Дело № 2-3133/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 июня 2019 года г. Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Романовой Е.В., при секретаре Корельской С.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская областная клиническая больница» о признании незаконным и подлежащим отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская областная клиническая больница» о признании незаконным и подлежащим отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов.

В обоснование заявленных требований указала, что состояла с ответчиком в трудовых отношениях в должности провизора-технолога аптеки. Приказом от 09 апреля 2019 года № трудовой договор с ней расторгнут в связи с сокращением штата организации. 01 февраля 2019 года ей было вручено уведомление о сокращении. В период проведения процедуры сокращения работодатель не уведомил ее о наличии вакантной должности фармацевта. Основания для сокращения занимаемой ею должности у работодателя отсутствовали. Просила признать приказ об увольнении незаконным, восстановить ее на работе в должности провизора аптеки, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб., судебные расходы в размере 20 000 руб.

Истец ФИО1, извещенная о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явилась. Ее представитель ФИО2, действующий на основании доверенности, заявленные требования поддержал. Полагал, что основания для сокращения занимаемой истцом должности у работодателя отсутствовали. Указал, что работодатель не предложил истцу должность фармацевта, которую она могла бы занять при прохождении соответствующего обучения.

Представитель ответчика ФИО3 с иском не согласилась. Пояснила, что работодатель обязан предлагать работникам при проведении процедуры сокращения штата должности, соответствующие квалификации работника. Квалификация истца должности фармацевт не соответствовала в связи с отсутствием сертификата специалиста по специальности «Фармация».

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Заслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, заслушав прокурора Иванову Н.В., полагавшую заявленные требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.

В силу положений статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Согласно части 3 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по пункту 2 части первой настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации, в том числе о сокращении вакантных должностей, относится к исключительной компетенции работодателя. При этом расторжение трудового договора с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации) допускается лишь при условии соблюдения порядка увольнения и гарантий, предусмотренных в части третьей статьи 81, части первой статьи 179, частях первой и второй статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации (определения от 29 сентября 2011 года № 1164-О-О, от 24 сентября 2012 года № 1690-О, от 19 июля 2016 года № 1437-О, от 28 марта 2017 года № 477-О, от 27 февраля 2018 года № 350-О, от 29 мая 2018 года № 1295-О).

Исходя из анализа норм трудового законодательства, регулирующих вопросы увольнения работника в связи с сокращением штата или численности работников, для того чтобы применение данного основания увольнения работодателем было правомерным, необходимы одновременно пять условий:

действительное сокращение численности или штата работников организации, что доказывается сравнением прежней и новой численности, штата работников;

соблюдено преимущественное право, предусмотренное статьей 179 Трудового кодекса Российской Федерации;

работодатель предложил работнику имеющуюся работу (как вакантную должность или работу, соответствующую должность или нижеоплачиваемую работу);

работник был письменно под роспись предупрежден за два месяца о его увольнении;

работодатель предварительно запросил мнение выборного профсоюзного органа о намечаемом увольнении работника - члена профсоюза в соответствии со статьей 373 Трудового кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что ФИО1 состояла с ответчиком в трудовых отношениях, с 02 апреля 2017 года в должности провизора-технолога аптеки.

Приказом ответчика от 01 февраля 2019 года № 78 в штатное расписание учреждения внесены изменения, согласно которым с 09 апреля 2019 года исключена ставка должности провизора-технолога. 

01 февраля 2019 года истец была уведомлена о предстоящем сокращении.

Уведомление о сокращении истца также было направлено в ГКУ АО «Центр занятости населения г. Архангельска» и председателю профсоюзного комитета ГБУЗ АО «АОКБ» с приложением проекта приказа, штатного расписания.

Согласно части 2 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи рабочих дней со дня получения проекта приказа и копий документов рассматривает этот вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. Мнение, не представленное в семидневный срок, работодателем не учитывается.

Мнение относительно увольнения ФИО1 профсоюзным органом выражено не был, в этой связи не учитывается.

Истец уведомлялась о наличии вакантных должностей, соответствующих ее квалификации и нижестоящих должностях и наличии нижеоплачиваемой работы 01 февраля 2019 года, 05 марта 2019 года, 01 апреля 2019 года. Желание занять одну из предложенных должностей не выразила.

Приказом от 09 апреля 2019 года № ФИО1 уволена в связи с сокращением штата работников на основании пункта 2 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Полагая увольнение незаконным, истец указывает на то, что основания для сокращения занимаемой ею должности у работодателя отсутствовали.

Материалами дела, в частности штатными расписаниями по состоянию на 01 апреля 2019 года и 09 апреля 2019 года подтверждается, что должность провизор-технолог исключена из штатного расписания.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что факт сокращения должности провизора-технолога 09 апреля 2019 года нашел свое подтверждение. 

Работодатель в целях осуществления эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом вправе самостоятельно, под свою ответственность, принимать необходимые кадровые решения, обеспечивая при этом в соответствии с требованиями статьи 37 Конституции Российской Федерации, закрепленные трудовым законодательством гарантии трудовых прав работников.

С учетом данного обстоятельства, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 29 сентября 2011 года № 1164-О-О, от 24 сентября 2012 года № 1690-О, от 19 июля 2016 года № 1437-О, от 28 марта 2017 года № 477-О, от 27 февраля 2018 года № 350-О, от 29 мая 2018 года № 1295-О, принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации относится к исключительной компетенции работодателя и не подлежит судебной оценке.

В этой связи довод истца от отсутствии оснований для сокращения должности провизора – технолога подлежит отклонению.

В обоснование доводов о нарушении процедуры ее сокращения истец указывает на то, что не была уведомлена работодателем о наличии вакантной должности фармацевта.

Согласно приказу Минздравсоцразвития России от 23.07.2010 № 541н (в редакции от 09.04.2018) «Об утверждении Единого квалификационного справочника должностей руководителей, специалистов и служащих, раздел «Квалификационные характеристики должностей работников в сфере здравоохранения» требованиями к квалификации «Фармацевт» являются наличие среднего профессионального образования по специальности «Фармация» и сертификат специалиста по специальности «Фармация» без предъявления требований к стажу работы.

В силу положений пункта 3 статьи 100 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» до 1 января 2026 года право на занятие фармацевтической деятельностью в Российской Федерации имеют лица, получившие высшее или среднее фармацевтическое образование в Российской Федерации в соответствии с федеральными государственными образовательными стандартами и имеющие сертификат специалиста. 

Материалами дела подтверждается, что у истца имеется высшее образование по специальности «Фармация», присуждена квалификация «Провизор» 18 февраля 1997 года.

Сертификат специалиста по специальности «Фармация» у истца отсутствовал как по состоянию на период проведения работодателем процедуры сокращения, так и по состоянию на период рассмотрения дела и вынесения судом решения.

Довод представителя истца о том, что наличие сертификата специалиста по специальности «Фармация» для занятия должности фармацевта не требуется, является несостоятельным, основанным на неверном толковании положений статьи 69 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации». Пункт 5 статьи 69 названного Федерального закона, на который ссылается представитель истца, подлежит толкованию в системной взаимосвязи с пунктами 1 – 3 статьи 69, пунктом 1 статьи 100 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», указывающими на необходимость наличия сертификата по специальности «Фармация».

Согласно приказу от 11 февраля 2019 года № на должность фармацевта принята работник ФИО4, соответствующая предъявляемым квалификационным требованиям. 

С учетом изложенного квалификация истца не соответствовала должности фармацевт в связи с отсутствием сертификата специалиста по специальности «Фармация», соответственно у работодателя отсутствовала обязанность предлагать истцу вакантную должность фармацевта.

Довод представителя истца о том, что за период с 01 февраля 2019 года по 11 февраля 2019 года истец имела возможность пройти обучение для получения сертификата по специальности «Фармация» подлежит отклонению с учетом времени на прохождение такого обучения, поскольку истец не работала по специальности «Фармацевт» более пяти лет, соответственно для ее обучения требовалось не менее 250 часов. Кроме того, такое обучение не пройдено истцом, претендующей на должность фармацевта, и по настоящее время.

Согласно части первой статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с частью третьей статьи 81 Кодекса.

В соответствии с частью 3 статьи 81, частью 1 статьи 180 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность предложить работнику, должность которого подлежит сокращению, не любые вакантные должности, а вакантные должности, в том числе нижестоящие, соответствующие квалификации данного работника. При этом работодатель не обязан предлагать работнику вышестоящие должности, а также должности, которые потребуют дополнительного обучения, переобучения либо повышения квалификации.

В силу положений статьи 196 Трудового кодекса Российской Федерации необходимость подготовки работников (профессиональное образование и профессиональное обучение) и дополнительного профессионального образования, а также направления работников на прохождение независимой оценки квалификации для собственных нужд определяет работодатель. В этой связи у работодателя, осуществляющего подбор персонала, отсутствует обязанность предлагать работнику вакантные должности, которые не соответствуют квалификации работника, потребуют дополнительного обучения, переобучения либо повышения квалификации, как не предусмотрена и обязанность перевести увольняемого сотрудника на должность, которой он не соответствует по квалификационным требованиям на момент проведения процедуры сокращения с расчетом на то, что возможно в будущем после прохождения обучения сотрудник сможет выполнять работу по такой должности.

На иные нарушения процедуры ее сокращения истец не ссылается, судом не установлены.

Поскольку факт сокращения занимаемой истцом должности нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, процедура сокращения работодателем соблюдена, нарушений не допущено, основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская областная клиническая больница» о признании незаконным и подлежащим отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Архангельска.

Мотивированное решение суда изготовлено 01 июля 2019 года.

Судья Е.В. Романова