№10-14/17

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново 

Вводная и резолютивная части апелляционного постановления оглашены 28 сентября 2017 года.

Мотивированное апелляционное постановление изготовлено 29 сентября 2017 года

Октябрьский районный суд города Иваново Ивановской области в составе:

председательствующего судьи – Петухова Д.С., 

при секретаре – Клиповой А.А., 

с участием государственного обвинителя – 

помощника прокурора Октябрьского района города Иваново – Рындиной К.А.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката - Маганова П.Ю.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного на приговор и.о. мирового судьи судебного участка №1 – мирового судьи судебного участка №3 Октябрьского судебного района города Иваново от 17 июля 2017 года, в отношении: 

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, гражданина 

<

данные изъяты>, 

<

данные изъяты>, ранее не судимого, 

У С Т А Н О В И Л :

приговором и.о. мирового судьи судебного участка № 1 – мирового судьи судебного участка №3 Октябрьского судебного района города Иваново от 17 июля 2017 года ФИО1 осужден по ст. 319 УК РФ к 160 часам обязательных работ.

Указанным приговором установлено, что ФИО1 совершил публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей при следующих обстоятельствах:

07 апреля 2017 года в период времени с 18 часов 01 минуты до 18 часов 40 минут у д. № по ул. 

<

данные изъяты> ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванным употреблением алкоголя, в целях унижения чести и достоинства сотрудников отдельного батальона патрульно-постовой службы полиции УМВД России по Ивановской области Б.Р.А.Б. и С.А.В., прибывших по указанному адресу в связи с нарушением им общественного порядка, публично, в присутствии Б.С.Б. умышленно в неприличной форме высказал в их адрес слова и выражения, унижающие их честь и достоинство, подрывающие деловую репутацию, авторитет представителей власти.

На приговор осужденным ФИО1 подана апелляционная жалоба, в которой он указывает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела; он задал молодому человеку, идущему в многоквартирный дом, вопрос о том, к кому тот идет, поскольку у него, как у жильца данного дома, есть не только право, но и обязанность спросить, к кому идет незнакомый человек; разговор закончился тем, что молодой человек вызвал милицию, сообщив, что он (ФИО1) ругается матом; прибывшие сотрудники милиции, спросили у него документы, но документы находились дома; пока сотрудники милиции опрашивали молодого человека, он пошел в магазин и почувствовал, что сейчас упадет, поскольку 

<

данные изъяты>, в связи с чем зашел на газон; когда пришел в себя, увидел, что сотрудники милиции его держат за руки, на нем разорвана куртка, он весь в грязи; он снял с себя куртку, сказал сотрудникам, что они за все ответят; после этого сотрудники милиции надели на него наручники, как средство пытки, никаких оснований для этого не было; в Октябрьском РОВД он просидел в клетке более 3 часов, его вынудили подписать какие-то бумаги, после чего он ушел; один из милиционеров снимал его на камеру телефона, но запись уничтожил; на следующее утро он подписал у участкового бумаги, поскольку было проще оплатить штраф 500 рублей; ему сказали, что он находился в состоянии алкогольного опьянения, однако на освидетельствование его не возили; участковый сказал, что передает уголовное дело по ст. 319 УК РФ в следственный комитет; следователь следственного комитета также не стал разбираться в ситуации, переписал все из административного дела, первый допрос провел без адвоката; впоследствии он отказался от назначенного адвоката и отказался подписывать документы; и следствие, и судебное разбирательство проводились с обвинительным уклоном; мировой судья, показывая ему протокол, спрашивала его ли там подпись, он ответил, что нет, однако суд не принял это во внимание; в основу приговора легли слова потерпевших-милиционеров, а также потерпевшего, который из мести вызвал полицию, и стал свидетелем по делу; свидетель якобы все слышал, находясь в 100 м. от них; прокурор задавал наводящие вопросы; сотрудник полиции выступил в качестве медицинского эксперта, пояснив, что он (ФИО1) находился именно в состоянии опьянения и приступа эпилепсии у него не было. 

В судебном заседании осужденный ФИО1 и защитник доводы апелляционной жалобы поддержали. 

Прокурор в судебном заседании возражала против удовлетворения апелляционной жалобы, полагая, что приговор является законным и обоснованным, оснований для изменения или отмены приговора нет. 

Потерпевшие Б.Р.А.Б., С.А.В., будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились в связи с чем судом принято решение о рассмотрении жалобы в их отсутствие. 

Выслушав выступления сторон, проверив доводы жалобы, исследовав материалы дела, суд не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы. 

Вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления сделан на основании совокупности исследованных мировым судьей доказательств и соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Вина ФИО1 в совершении публичного оскорбления представителей власти при исполнении ими своих должностных обязанностей подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевших С.А.В., Б.Р.А.Б., из которых следует, что 07 апреля 2017 года около 18.00 час. они по заданию проследовали на ул. 

<

данные изъяты> к д. №, где, согласно сообщению, неизвестный мужчина приставал к гражданам; к ним подошел молодой человек (Б.С.Б.) и сообщил, что мужчина, который стоял у подъезда, ранее выражался в его адрес нецензурной бранью; они подошли к данному мужчине, который стал все отрицать, разговаривал на повышенных тонах, выражался нецензурной бранью, от него исходил запах алкоголя; в ходе разговора мужчина неожиданно попытался убежать, однако С.А.В. успел схватить его за руку, мужчина упал, они подняли его с земли, тот стал снимать с себя одежду, после чего стал высказывать в их адрес оскорбления нецензурной бранью; они просили его прекратить выражаться нецензурно, предупреждали об ответственности, однако он не реагировал; ими по радиосвязи был вызван автопатруль для доставления мужчины в отдел полиции для установления личности и составления протокола по ст. 20.1 КоАП РФ, к нему были применены наручники; мимо проходили люди, которые обращали внимание на неадекватное поведение ФИО1 (т.1 л.д. 24-27, 30-33, 207-211, 223);

- показаниями свидетеля Б.С.Б., из которых следует, что 07 апреля 2017 года около 17.30 час. он находился у подъезда д. № по ул. 

<

данные изъяты>, ждал друга, с которым они должны были встретиться в 18.00 час.; на лавочке у подъезда сидели женщина и мужчина, в какой-то момент мужчина подошел к нему, начал выражаться нецензурной бранью и спрашивать, кто он (Б.С.Б.) такой, вел себя агрессивно; женщина говорила мужчине, чтобы тот успокоился; он (Б.С.Б.) по телефону вызывал сотрудников полиции, через некоторое время пришли двое сотрудников полиции, были в присвоенной форме, представились и просили у мужчины документы; мужчина пытался убежать от них, однако сотрудники полиции его задержали, надели на него наручники; сразу после этого мужчина стал выражаться в адрес сотрудников полиции нецензурной бранью (т.1 л.д. 35-39, 213-214);

- показаниями ФИО1 в качестве подозреваемого, согласно которым в тот день, когда его задерживали, у него было день рождения, дома он выпил 0,25 литра водки, затем вышел на улицу, собирался в магазин, возможно, он мог оскорблять сотрудников полиции после того, как они надели наручники, т.к. почувствовал боль в руках; произошедшие события частично не помнит, т.к. был пьян (т.1 л.д. 81-84).

Данные доказательства получены с соблюдением требований УПК РФ, являются допустимыми и достоверными.

Вопреки доводам жалобы, показания свидетелей и потерпевших относительно оскорбления ФИО1 сотрудников полиции согласуются между собой, взаимодополняют друг друга.

С выводом мирового судьи об отсутствии оснований для оговора ФИО1 со стороны потерпевших и свидетелей суд соглашается. Мировым судьей установлено и заявителем не оспаривается, что со свидетелем Б.С.Б. он ранее знаком не был. Сотрудники полиции С.А.В. и Б.Р.А.Б. были вызваны к д. № по ул. 

<

данные изъяты> в связи с противоправными действиями ФИО1, за которые он в последующем привлечен к административной ответственности по ст. 20.1 КоАП РФ, постановление вступило в законную силу и им не обжаловалось. При этом С.А.В. и Б.Р.А.Б. являлись должностными лицами, исполняли свои обязанности по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, каких-либо противоправных действий со стороны Б.С.Б. ими установлено не было.

Из показаний потерпевших С.А.В., Б.Р.А.Б., свидетеля Б.С.Б. следует, что ФИО1 высказывал в адрес сотрудников полиции оскорбительные выражения, унижающие их честь и достоинство, в том числе, нецензурной бранью. То обстоятельство, что свидетель не помнит конкретные нецензурные выражения, высказанные в адрес сотрудников полиции, с учетом того, что подобное поведение со стороны ФИО1 носило продолжительный характер, не свидетельствуют о недостоверности его показаний.

Уголовное дело в соответствии с требованиями ч.1 ст. 252 УПК РФ рассматривалось мировым судьей в рамках предъявленного обвинения. Согласно обвинительному заключению приставание к детям ФИО1 не инкриминировалось, не вменялись ему подобные действия и в рамках производства по делу об административном правонарушении по ч.1 ст. 20.1 КоАП РФ. В связи с указанным оснований для проверки показаний С.А.В. в данной части у мирового судьи не имелось. Указанное не ставит под сомнение показания потерпевшего относительно юридически значимых для дела обстоятельств.

Каких-либо оснований полагать, что свидетель Б.С.Б. не мог слышать произносимые ФИО1 в адрес сотрудников полиции слова и выражения, с учетом сведений протокола осмотра места происшествия, а также показаний потерпевших и свидетелей о сложившейся обстановке, суд не усматривает. В частности, из материалов дела следует, что ФИО1 оскорбления произносил громко и демонстративно, вел себя агрессивно, для его доставления в отдел полиции потребовался вызов дополнительного патруля; свидетель Б.С.Б. находился недалеко от него, о чем свидетельствует также и то обстоятельство, что он был опрошен на месте сотрудниками полиции, а затем вместе с ФИО1 доставлен в отдел полиции.

Показания допрошенных по ходатайству ФИО1 свидетелей Ш.А.Б. и Р.О.В. не опровергают показания потерпевших и свидетеля Б.С.Б., поскольку, как обоснованно указано мировым судьей, оба свидетеля очевидцами всех произошедших событий не являлись. 

Вопрос о соблюдении требований УПК РФ в ходе допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, проверялся мировым судьей. 

Из показаний следователя Я.Д.П., допрошенного в качестве свидетеля, следует, что при допросе ФИО1 разъяснялись его права, присутствовал защитник; на состояние здоровья Марков не жаловался; он и его защитник знакомились с протоколом, каких-либо замечаний не поступило. 

Показания следователя Я.Д.П. соответствуют содержанию протокола допроса ФИО1 в качестве подозреваемого, в котором имеются подписи и ФИО1, и его защитника, в том числе в графе о разъяснении прав, о разъяснении существа подозрения; в графе, касающейся замечаний, подозреваемым собственноручно указано на их отсутствие.

Вопреки доводам жалобы, как следует из протокола судебного заседания, ФИО1 не оспаривал принадлежность ему подписей, имеющихся в протоколе допроса в качестве подозреваемого (т.1 л.д. 220). Замечаний на протокол судебного заседания ФИО1 не подавал, хотя возможность ознакомления с ним и подачи замечаний у него имелась и ему разъяснялась.

При таких обстоятельствах в качестве доказательства мировым судьей обоснованно учтены показания ФИО1 в качестве подозреваемого, а показания, данные в ходе судебного следствия, расценены в качестве способа защиты.

Полученные с ФИО1 в отсутствие защитника объяснения мировым судьей при постановлении приговора не учитывались. 

То обстоятельство, что в материалах дела отсутствует видеозапись действий осужденного, не опровергает вывод о виновности ФИО1 в совершении преступления. Согласно показаниям потерпевшего С.А.В., он пытался осуществлять видеозапись на мобильный телефон, однако поскольку ему приходилось удерживать ФИО1, зафиксировать значимые для дела обстоятельства не представилось возможным. При таких обстоятельствах удаление С.А.В. видеозаписи с телефона не ставит под сомнение исследованные мировым судьей доказательства.

Действия ФИО1 мировым судьей квалифицированы правильно.

Вопрос о правомерности действий сотрудников полиции, в том числе о применении к ФИО1 специальных средств, исследовался мировым судьей, выводы мирового судьи в достаточной степени мотивированны, основаны на нормах ФЗ «О полиции» от 07.02.2011 N 3-ФЗ, являются правильными.

Вопреки доводам жалобы, каких-либо специальных познаний для определения у лица признаков опьянения, а также признаков потери сознания не требуется. Версия подсудимого о том, что он не находился в состоянии алкогольного опьянения, 

<

данные изъяты>, опровергается совокупностью доказательств, в том числе его показаниями на предварительном следствии, в связи с чем обосновано расценена мировым судьей в качестве способа защиты. 

При постановлении приговора мировым судьей в полном объеме учтены все юридически значимые обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, что отражено в приговоре.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств учтены признательная позиция ФИО1 в ходе предварительного следствия, его состояние здоровья, а также возраст и состояние здоровья его матери. 

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения, в качестве отягчающего наказания обстоятельства мировым судьей обосновано учтено нахождение ФИО1 в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя. Нахождение ФИО1 в состоянии опьянения подтверждается показаниями потерпевших и свидетеля, факт употребления алкоголя незадолго до произошедших событий не оспаривался им в ходе предварительного следствия. Специальных требований к установлению и подтверждению факта нахождения лица в состоянии опьянения УПК РФ не предусмотрено. 

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих необходимость отмены либо изменения приговора, не допущено. 

Как следует из протокола судебного заседания, допросы потерпевших и свидетелей произведены мировым судьей в соответствии с требованиями ст. 277, 278 УПК РФ, каких-либо нарушений не допущено.

Вопреки доводам жалобы, копия приговора направлялась ФИО1 по месту его жительства в сроки, установленные ст. 312 УПК РФ; почтовое отправление возвращено мировому судье в связи с истечением срока хранения. При этом суд отмечает, что получение ФИО1 копии приговора по истечении пятисуточного срока после его провозглашения не явилось препятствием для апелляционного обжалования судебного решения.

В соответствии со ст.ст. 131, ч.4 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки, состоящие из расходов по оплате труда адвоката, участвовавшего в уголовном судопроизводстве по назначению суда, за оказание юридической помощи ФИО1, с учетом не принятого судом его отказа от защитника, подлежат возмещению из средств федерального бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

приговор и.о. мирового судьи судебного участка № 1 – мирового судьи судебного участка №3 Октябрьского судебного района города Иваново от 17 июля 2017 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного - без удовлетворения.

Процессуальные издержки в виде расходов по оплате труда адвоката за осуществление защиты осужденного в уголовном судопроизводстве по назначению суда в сумме 550 (пятьсот пятьдесят) рублей возместить за счет средств федерального бюджета.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке гл. 47.1 УПК РФ.

Председательствующий судья «подпись» Д.С. Петухов