РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 декабря 2017 года г. Байконур

26 гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – судьи Шелестова А.Н., при секретаре Запальской О.А., с участием истца, представителя истца ФИО1, представителей ответчиков: Управления образованием города Байконур (далее – Управление образованием) ФИО2 и Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Байконур (далее – ОПФР) ФИО3, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, на стороне ответчика, Государственного казенного учреждения «Централизованная бухгалтерия по обслуживанию учреждений образования г. Байконур» (далее – ГКУ «ЦБ ОУО») ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении военного суда, гражданское дело по исковому заявлению ФИО5 к Управлению образованием города Байконур и Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Байконур об обязании перечислить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, представлении сведений индивидуального (персонифицированного) учета и перерасчете размера страховой пенсии по старости,

у с т а н о в и л:

ФИО5 обратилась в суд с иском к Управлению образованием и ОПФР, согласно которому просила суд обязать Управление образованием начислить и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование истца за период ее работы с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года в Государственном бюджетном общеобразовательном учреждении средней общеобразовательной школе № 2 им. К.Э. Циолковского (далее – ГБОУ СОШ № 2), и направить в ОПФР за указанный период сведения индивидуального (персонифицированного) учета. Кроме того, истец просила обязать ОПФР произвести перерасчет назначенной ей страховой пенсии, с учетом представленных Управлением образованием сведений индивидуального (персонифицированного) учета за вышеуказанный период ее работы в ГБОУ СОШ № 2.

В обоснование заявленных требований истец указала, что она в период с 01 января 2002 года по 03 августа 2015 года работала в должности учитель в ГБОУ СОШ № 2. Однако за период трудовой деятельности с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года Управление образованием и ГБОУ СОШ № 2 начисление и уплату за нее взносов на обязательное пенсионное страхование через ГКУ «ЦБ ОУО» не осуществляли, ввиду отсутствия у истца в г. Байконур регистрации по месту пребывания. В связи с чем истец, ссылаясь на нормы действующего законодательства РФ, а также международные договоры РФ, полагала, что Управление образованием и ОПФР нарушило ее право на социальное обеспечение по старости, а именно, на получение досрочной страховой пенсии по старости в полном объеме.

Истец ФИО5 и ее представитель ФИО1 в суде, каждый в отдельности, на исковых требованиях настаивали по основаниям, изложенным в иске. При этом истец отметила, что до поступления на работу в ГБОУ СОШ № 2 ранее в российских организациях на территории РФ и в г. Байконур никогда не работала.

Представитель ответчика Управления образованием ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме и в обоснование своих возражений указал, что страховые взносы, в части касающейся истца, за период ее работы в ГБОУ СОШ № 2 с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года не начислялись, не уплачивались и сведения персонифицированного учета в пенсионный орган не предоставлялись. Однако, по мнению представителя ответчика, в связи с ликвидацией 11 мая 2016 года ГБОУ СОШ № 2 на основании ч. 1 ст. 61 ГК РФ Управление образованием, как учредитель указанного юридического лица, не несет никаких обязанностей перед истцом за названное учебное заведение за период с 28 сентября 2010 года по 31 декабря 2011 года, поскольку ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам. Касательно периода с 01 января 2002 года по 28 сентября 2010 года, в течение которого Управление образованием осуществляло функции непосредственного страхователя по отношению к истцу, представитель ответчика полагал, что Управление образованием и ГБОУ СОШ № 2 не несут ответственности за не начисление и не перечисление страховых взносов на обязательное пенсионное страхование ФИО5, поскольку контролирующими органами (налоговыми органами и пенсионным фондом) Управление образованием и ГБОУ СОШ № 2 к ответственности за неуплату страховых взносов не привлекались.

Кроме того, представитель ответчика ФИО2, ссылаясь на Постановление Конституционного суда РФ от 10 июля 2007 года № 9-П (далее – Постановление № 9-П), полагал, что в случае неуплаты или ненадлежащей уплаты страхователями (работодателями) страховых взносов в Пенсионный фонд РФ в порядке исполнения за страхователя обязанности по перечислению в Пенсионный фонд необходимых средств в пользу застрахованных лиц, которым назначается трудовая пенсия должно обеспечиваться государством путем перерасчета соответствующей пенсии за счет средств федерального бюджета.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 также просил суд на основании ст. 196, 199 и 200 ГК РФ применить к заявленным истцом требованиям срок исковой давности (трехлетний и десятилетний), который следует исчислять с даты получения истцом СНИЛС (10 мая 2012 года), и в связи с чем отказать в удовлетворении иска.

Представитель ответчика ОПФР ФИО3 в суде исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменных возражениях, согласно которым истцу 16 января 2015 года на основании решения ОПФР № от 12 марта 2015 года в связи с осуществлением педагогической деятельности была назначена досрочная страховая пенсия по старости, исходя из имеющихся на момент вынесения решения сведений о размере страховых взносов. Размер пенсии истцу определялся исходя из общего трудового стажа, и страховых взносов, начисленных и перечисленных страхователем (работодателем) в Пенсионный фонд за застрахованное лицо (истца) за период с 01 января 2002 года по дату назначения пенсии. Согласно имеющимся документам выплатного пенсионного дела размер страховых взносов на дату назначения пенсии составил 00000 рублей.

Кроме того, представитель ОПФР в суде отметила, что в случае представления Управлением образованием соответствующих сведений индивидуального (персонифицированного) учета за вышеуказанный период работы истца в ГБОУ СОШ № 2 и, соответственно, перечисления страховых взносов на обязательное пенсионное страхование истца, ОПФР произведет перерасчет назначенной истцу страховой пенсии. В связи с чем ОПФР полагает, что в настоящее время оснований для перерасчета истцу размера пенсии не имеется.

Представитель третьего лица ГКУ «ЦБ ОУО» ФИО4 в судебном заседании вопрос удовлетворения исковых требований оставила на усмотрение суда и пояснила, что в отношении истца, работавшей в ГБОУ СОШ № 2 в период времени с 01 января 2002 года по 30 сентября 2010 года страхователем в ОПФР являлось Управление образованием г. Байконур, так как ГБОУ СОШ № 2 была ее структурным подразделением, а с 01 октября 2010 года по 31 декабря 2011 года страхователем истца в ОПФР являлось ГБОУ СОШ № 2 (с 28 сентября 2010 года приобрело статус юридического лица). Начиная с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года ФИО5 страховые взносы в Пенсионный фонд РФ в этот период не начислялись и не уплачивались, так как истцом в бухгалтерию ГКУ «ЦБ ОУО» не был представлен страховой номер лицевого счета в системе обязательного пенсионного страхования (СНИЛС), который был выдан ей работодателем и ОПФР лишь 10 мая 2012 года. После чего начисление страховых взносов истцу осуществлялось с 01 января 2012 года. Более того, представитель третьего лица пояснила, что в случае даже если бы по состоянию на 01 января 2002 года истец имела СНИЛС то ей, как гражданке Республики Казахстан, имеющей временную регистрацию в городе Байконур, из-за отсутствия регистрации по месту жительства, страховые взносы не начислялись бы и не перечислялись.

Кроме того, представитель третьего лица отметила, что до 01 января 2010 года взносы в Пенсионный фонд РФ направлялись в виде составной части единого социального налога. После отмены единого социального налога с 01 января 2010 года обязанность начисления прямых страховых взносов была возложена на работодателей.

Заслушав объяснения сторон и третьего лица, исследовав представленные доказательства и оценив их в совокупности, суд признает требования иска обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Так, в суде установлено, что согласно решению ОПФР № от 12 марта 2015 года истцу в связи с осуществлением педагогической деятельности в соответствии с п. 27 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» назначена досрочная страховая пенсия по старости с 16 января 2015 года в размере 8392,42 рубля.

Как усматривается из пенсионного дела ФИО5, выписки из лицевого счета застрахованного лица, копий трудовой книжки и страхового свидетельства государственного пенсионного страхования РФ №, выданного 10 мая 2012 года, а также справок ГКУ «ЦБ ОУО» от 28 ноября и 19 декабря 2017 года, карточек лицевого счета ГКУ «ЦБ ОУО» на истца за период с 2000 по 2011 годы, копии сведений о регистрации страхователя в Пенсионном фонде, истец застрахована в системе Пенсионного фонда РФ, спорный период работы истца в ГБОУ СОШ № 2 с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года ОПФР зачтен ФИО5 в педагогический стаж. Однако страхователями: Управлением образования г. Байконур в период с 01 января 2002 года по 30 сентября 2010 года, ГБОУ СОШ № 2 в период с 01 октября 2010 года по 31 декабря 2011 года за ФИО5 страховые взносы в ОПФР не начислялись и не уплачивались. Отчисления по страховым взносам работодателем ГБОУ СОШ № 2 производились лишь с 01 января 2012 года.

На работу в ГБОУ СОШ № 2 на должность учитель ФИО5 принята 01 сентября 2000 года, а с 03 августа 2015 года она уволена с указанной должности по собственному желанию.

При этом суд отмечает, что согласно трудовой книжке истец фактически впервые поступила на работу по трудовому договору в российскую организацию, находящуюся на территории г. Байконур, а именно в ГБОУ СОШ № 2. Указанное обстоятельство ответчиками в суде не оспаривалось, доказательств обратного суду не представлено.

В силу п. 2 ст. 7 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее – ФЗ № 27) в редакции, действовавшей на дату приема истца на работу (01 сентября 2000 года), а именно от 01 апреля 1996 года, лицо, впервые поступившее на работу по трудовому договору, получает страховое свидетельство государственного пенсионного страхования (СНИЛС) по месту работы.

Указанный порядок получения СНИЛС на день его получения истцом (10 мая 2012 года) фактически не изменился, поскольку согласно п. 2 ст. 7 ФЗ № 27, в редакции от 03 декабря 2011 года, лицо, впервые поступившее на работу по трудовому договору или заключившее договор гражданско-правового характера, на вознаграждение по которому в соответствии с законодательством РФ начисляются страховые взносы, получает страховое свидетельство обязательного пенсионного страхования, содержащее страховой номер индивидуального лицевого счета, через страхователя, то есть в рамках данного дела через работодателя.

При этом с учетом требований п. 1 и 2 ст. 9 ФЗ № 27, Управление образованием г. Байконур и ГБОУ СОШ № 2 не выполнило обязанность работодателя о представлении в ОПФР необходимых сведений (пп. 1 – 9 п.2 ст. 6 ФЗ № 27) об истце для начальной регистрации ее в качестве застрахованного лица для индивидуального (персонифицированного) учета в системе государственного пенсионного страхования.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что по вине работодателя, а именно Управления образованием г. Байконур и ГБОУ СОШ № 2, истцу своевременно не был выдан СНИЛС и ФИО5 не была зарегистрирована в системе государственного пенсионного страхования (СНИЛС выдан истцу 10 мая 2012 года). В результате чего, вопреки целям и принципам индивидуального (персонифицированного) учета, изложенным в ст. 3 и 4 ФЗ № 27, в оспариваемый период с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года Управление образованием г. Байконур и ГБОУ СОШ № 2 фактически уклонялись от обязанности представления сведений для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Пенсионного фонда Российской Федерации в отношении истца, а также уклонялись от обязанности по начислению и уплате в ОПФР страховых взносов на обязательное пенсионное страхование ФИО5

В силу ст. 4 Соглашения между Российской Федерацией и Республикой Казахстан «О статусе города Байконур, порядке формирования и статусе его органов исполнительной власти», п. «б» ст. 1 и ст. 3 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Казахстан о гарантиях пенсионных прав жителей города Байконур Республики Казахстан (Алма-Ата, 27 апреля 1996 года), а также с учетом копий договора найма жилого помещения, поквартирной карточки, трудовой книжки, справки Министерства юстиции РК об отсутствии недвижимого имущества от ДД.ММ.ГГГГ, ответа ОВМ УМВД России на комплексе «Байконур» № от ДД.ММ.ГГГГ, копий удостоверения личности и адресной справки № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 является гражданкой Республики Казахстан, в период с 01 января 2002 года по настоящее время постоянно проживает и работает в г. Байконур и, соответственно, является жителем г. Байконур.

При этом пенсионное обеспечение жителей города Байконур, производится по нормам законодательства Российской Федерации.

Из копий Положения о бухгалтерии Управления образованием и договора на бухгалтерское обслуживание и ведение бухгалтерского учета в школах города с ГБОУ СОШ № 2, действовавших в период с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года, а также Устава ГКУ «ЦБ ОУО», усматривается, что ГКУ «ЦБ ОУО» (ранее – Централизованная бухгалтерия № 1 по обслуживанию школ и внешкольных учреждений при Управлении образованием, с 2013 года – Государственное казенное учреждение «Централизованная бухгалтерия по обслуживанию государственных бюджетных дошкольных образовательных учреждений») осуществляло бухгалтерское обслуживание и ведение бухгалтерского учета в школах города, в том числе начисление заработной платы их сотрудникам, начисление и перечисление налогов и сборов в федеральный, региональный и местный бюджет, в том числе и страховых взносов в Пенсионный фонд РФ, первоначально как структурное подразделение Управления образованием, а затем на договорной основе с ГБОУ СОШ № 2. При этом ГКУ «ЦБ ОУО» в настоящее время подведомственно Управлению образованием.

Как следует из справок ГКУ «ЦБ ОУО» от 28 ноября и 19 декабря 2017 года, а также копий карточек лицевого счета на ФИО5 за период с 2002 по 2011 годы, сумма страховых взносов, подлежащая выплате ОПФР на индивидуальный (персонифицированный) счет истца страховые взносы на заработную плату ФИО5 не начислены и в Пенсионный фонд не уплачены.

Согласно копиям приказа Управления образованием от 14 сентября 2015 года № 13-1/19-321 «О ликвидации ГБОУ СОШ № 2», уведомления о снятии с учета в налоговом органе, а также выписки из ЕГРЮЛ от 11 мая 2016 года, ГБОУ СОШ № 2 снята с налогового учета 11 мая 2016 года на основании сведений о прекращении деятельности юридического лица.

Из копий свидетельств о государственной регистрации юридического лица и постановке на налоговый учет, п. 1.1 – 1.9, 2.1, 3.3, 3.19 Положения об Управлении образованием (утвержден распоряжением Главы администрации г. Байконур № 01-218р от 20.06.2014г.), Управление образованием с 26 января 1996 года является юридическим лицом, а также органом исполнительной власти, осуществляющим государственное управление в сфере образования (структурное подразделение Администрации г. Байконур) и подотчетное Главе администрации, финансируемым за счет средств бюджета города, руководствуется в своей деятельности международными договорами и соглашениями по комплексу «Байконур», осуществляет функции и полномочия учредителя государственных образовательных организаций города, а также контроля за их деятельностью (образовательных учреждений). Аналогичные положения были предусмотрены и ранее действовавшими положениями, а именно п. 1.1 – 1.8, и 3.3 Положения об Управлении образованием (утвержден распоряжением Главы администрации г. Байконур № 01-91р от 26.03.2004г., действовал до 02.08.2010г.), и п. 1.1 – 1.10, и 3.3 Положения об Управлении образованием (утвержден распоряжением Главы администрации г. Байконур № 01-181р от 02.08.2010г., действовал до 20.06.2014г.).

Как усматривается из копий постановления Главы администрации г. Байконур от 10 ноября 2009 года № 122, п. 1.14 – 1.6, 8.1 – 8.3 Устава ГБОУ СОШ № 2, утвержденного приказом начальника Управления образованием 26 октября 2011 года № 13-662, ГБОУ СОШ № 2 являлось юридическим лицом с 28 сентября 2010 года по 11 мая 2016 года (сведения на сайте www.egrul.nalog.ru, ОГРН №). При этом учредителем ГБОУ СОШ № 2 являлось Управление образованием, учреждение в целях своей деятельности имело право владения, пользования и распоряжения, закрепленным за ним имуществом, находящимся в собственности Администрации г. Байконур.

В соответствии со ст. 14 и 15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – ФЗ № 400) подсчет страхового стажа осуществляется на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учета. При этом размер страховой пенсии по старости исчисляется, исходя из суммы страховых взносов, перечисленных за застрахованное лицо страхователем в Пенсионный фонд Российской Федерации, и учтенных на лицевом счете застрахованного лица (сведения индивидуального (персонифицированного) учета).

В силу ст. 9 и 11 Федерального закона от 01 апреля 1996 года № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее – ФЗ № 27) именно страхователь представляет сведения в соответствующий орган Пенсионного фонда РФ о работающих у него застрахованных лицах. Кроме того, на страхователей возложена обязанность представлять в органы Пенсионного фонда РФ сведения об уплаченных страховых взносах, на основании данных бухгалтерского учета, а также сведения о страховом стаже – на основании приказов и других документов по учету кадров.

Более того, согласно п. 3 ст. 11 названного закона при ликвидации страхователя – юридического лица, последний обязан представить сведения, предусмотренные п. 2 – 2.3 ст. 11 ФЗ № 27 в течение одного месяца со дня утверждения промежуточного ликвидационного баланса, но не позднее дня представления в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий государственную регистрацию юридических лиц, документов для государственной регистрации при ликвидации юридического лица. В частности сведения, необходимые для правильного назначения страховой пенсии, сведения о суммах начисленных страховых взносов на обязательное пенсионное страхование и уплаченных за застрахованное лицо.

В силу ст. 15 ФЗ № 27 страхователь обязан в установленный срок представлять органам Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о застрахованных лицах, определенные указанным Федеральным законом.

При этом согласно ст. 16 ФЗ № 27 Органы Пенсионного фонда РФ обязаны осуществлять контроль за правильностью представления страхователями сведений, определенных названным Федеральным законом, в том числе по их учетным данным.

Статьей 4 ФЗ № 27 в качестве основного принципа организации индивидуального (персонифицированного) учета установлена всеобщность и обязательность уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации и учета сведений о застрахованных лицах.

При этом суд отмечает, что указанные обязанности в отношении ФИО5 за период ее работы с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года ни ГБОУ СОШ № 2, ни Управлением образованием (и как страхователем, и как учредителем) на момент ликвидации названной школы не выполнены. В указанный период ОПФР в нарушение требований закона контроль за правильностью представления страхователями сведений установленных вышеуказанным законом не осуществлял.

Согласно ст. 3, 5 – 7, 10, 13 и 14 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в РФ» (далее – ФЗ № 167) под обязательными платежами понимаются страховые взносы на обязательное пенсионное страхование. Обязательное пенсионное страхование в РФ осуществляется страховщиком, которым является Пенсионный фонд РФ. Страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются, в частности, организации, производящие выплаты физическим лицам. Застрахованными лицами являются как, граждане РФ, так и постоянно или временно проживающие на территории РФ иностранные граждане, работающие по трудовому договору. Суммы страховых взносов, поступившие за застрахованное лицо в Пенсионный фонд РФ, учитываются на его индивидуальном лицевом счете.

Кроме того, страховщик обязан осуществлять контроль за правильностью представления и достоверностью сведений, необходимых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а страхователи в свою очередь обязаны: своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Пенсионный фонд РФ и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в указанный Фонд, а также представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения.

Частью 1 и 2 ст. 10 Федерального закона от 17 декабря 2001 года № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в РФ» (далее – ФЗ № 173, в силу ст. 35 и 36 ФЗ № 400 данный закон не применяется с 01 января 2015 года, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в части, не противоречащей ФЗ № 400), действовавшего в спорный период времени (2002 – 2011 годы) в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории РФ застрахованными лицами при условии, что за эти периоды уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд РФ. При этом периоды работы, которые выполнялись застрахованными лицами за пределами территории РФ, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством РФ и международными договорами РФ.

Кроме того, в оспариваемый период в силу п. 1 ст. 25 ФЗ № 173 работодатели несли ответственность за достоверность сведений, представляемых для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования.

Право застрахованных лиц, работающих по трудовому договору, на получение страховой (ранее трудовой) пенсии по старости обеспечивается уплатой страхователями в их пользу страховых взносов в Пенсионный фонд РФ. Указанные взносы, как отмечается в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24 февраля 1998 года № 7-П, являются обязательной составной частью расходов по найму рабочей силы и материальной гарантией предоставления застрахованным лицам надлежащего страхового обеспечения.

Согласно ч. 2 ст. 62 ГК РФ учредитель, принявший решение о ликвидации юридического лица, независимо от оснований, по которым принято решение о его ликвидации, в том числе в случае фактического прекращения деятельности юридического лица, обязаны совершить за счет имущества юридического лица действия по ликвидации юридического лица. При недостаточности имущества юридического лица учредители (участники) юридического лица обязаны совершить указанные действия солидарно за свой счет.

В силу п. 5 ст. 123.22 ГК РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом. При этом по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

В соответствии с п. 1 и 15 ст. 3 Федерального закона от 05 мая 2014 года № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса РФ и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов РФ» названный Федеральный закон вступает в силу с 01 сентября 2014 года, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлены иные сроки вступления их в силу. При этом действие п. 5 ст. 123.22 Гражданского кодекса РФ в части установления субсидиарной ответственности собственника имущества бюджетного учреждения по обязательствам такого учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, распространяется на правоотношения, возникшие также после 01 января 2011 года.

При этом суд отмечает, что по состоянию на 31 декабря 2011 года и на день ликвидации ГБОУ СОШ № 2 (11 мая 2016 года), а также на день назначения пенсии (12 марта 2015 года), Управление образованием (страхователь и учредитель школы) и ГБОУ СОШ № 2 (страхователь), не насчитав и не уплатив страховые взносы в Пенсионный фонд за истца за период ее работы в названной школе с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года фактически причинили ФИО5 вред (ущерб) ее пенсионным правам, который в свою очередь повлиял на размер, назначенной истцу страховой пенсии по старости (в меньшем размере).

В связи с чем доводы представителя ответчика Управления образованием ФИО2 о том, что на основании ч. 1 ст. 61 ГК РФ Управление образованием, как учредитель указанного юридического лица, не несет никаких обязанностей перед истцом за названное учебное заведение за период с 01 октября 2010 года по 31 декабря 2011 года, поскольку ликвидация юридического лица влечет его прекращение без перехода в порядке универсального правопреемства его прав и обязанностей к другим лицам, суд признает необоснованными и несостоятельными, поскольку действие нормы п. 5 ст. 123.22 Гражданского кодекса РФ распространяется на правоотношения, возникшие после 01 января 2011 года. Также следует отметить, что пенсия истцу назначена с 16 января 2015 года с момента ее обращения в ОПФР с заявлением о назначении пенсии, то есть до ликвидации ГБОУ СОШ № 2.

Разрешая доводы представителя ответчика Управления образованием ФИО2 о том, что истцом с 10 мая 2012 года пропущены сроки исковой давности (трехлетний и десятилетний), предусмотренные ст. 196 ГК РФ, суд признает необоснованными и несостоятельными по следующим основаниям.

В судебном заседании истец и ее представитель относительно ходатайства ФИО2, каждый в отдельности, возражали и пояснили, что по вине ответчика Управления образованием в сентябре 2000 года СНИЛС не был выдан истцу по месту работы. При этом в спорный период обязанности по представлению сведений для индивидуального (персонифицированного) учета, а также по начислению и уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, ответчиком не выполнялись. О размере назначенной пенсии истец узнала 12 марта 2015 года.С учетом вины ответчика истец и ее представитель полагали, что пенсионное законодательство не содержит сроков исковой давности для перерасчета размера пенсии.

Вопрос об удовлетворении указанного ходатайства представителя ответчика Управления образованием ФИО2 представители ОПФР и третьего лица, каждый в отдельности, оставили на усмотрение суда.

Требования представителя ответчика ФИО2 о применении 10-летнего срока исковой давности, указанного в ч. 2 ст. 196 ГК РФ, суд отвергает как несостоятельные и не основанные на законе, поскольку указанный срок в силу ч. 9 ст. 3 Федерального закона от 07 мая 2013 года № 100-ФЗ «О внесении изменений в ГК РФ» (в ред. ФЗ от 28.12.2016 № 499-ФЗ) начинает течь с 01 сентября 2013 года.

Что касается трехлетнего срока исковой давности, то в суде установлено, что ФИО5 решением ОПФР от 12 марта 2015 года № 000119 с 16 января 2015 года назначена трудовая пенсия по старости, 03 августа 2015 года истец уволена из ГБОУ СОШ № 2, а 11 мая 2016 года ГБОУ СОШ № 2 исключена из ЕГРЮЛ в связи с ликвидацией.

Согласно ч. 1 и 3 ст. 36 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с 01 января 2015 года Федеральный закон «О трудовых пенсиях в РФ» не применяется, за исключением норм, регулирующих исчисление размера трудовых пенсий и подлежащих применению в целях определения размеров страховых пенсий в соответствии с данным Федеральным законом в части, не противоречащей ему. Аналогичная части 2 статьи 23 ФЗ № 173 норма воспроизведена в ч. 2 ст. 26 ФЗ № 400, вступившего в силу с 01 января 2015 года, согласно которой закреплено правило о том, что в случае вины органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, выплата пенсионеру всех причитающихся ему сумм производится без ограничения каким-либо сроком, гарантирует восстановление нарушенных пенсионных прав граждан и надлежащую их реализацию.

Как установлено в суде, не выполнение ответчиками обязанностей, предусмотренных ФЗ № 27 и ФЗ №167, по отношению к истцу (несвоевременное оформление СНИЛС, уклонение от обязанности по представлению сведений для индивидуального (персонифицированного) учета, уклонение от обязанности по начислению и уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, отсутствие надлежащего контроля за страхователем), свидетельствует о наличии вины страхователя (Управление образованием и ГБОУ СОШ № 2) и органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, в неуплате страховых взносов и непредставлении сведений для индивидуального (персонифицированного) учета, и, как следствие, неправильный расчет размера пенсии, назначенной ФИО5

Кроме того, пенсионным законодательством, в том числе ФЗ № 27, ФЗ № 167, ФЗ № 400 и ФЗ № 173, не предусмотрены сроки исковой давности по спорам, связанным с перерасчетом пенсий в связи с неуплатой страховых взносов и непредставлением сведений для индивидуального (персонифицированного) учета, а также не предусмотрена и обязанность страхового лица контролировать выполнение страхователем обязанностей, установленных вышеуказанными законами.

При этом само по себе получение истцом 10 мая 2012 года СНИЛС не свидетельствует о том, что именно в этот момент ФИО5 должна была узнать о нарушении прав застрахованного лица. Каких-либо доказательств того, что истец обращалась к ответчикам о получении в оспариваемый период, а также в период с даты получения СНИЛС до обращения в суд, сведений о состоянии своего лицевого счета, ответчиками вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ не представлено.

В связи с чем суд приходит к выводу о том, что трехлетний срок исковой давности по смыслу ст. 196 ГК РФ истцом не пропущен, поскольку не ранее 12 марта 2015 года (решение ОПФР № о назначении истцу пенсии) она получила реальную возможность ознакомиться с результатами расчета размера своей пенсии.

Более того, ходатайство представителя ответчика ФИО2 о применении срока исковой давности также не подлежит удовлетворению и в связи с тем, что гражданское законодательство (ст. 2 ГК РФ) регулирует договорные и иные обязательства, а также другие имущественные и связанные с ними личные неимущественные отношения, основанные на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников; к имущественным отношениям, основанным на административном или ином властном подчинении одной стороны другой, в том числе к налоговым и другим финансовым и административным отношениям, гражданское законодательство не применяется, если иное не предусмотрено законодательством.

В силу чего спорные правоотношения не основаны на равенстве сторон, носят публично-правовой характер, не зависят от воли истца и регламентируются законодательством о пенсионном обеспечении, а, следовательно, нормы Гражданского кодекса РФ, регулирующие исковую давность, к ним неприменимы. Кроме того, вопреки институту исковой давности, установленному ГК РФ, пенсионное законодательство содержит правило, по которому страховая пенсия, не полученная пенсионером своевременно (в том числе и в полном объеме) по вине органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, выплачивается ему за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком.

Таким образом, проанализировав приведенные выше нормы действующего законодательства РФ, а также международное законодательство РФ, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что Управление образованием, будучи страхователем истца в период с 01 января 2002 года по 30 сентября 2010 года, а также как учредитель ГБОУ СОШ № 2 в период ликвидации юридического лица (страхователь истца в период с 01 октября 2010 года по 31 декабря 2011 года), не выполнило предусмотренной законом обязанности по своевременному оформлению СНИЛС истцу, как впервые поступившему по трудовому договору работнику, а также не выполнило обязанности по представлению сведений для индивидуального (персонифицированного) учета, по начислению и уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование в Пенсионный фонд РФ. При этом ОПФР, как страховщик, в нарушение требований закона, надлежащий контроль за страхователем не осуществлял, и, как следствие, назначил истцу страховую пенсию по старости в меньшем размере, нарушив ее право на своевременное и в полном объеме получение пенсии.

Тем самым, ответчики вопреки целям и принципам организации индивидуального (персонифицированного) учета нарушили право застрахованного лица (ФИО5) на пенсионное обеспечение и надлежащее страховое обеспечение, что противоречит конституционному принципу равенства и справедливости, предусмотренному ст. 2, ч. 1 ст. 7, 15, ч. 1 ст. 19, ч. 1, 2 ст. 39, ч. 1 ст. 46 и ч. 2, 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации.

Также суд при вынесении решения отмечает, что своевременная и полная уплата страхователями страховых взносов в Пенсионный фонд РФ – необходимое условие реализации обязательного пенсионного страхования в РФ. Размер страховой пенсии по старости формируется из общей суммы страховых взносов и иных поступлений на финансирование пенсии, поступивших за застрахованное лицо в бюджет Пенсионного фонда РФ, на основании данных индивидуального (персонифицированного) учета. При этом законодателем право застрахованного лица на назначение и получение пенсии своевременно и в полном объеме не поставлено в зависимость от исполнения своих обязанностей страхователем по уплате страховых взносов в пенсионный фонд. Сам по себе факт неуплаты страхователем страховых взносов не может служить основанием для возложения неблагоприятных последствий в области пенсионного обеспечения на застрахованное лицо. 

Кроме того, в п. 4.3 Постановления от 10 июля 2007 года № 9-П Конституционный Суд РФ разъяснил, что неуплата страхователем в установленный срок или уплата не в полном объеме страховых взносов в Пенсионный фонд РФ в пользу застрахованных лиц в силу природы и предназначения обязательного пенсионного страхования, необходимости обеспечения прав этих лиц не должна препятствовать реализации ими права своевременно и в полном объеме получить пенсию. Соответствующие взносы должны быть уплачены, а их уплата – исходя из публично-правового характера отношений между Пенсионным фондом и особенностей отношений между государством, страхователями и застрахованными лицами – должна быть обеспечена, в том числе в порядке принудительного взыскания. В противном случае искажается существо обязанности государства по гарантированию права застрахованных лиц на страховую (трудовую) пенсию.

Иное толкование и применение пенсионного законодательства РФ, вопреки доводам представителя ответчика Управления образованием, влечет ограничение конституционного права истца на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ целями, ради достижения которых допускается ограничение Федеральным законом прав и свобод человека и гражданина. 

Также суд при вынесении решения учитывает и то обстоятельство, что ФИО5 обязанности застрахованного лица не нарушала, что не оспаривалось ни ответчиками, ни третьим лицом. При этом действующее пенсионное и налоговое законодательство не содержат каких-либо норм, обязывающих истца, как застрахованное лицо, контролировать своевременную и правильную уплату страхователем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование. 

В связи с чем суд удовлетворяет исковые требования ФИО5 в полном объеме.

В порядке, предусмотренном ст. 98 ГПК РФ, суд взыскивает с ответчиков в пользу истца судебные расходы за уплаченную государственную пошлину по делу в размере 300 рублей в равных долях.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 – 199 ГПК РФ, военный суд,

р е ш и л:

исковое заявление ФИО5 к Управлению образованием города Байконур и Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Байконур об обязании перечислить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование, представлении сведений индивидуального (персонифицированного) учета и перерасчете размера страховой пенсии по старости, – удовлетворить.

Обязать Управление образованием г. Байконур начислить и уплатить страховые взносы на обязательное пенсионное страхование ФИО5 за период ее работы с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года в Государственном бюджетном общеобразовательном учреждении средней общеобразовательной школе № 2 им. К.Э. Циолковского, и направить в Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Байконур за указанный период сведения индивидуального (персонифицированного) учета.

Обязать Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Байконур произвести перерасчет страховой пенсии ФИО5 с учетом представленных Управлением образованием г. Байконур сведений индивидуального (персонифицированного) учета за период ее работы с 01 января 2002 года по 31 декабря 2011 года в Государственном бюджетном общеобразовательном учреждении средней общеобразовательной школе № 2 им. К.Э. Циолковского.

Взыскать с Управления образованием г. Байконур и Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по г. Байконур в пользу Ш.Ш. судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере по 150 (сто пятьдесят) рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 3 окружной военный суд, через 26 гарнизонный военный суд, в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Председательствующий по делу А.Н. Шелестов