Дело № 2-303/2020

34RS0019-01-2020-000070-36

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Камышин 17 сентября 2020 года

Камышинский городской суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Ветлугина В.А.,

при секретаре судебного заседания Федоровой Е.В.,

с участием истца-ответчика ФИО1, 

представителя истца-ответчика ФИО2,

представителя ответчика-истца индивидуального предпринимателя ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о защите прав потребителя, встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи заключенным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю (ИП) ФИО3 о защите прав потребителя. В обоснование требований указала, что 22 сентября 2019 года между истцом и ИП ФИО3 был заключен договор купли-продажи № 063-0009-00271. Предметом договора являлся товар - мебель, комплектность которой указана в спецификациях, являющихся неотъемлемой частью договора. Сумма договора составила 276 649 рублей. Указанная сумма была оплачена истцом своевременно и в полном объеме, в соответствии с условиями договора. Истцом также была оплачена сумма в размере 7020 рублей, в соответствии с Приложением № 4 договора за доставку товара. Кроме того, между сторонами был заключен договор на оказание услуг № 063-0009-00271/У от 22.09.2019, предметом которого являлась установка кухонного гарнитура и выезд сотрудников исполнителя, на сумму 5000 рублей, которые также были оплачены истцом своевременно и в полном объеме. Согласно пункту 1.1 договора купли-продажи, ответчик был обязан передать в собственность истца предметы мебели и оборудования в соответствии со спецификацией. В соответствии с пунктом 3.1 договора, продавец был обязан передать товар истцу 09.12.2019 при условии полной оплаты товара. В установленный договором срок продавец не исполнил условия, поскольку товар был поставлен 14.12.2019, при этом, ответчиком были нарушены условия о комплектности товара. Так, не было в наличии столешницы и вытяжки. Таким образом, обязанность по передаче товара была исполнена несвоевременно и не в полном объеме. Ответчику была вручена претензия с требованием о расторжении договора № 063-0009-00271 от 22.09.2019, договора № 063-0009-00271/У от 22.09.2019, а также договора потребительского кредита № 00014-1С-000000093954 от 22.09.2019 с АО «Кредит Европа Банк», возврата денежных средств за предварительно оплаченный товар и выплате неустойки. Однако, требования истца ответчиком не исполнены. Поскольку кухонный гарнитур ответчиком в установленный срок не поставлен, размер неустойки, подлежащий взысканию с ИП ФИО3 за период с 09 декабря 2019 года по 20 января 2020 года (42 дня), составляет 58 086 рублей. В связи с существенным нарушением сроков передачи товара ответчиком, истец в значительной степени лишился того, на что вправе был рассчитывать при приобретении товара. Неправомерными действиями ответчика, истцу причинен моральный вред, размер компенсации которого оценивается в 50 000 рублей.

На основании изложенного, просит взыскать с ответчика в свою пользу денежную сумму в размере 283 669 рублей по договору № 063-0009-00271 от 22.09.2019, в связи с нарушением срока передачи потребителю предварительно оплаченного товара; денежную сумму в размере 5000 рублей, оплаченную по договору № 063-0009-00271/У от 22.09.2019 за установку товара; неустойку за нарушение срока передачи потребителю предварительно оплаченного товара в размере 58 086 рублей; компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей; штраф за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя в размере 50% от присужденной суммы.

В свою очередь ИП ФИО3, через своего представителя по доверенности ФИО4, обратилась в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1 о признании договора купли-продажи заключенным (л.д. 187-189), в обоснование требований указав, что на основании определения Камышинского городского суда Волгоградской области от 30.06.2020, произведена почерковедческая экспертиза, по результатам которой, эксперт пришел к выводам, что подписи от имени ФИО1 в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019, в приложении № 1 к договору купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019 на всех страницах и на последней приложения после слов - с перечнем согласен - выполнены не ФИО1, а другим лицом; признаков подражания подписи ФИО1 и признаков умышленного искажения подписи ФИО1 в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019 на всех страницах и на последней странице приложения после слов - с перечнем согласен - не выявлено. По мнению истца, то обстоятельство, что подписи в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019 не принадлежат ответчику по данному иску, не имеет существенного правового значения и не свидетельствует о том, что договор купли-продажи является не заключенным на данных условиях. Обращаясь в суд с исковым заявлением, ФИО1 приложила к исковому заявлению договор купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019, подписанный истцом. При этом, в иске она не указывала на несогласие с теми или иными пунктами договора купли-продажи. ФИО3 со своей стороны наличие представленного договора купли-продажи признала в полном объеме и представила суду аналогичный документ. В иске ФИО1 указывает, что «между ней и ИП ФИО3 был заключен договор купли-продажи от 22.09.2019 № 063-0009-00271». Тем самым, ФИО1 указывает на заключение договора купли-продажи, как на свершившийся факт. Также по тексту первоначального искового заявления истец указывает на предмет заключенного договора, которым является товар - предмет мебели, на сумму договора, на сроки поставки товара. Таким образом, сторонами достигнуто соглашение относительно существенных условий спорного договора. По тексту искового заявления ФИО1 также поясняет обстоятельства оплаты товара по договору купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019, о её отказе в принятии поставленного товара поскольку, как полагает истец по первоначальному иску, обязанность по поставке товара исполнена не в полном объеме, а не потому, что она считает договор купли-продажи от 22.09.2019 не заключенным. Также в иске ФИО1 ссылается на претензию с требованием о расторжении договора купли-продажи от 22.09.2019 № 063-0009-00271. Таким образом, ФИО1 всячески подчеркивает, что спорный договор был заключен, на тех условиях, что изложены в представленном в материалах дела договоре. Товар, приобретенный по спорному договору, был оплачен истцом-ответчиком и ФИО1 ожидала получения товара, опираясь на наличие договорных отношений с ИП ФИО3 Истец по встречному иску со своей стороны, считает договор купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019 заключенным на тех условиях, которые содержатся в экземпляре договора, приложенном ФИО1 к первоначальному исковому заявлению, а также в экземпляре, переданном ИП ФИО3 суду. Оба экземпляра договора купли-продажи № 063-0009-00271 идентичны, собственноручно подписаны ИП ФИО3 и скреплены печатью. Кроме того, ответчик по встречному иску совершила ряд конклюдентных действий, подтверждающих заключение договора купли-продажи, а именно произвела оплату по договору, ожидала товар, обратилась в суд с иском, ссылаясь на договор, как на подтверждение своих требований.

На основании изложенного, просит признать договор купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019 между ФИО1 (покупатель) и ИП ФИО3 (продавец) заключенным на условиях, содержащихся в экземпляре договора, приложенном ФИО1 к первоначальному исковому заявлению, а также экземпляре, переданном ФИО3 суду.

Истец-ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, встречные исковые требования не признала, пояснив, что она вместе с супругом ФИО5 решили приобрести кухонную мебель. В сети «Интернет» на сайте компании «Едим дома», она ознакомилась с проектом кухни, которая ей понравилась. Спустя время, ФИО1 поехали в офис, расположенный в г. Волгограде, где обговорила с сотрудником ИП ФИО3 все детали договора, а именно: наименование товара, сроки доставки, стоимость товара, которые устроили обе стороны. Ее супругом был получен кредит на покупку мебели, деньги по которому были переведены ответчику-истцу 22.09.2019. Первоначально стороны договорились, что товар будет поставлен в срок не позднее 50 дней со дня заключения договора, однако, когда ей вручили копию договора купли-продажи для подписи, она заметила, что дата поставки товара указана - 09.12.2019, кроме того, в договоре имелось дополнение о том, что продавец вправе в течении 14 дней с указанной даты, поставить недостающий товар. С данными условиями она не согласилась, в связи с чем, не стала подписывать договор купли-продажи и уехала в г. Камышин. 14 декабря 2019 года по месту ее жительства была осуществлена доставка товара, но она отказалась принять его, так как в комплекте отсутствовала вытяжка и столешница. Её супругом в адрес ИП ФИО3 была направлена претензия. Она с претензией к продавцу не обращалась.

Представитель истца-ответчика ФИО2 в судебном заседании просил исковые требования удовлетворить в полном объеме, во встречных исковых требованиях отказать. При этом пояснил, что его доверитель не оспаривает сам факт заключения договор купли-продажи кухонной мебели, она оспаривает, что договор купли-продажи был заключен на указанных в нём условиях. В представленном продавцом договоре, ФИО1 не устроили сроки поставки товара – с 09 декабря 2019 года в течении 14 календарных дней, а также тот факт, что каждый предмет спецификации является отдельным товаром. ФИО1 отказалась от принятия поставленного ей не в полном комплекте товара, так как она приобрела кухонную мебель, как единое целое, а без столешницы использовать кухонный гарнитур не представляется возможным. Кроме того, спорный договор подписан продавцом ФИО6, действующей от имени ИП ФИО3, без каких-либо на то оснований. Полагает, что указанный в договоре срок - 09.12.2019, является предельным, в связи с чем, с данной даты истец-ответчик рассчитал неустойку.

Ответчик-истец ИП ФИО3, о дате и времени рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в судебное заседание не явилась, обеспечила явку своего представителя.

Представитель ответчика-истца ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала, на встречных исковых требованиях настаивала в полном объеме, представила письменный отзыв на исковое заявление (л.д. 97-99). При этом пояснив, что по обоюдному согласию продавца и покупателя, начальный срок поставки товара был установлен 09 декабря 2019 года, а позже указанный срок перенесен сторонами на 14 декабря 2019 года. Считает, что договор заключен сторонами на тех условиях, которые содержатся в представленном ФИО1 экземпляре. Возврат покупателем всего товара из-за отсутствия двух позиций не соответствует условиям договора. ФИО1 с досудебной претензией к продавцу не обращалась. Уклоняясь от принятия товара, ФИО1 допустила злоупотребление правом. 26.12.2019 недостающий предмет кухонной мебели – столешница находилась в распоряжении ИП ФИО3, в связи с чем, 27 декабря 2019 года ответчик-истец готова была согласовать сроки доставки товара в полном комплекте. Не отрицала, что срок поставки столешницы ответчиком-истцом просрочен на 4 дня.

Третье лицо ФИО5, о дате и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в судебное заседание не явился, причина неявки судом не установлена.

Третье лицо акционерное общество «Кредит Европа Банк», о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, в судебное заседание явку представителя не обеспечили, причина неявки судом не установлена.

С учётом мнений явившихся участников процесса, положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ), суд определил рассмотреть дело при указанной явке.

Суд, выслушав пояснения ФИО1, ФИО2, ФИО4, проверив и исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

Одним из оснований возникновения обязательств, в силу пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), является договор.

Согласно пункту 3 статьи 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка), а в соответствии с пунктом 1 статьи 432 этого же кодекса, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу пунктов 1, 2 статьи 158 ГК РФ, сделки совершаются устно или в письменной форме (простой или нотариальной). Сделка, которая может быть совершена устно, считается совершенной и в том случае, когда из поведения лица явствует его воля совершить сделку.

В соответствии со статьей 159 ГК РФ, сделка, для которой законом или соглашением сторон не установлена письменная (простая или нотариальная) форма, может быть совершена устно (пункт 1). Если иное не установлено соглашением сторон, могут совершаться устно все сделки, исполняемые при самом их совершении, за исключением сделок, для которых установлена нотариальная форма, и сделок, несоблюдение простой письменной формы, которых влечет их недействительность (пункт 2).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», в силу пункта 3 статьи 154 и пункта 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Соглашение сторон может быть достигнуто путем принятия (акцепта) одной стороной предложения заключить договор (оферты) другой стороны (пункт 2 статьи 432 ГК РФ), путем совместной разработки и согласования условий договора в переговорах, иным способом, например, договор считается заключенным и в том случае, когда из поведения сторон явствует их воля на заключение договора (пункт 2 статьи 158, пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

В силу пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (пункт 1 статьи 432 ГК РФ) не свидетельствует о том, что договор не был заключен.

Пунктом 6 указанного Постановления Пленума разъяснено, что если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ). Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства.

Согласно пункту 1 статьи 162 ГК РФ, несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства.

Из материалов дела следует, что 22 сентября 2019 года ФИО1 обратилась к ИП ФИО3 для заключения договора купли-продажи – комплекта кухонной мебели стоимостью 276 649 рублей. Сторонами были оговорены все существенные условия, содержащиеся в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года о стоимости, сроках доставки товара и его комплектности, указанной в приложении № 1 к договору (спецификации № 063-0009-00271, № 063-0009-00271/Т с расшифровками), приложение № 2 эскиз кухни-схема открываний, вид кухни 1 общий, вид кухни 2 спереди, вид кухни сбоку, схема выкладки кафеля). В приложении № 4 к договору купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года сторонами была оговорена стоимость доставки, которая составила 7020 рублей (л.д. 33-46). 

22 сентября 2019 года супруг истца-ответчика ФИО5 обратился в АО «Кредит Европа Банк» с заявлением о предоставлении кредита в размере 252 500 рублей, целью которого, в соответствии с пунктом 11 индивидуальных условий, являлась оплата стоимости кухни, путем безналичного перечисления денежных средств ИП ФИО3 (л.д. 12-20). 

22 сентября 2019 года между ФИО1 и ИП ФИО3 заключен договор на оказание услуг № 063-0009-00271/У, по установке кухонного гарнитура, расходов на выезд сотрудников исполнителя на сумму 5000 рублей (л.д. 25-32). 

В указанный день стоимость товара, а также стоимость доставки и установки была полностью оплачена истцом-ответчиком, что не оспаривается сторонами в судебном заседании. 

14 декабря 2019 года ИП ФИО3 была осуществлена доставка товара истцу-ответчику, однако, в связи с отсутствием в комплекте кухонной мебели - вытяжки и столешницы, ФИО1 отказалась принять товар, который был возвращен продавцу (л.д. 21). 

17 декабря 2019 года ФИО5 была направлена в адрес ИП ФИО3 претензия, в которой он просит расторгнуть договор № 063-0009-00271 от 22.09.2019, договор № 063-0009-00271/У от 22.09.2019, а также договор потребительского кредита № 00014-IC-000000093954 от 22.09.2019 с АО «Кредит Европа Банк», выплатить ему неустойку в размере 0,5% за каждый день просрочки выполнения своих обязательств, произвести все необходимые расчеты в рамках заключенного договора потребительского кредита (л.д. 8-11).

24 декабря 2019 года в своем ответе ИП ФИО3 ставит в известность ФИО1, что недостающая вытяжка находится в распоряжении продавца, а столешница будет изготовлена ориентировочно 26-27 декабря 2019 года, в связи с чем, просила связаться с ней для согласования даты и времени доставки ранее непринятого товара (л.д. 47-48). 

Однако, ФИО1 по вопросу принятия товара к ИП ФИО3 не обращалась, дату поставки не согласовывала, что не отрицалось сторонами в судебном заседании.

20 января 2020 года ФИО1 обратилась с иском в суд, в котором просила взыскать с ИП ФИО3 оплаченную стоимость товара, доставки и установки; неустойку за нарушение сроков доставки ранее оплаченного товара; компенсацию морального вреда и штраф.

По ходатайству истца, утверждавшей, что не подписывала договор купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, судом была назначена судебная почерковедческая экспертиза (л.д. 137, 145-148). 

Согласно заключению эксперта № 1/07 от 07 августа 2020 года, составленного экспертом ИП ФИО7, подписи от имени ФИО1 в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, в приложении № 1 к договору купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, на всех страницах и на последней странице приложения после слов - с перечнем согласен, выполнены не ФИО1, а другим лицом; признаков умышленного искажения подписи ФИО1 в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, приложении № 1 к договору купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, на всех страницах и на последней странице приложения после слов - с перечнем согласен, не выявлено; признаков подражания подписи ФИО1 в договоре купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, приложении № 1 к договору купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, на всех страницах и на последней странице приложения после слов - с перечнем согласен, не выявлено (л.д. 155-162). 

Суд признает данное заключение допустимым доказательством по делу, поскольку эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, предусмотренной статьей 307 Уголовного кодекса РФ, выводы эксперта обоснованы, соответствуют поставленным вопросам, экспертом приняты во внимание все представленные на экспертизу материалы, исследование было проведено в полном объеме, объективно, на основе нормативных актов и специальных знаний в соответствующей области.

Участники процесса в судебном заседании с выводами эксперта согласились.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив имеющиеся по делу доказательства в совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ суд, принимая во внимание, что сторонами были оговорены все существенные условия договора купли-продажи о комплектности, стоимости и сроках поставки товара, учитывая наличие взаимных действий сторон по исполнению договора купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года (оплата покупателем товара во исполнение договора, поставка товара продавцом покупателю), приходит к выводу, что фактически между сторонами сложились правоотношения по договору купли-продажи кухонной мебели, что свидетельствует о заключении между ФИО1 (покупатель) и ИП ФИО3 (продавец) договора купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года на условиях, указанных в представленном сторонами договоре. 

Отсутствие подписи ФИО1 в договоре купли-продажи не может свидетельствовать о не заключении договора, а с безусловностью подтверждает лишь отсутствие надлежащей письменной формы договора. Между тем, согласно пункту 2 статьи 162 ГК РФ, несоблюдение простой письменной формы договора влечет его недействительность лишь в случаях, прямо указанных в законе.

Доводы ФИО1 о том, что срок доставки товара был согласован сторонами и составлял 50 дней, с даты его заключения (22.09.2019), судом не могут быть приняты во внимание, поскольку не нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Аргументы представителя истца-ответчика о том, что фактически договор подписан продавцом ФИО6, действующей от имени ИП ФИО3, без каких-либо на то оснований, судом отвергаются, поскольку факт заключения договора купли-продажи № 063-0009-00271 от 22.09.2019 ИП ФИО3 не отрицался, указанный сотрудник числится у нее в штате, в договоре имеется печать ИП ФИО3, а наличие в нем подписи продавца ФИО6, не имеет существенного значения для рассматриваемого дела.

Истец-ответчик, в случае несогласия с условиями договора купли-продажи кухонной мебели, не была лишена возможности отказаться от его заключения и потребовать у ИП ФИО3 в тот же день осуществить возврат уплаченных ею по договору денежных средств, чего ФИО1 сделано не было, в связи с чем, суд делает вывод, что в момент заключения спорного договора ФИО1 со всеми его условиями была ознакомлена и согласна.

С учетом изложенного, суд удовлетворяет встречные исковые требования ИП ФИО3 в полном объеме.

Рассматривая требования ФИО1 о взыскании денежной суммы, уплаченной за товар в размере 276 649 рублей, а также за услуги по доставке в размере 7020 рублей и по установке в размере 5000 рублей, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии с частью 1 статьи 454 ГК РФ, по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи (часть 1 статьи 456 ГК РФ).

Срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи (часть 1 статьи 457 ГК РФ).

Согласно статье 487 ГК РФ, в случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок (статья 457), покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (пункт 3).

В силу статьи 480 ГК РФ, в случае передачи некомплектного товара (статья 478 ГК РФ) покупатель вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; доукомплектования товара в разумный срок. Если продавец в разумный срок не выполнил требования покупателя о доукомплектовании товара, покупатель вправе по своему выбору: потребовать замены некомплектного товара на комплектный; отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной денежной суммы.

Таким образом, после получения некомплектного товара покупатель вправе по своему выбору требовать от продавца либо соразмерного уменьшения покупной цены либо доукомплектования товара в разумный срок. Право отказаться от исполнения договора и потребовать возврата уплаченной денежной суммы возникает у покупателя только после неисполнения продавцом его требования о доукомплектовании товара.

В соответствии с условиями заключенного сторонами договора купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, продавец обязался передать в собственность покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить комплект товаров – предметы мебели, указанные в согласованных сторонами спецификациях, являющихся неотъемлемым приложением к договору. 

Пунктом 3.1 указанного договора установлена дата передачи товара 09 декабря 2019 года, при условии полной оплаты товара. 

Пунктом 8.5 договора оговорено, что дата, указанная в пункте 3.1 является начальной датой периода передачи товара/товаров. Период передачи товаров включает в себя 14 календарных дней. Продавец вправе передать один, несколько или все товары, приобретаемые по настоящему договору в период передачи товаров, о чем покупатель предупрежден и с чем согласен. Покупатель обязан принять такое исполнение договора. 

В связи с чем, поставка товара должна была быть осуществлена в срок до 24 декабря 2019 года (09.12.2019 + 14 дней).

В пунктах 8.3 и 8.4 договора купли-продажи указано, что каждый элемент комплекта товара, указанный в спецификации имеет цену и продавец вправе передать покупателю по отдельности каждый элемент товара в сроки, указанные в пункте 8.5 настоящего договора либо досрочно, а покупатель обязан принять такое исполнение. Под комплектом товара понимается не взаимосвязанная совокупность товаров, каждый из которых может использоваться отдельно от остальных и ответственность за недостатки наступает отдельно по каждому элементу совокупности.

Как установлено материалами дела, ФИО1 в адрес ИП ФИО3 требование о соразмерном уменьшении покупной цены либо доукомплектовании кухонной мебели не направлялось, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что истцом-ответчиком в данном случае выбран ненадлежащий способ защиты права, а потому правовые основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют.

Судом отмечается, что истец-ответчик ФИО1 не лишена права на предъявление соответствующих требований по иным основаниям.

Требования ФИО1 о взыскании оплаченных сумм за услуги по доставке товара в размере 7020 рублей, за установку кухонного гарнитура и расходы по выезду сотрудников исполнителя в размере 5000 рублей, также не подлежат удовлетворению, поскольку доставка товара была осуществлена продавцом в установленный договором срок, а от принятия мебели и услуг по её установке ФИО1 отказалась, в нарушение условий заключенного ею договора купли-продажи.

Ссылка представителя истца-ответчика ФИО2 на то, что ФИО1 приобреталась кухонная мебель, как единый комплекс, в связи с чем, каждая его часть не может быть доставлена покупателю отдельно, судом признается несостоятельной, поскольку опровергается собранными материалам дела. 

В свою очередь, требование ФИО1 о взыскании неустойки за нарушение сроков поставки предварительно оплаченного товара, суд находит законным и обоснованным, но подлежащим удовлетворению в части, исходя из следующего.

В соответствии с положениями пункта 3 статьи 23.1 Закона РФ № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее Закон «О защите прав потребителей»), в случае нарушения установленного договором купли-продажи срока передачи предварительно оплаченного товара потребителю продавец уплачивает ему за каждый день просрочки неустойку (пени) в размере половины процента суммы предварительной оплаты товара. Неустойка (пени) взыскивается со дня, когда по договору купли-продажи передача товара потребителю должна была быть осуществлена, до дня передачи товара потребителю или до дня удовлетворения требования потребителя о возврате ему предварительно уплаченной им суммы. Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать сумму предварительной оплаты товара.

Требования потребителя, установленные пунктом 2 этой же статьи, не подлежат удовлетворению, если продавец докажет, что нарушение сроков передачи потребителю предварительно оплаченного товара произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потребителя (пункт 5 статьи 23.1 Закона «О защите прав потребителей»).

Поскольку судом установлено, что в соответствии с условиями договора купли-продажи кухонной мебели возможна доставка товара по отдельным элементам, часть комплекта кухонной мебели (без вытяжки и столешницы) была поставлена покупателю в срок установленный договором купли-продажи, а именно 14 декабря 2019 года, поставка вытяжки также была готова в установленный срок – до 24 декабря 2019 года, доставка столешницы была намечена продавцом на 27 декабря 2019 года, то есть позже срока указанного в договоре, следовательно, ответчиком-истцом был нарушен срок доставки отдельного элемента предварительно оплаченного товара истцу-ответчику (столешницы), что не оспаривалось стороной ответчика-истца, как в ответе на претензию, так и в ходе судебного разбирательства, в связи с чем, суд взыскивает с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 неустойку за нарушение установленного договором купли-продажи срока передачи отдельного элемента (предмета) предварительно оплаченного товара в размере 0,5% за каждый день просрочки. 

Учитывая, что ФИО1 до настоящего времени отказывается принять товар, а в удовлетворении её требований о возврате предварительно оплаченной суммы за товар отказано, в связи с выбором ненадлежащего способа защиты своего права, рассчитать неустойку до дня передачи товара потребителю или до дня удовлетворения требования потребителя о возврате ему предварительно уплаченной суммы не представляется возможным, суд полагает, что неустойка должна быть взыскана до даты готовности продавца к доставке покупателю недостающего товара, то есть до 27 декабря 2019 года.

Принимая во внимание положения договора купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, не противоречащих нормам действующего законодательства, в соответствии с которым ответственность сторон наступает отдельно в отношении каждого из указанной в спецификации товаров, учитывая стоимость несвоевременно поставленного предмета кухонной мебели (столешницы), которая составляет 7341 рубль, неустойка подлежащая взысканию с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 за нарушение сроков поставки предварительно оплаченного товара за период с 24 декабря 2019 года по 27 декабря 2019 года составит 146 рублей 82 копейки (7341*0,5%/100%*4 дня). В удовлетворении остальной части требований о взыскании неустойки, суд отказывает.

В соответствии со статьей 15 Закона «О защите прав потребителей», моральный вред причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавце уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателе импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морально вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

В силу пункта 45 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.Факт нарушения прав потребителя, истца-ответчика по делу, неправомерными действиями ответчика-истца, выразившихся в нарушении срока поставки отдельных элементов товара, нашел свое подтверждение в судебном заседании и не оспаривался сторонами.

Нарушение обязательств ответчиком-истцом по поставке отдельного элемента предварительно оплаченного товара в срок, влечет нарушение прав истца-ответчика, как потребителя, нарушает его законные ожидания, влечет определенные переживания, тревогу и другие негативные чувства, то есть нравственные страдания. При таких обстоятельствах у суда имеются законные основания для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Однако, принимая во внимание обстоятельства причинения вреда, продолжительность причиненных истцу-ответчику физических и нравственных страданий, суд полагает требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению. О каких-либо негативных последствиях, причиненных нарушением срока поставки предварительно оплаченного товара, которые отразились бы на физическом и психологическом состоянии здоровья, истцом-ответчиком со ссылкой на необходимые доказательства не заявлено. За медицинской помощью она не обращалась, такие сведения отсутствуют в материалах дела.

С учетом изложенного, суд считает необходимым взыскать с ответчика-истца компенсацию морального вреда в размере 300 рублей, что наиболее соответствует степени тяжести причиненного морального вреда, характеру физических и нравственных страданий, фактическим обстоятельствам дела, при которых был причинен моральный вред, в остальной части требований о компенсации морального вреда полагает необходимым отказать.

Согласно пункту 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С учетом вышеуказанного, с ИП ФИО3 в пользу ФИО1 суд взыскивает штраф за неудовлетворение в добровольном порядке требований потребителя в размере 223 рублей 41 копейки (146,82 + 300 * 50%).

Оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ и снижения размера неустойки и штрафа, судом установлено не было.

В соответствии с пунктом 1 статьи 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Принимая во внимание, что истец-ответчик при подаче иска была освобождена от уплаты государственной пошлины, с ИП ФИО3 в доход бюджета городского округа - города Камышина Волгоградской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 700 рублей (300 рублей (требование не материального характера) + 400 рублей (за требование имущественного характера).

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о защите прав потребителя - удовлетворить в части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в пользу ФИО1 неустойку за несвоевременную доставку товара по договору № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года за период с 24 декабря 2019 года по 27 декабря 2019 года в размере 146 рублей 82 копеек; компенсацию морального вреда в размере 300 рублей; штраф в размере 223 рублей 41 копейки.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о взыскании стоимости предварительно оплаченного товара, услуг по доставке и установке товара, неустойки свыше 146 рублей, компенсации морального вреда свыше 300 рублей, штрафа свыше 223 рублей 41 копейки - отказать.

Встречные исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО1 о признании договора купли-продажи заключенным - удовлетворить.

Признать заключенным между индивидуальным предпринимателем ФИО3 (продавец) и ФИО1 (покупатель) договора купли-продажи № 063-0009-00271 от 22 сентября 2019 года, на условиях, содержащихся в экземпляре договора, приобщенного ФИО1 к иску, а также в экземпляре, имеющемся у индивидуального предпринимателя ФИО3.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 в бюджет городского округа-город Камышин Волгоградской области государственную пошлину, согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, в размере 700 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Волгоградского областного суда через Камышинский городской суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Ветлугин В.А.

Мотивированное решение изготовлено 23 сентября 2020 года

Председательствующий Ветлугин В.А.