Дело № 2-446/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 октября 2018 года г. Пласт 

Пластский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего Данилкиной А.Л., 

при секретаре Долгополовой С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» о взыскании заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» (далее - АО «ЮГК») и с учетом уточнения требований просил взыскать с ответчика в его пользу компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 234 328 рублей 73 копеек, заработную плату за июнь 2018 года в размере 10 211 рублей 43 копейки, незаконно удержанные денежные средства за спецодежду в размере 11 575 рублей 80 копеек, компенсацию за задержку выплаты компенсации за неиспользованный отпуск за период его работы в размере 29 891 рубль 67 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, в счет возмещения судебных расходов на оплату услуг представителя 10 000 рублей, за составление искового заявления – 2 000 рублей, оплату услуг представителя - 10 000 рублей (л.д. 3, 109).

В обоснование иска истец указал, что с 11 октября 2013 года по 31 января 2018 года и с 13 февраля 2018 года по 28 июня 2018 года он непрерывно работал в АО «Южуралзолото Группа Компаний» в должности 

<

данные изъяты>. При увольнении он не получил компенсацию за неиспользованный отпуск. За период работы в АО «ЮГК» он ни разу не был в основном и дополнительном отпуске и не получал компенсации за неиспользованный отпуск. Должность машиниста бульдозера занятого в карьере отнесена к тяжелым условиям труда и подпадает под список № 2 1991 года, дающий право на досрочную пенсию. Постановлением Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» водителю, вывозящему породу из карьера, дополнительно предоставляется не менее 6 дней дополнительного отпуска в год (позиция 110 Списка), а значит основной и дополнительный отпуск ежегодно должен составлять не менее 34 дней (28 основного и 6 дополнительного). Его ежегодный оплачиваемый основной и дополнительный отпуск должен составлять за период с 11 октября 2013 года оп 31 января 2018 года – 146 дней отпуска, а за период с 13 февраля 2018 года по 28 июня 2018 года – 12 дней отпуска. Размер его среднего заработка за 1 календарный день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск за первый период работы составляет 1602,43 руб., количество дней – 34 дня за года, а за весь период 146 дней, следовательно, компенсация за неиспользованный отпуск за данный период работы составляет 1602,43 руб. * 146 дн. = 233 955 руб. 15 коп. Размер его среднего заработка за 1 календарный день для расчета компенсации за неиспользованный отпуск за период с с 13 февраля 2018 года по 28 июня 2018 года составляет 1503,17 руб./день. При увольнении он получил компенсацию в размере 17 664 руб. 48 коп. В отпусках он в указанный период не был, следовательно, компенсация за неиспользованный отпуск составляет 1503,17 руб. х 12 дн.- 17664,48 руб. = 373 руб. 58 коп. Также ему недоплатили зарплату за июнь 2018 года в размере 10 211 руб. 43 коп. В июне 2018 года он отработал 10 смен, стоимость 1 рабочей смены составляет 2180,34 руб., следовательно, ему должны были заплатить не менее 21803,40 руб., а фактически ему начислили за июнь 2018 г. зарплату в размере 11 592 руб., доначислению подлежит сумма 21803,4 – 11592 = 10 211 руб. 43 коп. В июле 2018 года при увольнении с него незаконно удержали сумму за спецодежду 11 575 руб. 80 коп. Он не был согласен на удержание с него данной суммы, готов сдать спецодежду, но у него ее не приняли. Поэтому удержание является незаконным и подлежит взысканию с ответчика в его пользу. В связи с тем, что при первом увольнении ему была задержана оплата труда в сумме 233 955 руб. 15 коп., ему должна быть начислена компенсация за период с 01 февраля 2018 года по 11 февраля 2018 года (11 дней) в сумме 1 329 руб. 65 коп.; с 12 февраля 2018 года по 25 марта 2018 года (42 дня) в сумме 4 913 руб. 06 коп.; с 26 марта 2018 года по 16 сентября 2018 года (175 дней) в сумме 19 788 руб. 71 коп.; с 17 сентября 2018 года по 19 октября 2018 года (33 дня) в сумме 3 860 руб. 26 коп., а всего 29 891 руб. 67 коп. В связи с нарушением его трудовых прав ему причинен моральный вред, который он оценивает в 10 000 рублей. Также он заплатил за юридическую помощь 10 000 рублей – оплата услуг представителя, 2 000 рублей – за составление искового заявления. 

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие (л.д. 112).

Представитель истца Горбенко С.В., действующий на основании ордера № 441 от 10 октября 2018 года (л.д. 111), в судебном заседании исковые требования поддержал, по доводам, изложенным в исковом заявлении и заявлениях об уточнении исковых требований. 

Представитель ответчика АО «Южуралзолото Группа Компаний» ФИО2, действующий на основании доверенности № 20 от 14 мая 2018 года (л.д. 113), в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, просил в удовлетворении исковых требований отказать, просил применить срок исковой давности на основании ст. 9 Конвенции № 132 Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», ратифицированной Российской Федерацией Федеральным законом № 139-ФЗ от 01 июля 2010 года.

В соответствии с ч. 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца. 

Заслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд считает иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право: на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; на отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков.

В силу ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать работникам равную оплату за труд равной ценности; выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

На основании ст. 140 Трудового кодекса Российской Федерации при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете. В случае спора о размерах сумм, причитающихся работнику при увольнении, работодатель обязан в указанный в настоящей статье срок выплатить не оспариваемую им сумму.

В силу ст.ст. 114, 115 Трудового кодекса Российской Федерации работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка. Ежегодный основной оплачиваемый отпуск предоставляется работникам продолжительностью 28 календарных дней.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 117 Трудового кодекса Российской Федерации ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск предоставляется работникам, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда.

Минимальная продолжительность ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска работникам, указанным в части первой настоящей статьи, составляет 7 календарных дней.

Согласно ч. 1 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации при увольнении работнику выплачивается денежная компенсация за все неиспользованные отпуска.

В соответствии с п. 28 Правил об очередных и дополнительных отпусках, утвержденных Народным Комиссариатом Труда СССР 30 апреля 1930 года № 169 (с последующими изменениями), при увольнении работника, не использовавшего своего права на отпуск, ему выплачивается компенсация за неиспользованный отпуск.

В ходе судебного разбирательства установлено и следует из материалов дела, что 11 октября 2013 года ФИО1 на основании приказа № 983А от 11 октября 2013 года принят на работу в АО «Южуралзолото Группа Компаний» 

<

данные изъяты> (2 сп.), условия труда указаны нормальные (л.д. 28). 

Согласно условиям трудового договора от 11 октября 2013 года условия труда указаны нормальные, режим рабочего времени – суммированный учет рабочего времени - 30 (31) рабочих дней и 15 (16) выходных дней. Работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней (л.д. 24-27).

Согласно приказу (распоряжению) о переводе работника на другую работу от 16 декабря 2014 года № 1124-лс ФИО1 переведен на должность 

<

данные изъяты> (л.д. 30).

16 декабря 2014 года с работником заключено дополнительное соглашение, по условиям которого в п. 1.1 и п. 5.2 трудового договора от 11 октября 2013 года внесены следующие изменения: работник принимается на работу в АО «ЮГК» по профессии 

<

данные изъяты>) (2 сп.) ГОК «Светлинский», без испытательного срока. Должностной оклад работнику устанавливается в размере 6500 руб. + доплата 38500 руб. Премии, надбавки и иные виды вознаграждений и компенсационных выплат выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (л.д. 29).

Согласно приказу (распоряжению) о переводе работника на другую работу от 22 марта 2017 года № 394-лс ФИО1 переведен на должность 

<

данные изъяты> (2 сп.) (л.д. 32).

22 марта 2017 года с работником заключено дополнительное соглашение, по условиям которого в п. 1.1 и п. 5.2 трудового договора от 11 октября 2013 года внесены следующие изменения: работник принимается на работу в АО «ЮГК» по профессии 

<

данные изъяты> (2 сп.) ГОК «Светлинский», без испытательного срока. Должностной оклад работнику устанавливается в размере 65 руб. + доплата 3,00 руб. Премии, надбавки и иные виды вознаграждений и компенсационных выплат выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (л.д. 31).

Приказом № 144а от 31 января 2018 года трудовой договор с ФИО1 расторгнут по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 33).

01 марта 2018 года ФИО1 принят на работу в АО «ЮГК» 

<

данные изъяты>) (2 сп.), условия труда нормальные (приказ № 302а от 01 марта 2018 года) (л.д. 42).

По условиям срочного трудового договора от 01 марта 2017 года б/н условия труда указаны нормальные (пункт 1.4 трудового договора). В соответствии с п. 4.1 Трудового договора работнику устанавливается суммированный учет рабочего времени – 20 (21) рабочий дней и 10 (11) выходных дней. Работнику предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 28 календарных дней; дополнительный отпуск рабочим и служащим, занятым на работах с вредными условиями труда в количестве 7 календарных дней (пункт 4.4) (л.д. 38-41). 

На основании приказа № 888 от 04 июля 2018 года трудовой договор с истцом был прекращен по инициативе работника (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации) (л.д. 43).

Сведения о принятии на работу и об увольнении с работы истца занесены в трудовую книжку истца (л.д. 6-8). 

Истцом заявлено требование о взыскании заработной платы за июнь 2018 года в размере 10 211 рублей 43 копейки. 

Разрешая заявленное требование, суд приходит к следующему.

Согласно п. 5.1 трудового договора от 01 марта 2018 года заработная плата работника в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда состоит из должностного оклада. Сроки выдачи заработной платы: заработная плата выплачивается два раза в месяц: аванс – не позднее 25 числа месяца, за который начисляется заработная плата, основная часть заработной платы не позднее 15 числа месяца, следующего за расчетным. Должностной оклад (тариф) работнику устанавливается в размере 65 руб./час + доплата за вредные условия труда 3 руб./час; районный коэффициент в размере 15%. Премии и иные виды вознаграждений выплачиваются работнику в порядке и размерах, установленных работодателем (п. 5.2 трудового договора) (л.д. 40). 

Согласно п. 2.2 Положения о премировании работников подразделений АО «Южуралзолото Группа Компаний» премирование работников подразделений Предприятия осуществляется по Предприятию при наличии необходимых финансовых ресурсов (фонда оплаты труда). Премирование работников предприятия по результатам работы подразделений и их труда есть право, а не обязанность руководства предприятия и зависит, в частности, от количества и качества труда работников за анализируемый период и финансового состояния предприятия. Согласно п. 3.8 Положения о премировании работников, работникам, уволившимся независимо от причин увольнения, премия не начисляется (л.д. 119-121).

С указанным Положением работник был ознакомлен, что подтверждается листом ознакомления (л.д. 122).

С учетом изложенных обстоятельств, у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований истца о взыскании недополученной заработной платы за июнь 2018 года. 

Требование истца о взыскании с ответчика незаконно произведенных при увольнении удержаний в сумме 11 575 руб. 80 коп. за средства индивидуальной защиты является законным и обоснованным.

Представитель ответчика в судебном заседании пояснил, что указанная сумма за спецодежду удержана с ФИО1 законно, на основании заявления истца с просьбой удержать из его заработной платы стоимость полученных им средств индивидуальной защиты при увольнении (л.д. 118). 

Согласно ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

Удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться: для возмещения неотработанного аванса, выданного работнику в счет заработной платы; для погашения неизрасходованного и своевременно не возвращенного аванса, выданного в связи со служебной командировкой или переводом на другую работу в другую местность, а также в других случаях; для возврата сумм, излишне выплаченных работнику вследствие счетных ошибок, а также сумм, излишне выплаченных работнику, в случае признания органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров вины работника в невыполнении норм труда (часть третья статьи 155 настоящего Кодекса) или простое (часть третья статьи 157 настоящего Кодекса); при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным пунктом 8 части первой статьи 77 или пунктами 1, 2 или 4 части первой статьи 81, пунктах 1, 2, 5, 6 и 7 статьи 83 настоящего Кодекса.

Только для этой группы удержаний из зарплаты работника законодатель предусмотрел (в изъятие из общих правил об обязательных взысканиях, связанных с иными группами удержаний) особый порядок взыскания с работника его задолженности работодателю, наделив последнего дискреционными полномочиями.

Для всех перечисленных в части 2 ст. 137 случаев Трудовым кодексом Российской Федерации на работодателя не возложена обязанность заблаговременно до удержания каких-либо сумм из зарплаты работника извещать его об их взыскании.

Удержания, произведенные из заработной платы ФИО1 за спецодежду, в ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации не названы.

Представитель истца в судебном заседании пояснил, что истец не писал заявление с разрешением удержать сумму за средства индивидуальной защиты - спецодежду. 

В представленном представителем ответчика заявлении отсутствует дата написания заявления, расчет стоимости СИЗ (обоснование указанной стоимости), подлежащих удержанию с ФИО1 Кроме того, указанная в заявлении сумма не соответствует сумме фактически удержанной из заработной платы истца.

В связи с вышеизложенным, законные основания для удержания из заработной платы работника стоимости средств индивидуальной защиты у работодателя отсутствовали, следовательно, требование истца о выплате незаконно удержанных с него денежных средств в размере 11 575 руб. 98 коп. подлежат удовлетворению.

Суд находит обоснованными доводы истца о взыскании с АО «ЮГК» компенсации за неиспользованный отпуск по следующим основаниям.

Ответчиком АО «ЮГК» предоставлены приказы о предоставлении ФИО1 ежегодных оплачиваемых отпусков: 3 календарных дня - с 11 мая 2018 года по 13 мая 2018 (приказ № 946 от 10 мая 2018 года) (л.д. 94), 3 календарных дня – с 11 апреля 2018 года по 13 апреля 2018 года (приказ № 671 от 05 апреля 2018 года) (л.д. 97); 3 календарных дня – с 01 июня 2014 года по 03 июня 2014 года (приказ № 392 от 01 мая 2014 года) (л.д. 100); 16 календарных дней – с 16 октября 2014 года по 31 октября 2014 года (приказ № 889 от 01 октября 2014 года) (л.д. 103); 15 календарных дней – с 01 сентября 2014 года по 15 сентября 2014 года (приказ № 622 от 01 сентября 2014 года) (л.д. 106). Всего предоставлено приказов о предоставлении 40 дней отпуска.

Вместе с тем, представитель истца в судебном заседании пояснил, что фактически истцу отпуск не предоставлялся, с приказами о предоставлении отпуска его не знакомили. Указанные в приказах периоды являются междувахтовыми выходными днями истца. Кроме того, в некоторых приказах период, за который предоставляется отпуск, написан другой рукой, некоторые заявления не содержат подписи работника, не указано количество дней отпуска, в приказах о предоставлении отпусков отсутствуют даты ознакомления работника с приказом. Графики отпусков за время работы истца на предприятии суду не представлены.

Согласно ст. 122 Трудового кодекса Российской Федерации оплачиваемый отпуск должен предоставляться работнику ежегодно.

В соответствии со ст. 123 Трудового кодекса Российской Федерации очередность предоставления оплачиваемых отпусков определяется ежегодно в соответствии с графиком отпусков, утверждаемым работодателем с учетом мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не позднее чем за две недели до наступления календарного года в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов.

График отпусков обязателен как для работодателя, так и для работника.

О времени начала отпуска работник должен быть извещен под роспись не позднее, чем за две недели до его начала.

Суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» нарушены нормы трудового законодательства и порядок по предоставлению отпуска работнику ФИО1

В соответствии с п. 7.1 Основных положений о вахтовом методе организации работ, утвержденных постановлением Госкомтруда СССР, Секретариата ВЦСПС и Минздрава СССР от 31 декабря 1987 года № 794/33-82 (с изменениями), ежегодный отпуск работникам, занятым на работах вахтовым методом, предоставляется в установленном порядке после использования дней отдыха (отгулов).

Таким образом, ежегодный отпуск работнику ФИО1, занятому на работе вахтовым методом, не мог предоставляться в период междувахтового отдыха (отгулов). 

Кроме того, график отпусков по предприятию, в частности в отделах, где работал истец, ответчиком в суд не предоставлен.

Исследовав, представленные в материалы дела приказы и заявления о предоставлении работнику отпуска, суд приходит к выводу, что работодателем АО «ЮГК» порядок предоставления отпусков работнику не соблюден и фактически дни отпуска истцу не предоставлялись, поскольку в большинстве заявлений, предоставленных ответчиком АО «ЮГК», отсутствуют сведения о периодах работы, за которые предоставляется отпуск, количество дней предоставляемого отпуска, даты подписания заявления; отсутствуют подтверждения расчета оплаты предоставляемого отпуска.

В соответствии со статьей 136 Трудового кодекса Российской Федерации закреплена обязанность работодателя при выплате заработной платы в письменном виде известить каждого работника о ее составных частях, о размерах иных сумм, начисленных работнику, в том числе денежной компенсации за нарушение работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику; о размерах и об основаниях произведенных удержаний; об общей денежной сумме, подлежащей выплате.

Доказательств предоставления истцу расчетных листов о выплате заработной платы, в том числе о выплате истцу оплаты за предоставленный отпуск, ответчиком суду представлено не было.

На основании Постановления Госкомтруда СССР, Президиума ВЦСПС от 25 октября 1974 года № 298/П-22 «Об утверждении Списка производств, цехов, профессий и должностей с вредными условиями труда, работа в которых дает право на дополнительный отпуск и сокращенный рабочий день» в данный список включена должность водителя, вывозящего породу из карьера, которому должна быть установлена продолжительность дополнительного отпуска в количестве 6 дней в год (п. 110).

За период работы ФИО1 в АО (ОАО) «ЮГК» с 11 октября 2013 года по 31 января 2018 года ему полагалось 144 календарных дня отпуска (28 дней основного и 6 дней дополнительного отпуска в год). За период работы с 13 февраля 2018 года по 28 июня 2018 года истцу полагалось 11 дней отпуска. При увольнении в июне 2018 года истцу была начислена и выплачена компенсация за 15 дней отпуска (л.д. 54, 56).

Суд считает необходимым произвести расчет среднего заработка за 1 день для расчета компенсации при увольнении за период работы с 11 октября 2013 года по 31 января 2018 года. Исходя из представленных АО «ЮГК» сведений заработной платы за 12 месяцев, средний заработок ФИО1 за 1 день работы при расчете компенсации за отпуск при увольнении составил 1602,43 руб. Таким образом, компенсация за 144 дня неиспользованного отпуска составляет 230 749 руб. 92 коп. (1602,43 руб. х 144 дн.), которую надлежит взыскать с ответчика. При этом из указанной суммы подлежит удержанию налог на доходы физических лиц.

При расчете компенсации за неиспользованный отпуск при увольнении за период работы истца с 13 февраля 2018 года по 28 июня 2018 года, суд приходит к следующему.

Как следует из развернутой ведомости за июль 2018 года, а также из расчетного листка за июнь 2018 года ФИО1 была начислена компенсация за отпуск при увольнении в размере 17 664 руб. 48 коп. за 15 дней неиспользованного отпуска (л.д. 53, 54, 46). Таким образом, у суда отсутствуют основания для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск за указанный период работы. 

Возражая относительно заявленных требований, представитель ответчика заявил ходатайство о пропуске истцом срока исковой давности по предъявленным требованиям за период с 11 октября 2013 года до 04 декабря 2016 года, со ссылкой на п. 9 Конвенции № 132 Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», принятой 24 июля 1970 года, ратифицированной Федеральным законом № 139-ФЗ от 01 июля 2010 года. Представитель ответчика считает, что в силу ст. 9 Конвенции срок исковой давности по требованиям о компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется 21 месяцем после окончания того года, за который предоставляется отпуск (18 месяцев по Конвенции плюс 3 месяца по ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации).

Разрешая указанное ходатайство суд не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

Согласно ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

Как уже указывалось выше, ФИО1 был уволен 31 января 2018 года. 04 сентября 2018 года ФИО1 обратился в Пластский городской суд Челябинской области с иском, то есть в установленный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации годичный срок. 

При таких обстоятельствах, оснований для применения последствий пропуска срока обращения в суд у суда не имеется.

Суд признает ссылку представителя ответчика на положения ст. 9 Конвенции № 132 от 24 июня 1970 года Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках», ратифицированной Федеральным законом от 01 июля 2010 года № 139-ФЗ, необоснованной исходя из следующего.

Согласно ст. 9 указанной Конвенции, непрерывная часть ежегодного оплачиваемого отпуска, упомянутая в п. 2 ст. 8 настоящей Конвенции, предоставляется и используется не позже, чем в течение одного года, а остаток ежегодного оплачиваемого отпуска не позже, чем в течение восемнадцати месяцев после окончания того года, за который предоставляется отпуск (п. 1).

Любая часть ежегодного отпуска сверх установленной минимальной продолжительности может быть отложена с согласия работника на период, превышающий тот, который указан в п. 1 настоящей статьи, но не выходящий за определенные отдельно установленные пределы (п. 2).

Минимальная продолжительность и пределы времени, упомянутые в п. 2 настоящей статьи, определяются компетентным органом после консультации с заинтересованными организациями работодателей и работников или посредством коллективных переговоров, или другим подобным методом, соответствующим национальной практике и национальным условиям (п. 3).

Между тем, указанные положения международного права регулируют только сроки предоставления и использования отпусков в период существования трудовых отношений сторон и не устанавливают срок, в течение которого работник имеет право обратиться с исковым заявлением о взыскании компенсации за неиспользованные отпуска после увольнения, равно как и не устанавливают ограничений гарантированного работнику ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации права на получение компенсации за все неиспользованные отпуска при увольнении. Часть 1 ст.9 Конвенции Международной организации труда «Об оплачиваемых отпусках» регулирует лишь сроки предоставления и использование трудовых отпусков, а не период взыскания испрашиваемой истцом компенсации.

Соответственно, с учетом разъяснений в п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 октября 2003 года № 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» о том, что международные договоры, которые имеют прямое и непосредственное действие в правовой системе Российской Федерации, применяются судами при рассмотрении гражданских дел, если данным договором установлены иные правила, чем законом РФ, который регулирует отношения, ставшие предметом судебного рассмотрения, отсутствуют основания для применения указанных выше положений Конвенции при решении вопроса о том, пропущен или нет истцом срок обращения в суд с настоящим иском.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что работодателем АО «ЮГК» нарушен установленный законом срок выплаты при увольнении работнику компенсации за неиспользованный отпуск в полном объеме, в связи с чем, требования истца о взыскании с ответчика компенсации за нарушение срока выплаты окончательного расчета обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Сумма компенсации подлежит взысканию за период с 01 февраля 2018 года по 19 октября 2018 года в размере 25 649 руб. 47 коп., из следующего расчета:

с 01 февраля 2018 года по 11 февраля 2018 года (11 дней) в сумме 1 140 руб. 94 коп. (200752,43 руб. х 7,75% х 1/150 х 11 дн.);

с 12 февраля 2018 года по 25 марта 2018 года (42 дня) в сумме 4 215,80 руб. (200752,43 руб. х 7,5% х 1/150 х 42 дн.);

с 26 марта 2018 года по 16 сентября 2018 года (175 дней) в сумме 16 980,31 руб. (200752,43 руб. х 7,25% х 1/150 х 175 дн.);

с 17 сентября 2018 года по 19 октября 2018 года (33 дня) в сумме 3 312,42 руб. (200752,43 руб. х 7,5% х 1/150 х 33 дн.).

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

С учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, поскольку в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, судом были установлены неправомерные действия ответчика в отношении истца. В остальной части взыскания компенсации морального вреда необходимо отказать.

В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела представлена квитанция об оплате юридических услуг по составлению искового заявления в размере 2 000 рублей, квитанция к приходному кассовому ордеру за участие адвоката Горбенко С.В. в качестве представителя истца при рассмотрении гражданского дела в размере 10 000 рублей (л.д. 11), соглашение на оказание юридической помощи № 067 от 04 сентября 2018 года (л.д. 102).

При определении размера подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя, суд учитывает категорию и сложность спора, степень участия представителя истца Горбенко С.В. при рассмотрении дела, количество судебных заседаний, а именно: представитель участвовал при подготовке дела к судебному разбирательству, в судебном заседании 22 октября 2018 года, подготовил в суд исковое заявление, заявление об уточнении исковых требований, а также объем и характер оказанных представителем услуг. 

Таким образом, с учетом разумности суд считает возможным удовлетворить требования истца о возмещении указанных расходов частично, взыскав с ответчика в его пользу 8 000 рублей. 

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Подпункт 1 пункта 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации предусматривает освобождение от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в судах общей юрисдикции, истцов – по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений.

Согласно подпункту 8 пункта 1 ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика (если он не освобожден от уплаты государственной пошлины) пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.

Размер государственной пошлины с учетом удовлетворенной части исковых требований составляет 5 879 рублей 75 копеек и подлежит взысканию с ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Исковые требования ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в пользу ФИО1 компенсацию за неиспользованный отпуск в размере 230 749 (двести тридцать тысяч семьсот сорок девять) рублей 92 копейки (в том числе налог на доходы физических лиц), незаконно удержанные при увольнении денежные средства в размере 11 575 (одиннадцать тысяч пятьсот семьдесят пять) рублей 80 копеек, компенсацию за нарушение установленного срока выплаты расчета при увольнении в размере 25 649 (двадцать пять тысяч шестьсот сорок девять) рублей 47 копеек, компенсацию морального вреда в размере 5 000 (пять тысяч) рублей 00 копеек, судебные расходы в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «Южуралзолото Группа Компаний» отказать.

Взыскать с акционерного общества «Южуралзолото Группа Компаний» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 5 879 (пять тысяч восемьсот семьдесят девять) рублей 75 копеек.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Пластский городской суд Челябинской области.

Председательствующий: