Дело № 2-1-20

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Пермь 2 июня 2020 года 

Пермский краевой суд в составе 

председательствующего Коробейникова С.А., 

судей Кодочигова С.Л., Налимова А.В.,

при секретарях судебного заседания Беркутовой Ю.Ю., Перятинской А.В., 

с участием: государственных обвинителей Костевич О.В., Плотниковой С.А., 

потерпевшего П2., 

представителя потерпевшего Т.,

подсудимых Н., К.,

защитников Обухова В.А., Лебедевой Т.Н.,

переводчиков Б1., М1., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

Н., родившегося ** года в городе ****, ****, зарегистрированного по адресу: ****, индивидуального предпринимателя, имеющего основное общее образование, состоящего в браке, гражданина ****, военнообязанного, судимого 6 декабря 2012 года Тюменским областным судом по ч. 3 ст. 30 и п. «а» ч. 2 ст. 105, п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, к лишению свободы на срок 18 лет с ограничением свободы на срок 1 год 6 месяцев,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

К., родившегося ** года в селе ****, зарегистрированного по адресу: ****, официально не трудоустроенного, имеющего основное общее образование, состоящего в браке, имеющего двух малолетних детей, гражданина ****, военнообязанного, не судимого, содержащегося под стражей с 19 декабря 2018 года,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона № 73-ФЗ от 21 июля 2004 года).

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного следствия Н. и К. обвиняются в убийстве П1., совершенном группой лиц по предварительному сговору, а К., кроме того, в незаконном приобретении, хранении и ношении огнестрельного оружия и боеприпасов.

Согласно предъявленному Н. и К. обвинению, в период с 28 марта по 3 апреля 2009 года, находясь в городе Лысьва, Пермского края, Н. предложил К. совершить убийство П1., к которому испытывал личную неприязнь, вызванную происшедшим между ними ранее конфликтом. К. с предложением Н. согласился.

В один из дней, не позднее 3 апреля 2009 года, К. приобрел при неустановленных обстоятельствах, в неустановленном следственными органами месте, у неустановленного лица, переделанное или самодельное огнестрельное нарезное оружие с не менее чем семью патронами калибра 9 мм к нему. Кроме того, Н. и К., приискали для совершения преступления неустановленное гладкоствольное огнестрельное оружие 16 калибра, с не менее чем четырьмя патронами к нему.

3 апреля 2009 года, в ночное время, Н., вооруженный неустановленным гладкоствольным огнестрельным оружием 16 калибра и К., вооруженный неустановленным переделанным или самодельным огнестрельным нарезным оружием, прибыли к многоквартирному жилому дому, расположенному по адресу: ****, где проживал П1., и стали ожидать его появления.

В период с 23 часов до 23 часов 20 минут 3 апреля 2009 года, когда П1. вышел на улицу из третьего подъезда дома по вышеуказанному адресу и направился к своему автомобилю, припаркованному возле дома №** по улице **** города Лысьвы, Н. и К., с целью убийства П1., произвели прицельные выстрелы в область его головы и туловища. Так, К. произвел в П1. не менее четырех выстрелов из неустановленного переделанного или самодельного огнестрельного нарезного оружия. Н. произвел в П1. не менее двух выстрелов из неустановленного гладкоствольного огнестрельного оружия. 

От полученных огнестрельных ранений П1. упал на землю на расстоянии около пяти метров от проезжей части улицы ****. 

Продолжая свои преступные действия, направленные на лишение П1. жизни, Н. и К. подбежали к нему, после чего Н. произвел из неустановленного гладкоствольного огнестрельного оружия не менее двух выстрелов в область головы П1., а К. не менее двух выстрелов из неустановленного переделанного или самодельного огнестрельного нарезного оружия в область его грудной клетки.

В результате П1. была причинена сочетанная травма головы, шеи, груди, левой верхней конечности в виде: огнестрельных дробовых ранений головы с повреждением головного мозга, мышц шеи и костей черепа; огнестрельных пулевых ранений левой боковой поверхности шеи, левого предплечья, грудной клетки слева, правого надплечья, крайней плоти с повреждением мышц, костей и внутренних органов, с последующим кровотечением в плевральные полости и в полость сердечной сорочки, развитием малокровия внутренних органов. От полученных телесных повреждений П1. скончался.

Совершив убийство П1., Н. и К. с места преступления скрылись.

Подсудимые Н., К. вину в совершении инкриминируемых им преступлений не признали.

В судебном заседании Н. показал, что в период, относящийся к исследуемым событиям, он занимался заготовкой древесины. 

28 марта 2009 года после 20 часов он находился в кафе «***», на деловой встрече с А1. (далее, как установлено органами предварительного расследования, А1., т. 15 л.д. 223). К нему подошел бармен, сказал, что А2. просит его выйти на улицу. На улице его ждали А2. и П1., последний стал предъявлять ему претензии, ударил по лицу. К ним подошел А1., спросил, что произошло. П1. ударил А1., тот упал. Когда он поднимал А1., к нему подошел П1., обнял сзади за плечи, извинился. Они с П1. помирились, пождали друг другу руки и разошлись. Конфликт был исчерпан. Вместе с П1. около кафе были Г1. и М2. 

После этих событий он уехал на пилораму, в кафе «***» не приезжал, А2. не видел. Знает, что тот 29 марта 2009 года уехал из города Лысьва и больше не возвращался. По этой причине свидетель К1. не мог с ним встречаться в городе Лысьва через полтора месяца после убийства П1.

3 апреля 2009 года вечером он был на пилораме Г2. в деревне **** Лысьвенского района. Около 23 часов он купил продукты, привез их рабочим. В течение всего времени он созванивался с отцом, дядей, а так же с К., у которого просил взаймы деньги. На пилораме в деревне **** находился примерно до 23 часов 30 минут, после чего приехал к дяде, проживавшему на улице **** в городе Лысьва, где и заночевал. 

О гибели П1. он узнал только 4 апреля 2009 года от знакомой. В тот же день ему позвонил брат матери - М3., просил после обеда забрать его из дома по улице **** в городе Лысьва, где М3. в тот момент проживал. Когда он заехал за М3., тот просил проехать по улице ****, где вышел, прошел к гаражам, принес в машину пакет, в котором был обрез ружья и пистолет. Он спросил М3. про оружие, тот ответил, что деньги лишними не бывают. Он понял, что М3. совершил убийство П1. за деньги. Он отвез М3. на пилораму к Г2. 

М3. был худощавого телосложения, рост 170-175 см., носил полупальто и кепку. Сам он в тот период носил пиджак или короткую куртку, в прохладную погоду одевал вязаную шапочку. Худощавым он никогда не был.

О данном разговоре он никому не рассказывал. Следователю сообщил о причастности М3. к убийству, когда М3. уже умер. 

Полагает, что убийство П1. организовал его брат П2. От М2. ему известно, что ранее П2. стрелял в П1. и его компанию.

Полагает, что свидетель Е1. оговаривает его из личной неприязни и под давлением П2.

С Е1. знаком с 13-14 лет, проживали в одном поселке, учились в одной школе, между ними был конфликт, в результате которого он избил Е1. и между ними сложились неприязненные отношения.

Он считает А3. и засекреченного свидетеля К1. одним и тем же лицом. С А3. знаком с детства, дружеских отношений никогда не поддерживали. Полагает, что А3. мстит ему, так как его отец был против того, чтобы А3. возглавил азербайджанскую диаспору в городе Лысьва.

В судебном заседании К. пояснил, что А2. знал, тот являлся владельцем кафе «***». Помнит, что после 28 марта 2009 года А2. уехал в другой город и в городе Лысьва не появлялся. 

В 2009 году он работал у Г2., в его обязанности входило обеспечение питанием рабочих и топливом транспорта. Доверительных отношений с Г2. не было, общались с ним исключительно по работе. Преступной деятельностью не занимался, никакого отношения к оружию не имел. 

Вечером 3 апреля 2009 года он находился вместе со знакомой Ч1. в квартире девушки по имени Я1. Ему позвонил Н., просил занять для него денег. С Н. он в тот момент общался как с земляком. У Ч1. денег не отказалось. Он поехал на своей автомашине по городу, чтобы занять деньги у знакомых таксистов. Когда проезжал по улице **** города Лысьва в сторону ТЦ «***», то, не доезжая до пешеходного перехода, пропустил двух человек, переходивших дорогу. После этого проехав 20-25 метров, в свете фар увидел двух убегавших людей, одного из них он узнал, это был М3., с которым он ранее работал у Г2. На голове у М3. была кепка, он что-то прятал под пальто. Он позвонил М3., тот не отвечал.

На остановке около магазина «***» он заметил несколько человек, в том числе своего знакомого К5. В этот период он разговаривал по телефону с Н. Потом ему позвонил К5., сказал, что убили П1. Он поехал к месту убийства, там было много людей, машины, останавливаться там не стал. 

Уличного освещения в ту ночь на улице **** не было. У магазина «***» вход освещался фонарем. 

Считает, что к убийству П1. причастен П2., ему известно, что браться П-вы враждовали между собой, это было связано с незаконным оборотом наркотиков. В 2008 году видел на пилораме у Г2., как П2. доставал из пакета, переданного ему Г2., обрез ружья.

П2. он никогда не угрожал. Е1. не угрожал и до очной ставки его не видел. 

Считает, что свидетель К1., он же А3., оговаривает его, информацию ему предоставил для этого П2. 

С А3. у него был конфликт, последний в ходе данного конфликта угрожал ему убийством.

Про участие М3. в убийстве П1. он рассказал Г11.

По мнению органов предварительного расследования, виновность Н. и К. в совершении инкриминируемых каждому из них преступлений подтверждается показаниями потерпевшего П2., свидетелей: Е1., П3., М4., Е2., М5., Ш1., Г3., К3., А4., Н5., П4., А2., Г4., Г5., И1., М6., Р1., С1., А6., К1., Ш2., М7., Ш3., Ч1., А7., Ш4., М8., К4., С2., Ш5., К5., Н1., М9., Г1., эксперта К6., а также совокупностью следующих доказательств: протоколами осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 43-56), осмотра трупа (т. 1 л.д. 61-64), проверки показаний на месте с участием свидетеля Е1. (том № 5, л.д. 8-14), следственного эксперимента от 12 февраля 2018 года (том № 5, л.д. 180-184), следственного эксперимента от 10 апреля 2019 года (том № 15, л.д. 1-8), выемки трех пуль, двух пластиковых контейнеров, дроби, извлеченных при судебно-медицинском исследовании трупа П1., вещей одежды потерпевшего (том № 1, л.д. 99-102), выемки патрона у свидетеля Ш2. (том № 1, л.д. 121-123), выемки у подозреваемого К. мобильных телефонов «Samsung» и «Philips» (том № 13, л.д. 89-93), осмотра изъятых предметов (том № 1, л.д. 128-130, том № 5, л.д. 50-53), осмотра информации филиала ОАО «МТС» в Пермском крае о входящих и исходящих электросоединениях и местоположении абонентского номера (том № 2, л.д. 130-134), осмотра информации на CD-R-дисках и бумажных носителях с детализацией телефонных соединений (том № 16, л.д. 229-234), осмотра мобильного телефона «IPhone», принадлежащий свидетелю Е1. (том № 13, л.д. 133-141), осмотра мобильных телефонов «Samsung» и «Philips, изъятых у подозреваемого К. (том № 14, л.д. 156-166), осмотра и прослушивания фонограммы (том № 14, л.д.143-155, 188-195), очной ставки между свидетелем Е1. и обвиняемым Н. (том № 15 л.д. 115-121), очной ставки между свидетелем Е1. и подозреваемым К. (том № 13 л.д. 82-87) очной ставки между обвиняемым К. и потерпевшим П2. (том № 14, л.д. 172-181), представленными в следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю Управлением ФСБ России по Пермскому краю материалами оперативно-розыскной деятельности (том № 13, л.д. 20-24, 28-40, 44-53), заключением судебно-медицинского эксперта № ** от 3 июня 2009 года (том № 3, л.д. 3-38), заключением эксперта № ** от 14 мая 2009 года по результатам исследования патронов, пуль, гильз, дроби, пыжей-концентраторов (том № 3, л.д. 51-66), заключением эксперта № ** от 31 июля 2009 года по повреждениям на одежде П1. (том № 3, л.д. 81-107).

Органы предварительного расследования в качестве доказательств виновности подсудимых приводили протокол предъявления лица для опознания от 8 ноября 2017 года (т. 5 л.д. 25-28), протокол отождествления личности от 21 ноября 2018 года (т. 13 л.д. 35-40), однако, данные протоколы следственных действий признаны недопустимыми доказательствами по причине производства их с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, о чем судом 12 марта 2020 года вынесено соответствующее определение.

Потерпевший П2. показал, что погибший П1. был его братом. Ему известно, что у брата и его окружения был конфликт с Г2. из-за конкуренции в сфере недвижимости, заготовки леса и незаконного сбыта наркотических средств. 

В один из дней 2008 года, после новогодних праздников, Г2. пригласил его на свою базу в деревне ****. Там он видел в руках К. пистолет «ФИО3».

В офисе Г2. он также видел карабин «Сайга» и помповые ружья, автомат ФИО1. Г2. сообщил ему, что П1. и его друзья приобрели оружие и хотят его убить, он не поверил Г2., считает, что тот намеренно вводил его в заблуждение. Г2. просил его повлиять на брата, сообщил, что тот забрал автомашину у одного из азербайджанцев, машина принадлежит диаспоре. Он посоветовал Г2., чтобы тот обращался в милицию. 

С Н. он знаком. В 2008 году тот весной и осенью ходил в темно-сером укороченном пальто и в кепке. К. одевался в короткую черную куртку, на голове носил спортивную шапочку. Одежда Н. и К. совпадает с описанием одежды лиц, стрелявших в его брата. 

В конце марта 2009 года ему дважды звонил К., требовал, чтобы он приехал в город Лысьву из города Санкт Петербурга, где он в тот момент проживал, так как его брат избил азербайджанцев. Опасаясь за своего брата, в ночь с 1 на 2 апреля 2009 года он приехал в город Лысьва. Азербайджанцы назначили ему встречу около «***», куда их приехало около 15 человек. Он просил присутствовать на встрече И1., М10., М6. 

На встрече К. сказал ему, что его брат избил Н., и все будет очень серьезно. 

Об обстоятельствах конфликта между П1. и Н. в кафе «***» ему известно со слов Ш2., который пояснил, что П1., Г4., Г1. приехали в кафе по просьбе хозяина кафе А2. В кафе у них состоялся разговор с Н. и А1. Н. вел себя дерзко, поэтому П1. ударил его, тот упал. Затем П1. ударил А1. Н. сказал, что П1. «не жилец». П1. не мог остановиться, ударял Н. ногами, порвал на нем одежду, выбил зубы, унизил. Из кафе выбежали другие азербайджанцы, Г1. пригрозил им битой. Н. неоднократно сказал П1., что он «труп». 

О данном конфликте ему также известно со слов матери, отца и сестры, которые о конфликте знают со слов Г4., Г1., М2.

На претензии К. он заявил, что у него самого претензий к азербайджанцам нет, что он уехал из города Лысьвы, после чего они покинули место встречи и все разъехались.

Утверждает, что между Н. и его братом примирения не было, так как его не стали бы вызывать по этому поводу и звонить.

3 апреля 2009 года около 24 часов он от матери узнал, что брата убили. Он приезжал на место преступления, видел труп брата. В тот же день он сообщил о конфликте между братом и азербайджанцами сотрудникам правоохранительных органов.

Указывает, что на углу ТЦ «***» всегда был галогеновый фонарь. Обращает внимание, что убийство произошло в центре города, был свет в окнах, было достаточно светло, чтобы видеть людей. 

После смерти брата азербайджанцы излишне опекали его, создавая видимость того, что он действует заодно с ними.

К убийству брата он считает причастным также Х. Ему известно, что брат в 2008 году забрал у Х. за долги автомашину «Волга» и подарил её их отцу на день рождения. Со слов Г2. эта машина принадлежала азербайджанской диаспоре. Х. должен был брату деньги за наркотики, в день убийства брата Х. звонил ему неоднократно, контролировал его местонахождение, считает, что Х. мог сообщить через кого-либо К. о местонахождении П1.

Х. с 2009 года и до настоящего времени оказывает давление на свидетелей. М7. опасается угроз, поэтому отказалась быть потерпевшей по уголовному делу.

На восьмой день после убийства брата на базу к нему приезжали Г11., его сыновья и К., интересовались, будет ли он мстить.

После убийства брата он общался с собственником кафе «***» А2., тот был очень испуган и через некоторое время после убийства П2. уехал из города. 

В ноябре 2009 года к нему около 24 часов приехали К. и Н., спрашивали, имеет ли он какие-либо претензии к ним. 

В 2014 году ему звонил Н., угрожал расправой в связи с расследованием настоящего уголовного дела. После этого никаких звонков не было.

Со свидетелем Е1. об убийстве брата не разговаривал, никакого оружия на базе у Г2. не брал.

В связи с наличием существенных противоречий, были оглашены показания П2., данные на предварительном следствии 22 июня 2009 года, 25 апреля 2017 года, 30 мая 2019 года. Из этих показаний следует, что П2. стрелял из обреза дробью в сторону брата и его приятелей, чтобы напугать их. Обрез был двуствольный, принадлежал его брату. Этот же обрез он передал К7. для защиты от брата и его приятелей. 

Кто мог убить брата не знает, допускает, что на преступление могли пойти его приятели, в частности Г1. Знает, что его брат с приятелями общаются с лицами кавказской национальности, между ними происходят конфликты. (т. 1 л.д. 185-186, т. 4 л.д. 36-39)

После оглашения показаний, данных на предварительном следствии, П2. пояснил, что его показания от 22 июня 2009 года следователь Ш3. записала некорректно, специально вызвала его на допрос в день рождения брата, отразила информацию, которая была нужна ей и Г2. Текст протокола он внимательно не читал. При изложении показаний в протоколе от 30 мая 2019 года следователь отталкивался от показаний, записанных следователем Ш3. 

На самом деле, обрез ему дал брат и он, находясь на принадлежащей им с братом промышленной базе, выстрелил дробью в сторону крыши, где стояли брат и его знакомые. Данный обрез он К7. не передавал. Он передал К7. обрез, который получил от Г2. Данный обрез ему принес К. для защиты от брата и его друзей.

Считает, что К. и Н. являлись лидерами азербайджанской диаспоры в городе Лысьва, он сразу же подозревал их в убийстве брата, а потом убедился в этом. 

Свидетель Е1. в судебном заседании показал, что с Н. был ранее знаком, учился с ним в одной школе, жили в одном дворе, ссор и драк между ними не было. С К. не знаком.

3 апреля 2009 года около 23 часов вместе с А8. и его знакомой приехал в магазин «***», туда же подъехали его знакомые сотрудники ДПС ГИБДД Д1. и А4. В магазине они вместе приобрели выпечку, напитки и вышли на крыльцо. Он услышал хлопки и увидел П1., бегущего от своего подъезда в сторону проезжей части по улице ****. В П1. стреляли двое неизвестных, один от подъезда, второй на бегу, преследуя П1.

Не добежав до улицы **** П1. упал, нападавшие подбежали к нему и произвели несколько выстрелов ему в голову, затем перебежали улицу **** метрах от него и скрылись во дворах. Они были в темной одежде, первым бежал мужчина ростом примерно 180 см, среднего телосложения, он что-то убирал под пальто, одет был в пальто темного цвета до середины бедра. Второй был в спортивной кутке, ниже ростом и крепкого телосложения. Сам он в этот момент находился у входа в магазин «***», в 3-4 метрах от улицы ****.

Стрелявшие бежали раздельно, пробежали мимо него, он увидел их лица, разглядел черты лица обоих, видел их спереди сбоку. Фонари уличного освещения в это день не горели, но само кафе освещалось прожекторами на фасаде здания, они светили вниз здания, освещали прилегающую к кафе территорию примерно на 4 метра в сторону дороги. Стеклянные витрины ТЦ «***» также отражали свет прожекторов. Свет падал и на дорогу. Освещения хватало, чтобы различать лица.

Он опознал нападавших, это были Н. и К.

После того, как они скрылись во дворах, сотрудник ДПС А4. сел в машину, Д1. побежал за убегающими лицами, забежал за угол, однако, практически сразу же вернулся обратно. Затем сотрудники ДПС уехали в направлении, куда убежали нападавшие.

После этого он перешел через дорогу, увидел лежащего на спине П1. Через минуту подъехали сотрудники милиции. Затем его пригласили в ОВД, где он дал показания. На момент убийства П1. была нормальная погода, спустя полчаса пошел снег.

В судебном заседании в связи с наличием существенных противоречий, были оглашены показания свидетеля Е1., данные в ходе предварительного расследования по уголовному делу.

Из оглашенных показаний свидетеля Е1. от 4 апреля 2009 года (т. 1 л.д. 66-69), следует, что выйдя из магазина с Д1. и А4., он направился в сторону остановки общественного транспорта, Д1. и А4. находились у служебного автомобиля. Подойдя к остановке заметил на другой стороне дороги П1., который бежал от первого подъезда дома по проспекту **** и что-то кричал. Прохожих, машин, освещения не было. Он услышал выстрел, увидел, как П1. упал на асфальт, не добежав до дороги. Он увидел двоих мужчин, которые подбежали к лежащему на асфальте на спине П1., находясь слева и справа от П1., каждый из них произвел выстрел ему в голову. Других выстрелов он не слышал. Нападавшие перебежали дорогу в сторону дома по проспекту ****, куда скрылись, не видел. После этого он подошел к П1., который бился в конвульсиях, а потом умер.

Он увидел, что голова у П1. прострелена. Опознать нападавших не сможет, так как лица их не видел, было темно. Мужчины ростом 165-170 см, среднего телосложения, один был одет в куртку черную тканевую до бедер, второй – в пальто черное драповое, чуть выше колен, шапку черную вязаную, черные штаны. Возраст мужчин назвать не может. Это все, что запомнил из одежды и примет мужчин. 

Из оглашенных показаний свидетеля Е1. под псевдонимом П. от 7 сентября 2017 года (т. 4 л.д. 150-154), следует, что он стоял на крыльце магазина «***», над его головой горел фонарь освещения у входа в магазин. Двое мужчин стреляли в спину бегущему П1. 

П1. упал на расстоянии около двух метров от торца дома № ** по улице ****, со стороны дома № **. Двое побежали в сторону П1. Один не останавливался, пробежал дальше, второй остановился, произвел выстрел в область головы П1. (по звуку понял, что это обрез). Они перебежали дорогу по улице ****, пробежали на расстоянии около 5 метров от него. Первый мужчина, который выстрелов в лежащего П1. не производил, в его сторону не поворачивался, лица его он не разглядел, он был одет в темную куртку, темные штаны и вязаную шапку.

Второй бежал и что-то прятал за пазухой, возможно, обрез, из которого стрелял. Он был одет в пальто черного цвета длиной выше колена, кепку (восьмиклинку). Пробегая мимо него он повернулся лицом и попал под освещение фонаря (над крыльцом магазина «***»), остановился на долю секунды, посмотрел в его сторону и побежал дальше. Разглядел черты лица второго мужчины и может с уверенностью сказать, что он был не славянской внешности, внешность запоминающаяся. Когда мужчины перебегали дорогу, ехала машина ВАЗ-2105 или 2107, приостановилась на обочине со стороны магазина «***» и не выключала фар. Мужчины перебегали перед данным автомобилем под светом фар, полагает, что водитель мог их видеть.

В ходе дополнительного допроса, после опознания Н., свидетель Е1. (П.) 7 ноября 2017 года (т. 5 л.д. 32-34), пояснил, что с лицами, предъявленными ему для опознания, он ранее знаком не был.

О причине, по которой он с 2009 года не сообщал о том, что видел человека, стрелявшего в П1., пояснил, что по делу его допрашивали один раз и никто не задавал ему вопросов о том, видел ли он людей, совершивших убийство. Сам он инициативы не проявлял.

Мужчину, который стрелял в П1., он опознает по чертам лица, так как у него хорошая память на лица.

Из оглашенных показаний свидетеля Е1. под псевдонимом П. от 31 октября 2017 года (т. 7 л.д. 123-130), следует, что около 00 часов 3 апреля 2009 года он стоял на крыльце магазина «***», над его головой горел фонарь. В остальной части дал показания аналогичные показаниям от 7 сентября 2017 года.

Из оглашенных показаний свидетеля Е1. от 11 декабря 2018 года (т. 13 л.д. 9-18), следует, что 3 апреля 2009 года вместе с А8. и его подругой приехал к ТЦ «***» около 22 часов 50 минут, автомобиль свой он оставил перед входом в магазин «***». Стоял на крыльце магазина «***» с Д1. и А4. (сотрудники ДПС). Здание магазина освещали фонари. Видел, как двое мужчин стреляли в спину бегущему впереди. На тот момент не знал, что это П1. Узнал, когда подошел к трупу. П1. упал на расстоянии около 2-3 метров от торца дома № ** по улице **** со стороны дома № **. Двое подбежали к лежащему на земле. Один встал со стороны головы, второй – со стороны ног и каждый произвел по одному выстрелу в область головы лежащего. Всего выстрелов было не менее восьми, может больше. Оба нападавших побежали в сторону магазина «***», перебежали дорогу по улице **** на расстоянии 5-8 метров от него и сотрудников ДПС. Это были Н. и К. Какое оружие было у каждого из них, сказать не может. Кто стрелял из обреза, а кто из пистолета, точно не знает. Оружие отчетливо не видел. Рост Н. около 180 см, К. около 165 см. Н. был одет в пальто темного, черного цвета чуть выше колена, темные брюки, на голове кепка – восьмиклинка черного цвета. К. был одет в куртку черного цвета, темные брюки, вязаную шапку. К. что-то прятал под одеждой. Н. бежал первым, К. за ним. Пробегая мимо, они повернулись лицом, посмотрели в их сторону. С учетом наличия искусственного освещения, было отчетливо видно их лица. Это были лица кавказской национальности.

ФИО2 на машине уехал за преступниками, Д1. остался с ним, так как у него не было оружия. Потом А4. вернулся, втроем они подошли к трупу. Затем приехала автомашина скорой помощи, а после них автомашина милиции.

В сентябре 2017 года его пригласил для допроса сотрудник полиции К4., он рассказал следователю Г6. и К4., что одного из нападавших видел в городе Лысьва до 3 апреля 2009 года не менее двух раз, но лично с ним не знаком, как зовут, не знал. Г6. и К4. стали предъявлять ему фотографии, он опознал одного. Они сказали, что это Н. После этого произвели опознание по фотографии, допросили 7 сентября 2017 года под псевдонимом П. 7 ноября 2017 года следователь Г6. провел проверку показаний на месте с его участием, 8 ноября 2017 года провели опознание Н. вживую.

В один из дней начала ноября 2018 года в социальной сети «ВКонтакте» просматривал фотографии на станице Г11., увидел фото второго мужчины, который участвовал в убийстве П1. 3 апреля 2009 года. 

Показал на своем телефоне фото данного лица сотруднику ФСБ Ф. и отправил ему 21 ноября 2018 года эту фотографию по «Вайберу». 

22 ноября 2018 года Ф. сказал ему, что этот человек К. Затем Ф. провел опознание по фото, и он опознал К.

На вопрос следователя о том, знаком ли он с Н., свидетель Е1. ответил, что лично с ним знаком не был, видел в городе Лысьва до 3 апреля 2018 года не менее 2 раз, допускает, что видел в кафе «***» города Лысьва, но точно не помнит. До 3 апреля 2009 года не знал, что данный человек является Н., узнал это от следователя Г6. и сотрудника полиции К4.

При проведении очной ставки с К. 19 декабря 2018 года (т. 13 л.д. 82-87) свидетель Е1. дал показания о том, что К. он не знает, но опознает его как второго напавшего на П1. 3 апреля 2009 года, видел его только 3 апреля 2009 года и в день проведения очной ставки. Настаивает на том, что обладает хорошей фотографической памятью и видел именно Н. и К., которые стреляли в П1., пробежали мимо него в пяти метрах, когда он стоял у магазина «***». Е1. утверждает, что с Н. ранее знаком не был.

При проведении очной ставки с Н. 23 мая 2019 года (т. 15 л.д. 115-121), свидетель Е1. дал показания о том, что знает Н., учился с ним в одной школе города Лысьва и подтверждает показания, данные 11 декабря 2018 года.

После оглашения показаний, данных на предварительном следствии, свидетель Е1. пояснил, что за давностью не может точно вспомнить, как были одеты преступники, кто из них за кем бежал, затрудняется ответить, почему описание одежды преступников было разным на протяжении предварительного расследования по делу.

В первоначальных показаниях говорил неправду, потому что опасался за свою жизнь. Когда давал показания следователю Г6. в статусе засекреченного свидетеля под псевдонимом П., сказал, что не видел лицо второго мужчины, так как в его сторону он не поворачивался, поскольку на тот момент ему неоднократно угрожали физической расправой. Изначально не стал говорить, что второй нападавший это К., так как беспокоился за свою безопасность. Не говорил в предыдущих показаниях на следствии, что может опознать второго нападавшего, так как такого вопроса ему никто не задавал. До очной ставки не говорил никому, что знает Н., так как об этом никто не спрашивал.

После исследования протоколов проверки показаний на месте, следственного эксперимента и представления фотографии ТЦ «***» Е1. сообщил, что возможно, ошибается относительно того, где был вход в кафе-магазин «***», следователю Г6. указал место, с которого видел происходящее 3 апреля 2009 года, так как с этого место лучше было видно место убийства и где пробегали преступники. Возможно, место указал некорректно.

Следователю Г6. при проведении проверки показаний на месте показал, где находился дом П1., как пробегали стрелявшие в П1. и на каком расстоянии от него, где он сам находился. Следователь А9. на месте происшествия после очных ставок проводил следственные действия с его участием. На следственном эксперименте он показал местоположение трупа, в какую сторону бежали нападавшие. Следственный эксперимент проводился в вечернее время с отключением освещения. Длина торца здания, где располагался вход в кафе «***», примерно 10 метров. Вход в магазин-кафе был ближе к улице ****, в метре от начала здания. Освещение было со всех сторон.

П2. приезжал к нему через какое-то время после убийства его брата, однако, он не просил оговорить кого-либо, или указать конкретных лиц, давление не оказывал.

Допрошенный в условиях исключающих визуальное наблюдение свидетель К1., подлинные данные о личности которого сохранены в тайне, показал, что о конфликте в кафе «***» он знает от Н. 

Ему известно, что П1. избил Н. и А1., унизил их, выбил зубы А1.

Н. и А1. ушли с позором. При этом присутствовал хозяин кафе «***» А2., другие азербайджанцы, а также М2. и Г1. Других подробностей избиения П1. Н. и А1. не знает, с А1. знаком не был, видел его в городе Лысьва, но не будет говорить, где и когда. Ему показали на человека и сказали, что это А1., который является авторитетным человеком, стремится стать одним из лидеров преступного сообщества. Он (А1.) среднего роста, плотного телосложения, рост около 170 см. 

Знает, что в 2009 году Н. любил одеваться в классическую одежду: костюм, брюки, рубашка. Какую верхнюю одежду он носил, не помнит. К. обычно носил джинсы куртку кожаную.

После этого конфликта конфликта Г2., со слов К., сказал, что они могут брать что им надо, имея ввиду оружие. К. сказал, что Г2. воспользовался ситуацией, он давно хотел убить П1., но не было подходящего момента.

Об обстоятельствах убийства П1. 3 апреля 2009 года ему сначала рассказал Н., когда немного выпил. Затем об этих же обстоятельствах рассказал и К. 

Н. давно дружит с К. При каких обстоятельствах, где и когда Н. и К. ему рассказали об убийстве П1., он рассказывать не желает, так как боится за своих родных и за свое здоровье. 

К. сказал, что Н. просил помочь ему в убийстве П1., об этом рассказал и Н. 

Н. сказал, что они будут торговать наркотой и оружием, что они отомстили П1. 

Н. пояснил, что в ту ночь, когда произошло убийство, П1. ехал с женой домой. Он показался П1., после чего П1. зашел в подъезд, проводил жену. Потом П1. пошел за ним. Первым в П1. выстрелил К. Дальше они начали мстить за зубы, якобы, стреляли П1. в рот и половые органы, так как П1. при избиении в кафе говорил, что заставит их это съесть. Н. рассказал, что они стреляли из обреза ружья и пистолета. К. подтвердил, что первым он стрелял в П1. 

Через месяц после конфликта его познакомили с хозяином кафе «***» А2. После этого знакомства он стал посетителем кафе «***», встречался с А2. неоднократно в городе Лысьва, много раз общались. Где и когда общались, рассказывать не желает. Первый раз встреча с А2. произошла спонтанно, общались недолго. Потом встретились на одной вечеринке, и он рассказал, что конфликт произошел из-за раздела сферы влияния. Он говорил, что азербайджанцы устали от П1. и от Г2. Говорил, что Н. исполнитель всего этого. А2. продал кафе в 2012-2013 году и уехал, куда, не знает.

Свидетель Д1., после принятия судом решения о раскрытии подлинных данных о личности свидетеля А6. (данные о личности Д1. были сохранены в тайне в период предварительного расследования), суду показал, что в 2009 году работал сотрудником полка ДПС ГИБДД ГУВД по Пермскому краю в городе Лысьва, 3 апреля 2009 года находился на службе с А4., передвигались на автомашине ВАЗ-2105. Когда уже на улице было темно, заехали в магазин-кафе «***» перекусить. В тот день, когда приезжали к магазину «***», освещение на улице **** не было. На здании торгового центра «***» окна большие были, может быть, из окон что-то светило. Следователь говорил, что должен был фонарь светить, но фонаря он не видел. Именно в тот день освещения не было. Е1. знает, в кафе его встретили, поговорили. Когда вышли на крыльцо, то направился в сторону автомашины. Вход в кафе расположен со стороны ****, ближе к проспекту ****, почти на углу. Там и кафе и магазин, вход один. Когда почти дошел до автомашины, услышал хлопки. Люди закричали, начали указывать, куда побежали преступники, сказали, что стрелявших было двое. Патрульный автомобиль находился максимум метров в 30-ти от входа в кафе «***». Он и А4. выдвинулись на патрульном автомобиле в сторону улицы ***, никого не нашли и вернулись обратно. В мае-июне 2009 года он заехал в гараж к Е1., они выпили пива и Е1. рассказал, что видел, кто стрелял. В его показаниях под псевдонимом А6. указано, что П., он же Е1., опознал одного человека. Это ему следователь сказал. Он разговаривал с Е1., тот сказал, что одного видел. На вопросы следователя он (Д1.) сказал, что не помнит, был выпивший. Говорил ли Е1., что видел лица убегавших, не помнит. Разговор об этом преступлении был через неделю после убийства П1., но он не помнит, что именно Е1. ему сообщил. Е1. говорил, что кого-то узнал, что стоял возле заезда во двор, на перекрестке около дороги за ТЦ «***», куда побежали преступники. Он сказал, что они ему навстречу побежали, он видел их лица и узнал. Больше ничего конкретного Е1. не сообщал.

После оглашения показаний, данных на предварительном следствии в качестве засекреченного свидетеля А6. (т. 5 л.д. 111), свидетель Д1. уточнил, что разговор между ним и Е1. состоялся через неделю после убийства П1. Следователь сказал ему при допросе, что со слов Е1., тот узнал одного из нападавших.

Свидетель А4. показал, что 3 апреля 2009 года являлся сотрудником полка ДПС ГИБДД ГУВД по Пермскому краю в городе Лысьва, находился на службе с Д1., передвигались на автомашине ВАЗ-2105. Вечером, когда уже на улице было темно, заехали в кафе-магазин «***». Уличного освещения не было. Какая была погода, не помнит. Вход в магазин освещался. Автомашину поставили на стоянке у ТЦ «***». Стоянка расположена со стороны проспекта ****, въезд на неё со стороны улицы ****. Около магазина Д1. ждал Е1., все вместе зашли в магазин, где находились 10-15 минут. Купили кофе, выпечку, затем вышли на крыльцо. Первым вышел Е1., затем Д1. Он (А4.) расплатился на кассе и когда шел на выход, услышал хлопки. Когда вышел на крыльцо, Е1. сказал он был свидетелем того, что двое с оружием напали и расстреляли человека. Он слышал, как говорили, что один из нападавших был в плаще и выше ростом. Они с Д1. сели в автомашину, когда выехали со стоянки, увидели лежащего на земле мужчину. Он по рации сообщил о случившемся. Встречных машин на улице не было. Проехали во двор дома № ** по улице ****, там стояли молодые люди, сообщили, что пробежали двое в сторону улицы ***. Они проехали в этом направлении, но никого не обнаружили. Видел, что на здании ТЦ «***» имелась видеокамера. Магазин канцтоваров был расположен за остановкой со стороны улицы ****, ниже входа в магазин «***». На остановке также в тот вечер находились люди. После оглашения рапорта в т. 1 л.д. 11 А4. пояснил, что указанное в нем время, когда подъехали к ТЦ «***» - «примерно в 23 часа 10 минут», соответствует действительности.

Свидетель Г3. пояснил, что в день убийства П1. он, Е2., Ш1., М5., М4. стояли у первого подъезда дома, к которому был пристроен магазин и кафе «***». Он услышал два-три хлопка. Почти сразу же со стороны улицы **** в сторону улицы **** мимо них пробежали двое. Во дворе дома света не было, на улице ****, по его мнению, был свет. Через 2-3 минуты проехали на машине сотрудники милиции. Было ли освещение на магазине «***», не помнит. После этого они выходили на улицу ****, территорию места преступления было видно. Одного из бежавших он описал как худощавого человека, сравнивая с собой. Н. он для себя определяет как человека худощавого телосложения.

Из оглашенных показаний Г3. от 31 мая 2019 года (т. 15 л.д. 177-179), объяснения от 4 апреля 2009 года (т. 1 л.д. 28), следует, что 3 апреля 2009 года, около 23 часов он находился возле первого подъезда дома № ** по проспекту **** с друзьями М5., Ш1., Е2. Когда услышали хлопки, подумали, что запускают фейерверки. Секунд через 30 увидел, что со стороны улицы **** вдоль дома № ** по улице **** примерно в 20 метрах от них, пробежали двое мужчин. Поскольку освещения во дворе не было, лиц мужчин он не видел. Единственное что помнит, один был выше ростом, худощавого телосложения, одет в полупальто темного цвета, что-то удерживал под пальто, второй был ростом поменьше – 170-175 см, крепкого телосложения и в куртке до пояса. На одном из мужчин была кепка. Кого-либо из бежавших опознать не сможет.

Свидетель М5. пояснил, что 3 апреля 2009 года он, Г3., Ш1., М4., Е2. стояли у первого подъезда дома № ** по ул. ****. Они услышали хлопки, увидели двоих пробегавших людей, затем проехали сотрудники ДПС, сказали, что произошло убийство. Один из пробегавших мимо них был на голову меньше другого, разница в росте была около 20 см. Во дворе дома было темно, было ли освещение на ул. **** и у кафе «***», не помнит.

Из показаний свидетеля М5., данных на предварительном следствии 4 апреля 2009 года, 22 сентября 2017 года (т. 1 л.д. 71-72, т. 4 л.д. 165-169), следует, что 3 апреля 2009 года он с друзьями около 23 часов стоял у первого подъезда дома № ** по проспекту ****, услышали хлопки, после чего, через 3-5 минут увидел, что мимо них, на расстоянии около 30 метров мимо дома № ** по улице **** пробежали два человека Один был высокого роста, худощавого телосложения, одет в темную куртку, темные штаны. Второй был среднего роста, плотного телосложения, одет в черное полупальто или темную куртку, он бежал прижав обе руки к груди или животу, возможно, что-то держал. Они пробежали мимо дома № ** по улице **** и побежали дальше.

Свидетель Е2. пояснил, что дату точно не помнит, но, когда он с друзьями стоял у первого подъезда дома № ** по **** в городе Лысьва, освещения во дворе дома и у подъезда не было, на улице было темно. Он услышал хлопки, видел силуэты двух бегущих людей на расстоянии 40-50 метров. Один был меньше другого. Видел труп мужчины, лежащий на асфальте при выезде со двора дома № ** по ****. Труп наблюдал с расстояния 5 метров, видел кровь. Освещалось ли здание ТЦ «***», не помнит, но со стороны ул. **** перед входом в магазин было освещение. Полагает, что, поскольку видел труп мужчины, лежащий на асфальте, то освещение было. К ним подъехали сотрудники милиции, они указали им направление, куда убежали два человека. К месту происшествия подошли после прибытия сотрудников милиции.

Из оглашенных в судебном заседании показаний свидетеля Е2., данных на предварительном следствии 4 апреля 2009 года (т. 1 л.д. 84-86), следует, что 3 апреля 2009 года около 22 часов 45 минут он со своими друзьями стоял у первого подъезда дома № ** по ****. Примерно в 23 часа услышал 4-5 хлопков, через минуту увидел двоих мужчин, которые пробегали мимо них на расстоянии около 30 метров. На улице было темно, свет во дворе не горел, он заметил, что первый бежавший мужчина был выше второго, возраст 30-35 лет, рост 170-180 см, одет в темную одежду. Второй 30-35 лет, более плотного телосложения, рост 165-170 см, одет в темную одежду.

Свидетель М4. пояснил в судебном заседании, что с Е2., Ш1., Г3. находились около первого подъезда дома, к которому было пристроено здание ТЦ «***». На улице было темно, уличного освещения и освещения у подъезда не было, осадков не было, времени было около 21 часа. Услышал хлопки, которых было больше пяти, через 3-5 минут видел двух бегущих. Они пробежали пригнувшись во двор со стороны ТЦ «***» друг за другом, один был плотнее, второй худощавый. Может быть один был ростом выше. Тот, который был плотнее, что-то держал в руках. Наблюдал их с расстояния 15-20 метров. Через 1-2 минуты после этого подъехала автомашина ДПС, в которой было два сотрудника милиции. У входа в магазин «***», расположенного со стороны улицы ****, ближе к проспекту ****, освещение имелось. Было ли иное освещение, не помнит. Магазин канцтоваров на тот момент уже не работал, вход в него располагался за автобусной остановкой.

Свидетель Ш1. показал, что около 21-22 часов вместе с Г3., М5. и другими находился возле первого подъезда дома № ** по проспекту ****. Слышал около трех хлопков, похожих по звуку на фейерверки. Потом наступила тишина. Через 1-2 минуты на расстоянии от них приблизительно 15-20 метров со стороны улицы **** в сторону улицы **** пробежали два человека. Один бежал немного наклонившись. Уличного освещения не было. После этого они подошли к остановке на улице **** возле ТЦ «***», видели лежащего человека с расстояния 15 метров. Считает, что освещение на улице около остановки было. Сотрудников милиции не видел, так как сразу же ушел с места преступления. На ТЦ «***» источников освещения не было. Осадки в тот день отсутствовали, на земле лежал снег. Сам он проживал в третьем подъезде дома № ** по проспекту ****, в ТЦ «***» за остановкой был магазин канцелярских товаров, но на тот момент он не работал.

Из оглашенных показаний Ш1., данных на предварительном следствии 4 апреля 2009 года (т. 1 л.д. 74-76), следует, что после того, как он услышал хлопки, примерно через 1-1,5 минут увидел двоих мужчин, пробегавших метрах в пяти от него. Первый бегущий возрастом на вид 25-30 лет, ростом около 170 см, худощавого телосложения, на голове вязаная шапочка темного цвета с надписями, одет в спортивную короткую черную куртку с надписями, штаны темного цвета. Второй, бежавший позади метрах в двух от первого, на вид 30-35 лет, плотного телосложения, рост примерно 165 см, одет в кепку «восьмиуголку», пальто драповое длиной выше колен, джинсы голубого цвета. Второй бежал медленнее, в полусогнутом состоянии, в левой руке у него был какой-то объемный предмет. Данного мужчину видел с левого бока, немного сзади, из-под кепки у него виднелись короткие волосы темного цвета. Они пробежали между домами № ** по проспекту **** и № ** по улице **** в сторону дома № ** по улице **** и скрылись. Через некоторое время подъехали сотрудники ДПС, которым они указали в какую сторону убежали мужчины.

Свидетель П5. в судебном заседании пояснил, что проживал в 

<

...> П1. знал. Когда они с женой находились дома, то услышали хлопки, вышли на балкон, увидели толпу на улице. Хлопков было 4-5, по звуку они были разные. Было темно, уличного освещения не было. Было ли освещение на ТЦ «***», не помнит. Времени было около 22-23 часов.

Свидетель П6. дала аналогичные показания.

Из оглашенных показаний П5. (т. 1 л.д. 94-95) и объяснений П6. (т. 1 л.д. 29) следует, что когда времени было около 23 часов 15 минут, П5. услышал сначала 2 выстрела, затем еще три выстрела, после чего вышел с женой на балкон. Выстрелы по звуку были разные. Было похоже, что стреляли из разных видов оружия. Затем они с женой вышли на улицу, где увидели лежавшего на спине П1., он был мертв. Потом выбежала жена П1., приехала автомашина ГИБДД.

Свидетель С1. на предварительном следствии (т. 4 л.д. 130-138) дал показания о том, что общался в городе Лысьва с лицами кавказской национальности, среди которых были Н., Н2., Н3., Н4. Ему известно, что между вышеназванными лицами и П1. происходили конфликты. 

В 2008-2010 годах он был частым посетителем кафе «***» в городе Лысьва. За неделю до убийства П1. он находился в этом кафе с Я2., где также находились лица кавказской национальности, в том числе Н. и А1., с которыми он сидел за одним столиком. В кафе вошел ранее знакомый ему Г1., с бейсбольной битой в руках. Он понял, что сейчас начнется конфликт и вместе с Г1. вышел из кафе. Все сидящие за столом вышли следом. На улице их ожидал П1. Затем П1. и Н. отошли немного в сторону, и он увидел, как П1. ударил Н. ладонью по лицу. П1. громко кричал и оскорблял Н. К ним подошел мужчина по прозвищу А1., которому П1. также нанес ему удар ладонью в область лица и оскорблял его. Затем П1., Г1. и кто был с ними, уехали. Н. и все остальные прошли в кафе. За столом в кафе Н. сказал, что так просто это не оставит.

3 апреля 2009 года он узнал, что П1. убили во дворе собственного дома. Н. в тот момент носил черное драповое пальто, кепку. 

В судебном заседании С1. показал, что в указанное время находился в кафе «***», видел, как на улице ругались П1. и Н., ударов не видел. Затем они помирились. Н., действительно носил пальто длиной ниже пояса. Человека по имени А1., не знает. В кафе «***» сидели с Н. за разными столиками. Н. сказал после конфликта, что «все-равно надо разговаривать».

Свидетель Я2. показал, что 27 марта 2009 года он освободился из мест лишения свободы, его встретил С1., и они приехали в город Лысьва Пермского края. 30 или 31 марта 2009 года он с С1. пошли в кафе «***». Около кафе увидели П1., с которым было 6-7 человек на двух машинах. Были еще люди, всего 10-12 человек. С1. познакомил его с П1., они пообщались 2-3 минуты, потом П1. уехал, сказал, что ему некогда. С1. сказал ему, что П1. авторитетный человек. С1. от него никуда не отходил. Сам он свидетелем какого-либо конфликта у кафе «***» не был. С1. познакомил его с Н. и К., также он познакомился с Н3. и С3. Общих дел с ними не имел. В мае-июне 2009 года кафе продолжало работать. С С1. отношения испортились в 2012 году, так как, отбывая наказание в местах лишения свободы, С1. плохо поступил в отношении своих друзей.

Свидетель Ш2. показал, что его сестра П3. являлась женой П1. 

О смерти П1. узнал от родителей. Через 1-2 дня после убийства П1., когда растаял снег, то П7. (отец П1.) на месте убийства нашел патрон. Этот патрон он отдал ему (Ш2.). Указанный патрон он положил в банку из-под витаминов и отнес в милицию, передал следователю.

Из оглашенных показаний Ш2. (т. 15 л.д. 45-49), следует, что о наличии у П1. каких-либо конфликтов, ему ничего неизвестно, о смерти П1. ему сообщила сестра.

Свидетель К3. в судебном заседании сообщил, что в вечернее время он гулял с собакой во дворе дома № ** по улице **** в городе Лысьва. На улице было темно. Слышал звуки выстрелов со стороны улицы ****. Мимо торца дома № ** по улице ****, на расстоянии 2-3 метра от него пробежали двое, освещения в этом месте не было. Они бежали наклонившись, лиц их не разглядел, на одном из них была одета кепка, на другом капюшон, один был выше другого приблизительно на 10 см. Рост каждого из них он не может определить, так как бежали они пригнувшись. Времени между выстрелами и когда он увидел бегущих, прошло не более 1-2 минут. Напротив дома № ** по улице ****, находится ТЦ «***». Не помнит точно, было ли уличное освещение или освещение от магазина «***» в тот вечер. У магазина «***» было рекламное освещение, светилась вывеска, фонарей на фасаде здания не было. Полагает, что со стороны улицы **** было освещение, это был фонарь, который находился на дороге по улице ****. Вдоль дороги стояли столбы освещения. В магазине продавали выпечку, вход в магазин был с угла здания по улице ****, ближе к проспекту ****. Возле магазина «***» со стороны проспекта **** находилась парковка автомобилей. Длина ТЦ «***» со стороны улицы **** была около 30 метров. Сообщил, что подтверждает свои объяснения, которые давал сразу же на следующий день после указанных событий.

Из оглашенных объяснений К3. (т. 1 л.д. 38) следует, что 3 апреля 2009 года примерно в 23 часа 30 минут он гулял с собакой. Когда услышал выстрелы вышел за угол дома № ** по улице **** и ТЦ «***», где столкнулся с двумя бегущими людьми, которые пробежали мимо него, добежали до трансформаторной будки, затем пошли пешком в сторону улицы ****. Один из них был одет в длинный плащ ниже колен темного цвета, на голове кепка темного цвета, второй был одет в темную короткую куртку и на голове кепка темного цвета. Так как головы они опустили, лиц он не видел. Первый ростом был 175-180 см., второй 170-175 см.

Из оглашенных показаний свидетеля К3. (т. 15 л.д. 14-19) следует, что точную дату за давностью событий он не помнит, но, в тот вечер, когда был убит П1., он гулял с собакой во дворе дома № ** по улице ****. Он услышал не менее 3-5 выстрелов, доносившихся со стороны улицы ****. По звуку выстрелы отличались, в связи с чем может сказать точно, что стреляли из двух видов оружия. Выйдя за угол дома № ** по улице **** он видел двоих бегущих людей. Они пробежали от него на расстоянии 2-3 метров, бежали нагнувшись, лиц не видел. Один был выше другого не менее чем на 10 см., рост первого был примерно 180 см., соответственно рост второго около 170 см. Оба мужчины были одеты в темную одежду, на голове одного была кепка, и когда он опустил лицо вниз, то лицо закрывалось кепкой. Уличного освещения в ту ночь не было, на улице было достаточно темно, какая была погода, не помнит. На следующий день давал объяснения сотруднику милиции, подтверждает их. Уточняет, что когда с женой вышел на балкон, видел, что у трупа стоят несколько человек и машина фарами освещает тело. Через 10-15 минут приехала машина скорой медицинской помощи. На вопросы следователя пояснил, что в апреле 2009 года перед крыльцом в магазин «***» было освещение, на фасаде здания магазина имелись фонари, которые освещали вход в магазин и прилегающую территорию на расстоянии не более 10 метров. Считает, что в тех условиях, когда на фасаде здания были установлены фонари освещения, человек с нормальным зрением мог увидеть лицо человека и различить черты лица, если мужчины пробегали на расстоянии не более 10 метров от крыльца магазина.

После оглашения указанных документов, свидетель К3. подтвердил сведения, изложенные в своих первоначальных объяснениях, сообщил, что противоречия в объяснениях, показаниях в 2019 году на следствии и в судебном заседании может объяснить тем, что прошло много времени, и он мог ошибиться.

Свидетель Н5. показал, что собственником помещения ТЦ «***» по адресу: город Лысьва, проспект **** являлась его мать Н6. Это было одноэтажное здание, в котором на апрель 2009 года был магазин, расположенный со стороны ул. ****, ближе к проспекту ****. Со стороны проспекта **** находился вход в кафе и в салон красоты. Кроме того, при заезде во двор дома располагался служебный вход и пристрой. В день убийства П1. он был на месте происшествия, видел сотрудников полиции. Фонари уличного освещения на улице **** не горели. По периметру здания под крышей имелись фонари квадратной формы, расположенные через 3-4 метра, они освещали основание здания на расстоянии около 1 метра. Со стороны улицы **** имелся фонарь, он был направлен на въезд во двор, так как там проходила разгрузка товаров. Эти фонари включались одновременно. Фонарь освещал территорию приблизительно 6-7 метров от здания. Стеклянные витрины были со стороны проспекта ****, со стороны улицы **** была бетонная стена, было стекло около магазина с угла ближе к проспекту ****, остальная часть стены была глухая.

Свидетель И1. пояснил, что незадолго до убийства П1. его брат П2. попросил поприсутствовать на встрече у «Дома спорта» около 21-22 часов. Он стоял вместе с М6. на расстоянии около 10 метров от П3. и приехавшими на встречу с ним азербайджанцами в количестве около 10 человек. Среди приехавших он узнал К., Г- вых Н3. и С3. Разговора не слышал. Встреча длилась около 10 минут. После встречи П1. сказал, что решали по его брату, по поводу конфликта. После убийства П1. у него состоялся разговор с П2., тот сказал, что убийство могло быть следствием конфликта.

Из показаний И1. на предварительном следствии 5 декабря 2017 года (т. 5 л.д. 68-70) следует, что он не помнит встречи в ночное время у «Дома спорта», на которой присутствовали П2., М10., И1. и лица азербайджанской национальности, но допускает, что такая встреча была. Со слов П2. накануне у П1. с какими-то азербайджанцами произошел конфликт. П2. позднее сказал ему, что полагает о причастности к убийству П1. азербайджанцев.

Из показаний И1. на предварительном следствии (т. 15 л.д. 234-236), следует, что в первых числах апреля 2009 года, в ночное время, он находился возле «Дома спорта» города Лысьва вместе с М6. и М10. Видел, как П2. общался с лицами азербайджанской национальности в количестве 3 или 4 человек. Как впоследствии пояснил П2., он разговаривал с лицами азербайджанской национальности по поводу своего брата П1. 

Свидетель Я3. показал, что в период с 2002 по 2011 год работал у Г7. в качестве охранника, но официально оформлен был менеджером. Периодически он увольнялся и устраивался охранником в ЧОП «***». В 2009-2010 годах Г7. ему рассказал, что к убийству П1. причастны азербайджанцы со стороны Г2., а также о том, что П1. избил кого-то из них, кого-то авторитета. Конкретных лиц Г7. не называл. Он не видел, чтобы Г2. и Г7. вместе проводили время, специально встречались. Когда они встречались на улице, разговаривали. Сам лично он с Г2. знаком не был. О конфликте в кафе «***» узнал от М2. Дату не помнит, но в один из дней в ЧОП «***» приезжали азербайджанцы. Поскольку подсудимые из компании Г2., считает, что приезжали из компании подсудимых. Г7. умер в 2015 или в 2016 году. 

Из оглашенных показаний Я3., данных на предварительном следствии 16 января 2019 года (т. 13 л.д. 201-203), следует, что сам он с П1. близко не общался. От П2. ему известно, что П1. мог быть причастен к торговле наркотическими средствами. С П2. познакомился, когда устраивался на работу в ЧОП «***» охранником. Убийство П1. было 3 апреля 2009 года. По городу ходили слухи о разных версиях убийства. По одной из них убили азербайджанцы, по другой к убийству причастен П2.

В последних числах марта 2009 года от Г7. ему стало известно, что у П1. произошел конфликт с Н. и А1., что П1. сильно избил и унизил Н. Это произошло на глазах большого количества людей, поэтому Г7. полагал, что по этой причине Н. может убить П1. 

В начале лета 2011 года Г7. сообщил ему, что убийство П1. совершили азербайджанцы из окружения Г2. Г7. сказал, что Н. является племянником Г2., убийство совершено Н. и еще одним азербайджанцем. Г7. сказал ему, чтобы он никому об этом разговоре не рассказывал, так как за это его и Г7. могут убить. Г7. скончался в 2015 году, Г2. в 2018 году. В 2010 году он находился в больничной палате вместе с П2. и рассказал ему, что, по мнению Г7., его брата мог убить Н. П2. сказал, что он тоже считает, что убийство его брата совершено Н. и другими азербайджанцами либо мужчиной по имени А1., или Н2. В период с 2014 по 2017 год он находился в местах лишения свободы. После отбытия наказания встретился с П2., который сообщил, что Н. является одним из убивших его брата, что его (П2.) признали потерпевшим по делу. П2. сказал, что доказательств причастности к преступлению мужчины по имени Н2. у следствия нет. В последних числах декабря 2018 года П2. рассказал ему, что задержали второго подозреваемого, которым оказался К. Узнав, что оба подозреваемых задержаны, он понял, что опасаться ему нечего и решил дать показания по уголовному делу.

Свидетель Ч1. пояснила, что с К. познакомилась в 2007-2008 году, когда работала в лесхозе, проверяла и принимала после вырубки делянки Г2. Они с К. в период с лета 2008 до лета 2009 года встречались, иногда каждый день, иногда 2 раза в неделю. Чем он занимался у Г2., не знает. В 2009 году К. был более плотного телосложения, одевался в черную спортивную куртку, шапочку вязаную черную. Уезжал ли куда-то К. в момент убийства П1., не помнит. Приходила с К. несколько раз в гости к своей знакомой по имени Я1., возможно, курили на кухне. К. не курит, просил деньги в долг, не отдал.

Свидетель М7. дала показания о том, что П1. и П2. её родные братья. Между ними был конфликт, они друг с другом не общались в течение двух лет до момента убийства П1. 

С П1. у неё были доверительные отношения. О причинах конфликта ей ничего неизвестно и П1. ей не рассказывал. 3 апреля 2009 года около 22 часов видела П1. в квартире родителей, он никому не звонил при ней. Когда она пришла к родителям, П1. был уже там. Самыми близкими друзьями у брата были Г1., М2., Г4. Наркотики брат не употреблял. Потерпевшей по делу была признана её мать П8., но она умерла в 2012 году. П3. отказалась участвовать в деле в качестве потерпевшей, сказала, что уже много времени прошло. Она отказалась быть потерпевшей по делу, так как ей некогда заниматься этими вопросами. Следователь отобрал у неё соответствующее заяаление. Относительно заявлений на имя прокурора Пермского края, руководителя СУ СК по Пермскому краю, утверждает, что таких заявлений не писала и подписи в заявлениях ей не принадлежат. В настоящее время не настаивает, чтобы её признали потерпевшей по делу. Отец перенес два инсульта и не может быть потерпевшим по состоянию здоровья, не просил признать его потерпевшим. О причинах конфликта между братьями ей ничего неизвестно, они ругались по телефону. О смерти брата ей сообщила мать, ей, в свою очередь, позвонила жена П1. Она приехала на место преступления, мать уже была там. Освещения уличного не было, было ли освещение на фасаде ТЦ «***» не обратила внимания. В это время шел снег мокрый, на месте преступления были сотрудники милиции и скорой помощи. Каких-либо заявлений о том, что в её адрес поступали угрозы в связи с расследованием уголовного дела, не писала.

Свидетель П3. в судебном заседании показала, что о конфликте между её мужем П1. и азербайджанцами Н. и А1. ей известно со слов мужа. Подробности конфликта он не рассказывал. Н. видела 1-2 раза, он арендовал ангар у П1. 

3 апреля 2009 года они были с мужем у его родителей, смотрели фильм «Миллионер из трущоб». Когда с мужем подъехали к своему дому, то она зашла в квартиру, включила этот же фильм, чтобы продолжить просмотр. Времени было приблизительно 22:30-23 часа. В тот день на улице было пасмурно, шел мокрый снег. Муж пошел переставить машину и забрать документы. Через 10-15 минут услышала хлопки, пыталась дозвониться мужу. Через 2-3 минуты вышла на улицу, там стояли люди, приехала машина скорой помощи. Видела мужа, он лежал на земле в 2-3 метрах от машины, вокруг него лежали на земле документы. На улице было пасмурно, шел мокрый снег.

До убийства мужа, они с семьей П2. не общались около 2 лет, так как братья поссорились. Муж работал на пилораме, занимался заготовкой леса, мебель делал с другом, чем занимался П2. ей неизвестно. Друзья П1. – Г4., Г5., Г1., К9., М2.

Из оглашенных показаний П3., данных на предварительном следствии (т. 1 л.д. 105-110), следует, что 28 марта 2009 года около 22 часов П1. позвонил директор бара «***», просил приехать. П1. со своими друзьями приехал в бар, разговаривал с двумя азербайджанцами Н. и А1., затем ударил их. П1. говорил, что 30 марта 2009 года у него должна состояться встреча с людьми, которым должен был пожаловаться А1., приехавший из города Сургут и являющийся авторитетом в преступной среде. 3 апреля 2009 года они с мужем забрали сына из детского сада в 16:30-17 часов, поехали в город Чусовой, возвратились домой в 18-18:30 часов. В 20:10 часов П1. ушел в клуб «***», куда ходил последние два месяца каждый день, кроме выходных. Она с сыном уехала на автобусе к родителям П1., где был также племянник М11. Приблизительно в 21 час она звонила мужу, сказала, что находится у его матери. П1. в 22-22:15 часа приехал к матери, поел. Она смотрела фильм «Миллионер из трущоб». В это время П1. звонил Х. или Х. звонил ему, они договорились встретиться, так как П1. с отцом хотели купить машину у Х. и на следующий день утром оформить документы. Когда подъехали к училищу на улице ****, П1. позвонил Х., тот подошел через 5-10 минут, принес документы на автомашину «Волга». К своему дому они с мужем подъехали в 23:05 часа. Когда зашли в квартиру, П1. обувь не снял, сразу же вышел, хотел переставить машину. Она включила телевизор, чтобы продолжить просмотр фильма, который смотрела у родителей П1., времени было около 23:10 часов. Муж должен уже был возвратиться, она выглянула в окно, никого не увидела. Затем услышала 3 хлопка, подумала, что фейерверк. Позвонила мужу, телефон не отвечал. Выглянула во двор, увидела машины с включенным светом фар. Когда вышла из подъезда увидела П1. лежащим на земле, рядом стояли люди. Автомашина была уже переставлена.

Из оглашенных показаний свидетеля П8. от 17 июня 2009 года (т. 1 л.д. 180-181) следует, что П1., П2., М7. являются её детьми. Последний год П2. и П1. перестали общаться, между ними были конфликты, возможно, они делили базу. Так как П2. нужны были деньги, а П1. не хотел продавать. База была оформлена на её имя. П1. занимался на базе изготовлением мебели вместе с С4., П2. базой не занимался. Чем занимается П2. ей неизвестно, в последнее время братья приходили к ним в гости по отдельности, то есть какие-либо связи друг с другом не поддерживали. П1. сам купил себе квартиру, затем в кредит купили автомобиль «Лексус», криминальными делами не занимался, жил честно, иногда она давала ему деньги в долг. В марте 2009 года по предложению П1. они с мужем решили купить автомашину ГАЗ-3110 у знакомого сына – Х. Деньги за машину отдавали частями. 3 апреля 2009 года ближе к вечеру пришли жена П1. с сыном, около 21 часа приехал на своей автомашине сам П1. Он приехал из клуба «***», где занимался атлетикой. Настроение у него было хорошее, был разговор об оформлении документов на машину. Около 22 часов П1. с женой уехали к себе домой, собирались встретиться с Х., чтобы взять документы на машину ГАЗ-3110. После 23 часов позвонила жена П1. и сообщила, что П1. убили около дома. От П3. ей известно, что когда они приехали домой, П1. пошел на улицу переставлять машину. В это время его убили.

Из показаний П7., данных на предварительном следствии 18 июня 2009 года (т. 1 л.д. 182-184), следует, что он подтверждает показаний своей жены, уточняет, что за автомашину он полностью расплатился. С П1. договорились 4 апреля 2009 года поехать в ГИБДД, чтобы оформить документы на машину. П2. уехал из города Лысьва и где находится, он не знает.

Свидетель М6. суду показал, что свидетелем конфликта в кафе «***» и убийства П1. не был. В один из выходных дней, приблизительно за месяц до убийства П1., они встретились. П1. был в плохом настроении, сказал, что у него серьезные проблемы. Из-за чего проблемы и с кем, он не говорил. Помнит, что П2. попросил его подойти к спортивному клубу, он подошел. Вместе с ним был И1. и еще кто-то. Времени было 22-23 часа. Это было в 2009 году, за месяц-полтора до убийства П1. Он с расстояния наблюдал встречу П2. с представителями кавказской национальности, среди которых был К. На встречу они приехали на трех-четырех машинах. После встречи П2. рассказывал, что у его брата какие-то проблемы. О содержании разговора с представителями кавказской национальности не сообщал. 

Из показаний М6. на предварительном следствии 5 декабря 2017 года, 19 июня 2019 года (т. 5, л.д. 60-63; т. 15, л.д. 237-239), следует, что в первых числах апреля 2009 года, в ночное время, он находился возле Дома спорта города Лысьва, и видел, как П2. общался с лицами азербайджанской национальности. О чем они разговаривали, он не помнит.

Примерно за неделю до убийства П1. он встретил последнего в клубе «***» в городе Лысьва. П1. сообщил ему, что у него произошел серьёзный конфликт с лицом кавказской внешности и ему может понадобиться помощь и поддержка. 

Свидетель А2. в судебном заседании показал, что в г. Перми после 2009 года не был, проживал в Республике Башкортостан. С 2000 года по 2009 год он проживал в 

<

...>. При этом с 2004 года у него в аренде было кафе «***». С П1. находился в дружеских отношениях, об участии П1. в каких-либо конфликтах ему ничего неизвестно. С представителями азербайджанской диаспоры он (А2.) особых отношений не поддерживал. Среди посетителей кафе были различные недоразумения, особых конфликтов не было. 28 марта 2009 года к нему в кафе приехали П1. с друзьями, просили вызвать Н. О чем они разговаривали, не знает, сначала они разговаривали, затем произошла ссора, они не поняли друг друга, назначили встречу. При нем драк между ними не было. Помнит, что был человек по имени А1. После произошедшего собралось много азербайджанцев, все обвиняли его в конфликте. Перед уходом П1. пояснил, что с сегодняшнего дня он «смотрящий» в городе, то есть криминальный авторитет, будем встречаться, праздновать. Со слов других узнал, что П1. ударил кого-то и в понедельник будет встреча. Крови у Н. не видел, одежда была целая. Уже ночью К. позвонил ему, назначил встречу, на встрече сказал ему, что в понедельник будет разговор и чтобы он был. С его слов он должен был прийти на встречу с П1. и Г2. или еще с кем-то. С К. был еще человек. Агрессии со стороны К. не было. К. уточнял, что и как произошло, разговор был недолгим. Он не хотел встречаться с Г2., боялся за свою жизнь, поэтому в 5 часов 29 марта 2009 года уехал из города Лысьва в Республику Башкортостан. В городе Перми он не проживал, в город Лысьва не возвращался, кафе передал знакомому. О том, что П1. убили, он узнал от своего брата А11. по телефону.

Из оглашенных показаний свидетеля А2. (т. 4 л.д. 5-9), которые он подтвердил в судебном заседании, следует, что в его собственности имелось помещение кафе «***», расположенное на территории автовокзала в 

<

...>. 

В кафе также часто приходили лица азербайджанской национальности. В городе Лысьва главой азербайджанской диаспоры фактически был ранее судимый Г2. Чтобы защитить себя от нападок азербайджанцев из окружения Г2., в 2003 году он сблизился с П1. и его приятелями, которые его защищали. 

28 марта 2009 года кто-то из азербайджанцев сказал, чтобы он переходил на их сторону. Когда в тот день около 17 часов приехал П1., он ему об этом рассказал и попросил вечером приехать в кафе. После этого в кафе с Н. пришел А1. и показал ему неприличный жест (они расположились в вип-кабинке). Когда на улице стемнело, в кафе приехал П1. с друзьями М2. и Г1. Он рассказал им о выходке А1.

П1. попросил позвать на улицу Н. (Он попросил официантку позвать Н. на улицу). Тот вышел, поздоровался со всеми за руку и стал разговаривать с П1. Затем между ними произошел конфликт и П1. нанес Н. удар ладонью в область лица. За разговором наблюдал мужчина по имени А1., которому П1. также нанес удар рукой по голове, от чего тот упал. К конфликту хотели подключиться другие азербайджанцы, но Г1., взяв бейсбольную биту, сказал, чтобы они не вмешивались. Затем все разъехались. Минут через 5-10 ему позвонил К. и предложил встретиться, чтобы выяснить причину конфликта между азербайджанцами и русскими. Он позвонил П1., рассказал о звонке К. Тот сказал, чтобы он никуда не ездил. Он позвонил К., предложил встретиться у кафе «***». На встречу К. приехал с племянником Г2. – Н4. На встрече К. стал упрекать его в том, что он в результате конфликта с азербайджанцами обратился к русским. Он сказал К., что конфликта никакого не было, Н. сам что-то сказал П1., за что и получил. Н2. сообщил ему, что они смогут решить проблемы с милицией, а П1. не сможет. Намик пригласил его и П1. на встречу с Г2. в д. **** на пилораме. Он позвонил по телефону П1., сообщил о приглашении на встречу, тот отреагировал спокойно. После этого он поехал к себе в кафе, увидел, что перед кафе собрались азербайджанцы больше 10 человек, среди которых был Н. и А1. Они его стали оскорблять, обвинять в конфликте с П1. А1. сказал, что его в жизни еще никто не ударял и он еще покажет. Опасаясь за свою жизнь он утром того же дня уехал из города Лысьва.

Допрошенная в качестве эксперта К6. пояснила, что проводила криминалистическую экспертизу, подтвердила выводы, изложенные в заключении.

Свидетель П9. показал, что с П1. они вместе тренировались в спортивном зале. Между П1. и П2. были натянутые отношения, они были в ссоре, не общались. Он был знаком с обоими братьями. 3 апреля 2009 года в период с 19 до 21 часа находился в спортивном зале «***», там же был и П1. Он звонил по телефону, разговаривал с Х., называл его Д. После 23 часов того же дня узнал, что П1. убили. До этого дня П1. говорил, что в кафе «***» у него произошел конфликт с азербайджанцами, что он зуб кому-то выбил и ему угрожали. Кафе принадлежало в то время А2. После похорон П1. ему 12 апреля 2009 года позвонил П2., попросил отвезти его к кафе «***», где видел, что П2. и А2. разговаривали на повышенных тонах, эмоционально. Встреча длилась 10-15 минут, П2. сказал, что конфликт у П1. произошел по вине А2.

Со слов П1. и его отца знает, что тот забрал у кого-то автомашину «Волга» и подарил своему отцу. 

Свидетель Г5. пояснил, что с П1. был знаком с 2005 года, отношения дружеские. С этого же времени знаком с П2., с которым с 2012 года не общался. Братья П-вы поссорились в 2007 году, причину не знает. Очевидцем конфликта в кафе «***» не был, ему позвонил М2., он подъехал. Видел, как П1. пожал руку Н. и после этого они уехали в клуб «***».

Свидетель П4. пояснил, что в 2009 году работал в такси, подвозил клиента в 23:30 часа от дома по ул. ****. Это было уже после убийства П1., так как въезд был перекрыт. На улице освещения не было, фонари не горели, было темно. Около 01 часа машину поставил на парковке у ТЦ «***» со стороны проспекта ****. Со стороны улицы **** была остановка общественного транспорта, там никто машины не ставил. Здание торгового центра «***» освещалось над входом в магазин, может быть реклама наверху была подсвечена, либо вывеска магазина или торгового центра. Свет падал на тротуар, освещал территорию от здания на 2-3 метра.

Свидетель Г4. показал, что в 2009 году присутствовал около кафе «***», где между П1. и двумя незнакомыми ему лицами кавказской национальности произошел конфликт, в ходе которого П1. ударил сначала одного, затем второго. Причина конфликта ему неизвестна. От П1. он стоял на расстоянии 5 метров, с ним был Г1., рядом стоял и хозяин кафе, который со слов П1. и позвонил ему.

Свидетель М8. показал, что об обстоятельствах убийства П1. ему ничего неизвестно. Относительно аудиозаписи его телефонного разговора с Ш4. пояснил, что обсуждали имевшиеся слухи о причастности Н. и К. к убийству П1., поскольку об этом его спрашивал следователь при допросе в исправительной колонии.

Свидетель А7. показал, что в 2009 году работал водителем такси, в один из дней после 22-23 часов ему позвонили, сообщили, что убили П1. Ночью этого же дня, через три-четыре часа после того, как он узнал об убийстве П1., ему звонил К., просил денег в долг. К. подъехал к его дому на своей автомашине «***», он дал ему деньги. Во что был одет К., какой номер телефона у него был, где проживал К., чем занимался, не помнит. Об отношениях К. и Н., о конфликте между П1. и Н., ничего не знает.

Из показаний А11. следует, что А2. его двоюродный брат, он в 2009 году являлся владельцем кафе «***». А2. ему звонил, сказал, что уезжает в Республику Башкортостан. Уехал он в тот день или нет, не знает. Больше он в городе Лысьва его не видел. Кафе продолжало после этого работать. На следующий день от других лиц он узнал, что был конфликт между азербайджанцами и русскими у кафе «***» и там был П1. Через некоторое время П1. убили. По телефону с А2. разговаривали об убийстве П1.

Свидетель К10. показала, что являлась индивидуальным предпринимателем, с 1 августа 2007 года до июля 2009 года арендовала помещение в ТЦ «***», у неё был магазин «***», входная дверь в который была расположена со стороны ул. ****, за остановкой. Рабочее время в магазине было с 9 до 19 часов. До неё в помещении находились игровые автоматы, вход в магазин не освещался. Магазин продуктовый был ближе к проспекту ****, продавали ли в нем выпечку, не помнит. Было ли освещение на ТЦ «***», не помнит. По бокам от входных дверей магазина были надписи «***», над дверями была вывеска «***», в магазине продавались канцтовары и игрушки.

Свидетель К11. показала, что в ТЦ «***» в 2009 году со стороны улицы **** было два входа, один ближе к проспекту ****, где был продуктовый магазин и кулинария, второй был в магазин, где продавали игрушки и канцтовары. Помнит, что освещение над выходом в продуктовый магазин и кулинарию было, имелось ли иное освещение на здании ТЦ, был ли пристрой, не помнит. Указанные магазины располагались в ТЦ со стороны ул. ****. У магазина, где продавали канцтовары, стояла остановка общественного транспорта.

Свидетель А8. показал, что работал вместе с Е1., вечером на автомашине Е1. они после работы заехали на парковку ТЦ «***» со стороны улицы ****, машину припарковали в 3-4 шагах от крыльца магазина, расположенного на углу здания слева. Он находился в машине, Е1. стоял на крыльце в 3-4 метрах от машины, разговаривал по телефону. В это время услышал хлопки, видел силуэты двух бегущих людей, пробежавших через дорогу во дворы. Бежавшие не останавливались. Расстояние от машины до стрелявших и до места, где находился труп, было около 100 шагов, от машины до бежавших во дворы - приблизительно 60 метров. Одежду их не разглядел, уличного освещения в тот день не было. Свет был только над крыльцом у входа в магазин «***». Сотрудников ГИБДД видел, они заходили в магазин «***», их машина стояла слева от его машины. Когда раздались хлопки, сотрудники ГИБДД стояли на улице, они сразу же поехали за убежавшими. Е1. был ближе к стрелявшим чем он, приблизительно на 5 метров. Снега, дождя в тот момент не было. Было пасмурно. На фасаде ТЦ «***» освещения не было. Каких-либо машин, двигавшихся по дороге в указанный момент, не было.

Свидетель К4. показал, что в 2009 году являлся сотрудником уголовного розыска ОВД города Лысьва. От заместителя начальники ОУР С2. ему известно, что имелась видеозапись с камеры видеонаблюдения на ТЦ «***», но она была плохого качества. Сам он эту видеозапись не просматривал. В день убийства П1. на место преступления не выезжал, со свидетелями по делу не работал. В 2017 году он работал в УУР ГУВД Пермского края по линии нераскрытых преступлений прошлых лет. В августе 2017 года он позвонил следователю Г6., предложил поработать по делу. Они спланировали мероприятия, определили сроки. Через несколько дней следователь Г6. позвонил ему, сообщил, что вызвал свидетеля Е1., тот может опознать нападавшего на П1. и по фотографии узнал Н. Он лично беседовал с Е1., тот рассказал, что в момент убийства П1. находился в районе ТЦ «***», видел двоих пробегавших мимо, опознал одного, который оказался Н.

Е1. сообщил, что Н. знает как жителя г. Лысьва, поскольку видел его в городе после убийства П1. Е1. уточнял, что второго опознать не может, так как не видел его лица. Один из сотрудников ДПС, которые были на месте убийства, сообщил, что Е1. ему рассказывал о том, что видел и опознал одного из убийц. Сам лично этого сотрудника не допрашивал. Присутствовал при опознании Н. и проверке показаний Е1. на месте происшествия. Е1. рассказывал, что к нему приезжали от Г2., просили дать другие показания, хотя на тот момент он был засекреченным свидетелем, затем к нему приезжали лица кавказской национальности из г. Челябинск, просили сказать о том, что он не видел Н. Ему известно от Е1., что тот ездил в город Чусовой и в город Пермь, его опрашивали адвокаты по данному делу. Об этих обстоятельствах сообщал следователю. В сентябре 2017 года, после следственных действий с Е1. выезжал в ИК, где отбывал наказание С1., поскольку имелась информация о том, что ему известно об обстоятельствах конфликта в кафе «***».

Свидетель С2. показал, что в 2009 году являлся сотрудником уголовного розыска ОВД города Лысьва, в период 3-4 апреля 2009 года его в город Лысьва не было, он приехал только 7 апреля 2009 года. Занимался совместно с другими сотрудниками раскрытием данного уголовного дела по факту убийства П1. Одной из версий убийства был конфликт с лицами кавказской национальности. Было известно, что в конфликте принимали участие Н. и А1., П1. ударил Н. От кого была получена данная информация, не знает. Информации о причастности кого-либо конкретно к убийству не было. В кабинете № ** ОВД он просматривал видеозапись, на которой была видна часть места убийства, вспышки, двое бегущих, у одного удлиненное пальто или куртка ниже пояса, они бежали не останавливаясь и не оборачиваясь. Запись была плохого качества, черно-белая, свет от фонаря падал на автобусную остановку, было видно, что шел снег. Потом через 3-5 минут проехала автомашина ДПС ГИБДД в направлении убегавших. Кем и когда была изъята данная видеозапись, не знает, полагал, что она изъята в рамках уголовного дела. Сам он по данному уголовному делу никого не опрашивал, выполнял поручения сотрудников УУР и следователя. С сотрудников ГИБДД А4. общался после просмотра данной видеозаписи.

Из оглашенных показаний С2. (т. 16 л.д. 188) следует, что на видеозаписи была видна остановка на улице **** и автомобильная дорога. На видеозаписи были видны вспышки в районе дома № ** по улице ****, затем видны были два силуэта перебегавших дорогу между домом № ** по проспекту **** и № ** по улице ****, идентифицировать данных лиц было невозможно. Через 1-2 минуты в том же направлении проехал автомобиль ДПС. По его ощущениям на одном из бежавших было пальто или куртка ниже пояса.

Свидетель Ш4. показал, что об убийстве П1. ему ничего неизвестно. Ему представлялись результаты прослушивания телефонных переговоров между ним и М8., в разговоре худым он называл М3., аксакалом – Г2. М8. ничего ему о причастности К. и Н. к убийству П1. не говорил. Когда К. задержали, говорили, что за убийство. По слухам известно, что М3. умер. Знает, что А2. был хозяином кафе «***». Сам он был в кафе «***» в сентябре 2009 года, там хозяином был другой человек.

Свидетель Ц1. показал, что являлся сотрудником полиции, в период с 2011 года по 2014 год работал по уголовному делу по убийству П1. С ним вместе работал Ц2. Одной из версий убийства был конфликт П1. с Н. и А1., в результате которого П1. нанес им телесные повреждения. При собирании доказательственной базы был установлен свидетель А2. Для его допроса выезжал в город **** Республики Башкортостан, где и производился допрос. В протоколе допроса указано ошибочно место город Пермь, все остальные реквизиты указаны правильно, допрос производился на основании поручения следователя. В ходе допроса А2. установлено, что П1. избил Н. и А1. и конфликт был серьезный, поэтому А2. испугался и уехал, кроме того, у Г2. была тоже к нему неприязнь. Он говорил, что по поводу этих событий его вызывали на разговор Н. и К., оскорбляли, он испугался, уехал из города Лысьва точно в 2009 году. По данному уголовному делу также общался с З1., просил рассказать, что известно по делу, о криминальной ситуации в городе Лысьва, возможно, показывал какие-то фотографии лиц из окружения Г2. Давать какие-либо показания в отношении Н. и К. не просил.

Свидетель Ц2. показал, что он и Ц1. в 2012-2013 году являлись сотрудниками полиции, работали по уголовному делу по факту убийства П1., ездили в город **** Республики Башкортостан, производили допросы азербайджанцев. Возможно Ц1. допрашивал А2., который в 2009 году уехал из города Лысьва после конфликта у кафе «***». В рамках проводимых оперативных мероприятий была получена информация о причастности Н. к совершению преступления, так как у него предположительно был мотив и тип одежды был похож на одежду, в которой были нападавшие. П1. был человеком, решающим вопросы криминального характера в г. Лысьва, в том числе и связанные с незаконным оборотом наркотиков. Согласно установленных обстоятельств, у кафе П1. ударил Н. и одного из руководителей азербайджанской диаспоры, который имел определенный авторитет. В связи с этим должны были быть ответные действия со стороны диаспоры. По имевшимся слухам конфликт мог быть связан с оборотом наркотиков. Г2. фактически возглавлял азербайджанскую диаспору в городе Лысьва и решал все вопросы, во все вникал, сам криминальными разборками не занимался, но всё согласовывалось с ним. Н. свою причастность к убийству отрицал.

Свидетель П10. показал, что в апреле 2017 года работал следователем-криминалистом СК СУ по Пермскому краю, город Лысьва входил в зону его ответственности, и он выехал туда для изучения уголовного дела по убийству П1. Были определены и намечены следственные и оперативно-розыскные мероприятия, направленные на раскрытие преступления. По делу он допрашивал некоторых свидетелей. По одной из версий на причастность к преступлению проверялся Н. Выезжал на место преступления, определено было, что от места нахождения свидетеля Е1. до бежавших было 5-7, может быть 10 метров. Это ему стало известно со слов следователя Г6. или свидетеля Е1.

Допрошенный в качестве специалиста К12. показал, что в 2009 году локация абонента относительно базовой станции сотовой связи определялась по другому, так как были иные технические условия. В представленных в уголовном деле сведениях указан адрес и азимут, но не указана сота, что не корректно. Поэтому определить направление движения абонента, его перемещения точно нельзя и местоположение определить сложно. Вышка базовой станции сотовой связи имеет три антенны, каждая отвечает за определенный ей азимут. Сигнал связи может быть принят любой из трех антенн.

Свидетель М12. показал, что в период с 2007 по 2011 год работал начальником СО СУ СК по города Лысьва, осуществлял контроль за раскрытием преступления, изучал уголовное дело только на первоначальном этапе расследования. С Г2. знаком через начальника ОВД г. Лысьва Ш6. Г2., как представителя азербайджанской диаспоры, приглашали на официальные мероприятия. Каких-либо общих встреч между ним, Г2. и П2. никогда не было, разговора о передаче каких-либо денежных средств не было. П2. приходил к нему консультироваться по уголовному делу в отношении своего сына и рассказывал, как ведется расследование по уголовному делу по факту убийства П1., кого задержали, кого арестовали. По просьбе П2. он писал жалобы, в которых излагал придуманные П2. версии, не соответствующие действительности. Р1. знает как водителя П2. Знает, что между братьями П-выми на период 2009 года был конфликт на почве финансовых разногласий, П2. был авторитетом в криминальных кругах.

Свидетель Р1. показал, что об убийстве П1. известно как жителю города, знает, что его убили 3 апреля в вечернее время. От А12. знает, что накануне убийства у П1. был конфликт с Н. в кафе «***» в 2009 году в конце марта. М2. сказал, что П1. сильно избил Н., выбил зубы и плюнул ему в лицо. Н. угрожал П1., говорил, что тот труп. После этого через день-два встретил П1. в кафе «***», подошел к нему и спросил, что случилось. П1. сказал, что пытался урегулировать конфликт, накрыл стол в «***», но в кафе никто не пришел из азербайджанской диаспоры, в том числе Н.

Ему известно, что Г2. уважал К. От М2. узнал, что до этого конфликта П1. забрал у Н. героин. Полагает, что поскольку Н. являлся племянником Г2., то последнему это не понравилось. Через 1-2 недели после убийства П1. от Г7. узнал, что П1. убил Н., отомстил «за зубы». А2. знает, он был хозяином кафе «***» видел его последний раз у кафе в мае 2009 года, когда заехал в кафе и хотел купить алкоголь.

Информация о причастности К. к убийству стала известна от А12., отношения с которым испортились в 2017 году, (М2. умер в 2010 году, Г7. в настоящее время тоже умер).

В 2014 году, когда они с П2. находились в автомашине, П2. поставил телефон на громкую связь, ему позвонил Н., сказал, что он отбывает наказание в колонии, угрожал П2., говорил: «Кто в это дело влазить будет, я любому пасть порву». П2. спросил Н., зачем он отстрелил П1. половой орган, спросил людской или не людской поступок. Н. ответил, что смотря с какой стороны посмотреть. П2. сказал Н., чтобы он ему больше не звонили, что все вопросы будут решаться с точки зрения закона. 

К. также предпринимал попытки пообщаться с П2. по данному делу. Была встреча в 2017 году, летом. Они с П2. подъехали к больнице в поселке ****. Подъехала «Тойота» черного цвета, в ней находились А12., К. Они разговаривали с П2.. и К. спрашивал, зачем П2. лезет в это дело, сказал, что этого не стоит делать и почему П2. не идет на разговор с Г2. П2. ответил, что все вопросы будет решать в законном порядке, он просил не звонить ему больше.

Из оглашенных показаний Р1., данных на предварительном следствии 16 января 2019 года (т. 13 л.д. 205-209), следует, что свидетелем убийства П1. он не был. До 2016 года ему не было известно о том, кто причастен к убийству П1. Из телефонного разговора в августе 2014 года между Н., который отбывал наказание в исправительной колонии, и П2. он понял, что Н. причастен к убийству П1., так как он этого не отрицал, а угрожал, говорил, что «порвет всем пасть кто полезет в это дело». Кроме того, на них с П2. 27 ноября 2014 года напал О1., причинил ножевые ранения и кричал, чтобы он и П2. не лезли в это дело по убийству П1., угрожал убийством. Летом или осенью 2016 года, когда он и П2. находились возле больницы, к ним подъехали К. и А12., в ходе разговора К. сказал в грубой форме, чтобы П2. не вмешивался в это дело. После этого он предположил, что К. тоже причастен к убийству П1. В мае 2018 года П2. был ознакомлен с материалами уголовного дела, с его слов он узнал, что З1. оговорил его, сообщив адвокату Н. о том, что он (Р1.) готовит тайных свидетелей. Также в мае 2018 года П2. сообщил, что обвинение в убийстве П1. предъявлено Н. В январе 2019 года П2. сообщил ему, что по подозрению в убийстве П1. задержан второй убийца – К.

Свидетель Ш7. показала, что с семьей П-вых знакома с 1999 года. 3 апреля 2009 года около 16-17 часов находилась дома у родителей П1., слышала разговор П1. по телефону с Х., которого он называл Д. Х. звонил настойчиво, приглашал на встречу. В квартире у родителей обсуждали, что П1. с семьей должны были 4 апреля 2009 года уехать в г. Пермь, чтобы там пожить. Находилась в квартире П-вых около часа, затем ушла в детский сад за ребенком.

П1. рассказал, что у него в конце марта произошел конфликт с Н. у кафе «***», что ему угрожает опасность. Говорил, что накрыл стол для примирения, но никто не пришел. Он говорил, что в кафе его пригласил А2., с ним были Г5. и Г1., возникла драка, в которой он избил Н. и еще одного человека. П1. нервничал, переживал. Ей известно, что автомашину «Волга» у Х. забрал Г1., а П1. подарил эту машину отцу 1 июня 2008 года, документы на машину находились у Х. Братья П-вы общались, конфликтов между ними не было. В один из периодов они стали меньше общаться, так как П2. жил в г. Санкт-Петербурге, а П1. с Г1., Г4., М2., Х. занимались незаконным оборотом наркотиков. О причастности к наркотикам она знала от П1. и от М7., которая показывала видео, где друзья П1. употребляют наркотики. От М7. ей известно, что уголовное дело не расследовалось должным образом и виновных не найдут, что ей организовывали телефонные звонки с Н. и Г2.

Н. и К. она видела в конце апреля-начале мая 2009 года, когда они приезжали в охранное предприятие «***», где она работала, искали П2. С ними был Г2. и П11. Они разыскивали и сына П2. – П12. Позже М7., К7. и Х. в разное время оказывали на неё давление, угрожали, предлагали ей дать ложные показания против П2.

Допрошенная в качестве свидетеля Ш3. показала, что с 2018 года находится в отставке, в 2009 году работала старшим следователем СК по городу Лысьва, проводила осмотр места происшествия по уголовному делу по факту убийства П1., схема к протоколу осмотра места происшествия соответствовала действительности. Это было в апреле 2009 года в темное время суток, уличного освещения не было, возможно были осадки. Освещение по улице ****, у остановки и около кафе «***» отсутствовало. Было ли освещение на здании кафе «***», не помнит. Какие-либо видеозаписи ею не изымались входе осмотра, прямых свидетелей и очевидцев, которые могли дать показания о лицах, совершивших преступление, не было. Была информация о том, что один из совершивших убийство был выше ростом, другой ниже. Все лица, которые находились на месте происшествия, были опрошены, в последующем уголовное дело было приостановлено как нераскрытое. Время совершения преступления было установлено по времени сообщения о преступлении в дежурную часть ОВД и вызова скорой помощи. На место происшествия выехали в течение 10-15 минут после сообщения. По делу ею были запрошены в суде разрешения на получение сведений о телефонных соединениях, результаты не помнит. 

Из оглашенных показаний свидетеля Г1. от 13 марта 2018 года (т. 6 л.д. 49-53) следует, что с П1. он находился в дружеских отношениях. У П1. складывались хорошие отношения с директором кафе «***» по имени по прозвищу «***» (А2.). Примерно за одну неделю до убийства П1., в вечернее время, он и П1. находились в Доме спорта в городе Лысьва. В этот момент на мобильный телефон П1. позвонил А2. и попросил приехать в кафе «***», пояснил, что ему угрожают его земляки, среди которых был Н. После этого он, П1. и еще двое друзей приехали к данному кафе. На улице около входа в кафе он увидел Н. и еще одного молодого человека не русской национальности. Между П1. и вышеуказанными лицами началась словесная перепалка. Он направился внутрь кафе, стоял в проходе, у входной двери, чтобы другие лица не вышли на улицу и не спровоцировали конфликт. Он слышал, как Н. в грубой нецензурной форме что-то начал доказывать П1., громко кричал. Затем он увидел, как П1. нанес один удар кулаком в область лица Н. и один удар кулаком в область лица второму мужчине. В результате Н. и мужчина упали на землю. После этого П1. поднял их, он и вышеуказанные лица поговорили, пожали друг другу руки. П1. сказал им, чтобы они больше не обижали А2. Помнит, что в этот или на следующий день П1. с компанией около 40 человек и азербайджанцы, в том числе Н. и с ним около 50 человек, встречались на территории автовокзала. Разговаривали около 30 минут, разговор был в спокойных тонах. Разошлись без всяких конфликтов. В течение недели после этого никаких конфликтов не было. По поведению П1. было видно, что его что-то беспокоит. Об убийстве П1. он узнал от его жены, которая позвонила ему около 00 часов 4 апреля 2009 года.

О взаимоотношениях П1. с П2. пояснил, что они с 2008 года не общаются, со слов П1. знает, что П2. производил выстрелы в сторону его компании, пугал их, прицельно в людей не стрелял.

Из оглашенных показаний свидетеля К2. (том № 14, л.д. 47-52) следует, что он знаком с К. и Н., обоих неоднократно видел в одной компании. 

В день убийства П1., то есть в вечернее время 3 апреля 2009 года, около 22 часов, он на своем автомобиле поехал в магазин-кафе «***», расположенный по улице **** в городе Лысьва. Припарковавшись возле здания ТЦ «****», он зашел в помещение магазина, где купил пиво. Погрузив пиво, он сел в автомобиль и при выезде с парковки увидел движущийся автомобиль «КИА-РИО» черного цвета и остановился, чтобы уступить дорогу. В это время он увидел, что за рулем указанного автомобиля находится К. Он в знак приветствия осветил К. дальним светом фар и махнул рукой. К. в ответ поприветствовал его и поехал далее, куда именно тот свернул, он не обратил внимания. Затем он доехал до дворца культуры «ТГЗ», где остановился возле здания. Из помещения дворца культуры стали выбегать люди, которые кричали, что возле кафе «***» убили П1. От момента, когда он увидел К. возле кафе «***» и до момента, когда он услышал об убийстве П1., прошло не более 10-15 минут, более точно он время не знает и сказать не может. Узнав об убийстве П1., он позвонил К., так как предположил, что К. проезжал возле кафе «***» и мог что-то знать. Он сообщил К., что убили П1. 

Когда он покупал спиртное, то возле ТЦ «***» милицейского автомобиля не было. С Е1. он знаком, возле ТЦ «***» его не видел. Где находился К. в период времени с 22 часов 30 минут до 23 часов 30 минут ему не известно. Пока он находился в кафе «***» и пока загружал пиво, то убийство П1. еще не было совершено, поскольку он должен был услышать выстрелы, а также увидеть скопление людей. Поэтому, он считает, что убийство П1. было совершено после того, как он встретил К.

Из оглашенных показаний свидетеля М9. от 31 мая 2019 года (т. 15 л.д. 194-202) следует, что с К. и Н. он знаком. Об обстоятельствах убийства П1. ему ничего неизвестно. По слухам знает, что Н. обвиняют в убийстве П1., от следователя, который его допрашивал, знает, что между П1. и Н. в 2009 году произошел конфликт. Он уверен, что Н. не причастен к убийству П1., о К. ничего сказать не может. С Г2. и К. обстоятельства убийства не обсуждал. 

После предъявления М9. для прослушивания компакт-диска с телефонными переговорами от 21, 28 августа 2018 года между ним и К., показал, что такие разговоры действительно имели место, «Б.» называют его. О чем идет речь, о каком свидетеле и адвокате, не помнит, возможно, кому-то нужен был адвокат. Считает, что его разговоры с К. не имеют отношения к делу. 

Свидетель Х. показал, что об обстоятельствах конфликта между азербайджанцами и П1. у кафе «***» ему ничего неизвестно. В день, когда П1. убили, тот звонил ему. Он передал ему вечером документы на автомашину ГАЗ-3110. П1. отдал ему деньги, расплатился за машину.

Из оглашенных показаний Х., данных на предварительном следствии 21 апреля 2009 года (т. 1 л.д. 159-162), следует, что с П1. он был знаком около года, познакомился через Г8., брата Г1., который являлся другом П1. Г1. и П1. посещали клуб «***», занимались атлетикой. В феврале-марте 2009 года он приобрел у знакомого Г9. старый автомобиль «Волга» ГАЗ-3110, хотел отремонтировать и продать машину. В паспорте автомобиля указан был другой человек, он его не знает. В марте 2009 года обратился П1., хотел купить машину для отца. Он с родителями приезжал к нему домой, смотрел машину. Так как машина была аварийная, П1. увез её в гаражи для ремонта. Через два дня после этого встретил родителей П1., они передали ему часть денег – 10000 рублей. Документы на автомашину оставались у него, договорились, что когда отдадут все деньги, он отдаст документы. Каких-либо конфликтов с П1. у него не было, машину он у него не забирал. 3 апреля 2009 года он с друзьями находился в квартире знакомого на улице **** в городе Лысьва. В период с 14 до 16 часов ему позвонил П1., договорились о встрече и передаче денег. П1. подъехал на своей автомашине «***» и передал ему в машине деньги в размере 10000 рублей двумя купюрами по 5000 рублей. Около 21 часа снова позвонил П1., назначил встречу. Когда он находился у себя дома, П1. позвонил и сказал, что ждет около ПУ-**. Он подъехал по этому адресу около 22 часов, П1. был на своем «***», подошел к его машине и он отдал П1. документы, после чего уехал к себе домой. Потом ему позвонил знакомый Н7., сообщил, что П1. убили. Это произошло через 30 минут после его встречи с П1. При встрече днем и вечером П1. был спокоен, доброжелателен, какого-либо беспокойства не проявлял, страха и испуга в его поведении не было.

Свидетель С5. ничего по обстоятельствам конфликта у кафе «***» между П1. и азербайджанцами, а также об обстоятельствах убийства П1. не пояснил, какой-либо значимой информации для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, не сообщил, указав, что жил в городе Перми до 2012 года.

Свидетель Г10. показал, что его дядя Г2. был аксакалом – старшим среди азербайджанцев в г. Лысьва, он и П2. поддерживали отношения. П2. был в г. Лысьва криминальным авторитетом. М3. знал, тот работал водителем у Г2., он принимал участие в военных действиях в Нагорном Карабахе. К. может охарактеризовать только с положительной стороны, А3. конфликтовал с К., угрожал ему.

Свидетель Г11. показал, что Н. знает, тот его дальний родственник, с К. дружит, знает его с 18 лет. Г2. его родной дядя, занимался лесозаготовками. В 2008 году К. работал у Г2., в 2009 году ушел от него, занимался лесом. Г2. и П2. общались. Он видел в январе-феврале 2009 года в офисе у Г2., как тот передавал П2. обрез ружья. Каких-либо встреч у него с П2. незадолго до убийства П1. не было. С П2. в настоящее время дружит А3., который, воспользовавшись болезнью Г2., решил взять власть над представителями азербайджанской диаспоры в городе Лысьва себе и поэтому между ним и К. произошел конфликт. М3. дружил с Г2. и П2., он воевал в Нагорном Карабахе, его боялись. В 2010 году находился в Республике Азербайджан, К. рассказал ему, что видел убивших П1., одним из них был М3.

Свидетель Т1. показал, что с Н. был знаком с 11 лет, отношения дружеские, проживали в соседних дворах, учились в одной школе. Е1. знает, общались недолго. Между Н. и Е1. в тот период возник конфликт и Н. избил Е1. Это ему известно со слов друзей. Е1. может охарактеризовать как обманщика, нечестного человека. Где жил и учился Е1., не может сказать, как появился в их компании, не помнит. Из компании, которой они дружили, одного нет в живых, второй уехал жить в г. Сочи, третий не знает где. Помнит, что в 1998 или 1999 году Н. на дискотеке хотел избить Е1., но за того заступились. Об обстоятельствах убийства П1. ничего неизвестно, номер телефона Н. не знает, был ли Н. в 2009 году в городе Лысьва, не знает.

Свидетель К7. суду показал, что в 2009 году работал водителем такси, П2. попросил его отвезти его к «Дому спорта» в городе Лысьва, так как убили его брата. Ему известно, что на тот момент братья П-вы были в ссоре. О том, что П1. причастен к незаконному сбыту наркотиков ему известно со слов П2.

Точную дату назвать не может, но в 2008-2009 году, еще до гибели П1. знакомые по договору купли-продажи оформили на него фиктивно здание в городе Пермь. Он пытался через риэлтора О2. решить вопрос о продаже здания, обращался к Г1., тот сказал, что ему нужно уехать в другой город, они решат все проблемы. О2. бывший сотрудник милиции, говорил, что его убьют. Затем его нашел П2., сказал, что его разыскивают П1. с друзьями, после чего дал ему обрез и патроны, спрятал в дачном домике, сказал, что если кто придет, стрелять. Продукты ему в домик привозил О2. У П2. были со всеми хорошие отношения, в том числе с начальником ОВД Ш6.

Из оглашенных показаний К7. на предварительном следствии от 4 июня 2009 года (т. 1 л.д. 176-177), следует, что братьев П-вых он знает с детства. Ранее он в основном общался с П1., затем стал общаться с П2. Знает, что оба брата имеют криминальный авторитет и криминальные связи, оба враждовали между собой. В мае 2008 года с ним была заключена фиктивная сделка, на большую сумму. Он рассказал об этом П2., который предложил решить вопрос. К нему подходили П1., Г1., отговаривали от общения с П2., говорили, что он может обмануть по поводу сделки. После этого летом П2. увез его в дачный домик, спрятал от П1., чтобы они не могли помешать сделке. Он жил на даче три месяца, П2. привозил ему продукты, для обороны дал обрез ружья длиной около 80 см и патроны в количестве 8 штук, сказал, что даже если придет его брат с друзьями, то в них тоже стрелять, после чего убегать, обрез не выбрасывать. После этого он понял, что между братьями П-выми серьезная борьба.

Из показаний Н8. следует, что Н. его сын, он помогал ему на делянке в заготовке леса, может охарактеризовать его только положительно. К. знает, тот производил заготовку леса на делянках Г2. 

М3. является братом жены, он долгое время служил в армии, в том числе, в период военных действий в Нагорном Карабахе в специальной роте. М3. появился в городе Лысьва в 2008-2009 году, работал у Г2., занимался лесом. В 2009 году он арендовал пилораму у П1., сын помогал ему. Деньги за аренду П1. отдавал он или сын. Технику ставили на базе у Г2. В день убийства П1. он отправил сына в магазин, через 15 минут услышал стрельбу на улице, позвонил сыну, спросил, где он. Сын ответил, что находится д. **** на пилораме, в магазине покупает продукты. На улице было темно, шел снег, была метель. Он слышал, что Г2. и П2. договорились об убийстве, вызвали М3. После убийства П1. у М3. появилась дорогая автомашина. Деньги ему дал П2. за убийство П1.

Г2. через некоторое время после убийства П1. хвалил М3., говорил, что тот убил, и он ему деньги передал. М3., Г2., А3. в тот период носили дорогие пальто длиной ниже колена, и кепки, Г2. – норковую. 

М3. высокий, крепкого телосложения, носил усы, в г. Лысьва его называли «худой». Сын не был худощавого телосложения. В 2009 году сын ездил на автомобиле «Мерседес» и на «УАЗ», номер мобильного телефона свой и сына, на кого были оформлены СИМ-карты, не помнит. Во что был одет сын в тот день, не помнит, одевался он обычно в пиджак или куртку темную, шапку. Они с сыном плащи, пальто не носили, кепку у него не видел. Относительно конфликта у кафе «***» считает, что его сын и П1. поспорили по «пьянке», подрались друг с другом и помирились. У них были дружеские отношения. Сын может быть и употреблял спиртное, но при нем не выпивал и пьяным он его не видел.

Свидетель Н9. пояснила, что Н. её родной брат, характеризует его с положительной стороны. Весной 2009 года Н. носил только классическую одежду, худым никогда не был, он крепкого телосложения, размер одежды 52-54. Пальто у Н. не было, кепку он не носил. М3. был родным братом матери, умер 31 августа 2018 года, носил пальто выше колена, на работе предпочитал спортивный стиль, был невысокого роста, худощавый.

Свидетель Я1. показал, что К. знает с 2007 года, занимался с ним в одной секции в «Доме спорта», отношения дружеские. В 2008-2009 годах проживал в г. Лысьва. Когда произошло убийство П1., он и его знакомый Д2., приблизительно с 22 часов были на дискотеке во дворце ТГЗ. Ему позвонили друзья, пригласили в клуб «***». Они с Д2. пошли к нему домой, он переоделся и пошли домой к Д2. На улице было темно, холодно, шел снег. Когда проходили между домами, услышали достаточно громкие хлопки. После этого у пешеходного перехода с торца дома по ул. ****, где расположен магазин, остановилась автомашина «Киа-рио», двигавшаяся со стороны ТЦ «***», моргнула светом фар. Других автомашин в тот момент на дороге не было. Он рассмотрел водителя, им был К., расстояние от машины до пешеходного перехода было 2-3 вытянутых руки. Свет фар машины был ближний, лицо К. освещалось светом приборной панели автомашины. На переднем пассажирском сиденье с К. никого не видел, был ли у К. головной убор, не заметил. От того момента, когда услышал хлопки и увидел К., времени прошло приблизительно 1 минута. В ответ на приветствие он махнул К. рукой. Когда перешел дорогу, К. поехал дальше. Бегущих людей не видел, в сторону, откуда слышались хлопки, не поворачивался. После этого они зашли домой к Д2., он переоделся и они пошли в клуб «***». На улице увидели толпу, знали, что убили П1. Впоследствии они с К. общались. 

Когда К. задержали, он понял, что слышал не хлопки, а выстрелы. Он решил пойти к следователю, дать показания. Следователю он нарисовал схему своего передвижения в тот вечер, приобщил её к протоколу допроса. Д2. вышеуказанные обстоятельства подтвердить не сможет, так как в 2017 году умер. Дом, где проживал Д2., расположен за два дома до ТЦ «***», во дворе дома было темно.

Из оглашенных показаний свидетеля Я1., данных им на предварительном следствии (т. 14 л.д. 114-124), следует, что с К. познакомился в 2007 году, в период с 2017 года до июля 2018 года К. работал администратором в принадлежащем ему ресторане «***», официально был трудоустроен в ООО «***», учредителем которого является его мать. Об обстоятельствах убийства П1. ему стало известно в ночь убийства, от кого, не помнит. Во что одевался К., не помнит, кепку «восьмиклинку» у него не видел. Чем занимался тот в 2008-2010 годах, не знает. В 2009 году у К. был автомобиль КИА-Рио черного цвета. Может точно сказать, что 3 апреля 2009 года видел К. в период с 22 часов 45 минут до 22 часов 55 минут. Шел снег с дождем. Он и его знакомый Д2. переходили дорогу по улице ****, их пропустил автомобиль КИО-Рио, за рулем которого находился К., осветивший их дальним светом фар, поприветствовав таким образом, он махнул ему рукой. Точно помнит, что, не доходя до проезжей части, услышал хлопки, не менее четырех. Считает, что это были выстрелы, соответственно К. не мог быть причастен к убийству П1.

После оглашения показаний свидетель Я1. пояснил, что адреса им указывались по карте, время он называл приблизительно, точное время не фиксировал, не обращал на это внимание. Не предлагал кому-либо уточнить время пути, указанного в протоколе допроса. Время определяли совместно со следователем, приблизительно. 

Свидетель З1. показал, что сотрудник полиции Ц1. в городе Перми предложили ему опознать по фотографии людей, на одной из фотографий было написано «А1.». Указанные на фотографиях лица были ему незнакомы. Привез его в город Пермь Р1. Ему дали время подумать и затем сообщить о своем решении. Он сказал Р1., что не будет сотрудничать с правоохранительными органами. Впоследствии его задержали в Дзержинском районе г. Перми, подбросили пистолет и помеченные деньги. Он писал жалобы в ССБ ФСО на сотрудника, который по его мнению, устроил эту провокацию – Ц1. Впоследствии он был осужден за сбыт оружия.

Свидетель М12. показал, что в 2009 году работал и проживал в г. Екатеринбург, в начале апреля 2009 года находился в г. Лысьва. До 2008 года работал следователем в отделе полиции г. Лысьва.

В вечернее время он находился со своей знакомой в машине на парковке у магазина «***». Парковка расположена со стороны ул. ****, въезд на парковку со стороны улицы ****. Слева от его машины была припаркована машина ДПС ГИБДД. Он услышал хлопки, увидел сотрудников полиции, вышел из машины. Услышал сообщение по рации сотрудников ДПС, они схватились за оружие, сели в машину и уехали со стоянки налево. Расстояние от его автомашины, до трупа составляло примерно 50 метров. Как освещался вход в магазин, не помнит, но освещения от ТЦ «***» не хватало, чтобы осветить место, где лежал труп. Он видел жену П1., она звонила П2., сообщила, что убили его брата. Когда он находился на месте происшествия, разглядеть лица людей можно было с расстояния около 5 метров. Какой-либо значимой информации для раскрытия преступления на тот момент никто не сообщал. На улице было пасмурно, снега и дождя не было. 

Из объяснений М12. (т.1 л.д. 37) следует, что 3 апреля 2009 года около 23 часов находился в машине ВАЗ-2110 на парковке возле магазина «***». В это время услышал хлопки, подумал, что запускают фейерверки. Неподалеку от него находилась автомашина сотрудников ДПС ГИБДД, сами сотрудники стояли на крыльце магазина, пили кофе. Когда раздались хлопки, сотрудники ГИБДД стали оглядываться, затем один из них схватился за кобуру и они побежали к служебной автомашине, поехали вниз по улице ****. Он поехал вслед за ними, но перед этим пропустил встречный автомобиль, поэтому не заметил, куда именно уехали сотрудники ДПС. Когда проезжал мимо въезда во двор по проспекту ****, увидел лежащего на тротуаре мужчину и понял, что лежит труп. Он объехал дом № ** по улице ****, навстречу машин не попадалось. Заехав во двор дома № ** по проспекту **** встал у машины «Лексус», включил дальний свет фар, вышел из машины, подошел к лежавшему на земле. Рядом с трупом стояли люди. Один молодой человек эмоционально рассказывал, что он видел, как неизвестные стреляли в мужчину и затем убежали во двор домов № ** по проспекту **** и № ** по улице ****. Он посадил данного молодого человека в подъехавший автомобиль ДПС, сказал сотрудникам, что это очевидец преступления. После этого из подъезда выбежала жена погибшего – П3., которая пояснила, что они с мужем вместе приехали домой, он вышел, чтобы переставить машину и не вернулся.

После оглашения объяснений М12. подтвердил изложенную в них информацию, уточнил, что до выстрелов видел сотрудников ГИБДД, которые стояли на крыльце, пили кофе. 

Свидетель М13. показал, что С1. знает, отношений с ним не поддерживает. В 2009 году занимался частными перевозками пассажиров на автомашине ВАЗ-2110, которую брал у знакомого. В 2009 году осенью один раз возил С1. и Н. в город Пермь. При себе у них ничего не было. Н. сидел на переднем пассажирском сиденье, в городе Пермь показывал куда ехать, где остановиться, выходил, отсутствовал около 30 минут, затем поехали обратно в город Лысьва. Во что они были одеты, не помнит. 

А12. показал, что в городе Лысьва проживает с 1999 года, К. знает как односельчанина. Общался с ним и с Н., как с земляками. В какую одежду они одевались в тот период, не помнит. С Р1. знаком с 2005-2006 года, они пытались организовать совместный бизнес, но в связи с финансовыми обстоятельствами совместную деятельность прекратили. П2. знает как криминального авторитета. О конфликте в кафе «***» ему ничего неизвестно. С Р1. про конфликт и об убийстве П1. не разговаривал. С Г2. был знаком, в его окружении был М3. До смерти Г2. других авторитетов среди азербайджанцев в городе Лысьва не было. В 2010 году его задерживали сотрудники полиции за незаконную рубку леса. В ИВС он познакомился с П2., который постоянно писал жалобы на М12., Ш6., Г2. Знает, что К. работал на заготовке леса, занимался спортом, спиртное не употреблял, ездил на машинах ВАЗ-2110, ВАЗ-217030 «Приора». В один из дней летом 2018 года ехал на машине с К., позвонил П2., просил довезти до «Дома спорта». Они подъехали к нему, он сел в машину, начал говорить про Г2. 

К. ему сказал: «Сам знаешь, где Г2., иди к нему и разговаривай, я с ним не общаюсь». Очевидцем каких-либо встреч или конфликтов между К. и П2. он не являлся. Знает, что П2. и Р1. общаются друг с другом, постоянно вместе, он с ними по настоящему уголовному делу не общался.

А3. знает, он говорил, что у него есть знакомые в правоохранительных органах, нужно только платить и можно жить спокойно. Он отказался. Такой же разговор был и с К. Когда К. задержали, А3. наливал в своем кафе выпивку бесплатно. А3. азербайджанцы боятся, его часто видели с начальником ФСБ города Лысьва.

В 2018 году к нему приезжали П2. и Р1., ругали Г2. и Х. Он их выгнал, после этого с ними не встречался.

Свидетель М14. показал, что вместе с женой М7. 3 апреля 2009 года с 18-19 часов находились в квартире родителей П1., поужинали, затем уехали, а П1. с женой остались. В квартире находились: П1. с женой и ребенком, он с женой и ребенком, а также родители П1. Из квартиры П1. никуда не отлучался. Ему на телефон звонили его друзья. В этот день они с П1. созванивались.

В тот вечер П1. хотел ехать в «***», рассказывал, что в ближайшем будущем планирует уехать в г. Пермь, так как ему предлагают работу. Месяца за два до убийства П1. говорил, что его брат П2. должен его «заказать». У П1. и П2. был затяжной конфликт, причину которого назвать затрудняется, полагает, что на почве бизнеса. Последние два года они дни рождения вместе не справляли, к родителям вместе не ходили.

П1. недели за три до того как его убили, говорил, что его знакомый позвал решить проблему. Он приехал в кафе «***», конфликт был с А1. (Затем он рассказал, что проблемы решены). Когда и при каких обстоятельствах, в каком месте П1. ему это рассказал, не помнит. Через три дня после конфликта П1. встречался с А1. и они конфликт разрешили.

За месяц до убийства П1. подарил своему отцу машину. С Ш7. у П1. были неприязненные отношения, он запрещал своей сестре (М7.) общаться с ней. У Ш7. и П2. личные отношения.

В настоящее время с Г10., Х. они с женой общаются в компаниях общих знакомых.

После оглашения сведений о телефонных соединениях абонента М14. показал, что к родителям П1. они с женой пришли около 20 часов, сам П1. пришел к родителям около 21 часа, может чуть позже.

Свидетель Г12. показал, что знаком с Н., с К. не знаком. Познакомился с Н. в 2016-2017 году, когда отбывал наказание в местах лишения свободы, в городе Лысьва его не видел. Сам он был осужден по одному приговору с С1., который в 2010 году передал ему одноствольный обрез охотничьего ружья 16 калибра. Откуда у С1. был этот обрез, ему неизвестно. Когда освободился из мест лишения свободы, С1. сообщил ему о том, что его заставили дать показания, и он является свидетелем по уголовному делу по факту убийства П1. Он рассказал С1., что к нему тоже приезжали сотрудники полиции, спрашивали про Н., про обрез. 

Были оглашены пояснения гражданки Г13., полученные в результате проведения поквартирного обхода сотрудниками ОУР, из которых следует, что она проживает по адресу: г. Лысьва, ул. ****, около 22 часов 20 минут слышала хлопки во дворе, но в окна не выглядывала, так как подумала, что это фейерверк (т. 1 л.д. 20 об.)

Из оглашенных показаний свидетеля Ш5. (т. 15 л.д. 53-58) следует, что в апреле 2009 года он проживал в городе Лысьва в доме № ** по улице ****. 3 апреля 2009 года он употреблял спиртные напитки, около 23 часов вышел из дома и пошел за пивом в магазин «***», перешел проезжую часть, подошел к остановке общественного транспорта, услышал громкий хлопок, похожий на выстрел из огнестрельного оружия. Времени было около 23 часов 5-10 минут. Он обернулся, и на участке дороги между домами № ** по улице **** и № ** по проспекту ****, ближе к проезжей части улицы ****, увидел мужчину, бегущего от дома № ** по проспекту **** в сторону проезжей части улицы ****. Затем мужчина упал на землю, и к нему подбежали два человека, один из которых произвел выстрел из оружия в лежащего на спине мужчину. Всего он слышал не менее трех выстрелов. Впоследствии он узнал, что было совершено убийство П1.

После произведенных выстрелов мужчины перебежали проезжую часть дороги между ТЦ «***» и домом № ** по улице ****, пробежали во двор и скрылись. От него до места происшествия было 30-35 метров. Стрелявших мужчин описать не может, видел только силуэты. Понял, что стреляли из короткого оружия, пистолета или обреза. Уличное освещение не работало, черты лиц стрелявших не мог увидеть. Оба стрелявших были в темной одежде, лица их не были закрыты. Бежали они быстро, как могут бегать молодые и здоровые люди. Описываемые события длились не более 2-3 минут.

В апреле 2009 года и в ночь убийства П1. перед крыльцом кафе «***» имелось освещение. На фасаде здания кафе имелись фонари, которые освещали вход в кафе и прилегающую к зданию территорию. 

Из оглашенных показаний свидетеля Н1. (т. 1 л.д. 80 -81) следует, что 3 апреля 2009 года около 22 часов 30 минут он находился в автомобиле на стоянке около кафе «***». В это время услышал 2-3 хлопка, затем еще два хлопка, понял, что это выстрелы. Выстрелы доносились со стороны улицы ****. Он смотрел в направлении улицы и увидел еще два выстрела (вниз) в направлении асфальта. Было темно, улица и проезжая часть не освещалась. После выстрелов он увидел двух убегающих мужчин. Они бежали друг за другом в сторону двора дома № ** по проспекту ****. Слышал, как один кричал второму «побежали». Голос был мужской, обычный, без характерных признаков. Из машины не выходил, мужчины бежали от него на расстоянии 40-45 метров. Одежду их описать не может, но один был выше, второй - ниже. Он позвонил в «скорую помощь», сообщил, что убили человека, ему ответили, что такое сообщение уже получено. 

В судебном заседании исследованы представленные в уголовном деле доказательства, среди которых:

протокол осмотра места происшествия, согласно которому 4 апреля 2009 года осмотрен участок между домом № ** по ул. **** и домом № ** по проспекту **** в 

<

...>, где обнаружен труп П1. с телесными повреждениями, под трупом и возле трупа обнаружены и изъяты пуля, патрон, три гильзы;

протокол осмотра трупа, согласно которому 4 апреля 2009 года осмотрен труп П1., установлено наличие повреждений на теле и одежде;

протокол осмотра документов, согласно которому осмотрена информация филиала ОАО «МТС» в Пермском крае о входящих, исходящих электросоединениях и местоположении 3 апреля 2009 года абонентского номера **, находившегося в пользовании Н.; осмотра информации филиала ОАО «Уралсвязьинформ» в Пермском крае о входящих и исходящих электросоединениях и местоположении абонентского номера, находящегося в пользовании П1.;

протокол осмотра предметов и документов, согласно которому была осмотрена информация на CD-R-дисках и бумажных носителях с детализацией телефонных соединений абонентских номеров, находившихся в пользовании свидетелей М9., Ш4., М8., подсудимого К.;

другие протоколы выемки и осмотра предметов, документов, представленные стороной обвинения;

протоколы осмотра и прослушивания фонограмм телефонных переговоров К. и М9., Ш4. и М8.;

заключение судебно-медицинского эксперта от 3 июня 2009 года, согласно выводов которого П1. причинены указанные телесные повреждения, от которых он скончался;

заключение эксперта № ** от 14 мая 2009 года о криминалистическом исследовании двух патронов, изъятых в ходе осмотра места происшествия и выемки и выводов о том, что они являются патронами заводского изготовления калибра 9 мм к пистолетам ФИО3 и ФИО4; фрагменты дробин, дробины заводского изготовления, пыжи-концентраторы 16 калибра заводского изготовления, предназначенные для снаряжения охотничьих патронов к гладкоствольному огнестрельному оружию;

заключение эксперта № ** от 31 июля 2009 года по исследованию следов выстрела на одежде потерпевшего.

Давая оценку представленным доказательствам, суд приходит к следующему.

Обстоятельства причинения смерти П1. установлены судом с достаточной полнотой.

Сторонами не оспаривается, что в указанном органами предварительного расследования месте и указанным способом двумя лицами, с применением огнестрельного оружия, было совершено убийство П1.

Вместе с тем, суд приходит к выводу о том, что единственным прямым доказательством того, что убийство П1. было совершено именно Н. и К., представленным стороной обвинения, являются показания очевидца преступления – свидетеля Е1. 

Из показаний свидетеля Е1. в судебном заседании следует, что 3 апреля 2009 года нападавших на П1. он наблюдал, находясь на крыльце магазина-кафе ТЦ «***». Рядом с ним находились сотрудники ДПС Д1. и А4. Один из них побежал в сторону, куда скрылись преступники, второй к машине. 

Показания свидетеля Е1. в данной части опровергаются показаниями свидетелей Д1. и А4., которые пояснили, что 3 апреля 2009 года они работали в составе наряда ДПС ГИБДД. После 22 часов вместе с Е1. они находились в магазине «***», где приобрели выпечку и кофе. Первым из магазина вышел Е1., за ним Д1., затем А4.

ФИО5 пояснил, что услышал выстрел, когда направился от крыльца магазина к патрульной автомашине. А4. показал, что хлопки услышал, когда шел на выход из магазина, на крыльце Е1. сказал, что был свидетелем того, как двое напали с оружием на человека и расстреляли его.

Как Д1., так и А4. утверждают, что сразу же сели в патрульный автомобиль, на котором выдвинулись в сторону улицы ****, в направлении, куда убежали преступники.

При таком положении утверждения Е1. о том, что бежавших преступников вместе с ним могли наблюдать сотрудники ДПС А4. и Д1., не имеют своего подтверждения.

Кроме того, в судебном заседании свидетель Е1. показал, что длина ТЦ «***» со стороны улицы **** составляет около 10 метров, преступники пробегали от него на расстоянии 5-7 метров, он их видел, поскольку фонарь над его головой светил в сторону домов № ** и ** по ул. ****, освещение было на ТЦ «***», свет отражался от витрин.

В данной части показания Е1. опровергаются следующими доказательствами:

техническим паспортом на здание ООО «Торгово-сервисный центр «***», расположенное по адресу: город Лысьва, проспект ****, из которого следует, что длина здания со стороны улицы **** составляет вместе с пристроем 32,61 метра;

показаниями свидетелей Д1., А4., М4., К3., Н1. о том, что в ночное время в ТЦ «***» работал только один магазин. Вход в магазин располагался со стороны улицы ****, ближе к проспекту ****. Над входом в магазин был фонарь, освещающий крыльцо и сам вход. 

Из показаний свидетелей Д1., А4., Г3., Е2., М5., М4., Ш1., Ш5. следует, что, скрываясь с места убийства П1., преступники пробежали между ТЦ «***» по адресу проспект **** дом № ** и домом № ** по улице ****, то есть справа относительно ТЦ «***», в противоположной стороне от крыльца магазина-кафе. 

Поэтому, расстояние между Е1. и бежавшими преступниками должно составлять более 32 метров, а не 5-7 метров, как заявлено Е1.

Свидетель Н5. указывает, что со стороны улицы **** ТЦ «***» имел бетонную глухую стену, что полностью соответствует данным технического паспорта объекта. Тем самым показания свидетеля Е1. в части того, что стеклянные витрины отражали свет наружного освещения, полностью опровергаются.

Свидетель защиты А8. пояснил, что привез на машине Е1. к ТЦ «***», припарковал машину рядом с крыльцом магазина. Он находился в машине, Е1. стоял на крыльце в 3-4 метрах от машины, разговаривал по телефону. Когда услышал хлопки, заметил силуэты двух бегущих людей, пробежавших через дорогу во дворы. Они бежали не останавливались. Расстояние от машины до стрелявших и до места, где находился труп, было около 100 шагов, от машины до бежавших во дворы - приблизительно 60 метров. Одежду не разглядел, уличного освещения в тот день не было. Свет был только над крыльцом у входа в магазин «***». Е1. был ближе к стрелявшим чем он, приблизительно на 5 метров. Видел, что до этого в магазин заходили сотрудники ДПС ГИБДД, патрульную машину они поставили слева от его машины. Когда раздались хлопки, сотрудники ГИБДД стояли на улице, они сразу же поехали за убежавшими. Снега, дождя в тот момент не было, было пасмурно. На фасаде ТЦ «***» освещения не было. 

Таким образом, показания Е1. в судебном заседании и его заявление о расстоянии, с которого он наблюдал бегущих преступников и освещенности места, где бежали преступники, не имеют своего подтверждения, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании.

Противоречивыми, непоследовательными являются показания свидетеля Е1. и в части описания преступников, их одежды, действий каждого из них в ходе нападения на П1., возможности опознать преступников в лицо.

Не подтверждают утверждения Е1. и показания свидетеля Д1. об общении с Е1. после события преступления, поскольку Д1. не мог указать, о чем именно ему сообщил Е1., при этом пояснил, что об опознании Е1. одного из преступников ему сообщил следователь.

Так, из показаний Е1. данных непосредственно после совершения преступления 4 апреля 2009 года следует, что опознать преступников он не может по причине темноты и отсутствия уличного освещения. Е1. указывает, что нападавшие - мужчины ростом 165-170 см, среднего телосложения, один был одет в куртку черную тканевую до бедер, второй – пальто черное драповое, чуть выше колен, шапка черная вязаная, черные штаны. Это все, что он запомнил из одежды и примет мужчин.

В показаниях от 7 сентября 2017 года Е1. указывает, что первый мужчина в его сторону не поворачивался, лица его он не разглядел, он был одет в темную куртку, темные штаны и вязаную шапку. Второй бежал и что-то прятал за пазухой, возможно, обрез, из которого стрелял. Был одет в пальто черного цвета длиной выше колена, кепку (восьмиклинку). Пробегая мимо него, он повернулся лицом и попал под освещение фонаря над крыльцом магазина «***», остановился на долю секунды, посмотрел в его сторону и побежал дальше. Он разглядел черты лица и может с уверенностью сказать, что данный мужчина был не славянской внешности, внешность запоминающаяся. 

В последующих показаниях 31 октября и 7 ноября 2017 года Е1. утверждает, что человеком, черты лица которого он разглядел, это Н., с которым ранее он знаком не был.

Давая показания 11 декабря 2018 года Е1. сообщает, что оба нападавших побежали в сторону магазина «***», перебежали дорогу по улице **** на расстоянии 5-8 метров от него и сотрудников ДПС. Это были Н. и К. Какое оружие было у каждого из них, сказать не может. Кто стрелял из обреза, а кто из пистолета, точно не знает. Оружие отчетливо не видел. Рост Н. около 180 см, К. около 165 см. Н. был одет в пальто темного, черного цвета чуть выше колена, темные брюки, на голове кепка – восьмиклинка черного цвета. К. был одет в куртку черного цвета, темные брюки, вязаную шапку. При этом К., а не Н., как он указывал в предыдущих показаниях, что-то прятал под одеждой. Н. бежал первым, К. за ним. Они, пробегая мимо них, повернулись лицом, посмотрели в их сторону. С учетом наличия искусственного освещения, было отчетливо видно их лица. Это были лица кавказской национальности.

Из анализа показаний Е1. от 11 декабря 2018 года следует, что из обреза ружья выстрелы в П1. производил К. Это противоречит его собственным показаниям, данным ранее и предъявленному подсудимым органом предварительного расследования обвинению, согласно которому К. стрелял в П1. из неустановленного переделанного или самодельного огнестрельного нарезного оружия, а Н. производил выстрелы из неустановленного гладкоствольного огнестрельного оружия (обреза ружья). 

Имеются и противоречия в показаниях Е1. относительно действий нападавших на месте преступления. В первоначальных показаниях оба нападавших стреляли в потерпевшего, стоя около головы П1., далее первый нападавший выстрелов не производил в упавшего П1., пробежал мимо, стрелял в П1. второй из преступников, в последующих показаниях один из преступников стоял у головы П1., второй в районе ног потерпевшего с выстрелили ему в голову. 

Оценивая показания свидетеля Е1., о достаточности освещения на месте преступления для опознания им нападавших, суд также приходит к выводу об их недостоверности, поскольку они противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Результаты осмотра места происшествия и показания допрошенных лиц, как в судебном заседании, так и на предварительном следствии свидетельствуют, что 3 апреля 2009 года в ночное время на месте происшествия уличного освещения не было, погода была пасмурная, над входом в магазин-кафе «***» имелся фонарь, который освещал крыльцо и вход в магазин. Из фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия видно, что из окон домов свет прилегающую территорию не освещает, а лиц людей на фотографиях, на которых не попадает прямой свет фар автомашин, различить невозможно (т. 1 л.д. 52, 54-55). 

Свидетель Ш3., которая являлась руководителем следственной группы и осматривала место происшествия, указывает, что осмотр проводился в темное время суток, уличного освещения не было, возможно были осадки, освещение по улице ****, у остановки и около магазина-кафе «***» отсутствовало, было ли освещение на здании ТЦ «***», не помнит. 

Свидетель Н5. показал, что в здании ТЦ «***» на апрель 2009 года был магазин, расположенный со стороны улицы ****, ближе к проспекту ****. В день убийства П1. он был на месте происшествия, видел сотрудников полиции, фонари уличного освещения на улице **** не горели. По периметру здания под крышей имелись фонари квадратной формы, расположенные через 3-4 метра друг от друга, они освещали основание здания на расстоянии около 1 метра. Со стороны улицы **** была бетонная стена. 

Из оглашенных показаний свидетеля Н1. (т. 1 л.д. 80-81) следует, что 3 апреля 2009 года около 22 часов 30 минут он находился на переднем пассажирском сиденье в автомобиле на стоянке около кафе «***», было темно, улица и проезжая часть не освещались. 

Из оглашенных показаний свидетеля Ш5. (т. 15 л.д. 53-58) следует, что в ночь убийства П1. перед крыльцом магазина «***» имелось освещение, на фасаде здания имелись фонари, которые освещали вход в кафе и прилегающую к зданию территорию. 

Свидетель М12. пояснил, что в вечернее время находился в машине на парковке у магазина «***», расстояние от его автомашины до трупа составляло примерно 50 метров, как освещался вход в магазин, не помнит, но освещения от ТЦ «***» не хватало, чтобы осветить место, где лежал труп. Когда он находился на месте происшествия, разглядеть лица людей можно было с расстояния около 5 метров, на улице было пасмурно. Он выехал с парковки ТЦ «***» вслед за сотрудниками ДПС, поставил свою машину с включенным дальним светом фар, чтобы освещать место преступления, после чего приехали сотрудники ДПС, милиции, скорой помощи.

Остальные допрошенные по делу свидетели какой-либо существенной информации, отличающейся от изложенной в показаниях указанных лиц, не представили, либо прибыли и обратили внимание на место преступления после того, как его уже освещали светом фар подъезжающие автомашины.

Из представленных в уголовном деле и исследованных в судебном заседании протоколов проверки показаний на месте с участием свидетеля Е1. от 7 ноября 2017 года (том № 5, л.д. 8-14), следственного эксперимента от 12 февраля 2018 года (том № 5, л.д. 180-184), следственного эксперимента от 10 апреля 2019 года (том № 15, л.д. 1-8), просмотра видеозаписей к указанным следственным действиям, следует, что Е1., каждый раз указывал разные места, с которых он наблюдал лица преступников, убивших П1. 

Материалами уголовного дела, показаниями свидетелей достоверно установлено, что Е1. в момент совершения преступления находился на крыльце магазина «***», расположенного на углу здания ТЦ «***» слева по улице ****.

Однако, 7 ноября 2017 года при проверке показаний на месте Е1. прошел фактически до середины здания по улице ****, дальше остановки общественного транспорта, указывая, что находился именно здесь. Из фототаблицы к протоколу осмотра места происшествия от 8 апреля 2009 года (т. 1 л.д. 127) следует, что напротив входа в магазин-кафе «***», как и выше этого входа в сторону проспекта ****, не было остановки общественного транспорта. Допрошенные по указанным обстоятельствам свидетели утверждают, что остановка общественного транспорта находилась ниже, вправо от входа в магазин-кафе «***», ближе к двери магазина «***». 

Индивидуальный предприниматель К10. показала, что осуществляла торговлю игрушками и концтоварами в магазине «***» с августа 2007 года до июля 2009 года, напротив магазина через тротуар была расположена остановка общественного транспорта.

В судебном заседании, при выяснении причин такого несоответствия показаниям, данным при допросе в качестве свидетеля, Е1. показал, что это место им было выбрано в связи с тем, что с него лучше было видно место преступления, признает, что тем самым представил следствию некорректные сведения при проверке его показаний на месте.

При проведении следственного эксперимента 12 февраля 2018 года с целью проверки показаний свидетеля Е1. в части возможности увидеть лица преступников, в протоколе следователем указано, что следственный эксперимент проводится при отсутствии уличного освещения, что противоречит видеозаписи, на которой отчетливо видно наличие уличного освещения, снежного покрова, света из окон ТЦ «***», а также видно, что здание перестроено и со стороны улицы **** расположены витринные окна, проезжают машины со светом фар. Кроме того, следователь определил место, с которого свидетель Е1. наблюдал лица преступников, которое не соответствует показаниям свидетеля. При исследовании видеозаписи хода проведения данного следственного действия обращает внимание на себя и то, что даже от указанного следователем местонахождения свидетеля Е1. до ближайшего возможного места, где пробегали преступники, не менее 30 шагов. Суд приходит к выводу, что сведения, изложенные в протоколе следственного эксперимента от 12 февраля 2018 года не соответствуют обстановке на месте преступления, в день его совершения, являются противоречивыми и не могут служить доказательством виновности Н. и К. в совершении преступления.

При проведении следственного эксперимента 10 апреля 2019 года следователем Е1. было вновь предложено указать место, с которого он наблюдал преступников и увидел их лица. Е1. указал не на крыльцо магазина «***», где, как установлено в судебном заседании на момент совершения преступления 3 апреля 2009 года он находился, а на место, являвшееся в 2009 году пристроем к ТЦ «***». Как следует из показаний свидетеля Н5., данных технического паспорта объекта и установлено в судебном заседании, пристрой был в противоположной стороне от крыльца магазина-кафе «***». Даже несмотря на это, экспериментальным путем установлено, что с расстояния 27 метров при наличии уличного освещения невозможно рассмотреть черты лица человека, а при отсутствии уличного освещения, то есть при воссоздании обстановки, соответствующей условиям видимости на момент преступления, невозможно увидеть лица (различить черты лица) и с расстояния от 6,4 до 7,3 метра.

Таким образом, из анализа показаний свидетеля Е1. следует, что в них имеются противоречия, которые невозможно устранить и логично объяснить. Противоречия эти касаются существенных обстоятельств дела, а именно: описания роста преступников, одежды каждого из них, порядка их передвижения, их действий в момент убийства П1., видимости на месте преступления, его собственного его собственного места положения в момент преступления. Кроме того, изначально заявив о том, что не сможет опознать нападавших, в дальнейшем ни в одном из протоколов допросов Е1., в дальнейшем, заявляя обратное, не поясняет, по каким именно приметам опознает преступников, указывая, что это лица кавказской национальности с характерными чертами лица, ни одну из этих черт он не называет. 

Объяснения Е1. о том, что ему не задавали вопросов о том, может ли он опознать преступников, опровергаются протоколами его допросов, из которых следует, что эти сведения у него выяснялись, данные вопросы ему задавались, и он давал на эти вопросы ответы.

При названных обстоятельствах показания Е1. в судебном заседании и на предварительном следствии являются противоречивыми, непоследовательными и не могут быть положены в основу обвинительного приговора.

Показания свидетеля К1. об обстоятельствах убийства П1., ставших ему известными со слов самих подсудимых, вызывают у суда сомнения в своей достоверности, поскольку не имеют своего объективного подтверждения, их правдивость невозможно проверить, с помощью других доказательств. Прямых, косвенных доказательств, не вызывающих сомнений и подтверждающих полностью либо частично сведения, изложенные в показаниях К1., либо возможность получения таких сведений, материалы уголовного дела не содержат. 

Кроме того, показания К1. об обстоятельствах, месте и времени общения со свидетелем А2., в ходе которого тот сообщил информацию о причинах конфликта между П1. и Н., о конкретных обстоятельствах избиения Н. П1., поведении участников конфликта 28 марта 2009 года, опровергаются показаниями не только самого А2., но и свидетелями Г5., Г4., Г1., А11. Свидетель А2. не только отрицает факт общения по поводу убийства П1. с кем либо, кроме своего родственника А11., но и то, что он после 29 марта 2009 года, вообще находился в городе Лысьва и на территории Пермского края. Свидетель Ш4. пояснил, что в сентябре 2009 года он находился в кафе «***», однако, хозяином там был другой человек. Свидетель А11. показал, что А2. его двоюродный брат, в ночь с 28 на 29 марта 2009 года он позвонил, сказал, что уезжает в Башкирию. Больше он его в городе Лысьва не видел.

По этим причинам у суда возникают сомнения в достоверности показаний свидетеля К1., а также потерпевшего П2., свидетелей П9., Р1. относительно того, что они могли видеть А2., и общаться с ним непосредственно в период с 28 марта 2009 года и позднее в городе Лысьва, либо в другом месте на территории Пермского края.

При этом суду не представлено сведений и не приведено каких-либо обоснованных доводов, позволяющих опровергнуть либо усомниться в правдивости показаний А2., А11. о том, что после 5 часов 29 марта 2009 года А2. в городе Лысьва не было.

Не может суд признать убедительными утверждения свидетеля Р1. о том, что о конфликте между азербайджанцами и П1. у кафе «***» он узнал от А12., об обстоятельствах избиения П1. Н. от М2., о причастности Н. к убийству П1. от Г7. по следующим основаниям. 

При допросе в качестве свидетеля А12. сообщил, что о конфликте в кафе «***» ему неизвестно, он там не был и с Р1. об этом конфликте не разговаривал. Обстоятельства конфликта, о которых заявляет Р1., а именно, что П1.: «Избил Н., выбил зубы, плюнул», опровергаются свидетелями конфликта между П1. с одной стороны и Н., А1. с другой.

Ссылка Р1. на то, что об этих обстоятельствах ему сообщил М2. в 2009 году, вызывает сомнения, поскольку М2. умер в 2010 году, а при допросе в качестве свидетеля в 2009 году он следователю таких сведений не сообщал. 

Г7., на которого ссылается Р1. как на источник своей осведомленности о причастности Н. к убийству П1., также умер. Проверить достоверность показаний Р1. в этой части не представляется возможным, объективных доказательств, позволяющих без сомнения признать, что такого рода общение с названными Р1. лицами имело место, не представлено.

Не находят своего подтверждения заявления Р1. о разговоре с М7., в ходе которого она сообщила о том, что 2 апреля 2009 года Х. звонил П1., хотел отдать ему деньги за наркотики, а так же что Х. угрожал ей и она вынуждена была обращаться с заявлениями на имя первых руководителей правоохранительных органов.

М7. в своих показаниях опровергает эти факты и какими-либо материалами дела, иными доказательствами, данные показания Р1. не подтверждаются, а имеющиеся в материалах уголовного дела заявления от имени М7., по её собственному заявлению в суде, она не подписывала и утверждает, что подписи в данных заявлениях не её, что можно определить и визуально, без каких-либо сравнительных исследований. У суда эти утверждения М7. не вызывают сомнений.

Не представлено новых доказательств виновности Н. и К. свидетелями обвинения Я3. и Ш7.

Я3., как и Р1. об обстоятельствах конфликта у кафе «***» между П1. и Н., А1., стало известно от лиц, которые подтвердить данные сведения не могут по причине того, что умерли. Другими сведениями описываемые ими со слов умерших Г7. и М2. факты, не подтверждаются. 

Об обстоятельствах убийства П1. и причастности к преступлению Н., им, якобы, также стало известно от Г7., который умер. При этом ни Я3., ни Р1., по их словам, родственниками, близкими людьми с Г7. не были, источники осведомленности Г7. об обстоятельствах преступления, мотивах преступников и лицах, совершивших преступление, им также неизвестны.

В судебном заседании была допрошена свидетель Ш7., показания которой не имеют своего подтверждения, а её заявление о нахождении в квартире родителей П1. 3 апреля 2009 года в вечернее время, полностью опровергается показаниями М7., П3., П8., П7., П9. и другими доказательствами. Суд считает показания Ш7. недостоверными, кроме того, она не сообщает ничего, что подтверждало бы причастность подсудимых в убийстве П1.

Суд считает, что показания Р1., Я3., Ш7. являются противоречивыми. Их показания опровергаются представленными в деле доказательствами, показаниями других свидетелей, как защиты, так и обвинения. Оснований для того, чтобы безусловно доверять показаниям Р1., Я3., Ш7. и признать их имеющими значение для дела, у суда не имеется.

Показания потерпевшего П2. в части описываемых им событий, вызывают у суда сомнения в их достоверности.

При анализе показаний потерпевшего П2. обращает на себя внимание их противоречивость. П1. заявляет, что об обстоятельствах конфликта в кафе «***» ему стало известно от Ш2., а так же от своих отца, матери, сестры, им об этих событиях сообщили М2., Г1., Г4.

При этом П2. описывая ставшие ему известными события, произошедшие в кафе «***», указывает, что П1. ударял Н. ногами, порвал на нем одежду, выбил зубы, а Н., в свою очередь, угрожал П1. убийством. Аналогичным образом, теми же словами описывает события в кафе «***» Р1., о причинах недоверия показаниям которого в данной части суд указал выше.

Как уже было отмечено ранее, свидетель М2. умер. Свидетель Г1. о событиях конфликта у кафе «***» пояснил, что между П1. и Н. началась словесная перепалка. Он направился внутрь кафе, стоял в проходе, у входной двери, чтобы другие лица не вышли на улицу и не спровоцировали конфликт. Он слышал, как Н. в грубой нецензурной форме что-то начал доказывать П1., громко кричал. Затем он увидел, как П1. нанес один удар кулаком в область лица Н. и один удар кулаком в область лица второму мужчине. В результате Н. и мужчина упали на землю. После этого П1. поднял их, он и вышеуказанные лица поговорили, пожали друг другу руки. П1. сказал им, чтобы они больше не обижали А2. 

Свидетель Г4. пояснил, что присутствовал около кафе «***», где между П1. и двумя незнакомыми ему лицами кавказской национальности произошел конфликт, в ходе которого П1. ударил сначала одного, затем второго. Причина конфликта ему неизвестна, от П1. стоял на расстоянии 5 метров, с ним был Г1.

Описание событий 28 марта 2009 года в вечернее время около кафе «***» свидетелями, которые непосредственно их наблюдали, в основной части полностью совпадают не только между собой, но и с показаниями А2., не противоречат они и показаниям подсудимого Н.

Свидетель Ш2. также опровергает показания П2. Он показал на предварительном следствии и в судебном заседании, что об обстоятельствах конфликта в кафе «***» ему ничего неизвестно, он там не был.

Свидетели М7., П8., П7. о том, что им известно о конкретных обстоятельствах, которые произошли 28 марта 2009 года у кафе «***», между П1. и Н., на предварительном следствии ничего не поясняли. Допрошенная в судебном заседании свидетель М7. также об этих событиях ничего не поясняла.

При данном положении показания потерпевшего П2. об известных ему со слов указанных им лиц обстоятельствах событий, произошедших у кафе «***» 28 марта 2009 года между П1. и Н., А1. вызывают сомнения в своей достоверности.

Потерпевший П2. утверждает, что П1. забрал автомашину ГАЗ-3110 «Волга» у Х. и подарил своему отцу на день рождения в 2008 году. Об этом говорит и свидетель Ш7.

Данные утверждения полностью опровергаются показаниями П7., П8., Х., из показаний которых следует, что автомашину ГАЗ-3110 «Волга» П1. решил приобрести у Х. в марте 2009 года и в тоже время П1. забрал эту автомашину для ремонта, документы на машину оставались у Х., 3 апреля 2009 года, когда деньги за машину были уже выплачены, Х. в вечернее время передал П1. документы на автомашину. При этом ФИО6 П7., П8. утверждают, что сами просили сына забрать документы у Х. и на следующий день, то есть 4 апреля 2009 года собирались регистрировать автомашину, их показания подтверждает и жена П1. – П3.

Утверждения свидетеля Ш7., потерпевшего П2. о том, что в течение всего вечера П1. постоянно звонил Х., который контролировал его передвижение, пытался вызвать его из дома, чтобы сообщить о его местонахождении К. или другим лицам, основаны на предположениях и догадках, поскольку опровергаются показаниями свидетелей, представленными в деле доказательствами. Эти утверждения опровергают свидетели, которые в течение всего дня 3 апреля 2009 года находились с П1., а именно: его отец П7., мать П8., жена П3., сестра М7., свидетель Х. 

Кроме того, из детализации телефонных соединений за 3 апреля 2009 года, осмотра информации филиала ОАО «Уралсвязьинформ» в Пермском крае о входящих и исходящих электросоединениях и местоположении абонентского номера (том № 2 л.д. 55-56), следует, что П1. звонил Х. дважды 3 апреля 2009 года в 22 часа 19 минут и в 22 часа 53 минуты, входящих звонков от Х. на телефон П1. в этот день не поступало. 

Обращает на себя внимание и тот факт, что о причастности последовательно Н., а затем К. к убийству П1. стало известно Р1. и Я3. от П2. Это следует из анализа их показаний и описания практически одними и теми же фразами событий, о которых им стало известно из разных источников. При этом, лица, от которых им, якобы, стали известны сведения, умерли, а источник их информированности неизвестен. Суд при таком положении лишен возможности проверить достоверность указываемых Р1. и Я3. сведений, а при отсутствии иных доказательств, подтверждающих утверждения потерпевшего и свидетелей, не может без сомнения признать их убедительными и подтверждающими виновность подсудимых.

Что касается протоколов осмотра информации на CD-R-дисках и бумажных носителях с детализацией телефонных соединений, осмотра и прослушивания фонограммы, а так же сведений, содержащихся в протоколах осмотра и прослушивания телефонных переговоров, то допрошенные лица, а именно: М9., а также М8., Ш4. на предварительном следствии и в судебном заседании дали показания о том, что по телефону обсуждали слухи, какими-либо данными о причастности К., Н. к убийству П1. не обладают, обсуждаемые сведения им известны от допрашивавших их сотрудников правоохранительных органов. Данные протоколы самостоятельного значения для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу не имеют и без подтверждения совокупностью иных доказательств о виновности Н. и К. в совершении инкриминируемых каждому из них преступлений не свидетельствуют.

Оснований сомневаться в правдивости и обоснованности выводов экспертов, проводивших судебно-медицинские и криминалистические исследования, не имеется. Данные выводы никем не оспариваются, однако, представленные в уголовном деле заключения экспертов сами по себе о причастности Н. и К. к убийству П1. не свидетельствуют.

Подсудимый К. в судебном заседании показал, что у него не имелось каких-либо неприязненных отношений с П1., дружеских отношений с К. у него также не было. При конфликте у кафе «***» он не присутствовал. 3 апреля 2009 года он в вечернее время был с Ч1. и её знакомой по имени Я1. В тот вечер ему, как земляку, позвонил Н. попросил занять денег. Так как у Ч1. денег не было, он поехал по городу, поискать знакомых таксистов, попросить у них денег. После этого еще звонил несколько раз, разным людям, в том числе Н., сказал, что денег нет.

Подсудимый Н. в судебном заседании утверждал, что 3 апреля 2009 года во время убийства П1. находился в другом месте, указывает, что покупал продукты, увез их в д. ****, что ему в это время звонил отец. С К. поддерживал отношения как с земляком, он значительно старше его, дружеских отношений не поддерживали. 

Данные показания подсудимых, с учетом наличия объективных сведений о том, что они созванивались друг с другом в установленный органом предварительного расследования период времени убийства П1., а так же и в период, когда они предположительно убегали друг за другом с места преступления, не опровергнуты.

Показаниям подсудимого Н. не противоречат и показания специалиста К12., который пояснил, что в 2009 году особенность локации абонента относительно базовой станции сотовой связи определялась не корректно, без указания соты, поэтому определить направление движения абонента, его перемещения точно нельзя и местоположение определить сложно. Вышка базовой станции сотовой связи имеет три антенны, каждая отвечает за определенный ей азимут. Сигнал связи может быть принят любой из трех антенн.

Проанализировав показания потерпевшего П2., свидетелей Е1., Я3., Д1., М6., Р1., К1., Ш7., суд пришел к выводу о том, что они не могут служить объективным подтверждением предъявленному Н., К. обвинению, поскольку неконкретны, противоречивы, основаны в основном на догадках и предположениях, не подтверждены другими объективными данными, и явно недостаточны для бесспорного вывода о доказанности вины подсудимых в инкриминируемых им деяниях.

Обосновывая свой вывод о виновности подсудимых Н. и К. в инкриминируемых каждому из них деяний, органы следствия, наряду с протоколами осмотра места происшествия, изъятия и осмотра одежды потерпевшего, актами судебно-медицинских, криминалистических, баллистических и других экспертиз, сослались на показания свидетелей П3., М4., Е2., М5., Ш1., Г3., К3., А4., Н5., П4., А2., Г4., Г5., И1., М6., С1., А6., К1., Ш2., М7., Ш3., Ч1., А7., Ш4., М8., К4., С2., К6., Ш5., К5., Н1., М9., Г1.

Между тем, сами по себе протоколы осмотра места происшествия, изъятия и осмотра вещественных доказательств, заключения экспертов не указывают на причастность подсудимых Н. и К. к инкриминируемому им деянию.

Таким образом, показания данных свидетелей также не дают оснований для осуждения Н. и К., поскольку раскрывают лишь отдельные обстоятельства, связанные с взаимоотношениями подсудимых между собой и с П1., П2., обстановкой на месте преступления 3 апреля 2009 года, во время конфликта у кафе «***» 28 марта 2009 года. Они не имеют решающего доказательственного значения для суда, поскольку каких-то фактических данных, которые указывали бы определенно на подсудимых, как на лиц, совершивших указанные в обвинении действия, суду ими не представлено.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что по делу не исключена возможность совершения убийства П1. иными, неустановленными лицами. Причастность Н. и К. к совершению преступления представленными в деле доказательствами не установлена.

Предъявленное органами расследования обвинение К. по ч. 1 ст. 222 УК РФ также не нашло своего объективного подтверждения. Доказательств, позволяющих сделать вывод о причастности К. к описанному органом предварительного расследования деянию, в материалах уголовного дела нет и в ходе судебного следствия стороной обвинения не представлено.

Проанализировав таким образом представленные органами следствия доказательства, суд пришел к выводу, что вина подсудимых Н. и К. в убийстве П1. не подтверждена какими-либо неоспоримыми, объективными и достоверными доказательствами, а возникшие сомнения в виновности подсудимых неустранимы. 

В соответствии с ч. 3 ст. 49 Конституции Российской Федерации неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу подсудимого. 

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления, подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств. 

В связи с изложенным, подсудимых Н. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ и К. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона № 73-ФЗ от 21 июля 2004 года) надлежит оправдать на основании п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с непричастностью к совершению преступления. 

В соответствии с ч. 2 ст. 306 УПК РФ в связи с постановлением оправдательного приговора в удовлетворении гражданского иска потерпевшего П2. о взыскании в возмещение компенсации морального вреда 2 миллионов рублей следует отказать. 

В соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства: мобильные телефоны «SAMSUNG» и «PHILIPS» возвратить по принадлежности К.; складной нож, окурки сигарет, пачку из-под сигарет, гильзы, пули, дробь, контейнер патрона, патрон, куртку, толстовку, джинсовые брюки, плавки, сапоги, носки, компакт-диски с телефонными переговорами Ш4., К., диски с информацией об электросоединениях по абонентским номерам, листы с информацией об электросоединениях по абонентским номерам – хранить при уголовном деле

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 303, 304, 305, 306, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Н. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч.2 ст. 105 УК РФ, оправдать на основании п.1 ч.1 ст.27, п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ - в связи с его непричастностью к совершению преступления.

К. по предъявленному обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч.2 ст.105 УК РФ, ч.1 ст.222 УК РФ (в редакции Федерального закона № 73-ФЗ от 21 июля 2004 года), оправдать на основании п.1 ч.1 ст.27, п.2 ч.2 ст.302 УПК РФ - в связи с его непричастностью к совершению преступлений.

Избранную К. меру пресечения в виде заключения под стражу отменить, освободить его из-под стражи в зале суда.

Признать за Н. и К. право на реабилитацию, разъяснить им порядок возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.

В удовлетворении гражданского иска П2. о взыскании с Н. и К. компенсации морального вреда отказать.

Арест, наложенный на имущество К. – квартиру по адресу: ****, отменить.

Вещественные доказательства по уголовному делу: 

- складной нож, окурки сигарет, пачку из-под сигарет, гильзы, пули, дробь, контейнер патрона, патрон, куртку, толстовку, джинсовые брюки, плавки, сапоги, носки, компакт-диски с телефонными переговорами Ш4., К., диски с информацией об электросоединениях по абонентским номерам, листы с информацией об электросоединениях по абонентским номерам – хранить при уголовном деле; 

- мобильные телефоны «SAMSUNG» и «PHILIPS» возвратить К. 

Уголовное дело направить руководителю следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю для производства предварительного расследования и установления лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции в течение 10 суток со дня его провозглашения.

Председательствующий

Судьи