УИД: 88RS0003-01-2019-000139-87

Дело № 2-1/2020 (№2-101/2019)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

29 января 2020 г. Тунгусско-Чунский районный суд Красноярского края в составе: председательствующего судьи Кирпиченко Е.П., 

с участием: истца ФИО1,

представителя ответчика Управления образования Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края – ФИО2, действующей на основании доверенности от 16.01.2020 г. №7, 

при секретаре судебного заседания Мациюк А.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании в с. Ванавара, Эвенкийского района, Красноярского края с помощью видеоконференц-связи с СИЗО-1 г. Красноярска гражданское дело № 2-1/2020 (ранее № 2-101/2019) по исковому заявлению Анкоуль ФИО15 к Управлению образования Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края, Департаменту финансов Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Управлению образования Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края, Департаменту финансов Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края о взыскании компенсации морального вреда, указав в обоснование исковых требований следующее.

Истец ФИО1 является сиротой. После освобождения из мест лишения свободы 02.02.2019 г. он прибыл для дальнейшего проживания в п

<

адрес> так как считал, что дом умершей матери является его жилищем по наследству. Однако, по указанному адресу на правах аренды проживал другой человек. Дом в аренду постороннему лицу был сдан органом опеки и попечительства Управления образования Администрации Эвенкийского муниципального района и как устно было ему (ФИО1) разъяснено, в интересах защиты имущества его сестры ФИО16. В связи с чем, истец ФИО1 был вынужден временно зарегистрироваться в однокомнатной квартире своего младшего брата ФИО17 по адресу: 

<

адрес> В связи с отсутствием у ФИО1 жилища, он как сирота, обратился в Управление образование Администрации ЭМР с заявлением о предоставлении ему жилого помещения на основании Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», но получил отказ. Истец считает, что своими действиями по сдаче в аренду жилого дома в 

<

адрес> и не предоставлением жилого помещения ему как сироте Управление образование Администрации ЭМР лишило его права на жилище, причинив ему моральные и нравственные страдания, которые истец оценил в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей, в связи с чем, ФИО1 просит суд: взыскать в его пользу счет компенсации морального вреда деньги в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей, путем перевода данной суммы на его банковский счет.

В дальнейшем, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 39 ГПК РФ истец уточнил исковые требования и просил суд: 

1. Признать действия Управления образования Администрации ЭМР п. Тура незаконными.

2. Взыскать в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей.

3. Перевести указанную сумму на банковский счет Анкоуль ФИО18.

В судебном заседании, проведенном с использованием видеоконференц-связи с СИЗО -1 г. Красноярска истец ФИО1 на исковых требованиях о компенсации морального вреда настаивал.

Ответчик – Управление образования Администрации ЭМР в лице представителя ФИО2, действующей на основании доверенности от 16.01.2020 г. №7, иск не признали, в обоснование своих возражений указали следующее. ФИО1 документально не имеет статус сироты, на него полностью отсутствует личное дело, он не зарегистрирован в журнале первичного учета детей, оставшихся без попечения родителей. После лишения его матери ФИО19 ФИО20 к себе в 

<

адрес> забрал дядя ФИО21, который официально опеку над ФИО1 не оформлял. ФИО22 воспитывался в семье ФИО23 просто как член его семьи. После смерти матери ФИО24 остался небольшой домик, который отдел опеки и попечительства сохранял как имущество младшей сестры ФИО1 ФИО25 поэтому для того, чтобы за этим домом хоть кто-то следил с бывшим хозяином этого дома ФИО26 был заключен договор аренды до возвращения ФИО27 Уведомить ФИО1 о заключении договора аренды недвижимого имущества не представилось возможным, поскольку отделу опеки и попечительства Управления образования Администрации ЭМР не было известно местонахождение истца, в п. Муторай он не зарегистрирован. В связи с указанными доводами ответчик Управление образования Администрации ЭМР просили в удовлетворении иска ФИО1 отказать.

Привлеченный к участию в деле в качестве ответчика – Департамент финансов Администрации ЭМР ко дню судебного заседания представил свое возражение от 21.01.2020 № 10-01/30, полагал, что является ненадлежащим ответчиком по делу, а также просил о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя (л.д. 102-103).

Учитывая, что все стороны высказали по делу свою позицию и представили доказательства, суд, руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, находит возможным, рассмотреть дело по существу при имеющейся явке и на основании представленных в судебное заседание доказательств.

Выслушав объяснения истца и возражения ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд находит исковые требования ФИО1 обоснованными и подлежащими удовлетворению частично. К такому выводу суд приходит на основании следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации (далее – Конституция РФ) каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Согласно ст. 22 Всеобщей декларации прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) каждый человек, как член общества, имеет право на социальное обеспечение и на осуществление необходимых для поддержания его достоинства и для свободного развития его личности прав в экономической, социальной и культурной областях через посредство национальных усилий и международного сотрудничества и в соответствии со структурой и ресурсами каждого государства.

В соответствии с ч. 1 ст. 25 Всеобщей декларации прав человека каждый человек имеет право на такой жизненный уровень, включая пищу, одежду, жилище, медицинский уход и необходимое социальное обслуживание, который необходим для поддержания здоровья и благосостояния его самого и его семьи

Статья 39 Конституции РФ гарантирует каждому право на социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

В соответствии с ч.1 ст. 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

В силу части 3 ст. 40 Конституции Российской Федерации малоимущим, иным указанным в законе гражданам, нуждающимся в жилище, оно предоставляется бесплатно или за доступную плату из государственных, муниципальных и других жилищных фондов в соответствии с установленными законом нормами.

Меры социальной поддержки детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в том числе дополнительные гарантии прав на жилое помещение, определены Жилищным кодексом Российской Федерации (далее - ЖК РФ) и Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее - Федеральный закон от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ).

Так, в ч. 1 ст. 57 ЖК РФ указано, что жилые помещения по договору социального найма предоставляются гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, в порядке очередности, исходя из времени принятия их на учет. Между тем для отдельных категорий граждан законодатель предусмотрел возможность предоставления жилых помещений по договорам социального найма во внеочередном порядке.

В соответствии с п. 2 ч. 2 ст.57 ЖК РФ (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.), абз. 4 ст.1 и п.1 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ (в редакции, действовавшей до 1 января 2013 г.) к таким лицам, в частности, относились дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, а также лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей (то есть лица в возрасте от 18 до 23 лет, у которых, когда они находились в возрасте до 18 лет, умерли оба или единственный родитель, а также которые остались без попечения единственного или обоих родителей), по окончании их пребывания в образовательных и иных учреждениях, в том числе в учреждениях социального обслуживания, в приемных семьях, детских домах семейного типа, при прекращении опеки (попечительства), а также по окончании службы в Вооруженных Силах РФ или по возвращении из учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы. Таким образом, дополнительные гарантии по социальной поддержке, установленные Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ, в том числе и на внеочередное обеспечение жилым помещением по договору социального найма, распространялись на детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа до достижения ими возраста 23 лет.

Предоставление вне очереди жилого помещения по договору социального найма лицам из числа детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из их числа в соответствии с указанными нормами закона носило заявительный характер и подлежало реализации при условии письменного обращения таких лиц в соответствующие органы для принятия их на учет нуждающихся в жилом помещении.

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в абз. 21, 22 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с обеспечением детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, жилыми помещениями, утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 20 ноября 2013 г., указано, что жилищное законодательство Российской Федерации в части, касающейся предоставления жилых помещений по договору социального найма (как в порядке очередности, так и во внеочередном порядке), также базируется на заявительном характере учета лиц, нуждающихся в обеспечении жильем. Факт такого учета означает констатацию уполномоченным на то органом наличия предусмотренных Жилищным кодексом Российской Федерации, иным федеральным законом, указом Президента Российской Федерации или законом субъекта Российской Федерации оснований для признания гражданина нуждающимся в жилом помещении и, как следствие, последующую реализацию права на предоставление жилого помещения по договору социального найма.

Следовательно, до достижения возраста 23 лет дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, и лица из их числа в целях реализации своего права на обеспечение вне очереди жилым помещением должны были встать на учет нуждающихся в получении жилых помещений. По достижении возраста 23 лет указанные граждане уже не могут рассматриваться в качестве лиц, имеющих право на предусмотренные Федеральным законом от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ меры социальной поддержки, так как они утрачивают одно из установленных законодателем условий получения такой социальной поддержки.

Согласно положениям ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29 февраля 2012 г. № 15-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части обеспечения жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее - Федеральный закон от 29 февраля 2012 г. № 15-ФЗ) детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые не являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, которые являются нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае, если их проживание в ранее занимаемых жилых помещениях признается невозможным, органом исполнительной власти субъекта РФ, на территории которого находится место жительства указанных лиц, в порядке, установленном законодательством этого субъекта РФ, однократно предоставляются благоустроенные жилые помещения специализированного жилищного фонда по договорам найма специализированных жилых помещений.

Жилые помещения предоставляются указанным лицам по достижении ими возраста 18 лет, а также в случае приобретения ими полной дееспособности до достижения совершеннолетия. В случаях, предусмотренных законодательством субъектов РФ, жилые помещения могут быть предоставлены указанным лицам ранее, чем по достижении ими возраста 18 лет.

В связи с изменениями Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ было изменено и содержание ст. 57 ЖК РФ, из которой исключен пункт 2 части 2 данной статьи.

В действующем Жилищном кодексе ч. 1 ст. 109.1 предусмотрено, что, предоставление жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, по договорам найма специализированных жилых помещений осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

В соответствии с ч. 9 ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ право на обеспечение жилыми помещениями по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящей статьей, сохраняется за лицами, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, до фактического обеспечения их жилыми помещениями.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 29 февраля 2012 г. № 15-ФЗ настоящий закон вступил в силу с 1 января 2013 г. При этом в соответствии с частью 2 статьи 4 данного Федерального закона действие положений статьи 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 г. № 159-ФЗ (в редакции настоящего Федерального закона) и ЖК РФ (в редакции настоящего Федерального закона) распространяется на правоотношения, возникшие до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, в случае, если дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не реализовали принадлежащее им право на обеспечение жилыми помещениями до дня вступления в силу настоящего Федерального закона. 

При таком положении истец ФИО1 на момент вступления в законную силу Федерального закона от 29 февраля 2012 г. № 15-ФЗ должен был обладать нереализованным правом на обеспечение жилым помещением как лицо из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

По смыслу ч.2 ст. 4 Федерального закона от 29 февраля 2012 г. № 15-ФЗ новый порядок предоставления мер социальной поддержки по обеспечению жилыми помещениями детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, и лиц из их числа мог быть распространен на истца лишь при наличии доказательств его обращения в уполномоченные органы о постановке на учет для предоставления жилого помещения во внеочередном порядке в соответствии с положениями ранее действовавших норм законодательства.

Как следует из обстоятельств дела, Анкоуль ФИО28 родился ДД.ММ.ГГГГ (паспорт гражданина Российской Федерации л.д.51).

<

данные изъяты> решением Тунгусско-Чунского районного народного суда Красноярского края мать ФИО1 - ФИО29 была лишена родительских прав в отношении детей: ФИО30, ФИО31. Из установочной части этого же решения суда следует, что отец детей умер 

<

данные изъяты> 

Следовательно, в связи с принятым судебным решением ФИО1 являлся лицом, оставшиеся без попечения родителей.

Фактически в судебном заседании было установлено, что примерно за два года до лишения ФИО32 родительских прав, ФИО33, приходящийся ФИО1 дядей, забрал его к себе в 

<

данные изъяты>

Согласно письменных пояснений ФИО34 следует, что ФИО1 привезли из 

<

данные изъяты>. Опеку над сиротой оформляли в опеке и попечительстве 

<

данные изъяты> с оплатой на содержание ребенка пособия. Анкоуль ФИО35 проживал с ФИО37 на период опеки, жилья не имеет (л.д.78).

Согласно справке Главы п. Суринда от 06.12.2019 №905 следует, что ФИО1 проживал в 

<

данные изъяты> в подростковом возрасте у дяди ФИО38 учился в 

<

данные изъяты> не зарегистрирован, в настоящее время не проживает, жилого помещения на территории 

<

данные изъяты> не имеет (л.д.76). 

Согласно справке директора 

<

данные изъяты> аттестат об основном общем образовании не получил в связи с непосещением уроков (выездом в лес с дядей ФИО39 

<

данные изъяты> был отчислен из школы (л.д. 77).

Обстоятельства, изложенные в письменных пояснениях ФИО40 в части установления опеки опровергнуты в судебном заседании пояснениями представителя ответчика ФИО2, которая показала, что в отделе опеки и попечительства Управления образования Администрации ЭМР она работает длительный период и точно знает, что опека над ФИО1 не устанавливалась. ФИО41 получал пособие по потере кормильца, алименты и опекунское пособие он не получал. Показания ФИО2 подтверждены письменными доказательствами, в частности ответом из отдела опеки и попечительства Управления образования Администрации ЭМР от 23.12.2019 г. № 240, из которого следует, что органом опеки и попечительства личное дело на ФИО1 не заводилось (л.д. 75). По данным архива Тунгусско-Чунского районного суда, в документах архивного фонда №Р-43 (В) информации за период 

<

данные изъяты> по обращению взысканий в качестве алиментов с гражданки ФИО42 не имеется.

Согласно ч. 1 ст. 121 Семейного кодекса Российской Федерации (далее – СК РФ) защита прав и интересов детей в случаях смерти родителей, лишения их родительских прав, ограничения их в родительских правах, признания родителей недееспособными, болезни родителей, длительного отсутствия родителей, уклонения родителей от воспитания детей или от защиты их прав и интересов, в том числе при отказе родителей взять своих детей из образовательных организаций, медицинских организаций, организаций, оказывающих социальные услуги, или аналогичных организаций, при создании действиями или бездействием родителей условий, представляющих угрозу жизни или здоровью детей либо препятствующих их нормальному воспитанию и развитию, а также в других случаях отсутствия родительского попечения возлагается на органы опеки и попечительства.

Органы опеки и попечительства выявляют детей, оставшихся без попечения родителей, ведут учет таких детей в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, обеспечивают защиту их прав и интересов до решения вопроса об их устройстве и исходя из конкретных обстоятельств утраты попечения родителей избирают формы устройства детей, оставшихся без попечения родителей (статья 123 настоящего Кодекса), а также осуществляют последующий контроль за условиями их содержания, воспитания и образования.

В нарушение указанной нормы СК РФ орган опеки и попечительства после вступления решения суда о лишении родительских прав ФИО43 не принял никаких мер по оформлению опеки над ФИО1, не поставил его на учет и не контролировал условия его содержания, воспитания и образования.

Согласно свидетельству о смерти серии 

<

...>, выданному отделом ЗАГС с. Ванавара Красноярского края 12 сентября 2001 г., ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла 04.09.2001 г., о чем 2001 года сентября месяца 12 числа составлена запись акта о смерти № 63 (л.д. 120). На момент смерти ФИО3 (04.09.2001 г.) ФИО1 (06.09.1986 год рождения) было полных 15 лет.

Согласно архивной копии 

<

данные изъяты> между ФИО44 и ФИО45 был заключен договор купли-продажи жилого дома с подворными пристройками, принадлежащих ФИО46, 

<

данные изъяты> Дом продал: ФИО47 подписи имеются. Договор нотариально удостоверен в муторайском сельском Совете депутатов трудящихся (л.д.35).

Как следует из Постановления Администрации Тунгусско-Чунского района от 20.09.2001 г. №120-п «Об утверждении опеки над имуществом ФИО48 умерла 

<

данные изъяты>) отца девочка не имеет, в связи с чем, постановлено: 1. Определить ФИО49 на содержание и воспитание в 

<

данные изъяты> до окончательного решения вопроса о её месте жительства. 2. Сохранить право на жилое помещение и имущество, принадлежащее умершей ФИО50 за её дочерью ФИО51 3. Установить опеку над жилым помещением и имуществом, принадлежащим несовершеннолетней ФИО52 за ФИО53, проживающей по адресу: 

<

адрес>. (л.д.49).

Из путевки 

<

данные изъяты>, следует, что ФИО54 социальный статус – 

<

данные изъяты>, направлена для зачисления 

<

данные изъяты> на постоянное проживание (л.д.60).

Согласно договору аренды недвижимого имущества 

<

данные изъяты> отдел опеки и попечительства Управления образования Администрации ЭМР (Арендодатель) и ФИО55Арендатор) заключили договор аренды, по которому арендодатель предоставляет арендатору во временное пользование за плату, недвижимое имущество, расположенное по адресу: 

<

адрес> (п. 1.1. договора) на срок с 19.04.2018 г. и до возвращения (обращения) собственника ФИО56, в течение 5 рабочих дней арендатор обязан освободить объект недвижимости (п.4.1 договора) (л.д.36-38).

Заключение договора аренды недвижимого имущества 

<

данные изъяты> нарушило право пользования ФИО1 жилым домом в 

<

адрес>, так как фактически указанный дом был освобожден ФИО57 как следует из акта о расторжении договора аренды 

<

данные изъяты>. (л.д. 84), следовательно, только после обращения ФИО1 в суд за защитой своих прав.

В силу ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Договор аренды недвижимого имущества №1 от 19.04.2018 по мнению суда является ничтожной сделкой, поскольку посягает как на права ФИО58 и совершен вопреки её интересам, поскольку орган опеки и попечительства достоверно зная, что ФИО59 оформлена на постоянное проживание в учреждение социального обслуживания, без законных на то оснований заключает договор аренды до возвращения собственника ФИО60 при этом отдел опеки и попечительства не позаботился и не оформил в интересах, как ФИО61 так и в интересах братьев ФИО62 и ФИО63 права наследования.

Между тем, наследники первой очереди по закону - дети, супруг и родители наследодателя (ст. 1142 ГК РФ).

Ребенок, чьи родители или один из них лишены родительских прав, сохраняет право собственности на жилое помещение или право пользования им. У него также есть имущественные права, основанные на факте родства с родителями и другими родственниками, в том числе право на получение наследства (п. 4 ст. 71 СК РФ).

Поскольку на момент открытия наследства после смерти ФИО64 ФИО1 было 

<

данные изъяты> он был несовершеннолетним, то вправе был наследовать 

<

данные изъяты>

Учитывая, что со смертью обоих родителей ФИО1 имел статус ребенка-сироты, не находился под опекой, вопросами его наследства, а также обеспечением предусмотренных федеральным законодательством дополнительных социальных гарантий для детей-сирот, в том числе обеспечением их жильем, также должен был заниматься орган опеки и попечительства.

Согласно справке об освобождении 

<

данные изъяты>. Анкоуль ФИО65 отбыл наказание в местах лишения свободы 

<

данные изъяты> В этой же справке содержится информация, что ФИО1 в прошлом имел судимости 

<

данные изъяты>

На основании Закона Красноярского края от 24.12.2009 № 9-4225 «О наделении органов местного самоуправления муниципальных районов и городских округов края государственными полномочиями по обеспечению жилыми помещениями детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» (далее - Закон Красноярского края от 24.12.2009 № 9-4225) исполнительно-распорядительные органы местного самоуправления муниципальных районов и городских округов края (далее - органы местного самоуправления) наделены на неограниченный срок государственными полномочиями по обеспечению жилыми помещениями в соответствии со статьей 17 Закона края от 2 ноября 2000 года №12-961 «О защите прав ребенка» детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, не являющихся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, а также детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые относились к категории детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и достигли возраста 23 лет, являющихся нанимателями жилых помещений по договорам социального найма или членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма либо собственниками жилых помещений, в случае установления факта невозможности их проживания в ранее занимаемых жилых помещениях (далее соответственно - дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, лица из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лица, которые достигли возраста 23 лет) (пункт 1 ст. 1).

Перечень государственных полномочий, передаваемый исполнительно-распорядительным органам местного самоуправления муниципальных районов установлен в п.2 ст. 1 этого же Закона края и включает в себя в том числе:

а) прием, регистрацию заявлений лиц, указанных в пункте 8, абзаце третьем пункта 10 статьи 17 Закона края "О защите прав ребенка", о включении в список детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые достигли возраста 23 лет, подлежащих обеспечению жилыми помещениями (далее - список), и документов, необходимых для предоставления жилых помещений, формирование учетных дел, направление заверенных уполномоченным должностным лицом органа местного самоуправления копий заявлений и документов, необходимых для предоставления жилых помещений, в уполномоченный орган исполнительной власти края в области образования, изготовление копий документов в соответствии с пунктом 12 статьи 17, пунктом 4 статьи 17-10 Закона края "О защите прав ребенка"; выдача (направление) расписки лицам, указанным в пункте 8, абзаце третьем пункта 10 статьи 17 Закона края "О защите прав ребенка", о принятии заявления о включении в список и прилагаемых к нему документов;

б) направление с использованием межведомственного информационного взаимодействия запросов о представлении документов (содержащихся в них сведений) в органы, предоставляющие государственные или муниципальные услуги, иные государственные органы, органы местного самоуправления, в распоряжении которых в соответствии с нормативными правовыми актами Российской Федерации, нормативными правовыми актами края, муниципальными правовыми актами находятся документы, необходимые для предоставления жилых помещений детям-сиротам и детям, оставшимся без попечения родителей, лицам из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лицам, которые достигли возраста 23 лет, в случаях, если указанные документы не представлены законными представителями, детьми-сиротами и детьми, оставшимися без попечения родителей, лицами из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лицами, которые достигли возраста 23 лет, законными представителями недееспособных или ограниченных в дееспособности лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, которые достигли возраста 23 лет, по собственной инициативе.

23.09.2019 г. ФИО1 обратился в Управление образования Администрации ЭМР с заявлением о постановке его на учет с включением в список лиц, нуждающихся в предоставлении жилого помещения в соответствии с Федеральным законом от 21 декабря 1996 года №159-ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», к заявлению приложил копии документов, а также указал, что в случае отсутствия каких-либо документов и их копий, просит истребовать их самостоятельно (л.д. 33-34).

Из ответа отдела опеки и попечительства Управления образования Администрации ЭМР от 18.10.2019 № 1011, направленного в Пункт полиции №2 (л.д. 31) следует, что включить ФИО1 в список лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей не представляется возможным (или противоречит нормам действующего законодательства).

Согласно п.7 ст. 17 Закон Красноярского края от 02.11.2000 №12-961 «О защите прав ребенка», уполномоченный Правительством края орган исполнительной власти края в области образования включает в список лиц, указанных в пункте 5 настоящей статьи, на основании заявления о включении в список или копии вступившего в законную силу решения суда о защите их жилищных прав, установленных статьей 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей".

Таким образом, давая ФИО1 ответ о непредставлении возможным включить его в список лиц из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, ответчик – Управление образования Администрации ЭМР вышло за пределы переданных в соответствии с п. 2 ст. 1 Закона Красноярского края от 24.12.2009 № 9-4225Закон Красноярского края от 24.12.2009 № 9-4225 государственных полномочий, что привело к ограничению права ФИО1 на обращение за защитой его жилищных прав.

Анализ фактических обстоятельств дела показал, что ФИО1 после лишения его матери ФИО66 родительских прав и после её смерти, не был должным образом оформлен органом опеки и попечительства в статусе сироты, не поставлен на учет в данном статусе, также никаким образом со стороны органа опеки и попечительства не были защищены его имущественные права, в том числе не оформлено право на наследство, не обеспечены предусмотренные федеральным законодательством дополнительные социальные гарантии, в том числе на внеочередное получение жилья по договору социального найма.

Поданное в Управление образование Администрации ЭМР ФИО1 заявление 23.09.2019 г. не было рассмотрено надлежащим образом, с учетом конкретных обстоятельств дела, в том числе не обращено внимание, что объективно, причиной не обращения ФИО1 в компетентные органы с заявлением о включении в список лиц, нуждающихся во внеочередном предоставлении жилья, до достижения им возраста 23 лет является его длительное нахождение в местах лишения свободы с 2007 г. по 25.01.2019 г.

Также в ходе исследования доказательств по делу фактически суд установил, что, вернувшись из колонии, по вине органа опеки и попечительства, заключившего ничтожный договор аренды 

<

данные изъяты> г. ФИО1 был лишен права пользования жилым домом в 

<

адрес> оставшимся после смерти его матери, так как дом был освобожден от третьих лиц только 23.12.2019 г., когда ФИО1 уже находился в СИЗО-1 г. Красноярска.

По мнению суда, связь с жилищем является составной частью социализации лица, вернувшегося из мест лишения свободы в обществе. ФИО1, не по своей воле был лишен права на получение жилья как ребенок-сирота и незаконно лишен возможности проживать в доме, оставшемся после смерти его матери. Временная же регистрация ФИО1 по месту жительства брата ФИО67 не порождает возникновения у него права собственности на указанную квартиру в будущем. Пользование истцом квартирой предоставленной ФИО68 не является постоянным и зависит от усмотрения брата.

Таким образом, ненадлежащим выполнением обязанностей по защите прав ФИО1, как ребенка-сироты в прошлом, необоснованное заключение договора аренды недвижимого имущества №1 от 19.04.2018 г. вопреки закона и интересов третьих лиц в настоящем, а также незаконный отказ в праве на включение в список лиц, нуждающихся в получении жилья в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 21 декабря 1996 года № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной поддержке детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей", по мнению суда, ответчиком – Управлением образования Администрации ЭМР были нарушены жилищные и социальные права истца. С учетом приведенных выше обстоятельств дела нарушенные жилищные и социальные права ФИО1 тесно связано с личными неимущественными правами гражданина, соответственно, действия, нарушающие это право, лишают гражданина не только возможности поддерживать необходимый жизненный уровень, но и, в свою очередь, отрицательно сказываются на его здоровье, эмоциональном состоянии, затрагивают достоинство личности, то есть одновременно нарушают личные неимущественные права гражданина, причиняя ему тем самым моральный вред (физические и нравственные страдания).

Поскольку компенсация морального вреда, о взыскании которой заявлено ФИО1 в связи с неправомерными действиями Управления образования Администрации ЭМР является одним из видов гражданско-правовой ответственности, то нормы Гражданского кодекса Российской Федерации (статьи 1064, 1069), устанавливающие основания ответственности в случае причинения вреда в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, применимы, как к возмещению имущественного, так и морального вреда, причиненного государственными или муниципальными органами и их должностными лицами.

Также, по мнению суда, к спорным отношениям применимы нормы Федерального закона от 2 мая 2006 г. №59-ФЗ "О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации", согласно части 1 статьи 16 которого гражданин имеет право на возмещение убытков и компенсацию морального вреда, причиненных незаконным действием (бездействием) государственного органа, органа местного самоуправления и должностного лица при рассмотрении обращения, по решению суда.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Моральный вред истец оценил в размере 700000 (семьсот тысяч) рублей.

С указанным размером морального вреда суд согласиться не может, считает его несоразмерным и необоснованно завышенным.

С учетом фактический обстоятельств дела, длительности нарушения прав и законных интересов ФИО1, характера правоотношений, степени физических и нравственных страданий истца, суд считает справедливым установить размер компенсации морального вреда в сумме 10000 (десять тысяч) рублей.

Исходя из изложенного, суд находит требования ФИО1 о компенсации морального вреда, заявленные к Управлению образования Администрации ЭМР обоснованными и подлежащими удовлетворению в размере10000 (десять тысяч) рублей.

С учетом финансовой несостоятельности истца суд определением от 21.11.2019 г. освободил ФИО1 от уплаты государственной пошлины.

Следовательно, с ответчика Управления образования Администрации ЭМР на основании ст. 103 ГПК РФ, абз. 2 пп. 3 п. 1 ст. 333.19 Налогового Кодекса РФ в доход местного бюджета надлежит взыскать судебные расходы в виде государственной пошлины в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковое заявление Анкоуль ФИО69 к Управлению образования Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края, Департаменту финансов Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края о взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Управления образования Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края (ОГРН 

<

***>, дата постановки на учет – 29.12.2010 года, ИНН/КПП 

<

***>/247001001) в пользу Анкоуль ФИО70, родившегося ДД.ММ.ГГГГ, в счет компенсации морального вреда сумму 10000 (десять тысяч) рублей, которую перечислить по следующим банковским реквизитам:

Банк получателя – 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В оставшейся части исковых требований истцу Анкоуль ФИО71 - отказать.

Взыскать с Управления образования Администрации Эвенкийского муниципального района Красноярского края (ОГРН 

<

***>, дата постановки на учет – 29.12.2010 года, ИНН/КПП 

<

***>/247001001) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в апелляционную инстанцию Красноярского краевого суда через Тунгусско-Чунский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий

Судья Е.П. Кирпиченко