РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 августа 2025 года пгт. Курагино Красноярского края

Курагинский районный суд Красноярского края в составе председательствующего: судьи Васильевой П.В., 

при секретаре судебного заседания Усовой Н.Ю.,

с участием истца ФИО1, её законного представителя ФИО2, представителя истца ФИО3 (полномочия по доверенности от 25 февраля 2025г.),

ответчика ФИО4, её представителя ФИО5 (полномочия по доверенности от 17 февраля 2025г.),

представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, ФИО6 (полномочия по доверенности от 22 декабря 2022г.),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 20 апреля 2024г., применении последствий недействительности сделки, включении автомобиля в наследственную массу,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2, действующая в интересах несовершеннолетней ФИО1, обратилась в суд с иском (с учётом изменений в порядке ст. 39 ГПК РФ) к ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 20 апреля 2024г., применении последствий недействительности сделки, включении автомобиля в наследственную массу ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ. 

Свои требования истец мотивирует тем, что ФИО1 является дочерью ФИО8.

При жизни ФИО8 на праве собственности принадлежал автомобиль марки 

<

...>, которым последний пользовался до дня смерти.

После смерти ФИО8, его дочь в лице своего законного представителя в установленный законом шестимесячный срок обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства, признана наследником ФИО8. Также другими наследниками первой очереди после смерти ФИО8, являются его дочь ФИО9, и внук ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ рождения, являющийся сыном ФИО11, погибшего ДД.ММ.ГГГГ.. 

В результате проведенных розыскных нотариальных мероприятий истцу стало известно о том, что вышеназванный автомобиль продан ФИО8 20 апреля 2024г. Верхотуровой (фамилия после брака ФИО13) А.В. на основании договора купли-продажи автомобиля от 20 апреля 2024г..

Между тем, по мнению истца, данная сделка является недействительной, поскольку совершена после смерти наследодателя, что влечет её ничтожность.

Истец просит признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 20 апреля 2024г., заключенный между ФИО8 и ФИО14 в отношении автомобиля марки 

<

...>, применить последствия недействительности сделки – прекратить право собственности ФИО4 на вышеназванный автомобиль, включить спорный автомобиль в наследственную массу после смерти ФИО8, умершего ДД.ММ.ГГГГ

Определениями Курагинского районного суда (протокольно) к участию в деле привлечены в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования, ОГАИ МО МВД России «Курагинский», ФИО15, ФИО16, действующая в интересах малолетнего ФИО10, ФИО9, ФИО17.

В судебном заседании несовершеннолетняя ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ рождения), её законный представитель ФИО2, представитель истца ФИО3 (полномочия по доверенности) исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, настаивали на их удовлетворении, законный представитель несовершеннолетней истицы ФИО1 – ФИО2 также пояснила, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ состояла в браке с ФИО8, они являются родителями троих детей: ФИО11, ФИО18, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения. В ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> погиб их сын 

<

...>, после смерти которого, близким родственникам произведены причитающиеся социальные выплаты в связи с гибелью военнослужащего, ей (ФИО2) известно, что на полученные ФИО8 денежные средства приобретен автомобиль марки 

<

...>. Однако, после смерти ФИО8, ей стало известно о том, что данный автомобиль продан 20 апреля 2024г. ФИО8 Верхотуровой (ныне ФИО13) А.В.. Между тем считает, что поскольку ФИО8 умер ДД.ММ.ГГГГ, соответственно, по причине смерти он не мог подписать данный договор купли-продажи от 20 апреля 2024г., в связи с чем, письменная форма сделки не соблюдена, волеизъявление ФИО8 на заключение данной сделки отсутствует, деньги за автомобиль не оплачены, соответственно, оспариваемый договор купли-продажи автомобиля Лада Веста, заключенный 20 апреля 2024г. между ФИО8 и ФИО14 является недействительным по основаниям статьи 168 ГК РФ, право собственности ФИО7 на данный автомобиль подлежит прекращению, а спорный автомобиль подлежит включению в состав наследственного имущества после смерти ФИО8.

Ответчик ФИО4, ее представитель ФИО5 (полномочия по доверенности) в судебном заседании исковые требования не признали, просили в удовлетворении иска отказать, ответчик также пояснила, что с ДД.ММ.ГГГГ её мама 

<

...> состояла в фактических брачных отношениях с ФИО8, они проживали совместно как семья, также ФИО8 занимался её воспитанием и содержанием, бывшая супруга и дети от первого брака отношений с ним не поддерживали, не общались с ним. При жизни ФИО8 на праве собственности принадлежал автомобиль марки 

<

...>, который он продал ей 02 апреля 2024г. за 250000 руб. на основании письменного договора купли-продажи от 02 апреля 2024г., так как планировал заключить контракт на прохождение службы в зоне действия специальной военной операции, однако ДД.ММ.ГГГГ умер. Таким образом, по мнению ответчика, она являлась собственником данного автомобиля именно со 02 апреля 2024г., при этом несвоевременная постановка на регистрационный учет по данной сделке не лишала её права собственности на данный автомобиль, который ею был продан в ноябре 2024г. ФИО15. Также указывает, что после смерти ФИО8, она (ФИО7) вместе с сестрой ФИО8 – 

<

...> при оформлении страхового полиса на данный автомобиль, по рекомендации страховщика, в целях избежания штрафа за не постановку в десятидневный срок данного автомобиля на регистрационный учет, переписали данный договор купли-продажи, датировав его 20 апреля 2024г., подпись от имени ФИО8 была выполнена 

<

...>. 

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования на предмет спора, ФИО16, надлежащим образом и своевременно извещенная о дате, времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явилась, доверила представлять интересы представителю по доверенности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, ФИО16 – ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, полагал их подлежащими удовлетворению, пояснил, что ФИО16 состояла в зарегистрированном браке с сыном умершего ФИО8 – ФИО11, от брака с которым имеет сына ФИО10, 22 июня 2016г. рождения, который является наследником первой очереди по праву представления, на удовлетворении иска настаивал.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования на предмет спора, ОГАИ МО МВД России «Курагинский», третьи лица ФИО15, ФИО9, ФИО17, надлежащим образом и своевременно извещенные о дате, времени и месте слушания дела, в судебное заседание не явились, о причинах не явки и их уважительности суду не сообщили, не ходатайствовали об отложении слушания дела, возражений по иску и доказательств их подтверждающих суду не предоставили.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ суд полагал возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся сторон.

Изучив требования иска, выслушав сторон, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Судом на основании письменных материалов дела установлено, что ФИО8 и ФИО2 (девичья фамилия 

<

...>) состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ являются родителями ФИО11, Канзеровой (Губиной Н.В.), ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Решением мирового судьи судебного участка №93 в Курагинском районе от 27 октября 2014г. брак между ФИО8 и ФИО2 прекращен 28 ноября 2014г., что подтверждается записью акта о расторжении брака № от ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ умер сын ФИО8 – ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ рождения, который при жизни состоял в зарегистрирован браке ФИО20, они являются родителями ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ рождения.

Согласно пояснений сторон, письменных материалов дела, после расторжения брака, ФИО8 в зарегистрированном браке ни с кем не состоял по день смерти, состоял в фактических брачных отношениях с 

<

...>, с которой они проживали совместно, вместе с детьми 

<

...> от первого брака, в том числе, с Верхотуровой (ныне ФИО13) А.В.. 

Из материалов дела следует, что ФИО8 принадлежал автомобиль марки 

<

...>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 умер, что подтверждается свидетельством о смерти 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ и записью акта о смерти от ДД.ММ.ГГГГ

Из наследственного дела следует, что после смерти ФИО8 нотариусом Курагинского нотариального округа ФИО21 заведено наследственное дело №, с заявлениями о принятии наследства обратились дети наследодателя: ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ рождения с согласия законного представителя, матери, ФИО2, а также ФИО9. Свидетельства о праве на наследство не выдавались.

Спорный автомобиль марки 

<

...> в состав наследственного имущества ФИО8 не вошел.

Из материалов дела следует, что автомобиль марки 

<

...>, был продан ФИО8 покупателю Верхотуровой (ныне ФИО13) А.В. по договору купли-продажи от 20 апреля 2024г..

Обращаясь в суд ФИО2, действующая в интересах несовершеннолетней дочери ФИО1, указала, что спорный автомобиль, принадлежащий на праве собственности ФИО8 не мог быть отчужден после его смерти, соответственно, договор купли-продажи автомобиля от 20 апреля 2024г., заключенный между ФИО8 и ФИО22 20 апреля 2024г. является недействительным по основаниям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности (статья 1112 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятие наследником части наследства исходя из положений п. 4 ст. 1152 ГК РФ означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.

Днем открытия наследства является день смерти гражданина (статья 1114 ГК РФ).

Таким образом, имущество наследодателя переходит к его наследнику в порядке универсального правопреемства в том правовом состоянии, которое имелось в отношении данного имущества на момент открытия наследства, в связи с чем в правоотношениях, складывающихся в отношении данного имущества, наследник (новый собственник) становится на место прежнего собственника (наследодателя) как его правопреемник в отношении этого имущества.

Согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется, помимо прочего, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Статьей 153 ГК РФ установлено, что сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

Согласно ч. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

Положениями ст. 421 ГК РФ предусмотрено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с ч. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно положениям ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Частью 1 статьи 168 ГК РФ установлено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 78 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", абзаца первого пункта 3 статьи 166 Гражданского Кодекса Российской Федерации следует, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из изложенного следует, что заинтересованным в судебной защите является лицо, имеющее законное право или охраняемый законом интерес в признании ничтожной сделки недействительной, а предъявленный этим лицом иск выступает средством защиты его нарушенного права и законных интересов. Такая юридическая заинтересованность может признаваться за участниками сделки либо за лицами, чьи права и законные интересы прямо нарушены оспариваемой сделкой. Критерием наличия заинтересованности является обусловленность защиты законного имущественного интереса признанием сделки недействительной.

В судебном заседании стороной ответчика признан факт того, что оспариваемый договор купли-продажи от 20 апреля 2024г. не был подписан ФИО8, умершим ДД.ММ.ГГГГ

Однако данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что имущество выбыло из владения ФИО8 помимо его воли.

Ответчик ФИО7 в ходе судебного разбирательства поясняла, что автомобиль марки 

<

...> приобретен ею у ФИО8 на законных основаниях, факт перехода прав на спорный автомобиль от ФИО8 к ней был произведен при жизни ФИО8, а именно 02 апреля 2024г., о чем между ними был заключен договор купли-продажи, представленный также в материалы дела. Согласно условий данного договора, ФИО8 (продавец) продал автомобиль марки 

<

...>, покупателю ФИО22 за 250000 руб., после чего автомобиль был передан ей (ФИО13) А.В., которая приняла его и оплатила за него оговоренную стоимость. Однако, в установленный десятидневный срок автомобиль не был поставлен на регистрационный учет в органах ГАИ, тогда ею данный договор был переписан в части изменения даты его заключения: со 02 апреля 2024г. на 20 апреля 2024г., подпись в данном договоре от 20 апреля 2024г. выполнена родной сестрой ФИО8 – 

<

...> с 27 апреля 2024г. автомобиль зарегистрирован за ней, 07 ноября 2024г. продан ФИО15 на основании договора купли-продажи от 07 ноября 2024г..

Представленный ответчиком ФИО7 договор купли-продажи автомобиля от 02 апреля 2024г. подписан сторонами сделки, условия договоров соблюдены, продавец получил денежные средства, оговоренные в договоре, а покупатель ФИО7 получила транспортное средство, указанное в договоре.

В материалы дела сторонами не представлено доказательств, свидетельствующих о признании данного договора от 02 апреля 2024г. незаключенным и (или) недействительным.

Кроме того, согласно п. 2 ст. 130 ГК РФ регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Никакого специального режима оформления сделок купли-продажи и возникновения права собственности на автотранспортное средство закон не предусматривает, соответственно, при отчуждении транспортных средств, относящихся к движимому имуществу, действует общее правило, закрепленное в п. 1 ст. 223 ГК РФ.

Доводы стороны истца об отсутствии волеизъявления ФИО8 на отчуждение вышеуказанного транспортного средства суд признает неубедительными, подлежащими отклонению, опровергающимися представленными стороной ответчика доказательствами.

Из доводов стороны ответчика следует, что ФИО8 около 10 лет сожительствовал с 

<

...>, а к ее дочери ФИО7 относился как к родной дочери. 

Исходя из содержания договора купли-продажи от 02 апреля 2024г., денежные средства покупателем переданы продавцу до подписания договора и получены последним, транспортное средство продавцом покупателю передано.

Допрошенная в судебном заседании свидетель 

<

...>, являющаяся родной сестрой ФИО8, подтвердила факт передачи ФИО8 при жизни спорного транспортного средства ФИО7 02 апреля 2024г.. Также свидетель пояснила, что ее родной брат ФИО8 около 10 лет сожительствовал с 

<

...> они проживали совместно как семья, он занимался воспитанием и содержание ФИО7, с бывшей супругой ФИО2 не общался, дети от первого брака с ним также общение не поддерживали, на его похоронах не присутствовали. При жизни ФИО8 ей (

<

...> неоднократно высказывал свое волеизъявление в отношении данного автомобиля, желая его передать ФИО7, между ними складывались теплые семейные отношения. Ей известно, что принадлежащий ФИО8 автомобиль марки 

<

...>, 02 апреля 2024г. он продал ФИО7, о чем он лично сообщил 

<

...> После смерти ФИО8, по просьбе ФИО7 она сопровождала ее к страховому агенту и в последующем в ГАИ для постановки автомобиля на регистрационный учет. В связи с тем, что автомобиль не был поставлен на учет в течение 10 дней, ими было принято решение изменить договор купли-продажи от 02 апреля 2024г. в части указания даты его заключения на 20 апреля 2024г.; ввиду отсутствия сомнений у 

<

...> о продаже данного автомобиля ее братом ФИО7, она в договоре от 20 апреля 2024г. расписалась от имени брата. 

Также суд учитывает, что при совершении сделки ФИО8, действуя как продавец, передал 02 апреля 2024г. покупателю – ФИО7 спорный автомобиль с ключами и все документы, необходимые для пользования автомобилем и его переоформления. Транспортное средство фактически поступило во владение, пользование и распоряжение ФИО7, что характеризует сделку как возмездную и в совокупности свидетельствует об исполнении договора купли-продажи и приобретении именно 02 апреля 2024г. права собственности на автомобиль, позволяющего в дальнейшем данному лицу производить его отчуждение.

Учитывая изложенное, принимая во внимание доверительные отношения, наличествующие между ФИО8 и ФИО7, которые последняя характеризует как семейные, наличие в распоряжении ФИО7 автомобиля, документов на него непосредственно в период совершения сделки и после нее, суд полагает, что в материалах дела имеются достаточные доказательства, позволяющие сделать вывод о том, что автомобиль отчужден ранее 02 апреля 2024г. по его воле.

Таким образом, из имеющихся в деле доказательств, основания полагать наличие у ФИО8 порока воли при совершении сделки купли-продажи автомобиля от 02 апреля 2024г. отсутствуют.

Согласно представленным карточкам учета спорного транспортного средства, представленным в материалы дела по запросу суда, автомобиль марки 

<

...>, с 27 апреля 2024г. в ГАИ зарегистрирован за Верхотуровой (ныне ФИО13) А.В., с связи с отчуждение прав на данное движимое имущество, в регистрационные данные 10 июня 2025г. внесены изменения в связи с изменением собственника – с ФИО22 на ФИО17 на основании договора купли-продажи от 31 мая 2025г..

То обстоятельство, что автомобиль марки 

<

...>, по состоянию на 09 апреля 2024г. (на день смерти ФИО8) был зарегистрирован в ГАИ за ФИО8, правового значения для разрешения настоящего спора не имеет, поскольку регистрация транспортных средств носит учетный характер и не является обязательным условием для возникновения на них права собственности.

При этом Гражданский кодекс Российской Федерации и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета. Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если прежний собственник не снял его с регистрационного учета.

На момент смерти ФИО8 не являлся собственником автомобиля марки Лада Веста, собственником данного автомобиля являлась ФИО4, в связи с чем, истец не может претендовать на признание на ней права собственности на указанное имущество в порядке наследования (статьи 1112, 1113, 1114 ГК РФ).

Разрешая требования истца, принимая во внимание вышеизложенное, исходя из того, что оспариваемый стороной истца договор купли-продажи от 20 апреля 2024г. датирован и зарегистрирован по истечении 11 дней после смерти ФИО8, смерть продавца является обстоятельством, препятствующим отчуждению его имущества по данной сделке, договор купли-продажи, заключенный 20 апреля 2024г. между ФИО8 и ФИО14 является недействительным на основании ст.ст. 167, 168 ГПК РФ.

Вместе с тем, требования о применении последствий недействительности сделки, суд считает необходимым оставить без удовлетворения, поскольку как указывалось выше переход права на спорный автомобиль произведен при жизни ФИО8 – 02 апреля 2024г. – по договору купли-продажи, заключенному с ФИО4, которая в последующем распорядилась данным движимым имуществом, с 31 мая 2025г. спорный автомобиль находится в собственности ФИО17, между тем, указанное требование к новому владельцу спорного движимого имущества истцом не предъявлено; также отсутствуют правовые основания для включения спорного автомобиля в состав наследства после смерти ФИО8.

Истец просит взыскания с ответчика в свою пользу судебных расходов, понесенных на оплату государственной пошлины в размере 3000 руб.. 

Часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Из содержания указанной нормы следует, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования.

Вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного в суд требования непосредственно связан с выводом суда, содержащимся в резолютивной части его решения (часть 5 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), о том, подлежит ли заявление удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и приводит к необходимости возмещения судебных расходов.

Если иск удовлетворен частично, то это одновременно означает, что в части удовлетворенных требований суд подтверждает правомерность заявленных требований, а в части требований, в удовлетворении которых отказано, суд подтверждает правомерность позиции ответчика. Соответственно, при неполном (частичном) удовлетворении имущественных требований, подлежащих оценке, судебные издержки присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Поскольку оценка обоснованности требований о возмещении судебных издержек осуществляется по общим правилам гражданского процессуального законодательства, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что дифференциация правового регулирования распределения судебных расходов в зависимости от характера рассматриваемых судом категорий дел, в том числе с учетом особенностей заявляемых требований, сама по себе не может расцениваться как отступление от конституционных принципов правосудия, поскольку необходимость распределения судебных расходов обусловлена не судебным актом как таковым, а установленным по итогам судебного разбирательства вынужденным характером соответствующих материальных затрат, понесенных лицом, прямо заинтересованным в восстановлении нормального режима пользования своими правами и свободами, которые были оспорены или нарушены. Однако в любом случае такая дифференциация не может носить произвольный характер и должна основываться на законе (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 11 июля 2017 г. N 20-П).

По общему правилу, отнесение судебных расходов на ответчика обусловлено тем, что истцу (заявителю) пришлось обратиться в суд с требованием о защите права, нарушенного другой стороной (ответчиком), то есть расходы возлагаются на лицо, следствием действий которого явилось нарушение права истца.

Между тем в данном случае, оснований для взыскания расходов по уплате государственной пошлины с ответчика ФИО7 не имеется, поскольку в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что не подлежат распределению между лицами, участвующими в деле, издержки, понесенные в связи с рассмотрением требований, удовлетворение которых не обусловлено установлением фактов нарушения или оспаривания прав истца ответчиком.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО1, к ФИО7 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 20 апреля 2024г., применении последствий недействительности сделки, включении автомобиля в наследственную массу, - удовлетворить частично.

Признать договор купли-продажи транспортного средства марка 

<

...>, заключенный 20 апреля 2024г. между ФИО8 и ФИО22 - недействительным.

В удовлетворении остальной части иска, взыскании с ответчика в пользу истца судебных расходов, – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Курагинский районный суд Красноярского края.

Председательствующий (подпись) П.В. Васильева

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ

Судья Курагинского районного суда П.В. Васильева