Дело № 2-112/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

« 05 » марта 2019 год гор. Сердобск

Сердобский городской суд Пензенской области в составе:

председательствующего судьи Юдаевой Ю.В.,

при секретаре Храповой Е.В.,

с участием ст. помощника прокурора Безгубовой О.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Сердобске Сердобского района Пензенской области гражданское дело по иску ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратились в Сердобский городской суд с иском к ФИО4 о компенсации морального вреда. В обоснование заявленных требований истцы указали на то, что 15.04.2018 в 00 ч. 50 мин. на 83 км а/д Сердобск-Пенза произошел наезд автомобиля под управлением ответчика на их сына – ФИО6, который от полученных повреждений скончался на месте происшествия. Гибелью сына им причинены глубокие нравственные и моральные страдания. Смерть сына для них является невосполнимой утратой. На основании изложенного и в соответствии со ст. 151, 1099 и 1101 ГК РФ просят суд взыскать с ответчика в их пользу компенсацию морального вреда в размере 35 000 рублей каждому.

Истец ФИО2 в судебном заседании настаивала на доводах, изложенных в иске. Дополнительно указала на то, что их отношения с сыном были очень теплыми, доброжелательными и доверительными. Долгое время они жили одной семьёй, но и после его переезда для постоянного проживания в 

<

адрес> их отношения не изменились. Сын по два раза в неделю приезжал к ним в гости, во всем им помогал. Его гибель причинила им с мужем боль и страдания, его утрату ничем нельзя восполнить. Истец считает, что ФИО4 виновен в смерти их сына, так как он управлял автомобилем и не мог не видеть пешехода на дороге.

Истец ФИО3 в судебном заседании настаивал на требованиях, изложенных в иске, просил их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО4 в судебном заседании не признал иск, указав на то, что действительно 15.04.2018 в 00 ч. 50 мин на дороге Сердобск-Пенза, в районе 

<

адрес> произошло ДТП в результате которого погиб ФИО6, который в момент происшествия лежал на проезжей части. При этом ответчик просил учесть, что ДТП произошло по грубой неосторожности самого погибшего, который в ночное время суток лежал на проезжей части в состоянии сильного алкогольного опьянения. При этом, он был одет в темную одежду, в результате чего его не было видно на дороге.

Выслушав объяснения истцов, ответчика, показания свидетеля, заключение прокурора, полагавшего удовлетворить заявленные требования, суд пришел к следующим выводам.

Статья 12 ГК РФ относит компенсацию морального вреда к способам защиты гражданских прав.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Приведенная норма права в толковании Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» определяет, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).

Положениями ст. 151 ГК РФ установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу положений ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1100 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Судом установлено, что 15 апреля 2018 года около 00 ч. 50 мин. на 83 км. + 32 м. автодороги «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Беково» произошло дорожно-транспортное происшествие - наезд на пешехода ФИО6 автомобилем марки 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО4 В результате ДТП пешеход ФИО6 скончался на месте происшествия.

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.08.2018 старшего следователя 

<

адрес> отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, на основании п. 2 ч.1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях водителя ФИО4 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Из указанного постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 07.08.2018 следует, что 15 апреля 2018 года около 00 часов 50 минут водитель ФИО4, управляя автомобилем марки 

<

данные изъяты> государственный регистрационный знак №, перевозил в своем автомобиле пассажира ФИО7, двигался по автодороге «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Беково» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>. Проезжая участок проезжей части, расположенный на расстоянии 32 метров от километрового дорожного знака «83 км ПДД РФ» автодороги «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Беково» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес>, водитель ФИО4 совершил наезд на пешехода ФИО6, который скончался на месте ДТП. 

Согласно протоколу осмотра места ДТП от 15.04.2018: осмотру подлежит участок автодороги «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Куракино», расположенный на расстоянии 32 метров от километрового дорожного знака «83 км ПДД РФ» автодороги «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Беково» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> (вне населенного пункта). 

<

данные изъяты> 

Согласно протокола осмотра места происшествия от 17.06.2018 по факту ДТП, имевшего место 15.04.2018, производимого на участке автодороги «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Куракино», расположенного на расстоянии 32 метров от километрового дорожного знака «83 км ПДД РФ» автодороги «Тамбов-Пенза-Колышлей-Сердобск-Беково» со стороны 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> устанавливалось расстояние видимости дороги с рабочего места водителя автомобиля марки «

<

данные изъяты>» в условиях ДТП при ближнем свете фар, расстояние составило 54 м; устанавливалось расстояние видимости дороги с рабочего места водителя автомобиля марки «

<

данные изъяты>» в условиях ДТП при дальнем свете фар, расстояние составило 129 м; устанавливалось расстояние видимости дороги с рабочего места водителя автомобиля марки «

<

данные изъяты>» в условиях ДТП при ближнем свете фар при наличии встречного транспортного средства, движущегося с включенным ближним светом фар и включенными противотуманными фарами, расстояние составило 41,8 м. 

В ходе проведенной проверки назначена и проведена судебно-медицинская экспертиза №, по результатам которой эксперт сделал выводы о том, что у ФИО6 установлены следующие прижизненные телесные повреждения: 

<

данные изъяты> Все указанные телесные повреждения причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека согласно п. 6.1.1., 6.1.2., 6.1.3., 6.1.5., 6.1.9., 6.1.10., 6.1.11., 6.1.15., 6.1.16., 6.1.17., 6.1.21., 6.1.22., 6.1.23., 6.2.1., 6.2.3. «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденными Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 года №194н», и повлекли за собой смерть от травматического шока тяжелой степени и обильной кровопотери, шок-кровопотеря явились непосредственной причиной смерти; все указанные телесные повреждения находятся в прямой причинной связи со смертью. 2.Смерть гр-на наступила 

<

данные изъяты> Наиболее вероятно, что гражданин ФИО6 находился лежа на асфальтированной дороге, обращенный к ней передней поверхностью туловища вниз лицом, при этом произошел переезд колесами легкового автомобиля по задней поверхности тела гражданина ФИО6, в наибольшей степени захватывая и повреждая левую его половину; он был обращен к движущемуся транспортному средству (легковому автомобилю) головой и левой боковой поверхностью туловища. 4. При судебно-химическом исследовании крови от трупа гр-на ФИО6 обнаружено 3,9% этилового алкоголя (акт № от 28.04.18г.), что у живых лиц расценивается как сильная степень алкогольного опьянения. 

В ходе проведенной проверки назначена и проведена автотехническая экспертиза № от 24.07.2018, по результатам которой эксперт сделал выводы о том, что наезд а/м 

<

данные изъяты> р/з № под управлением водителя ФИО4 на пешехода ФИО6 произошел на правой стороне проезжей части по ходу движения автомобиля на некотором расстоянии перед началом зафиксированного следа волочения, при этом пешеход ФИО6 находился в горизонтальном положении (лежал); водитель а/м 

<

данные изъяты> р/з № ФИО4 в данной дорожно-транспортной ситуации должен был действовать, руководствуясь требованиями п. 10.1 ПДД РФ; в данной дорожно- транспортной ситуации пешеход ФИО6 должен был действовать, руководствуясь требованиями п.4.6 ПДД РФ; водитель а/м 

<

данные изъяты> р/з № ФИО4 в данной дорожно-транспортной ситуации при заданных исходных данных не располагал технической возможностью избежать наезда на пешехода ФИО6 ни при фактической скорости движения, ни при допустимых по условиям видимости скоростях движения; с технической точки зрения действия водителя а/м 

<

данные изъяты> р/з № ФИО4 при заданных исходных данных не находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП, а действия пешехода ФИО6 находятся в причинной связи с фактом события данного ДТП. На основании вышеизложенного в действиях водителя автомобиля марки «

<

данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ФИО4 состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 264 УК РФ, отсутствует.

В соответствии с п. 4.6 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090 «О Правилах дорожного движения», выйдя на проезжую часть (трамвайные пути), пешеходы не должны задерживаться или останавливаться, если это не связано с обеспечением безопасности движения. Пешеходы, не успевшие закончить переход, должны остановиться на островке безопасности или на линии, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений. Продолжать переход можно лишь убедившись в безопасности дальнейшего движения и с учетом сигнала светофора (регулировщика).

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 года № 1090 «О Правилах дорожного движения», водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

При этом, судом не установлено и из материалов дела не усматривается наличие обстоятельств, освобождающих ответчика ФИО4, как владельца источника повышенной опасности, от обязанности возмещать причиненный вред, а именно, непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Законодателем определен круг лиц, имеющих право на получение компенсации морального вреда в связи с утратой близких людей. К близким родственникам отнесены: супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки. 

Истцы являются родителями погибшего 15 апреля 2018 года ФИО6, что подтверждается свидетельством о его рождении №. 

Судом установлено, что ФИО6 на день смерти 15 апреля 2018 года был зарегистрирован и проживал по адресу: 

<

адрес>, вместе с ним на день его смерти проживали: жена - ФИО8 и дети - ФИО9, ФИО1

Родители погибшего проживают по адресу: 

<

адрес>.

Свидетель ФИО10 допрошенная в судебном заседании, показала, что погибший ФИО6 был её двоюродным братом. Он был хорошим человеком, который любил и уважал своих родителей. Он был их поддержкой и опорой, несмотря на то, что последнее время жил отдельно от них. М-вы тяжело перенесли смерть сына. Они страдают до настоящего времени. Свидетелю известно, что в день своей смерти ФИО6 со своей женой отдыхали на пруду вместе с её мужем. Ночью они вызвали такси, чтобы ехать домой к родителям. Но по неизвестной ей причине ФИО6 не поехал со своей женой домой. Где он остался и почему оказался на трассе ей неизвестно. 

Суд доверяет показаниям допрошенного в судебном заседании свидетеля, поскольку её показания последовательны, логичны, у суда нет данных о какой-либо заинтересованности свидетеля в исходе дела.

Преждевременная гибель ФИО6 не могла не повлиять на эмоциональное и физическое состояние его родителей. Смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, которые не зависят от места жительства и удаленности родителей и их детей, а так же не зависимо от их возраста.

При таких обстоятельствах суд считает, что истцам был причинен моральный вред в связи с утратой сына, погибшего в результате дорожно-транспортного происшествия. 

Причиненные истцам нравственные страдания состоят в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, произошедшим 15 апреля 2018 года.

Вместе с тем, при определении размера подлежащей взысканию в пользу истцов компенсации морального вреда, суд должен принять во внимание наличие грубой неосторожности в действиях самого потерпевшего, в крови и моче которого установлено наличие этилового алкоголя в количестве, которое у живых людей расценивается как сильная степень алкогольного опьянения. Следует принять во внимание раздельное проживание истцов от погибшего, у которого была своя семья в 

<

адрес>.

Ссылка истцов на наличие вины в происшествии ответчика, который невнимательно управлял своим автомобилем, не заметил их сына на дороге и не затормозил, являются необоснованными, т.к. имеющимися в материалах дела доказательствами не подтверждены.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства и принимая во внимание, что самим фактом гибели ФИО6 его родителям – истцам по делу причинены глубокие нравственные страдания, вред подлежит возмещению владельцем источника повышенной опасности, который не является виновником произошедшего и его ответственность в данном случае наступает в отсутствие его вины. Так же, учитывая наличие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, обстоятельства, при которых истцам причинены нравственные страдания, степень их родства с погибшим, а также исходя из требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым удовлетворить исковые требования к ФИО4 и взыскать в пользу истцов компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей каждому из них.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований; в этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, поскольку истцы освобождены от уплаты госпошлины на основании п. 3 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, то в силу ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика. Размер государственной пошлины, исходя из положений статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, составит 1 700 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь требованиями ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 и ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 и ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей каждому.

Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 700 (одна тысяча семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в Пензенский областной суд через Сердобский городской суд в течение месяца с момента принятия.

Судья Юдаева Ю.В.

Мотивированное решение изготовлено 11 марта 2019 года.

Судья Юдаева Ю.В.