Дело № 2-341/2025

66RS0023-01-2024-001641-98

мотивированное 

решение

 

составлено 01.09.2025 г. 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Верхотурье 18 августа 2025 года

Верхотурский районный суд Свердловской области в составе:

председательствующего Воложанина А.В., 

при секретаре судебного заседания Зуевой Е.А., с участием: 

помощника прокурора Верхотурского района Мазура С.Н. (по поручению истца),

представителя ответчиков адвоката Каменных Д.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Уральского транспортного прокурора к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного преступлением,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор обратился в суд с настоящим иском, указав в его обоснование, что вступившим в законную силу приговором Верх-Исетского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № (№) ФИО1, ФИО4 и ФИО3 признаны виновными в совершении 2 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) - незаконном перемещении через таможенную границу ЕврАзЭС стратегически важных ресурсов в крупном размере.

ФИО1 с учетом положений ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено наказание в виде штрафа в размере 350 000 руб.; ФИО4 и ФИО3 по 400 000 руб. - каждому.

Судом при рассмотрении уголовного дела установлено, что ФИО4, ФИО1 и ФИО3 дважды совершили незаконное перемещение через таможенную границу ЕврАзЭС, в Азербайджанскую Республику стратегически важных ресурсов - пиломатериалов, с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, а именно об источнике происхождения пиломатериалов.

По каждому эпизоду преступной деятельности, не являясь собственником древесины, не осуществляя реальную предпринимательскую деятельность, не имея права на изготовление и предоставление сопроводительных документов, ФИО4, ФИО1 и ФИО3 предоставили весь пакет товаросопроводительных документов от имени иного лица, непричастного к совершению указанных преступлений (ИП ФИО8), на основании которого стало возможным незаконное перемещение стратегически важных ресурсов - пиломатериалов (товарная позиция 4407 ТН ВЭД ЕАЭС) через таможенную границу ЕврАзЭС, в Азербайджанскую Республику.

При этом фактически ФИО4, ФИО1 и ФИО3 экспортировались пиломатериалы неустановленного происхождения (без документов об их происхождении), приобретенные у неустановленных лиц в неустановленных местах, без официального оформления сделок купли-продажи, т.е. добытые преступным путем.

Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в результате умышленных противоправных действий ФИО4, ФИО1 и ФИО3 через таможенную границу ЕврАзЭС в Азербайджанскую Республику незаконно перемещены стратегически важные ресурсы, а именно пиломатериалы, код товара по ТН ВЭД ЕАЭС 4407, объемом 582,3 м3, общей стоимостью 6210164 руб. 42 коп.

Прокурор просит взыскать в пользу Российской Федерации солидарно в равных долях (так в иске) с ФИО2, ФИО1, ФИО3 (администратор дохода - Федеральное агентство по управлению государственным имуществом) денежные средства в размере 6210164 руб. 42 коп.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по делу прекращено.

Апелляционным определением от ДД.ММ.ГГГГ определение о прекращении производства по делу отменено, дело направлено на новое рассмотрение.

Прокурор в судебном заседании на иске настаивал, просил не учитывать в качестве возмещения ущерба предоставление саженцев для лесовосстановления, поскольку это совершено в качестве благотворительности.

Ответчики ФИО3, ФИО4 ФИО1 в судебное заседание не явились, их представитель адвокат Каменных Д.В. просил отказать в удовлетворении иска.

Представитель третьего лица в судебное заседание не явился, позиции по делу не выразил.

Огласив иск, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст.56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая из сторон должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства предоставляются сторонами,.. . участвующими в деле. 

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (статья 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с учетом разъяснений п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 23 "О судебном решении" вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, но может разрешать вопрос о размере возмещения.

Вступившим в законную силу приговором Верх-Исетского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № (1-960/2023) ФИО1, ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в совершении 2 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 226.1 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ) - незаконном перемещении через таможенную границу ЕврАзЭС стратегически важных ресурсов в крупном размере.

ФИО1 с учетом положений ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений назначено наказание в виде штрафа в размере 350 000 руб.; ФИО4 и ФИО3 по 400 000 руб. каждому.

Судом при рассмотрении уголовного дела установлено, что ФИО4, ФИО1 и ФИО3 дважды совершили незаконное перемещение через таможенную границу ЕврАзЭС, в Азербайджанскую Республику стратегически важных ресурсов - пиломатериалов, с использованием документов, содержащих недостоверные сведения о товарах, а именно об источнике происхождения пиломатериалов.

По каждому эпизоду преступной деятельности, не являясь собственником древесины, не осуществляя реальную предпринимательскую деятельность, не имея права на изготовление и предоставление сопроводительных документов, ФИО4, ФИО1 и ФИО3 предоставили весь пакет товаросопроводительных документов от имени иного лица, непричастного к совершению указанных преступлений (ИП ФИО8), на основании которого стало возможным незаконное перемещение стратегически важных ресурсов - пиломатериалов (товарная позиция 4407 ТН ВЭД ЕАЭС) через таможенную границу ЕврАзЭС, в Азербайджанскую Республику.

При этом фактически ФИО4, ФИО1 и ФИО3 экспортировались пиломатериалы неустановленного происхождения (без документов об их происхождении), приобретенные у неустановленных лиц в неустановленных местах, без официального оформления сделок купли-продажи.

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении перечня стратегически важных товаров и ресурсов для целей статьи 226.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также об определении видов стратегически важных товаров и ресурсов, для которых крупным размером признается стоимость, превышающая 100 тыс. рублей» лесоматериалы с кодом товара 4407 ТН ВЭД ЕАЭС отнесены к стратегическим ресурсам.

Таким образом, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в результате умышленных противоправных действий ФИО4, ФИО1 и ФИО3 через таможенную границу ЕврАзЭС в Азербайджанскую Республику незаконно перемещены стратегически важные ресурсы, а именно пиломатериалы, код товара по ТН ВЭД ЕАЭС 4407, объемом 582,3 м3, общей стоимостью 6210164 руб. 42 коп.

Прокурор исходит из того, что в силу ст. 9 Конституции Российской Федерации и ст. 5 Лесного кодекса Российской Федерации лес как неотъемлемая часть природной системы охраняется в Российской Федерации. Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 923 указанные в перечисленных таможенных декларациях лесоматериалы с кодом товара 4407 ТН ВЭД ЕАЭС (сосна обыкновенная, ель сибирская, пихта сибирская) отнесены к стратегически важным товарам и ресурсам Российской Федерации. Указанные в приговоре суда лесоматериалы безвозвратно утрачены для Российской Федерации по причине контрабанды (незаконный вывоз заграницу) их ответчиками. 

Исходя из установленных по уголовному делу обстоятельств, квалификации действий виновных предметом незаконного перемещения через таможенную границу Евразийского экономического союза являлись лесоматериалы, отнесенные к стратегически важным товарам и ресурсам Российской Федерации, которые, в силу ч.1 ст.104.1 УК РФ, подлежали конфискации, то есть, обращению в собственность государства. Однако, указанные в приговоре суда лесоматериалы безвозвратно утрачены.

При этом, при вынесении приговора положения статьи 104.1 и статьи 104.2 Уголовного кодекса Российской Федерации в части конфискации денежной суммы, соответствующей стоимости незаконно перемещенных через таможенную границу лесоматериалов не применялись, а возможность конфискации предмета незаконно перемещенного через таможенную границу в порядке уголовного судопроизводства в настоящее время утрачена.

Прокурор в иске ссылается на то, что лесоматериалы, законность происхождения которых не доказана, отчуждены ответчиками третьим лицам в результате преступления, что порождает незаконность сделки и применение соответствующих последствий. 

Однако, на недопустимость подмены конфискации имущества как меры уголовно-правового характера, гражданско-правовыми последствиями ничтожности сделки, использования в подобных случаях гражданского судопроизводства, для исправления недостатков и упущений уголовного процесса, если таковые имели место, категорично указал Верховный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 18-КГ24-248-К4. 

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 названной статьи одним из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей являются договоры и иные сделки, предусмотренные законом, а также договоры и иные сделки, хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему.

В силу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с частью 1 статьи 14 Уголовного кодекса Российской Федерации преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное данным кодексом под угрозой наказания.

Таким образом, действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, в частности, по передаче денежных средств и иного имущества (сделки), в случае их общественной опасности и обусловленного этим уголовно-правового запрета могут образовывать состав преступления, например, сделки с объектами гражданских прав, оборотоспособность которых ограничена законом, передача денежных средств и имущества в противоправных целях и т.п.

Вместе с тем квалификация одних и тех же действий как сделки по нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и как преступления по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации влечет разные правовые последствия: в первом случае - признание сделки недействительной (ничтожной) и применение последствий недействительности сделки судом в порядке гражданского судопроизводства либо посредством рассмотрения гражданского иска в уголовном деле, во втором случае - осуждение виновного и назначение ему судом наказания и иных мер уголовно-правового характера, предусмотренных Уголовным кодексом Российской Федерации, либо освобождение от уголовной ответственности и наказания или прекращение дела по нереабилитирующим основаниям в порядке, предусмотренном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

При этом признание лица виновным в совершении преступления и назначение ему наказания по нормам Уголовного кодекса Российской Федерации сами по себе не означают, что действиями осужденного не были созданы изменения в гражданских правах и обязанностях участников гражданских правоотношений, а также не означают отсутствия необходимости в исправлении таких последствий.

Гражданским кодексом Российской Федерации недействительность сделок, нарушающих требования закона или иного правового акта, в отсутствие иных, специальных оснований недействительности сделки предусмотрена статьей 168 данного кодекса.

Однако если сделка не просто незаконна, а совершена с целью, противной основам правопорядка и нравственности, что очевидно в случае ее общественной опасности и уголовно-правового запрета, такая сделка является ничтожной в силу статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна.

Согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (пункт 1).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункт 2).

Признание сделки ничтожной на основании статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации влечет общие последствия, предусмотренные статьей 167 этого кодекса, в виде двусторонней реституции, а взыскание в доход Российской Федерации всего полученного по такой сделке возможно в случаях, предусмотренных законом.

Однако в качестве такого закона, устанавливающего гражданско-правовые последствия недействительности сделок, не могут рассматриваться нормы Уголовного кодекса Российской Федерации о конфискации имущества.

Так, в силу статьи 2 Уголовного кодекса Российской Федерации задачами данного кодекса являются: охрана прав и свобод человека и гражданина, собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств, обеспечение мира и безопасности человечества, а также предупреждение преступлений (часть 1).

Для осуществления этих задач данный кодекс устанавливает основание и принципы уголовной ответственности, определяет, какие опасные для личности, общества или государства деяния признаются преступлениями, и устанавливает виды наказаний и иные меры уголовно-правового характера за совершение преступлений (часть 2).

Согласно части 1 статьи 3 этого же кодекса (принцип законности) преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только данным кодексом.

Конфискация имущества относится к иным мерам уголовно-правового характера (глава 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации) и согласно части 1 статьи 104.1 названного кодекса состоит в принудительном безвозмездном изъятии и обращении в собственность государства на основании обвинительного приговора следующего имущества: а) денег, ценностей и иного имущества, являющихся предметом незаконного перемещения через таможенную границу Евразийского экономического союза либо через Государственную границу Российской Федерации с государствами - членами Евразийского экономического союза, ответственность за которое установлена статьями 200.1, 226.1 и 229.1 настоящего Кодекса, и любых доходов от этого имущества, за исключением имущества и доходов от него, подлежащих возвращению законному владельцу.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве", конфискация имущества является мерой уголовно-правового характера, состоящей в принудительном безвозмездном его изъятии и обращении в собственность государства, что связано с ограничением конституционного права граждан на частную собственность и осуществляется в точном соответствии с положениями Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, требованиями уголовного и уголовно-процессуального законодательства.

Согласно абзацу первому пункта 4 этого же постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по смыслу положений пункта "а" части 1 статьи 104.1 УК РФ и пункта 4 части 3 статьи 81 УПК РФ указанное в этих нормах имущество подлежит конфискации и не может быть возвращено лицу, являющемуся его владельцем, если это лицо участвовало в совершении преступления, в связи с которым применяется конфискация (например, владельцу предметов контрабанды, участвовавшему в их незаконном перемещении).

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотренная статьей 104.1 Уголовного кодекса Российской Федерации конфискация имущества, переданного в виде взятки, является мерой уголовно-правового характера и применяется на основании постановления суда, вынесенного по результатам рассмотрения уголовного дела, а не решения суда по гражданскому делу.

Применение принудительных мер уголовно-правового характера в порядке гражданского судопроизводства, тем более после вступления в законную силу приговора суда, которым определено окончательное наказание лицу, осужденному за совершение преступления, является недопустимым, поскольку никто не может быть повторно осужден за одно и то же преступление (часть 1 статьи 50 Конституции Российской Федерации).

Из установленных судом обстоятельств настоящего дела следует, что за совершение названных выше действий по незаконному перемещению через таможенную гранизу стратегически важных товаров и ресурсов в отношении ФИО3, ФИО4, ФИО1 вынесен обвинительный приговор и им назначено наказание в виде штрафа, однако конфискацию имущества, предусмотренную Уголовным кодексом Российской Федерации, суд в отношении ответчиков не применил. Восполнение этого недостатка посредствам использования гражданского судопроизводства недопустимо.

Рассматривая требования прокурора, о взыскании с ответчиков денежных средств в связи с неосновательным обогащением, суд исходит из следующего. 

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

В силу подпункта 3 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

Подпунктом 4 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Таким образом, названная норма Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение), либо с благотворительной целью.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения, на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявляя требования о взыскании с ответчика в пользу Российской Федерации в качестве неосновательного обогащения денежной суммы, прокурор ссылается на вступивший в законную силу приговор Верх-Исетского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлен факт совершения ответчиками контрабанды - незаконного перемещения через таможенную границу Евразийского экономического союза в Республику Азербайджан стратегически важных ресурсов - лесоматериалов в крупном размере.

Однако суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса не представлено достаточных относимых и допустимых доказательств, подтверждающих возникновение на стороне ответчика неосновательного обогащения, а также то, что неосновательное обогащение имело место за счет Российской Федерации, квалификация противозаконных действий ответчика по ст. 226.1 Уголовного кодекса Российской Федерации не может безусловно свидетельствовать о неосновательности обогащения ответчика (Апелляционное определение Свердловского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу N 33-7168/2024).

Прокурором не представлено доказательств совершения ответчиками экологического правонарушения, результатом которого стало причинение вреда лесам. Факт привлечения к уголовной ответственности за нарушение правил оборота древесины таковым доказательством не является.

Напротив, из содержания приговора следует, что пиломатериалы приобретены ответчиками по возмездным сделкам купли-продажи у третьих лиц, а утверждение прокурора о том, что пиломатериалы добыты преступным путем, доказательствами не подтверждено. 

Лесное законодательство не содержит иного подхода в вопросе обращения в пользу государства древесины законность происхождения которой не подтверждена, кроме как ее конфискация (в натуре или денежном эквиваленте). При этом такая конфискация осуществляется в уголовном или административном судопроизводстве.

Так, согласно ст.99 Лесного кодекса РФ, лица, виновные в нарушении лесного законодательства, несут административную, уголовную и иную ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Незаконно заготовленные древесина и иные лесные ресурсы подлежат конфискации в соответствии с уголовным законодательством или иным законодательством Российской Федерации (ст.99.1 ЛК РФ).

Сам по себе заявленный способ возмещения и определение его размера свидетельствует именно о конфискации у виновных денежного эквивалента взамен лесоматериалов, подлежащих конфискации, а не возмещение вреда, причиненного лесам.

Согласно ст.100 ЛК РФ, возмещение вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства (далее - возмещение вреда), осуществляется добровольно или в судебном порядке.

Размер возмещения имущественного вреда, причиненного лесным участкам и имущественным правам, возникающим при использовании лесов, определяется на основе оценки лесов, осуществляемой в соответствии со статьей 95 настоящего Кодекса (ч.2).

Размер возмещения вреда, причиненного лесам как экологической системе, определяется исходя из присущих лесам природных свойств (уникальности, способности к возобновлению, местоположения и других свойств) в порядке, предусмотренном Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" (ч.3).

Особенности возмещения вреда, включая таксы и методики определения размера возмещения такого вреда, утверждаются Правительством Российской Федерации (ч.4).

При этом, ни одна методика и ни одни таксы не содержат способа определения размера вреда, причиненного лесам, через определение рыночной стоимости продукта переработки древесины, в том числе, пиломатериала. Такая рыночная стоимость устанавливается лишь для оценки степени наказуемости противоправного деяния, связанного с незаконным оборотом лесоматериалов, производно для определения денежного эквивалента, при конфискации таких материалов.

Согласно Постановления Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 12-П, при регулировании отношений по возмещению вреда, причиненного лесам, в том числе при определении его объемов (структуры), необходим учет свойств леса и как природного ресурса, и как экологической системы, а при оценке причиненного вреда - учет всех негативных последствий, возникших в результате правонарушения. Поэтому для исчисления размера возмещения причиненного лесам вреда должны приниматься во внимание имущественная ценность леса, которая устанавливается на основе таких показателей, как рыночная или кадастровая стоимость, и его экологическая ценность, определяемая исходя из присущих лесам свойств - уникальности, способности к возобновлению, заменимости, местоположения и др.

В связи с отсутствием доказательств причинения вреда лесам, отсутствует и механизм определения размера ответственности и основания материальной ответственности ответчиков. 

Более того, приговором установлено, что ФИО3 и ФИО4 в 2022, 2023, 2024 годах обеспечили волонтеров саженцами деревьев хвойных пород кедр для последующей высадки каждый по 500 шт. ежегодно, что расценено как иные меры по заглаживанию вреда, причиненного потерпевшему.

Согласно п.12 Методики определения размера вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, утвержденной Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 1730, при возмещении вреда подлежат учету расходы, связанные с осуществлением принятых работ по рекультивации земель, лесовосстановлению (лесоразведению) и понесенные лицом, причинившим вред, до дня вынесения решения суда по гражданскому делу о возмещении вреда вследствие совершения административного правонарушения либо обвинительного приговора в размере, не превышающем размера вреда, подлежащего возмещению.

Рыночная стоимость (суммарная) саженцев, в соответствии с отчетом об оценке № от ДД.ММ.ГГГГ, составила 6252000 рублей, что превышает размер заявленных прокурором требований.

Таким образом, размер расходов, связанных с лесовосстановлением, превышает заявленный размер вреда, причиненный лесам.

В связи с изложенным отсутствуют основания удовлетворения иска, в его удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска Уральского транспортного прокурора к ФИО1, ФИО2, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного преступлением, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Верхотурский районный суд 

<

адрес>. 

Судья А.В. Воложанин 

копия верна: Судья А.В. Воложанин