РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 сентября 2018 года г. Новосибирск

Советский районный суд г. Новосибирска в составе: 

председательствующего судьи А.И. Чиркуновой, 

при секретаре Ю.Ю. Сметаниной, 

с участием 

истца ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о защите чести и достоинства, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о защите чести и достоинства.

Исковые требования обоснованы следующим. 24 апреля 2018 года с 18 часов 10 минут до 19 часов 30 минут на собрании студентов и преподавателей, проходившем в аудитории № 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, директор 

<

данные изъяты> ФИО2 публично обвинил истца в том, что он пишет анонимные письма, касающиеся взаимоотношений внутри преподавательского коллектива 

<

данные изъяты>. Ответчик, разъясняя студентам, почему учёный совет 

<

данные изъяты>, несмотря на то, что кафедра истории, культуры и искусств большинством голосов поддержала кандидатуру на должность профессора кафедры ФИО1 проголосовал против данной кандидатуры, ФИО2 в качестве причины назвал, что члены учёного совета в отличие от студентов, имеют «достаточно полное представление о другом кандидате, о его научной, преподавательской деятельности, деловых и личных качествах… И они сделали свой выбор». Истец указывает, что слово «личных» ответчик выделил голосом и в дальнейшей беседе повторил его пять раз, выделяя голосом, на что обратили внимание студенты. Студенты, выясняя у ответчика, почему он выступает против кандидатуры истца, пояснил, что «в принципе не хотел обсуждать со студентами вопрос о взаимоотношениях внутри преподавательского коллектива», поскольку это не этично, а ФИО1 обвинил в том, что он пишет «письма якобы анонимные, не подписанные, но по стилю вполне понятные». Истец указывает, что ответчик несмотря на настойчивые просьбы, не смог назвать ни одного анонимного письма, которое якобы пишет истец. 

Истец полагает, что информация о том, что он пишет анонимные письма, касающиеся взаимоотношений внутри преподавательского коллектива 

<

данные изъяты> в адрес ректора, является заведомо ложью, распространяемой ответчиком с целью дискредитации истца в качестве кандидата на должность профессора кафедры истории, культуры и искусств, порочащей его честь и достоинство и подрывающем деловую репутацию. Истец считает, что распространение указанных сведений нарушили принадлежащие ему личные неимущественные права, защита его нарушенных прав возможна публичным признанием не соответствующими действительности распространенных сведений. 

В связи с чем, истец просил привлечь ответчика к административной ответственности за клевету, определить меру наказания, признать сведения о том, что он пишет анонимные письма о взаимоотношениях внутри преподавательского коллектива 

<

данные изъяты>, публично озвученные ответчиком 24 апреля 2018 года не соответствующими действительности, порочащими его честь и достоинство, обязать ответчика публично извиниться на собрании студентов и преподавателей 

<

данные изъяты> за заведомо ложные высказывания, взыскать расходы по оплате государственной пошлине в размере 300 рублей. 

13 сентября 2018 года на основании определения Советского районного суда г. Новосибирска производство по делу в части требований о привлечении ФИО2 к административной ответственности за клевету и определения меры наказания прекращено. 

В судебном заседании истец требования поддержал, пояснил, что высказывания ответчика необходимо рассматривать в контексте вопроса студента, так, из контекста разговора со студентами следует, что ответчик, говоря о анонимных письмах, имел в виду, что данные письма написаны именно истцом. 

Ответчик возражал относительно заявленных требований, пояснил, что на собрании 24.04.2018 не называл автора анонимных писем, указав только на их существование. При этом ответчик отметил, что при упоминании студентом об открытом письме, последний не называл его автора, как не называл автора открытого письма и он сам, пояснив, что были, как открытые, так и анонимные письма. Ответчик также пояснил, что ему неизвестно кто автор анонимных писем, поступивших в адрес ректора, об авторстве он может только предполагать и то, что их писал не один человек, но достоверно это неизвестно. 

Суд, выслушав пояснения сторон, исследовав материалы дела в их совокупности, приходит к выводу о том, что исковые требования не подлежат удовлетворению, при этом исходит из следующего

В соответствии со статьей 23 Конституции РФ каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.

Статья 29 Конституции РФ каждому гарантирует свободу мысли и слова, а также свободу массовой информации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 152 Гражданского кодекса РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом

В силу пункта 9 статьи 152 Гражданского кодекса РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.02.2005 № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» обязанность доказывать соответствие действительности распространенных сведений лежит на ответчике. Истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений.

Суд, исследовав аудиозапись собрания, состоявшегося 24 апреля 2018 года, а также стенограмму данного заседания (л.д. 34), приходит к выводу о том, что истцом не доказан сам факт распространения в отношении него информации о том, что он является автором анонимных писем.

Как следует из аудиозаписи, ответчик сказал: «Единственное, что я могу сказать, что открытые письма – не первые, были и до этого письма, в том числе были якобы анонимные, не подписанные, но по стилю вполне понятные, кто их писал», – при этом, ответчик не указывает на автора данных писем, а констатирует лишь факт их наличия. 

Проанализировав аудиозапись собрания, состоявшегося 24 апреля 2018 года, суд приходит к выводу о том, что ответчик, говоря о «якобы анонимных письмах» не говорил о самом факте написания данных писем истцом, а говорил лишь о наличии таких писем, не указывая на автора таких писем. 

Фрагмент высказывания ответчика: «Единственное, что я могу сказать, что открытые письма – не первые, были и до этого письма, в том числе были якобы анонимные, не подписанные, но по стилю вполне понятные, кто их писал», – не несет в себе порочащей истца характеристики, и не указывает на написание анонимных писем непосредственно истцом. 

При этом та смысловая нагрузка, которую истец придал тексту и контекстный анализ, сделанный истцом, расценив его как обвинение его в написании анонимного письма, представляет собой лишь субъективную оценку со стороны истца, не основанную на объективных данных.

Заключение специалиста, составленное непосредственно истцом, заявления, написанные истцом с контекстным анализом, сказанного ответчиком, также отражают лишь субъективную оценку истца на сказанное ответчиком, и не могут являться доказательством по настоящему делу. 

Выписки из стенограммы, представленные на л.д. 111 и 112, также не могут не являться доказательствам по делу, так как собственноручно составлены истцом, при этом иных доказательств, подтверждающих их содержание суду не представлено. 

Как следует из аудиозаписи и пояснений ответчика, последний не указывал автора анонимных писем, так как достоверной информацией об их авторе он не обладает, полагает, что их несколько, и может только догадываться о том, кто их написал. 

Свидетели, допрошенные в ходе рассмотрения дела по существу, также пояснили, что ответчик не указывал на автора анонимных писем и не говорил о том, что данные анонимные письма написаны истцом. 

Проанализировав содержание аудиозаписи собрания и текст стенограммы, отражающей дословное её содержание, суд приходит к выводу об отсутствии в указанных истцом фразах совокупности предусмотренных статьей 152 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельств, необходимых для удовлетворения иска. Доказательств обратного истцом не было представлено. 

При этом суд обращает внимание на то, что авторство анонимных писем может быть только субъективного мнения говорящего, так как достоверно данная информация не может быть проверена на предмет соответствия её действительности, в связи с чем, распространение подобной информации не может быть предметом судебной защиты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса РФ. 

На основании изложенного, руководствуясь положениями статей 98, 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, судья

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 – оставить без удовлетворения. 

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Судья А.И. Чиркунова 

Мотивированное решение изготовлено 21 сентября 2018 года