Уг.дело № 1-63/2019

УИД 25RS0022-01-2019-000109-66

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с.Покровка 18 июля 2019 г. 

Октябрьского района Приморского края

Октябрьский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Задесенца Р.Н.,

при секретаре Слепченко Е.В.,

с участием государственных обвинителей Кладко А.С., Щербаня Е.И.,

защитника адвоката Зарецкой Н.А.,

подсудимого ФИО1,

а также потерпевшего С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке принятия судебного решения уголовное дело в отношении

ФИО1 

<

данные изъяты> обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил преступление, при следующих обстоятельствах. 

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 00 минут до 18 часов 30 минут, ФИО1, будучи в алкогольном опьянении, находясь в гостях в беседке двора дома по адресу: 

<

адрес>, в ходе ссоры, реализуя преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью С.А., но не имея умысла на убийство, с целью причинения тяжких телесных повреждений, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, предвидя возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, и желая совершить таковые, взял со стола неустановленный предмет, похожий на нож, и используя данный предмет в качестве оружия, нанес С.А. один удар в область живота справа, причинив согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, телесное повреждение в виде колото-резаной раны живота справа, проникающей в брюшную полость 

<

данные изъяты>, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании виновным себя не признал. Показал, что ДД.ММ.ГГГГ после выполнения работ по строительству, он находился в своем гараже до 17 часов, где употребил пиво. Затем пошел на 

<

адрес>, куда в 18-19 часов приехали К.Т., Г.А. и полицейский. Ему предложили проехать в отдел полиции, где выясняли отношения с С.А., с его участием осмотрели гараж. Во время освидетельствования в ЦРБ встретил С.С. с двумя девушками. В этот день был одет в шорты и футболку, которые изъяли у супруги на следующий день. Происхождение крови С.А. на шортах объясняет тем, что в июне-июле 2017 года на 

<

адрес> в 

<

адрес> устанавливали трубу в составе бригады, С.А. порезал руку, он давал ему свой платок, который затем поместил в карман шорт. Кровоподтек под левым глазом причинил себе ДД.ММ.ГГГГ. С С.А. знаком, отношения не поддерживает, неприязненных отношений к нему не имеет. Телесные повреждения С.А. ДД.ММ.ГГГГ не причинял. Объяснить его оговор С.А. не может. Заявленные гражданские иски ООО СМО «Восточно-страховой альянс» и С.А. не признает, поскольку преступление не совершал.

Виновность подсудимого подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств, исследованных и проверенных судом.

Так, потерпевший С.А. показал, что ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 30 минут на автомашине «

<

данные изъяты>» № он заехал за напарником Г.А., который проживал у К. по адресу: 

<

адрес>В. Решили не ехать на работу, находились в беседке на территории двора дома, употребляли спиртное. В 13 часов 20 минут приехал ФИО1, который остался с Г.А. На ФИО1 были одеты шорты и сандалии, футболки на нем не было. Он ушел спать в баню, которая располагается за пределами двора. Около 18 часов вернулся в беседку, где Г.А. и ФИО1 употребляли спиртное. ФИО1 находился в средней степени опьянения. Между ним и ФИО1 возник конфликт, стали оскорблять друг друга нецензурными словами. ФИО1 схватил со стола нож, стал размахивать ножом, и когда вышли из-за стола, ударил его с правой стороны в живот. Он хотел выхватить нож, порезал правую руку. В ответ он нанес удар рукой в область лица ФИО1 Нож с деревянной рукояткой серого цвета, длина лезвия 20-25 см, заточено в обеих сторон, принадлежал К.Ю, Г.А. забрал нож у ФИО1, затем отвез его в больницу. Провели операцию, проходил лечение. С ФИО1 знаком по работе, неприязненных отношений между ними не было. Первоначально скрыл факт нанесения удара ножом ФИО1 от супруги. Поддерживает заявленный гражданский иск о компенсации морального вреда на сумму 500000 рублей, в связи с причинением физических и нравственных страданий, умышленными виновными действиями ответчика, которые повлекли тяжкие последствия для здоровья.

Потерпевший С.А. подтвердил выполнение работы по установке трубы в мае-июне 2017 года на 

<

адрес> в 

<

адрес> с участием ФИО1, во время которой он повреждения не получал и ФИО1 ему свой платок не давал. В тот день во время работы ФИО1 был одет в рабочие штаны синего цвета на лямках. 

Из оглашенных в порядке части 3 ст.281 УПК РФ показаний С.А. при допросе в качестве потерпевшего ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов 30 минут, он приехал к Г.А., проживающему по адресу: 

<

адрес>, с которым употребляли спиртное в бане, расположенной напротив дома. Ближе к обеду уснул, проснулся около 18 часов. Г.А. употреблял спиртное с ФИО6, с которым за время общения сложились неприязненные отношения. Он отказался выпивать вместе с ним, на почве старых обид возник конфликт, стали ругаться. ФИО6 схватил со стола нож, хотел его ударить, который он попытался выхватить, порезал правую руку, после чего ударил ФИО6 кулаком в область левого глаза. ФИО6 нанес ему удар ножом в область живота. Г.А. помог забрать нож, отвез его на СМП 

<

адрес>. Ему сделали операцию, проходил лечение. Ранение было причинено с 18 часов 30 минут до 19 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.44-46).

Потерпевший С.А. не подтвердил оглашенные показания в части времени приезда ФИО1, места и времени нанесения ему ножевого ранения и последующего удара в лицо ФИО1, а также наличия конфликтов в прошлом. Такие показания не давал, протокол не читал и не подписывал.

При дополнительных допросах ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ С.А. в целом дал аналогичные изложенным выше показания, при этом дополнил, что во время отбирания ножа ФИО1 порезал Г.А. шею; описал нож как самодельный, похожий на охотничий, лезвие длиной около 14-15 см, шириной около 2-2,5 см, рукоятка около 10-11 см деревянная темного цвета (т.1, л.д.76-78).

В ходе дополнительного допроса ДД.ММ.ГГГГ С.А. также показал, что при поступлении в больницу он сообщал, что телесные повреждения получил по неосторожности в ходе проведения строительных работ, так как не хотел выдавать ФИО1, полагал, что он решит с ним вопрос по заглаживанию вреда, однако к нему не приезжал и здоровьем не интересовался (т.1, л.д.124-130).

Потерпевший С.А. настаивал на показаниях в суде, противоречия объяснил тем, что плохо себя чувствовал, восстанавливался после операции, не помнил, где распивали спиртное, длина клинка ножа, которым нанесено ранение, составляла 15-20 см, в больницу поступил примерно в 18 часов 30 минут.

При дополнительном допросе ДД.ММ.ГГГГ С.А. подтвердил ранее данные показания, при этом уточнил, что ФИО1 нанес ему ножевое ранение в беседке, расположенной во дворе дома К.Ю, по адресу: 

<

адрес>В. Поскольку знает этих людей продолжительное время, не хотел никаких разбирательств по данному уголовному делу, поэтому говорил, что сам причинил себе телесные повреждения. Также давал показания, что ножевое ранение ФИО1 причинил в бане, так как не помнил все обстоятельства. Когда увидел нож в руке ФИО1, стал перехватывать его руку, но не успел и именно в этот момент ФИО1 ударил его ножом в живот и причинил проникающее ранение. После этого нанес ему удар кулаком в область глаза (т.2, л.д.29-32).

Потерпевший С.А. подтвердил оглашенные показания, настаивал на том, что ФИО1 появился до того, как он ушел спать в баню.

Согласно объяснению от ДД.ММ.ГГГГ С.А. пояснил, что в этот день работал у частного лица, назвать которого не желает, напоролся на металлический профиль, сам прибыл на СМП на своем автомобиле «Ниссан Нот», потом попросил Г.А. забрать его машину, претензий ни к кому не имеет (т.1, л.д.8).

Потерпевший С.А. не подтвердил изложенное, поскольку хотел скрыть правду, в это время его готовили к операции, находился в шоковом состоянии.

Оценивая показания потерпевшего, суд принимает объяснение С.А. усмотренных противоречий в показаниях, а потому в обоснование приговора полагает показания потерпевшего, которые даны в ходе предварительного расследования, судебного следствия и подтверждены в судебном заседании. В то же время, суд не принимает в качестве доказательства письменное объяснение С.А. от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку оно получено в рамках доследственной проверки, до возбуждения уголовного дела, когда потерпевший скрывал обстоятельства причинения ему телесных повреждений. Напротив, показания С.А. при допросах в качестве потерпевшего по делу о причинении ему ножевого ранения в ходе ссоры с ФИО1 являются последовательными, подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств.

Потерпевшая С.С. показала, что ДД.ММ.ГГГГ в 10 часов 30 минут С.А. уехал на работу. Около 23 часов от сотрудников полиции ей стало известно, что супруг находится в реанимации, его прооперировали после ножевого ранения. В приемном покое больницы, куда ее привезла Н.Е., встретила ФИО1 с признаками опьянения, под левым глазом была гематома, сказал, что не причастен к случившемуся. Первоначально С.А. скрывал правду. Через несколько дней рассказал, что заехал за Г.А., с которым распивали спиртное в беседке во дворе дома К., по адресу: 

<

адрес>В, куда приехал ФИО1 Он уходил спать в баню. Во время распития спиртного возникла ссора, ФИО1 нанес удар ножом в живот. Г.А. отвез его на автомобиле в больницу. ДД.ММ.ГГГГ встретила Г.А. в больнице, на шее которого была видна глубокая царапина. Г.А. сказал, что это производственная травма. На ладони правой руки С.А. имелся порез. 

Свои показания свидетель С.С. подтвердила на очных ставках со свидетелем Г.А. и обвиняемым ФИО1 (т.3, л.д.17-19, 48-50). 

Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в период с 00 часов 20 минут до 00 часов 55 минут, при осмотре квартиры С.А. по адресу: 

<

адрес>, порядок вещей не нарушен. По заявлению С.С. ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время С.А. ушел на работу и больше не возвращался, на телефонные звонки и СМС сообщения не отвечает (т.1, л.д.15-19).

Свидетель С.Н. показала, что ДД.ММ.ГГГГ после 23 часов С.С. сообщила, что ее сыну делают операцию по поводу ножевого ранения. На следующий день в ЦРБ С.А. сказал, что в беседке у К.Ю, его ранил ФИО1 При этом присутствовал Г.А.

Свидетель К.А. показал, что видел С.А. за рулем автомобиля «Ниссан Нот», который часто стоял возле двора дома К. по адресу: 

<

адрес>В. ДД.ММ.ГГГГ в период с 12 до 13 часов он также видел автомобиль С.А. возле двора дома К.. В дневное время Н.Е. и А.М. уезжали в 

<

адрес>, вечером Н.Е. отвозила супругу С.А. в больницу. Около 20 часов в беседке дома К. горел свет, доносилась звука.

Свидетель Н.Е. показала, что она и К.А. проживают по адресу: 

<

адрес>А. Ей известен автомобиль С.А., который часто видела возле двора дома К. по адресу: 

<

адрес>В. ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов автомобиль С.А. находился возле двора дома по указанному адресу. Около 17-18 часов в беседке во дворе дома соседей играла музыка, был слышен смех, решила что там посиделка. Около 22 часов А.М., которая находилась у нее в гостях, позвонила ее мать С.С., просила отвезти в больницу, сообщила, что порезали С.А. ЦРБ 

<

адрес> в фойе встретили ФИО1, который находился в состоянии алкогольного опьянения, на лице видны следы драки, свежий кровоподтек в районе левого глаза. ФИО1 сказал, что повреждения получил давно, С.А. не видел.

Из оглашенных в порядке части 3 ст.281 УПК РФ показаний Н.Е. при допросе в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что на протяжении нескольких месяцев она замечала, что возле двора дома К. стоит автомашина, на которой передвигался С.А. Она знала, что он работал у частных лиц с мужчиной, который проживал у К.. ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов она видела возле двора дома К. автомобиль С.А. В больницу ездила с А.М. и ее матерью С.С. фойе больницы они встретили П., который был пьян, побито лицо в области левого глаза. ФИО2 сказал, что побои получены несколько дней назад, С. он не видел. С. часто приезжал домой к К., был вхож в эту семью, они общались между собой (т.1, л.д.117-120).

Свои показания свидетель Н.Е. подтвердила на очной ставке со свидетелем Г.А. (т.3, л.д.20-23). 

Свидетель Н.Е. подтвердила оглашенные показания, за исключением того, что А.М. в больницу не ездила.

Оценивая показания свидетеля Н.Е., суд приходит к выводу, что они согласуются с обстоятельствами преступления, а потому в обоснование приговора полагает показания свидетеля, которые даны в ходе предварительного расследования и подтверждены в судебном заседании. При этом суд учитывает, что указанный свидетелями Н.Е. и К.А. период времени 12-14 часов ДД.ММ.ГГГГ, когда они видели автомобиль С.А. возле двора дома К., не противоречит показаниям потерпевшего о времени нахождения его автомобиля в указанном месте с 10 часов 30 минут до 18 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ. Изменение свидетелем Н.Е. показаний о поездке А.М. в больницу не относятся к обстоятельствам преступления, а потому не ставят под сомнение достоверность показаний свидетелей Н.Е. и К.А.

В судебном заседании были допрошены свидетели стороны защиты Г.А., К.Ю,, К.Т., Ф.Е., которые опровергают обстоятельства преступления.

Так, свидетель Г.А. показал, что с подсудимым ФИО1 состоит в дружеских отношениях, с потерпевшим С.А. отношения товарищеские. ДД.ММ.ГГГГ около 10 часов он пришел домой к К., после чего с К.Т. поехал на кладбище, где работали до обеда. На кладбище употребил спиртное. Затем он навестил в больнице Ф.Е., зять которого отвез его снова на кладбище. Вечером находился дома по адресу: 

<

адрес>, когда ему позвонил С.А., просил привезти воду и забрать машину. Поскольку был выпивший, попросил забрать машину Ш.И. больнице встретил К.Т., с которой вместе с сотрудником полиции забрали ФИО1, затем их отвезли в отдел полиции, возили на освидетельствование. Машину не забрал. ФИО1 пояснил ему, что синяк под глазом причинил себе во время ремонта станка. На следующий день С.А. сказал, что порезался на металлическом профиле. В начале лета 2017 года в составе бригады устанавливали трубу на 

<

адрес> в 

<

адрес>, когда С.А. порезал руку, ФИО1 давал ему свой платок. У С.А. нет оснований оговаривать ФИО1

Свидетель К.Ю, показал, что он и ФИО1 являются друзьями, с С.А. знаком, отношений не поддерживает. После смерти супруги у него в доме и в бане проживал Г.А., с которым состоит в дружеских отношениях. ДД.ММ.ГГГГ он уехал на работу в 8 часов утра, вернулся ближе к 20 часам. Посторонних лиц не было, в беседке все оставалось на месте. Ни С.А., ни Г.А. в этот день не видел. Со слов сотрудников полиции ему известно, что в помещении бани ФИО1 нанес удар ножом С.А., в связи с чем проводился обыск, были изъяты ножи, однако не допускает, чтобы в его отсутствие находились посторонние лица. В беседке во дворе дома находились кухонные ножи, пропажу которых не обнаруживал. С.А. мог прийти в баню, так как у него остался ключ после ремонта.

Свидетель К.Т. показала, что ДД.ММ.ГГГГ утром она и Г.А. поехали на кладбище, где находились до обеда. К.Ю, уехал на работу в 

<

адрес>. В течение дня она ездила за краской домой, Г.А. высадила возле магазина, затем вернулась на кладбище, куда приехал Г.А., находился в алкогольном опьянении. С 13 часов 45 минут до 18 часов она ездила в 

<

адрес>, в период с 21 до 23 часов возила свою мать Д.Л. в больницу. Около 18 часов она также отвозила в больницу Ф.Т., где встретила Г.А., он был с сотрудником полиции, попросил проехать на 

<

адрес> за ФИО1, которых отвезла в отдел полиции и вернулась домой. В тот день С.А. и ФИО1 во дворе ее дома не видела. В беседке находился нож, пропажу которого не обнаруживала.

По информации КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» согласно амбулаторной карте Д.Л., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обращалась за медицинской помощью в поликлиническое отделение 

<

адрес> в июле 2017 однократно – ДД.ММ.ГГГГ (т.3, л.д.204).

Свидетель К.Т. настаивала, что за медицинской помощью Д.Л. обращалась в приемный покой ЦРБ после 22 часов ДД.ММ.ГГГГ.

Суд считает, что представленная стороной обвинения информация о времени обращения Д.Л. за медицинской помощью не опровергает в этой части показания свидетеля К.Т., поскольку данное обстоятельство выяснялось за пределами времени совершения преступления.

В то же время, оценивая показания свидетелей стороны защиты Г.А., К.Ю, и К.Т., суд исходит из того, что они противоречат показаниям потерпевшего С.А., свидетелей Н.Е. и К.А., которые, напротив, согласуются между собой и подтверждаются письменными материалами дела.

Так, потерпевший С.А. подтвердил показания о нанесении ему удара ножом подсудимым в суде и на очных ставках с обвиняемым ФИО1 и свидетелями Г.А., К.Ю, и К.Т. (т.3, л.д.45-47; т.2, л.д.14-17,10-13,7-9).

ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 10 минут в ОМВД России по 

<

адрес> зарегистрировано сообщение СМП 

<

адрес> об обращении ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 30 минут С.А. с диагнозом: проникающее ранение брюшной полости, который пояснил, что порезался циркулярной пилой при ремонте (т.1, л.д. 3). 

В ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ в палате № хирургического отделения КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» у С.А. изъяты футболка и трико с пятнами бурого цвета (т.1, л.д. 4-7). 

Согласно заключению эксперта № на время судебно-медицинского осмотра ДД.ММ.ГГГГ у С.А. имелись телесные повреждения в виде рубцов: передней стенки живота в правой подвздошной области, явившегося следствием заживления проникающей колото-резаной раны, описанной в медицинском документе; по срединной линии живота, явившегося следствием заживления операционной раны, возникшей при оказании потерпевшему квалифицированной медицинской помощи (операция «Лапаротомия») и поэтому в данном случае судебно-медицинской оценке не подлежит.

На момент поступления в хирургическое отделение КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» ДД.ММ.ГГГГ у С.А. имелось телесное повреждение в виде колото-резаной раны живота справа, проникающей в брюшную полость 

<

данные изъяты>, которое причинено незадолго до обращения за медицинской помощью, согласно данным медицинской карты № стационарного больного, возможно ДД.ММ.ГГГГ в результате воздействия острого объекта в область живота справа. Более подробно высказаться о механизме и конструктивных особенностях травмирующего объекта не представляется возможным ввиду краткого описания морфологических признаков данного телесного повреждения в медицинском документе на имя потерпевшего. 

Данное телесное повреждение квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т.2, л.д.69-72).

Изучение в судебном заседании медицинской карты № стационарного больного С.А., которая предоставлялась в распоряжение эксперта, показало, что она отражает результаты первичного врачебного осмотра, ход операции и содержит заключительный диагноз. 

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля по делу врач хирургического отделения КГБУЗ «Октябрьская ЦРБ» С.Д. показал, что ДД.ММ.ГГГГ около 19 часов обращался С.А. на СМП с ранением на передней брюшной стенке. Находился в средней степени опьянения, был возбужден, оценка своего состояния и критика были снижены, не желал ложиться в больницу. При проведении хирургических мероприятий выявлено, что проникновение было в брюшную полость, 

<

данные изъяты>. 

<

данные изъяты>. Применены ушивание, дренирование раны. Пациент получал лечение в хирургическом отделении до ДД.ММ.ГГГГ. По данным анамнеза С.А. пояснял, что данную травму причинил металлическим профилем, а в дальнейшем сказал, что получил ножевое ранение около 18 часов. Во время операции рана в правой подвздошной области размерами 2,0 см на 0,5 см с острыми углами и ровными краями. Раневой канал идет спереди назад, справа налево. Глубина раневого канала превышает ширину, что свидетельствует о ножевом ранении. Исходя из раны повреждение причинено ножом с двумя острыми краями, предмет колюще-режущий.

В своем объяснении от ДД.ММ.ГГГГ С.Д. указал, что при обращении С.А. в больницу ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 01 минуту у него было обнаружено телесное повреждение в виде проникающей ножевой раны живота. Пояснил, что около одного часа назад наткнулся сам на железный профиль. По характеру травмы считает, что он получил ножевое ранение, поэтому об этом было сообщено в полицию (т.1, л.д.9).

Свидетель С.Д. показал, что дата и время поступления в хирургическое отделение ДД.ММ.ГГГГ в 19 часов 01 минута соответствуют времени заведения медицинской карты. Операция начата в 21 час 10 минут.

Оценивая показания С.Д., суд исходит из того, что лечащим врачом при постановке диагноза давалась клиническая оценка повреждениям, обнаруженным у С.А. на основании анамнеза и данных объективного осмотра. По изложенному, у суда не имеется оснований ставить под сомнение диагноз, поставленный врачом при обращении потерпевшего в лечебное учреждение ДД.ММ.ГГГГ.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля по делу старший участковый уполномоченный полиции ОМВД России по 

<

адрес> И. В.В. показал, что ДД.ММ.ГГГГ опрашивал С.А. в связи с его госпитализацией в хирургическое отделение по поводу ножевого ранения. С.А. сообщил, что пострадал на объекте. Объяснение отбирал до проведения операции.

Давая оценку приведенным доказательствам, учитывая состояние, в котором находился С.А. после доставления в медицинское учреждение, суд приходит к выводу, что они подтверждают доводы потерпевшего о том, что он не был критичен к своему состоянию, в силу чего не сообщал достоверные сведения о причинении ему телесных повреждений.

Обстоятельства, приведенные в постановлении о назначении судебной медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенном до возбуждения уголовного дела, не опровергают выводы эксперта, которые основаны на результатах исследования медицинских документов и непосредственного обследования потерпевшего (т.2, л.д.66,70).

Свидетель Ф.Е. показал, что с ФИО1 отношения дружеские, с С.А. знаком. ДД.ММ.ГГГГ в палату больницы, где он находился на лечении, зашел С.А. в состоянии алкогольного опьянения, показал рану внизу живота справа, сказал, что напоролся на штырь, о чем он также сообщил сотрудникам полиции и врачу. При нем С.А. звонил Г.А., просил привести воду и сигареты. В тот день Г.А. привозил ему продукты во время сонного часа, находился в состоянии опьянения, собирался ехать на кладбище. После выписки ФИО1 говорил ему, что ДД.ММ.ГГГГ находился в гараже, чинил станок.

Свидетель Ш.И. показал, что в июле 2017 года ему позвонил Г.А., находился в состоянии опьянения, просил забрать автомобиль С.А., который стоял возле больницы. Он ждал Г.А. на улице, в ЦРБ не заходил, к автомобилю С.А. не подходил. Ему известно, что в прошлом С.А. работал в подчинении у ФИО1, у которого были претензии к потерпевшему по работе, С.А. в ответ высказывался в нецензурной форме.

Из оглашенных в порядке части 3 ст.281 УПК РФ показаний Ш.И. при допросе в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ в части усматривается, что с просьбой забрать автомобиль Г.А. звонил ему ДД.ММ.ГГГГ в послеобеденное время, пояснил, что С.А. поранился в ходе ремонта профилем и его, возможно, положат в больницу (т.1, л.д.82-84).

Свидетель Ш.И. подтвердил оглашенные показания, противоречия объяснил прошедшим временем.

Суд принимает объяснение Ш.И. причин изменения показаний в суде, а потому в обоснование приговора полагает показания свидетеля, которые даны в ходе предварительного расследования и подтверждены в судебном заседании.

Свидетель А.О. показала, что в период с 12 по ДД.ММ.ГГГГ находилась на стационарном лечении в Октябрьской ЦРБ. В один из дней в больнице встретилась с Г.А. и С.А., который держался за бок. На следующий день С.С. сообщила, что С.А. ударил ножом Г.А.

Из оглашенных в порядке части 3 ст.281 УПК РФ показаний А.О. при допросе в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что 13 или ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 11 часов 30 минут до 12 часов 30 минут на крыльце больницы она встретила Г.А. и С.А., который держался рукой за живот. Возле ворот больницы стояла автомашина С.А. От С.С. узнала, что ее мужа кто-то ножом ударил в живот (т.1, л.д.121-123).

Свидетель А.О. подтвердила оглашенные показания, противоречия объяснила прошедшим временем, при этом уточнила, что встретила Г.А. и С.А. на крыльце больницы ДД.ММ.ГГГГ.

Суд принимает объяснение свидетелем причин изменения показаний в суде, а потому в обоснование приговора полагает показания ФИО3, которые даны в ходе предварительного расследования и подтверждены в судебном заседании.

Сопоставляя показания потерпевшего С.А., свидетелей Г.А., К.Т., Ф.Е., Ш.И. и А.О. суд приходит к выводу, что после доставления потерпевшего С.А. на его автомобиле в медицинское учреждение у Г.А. имелась возможность вернуться в больницу ДД.ММ.ГГГГ вместе со Ш.И. с намерением забрать автомобиль С.А.

Показания свидетеля Ф.Е. о посещении его в больнице ДД.ММ.ГГГГ во время сонного часа Г.А., который находился в состоянии алкогольного опьянения, не опровергают показания потерпевшего С.А. о совместном распитии в указанный день спиртных напитков с Г.А., во время которого он уходил спать в баню в период с 14 до 18 часов.

Согласно акту медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ в 21 час 15 минут у Г.А. установлено состояние опьянения (т.1, л.д.14). 

Согласно акту медицинского освидетельствования № от ДД.ММ.ГГГГ в 22 часа 00 минут у ФИО1 установлено состояние опьянения (т.1, л.д.28). 

Согласно заключению эксперта № на момент обращения за медицинской помощью (ДД.ММ.ГГГГ) у ФИО1 имелось телесное повреждение в виде подкожной гематомы век левого глаза, которое причинено в результате воздействия твердого тупого предмета в область левого глаза, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека. Высказаться о механизме, конструктивных особенностях травмирующего предмета, а также о давности телесного повреждения не представляется возможным ввиду отсутствия описания морфологических признаков телесного повреждения в медицинском документе на имя потерпевшего (т.2, л.д.128-130).

Оценивая приведенные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что факт обращения ФИО1 в медицинское учреждение ДД.ММ.ГГГГ по поводу параорбитальной гематомы слева подтверждает показания потерпевшего С.А. о причинении подсудимому телесного повреждения при обстоятельствах нанесения ему удара ножом.

На основании поручения следователя в порядке ст.38 УПК РФ ДД.ММ.ГГГГ в период с 20 часов 30 минут до 20 часов 55 минут, в ходе осмотра места происшествия в служебном кабинете ОМВД России по 

<

адрес> у ФИО4 изъяты вещи ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в которых он находился ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 30 минут, а именно футболка серого цвета и шорты темного цвета (т.1, л.д.20,21-24).

В судебном заседании подсудимый и свидетель ФИО4 подтвердили, что ДД.ММ.ГГГГ на ФИО1 были одеты указанные предметы одежды.

Одежда С.А. и ФИО1 осмотрена, признана и приобщена к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т.1, л.д.51-52,53,54-55,56).

У потерпевшего С.А. получен образец крови (т.1, л.д.58-59).

Согласно заключению эксперта № на предметах одежды, изъятых у С.А., обнаружена кровь человека, происхождение которой от потерпевшего не исключается (т.2, л.д.79-82).

Согласно заключению эксперта № на шортах ФИО1 (в объектах 2,3,5) обнаружена кровь человека, полученные результаты исследования которой не исключают возможность происхождения от потерпевшего С.А. На футболке, шортах (в объекте №) кровь не обнаружена.

<

данные изъяты>

Согласно заключению экспертов № кровь на шортах, исследованная ранее (см.заключение эксперта №), произошла от С.А. (т.2, л.д.133-134,139-145).

Подсудимый ФИО1 образование крови потерпевшего на своих шортах допустил при обстоятельствах установки трубы, когда они работали в составе бригады, С.А. повредил руку, он давал ему свой платок, который затем положил в карман шорт. 

Вместе с тем, локализация пятен крови на шортах подсудимого не соответствует этим пояснениям ФИО1

Потерпевший С.А. происхождение своей крови на шортах подсудимого объяснил образованием раны ДД.ММ.ГГГГ.

Свидетель БюВ. показал, что в период с 19 по ДД.ММ.ГГГГ бригада, в составе которой находились С.А. и Г.А., производили ремонт печи его дома, устанавливали трубу. Об участии в работе ФИО1 не знает. В его присутствии обстоятельства травмирования С.А. не происходили.

Оценивая приведенные доказательства в совокупности суд приходит к выводу, что доводы подсудимого о происхождении крови на шортах во время выполнения совместной работы с С.А. в период, предшествовавший совершению преступления, не нашли своего подтверждения в судебном заседании объективными доказательствами (обнаружением платка с пятнами крови, наличием у потерпевшего телесных повреждений). При этом суд не принимает показания свидетеля Г.А., учитывая характер его взаимоотношений с подсудимым ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ в период с 15 часов 03 минут до 16 часов 05 минут, в доме и надворных постройках по адресу: 

<

адрес>, произведен обыск для отыскания ножа, которым причинено телесное повреждение С.А., и иных следов преступления. Обыск произведен на основании постановления Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ о разрешении производства обыска в жилище К.Т. и К.Ю, по указанному адресу. Обыск произведен с участием К.Ю,, сотрудников ОМВД России по 

<

адрес>, понятых. Из помещения бани изъяты ковровое покрытие с пятнами бурого цвета и нож; в помещении кухни дома изъяты 4 ножа различного размера с деревянными ручками; в помещении беседки, расположенной во дворе дома, изъят нож с деревянной ручкой в ножнах. Протокол обыска подписан всеми участниками следственного действия, при этом от К.Ю, поступило заявление, что на ноже, изъятом из беседки, ручка не деревянная, а костяная, других замечаний не поступило. К протоколу обыска приобщена фототаблица, на которой изображены приусадебный участок, помещение бани и изъятые ножи (т.1, л.д.101,102-109).

Поскольку постановление о разрешении производства обыска не было обжаловано, обыск произведен в соответствии с требованиями ст.182 УПК РФ, у суда не имеется оснований признать протокол обыска составленным с нарушением требований уголовно-процессуального законодательства.

Согласно заключению эксперта № на вышеописанных вещественных доказательствах кровь не обнаружена (т.3, л.д.99-102).

Потерпевший С.А. показал, что среди изъятых ножей отсутствует нож, которым ему было причинено телесное повреждение.

Изъятые в ходе обыска предметы осмотрены и по распискам возвращены К.Ю,, марлевый тампон с образцом крови С.А. признан вещественным доказательством и приобщен к уголовному делу (т.1, л.д.112-113,114, 190-193,194,195).

Изложенные доказательства приводят к суждению, что изъятые в ходе обыска ножи не являлись орудием преступления и указывают на отсутствие следов преступления в помещении бани.

Согласно протоколу проверки показаний на месте от ДД.ММ.ГГГГ, в период с 15 часов 30 минут до 16 часов 20 минут, потерпевший С.А. в присутствии участвующих лиц указал на беседку, находящуюся за забором 

<

адрес> в 

<

адрес>, и пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 00 минут до 18 часов 30 минут, он находился в данной беседке совместно с ФИО5 В ходе выяснения отношений ФИО1 нанес ему ножевое ранение в область живота. Потерпевший С.А. при помощи имитирующего ножа указал, как ФИО1 нанес ему ранение ножом (т.2, л.д.163-167).

В судебном заседании потерпевший С.А. подтвердил свои показания.

Учитывая, что протокол проверки показаний на месте оглашен следователем, дополнений и уточнений к содержанию протокола не поступило, протокол подписан всеми участниками следственного действия, отсутствие подписи понятого на одном из листов протокола не может свидетельствовать о нарушении при его составлении требований ст.166 УПК РФ.

Согласно адресным справкам К.Ю, с ДД.ММ.ГГГГ, а К.Т. с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрированы по месту жительства по адресу: 

<

адрес> (т.1, л.д.98,99).

Согласно изученным в судебном заседании документам К.Ю, является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по указанному адресу, а также долевым собственником земельного участка по адресу: 

<

адрес> (т.3, л.д.188-194).

Свидетель К.Ю, показал, что во дворе его дома по адресу: 

<

адрес>В расположена беседка, баня находится в 45-50 метрах от дома по адресу: 

<

адрес>. Он является собственником дома и земельного участка по указанному адресу, который соприкасается с его домом, между которыми имеется проход.

Таким образом, суд находит обоснованными доводы потерпевшего С.А. о том, что он воспринимал строение бани относящимся к домовладению К.Ю,

Суд считает нашедшим свое подтверждение совокупностью приведенных доказательств, что местом совершения инкриминируемого преступления является беседка, расположенная во дворе дома по адресу: 

<

адрес>В.

В судебном заседании подлежало проверке алиби подсудимого ФИО1 на время совершения преступления.

Свидетель В.Н. показал, что гаражи его и ФИО6 расположены рядом. В июле 2017 года его опрашивал сотрудник полиции о том, видел ли он ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. Он сказал, что не видел, точнее не помнит, был ли возле гаража или в гараже ФИО1, при этом мог его не видеть.

Из оглашенных в порядке части 3 ст.281 УПК РФ показаний В.Н. при допросе в качестве свидетеля ДД.ММ.ГГГГ в части усматривается, что он забирает автомобиль из гаража с 07 часов 30 минут, ставит в гараж около 20 часов. В тот день, о котором спрашивал сотрудник полиции, он ФИО6 не видел, был ли ФИО6 в гараже в течение дня не знает (т.1, л.д.196-198).

Свидетель В.Н. подтвердил оглашенные показания.

Полагая в обоснование приговора показания В.Н., которые даны в ходе производства предварительного расследования и подтверждены в судебном заседании, суд исходит из того, что свидетель не смог ни подтвердить, ни опровергнуть показания ФИО1, поскольку сообщил известное ему по делу за пределами времени совершения преступления.

Согласно рапорту о/у ОУР ОМВД России по 

<

адрес> П.Д. свидетели пребывания подсудимого ФИО1 в гараже ДД.ММ.ГГГГ не установлены (т.1, л.д.25).

Свидетель Р.В. показала, что ФИО1 является мужем ее сестры. Точное время и дату не помнит, во второй половине дня она находилась дома с сестрой П.И. После 17 часов, в 18-19 часов (точное время назвать не может) пришел ФИО1, находился в состоянии опьянения, сказал, что шел из гаража. Затем вышел на улицу, откуда его забрали сотрудники полиции. ФИО1 сказал, что была потасовка в гараже.

Свидетель П.И. показала, что ДД.ММ.ГГГГ она находилась на работе. О том, где находился в течение дня ФИО1 ей не известно. Закончила работу в 18 часов, переоделась, на что ушло 10 минут, шла домой 5 минут, находилась дома в течение 15-20 минут, пошла к Р.В. С сестрой сидели на улице, были сумерки, пришел ФИО1 Он был выпивший, сказал, что находился в гараже, пил пиво. Телесных повреждений у него не было. Спустя полчаса за ним приехали сотрудники полиции. ФИО1 вернулся домой поздно, сказал, что его подозревают в том, что он порезал С.А., которого не видел. Через несколько дней у нее изъяли шорты и футболку ФИО1, которые были одеты на нем ДД.ММ.ГГГГ. Эту одежду она не стирала.

Указываемое свидетелями Р.В. и П.И. время прихода ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не опровергают показания потерпевшего С.А. о времени причинения ему ножевого ранения.

Таким образом, достоверных данных, подтверждающих алиби ФИО1, стороной защиты не представлено. Проанализировав доказательства, суд отвергает показания подсудимого ФИО1 о том, что в течение дня ДД.ММ.ГГГГ он находился в своем гараже, как недостоверные.

В судебном заседании изучена личность потерпевшего: С.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец 

<

адрес>, проживает по адресу: 

<

адрес>, не судим, на диспансерном учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, военнообязанный, по месту жительства характеризуется положительно (т.2, л.д.33,35,37,39,41).

Оценив доказательства, проверенные в ходе судебного следствия, суд приходит к выводу, что виновность ФИО1 в причинении тяжкого вреда здоровью С.А. ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 18 часов 00 минут до 18 часов 30 минут установлена признанными достоверными показаниями потерпевшего С.А., которые согласуются с показаниями свидетелей Н.Е., К.А., С.С., заключениями медицинской судебной, биологической и геномной экспертиз, протоколами очных ставок между потерпевшим С.А., свидетелями Н.Е., С.С. и подсудимым ФИО1, свидетелями К.Ю,, К.Т., Г.А. 

С учетом изложенного, суд отвергает показания подсудимого и свидетелей К.Ю,, К.Т., Г.А. о непричастности ФИО1 к совершению преступления. При оценке показаний указанных свидетелей суд учитывает, что они как и свидетель Ф.Е. состоят в дружеских отношениях с ФИО1

Доводы стороны защиты о том, что при возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия указания прокурора в части проведения очных ставок со свидетелями А.О. и Н.Е. не были в полном объеме выполнены следователем, суд признает несостоятельными, поскольку представленные сторонами доказательства проверены в ходе судебного следствия и оценены по правилам ст.ст.87-88 УПК РФ (т.3, л.д.1).

Возбуждение уголовного дела по п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ на основании рапорта об обнаружении признаков преступления, не препятствовало переквалификации действий подсудимого с учетом характера и степени вреда, причиненного здоровью потерпевшего (т.1, л.д.1,39-40).

Суд не принимает доводы о нарушении права на защиту ФИО1 при его допросе в качестве подозреваемого, поскольку протокол допроса подозреваемого ФИО1 судом не исследовался и оценка его показаниям в данном протоколе не давалась (т.1, л.д.216,217,224-227).

Проверенные судом и положенные в обоснование приговора доказательства подтверждают, что действия потерпевшего С.А. во время конфликта не сопровождались применением насилия, опасного для жизни, либо сопряженного с угрозой применения такого насилия, демонстрацией и использованием каких-либо предметов по отношению к ФИО1, что в совокупности не свидетельствовало и не могло свидетельствовать о наличии реального посягательства на жизнь и здоровье подсудимого либо реальной угрозы подобного посягательства. Действия С.А., предшествовавшие причинению ему телесного повреждения, также не создавали и не могли создавать какую-либо опасность для жизни и здоровья ФИО1 в месте, где происходило распитие спиртных напитков. Мотивом действий подсудимого явно была личная неприязнь к потерпевшему, вызванная ссорой с потерпевшим. 

Не обнаружение на месте происшествия ножа, который согласно показаниям потерпевшего использовался ФИО1 при нанесении удара в область живота, по мнению суда, не ставит под сомнение достоверность показаний потерпевшего С.А., поскольку со дня совершения преступления ДД.ММ.ГГГГ до времени проведения обыска ДД.ММ.ГГГГ прошло более двух месяцев, что могло повлечь утрату и сокрытие орудия преступления. 

Поскольку причинение потерпевшему ранения неустановленным предметом с колюще-режущими свойствами, похожим на нож, подтверждается показаниями С.А., а также характером и локализацией повреждения, обнаруженного на теле потерпевшего при оказании ему медицинской помощи и в ходе судебно-медицинской экспертизы, суд учитывает данное обстоятельство при описании преступного деяния, признанного судом доказанным.

Давая правовую оценку действиям подсудимого, суд исходит из установленных приведенными выше доказательствами обстоятельств дела, согласно которым ФИО1 действуя умышленно, с целью причинения тяжкого вреда здоровью, нанес удар неустановленным предметом, похожим на нож, в область живота С.А., причинив ему телесное повреждение в виде колото-резаной раны живота справа, проникающей в брюшную полость с повреждением большого сальника, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие в ходе ссоры между подсудимым и потерпевшим. О направленности умысла ФИО1 на причинение тяжкого вреда здоровью свидетельствует целенаправленный характер его действий – нанесение удара предметом, обладающим травмирующими свойствами, в жизненно-важную область тела – в область живота. Поскольку тяжкий вред здоровью потерпевшему был причинен за счет травматического воздействия предмета с колюще-режущими свойствами, который был использован подсудимым в процессе причинения телесного повреждения, действия подсудимого содержат квалифицирующий признак - причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему С.А. с применением предмета, используемого в качестве оружия. Приходя к выводу о доказанности изложенных действий подсудимого ФИО1 суд считает, что содеянное им надлежит квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого ФИО1, согласно ст.61 УК РФ суд не усматривает. 

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого ФИО1, согласно ч.1 ст.63 УК РФ суд не усматривает. 

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного, суд не усматривает достаточных оснований признать обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого ФИО1, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ.

При определении наказания подсудимому ФИО1, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности преступления, его личность (в том числе сведения, его характеризующие), отсутствие обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, влияние наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи. 

Согласно представленным в деле документам ФИО1 не судим, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, на воинском учете не значится, по месту жительства характеризуется положительно (т.2, л.д.173,175,177,179,183).

Оценивая изложенное в совокупности, руководствуясь общими началами назначения наказания, суд приходит к выводу о назначении ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы, без назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, и о возможности его исправления без реального отбывания наказания, а потому постановляет считать назначаемое наказание в виде лишения свободы условным.

С учетом личности подсудимого, фактических обстоятельств преступления, степени общественной опасности содеянного, отсутствия исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ, суд не усматривает.

Избранная в отношении подсудимого ФИО1 в ходе производства предварительного расследования мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит отмене.

Заявленный ООО Страховая медицинская организация «Восточно-страховой альянс» гражданский иск на сумму материального ущерба в размере 15080,54 рублей подлежит удовлетворению, а материальный ущерб на основании ст.1064 ГК РФ - взысканию с ФИО1 в пользу гражданского истца (т.2, л.д.148-149,151,152,153,154-156).

Решая вопрос по заявленному С.А. гражданскому иску о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что в результате совершения преступления потерпевшему были причинены физические и нравственные страдания. При определении размера компенсации причиненного морального вреда суд учитывает характер причиненных С.А. физических и нравственных страданий, степень вины ФИО1, а также требования разумности и справедливости. С учетом изложенного и в соответствии со ст.ст.151, 1101 ГК РФ, суд находит иск подлежащим удовлетворению и считает необходимым взыскать с ФИО1 в пользу С.А. компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей (т.3, л.д.130,131-134).

Вещественные доказательства – предметы, сохранившие на себе следы преступления, в соответствие со ст.81 УПК РФ подлежат уничтожению.

Документы, позволяющие разрешить вопрос, на кого и в каком размере должны быть возложены процессуальные издержки, в деле отсутствуют.

Руководствуясь ст.ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года 6 (шесть) месяцев.

Согласно ст.73 УК РФ назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком 3 (три) года.

На основании ч.5 ст.73 УК РФ на ФИО1 возложить обязанности: в течение 10 дней со дня вступления приговора в законную силу встать на учет специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного по месту жительства, куда являться для регистрации 1 (один) раз в месяц в дни, установленные уголовно-исполнительной инспекцией, не менять постоянного места жительства без уведомления данного органа, обратиться к психологу ФКУ УИИ ГУФСИН России по 

<

адрес> для прохождения диагностики и получения консультации в целях улучшения воспитательного воздействия на осужденного.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную в отношении ФИО1, отменить.

Гражданский иск ООО Страховая медицинская организация «Восточно-страховой альянс» удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу ООО Страховая медицинская организация «Восточно-страховой альянс» в счет возмещения материального ущерба 15080,54 рублей.

Гражданский иск С.А. удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу С.А. в счет возмещения морального вреда 500000 рублей.

Вещественные доказательства: 

<

данные изъяты>) – уничтожить.

Приговор суда первой инстанции, не вступивший в законную силу, может быть обжалован сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Приморского краевого суда через Октябрьский районный суд Приморского края в течение 10 суток со дня провозглашения приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы (представления) осужденный вправе ходатайствовать о своем участии и участии его защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. При этом осужденный вправе поручать осуществление своей защиты защитнику, с которым заключено соответствующее соглашение, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, либо отказаться от услуг защитника при условии, что данный отказ не связан с материальным положением осужденного.

Судья Р.Н. Задесенец