Дело № 2-2318/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Киров 05 июня 2018 года

Ленинский районный суд г. Кирова в составе:

судьи Бронниковой О.П., 

при секретаре Ереминой А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании процессуальных издержек, компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании процессуальных издержек, компенсации морального вреда. В обоснование требований указала, что 13.12.2017 г. в отношении нее был вынесен оправдательный приговор по уголовному делу, возбужденному на основании заявления частного обвинителя ФИО2 по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления. Считает, что обращение ФИО2 с заявлением в порядке частного обвинения не было направлено на защиту нарушенного права, с ее стороны имело место злоупотребления правом, было направлено на причинение истцу вреда, страданий, необоснованного взыскания денежных средств. За время судебного разбирательства ей причинены нравственные страдания, испытывала стресс, тревогу, в отношении нее производились запросы о наличии (отсутствии) судимости, справки о нахождении на наркологическом, психиатрическом учете, от чего испытывала унижение, появились боли в сердце, ухудшилось состояние здоровья, компенсацию морального вреда оценивает в 20 000 руб. Понесла транспортные расходы в связи с проездом к месту рассмотрения уголовного дела в размере 2514 руб., а также расходы на оплату услуг защитника для представления интересов в уголовном деле в размере 75 000 руб. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда 20 000 руб., расходы на оплату услуг защитника 75 000 руб., расходы на проезд 2514 руб., расходы на оплату госпошлины в размере 300 руб., расходы на ксерокопирование в размере 30 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 поддержала доводы, изложенные в иске, на его удовлетворении настаивала. Пояснила, что с 2015г. она постоянно находится в стрессе, болеет. Репутация в садоводчестве подорвана.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании подтвердила изложенное в исковом заявлении, поддержала заявленные требования. Указав, что заявленные истцом издержки являются разумными и реальными. Считает, что ответчик злоупотребляла правом и постоянно обращается с заявлениями о привлечении к уголовной ответственности. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы, изложенные в возражениях на исковое заявление, согласно которых исковые требования не признает, поскольку истец изначально на собрании садоводческого товарищества предложила продать ее участок и изгнать ее из садоводческого общества. В 2017 году, когда рассматривалось уголовное дела, было заявлено обстоятельство, которое ранее не исследовалось, и не рассматривалось, ФИО1 ее со своим представителем унижала на общем собрании в присутствии 100 человек. С 2002 года она регулярно платит платежи, на собрании истец заявляет, что ее не видели ни разу. Просила в иске отказать.

Выслушав истца, представителя истца, ответчика, изучив материалы дела, приходит к следующему.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка № 49 Юрьянского судебного района Кировской области от 13.12.2017 г. истец ФИО1 оправдана по предъявленному ФИО2 частному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, за отсутствием в ее действиях состава преступления. Из указанного приговора следует, что ФИО1 обвиняется ФИО2 в совершении клеветы при следующих обстоятельствах: на внеочередном общем собрании 1 октября 2017года в 10 часов в садоводческом товариществе «Горцы» ФИО1 распространяла клевету в отношении ФИО2, сказав следующее: с 03.04.15года по 09.09.15г. шли судебные разбирательства по исковым заявлениям ФИО2 30.11.15г. ФИО2 подала в Октябрьский районный суд г. Кирова исковое заявление о том, что в ходе судебных разбирательств её оклеветали, просит взыскать 100 000 рублей за моральный вред.19.06.16г.определением Октябрьского районного суда г. Кирова с ФИО2 взыскана денежная сумма 18 500 рублей, денежная сумма израсходована на представителя в судебном процессе. Сказала, что на 01.10.2017года у судебных приставов Юрьянского района Кировской области находятся исполнительные листы по судебным решениям различных судов в отношении ФИО2 о взыскании с неё денежной суммы 63500 рублей, задолженность ФИО2 членам садоводческого товарищества «Горцы» составляет 63 500 рублей за убытки, понесенные в ходе судебных разбирательств.

Апелляционным постановлением Юрьянского районного суда Кировской области от 08 февраля 2018года приговор мирового судьи судебного участка № 49 Юрьянского судебного района Кировской области от 13.12.2017 г. в отношении ФИО1 оставлен без изменения. Согласно данному постановлению из материалов дела со всей очевидностью усматривается, что те сведения, которые сообщила ФИО1. выступая 01.10.17г. на внеочередном собрании НСТ «Горцы», не носили характер заведомо ложных, поскольку изложенные ею факты имели место быть в действительности, что подтверждается представленными доказательствами. Восприятие частным обвинителем ФИО2 сообщенных ФИО1 сведений заведомо ложными носит чисто субъективный характер, основано на неправильном понимании ею сложившей правовой ситуации. 

В силу статьи 15 Гражданского кодекса РФ расходы, которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право которого нарушено.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда предусмотрены статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, приведенные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Из смысла положений статей 1064, 1070 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в пункте 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года N 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан Т.В., ФИО4, специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК Российской Федерации. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение. Оправдывая подсудимого на законных основаниях, суд тем самым защищает интересы последнего, добросовестно выполняя возложенную на него Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации обязанность по защите личности от незаконного и необоснованного обвинения (пункт 2 части первой статьи 6). Регулирование эффективного восстановления в правах в таких ситуациях осуществляется на основе Конституции Российской Федерации, закрепляющей право каждого на судебную защиту, федеральным законодателем, пределы усмотрения которого при установлении механизма защиты от недобросовестных действий частного обвинителя достаточно широки, однако должны определяться исходя из конституционных целей и ценностей, а также общепризнанных принципов и норм международного права и международных обязательств Российской Федерации. Так, при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть девятая статьи 132 УПК Российской Федерации). Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации, взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности (Определение от 19 февраля 2004 года N 106-О). Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК Российской Федерации не предусматривается. Такой подход соотносится с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, согласно которой реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (Определение от 28 мая 2009 года N 643-О-О). Отсутствие в главе 18 УПК Российской Федерации указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием. Такая защита может быть осуществлена путем принятия судом по заявлению этого лица решения о возмещении ему вреда в ином процессуальном порядке на основе норм гражданского права. Так, часть вторая статьи 136 УПК Российской Федерации прямо предусматривает, что иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. № 643-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина В. на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации".

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. № 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного ст. 23 Конституции РФ.

В этом же Определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу ч. 1 ст. 49 Конституции РФ, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17 октября 2011 г. № 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ч. 2 ст. 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.

Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 2 июля 2013 г. № 1059-О, толкование ст. 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.

Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу ч. 1 ст. 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.

Действующим уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено право гражданина обратиться в суд с заявлением в порядке частного обвинения о совершении преступления, которое было реализовано ответчиком, так как ФИО2 полагала свои требования законными.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на истца возложена обязанность доказать, что обращение ответчика в порядке частного обвинения было направлено на причинение ему вреда.

Изучив представленные доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о том, что обращение ФИО2 в суд в порядке частного обвинения было направлено исключительно на причинение вреда ФИО1 (злоупотребление правом). ФИО2, обращаясь в суд с заявлением частного обвинения в отношении ФИО1, не преследовала цели необоснованного привлечения к уголовной ответственности и не имела намерений причинить истцу вред, злоупотребления правом со стороны ФИО2 при обращении в суд с заявлением частного обвинения не установлено.

В данном случае со стороны частного обвинителя имела место реализация конституционного права на обращение в органы, к компетенции которых относится рассмотрение поданного заявления, и оснований считать указанные действия злоупотреблением правом не имеется.

Как указано в апелляционном постановлении Юрьянского районного суда Кировской области от 08 февраля восприятие частным обвинителем ФИО2 сообщенных ФИО1 сведений заведомо ложными носит чисто субъективный характер, основано на неправильном понимании ею сложившей правовой ситуации. 

При таких обстоятельствах, основания для удовлетворения исковых требований ФИО1 о возмещении морального вреда отсутствуют, в удовлетворении требований в данной части надлежит отказать. 

Доводы истца о том, что факт вынесения оправдательного приговора по делу частного обвинения является сам по себе основанием для возложения на частного обвинителя обязанности по компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением истца к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ основаны на не верном толковании норм права. 

Рассматривая требования истца о взыскании с ответчика ФИО2 расходов на оплату услуг защитника, суд руководствуется следующим. 

По смыслу статьи 131 УПК Российской Федерации, процессуальные издержки представляют собой денежные суммы в возмещение необходимых и оправданных расходов, неполученных доходов, а также вознаграждение и выплаты, которые причитаются к уплате физическим и юридическим лицам, вовлеченным в уголовное судопроизводство в качестве участников или иным образом привлекаемым к решению стоящих перед ним задач (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2005 года N 367-О, от 16 декабря 2008 года N 1036-О-П, от 5 марта 2013 года N 297-О, от 20 февраля 2014 года N 298-О и от 9 февраля 2016 года N 222-О).

В соответствии с частью 9 ст. 132 УПК РФ и разъяснениями пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 42 от 19 декабря 2013 года "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" при оправдании подсудимого по уголовному делу суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу.

Вместе с тем, суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи, отнесены к числу процессуальных издержек частью 2 ст. 131 УПК РФ только в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению суда (п. 5 ч. 1).

В системе действующего правового регулирования, в том числе с учетом положений статьи 131 УПК Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя обвиняемого не относятся к числу процессуальных издержек, а могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 "Возмещение убытков" ГК Российской Федерации. Эти расходы могут быть взысканы на основании и в порядке, которые предусмотрены статьей 1064 "Общие основания ответственности за причинение вреда" того же Кодекса (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года N 1057-О). 

ФИО1 для защиты своих прав при рассмотрении уголовного дела частного обвинения обратилась за оказанием юридической помощи к ФИО3, 26.10.2017 г. заключен договор на оказание юридических услуг.

Объем выполненных работ и их стоимость отражены в акте от 09.02.2018 г., представителем оказаны юридические услуги на общую сумму 75 000 руб., из них: составление правовых документов 12 000 руб., составление возражений – 20 000 руб., участие представителя в 4 судебных заседаниях 24 000 руб., составление заявления о взыскании судебных расходов 3 000 руб., изучение материалов дела 4 000 руб., составление возражений на апелляционную жалобу 5000 руб., представительство в суде апелляционной инстанции 7000 руб. 

Согласно п. 2 указанного акта услуги по договору считаются оказанными в полном объеме, взаимных претензий по качеству, объему оказанных услуг и размеру вознаграждения за оказанные услуги стороны не имеют. 

Истцом не представлено доказательств, что она понесла расходы на оплату юридических услуг, т.к. никаких документов об этом свидетельствующих суду не предоставлено. Учитывая изложенное, а также, что злоупотребления правом со стороны ФИО2 при обращении в суд с заявлением частного обвинения не установлено, требования о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг защитника в размере 75000 руб. удовлетворению не подлежат. 

Поскольку в удовлетворении требований ФИО1 отказано, требования о взыскании расходов на проезд в размере 2514 руб., расходов на ксерокопирование в размере 30 руб., расходов на оплату госпошлины 300 руб. также удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

ФИО1 в иске к ФИО2 о взыскании процессуальных издержек, компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Кировский областной суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения. 

Судья О.П. Бронникова

Мотивированное решение изготовлено 08.06.2018 года.