РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 сентября 2019 года город Радужный

Радужнинский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе судьи Студеникиной Н.В., при секретаре Кондратьевой Л.В., с участием представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-432/2019 по исковому заявлению Думанской ФИО15 к ФИО4 ФИО16, ФИО6 ФИО17 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3, действуя через представителя по доверенности ФИО1, обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, указывая в обоснование исковых требований, что 20 февраля 2019 года в 11 часов 50 минут на 212 км автодороги Сургут – Нижневартовск произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств KIA CEED, регистрационный знак №, принадлежащего ей на праве собственности, Toyota Altezza, регистрационный знак №, под управлением ФИО5, и Reno Megan, регистрационный знак №, под управлением ФИО4, собственником которого является ФИО6 Причиной дорожно-транспортного происшествия явились действия ФИО4, который, управляя транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, нарушил п. 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, в результате чего принадлежащему ей транспортному средству причинены механические повреждения. Согласно экспертному заключению № 19-03-027, выполненному индивидуальным предпринимателем ФИО8, стоимость восстановительного ремонта принадлежащего ей автомобиля составляет без учета износа 234 500 рублей, с учетом износа 154 400 рублей. Гражданская ответственность ответчиков на момент дорожно-транспортного происшествия по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств застрахована не была. В связи с тем, что не представляется возможным установить, на каком основании ФИО4 управлял автомобилем, принадлежащим ФИО6, было ли отсутствие со стороны последнего должного контроля за принадлежащим ему источником повышенной опасности, и знал ли он о том, что водитель управляет транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения, допускал ли он возможность противоправного завладения автомобилем, ответчики обязаны возместить причиненный ей ущерб в полном объеме. Ссылаясь на ст.ст. 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, просит взыскать с ответчиков в ее пользу возмещение ущерба в размере 234 500 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 5 545 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 рублей, расходы на оформление доверенности в размере 2 200 рублей, расходы по проведению экспертизы в размере 10 000 рублей (л.д. 4-6, 58).

Письменных возражений на иск не поступило.

В судебном заседании истец ФИО3 не присутствовала, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом (л.д. 178), просила о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца ФИО1, действующая на основании доверенности (л.д. 58), иск поддержала, по основаниям изложенным в нем, дополнительно пояснила что настаивает на экспертном заключении выполненном «Центром независимой экспертизы» ИП ФИО9, которое считает правильным. Не согласна с заключением автоэксперта Вдовиченко, так как в нем занижена сумма. Неверно рассчитан норма-час по видам работ, недостаточно произведен расчет среднерыночной стоимости восстановительного ремонта. В экспертизе, представленной истцом, выполненной ИП ФИО9, указано 29 источников по г. Сургуту по состоянию на февраль 2019 года и в котором транспортное средство идентифицировано. Считает, что автоэксперт Вдовиченко неверно указал каталожные номера. Уменьшила исковые требования на 40 000 руб., которые были выплачены истцу ответчиком по расписке, и просила взыскать судебные расходы в полном объеме, пояснив, что расходы на оплату услуг представителя включили в себя направление запроса в ОГИБДД в целях получения административного материала, консультацию в рамках гражданского дела, подготовку искового заявление и направление его в суд, обращение к ответчикам для заключения мирового соглашения, участие в судебном заседании, в связи с чем сумма является разумной. Просила взыскать с ответчика ФИО4 сумму ущерба и судебные расходы в полном объеме. 

В судебном заседании ответчики ФИО6, ФИО4 не присутствовали, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом (л.д.162, 171,172), об отложении рассмотрения дела или о рассмотрении дела в их отсутствие не просили.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, действующий в интересах ФИО4 на основании доверенности (л.д.102), не согласился с исковыми требованиями, ссылаясь на то, что факт причинения вреда имуществу истца в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика, им не оспариваются, однако изложенные в исковом заявлении доводы об управлении ответчиком транспортным средством в состоянии опьянения не соответствуют действительности, кроме того, после дорожно-транспортного происшествия ответчик возместил причиненный истцу ущерб в размере 40 000 рублей. Представленное истцом экспертное заключение не соответствует требованиям действующих нормативно-правовых актов, а также содержит различия в сведениях о количестве подлежащих замене деталей при восстановительном ремонте транспортного средства, указанных в акте осмотра транспортного средства, калькуляции стоимости работ и расчете стоимости заменяемых деталей. У оценщика отсутствует квалификационный аттестат, и он не имел права проводить экспертное исследование. Стоимость восстановительного ремонта завышена. Просил принять во внимание экспертное заключение, выполненное Автоэкспертом Вдовиченко, снизить размер расходов, затраченных по договору об оказании юридических услуг до 10 500 руб. за написание и подачу иска – 6 000 руб., и участие в одном судебном заседании 4 500 руб. 

Согласно ч.4, ч.5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие истца, ответчиков.

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд установил следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1). 

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Пунктом 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из материалов дела, 20 февраля 2019 года в 11 часов 50 минут на 212 км автодороги Сургут-Нижневартовск, по вине водителя ФИО4, произошло дорожно-транспортное происшествие с участием ФИО4 управлявшего транспортным средством Рено Меган, VIN: № государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО6, ФИО7 управлявшей транспортным средством КИА CEED, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО3 и ФИО18, управлявшего транспортным средством ТОЙОТА АЛТЕЗЗА, государственный регистрационный знак № (л.д.86-87,88, 89-92) 

Вина ФИО4 в нарушении п. 9.10 ПДД РФ, совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.15 КоАП РФ, и, как следствие, дорожно-транспортного происшествия подтверждается сведениями о водителях и транспортных средствах от 20 февраля 2019 года, постановлением по делу об административном правонарушении от 20 февраля 2019 года № 18810086180480515561 (л.д. 85,86-87). 

Согласно указанным документам ФИО4 не выдержал безопасную дистанцию до впереди движущегося автомобиля КИА CEED, государственный регистрационный знак №, с последующим столкновением с автомобилем ТОЙОТА АЛТЕЗЗА, государственный регистрационный знак №.

Непосредственно само событие дорожно-транспортного происшествия, в результате которого принадлежащее истцу транспортное средство получило механические повреждения, а также вина водителя ФИО4, управлявшего транспортным средством Рено Меган, государственный регистрационный знак №, участвующими в деле лицами не оспорены, иными доказательствами не опровергнуты.

При этом суд отвергает доводы истца о том, что ФИО4 находился в момент ДТП в состоянии алкогольного опьянения, поскольку согласно результатам освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, проведенного на месте ДТП, алкогольное опьянение у ФИО4 не установлено (л.д. 106).

Обсуждая вопрос о принадлежности транспортного средства, которым управлял ФИО4 в момент дорожно-транспортного происшествия, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

По смыслу положений ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке.

Следовательно, в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации бремя доказывания передачи права владения иному лицу как основания освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации объяснения сторон и третьих лиц об известных им обстоятельствах, имеющих значение для правильного рассмотрения дела, подлежат проверке и оценке наряду с другими доказательствами. В случае, если сторона, обязанная доказывать свои требования или возражения, удерживает находящиеся у нее доказательства и не представляет их суду, суд вправе обосновать свои выводы объяснениями другой стороны.

Ответчиком ФИО6 в материалы дела представлена копия договора купли – продажи транспортного средства от 04 января 2019 года, по которому он продал указанное выше транспортное средство Рено Меган VIN: № ФИО4 и справка о том, что указанное транспортное средство снято ФИО6 с учета 05 февраля 2019 года в связи с продажей (л.д. 97,98). Данные обстоятельства сторонами не оспорены, доказательства, представленные ФИО6, в судебном порядке недействительным не признаны, о подложности доказательств также не заявлено.

При таких обстоятельствах суд полагает, что ФИО4, являющийся на момент ДТП собственником транспортного средства Рено Меган VIN: № государственный регистрационный знак №, является лицом, ответственным по возмещению причиненного ФИО3 ущерба.

В силу положений Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) ФИО4 обязан был застраховать свою гражданскую ответственность как владелец транспортного средства. Такая обязанность ФИО4 не исполнена (л.д. 86).

Согласно п. 2 ст. 937 Гражданского кодекса Российской Федерации, если лицо, на которое возложена обязанность страхования, не осуществило его, оно при наступлении страхового случая несет ответственность перед выгодоприобретателем на тех же условиях, на каких должно было быть выплачено страховое возмещение при надлежащем страховании.

Следовательно, в силу п. 2 ст. 937 Гражданского кодекса Российской Федерации применению при разрешении данного спора подлежат положения Закона об ОСАГО. 

Суд принимает во внимание, что истцом представлено экспертное заключение, выполненное без применения Положения Банка России от 19.09.2014 N 432-П "О единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства" (Зарегистрировано в Минюсте России 03.10.2014 N 34245), равно как и заключение Автоэксперта Вдовиченко, выполненное на основании определения Радужнинского городского суда, между тем стороны, их представители не ссылаются на неправильность заключений по указанному основанию. 

В обоснование заявленных требований истцом представлено экспертное заключение №19-03-027 от 14 апреля 2019 года, выполненное экспертом-техником ФИО8 об определении рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля КИА JD (CEED), 

<

данные изъяты> года выпуска, государственный регистрационный знак №, согласно которому расчетная стоимость восстановительного ремонта без учета износа деталей составила 234 500 рублей, с учетом износа деталей составила 154 400 рублей (л.д. 12-46).

С доводом представителя ответчика ФИО2 о том, что экспертное заключение ИП ФИО8 составлено неуполномоченным лицом, суд согласиться не может.

Так, в соответствии с пунктом 4 статьи 12.1 Закона об ОСАГО, независимая техническая экспертиза транспортных средств, в целях установления обстоятельств причинения вреда транспортному средству, установления повреждений транспортного средства и их причин, технологии, методов и стоимости его восстановительного ремонта проводится экспертом-техником или экспертной организацией, имеющей в штате не менее одного эксперта-техника.

Требования к экспертам-техникам, в том числе требования к их профессиональной аттестации, основания ее аннулирования, порядок ведения государственного реестра экспертов-техников устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (абз. 2 п. 4 статьи 12.1 Закона об ОСАГО).

Приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 22 сентября 2016 года № 277 утверждены требования к экспертам-техникам, осуществляющим независимую техническую экспертизу транспортных средств, в том числе требования к их профессиональной аттестации, основания ее аннулирования.

Государственный реестр экспертов-техников, прошедших профессиональную аттестацию в Межведомственной аттестационной комиссии ведется Министерством юстиции Российской Федерации на бумажном носителе и в электронном виде на русском языке путем внесения в Реестр реестровых записей; реестр в электронном виде размещается на официальном сайте Министерства юстиции Российской Федерации в сети "Интернет"

Экспертное заключение №19-03-027 от 14 апреля 2019 года, выполненное экспертом-техником ФИО8 содержит сведения о включении данного эксперта в государственный реестр экспертов-техников за регистрационным номером 4621. Данная информация размещена также на официальном сайте Министерства Юстиции Российской Федерации (https://minjust.ru/ru/node/105988). Таким образом, указанное заключение технической экспертизы выполнено лицом, имеющим к тому полномочия.

Поскольку между сторонами возник спор относительно размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства, в ходе рассмотрения гражданского дела по ходатайству ответчика судом была назначена независимая экспертиза, проведение которой поручено ООО «Автоэксперт Вдовиченко» (л.д. 123-127).

Согласно заключению эксперта ООО «Автоэксперт Вдовиченко» №487 от 02 сентября 2019 года стоимость восстановительного ремонта транспортного средства КИА JD (CEED), государственный регистрационный знак № в связи с повреждениями, полученными в результате дорожно-транспортного происшествия 20 февраля 2019 года составляет: без учета амортизационного износа – 204 265 рублей, с учетом амортизационного износа – 139 129 рублей.

Заключение эксперта оценивается судом в соответствии с правилами части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с иными представленными сторонами по делу доказательствами.

Представленное истцом экспертное заключение №19-03-027 от 14 апреля 2019 года, выполненное экспертом-техником ФИО8 вызывает сомнения в выводах специалиста в части размера ущерба, поскольку перечень запасных частей, подлежащих замене (17 деталей) и указанный экспертом-техником в акте осмотра транспортного средства от 08 апреля 2019 года противоречит перечню запасных частей указанных им же в расчете средней стоимости заменяемых деталей (20 деталей) (л.д.18, 23), в связи с чем данное экспертное заключение не может быть принято судом в качестве допустимого доказательства. 

Основания для признания экспертного заключения ООО «Автоэксперт Вдовиченко» ненадлежащим доказательством судом не установлены, данное заключение выполнено на основании определения суда, что исключает заинтересованность эксперта в проведение экспертизы, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, является квалифицированным специалистом, о чем указано в тексте заключения, допустимые и достаточные доказательства иного размера ущерба не представлены, ходатайств о назначении повторной судебной экспертизы не заявлено, в связи с чем суд полагает возможным в качестве доказательства размера ущерба принять заключение ООО «Автоэксперт Вдовиченко» №487 от 02 сентября 2019 года, как наиболее точно отражающего размер стоимости восстановительного ремонта транспортного средства истца. 

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 10 марта 2017 года № 6-П «По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, ФИО10 и других», применительно к случаю причинения вреда транспортному средству в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.

Между тем замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов – если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, – в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях – притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, – неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

Доказательства, опровергающие доводы иска в части возмещения ущерба без учета износа запасных частей и деталей, в деле отсутствуют, в этой части какие-либо возражения ответчиком не приведены. 

Как следует из доводов представителя ответчика и представленной в материалы дела оригинала расписки от 21 февраля 2019 года истец ФИО3 получила от ФИО4 денежные средства в размере 40 000 рублей в счет возмещения ущерба после ДТП, произошедшего 20 февраля 2019 года. Указанное обстоятельство признано стороной истца в судебном заседании.

При изложенных обстоятельствах, по мнению суда, размер причиненного истцу ущерба составляет 164 265 рублей (204 265 рублей – 40 000 рублей).

В силу ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы. 

Как разъяснено в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В подтверждение судебных расходов истец представил договор №19-03-027 от 08 апреля 2019 года на проведение независимой технической экспертизы транспортного средства, акт №19-03-027 приемки-передачи выполненных работ от 14 апреля 2019 года, квитанцию к приходному кассовому ордеру №19-03-027 от 08 апреля 2010 года, по которой истец уплатил ИП ФИО8 10 000 рублей (л.д. 47-49,50,51). 

Поскольку указанное экспертное заключение признано судом недопустимым доказательством, указанные расходы ответчиком возмещению не подлежат.

Как усматривается из материалов дела, судебная экспертиза ООО «Автоэксперт Вдовиченко» назначена судом по ходатайству представителя ответчика ФИО4 (л.д.107-108) При этом расходы по оплате экспертизы определением Радужнинского городского суда от 04 июля 2019 года возложены на ответчика ФИО4 ФИО19 (л.д.126).

Как следует из сопроводительного письма директора ООО «Автоэксперт Вдовиченко» от 02 сентября 2019 года расходы по проведению экспертизы в размере 12 000 рублей по настоящее время ФИО4 не оплачены, указанные обстоятельства ФИО4 в суде не оспорены, доказательств, подтверждающих оплату проведенной ООО «Автоэксперт Вдовиченко» экспертизы не представлено. 

Таким образом, учитывая, что факт несения ФИО4 судебных расходов по оплате экспертизы судом не установлен, суд считает необходимым взыскать с ФИО4 расходы по проведению экспертизы в пользу ООО «Автоэксперт Вдовиченко» в размере 12 000 рублей. 

Следует также отметить, что ответчик не лишен возможности впоследствии заявить о возмещении понесенных им расходов по оплате судебной экспертизы другой стороной спора.

Расходы истца на оплату услуг представителя подтверждаются договором на оказание юридической помощи №28-05-2019\10 от 28 мая 2019 года и квитанцией к приходному кассовому ордеру №2805/2019 от 28 мая 2019 года (л.д. 52-53,54). 

Частью 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Таким образом, при определении размера расходов истца на оплату услуг представителя суд учитывает характер и правовую сложность спора, объем и качество выполненной представителем работы (составление искового заявления, связанное с изучением и анализом документов, представление интересов истца в суде первой инстанции, участие в одном судебном заседании) и считает возможным данные расходы определить в указанном истцом размере – 20 000 руб.

Расходы истца на оформление доверенности на имя представителя в размере 2 200 рублей подтверждаются квитанцией от 25 мая 2019 года и подлинником самой доверенности от 25 мая 2019 года (л.д. 58,59) и подлежат взысканию с ответчика ФИО4 в пользу истца, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, в размере 70% от заявленных – 1 540 рублей.

Расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 5 545 руб. подтверждаются чек-ордером от 27 мая 2019 года (л.д. 7) и на основании ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат возмещению ответчиком пропорционально удовлетворенным требованиям, что согласно п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации составляет 4 485 руб. 

Таким образом, общая сумма судебных расходов, подлежащая взысканию с ответчика ФИО4 в пользу истца, составит 26 025 руб. (1 540 + 20 000 + 4 485). 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

РЕШИЛ:

Исковое заявление Думанской ФИО20 к ФИО4 ФИО21, ФИО6 ФИО22 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 ФИО23 в пользу Думанской ФИО24 в возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, денежные средства в размере 164 265 руб., издержки, связанные с рассмотрением дела, в размере 21 540 руб. и расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 485 руб., всего взыскать 190 290 (сто девяносто тысяч двести девяносто) руб.

В остальной части иска - отказать. 

Взыскать с ФИО4 ФИО25 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Автоэксперт Вдовиченко» расходы по оплате экспертизы в размере 12 000 (двенадцать тысяч) руб.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 01 октября 2019 года, путем подачи апелляционной жалобы через Радужнинский городской суд.

Судья Н.В. Студеникина