№ 2-369/2024

64RS0047-01-2023-004391-19

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 мая 2024 г. г. Саратов 

Октябрьский районный суд города Саратова в составе:

председательствующего судьи Апокина Д.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Мельник А.В.,

с участием посредством видеоконференц-связи представителя истца ФИО1 – ФИО2,

посредством видеоконференц-связи представителей ответчика ФИО3 – ФИО4, ФИО5, 

представителя ответчика ООО «Экспотрейд» - ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «ФИО15», обществу с ограниченной ответственностью «Экспотрейд», ФИО3 о признании сделок недействительными,

установил:

ФИО1 предъявил в суд иск к ООО «Коммерческий банк «ФИО15», ООО «Экспотрейд», ФИО3 о признании сделок недействительными. Требования истца мотивированы тем, что 11 сентября 2015 г. между ООО «КБ «ФИО15» и ФИО3 заключено кредитное соглашение № КС 118/15. В соответствии с условиями Соглашения, ФИО3 Банком предоставлен кредит на сумму 210 000 000 рублей со сроком погашения до 30 сентября 2016 года под условия ежемесячных оплат в размере 25,015% годовых от суммы кредита за пользование денежными средствами для приобретения в собственность следующих объектов недвижимости: жилой дом общей площадью 718,80 кв.м., расположенный по адресу; 

<

адрес>, д. Троица, 

<

адрес>; жилое строение общей площадью 295,10 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, д. Троица, 

<

адрес>; земельный участок № общей площадью 2000 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, с.о.Бородинское, д. Троица; земельный участок № общей площадью 4383 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, с.о. Бородинское, д. Троица; земельный участок общей площадью 585 кв.м, расположенный по адресу: 

<

адрес>, д. Троица; земельный участок общей площадью 1100 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, д. Троица, 

<

адрес>; земельный участок общей площадью 2382 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, д. Троица; принадлежащих на праве собственности ФИО7.

В соответствии с Договором банковского счета от 11.09.2015 №6910/БС-15, заключенным между ООО «КБ «ФИО15» и ФИО3, последней был открыт счет №. На основании банковских ордеров №8 от 11.09.2015, 31 от 17.09.2015, № 2 от 08.10.2015 на данный счет поступили денежные средства в общем размере 210 000 000 рублей.

Приговором Тверского районного суда г. Москвы от 10 февраля 2020 г. по уголовному делу №01-0004/2020 ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ. Указанным приговором установлено, что ФИО7, ФИО3 и неустановленные следствием сотрудники банка совершили хищение денежных средств, принадлежавших ООО «КБ «ФИО15», путем предоста1киение заведомо ложных и недостоверных сведений относительно цели использования кредитных денежных средств в особо крупном размере. В частности на основании заявлений подписанных ФИО3 с расчетного счета ООО «ФИО15» на расчетные счета ФИО7 перечислены денежные средства 11 сентября 2015 г. на сумму 40 000 000 рублей, 17 сентября 2015 г. на сумму 30 000 000 рублей, 18 сентября 2015 г. на сумму 34 000 000 рублей, 24 сентября 2015 г. на сумму 38 000 000 рублей, 30 сентября 2015 г. на сумму 15 000 000 рублей, 02 октября 2015 г. на сумму 40 000 000 рублей, 08 октября 2015 г. на сумму 30 000 000 рублей.

Как указано в иске, обращение Заемщиком имущества кредитного учреждения в пользу третьего лица, которое не предполагало его возврата собственнику и приняло с формальной точки зрения вид кредитного соглашения, противоречит действующему правопорядку и наносит вред общественным отношениям в сфере собственности, охраняемым уголовным законом. Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, такая сделка может быть признана недействительной применительно к требованиям пунктов 1,2 статьи 168 ГК РФ. В рамках рассмотрения уголовного дела № 01-0002/2021 ФИО7 неоднократно пояснял, что ФИО3 использовалась как номинальное лицо для получения кредита ФИО7 от ООО «КБ «ФИО15», поскольку ФИО7 состоял в доверительных отношениях с руководством Банка, а сам ФИО7 ввел ФИО3 в заблуждение относительного невозможности самостоятельного получения кредита, тем самым злоупотребив своими правами и ее доверием. Как установлено приговором и следует из Банковской выписки, кредитные денежные средства в полном объеме поступили на различные банковские счета, принадлежащие ФИО7 С учетом изложенного, Кредитное соглашение № КС 118/15 от 11 сентября 2015 г. надлежит квалифицировать как притворную сделку, прикрывающую собой кредитное соглашение, заключенное между ООО «КБ «ФИО15» и самим ФИО7

Будучи введенной в заблуждение ФИО7 и руководящими сотрудниками банка, ФИО3 заключила кредитное соглашение на крайне невыгодных для себя условиях. По условиям кредитного соглашения процентная ставка составляет 25 % годовых, тогда как ключевая ставка, установленная ЦБ РФ на данный период составляла 11% годовых. Супруг ФИО3 согласия на сделку не давал. Более того, об отсутствии на момент совершения оспариваемой сделки необходимого согласия ФИО8 было известно как самой ФИО3, так и ООО КБ «ФИО15» в силу его профессиональной деятельности.

ФИО1 является сыном ФИО8 и ФИО3. Определением Подольского городского суда Московской области от 11 января 2018 г. по делу № 2-261/2018 было утверждено мировое соглашение о разделе совместно нажитого имущества между ФИО8 и ФИО3. 09 марта 2019 г. ФИО8 умер. 09 октября 2019 года ФИО1 вступил в наследство ФИО8. Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 января 2023 г. определение Подольского городского суда Московской области от 11 января 2018 г. отменено, а дело направлено на новое рассмотрение в Подольский городской суд Московской области. Истец полагает свои нарушенными, поскольку оспариваемые банковские операции влияют на его имущественные права как наследника умершего ФИО8

На основании изложенного, истец просит признать недействительным кредитное соглашение № КС 118/15 от 11 сентября 2015 г., заключенное между ООО «КБ «ФИО15» и ФИО3; признать недействительной распорядительную сделку по уступке прав требований (цессии) по кредитному соглашению № КС 118,15 от 11 сентября 2015 г., совершенную между ООО «КБ «ФИО15» и ООО «Экспотрейд» от 18 апреля 2016 г. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании требования поддержала в полном объеме, просила иск с учетом уточнений удовлетворить. Дополнительно сообщила, что ФИО3 заключили договор без согласия ФИО8, каких-либо распоряжений о переводе денежных средств на расчетные счета ФИО7 не давала. 

Представители ответчика ФИО3 – ФИО4, ФИО5 в судебном заседании против удовлетворения иска не возражали. 

Представитель ответчика ООО «Экспотрейд» - ФИО6 возражала против удовлетворения иска, поддержала ходатайства об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу, о передаче дела по подсудности. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявила. 

Представитель третьего лица финансовый управляющий ФИО3 – ФИО9 в судебное заседание не явился, направил в суд письменные возражения, содержащие ходатайство об оставлении исковых требований без рассмотрения, применении срока исковой давности, прекращении производства по делу. 

Представитель третьего лица финансового управляющего ФИО7 – ФИО10 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявил.

Третьи лица ФИО11, ФИО12, ФИО7 в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом, ходатайств об отложении не заявили. 

Суд с учетом мнения участников процесса и положений ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчика, третьих лиц.

Заслушав представителей истца и ответчика, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства. 

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями».

Как следует из ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В соответствии с п. 2 ст. 1, ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1 ст. 432 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 161 ГК РФ сделки граждан между собой на сумму, превышающую 10 000 рублей, а в случаях предусмотренных договором независимо от суммы сделки, должны совершаться в письменной форме.

Пунктом 1 ст. 160 ГК РФ (в редакции, действовавшей на 01 августа 2018 года) предусмотрено, что сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, является ничтожной, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Правовая природа недействительных и незаключенных договоров различна. Незаключенный договор – это договор, несуществующий в правовой природе, правовым последствиям признания договора незаключенным является отсутствие обязательственных отношений между сторонами по нему.

Недействительный договор – это сделка, заключенная сторонами, однако не соответствующая требованиям закона или правовым актам.

Незаключенные и недействительные договоры это два самостоятельных института гражданского права, влекущие разные правовые последствия, в связи с чем, незаключенный договор нельзя признать недействительным, поскольку незаключенность договора свидетельствует об отсутствии между сторонами какой-либо сделки.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (ч. 1 ст. 4 ГПК РФ), к кому предъявлять иск (п. 3 ч. 2 ст. 131 ГПК РФ) и в каком объеме требовать от суда защиты (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ).

Как усматривается из материалов дела, ФИО1, обращаясь в суд с требованием о признании недействительным кредитного соглашения № КС 118/15 от 11 сентября 2015 г. и распорядительной сделки по уступке прав требований (цессии) по кредитному соглашению № КС 118,15 от 11 сентября 2015 г., совершенной между ООО «КБ «ФИО15» и ООО «Экспотрейд» от 18 апреля 2016 г., исковых требований о признании их незаключенными не заявлял.

Судом в ходе рассмотрения дела установлено, что 11 сентября 2015 г. между ФИО7, именуемый в дальнейшем «Продавец», и ФИО3, именуемая в дальнейшем «Покупатель», был заключен предварительный договор купли-продажи с соглашением о задатке, по условиям которого продавец и покупатель обязуются в срок до 29 февраля 2016 г. заключить основной договор купли-продажи, предметом которого является передача продавцом в собственность покупателю недвижимого имущества. Общая сумма сделки по договору составила 210 000 000 рубле.

11 сентября 2015 года между КБ «ФИО15» (ООО), именуемый в дальнейшем «Кредитор», и ФИО3, именуемая в дальнейшем «Заемщик», было заключение кредитное соглашение №КС118/15, по условиям которого ФИО3 был предоставлен кредит в размере 210 000 000 рублей на период пользования с 11 сентября 2015 года по 30 октября 2015 года без права на повторное в пределах периода использования, получение всей или части суммы кредита. Процентная ставка 25 % годовых, 30% годовых - в случае, предусмотренном пунктом 6.2 настоящего Соглашения.

В соответствии с пунктами 6, 12 Кредитного соглашения, основной долг подлежит погашению в полном объеме не позднее 30 сентября 2016 года с правом заемщика на досрочное погашение кредита, начиная с даты, следующей за датой использования кредита. Проценты уплачиваются ежемесячно за период с первого по последний календарный день текущего месяца на использованную и непогашенную сумму использования кредита не позднее последнего рабочего дня каждого месяца и в дату окончательного погашения кредита. За ненадлежащее исполнение заемщиком условий договора, начисляется неустойка по ставке 0,05% на сумму просроченной задолженности по уплате процентов за каждый день существования указанной задолженности.

Во исполнение условий оспариваемого Кредитного соглашения, заемные денежные средства по кредитной линии с лимитом выдачи 210 000 000 рублей стали доступными ФИО3 с 11 сентября 2015 г.

В период с 11 сентября 2015 г. по 08 октября 2015 г. заемные денежные средства в размере 210 000 000 рублей с банковского счета ФИО3 были перечислены на банковский счет ФИО13

04 апреля 2016 г. ООО КБ «ФИО15» в адрес ФИО3 было направлено письмо с просьбой в срок не позднее 15 апреля 2016 г. обеспечить предоставление в залог объектов недвижимого имущества указанного в п. 11 Индивидуальных условий Кредитного соглашения в пользу ООО КБ «ФИО15» и в кратчайшие сроки погасить просроченную задолженность по кредитному соглашению, а также уплатить неустойку.

08 апреля 2016 г. ФИО7 было написано и заверено нотариусом заявление, согласно которому он в полном объеме признал за собой задолженность по кредитному соглашению №КС118/15 от 11 сентября 2015 г. перед ООО КБ «ФИО15».

12 апреля 2016 г. ФИО3 в ООО КБ «ФИО15» было сдано заявление с просьбой не позднее 15 апреля 2016 г. подготовить и предоставить выписку по всем счетам, открытым в ООО КБ «ФИО15» на ее имя с даты открытия счета по дату подготовки выписки, а также копии всех расчетных документов о поступлении и списании денежных средств, по всем указанным счетам за указанный период.

В соответствии с пунктом 13 Кредитного соглашения, кредитор вправе осуществлять уступку прав (требований) по соглашению третьим лицам.

18 апреля 2016 г. между КБ «ФИО15» (ООО), именуемый в дальнейшем «Первоначальный кредитор», и ООО «Экспотрейд», именуемое в дальнейшем «Новый Кредитор», было заключено соглашение об уступке прав требования (цессии) по Кредитному соглашению №КС118/15 от 11 сентября 2015 г.

Согласно пунктам 1.1, 1.2, 2.1 Соглашения, первоначальный кредитор на условиях настоящего соглашения уступает новому кредитору, а новый кредитор, принимает в объеме, указанном в пунктах 1.1., 1.3 Соглашения, принадлежащие Первоначальному кредитору права требования к ФИО3 по Кредитному соглашению №КС 118/15 от 11 сентября 2015 г., общая сумма требований по которому на дату заключения настоящего соглашения составляет 217 064 946, 03 рублей.

19 апреля 2016 г. КБ «ФИО15» (ООО) в адрес ФИО3 было направлено уведомление об уступке прав требований по кредитному соглашению №КС 118/15 от 11 сентября 2015 г.

04 июля 2016 г. ООО «Экспотрейд» в адрес ФИО3 была направлена досудебная претензия с просьбой в срок не позднее 5 рабочих дней с даты получения настоящего уведомления погасить задолженность по Кредитному соглашению №КС 118/15 от 11 сентября 2015 г. в полном объеме, а также уплатить неустойку за просрочку по уплате процентов 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 19 июня 2017 г. по делу № А40-168193/16 требование ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов должника ФИО7 задолженности были признаны обоснованным. В третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ФИО3 в размере 426 540 225,20 руб., из них 197 020 335, 26 руб., как обеспеченные залогом Имущества должника.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 15 декабря 2017 г. по делу № А40-168193/16 ФИО7 признан несостоятельным (банкротом). В отношении ФИО7 введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев.

Решением Подольского городского суда Московской области по делу № 2-6957/2018 исковые требования ФИО3 к ФИО7,, ООО КБ «ФИО15» об оспаривании соглашения оставлены без удовлетворения. 

Приговором Тверского районного суда г. Москвы от 10 февраля 2020 г. по уголовному делу №01-0004/2020 ФИО3 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159.1 УК РФ. 

Определением Подольского городского суда Московской области от 11 января 2018 г. по делу № 2-261/2018 было утверждено мировое соглашение о разделе совместно нажитого имущества между ФИО8 и ФИО3. 

09 марта 2019 г. ФИО8 умер, что подтверждается свидетельством о смерти 

<

...>, выданным 11 марта 2019 г. Климовским отделом ЗАГС ГУ ЗАГС Московской области. 

09 октября 2019 года ФИО1 вступил в наследство после смерти ФИО8. Определением Первого кассационного суда общей юрисдикции от 26 января 2023 г. определение Подольского городского суда Московской области от 11 января 2018 г. отменено, а дело направлено на новое рассмотрение в Подольский городской суд Московской области.

Определением Хамовнического районного суда г. Москвы от 27 мая 2022 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 06 сентября 2022 г., исковое заявление ФИО3 к ООО «Экспотрейд», ООО КБ «ФИО15» о признании сделок недействительными оставлено без рассмотрения, поскольку на момент предъявления иска после введения в отношении ФИО3 процедуры банкротства и реструктуризации долгов, финансовым уполномоченным ФИО3 – ФИО14 исковые требования не заявлены, а ФИО3 не вправе обращаться в суд с настоящим иском, учитывая положения ст. 213.25 Закона о банкротстве. 

Решением Арбитражного суда Московской области от 20 октября 2022 г. по делу № А41-59012/2016 ФИО3 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО9 

Согласно пункта 1 статьи 432 ГК РФ Договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу п. 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, «Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Обязанность доказать притворность сделки лежит на истце (ч. 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" согласно пункту 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Приговором установлено, что кредитное соглашение заключено именно с ФИО3, денежные средства перечислены на ее счет в кредитной организации на основании подписанных ответчиком заявок, денежные средства в последующем перечислялись на расчетные счета ФИО7 в других банках. Истцом относимых и допустимых доказательств, с достоверностью подтверждающих притворность сделки, не представлено.

К доводам истца относительно принятия во внимание заключения специалиста №089-ПЭ/18 от 31 октября 2018 года, заключения эксперта № А41 - 59012/16 от 21 мая 2018 года, содержащих сведения об отсутствии подписи от имени ФИО3 в копиях заявок на выдачу кредита являются не состоятельными, поскольку при рассмотрении уголовного дела № 01-0004/2021 данным доказательствам дана надлежащая правовая оценка. Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции суда по настоящему спору. 

Истец в качестве одного из оснований недействительности сделки ссылается на положения ст. 10, 168, 169 ГК РФ, полагает свои нарушенными, поскольку оспариваемые банковские операции влияют на его имущественные права как наследника умершего ФИО8

В соответствии со статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) (пункт 1).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5).

Пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу, пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное (абзац третий).

В пункте 7 данного постановления указано, что, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено при рассмотрении настоящего дела каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности действий участников сделки ООО «КБ ФИО15» и ФИО3, о том, что сделка заключена под влиянием обмана, насилия, угрозы или неблагоприятных обстоятельств, либо под влиянием заблуждения, без намерении совершить оспариваемые сделки исключительно для вида, без ее реального исполнения не имеется. Признание недействительным кредитного соглашения и сделки цессии не сможет повлиять на размер наследственной массы, на которую мог бы претендовать ФИО16, не повлечет за собой возникновения у истца права на предъявления требований об уплате денег или возврате имущества непосредственно в пользу самого истца.

Исходя из этого, суд не усматривает оснований для признания кредитного соглашения № КС 118/15 от 11 сентября 2015 г., заключенного между ООО «КБ «ФИО15» и ФИО3

Истец также ссылается на положение ст. 173.1 ГК РФ полагая указанное кредитное соглашение ничтожным, заключенное без согласия супруга ФИО8

В силу п. 1 ст. 33, ст. 34 СК РФ законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности. Законный режим имущества супругов действует, если брачным договором не установлено иное.

Согласно п. 1 ст. 253 ГК РФ участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (п. 2 ст. 253 ГК РФ).

Каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом (п. 3 ст. 253 ГК РФ).

Правила распоряжения имуществом, находящимся в совместной собственности супругов, установлены п. 3 ст. 35 СК РФ, согласно которой для совершения одним из супругов сделки по распоряжению недвижимостью и сделки, требующей нотариального удостоверения и (или) регистрации в установленном законом порядке, необходимо получить нотариально удостоверенное согласие другого супруга. Супруг, чье нотариально удостоверенное согласие на совершение указанной сделки не было получено, вправе требовать признания сделки недействительной в судебном порядке в течение года со дня, когда он узнал или должен был узнать о совершении данной сделки.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05 ноября 1998 г. № 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", учитывая, что в соответствии с п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Согласно ст. 173.1 ГК РФ сделка, совершенная без согласия третьего лица, необходимость получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица, уполномоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее недействительность.

Статья 157.1 ГК РФ предусматривает общие требования к даче согласия на совершение сделки, ст. 173.1 ГК РФ - последствия отсутствия такого согласия.

Согласно разъяснений, приведенных в п. 90 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка может быть признана недействительной по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 173.1 ГК РФ, только тогда, когда получение согласия третьего лица, органа юридического лица или государственного органа либо органа местного самоуправления на ее совершение необходимо в силу указания закона (п. 2 ст. 3 ГК РФ).

В силу п. 2 ст. 166 ГК РФ оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В соответствии с положениями п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Исходя из системного толкования указанных выше норм права, иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности сделки.

Судом установлено, что в период брака 11 сентября 2015 г. между ООО «КБ «ФИО15» и ФИО3 заключено кредитное соглашение № КС 118/15.

Определением Подольского городского суда Московской области от 11 января 2018 г. по делу № 2-261/2018 было утверждено мировое соглашение о разделе совместно нажитого имущества между ФИО8 и ФИО3. 

Суд при разрешении требований учитывает, что о совершенной сделке ФИО8 при должной осмотрительности должен был узнать ранее своей смерти, поскольку на момент заключения сделки является супругом ФИО3, с которой они вели совместное хозяйство; раздел совместно нажитого имущества супругами не производился, а потому, должен был интересоваться состоянием недвижимого имущества, приобретенного в период брака, нести расходы по его содержанию.

Кроме того, представителем ответчика заявлено ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока исковой давности по оспоримой сделке, о восстановлении которого истцом не заявлено. 

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

На основании п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 1 ст. 1110 ГК РФ, при наследовании имущество умершего (наследство, наследственное имущество) переходит к другим лицам в порядке универсального правопреемства, то есть в неизменном виде как единое целое и в один и тот же момент, если из правил ГК РФ не следует иное.

Согласно ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается ГК РФ или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

Согласно п. 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным ст. 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу ст. 201 ГК РФ переход прав в порядке универсального или сингулярного правопреемства (наследование, реорганизация юридического лица, переход права собственности на вещь, уступка права требования и пр.), а также передача полномочий одного органа публичноправового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления. В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как указано в иске, 09 октября 2019 года ФИО1 вступил в наследство после смерти ФИО8. Основанием для вступление в наследство является определение Подольского городского суда Московской области от 11 января 2018 г. по делу № 2-261/2018.

27 сентября 2019 г. ФИО1 обратился в Никулинский районный суда г. Москвы с требованием о возврате неосновательного обогащения в виде доли квартиры путем погашения записи в ЕГРН о собственнике и регистрации записи о новом собственнике. 

28 мая 2020 г. решением Никулинского районного суда г. Москвы в удовлетворении исковых требований отказано. 29 ноября 2019 г. в ходе указанного судебного разбирательства представители ООО «ЭКСПОТРЕЙД» к материалам дела приговор Тверского районного суда г. Москвы по уголовному делу № 01-0004/2020, оспариваемое кредитное соглашение.

С учетом приведенных норм закона суд считает, что срок исковой давности по оспариваемой истцом сделки начался с 29 ноября 2019 г., в связи с чем, истек для нее 29 ноября 2020 г., по требованием о признании сделки ничтожной срок истек 29 ноября 2022 г. 

С исковым заявлением ФИО1 обратился в суд 30 ноября 2023 г., то есть с пропуском исковой давности по признанию сделки недействительной, уважительных причин для восстановления такого срока судом не установлено.

При таких обстоятельствах исковые требования о признании недействительными кредитного соглашения № КС 118/15 от 11 сентября 2015 г., заключенного между ООО «КБ «ФИО15» и ФИО3, распорядительной сделки по уступке прав требований (цессии) по кредитному соглашению № КС 118,15 от 11 сентября 2015 г., совершенной между ООО «КБ «ФИО15» и ООО «Экспотрейд» от 18 апреля 2016 г. удовлетворению не подлежат.

К доводам стороны истца о соблюдении срока на обращение с настоящим иском суд относится критически, поскольку после вступления в наследство 09 октября 2019 г. после смерти ФИО8, истцу было достоверно известно о заключенном мировом соглашении, утвержденном определением Подольского городского суда г. Москвы от 11 августа 2018 г. по делу № 2-261/2018, включая договорные отношения между ФИО3 и ФИО7

Кроме того, судом во внимание принимается, что в рамках рассмотрения Арбитражным судом Московской области дела № А41-59012/2016 ФИО1 является участником процесса, ему известен круг кредиторов, а также правовые последствия признания недействительности сделок, заявленные в настоящем споре основания не могут служить надлежащим способом восстановления нарушенного права истца, в том числе с учетом действий наследодателя истца. Истец в обоснование своего уточненного искового заявления о признании распорядительной сделки, заключенной ООО КБ «ФИО15» и ООО «Экспотрейд» по уступке прав требований по кредитному соглашению от 18 апреля 2016 г. каких-либо правовых оснований не указывает. 

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

отказать в удовлетворении иска ФИО1 (паспорт № № №) к обществу с ограниченной ответственностью «Коммерческий банк «ФИО15» (ИНН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Экспотрейд», ФИО3 (паспорт № №) о признании сделок недействительными.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение месяца дней со дня принятия решения судом в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Саратова.

Судья Д.В. Апокин 

В окончательной форме решение суда изготовлено 31 мая 2024 г.