлено, что отделение для больных легочным туберкулёзом сокращается полностью, в иных подразделениях сокращается численность должностей, в связи с чем, и были определены работники, имеющие преимущественное право оставления на работе (Т.1 л.д.50-53). 

Кроме этого, 28 января 2019 года был также утвержден список сотрудников, увольняемых при сокращении штатной численности, который согласован с профсоюзным комитетом (Т.1 л.д.68-70), из которого следует, что должности палатных медицинских сестер для больных туберкулезом отделения органов дыхания № 3, существовавших согласно штатному расписанию от 02 августа 2018 года (Т.1 л.д.108-114) в количестве 6,75 единиц сокращаются.

В связи с чем, 29 января 2019 года ФИО1 в письменном виде была уведомлена о том, что трудовой договор с нею будет расторгнут по основанию сокращения штатов. С данным уведомлением истец была ознакомлена лично под роспись (Т.1 л.д.85-86).

29 января 2019 года было проведено общее собрание работников организации, на котором обсуждались вопросы нового штатного расписания и процедуры сокращения штата (Т. 1 л.д.60-67), на котором присутствовала и истец ФИО1 о чем свидетельствует её подпись (Т.1 л.д.63).

Вместе с тем, 07 февраля 2019 года она подала ответчику письменное заявление с просьбой предложить ей другую работу с учетом её преимущественного права оставления на работе (Т. 1 л.д.87, 88).

18 февраля 2019 года был утвержден перечень вакантных должностей, в котором присутствовало три единицы медицинской сестры палатной в отделение больных туберкулезом с множественной лекарственной устойчивостью (Т. 1 л.д.71-72).

Однако, согласно Предложениям о переводе на другую работу в связи с сокращением штата от 18 февраля 2019 года (Т.1 л.д.127-132) данные вакантные должности были заняты О.В., Г.Г. и Н.Н.

19 февраля 2019 года были предоставлены предложения на оставшиеся вакантные должности, из которых сотрудник Г.В. согласилась замещать должность медицинской сестры перевязочной (Т. 1 л.д.125-126), а ФИО1 – должность медицинской сестры в кабинет функциональной диагностики (Т. 1 л.д.89-90), подтвердив это личной подписью.

07 марта 2019 года истец направила ответчику письменный отказ от предложенной работы, настаивая на оставлении её в должности медицинской сестры палатной, так как она имеет более высокую квалификацию по сравнению с другими сотрудниками (Т.1 л.д.95).

В связи с чем, ей было вручено повторно предложение от 07 марта 2019 года со списком вакансий (Т.1 л.д.97-98), от подписания которого она отказалась, что было засвидетельствовано Актом об отказе (Т.1 л.д.96).

Приказом № 04-К и № 05-К от 29 марта 2019 года трудовые договора с истцом по основному месту работу и по совместительству были расторгнуты с 30 марта 2018года на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С приказами об увольнении истец была ознакомлена 29 марта 2019 года, выразив свое несогласие с сокращением (Т.1 л.д.99, 100), а их экземпляры были высланы ФИО1 почтовой корреспонденцией 02 апреля 2019 года (Т. 1 л.д.104-107).

Кроме этого, с ФИО1 был произведен окончательный расчет с выплатой всех предусмотренных законом денежных сумм (Т.1 л.д.75-83), что стороной истца не оспаривалось.

Вместе с тем, истец полагает, что процедура её увольнения в связи с сокращением штатов проведена ответчиком с нарушением её порядка, предусмотренного трудовым законодательством, поскольку ей не были предложены вакантные должности медицинских сестер палатных, тем самым было нарушено её преимущественное право на оставление на работе.

Давая оценку доводам истца и её представителя, принимая во внимание позицию стороны ответчика, суд приходит к следующему.

Реализуя закрепленные Конституцией Российской Федерации (статья 34, часть 1; статья 35, часть 2) права, работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством, гарантии трудовых прав работников. Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе в таком случае расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации, при условии соблюдения установленного законом порядка увольнения и предоставления работнику соответствующих гарантий.

Как установлено судом и не оспаривалось сторонами спора в связи с изменением структуры ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульмонологии» возникла необходимость в изменении штатного расписания каждого филиала организации, в том числе и Цимлянского отделения. В результате чего было исключено из штатного расписания отделение легочного туберкулеза № 3, в котором работала истец с сокращением всех должностей в нем.

29 января 2019 года ФИО1 была уведомлена в письменном виде о предстоящем расторжении с нею трудовых договоров, а 30 марта 2019 года, спустя два месяца была уволена по сокращению штатов. Получила окончательный расчет, приказы об увольнение были ей высланы почтой 02 апреля 2019 года.

При этом ранее истцу дважды 19 февраля 2019 года и 07 марта 2019 года предлагались все вакантные должности, существующие у работодателя, однако ФИО1 сначала согласившись на одну из них, в последующем письменно от неё отказалась, что и послужило основанием для её увольнения.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что факт сокращения штата работников в Цимлянском филиале ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульмонологии» имел место, должность, которую занимала истец не сохранилась, подразделение в котором она работала полностью исключено из штатного расписания, от перевода на иную предложенную ей должность ФИО1 отказалась, в связи с чем, у работодателя имелись основания для расторжения с нею трудового договора по пункту 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку из системного толкования данной нормы следует, что таким правом работодателем обладает и в случае если работник отказался от перевода на соответствующую ему должность. 

Нарушений процедуры увольнения ФИО1 и её прав в связи с этим судом не установлено. Истец была предупреждена об увольнение за два месяца, ознакомлена с приказами об увольнении лично, расчет с ней произведён в полном объеме. 

Довод стороны истца о том, что ей должны были предложить имеющиеся вакантные должности медицинских сестер палатных, которые находятся в иных подразделениях работодателя, поскольку она имеет преимущественное право оставления на работе, признается судом несостоятельным и основанным на неверном толковании норм материального права.

По смыслу действующего трудового законодательства, а именно статьи 179 Трудового кодекса Российской Федерации, преимущественное право на оставление на работе подлежит исследованию, если сокращается одна из одинаковых должностей определенного структурного подразделения, то есть между работниками, занимающими одинаковые должности, часть из которых подлежит сокращению, поскольку степень производительности труда и квалификации работников возможно сравнить, лишь оценив выполнение ими одинаковых трудовых функций.

Учитывая, что занимаемая истцом должность находилась в структурном подразделении, которое было сокращено полностью, то оснований для установления лиц, обладающих более высокой квалификацией и производительностью труда, у работодателя не имелось.

То обстоятельство, что у ответчика имелись вакантные должности палатных медсестер, одну из которых, по мнению ФИО1, она могла занять, не может повлечь признание процедуры её увольнения незаконной, поскольку по смыслу закона под вакантной должностью, в смысле определенном статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации, понимаются вакантные должности, имеющиеся в штатном расписании работодателя, до проведения организационно-штатных мероприятий, при этом, должности в соответствии с новым штатным расписанием, в смысле определенном названной нормой права, вакантными не являются, поэтому назначение на них является исключительной компетенцией работодателя.

Так в судебном заседании установлено, что на момент предупреждения о предстоящем сокращении у работодателя имелся ряд вакантных должностей, требованиям которых соответствовала истец, однако от данных должностей она отказалась. Иных должностей, которым бы соответствовала ФИО1 в ходе рассмотрения дела не установлено.

Более того, суд принимает во внимание, что на момент отказа ФИО1 от перевода на должность медицинской сестры в кабинет функциональной диагностики, а именно по состоянию на 7 марта 2019 года у ответчика отсутствовали вакантные должности медицинской сестры палатной, на замещение которой претендует истец.

Кроме этого, суду не представлено доказательств тому, что именно истец ФИО1 обладает более высокой квалификацией и большей степенью производительности труда при выполнении ею трудовых обязанностей по должности медицинской сестры палатной, нежели остальные работники, занимающие данную должность.

Наряду с этим, порядок реализации преимущественного права на перевод на другую имеющуюся у работодателя должность с иными квалификационными характеристиками действующим законодательством прямо не предусмотрен и не тождественен порядку, установленному статьей 179 Трудового кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд приходит к выводу, что процедура увольнения истца по основаниям, предусмотренным положениями пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации была соблюдена работодателем в полной мере, нарушений прав истца не установлено, в связи с чем, у суда отсутствуют основания для признания приказов о увольнении ФИО1 незаконными, восстановлении её в должности палатной медицинской сестры отделения для больных туберкулезом органов дыхания № 3 (с бактериовыводителем), принимая во внимание также, что в настоящий момент отделение, в котором работала ФИО1 полностью сокращено и отсутствует в штатном расписании.

С учетом изложенного, не находит суд и правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании в её пользу с ответчика по делу заработной платы за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, учитывая, что на момент увольнения расчет с истцом был произведен в полном объеме, что подтверждается материалами дела и не оспаривалось сторонами.

Поскольку нарушение трудовых прав истца при прекращении трудовых отношений не установлено то, исходя из положений статей 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд отказывает в удовлетворении требования о компенсации морального вреда.

Разрешая настоящий спор суд учитывает требования статей 12, 35, 39, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации об осуществлении гражданского судопроизводства на основании равноправия и состязательности сторон, когда каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения. 

Оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанном на соблюдении принципов, закрепленных в частях 1-3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом вышеуказанных требований трудового законодательства, суд полагает правомерным постановить решение, которым отказать ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Цимлянскому филиалу ГБУ РО «Областной клинический центр фтизиопульманологии» о признании незаконными приказов об увольнении, восстановлении в должности, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, отказать в полном объеме.

Резолютивная часть решения изготовлена 28 мая 2019 года.

Мотивированное решение изготовлено 03 июня 2019 года.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Цимлянский районный суд Ростовской области в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья М.Ю. Карапуз