07RS0001-02-2019-001624-41 

Дело № 2-2048/19

Решение

Именем Российской Федерации

7 мая 2019 года гор. Нальчик

Нальчикский городской суд в составе председательствующего судьи Безрокова Б.Т., при секретаре Гукетловой О.С., с участием прокурора Мизиевой Л.М., истца ФИО1, его представителя, по доверенности от 17.04.2018 г. Нефагина С.В., представителя ответчика - ФИО2, действующего на основании доверенности от 18.04.2017 года, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 ФИО15 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, возмещении судебных расходов

Установил:

ФИО1, с учетом уточненных требований, обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о возмещении морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и расходов на оплату услуг представителя.

В обоснование иска ФИО1 указал, что 15.02.2010 года СУ СК при прокуратуре РФ по КБР ФИО4 возбуждено уголовное дело № по ч. 1 ст. 105 УК РФ по факту обнаружения трупа ФИО5 с признаками насильственной смерти.

26.04.2014 года по уголовному делу по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, задержан ФИО1

27.04.2014 года постановлением Нальчикского городского суда ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, которая неоднократно продлевалась.

05.05.2014 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

30.09.2014 года в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п.п. «в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ. В тот же день данное уголовное дело было соединено с уголовным делом №.

31.10.2014 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, п.п. «в,г» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

23.12.2014 года уголовное дело с утвержденным прокурором обвинительным заключением направлено в Нальчикский городской суд.

Приговором Нальчикского городского суда от 22.01.2015 года ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, п.п. «в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ и ему назначено наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Апелляционным определением Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики от 07.04.2015 года приговор Нальчикского городского суда от 22.01.2015 года отменен, дело направлено на новое судебное разбирательство в ином составе судей.

Приговором Нальчикского городского суда от 02.11.2015 года ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, п.п. «в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ и ему назначено наказание в виде 9 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Апелляционным определением Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики от 26.01.2016 года приговор Нальчикского городского суда от 02.11.2015 года отменен, дело направлено на новое судебное разбирательство в ином составе судей.

Постановлением Нальчикского городского суда от 06.05.2016 года уголовное дело в отношении ФИО1 на основании ст. 237 УПК РФ возвращено прокурору г. Нальчика, мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 отменена, он освобожден из под стражи в зале судебного заседания.

Апелляционным постановлением Верховного суда Кабардино- Балкарской Республики от 24.06.2016 года постановление Нальчикского городского суда от 06.05.2016 года, которым уголовное дело было возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, отменено, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в ином составе судей.

Приговором Нальчикского городского суда от 16.09.2016 года ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, п.п. «в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Апелляционным определением Верховного суда Кабардино-Балкарской Республики от 30.12.2016 года приговор Нальчикского городского суда от 16.09.2016 года отменен, дело направлено на новое судебное разбирательство в ином составе судей.

Постановлением Нальчикского городского суда от 01.03.2017 года уголовное дело в отношении ФИО1 возвращено прокурору г. Нальчика на основании ст. 237 УПК РФ.

Указанное постановление 13.03.2017 года вступило в законную силу, уголовное дело направлено прокурору г. Нальчика для устранения выявленных нарушений закона.

Впоследствии уголовное дело прокурором г. Нальчика было направлено в следственный отдел по г. Нальчику СУ СК РФ по КБР для возобновления предварительного следствия.

В период предварительного следствия неоднократно (30.12.2017, 08.03.2018, 19.07.2018 и т.д.) принимались процессуальные решения о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, в связи с непричастностью ФИО1 к совершению преступлений. Впоследствии данные постановления отменялись по формальным основаниям.

28.12.2018 года старшим следователем СО по г. Нальчику СУ СК РФ по Кабардино-Балкарской Республике ФИО16. вновь вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, п.п. «в, г» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Этим же постановлением за ФИО1 признано право на реабилитацию. Данное постановление проверено прокуратурой города Нальчика, а также прокуратурой КБР, и ни кем не отменено.

Таким образом, в отношении ФИО1 с 26.04.2014 года по 28.12.2018 года (4 года 8 месяцев 2 дня) органами предварительного следствия незаконно осуществлялось уголовное преследование. 

При этом, с 26.04.2014 г. по 06.05.2016 г. (2 года 10 дней или 740 дней) неправомерно содержался под стражей, а в период с 07.05.2016 по 28.12.2018 г.г. в отношении негонеправомерно осуществлялось уголовное преследование. В этот период он испытывал нравственные страдания, связанные с тем, что ему избиралась мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в связи с чем было существенно ограничено его конституционное право на свободу передвижения. Кроме того, ФИО1 все это время был в статусе подсудимого или обвиняемого в совершении особо тяжкого преступления, в связи с чем, он испытывал обоснованные опасения по поводу его незаконного уголовного преследования, не мог устроиться на работу, поскольку в настоящее время все работодатели требуют справку из информационного центра МВД об отсутствии судимости. ФИО1 все это время пребывал в постоянном нервном напряжении и психотравмирующей ситуации.

Незаконным уголовным преследованием, в том числе длительным содержанием под стражей, ФИО1 были причинены нравственные страдания, которые выражаются в сильном душевном волнении и переживаниях по причине вынесения судом дважды незаконных обвинительных приговоров с назначением наказания в виде лишения свободы на длительный срок, распространении в отношении него несоответствующих действительности сведений, порочащих его честь и достоинство, длительным лишением его права на свободу и личную неприкосновенность, а впоследствии ограничение этого права, невозможности осуществлять трудовую деятельность за достойную заработную плату.

Кроме того, в период осуществления уголовного преследования были нарушены родственные связи, поскольку ФИО1 незаконно обвинялся не просто в совершении убийства, а именно в убийстве своего родного отца. Следовательно, в период осуществления предварительного следствия и рассмотрения дела в суде первой инстанции, будучи уверенным в совершении убийства ФИО1, его родственники со стороны отца испытывали к нему нескрываемые негативные чувства.

ФИО1 поддерживал близкие семейные отношения со своей одинокой матерью, оказывал ей материальную помощь, поскольку сама она не работала и нуждалась в этой помощи. Однако из-за его незаконного заключения под стражу, он был лишен возможности осуществлять помощь и проявлять заботу о своей матери, а также был лишен возможности общения с ней и с другими родственниками.

ФИО1 ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности, являлся и является добропорядочным членом общества, осуществлял трудовую деятельность (что подтверждено материалами уголовного дела), в связи с чем, незаконное привлечение его к уголовной ответственности за особо тяжкое преступление и длительное нахождение под стражей явилось существенным психотравмирующим фактором.

Кроме того, ФИО1 за время неправомерного длительного содержания под стражей был вынужден находиться в одной камере с убийцами, рецидивистами и другими лицами, совершившими тяжкие и особо тяжкие преступления, что безусловно вызывало разумные опасения за свою жизнь и здоровье.

Указанные фактические обстоятельства являются бесспорными и не могут вызывать сомнений в силу их очевидности и необходимости учета при решении вопроса о размере компенсации морального вреда.

Поскольку ФИО1 дважды был неправомерно осужден Нальчикским городским судом с вынесением обвинительного приговора и назначением наказания в виде длительных сроков лишения свободы (9 лет 6 месяцев), а весь срок судебного разбирательства в совокупности составляет 2 года 3 месяца и 9 дней (с 23.12.2014 по 01.03.2017), очевидно, что были нарушены положения пункта 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающие право на справедливое разбирательство дела в разумный срок независимым и беспристрастным судом. Несправедливость судебных приговоров, вынесенных Нальчикским городским судом 22.01.2015 года и 02.11.2015 года, подтверждена судебными актами вышестоящего суда. А о нарушении разумного срока судебного разбирательства свидетельствует длительность рассмотрения уголовного дела, а также противоречивость принятых итоговых судебных актов (дважды обвинительный приговор, один раз оправдательный, дважды уголовное дело возвращалось прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ). Очевидно, что итоговое судебное решение, вступившее в законную силу, о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, должно было быть вынесено еще по итогам первого рассмотрения уголовного дела по существу, однако суду на это понадобилось более двух лет.

Ссылаясь на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14 августа 2018 г. N 78-КГ18-38, сумма компенсации морального вреда в размере 1 480 000 руб., рассчитанная исходя из периода содержания ФИО1 под стражей (740 дней), умноженная на 2 000 руб. за сутки содержания под стражей, по утверждению истца, является правильной, разумной и справедливой, а размер компенсации морального вреда за период незаконного уголовного преследования с 07.05.2016 года по 28.12.2018 года (2 года и 235 дней или 965 дней), оценивает в 482 500 руб. из расчета 500 руб. за один день осуществления уголовного преследования.

Основываясь на изложенном, с учетом уточнения заявленных требований ФИО1 просит взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности в размере 1 980 000 руб., и в возмещении расходов на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель Нефагин С.В. исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по КБР ФИО2, исковые требования не признал и просил отказать в иске по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Прокурор Мизиева Л.М., участвуя в судебном заседании, исковые требования полагала подлежащими удовлетворению в разумных пределах.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об удовлетворении иска в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно статьям 52 и 53 Конституции Российской Федерации к числу гарантированных Конституцией прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В уголовном судопроизводстве право граждан на реабилитацию и порядок его реализации закреплены в нормах главы 18 УПК РФ.

В соответствии с п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении его оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Частью 1 ст. 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.

Согласно п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и пунктами 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 настоящего Кодекса.

Факт незаконного привлечения истца к уголовной ответственности - предъявления ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105, п.п. «в,г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, установлен материалами дела.

При этом факт причинения истцу нравственных страданий презюмируется из факта его незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения к нему мер процессуального принуждения.

В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину личные нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства; степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

С учетом анализа вышеизложенных обстоятельств и представленных суду доказательств, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями истца, с учетом длительности незаконного содержания под стражей, незаконного привлечения к уголовной ответственности по обвинению в совершении особо тяжкого преступления, к которому он не причастен, за которое уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 15-ти лет, а также исходя из принципов разумности и справедливости, суд считает необходимым определить денежную сумму компенсации причиненного истцу морального вреда в размере 1 980 000 руб.

В силу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

28.03.2019 года между истцом и адвокатом Нефагиным С.В. заключено соглашение об оказании юридических услуг, который принимал участие судебном заседании.

Из материалов дела следует, что истцом были понесены расходы по оплате представительских услуг Нефагина С.В. в размере 35 000 рублей.

Учитывая категорию дела, время рассмотрения дела в суде, участие представителя истца в судебном заседании, связанное с приездом в гор. Нальчик, с учетом характера правоотношений, соотношения расходов с объемом защищенного права, фактического объема услуг, оказанных представителем, в целях соблюдения необходимого баланса прав и интересов сторон, суд пришел к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца расходов по оплате юридических услуг в размере 35 000 рублей.

Оснований для снижения суммы, взысканной в возмещение расходов по оплате услуг представителя, суд не находит.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Иск ФИО3 ФИО15 удовлетворить.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 ФИО15 1 980 000 рублей в счет возмещения компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности и в возмещение расходов на оплату услуг представителя 35 000 руб. Всего 2 015 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный суд КБР через Нальчикский городской суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Дата составления мотивированного решения 13 мая 2019 года.

Судья Безроков Б.Т.