САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-4014/2025

Судья: Гомзякова В.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 27 января 2026 года

78RS0023-01-2023-009448-29

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе

председательствующего

Васильевой М.Ю.

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО4 на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 10 декабря 2024 года по гражданскому делу № 2-1910/2024 по иску ФИО4 к Государственной компании «Российские автомобильные дороги», акционерному обществу «Дороги и мосты», акционерному обществу «Мостотрест-Сервис» о возмещении ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Васильевой М.Ю., объяснения представителя истца ФИО4 – ФИО5, поддержавшей доводы апелляционной жалобы своего доверителя, представителя ответчика АО «МОСТОТРЕСТ-СЕРВИС»- ФИО6, ГК «Российские автомобильные дороги- ФИО7, возражавших относительно доводов апелляционной жалобы,, изучив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО8 обратился во Фрунзенский районный суд г. Санкт - Петербурга с иском к Государственной компании «Российские автомобильные дороги» (далее – ГК «Автодор»), акционерному обществу «Дороги и мосты» (далее – АО «Дороги и мосты»), акционерному обществу «Мостотрест-Сервис» (далее – АО «Мостотрест-Сервис», АО «МТТС»), с учетом уточнения требований в порядке статьи 39 Гражданского кодекса Российской Федерации просил взыскать солидарно с ответчиков денежные средства в размере 1 101 700 рублей в счет возмещения имущественного ущерба, компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50% от присужденной в пользу истца суммы, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 234 рубля, расходы на юридические услуги в размере 30 000 рублей, расходы на досудебную экспертизу в размере 15 000 рублей, расходы на составление рецензии в размере 12 000 рублей, почтовые расходы в размере 207 рублей 50 копеек (л.д.101 том 2), указывая, что 24 мая 2023 года по адресу: автодорога СИАД-М-11 Нева 455 км Новгородской области Окуловский район, произошло ДТП с участием транспортного средства Форд Мондео, принадлежащего на праве собственности и находящегося под управлением ФИО4 Истец, управляя указанным автомобилем, совершил наезд на металлический кусок (автомобильной) чужой детали, в результате чего не справился с управлением и совершил касательное столкновение с правым по ходу движения бордюром. В результате ДТП автомобиль истца получил механические повреждения, стоимость устранения которых согласно экспертному заключению № 202307СД06 от 28 июля 2023 года составила 1 101 700 рублей.

06 сентября 2023 года истцом в адрес ответчика ГК «Автодор» направлена претензия с требованием компенсации ущерба в размере 1 101 700 рублей, а также иных расходов, однако данная претензия оставлена без удовлетворения.

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 10 декабря 2024 года в удовлетворении исковых требований ФИО4 отказано.

ФИО4 в апелляционной жалобе просит отменить решение суда как незаконное и необоснованное, перейти к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, признать экспертное заключение ООО «МБСЭ» недопустимым доказательством, ссылаясь на нарушение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Как указал податель жалобы, суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы; эксперты, проводившие судебную экспертизу неверно рассчитали значение остановочного пути, использовав ошибочные значения времени нарастания замедления и установившегося замедления, что привело к получению ошибочного результата; эксперт самостоятельно занимался сбором информации, опровергая факты, указанные в материалах административного дела и фотоматериалах; эксперт вышел за рамки своей компетенции и невнимательно изучал доказательства, представленные сторонами; суд необоснованно отказал в удовлетворении требований истца о взыскании штрафа и компенсации морального вреда, взыскании судебных расходов. Просил также назначить по делу повторную судебную экспертизу с постановкой тех же вопросов, что указаны в определении от 31 июля 2024 года.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт – Петербургского городского суда от 15.07.2025 решение Фрунзенского районного суда г. Санкт – Петербурга от 10.12.2024 оставлено без изменения, поданная апелляционная жалоба ФИО4 – без удовлетворения.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 12 ноября 2025 апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Санкт – Петербургского городского суда от 15 июля 2025 года отменено в связи с нарушением норм процессуального права, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В соответствии с частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.

При рассмотрении дела в апелляционном порядке в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле, суд устанавливает наличие сведений, подтверждающих надлежащее их уведомление о времени и месте судебного заседания, данных о причинах неявки в судебное заседание лиц, участвующих в деле, после чего разрешает вопрос о правовых последствиях неявки указанных лиц в судебное заседание.

Истец ФИО4, ответчик АО «Дороги и мосты», ГК «Российские автомобильные дороги» извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки и ходатайств об отложении судебного заседания не представили.

Сведения о времени и месте проведения судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.

На основании изложенного, руководствуясь положениями части 3 статьи 167, статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Ознакомившись с материалами настоящего дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно части 2 названной статьи под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу пункта 1 статьи 12 Федерального закона от 10 декабря 1995 года №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (далее – Закон о безопасности дорожного движения) ремонт и содержание дорог на территории Российской Федерации должны обеспечивать безопасность дорожного движения. Соответствие состояния дорог техническим регламентам и другим нормативным документам, относящимся к обеспечению безопасности дорожного движения, удостоверяется актами контрольных осмотров либо обследований дорог, проводимых с участием соответствующих органов исполнительной власти. Обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

В соответствии с пунктом 1 статьи 24 Закона о безопасности дорожного движения права граждан на безопасные условия движения по дорогам Российской Федерации гарантируются государством и обеспечиваются путем выполнения законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения и международных договоров Российской Федерации.

Согласно статье 3 Федерального закона от 08 ноября 2007 года № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации» (далее – Закон об автомобильных дорогах) автомобильной дорогой признается объект транспортной инфраструктуры, предназначенный для движения транспортных средств и включающий в себя земельные участки в границах полосы отвода автомобильной дороги и расположенные на них или под ними конструктивные элементы (дорожное полотно, дорожное покрытие и подобные элементы) и дорожные сооружения, являющиеся ее технологической частью, защитные дорожные сооружения, искусственные дорожные сооружения, производственные объекты, элементы обустройства автомобильных дорог. Дорожной деятельностью признается деятельность по проектированию, строительству, реконструкции, капитальному ремонту, ремонту и содержанию автомобильных дорог.

Пунктом 1 статьи 15 Закона об автомобильных дорогах установлено, что осуществление дорожной деятельности в отношении автомобильных дорог федерального значения обеспечивается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг и управлению государственным имуществом в сфере дорожного хозяйства, или в случаях, если автомобильные дороги переданы в доверительное управление Государственной компании «Российские автомобильные дороги», этой компанией.

В силу пункта 4 Правил организации и проведения работ по ремонту и содержанию автомобильных дорог федерального значения, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 14 ноября 2009 года №928, организация работ по ремонту и содержанию автомобильных дорог в отношении автомобильных дорог, находящихся в оперативном управлении федеральных государственных учреждений, осуществляется указанными учреждениями, а в отношении автомобильных дорог, находящихся в доверительном управлении Государственной компании «Российские автомобильные дороги» Государственной компанией «Российские автомобильные дороги».

Как установлено судом и следует из материалов дела 24 мая 2023 года в 18 ч. 30 мин. по адресу: автодорога СИАД-М-11 Нева 455 км Новгородской области Окуловский район, произошло ДТП с участием транспортного средства Форд Мондео, принадлежащего на праве собственности и находящегося под управлением ФИО4 (л.д. 7 том 1).

В результате ДТП автомобиль марки Форд Мондео получил механические повреждения.

Согласно определению 53 АБ №055081 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, ФИО4, управляя а/м Форд Мондео, совершил наезд на металлический кусок (автомобильной) чужой детали в результате чего не справился с управлением и совершил касательное столкновение в правым по ходу движения бордюром (л.д. 122 том 1).

Для определения стоимости восстановительного ремонта указанного автомобиля, истец обратился к эксперту-технику ФИО9

Согласно экспертному заключению № 202307СД06 от 28 июля 2023 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа составила сумму в размере 1 101 700 рублей (л.д.72-103 том 1).

Стоимость услуг по изготовлению экспертного заключения составила 15 000 рублей, оплачена истцом в полном объеме (л.д.88 том 1).

06 сентября 2023 года истцом в адрес ответчика ГК «Автодор» направлена претензия с требованием компенсации ущерба в размере 1 101 700 рублей, а также иных расходов (л.д.89-93 том 1).

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения (л.д.94-95 том 1).

В ходе судебного разбирательства, в судебном заседании 19 мая 2024 года была допрошена свидетель ФИО10 (супруга истца), которая пояснила, что 24 мая 2023 года они с истцом на автомобиле Форд Мондео возвращались из Твери в Санкт-Петербург, ехали со скоростью 110 км/ч в крайнем левом ряду, увидели на дороге объект среднего размера темно-серого цвета, истец применил экстренное торможение, в связи с чем произошел занос ТС.

Представитель ответчика ГК «Автодор», возражая относительно удовлетворения требований, указывал, что 27 декабря 2013 года между ГК «Автодор» и ПАО «Мостотрест» заключено долгосрочное инвестиционное соглашение № ДС-2013-1454 на строительство, содержание, ремонт, капитальный ремонт и эксплуатацию на платной основе скоростной автомобильной дороги Москва-Санкт-Петербург на участке 58-684 (6 этап, км 334 - км 543), Тверская и Новгородская области (первая очередь строительства), (л.д. 147-149 том 1).

Разрешением на ввод объекта в эксплуатацию Федерального дорожного агентства Министерства транспорта Российской Федерации от 07 декабря 2018 года № 50-000-02-1/103-ФДА/53 «Скоростная автомобильная дорога Москва-Санкт-Петербург на участке км 58 км 684 (с последующей эксплуатацией на платной основе)» 6 этап км 334-км 543, введен в эксплуатацию.

Согласно подпункта 7 пункта 1 статьи 1.1 Соглашения, исполнитель обязан выполнять работы и оказывать услуги по содержанию Автомобильной Дороги.

Согласно пункта 11 статьи 4.3 Соглашения исполнитель обязан обеспечить эффективное управление дорожным движением по Автомобильной Дороге, в том числе обеспечивать безопасное, равномерное и бесперебойное дорожное движение.

Представитель ответчика полагал, что наезд автомобиля истца на «металлический кусок (автомобильной чужой детали)», не связан с деятельностью ответчика.

Согласно акту от 24 мая 2023 года обследования дорожных условий в месте совершения ДТП неудовлетворительных дорожных условий, сопутствующих совершению ДТП, не выявлено (л.д.123-126 том 1).

ГК «Автодор» были предприняты все меры для надлежащего контроля за выполнением работ по содержанию участка автомобильной дороги, на котором произошло ДТП и факт надлежащего исполнения исполнителем обязательств по содержанию обслуживаемого участка автомобильной дороги подтверждается: итоговой ведомостью оценки уровня содержания автомобильной дороги №5-2023, актом оценки уровня содержания автомобильной дороги (за период с 26 апреля 2023 года по 25 мая 2023 года; промежуточной ведомостью оценки уровня содержания участка автомобильной дороги; актом приемки выполненных работ с оценкой уровня содержания автомобильной дороги.

Общим Журналом работ по содержанию участка автомобильной дороги подтверждается, что ни накануне ДТП, ни в день ДТП работниками, обслуживающими данный участок дороги посторонние предметы на проезжей части не обнаруживались (л.д. 137-138 том 1).

По мнению ответчика причинно-следственная связь между действиями ГК «Автодор» и наступившим имущественным ущербом отсутствует.

Представитель ответчика АО «Дороги и Мосты», возражая относительно удовлетворения заявленных требований, указывал, что между ПАО «Мостотрест» и АО «Мостотрест-Сервис» заключен договор № 5007-ВН-2017/01 от 23 марта 2018 года о принятии АО обязательств собственными силами и средствами выполнить комплекс работ по содержанию автомобильной дороги и искусственных сооружений на ней, в соответствии с уровнем содержания, установленным техническим заданием по содержанию, комплекс работ по планово-предупредительным работам по содержанию искусственных сооружений, проводимых в соответствии с требованиями договора и законодательства, в том числе обеспечивать соответствие транспортно-эксплуатационных показателей автомобильной дороги и искусственных сооружений на ней требованиям законодательства и настоящего договора в случае, если соответствие транспортно- эксплуатационных показателей зависит от выполнения работ по содержанию на объекте, участок скоростной автомобильной дороги. Москва Санкт-Петербург на участке км 58 - км 684 (6 этап, км 334 – км 543) Тверская и Новгородская область (1 очередь строительства).

Согласно пункта 7.6 Договора №5007-ВН-2017/01 от 23 марта 2018 года АО «Мостотрест-Сервис» обязалось обеспечить уровень содержания на объекте, установленной техническим заданием на содержание.

В силу пункта 1.2 Технического задания целью работы является выполнение подрядчиком комплекса работ по содержанию автомобильной дороги с целью обеспечения на период действия договора после ввода автомобильной дороги в эксплуатацию круглогодичного, безопасного и бесперебойного движения транспортных средств, сохранности имущественного комплекса, включая искусственные сооружения, входящего в состав автомобильной дороги, обеспечения разрешенного скоростного режим, а также непрерывности, безопасности и удобства движения пользователей по автомобильной дороге, исключая ДТП, сопутствующими условиями которых явились дорожные условия, а также высокого уровня содержания автомобильной дороги.

12 октября 2020 года между ПАО «МОСТОТРЕСТ» (заказчик), АО «Мостотрест-Сервис» (исполнитель), АО «Дороги и мосты» (новый заказчик) было заключено соглашение о замене лица в обязательстве к договору №5007-ВН-2017/01 от 23 марта 2018 года, в соответствии с которым все права и обязанности по вышеуказанному договору переходят от ПАО «МОСТОТРЕСТ» от АО «Дороги и мосты» в полном объеме.

10 ноября 2020 года между ГК «Автодор», ПАО «МОСТОТРЕСТ» (исполнитель), АО «Дороги и мосты» (новый исполнитель) заключено соглашение о замене исполнителя № 29 по долгосрочному инвестиционному соглашению ДС-2013-1454 от 27 декабря 2013 года на строительство, содержание, ремонт, капитальный ремонт и эксплуатацию на платной основе скоростной автомобильной дороги Москва — Санкт-Петербург на участке км 58 - км 684 (6 этап, км 334 – км 543) Тверская и Новгородская область (1 очередь строительства).

Указанное в исковом заявлении ДТП произошло на участке скоростной автомобильной дороги Москва Санкт-Петербург на участке км 58 - км 684 (6 этап, км 334 – км 543) Тверская и Новгородская область (1 очередь строительства), ответственность за эксплуатацию которого возложена на АО «Мостотрест-Сервис».

Доказательств, свидетельствующих о ненадлежащем исполнении АО «Мостотрест-Сервис» обязанности по содержанию дорожного покрытия в соответствии с государственным стандартом по представленным документам не представлено.

Определением суда от 31 июля 2024 года по ходатайству ответчика АО «Мостотрест-Сервис» по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Межрегиональное бюро судебных экспертиз» (далее – ООО «МБСЭ»).

Согласно экспертному заключению №486-АТЭ от 02 декабря 2024 года, предоставленному экспертами ООО «МБСЭ», эксперты пришли к следующим выводам: в объеме предоставленного экспертам материала, ответить на вопрос о наличии (отсутствии) у водителя а/м Форд Мондео ФИО4 возможности обнаружить на проезжей части автодороги СПАД М-11 Нева 455 км. Новгородской области Окуловский район, в день ДТП 24 мая 2023 года посторонний (неустановленный) предмет экспертным путем не представляется возможным; водитель автомобиля Форд Мондео - ФИО4 имел техническую возможность предотвратить наезд на препятствие путем применения экстренного торможения, в случае обнаружения им неустановленного предмета на расстоянии, не менее 76,4 метров, а также имел техническую возможность выполнить объезд препятствия, обнаружив его на расстоянии, не менее 58,1 метра; с технической точки зрения, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля Форд Мондео - ФИО4 должен был действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 ПДД РФ; с технической точки зрения, в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, в действиях водителя ФИО4 усматриваются несоответствия требованиям п. 10.1 (часть 1) ПДД РФ. Учитывая то, что каких-либо данных об удалении автомобиля Форд Мондео от места наезда на препятствие (неустановленный предмет), в момент возникновения опасности для движения (момент обнаружения постороннего предмета на проезжей части) в материалах, предоставленных экспертам не имеется, ответить на вопрос о соответствии (несоответствии) его действий требованиям п. 10.1 (часть 2) ПДД РФ, не представляется возможным (см. исследовательскую часть); в рамках предоставленных материалов можно сделать вывод, что массив повреждений правой части кузова а/м Форд Мондео не мог быть образован при контактировании с дорожным ограждением при заявленных обстоятельствах ДТП.

Не согласившись с выводами, содержащимися в заключении судебной экспертизы, стороной истца в материалы дела представлено заключение специалиста № 202405СР01 ФИО9 о технической обоснованности выводов заключения экспертов №486-АТЭ от 02 декабря 2024 года. Тем не менее, суд не принял данное заключение специалиста в качестве доказательства, опровергающего выводы заключения судебной экспертизы, так как в заключении содержится субъективное мнение специалиста относительно недостоверности, ошибочности выводов судебной экспертизы, не подтверждает наличие недостатков произведенной судебной экспертизы, которые бы могли являться основанием для проведение повторной судебной экспертизы.

При этом допрошенный в судебном заседании 10 декабря 2024 года эксперт ФИО11, проводивший экспертизу, поддержал выводы экспертного заключения.

Суд первой инстанции посчитал необходимым принять экспертное заключение ООО «МБСЭ» в качестве надлежащего, допустимого, достоверного доказательства по делу, поскольку в нем содержатся научно обоснованные, непротиворечивые, мотивированные выводы и ответы на поставленные судом вопросы; эксперты ФИО11, ФИО12, проводившие экспертизу, имеют высшее техническое образование, квалификацию судебного эксперта, стаж работы в области проведения экспертиз, перед началом экспертного исследования эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ.

Каких-либо объективных и обоснованных доказательств, опровергающих правильность выводов, содержащихся в экспертном заключении, а также доказательств того, что экспертиза проведена с нарушением требований Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» стороной истца не представлено.

В связи с указанными обстоятельствами суд не нашел правовых оснований для назначения по делу повторной экспертизы.

Судом установлено, что согласно результатам судебной экспертизы массив повреждений правой части кузова автомобиля Форд Мондео не мог быть образован при контактировании с дорожным ограждением при заявленных обстоятельствах ДТП; истец имел техническую возможность предотвратить наезд на препятствие путем применения экстренного торможения, в случае обнаружения им неустановленного предмета на расстоянии, не менее 76,4 метров, а также имел техническую возможность выполнить объезд препятствия, обнаружив его на расстоянии, не менее 58,1 метра.

Кроме того, ответчиками в материалы дела представлены доказательства надлежащего исполнения обязанности по содержанию участка автомобильной дороги, на котором произошло ДТП.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, суд, принимая во внимание, что заявленный истцом ущерб не находится в причинно-следственной связи с действиями ответчиков, вина ответчиков в причинении ущерба автомобилю истца не установлена, не нашел правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО4

Судебная коллегия в полной мере соглашается с выводами суда первой инстанции, полагая их правильными и обоснованными.

Доводы апелляционной жалобы относительно ошибочных выводов экспертов при определении механизма ДТП, подлежат отклонению.

Так, согласно выводам судебной экспертизы, исходя из объема представленного на исследование материала не представилось возможным ответить на вопрос о наличии (отсутствии) у водителя а/м Форд Мондео ФИО4 возможности обнаружить на проезжей части автодороги СПАД М-11 Нева 455 км. Новгородской области Окуловский район, в день ДТП посторонний (неустановленный) предмет. В материалах, предоставленных экспертам, отсутствовали сведения о видимости на рассматриваемом участке автодороги, на имеющихся фотоизображениях не имеется следов, позволяющих определить место наезда автомобиля на неустановленный предмет. Массив повреждений правой части кузова а/м Форд Мондео не мог быть образован при контактировании с дорожным ограждением при заявленных обстоятельствах ДТП.

При этом согласно выводам экспертов ФИО4 имел техническую возможность предотвратить наезд на препятствие путем применения экстренного торможения, в случае обнаружения им неустановленного предмета на расстоянии, не менее 76,4 метров, а также имел техническую возможность выполнить объезд препятствия, обнаружив его на расстоянии, не менее 58,1 метра.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции эксперт ФИО11 подтвердил, что повреждения автомобиля Форд не могли быть получены при заявленных истцом обстоятельствах – в результате контакта с дорожным ограждением.

Доказательства ненадлежащего содержания работниками ответчиков участка дороги, на котором произошло ДТП, в материалы дела не представлены; из сведений, содержащихся в Общем журнале производства работ по содержанию автомобильной дороги М-11 «Москва-Санкт-Петербург» км 334-543», не усматривается, что 24 мая 2023 года на рассматриваемом участке дороги были обнаружены какие-либо посторонние предметы.

Доводы жалобы о том, что невнимательно изучал доказательства, представленные сторонами, отклоняется, так как данный довод основан на субъективном мнении истца.

Из экспертного заключения следует, что исследование по поставленным судом вопросам проводилось по представленным материалам дела № 2-1910/2024 в двух томах, материалам проверки по ДТП от 24 октября 2022 года, фотоизображениям с места ДТП, полученным по дополнительному запросу, а также по результатам натурного осмотра автомобиля Форд Мондео.

Допрошенный судом эксперт ФИО11 также подтвердил, что все материалы дела и имеющиеся в нем доказательства были исследованы в полном объеме.

Довод апелляционной жалобы о том, что эксперт самостоятельно занимался сбором доказательств, не основан на материалах дела, эксперт получил лишь сведения из открытых общедоступных источников, размещенной в сети Интернет на сайте Gismeteo c целью установить, какая погода была в день ДТП, что не свидетельствует о нарушении экспертом части 2 статьи 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Согласно информации с указанного сайта на рассматриваемом участке автодороги было пасмурно, без осадков, температура воздуха + 16 градусов.

Доводы жалобы о том, что в день, когда произошло ДТП, был дождь и асфальтовое покрытие мокрым не подтверждены никакими обоснованными доказательствами. Кроме того, согласно фотографиям с места ДТП, представленным в материалы дела ГК «Автодор», усматривается, что асфальт сухой, следы осадков на нем отсутствуют.

Судебная коллегия, рассмотрев ходатайство истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы, не усматривает правовых оснований, предусмотренных статьей 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации для удовлетворения данного ходатайства, поскольку выводы судебной экспертизы ООО «МБСЭ» являются мотивированными, четкими, обоснованными, непротиворечивыми, не вызывают вопросов или сомнений. Опрошенный судом первой инстанции эксперт ФИО11 в полном объеме устранил возникшие у сторон сомнения и противоречия и в выводах судебной экспертизы, дал подробные разъяснения относительно выводов экспертного заключения, методики проведенного исследования, ответил на все заданные ему вопросы, в том числе, пояснив, что повреждения автомобиля истца не соответствуют указанной в исковом заявлении дорожно-транспортной ситуации.

Так, эксперт пояснил суду, что обладает достаточной квалификацией, знаниями и опытом экспертной деятельности для проведения порученной ему экспертизы по поставленным судом вопросам, ответы на которые подробно описаны в исследовательской части и основаны на материалах гражданского дела, в том числе, дополнительно истребованные и полученные от суда, а также на материалах проверки по факту дорожно-транспортного происшествия. Единственное, что было запрошено экспертом с официального сайта Gismeteo – это погодные условия в населенном пункте, приближенном к месту аварии, с целью установления наличия осадков, состояния дорожного покрытия (сухое, мокрое). Полученные данные эксперт сопоставил с фотографиями с места дорожно-транспортного происшествия, что позволило ему прийти к выводу о состоянии покрытия как сухого в момент ДТП. При этом лужи на фотографиях, предоставленных истцом в материалы дела, не усматриваются, а наличие лужи, по мнению истца, на фотографии № 20 (стр. 30 экспертного заключения) таковой не является, из чего эксперт сделал вывод о том, что в момент ДТП дорожное покрытие было сухим.

Эксперт пришел к выводу о несоответствии действий водителя ФИО4 п. 10.1 ПДД РФ, который закрепляет, что занос транспортного средства не допускается. При этом отсутствуют какие-либо следы наезда транспортного средства, которым управлял истец, на неустановленный предмет, лежащий на проезжей части, поскольку отсутствуют повреждения элементов ходовой части автомобиля: трансмиссии, других частей автомобиля, в связи с чем невозможно связать занос транспортного средства с наездом на некий предмет. Если нет повреждений, истец мог либо продолжить движение, либо совершить остановку. В данном случае имеется причинно-следственная связь с действиями водителя, который выдерживал скорость, не обеспечивающую ему постоянный контроль за движением транспортного средства, скорость зависит от субъективных качеств водителя, которые эксперт-автотехник не анализирует, хотя бы его скорость не превысила разрешенную, она не обеспечивала ему постоянный контроль за движением автомобиля. Такая ситуация является нарушением п. 10.1 ПДД РФ.

Исследование по вопросу № 5 эксперты проводили, однако, в связи с допущенной опиской указали о невозможности дать заключение, тогда как выводы сделаны и содержатся в последних двух абзацах ответа на вопрос № 5 (страница 21, первые два абзаца страницы). Материалами дела не подтверждено несоответствие действий дорожных служб ГОСТу Р 50597-2017. Исследование содержится на стр. 19-21 экспертного заключения.

Помимо объяснений истца материалы дела не содержат документов о наличии предмета на дорожном покрытии, в связи с чем не представляется возможным достоверно установить факт наезда автомобиля истца на неустановленный предмет с учетом также отсутствия каких-либо следов такого наезда на элементах ходовой части автомобиля. Те фотографии, которые предоставлены истцом в материалы дела, не имеют достаточной четкости, чтобы определить какой это предмет (внешний вид предмета на дороге на двух фотографиях отличаются), в какой момент выполнены фотографии. Никакой справки о наличии предмета на проезжей части материалы дела не содержат, не имеется сообщения дорожной службе о нахождении на дорожном покрытии посторонних предметов, имеется только объяснение водителя. Кроме того, согласно материалу ДТП все документы по факту дорожно-транспортного происшествия, в том числе, схема, составлены со слов водителя. Анализировать предметы эксперт не мог, поскольку на исследование предмет (предметы) предоставлены не были. Эксперт анализировал только те материалы, которые есть в деле.

Замеры дорожного ограждения экспертом не производились, в связи с чем исследование трасологическое проводилось не на высотных характеристиках ограждения, а на форме, размере, площади и объеме повреждений на автомобиле (на правой его части), было трасологическое сравнение со следообразующей поверхностью балки дорожного ограждения, высота которой частично соответствует высоте повреждения – форма и размер балки не соответствуют повреждениям абсолютно, что установлено методом сравнения. Форма балки известна экспертам согласно чертежам, профильный проект стандартный. Автомобиль экспертами осматривался, производились замеры высотных характеристик, формы и размеры самих повреждений – царапин, вмятин, потертостей. В данном месте балки могли быть повреждения, однако, и поврежденная балка не оставит таких форм, которые имеются на правой части кузова автомобиля. Балка имеет два ребра жесткости, и при контакте с ней (даже при проскальзывании по ней) остались бы два следа, параллельно идущие между собой с какими-то диагональными изменениями, что абсолютно не соответствует повреждениям, имеющимся на автомобиле истца.

Говорить о том, что автомобиль истца контактировал с ограждающей балкой не представляется возможным. На фотографиях, предоставленных в материалы дела, изображен контакт передней правой части автомобиля истца с балкой, однако, повреждения, которые находятся в данной части кузова, не могли быть образованы при движении вдоль данной балки. То, что автомобиль истца, изображенный на фотографиях (л.д. 213), имеет контакт с балкой, свидетельствует о возможном точечном контакте, тогда как имеющиеся на правой части кузова автомобиля повреждения говорят о скользящем взаимодействии, т.е. при продвижении вдоль какого-то следообразующего объекта. Форма и размеры повреждений абсолютно не соответствуют форме и размерам балки дорожного движения и не могли быть образованы при продвижении вдоль этой балки дорожного движения. Подробно механизм образования всех повреждений отражен экспертом на страницах 33-36 экспертного заключения. Характер повреждений кузова передней правой части автомобиля истца не соответствует обстоятельствам рассматриваемого ДТП по форме, размерам и расположения балки дорожного движения: очевидно, что происходил контакт с плоским следообразующим предметом с шириной около 10 см., а не 20 см. – расстояние между выпирающими частями балки дорожного ограждения (ребрами жесткости). Замеры производились экспертами линейкой, что отражено на стр. 35 заключения – изображение № 33.

Состояние несоответствия дорожного покрытия ГОСТу определялось экспертом не на основании путевого листа, а записями в журнале учета о 25.05.2023.

Поскольку в судебном заседании эксперт также предупрежден судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований не доверять пояснениям эксперта ФИО11 не имелось у суда первой инстанции, такие основания также не установлены судебной коллегией.

Заключение специалиста № 202405СР11 о технической обоснованности выводов заключения экспертов (л.д. 3-17 Том 3) указывает на отсутствие достаточного обоснования полученных результатов для достоверного вывода относительно поставленных вопросов, критериям достоверности и объективности, содержит неполные и необоснованные выводы. Однако, судебная коллегия не усматривает таких недостатков, поскольку выводы экспертов в полном объеме соответствуют содержанию исследовательской части, никаких противоречий не имеется, расчеты приведены, а также продемонстрированы фотографическими снимками и иными таблицами. Заключение специалиста не содержит никаких указаний на такие недостатки судебной экспертизы, которые давали бы основания сомневаться в ее правильности.

Кроме того, с учетом того, что заключение специалиста № 202405СР11 составлено ФИО9, являющимся представителем истца по делу, т.е. лицом заинтересованным, его нельзя признать рецензией, фактически, это объяснение истца в лице представителя, имеющего специальные познания, которое, также являясь доказательством по делу, противоречит выводам судебной экспертизы.

Указанное позволило судебной коллегии согласиться с выводами суда первой инстанции о допустимости доказательства –заключения судебной экспертизы, порочность которого не установлено, что дало основания для отказа в удовлетворении ходатайства истца о назначении повторной судебной экспертизы.

При таком положении судебная коллегия приходит к выводу о том, что обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных в материалы дела доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований, предъявляемым гражданским процессуальным законодательством (статьи 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и подробно изложена в мотивировочной части решения суда.

Оснований не согласиться с такой оценкой у судебной коллегии не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права судебной коллегией не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 10 декабря 2024 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО4 - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 27 января 2026 года