№1-294/2025

УИД 73RS0004-01-2025-005507-18

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Ульяновск 15 октября 2025 года

Заволжский районный суд г.Ульяновска в составе судьи Багно О.Н.., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Федоровой А.А., помощником судьи Погодиным Н.В.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Заволжского района г.Ульяновска Чебатаревой А.А., 

подсудимого ФИО1, его защитника – адвоката Захарова А.П.,

а также с участием потерпевшего Ф.Р.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого, 

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.318, ст.319 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей и угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей при следующих обстоятельствах.

В период времени с 17 часов 00 минут 13.07.2025 до 05 часов 00 минут 14.07.2025 инспектор 

<

данные изъяты> Ф.Р.И. назначенный на должность приказом начальника Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации 

<

данные изъяты> С.Г.А. исполняли свои должностные обязанности по охране общественного порядка в составе автопатруля №

ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 50 минут до 21 часа 55 минут, более точное время не установлено, осуществляя проверку сообщения о вызове полиции по адресу: 

<

адрес>, поводом к вызову которого стали «жалобы на женщину в 

<

адрес>» Ф.Р.И. и С.Г.А. на открытом участке местности, 

<

адрес> обнаружили троих мужчин – ФИО1, И.А.В. и Л.Д.А., находившихся в общественном месте в состоянии алкогольного опьянения, в действиях которых усматривались признаки административного правонарушения, предусмотренного ст.20.21 Кодекса об административных правонарушениях Российской Федерации. 

С целью принятия мер реагирования Ф.Р.И., руководствуясь статьями 12, 13 Федерального закона № 3-ФЗ от 07.02.2011 «О полиции», согласно которым он уполномочен требовать от граждан прекращения противоправных действий, проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, составлять протоколы об административных правонарушениях, доставлять по письменному заявлению граждан в служебное помещение территориального органа полиции находящихся совместно с ними в жилище граждан в состоянии алкогольного опьянения, если есть основания полагать, что они могут причинить вред жизни и здоровью граждан, нанести ущерб имуществу; а также своему должностному регламенту (должностной инструкцией), утвержденному ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>, находясь в форменной одежде и предъявив свое служебное удостоверение, с целью установления данных граждан и привлечения их к административной ответственности, Ф.Р.И. потребовал от ФИО1 и Л.Д.А. предоставить документ, удостоверяющий личность, и пройти к служебному автомобилю для их доставления в отдел полиции и составления протокола по ст.20.21 КоАП РФ.

Далее, в указанные дату и время, находясь на открытом участке местности, 

<

адрес>, после законного требования сотрудника полиции проследовать к служебному автомобилю и дальнейшего прибытия в отдел полиции, не желая привлечения к административной ответственности, Л.Д.А. начал выражаться нецензурной бранью в адрес Ф.Р.И. На данные действия Л.Д.А. Ф.Р.И. сделал замечание последнему и потребовал от Л.Д.А. прекратить совершать противоправные действия. В ответ на законные требования сотрудника полиции Ф.Р.И. у ФИО1, находящегося в состоянии алкогольного опьянения, на указанном участке местности в указанные дату и время, из чувства ложно понятого товарищества и не желающего привлечения к административной ответственности себя и Л.Д.А. возник преступный умысел, направленный на публичное оскорбление Ф.Р.И. как представителя власти, при исполнением им своих должностных обязанностей.

Реализуя свой преступный умысел, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 50 минут и не позднее 21 часа 55 минут, более точное время не установлено, ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения по указанному адресу, осознавая, что Ф.Р.И. является представителем власти и находится при исполнении своих должностных обязанностей, имея умысел на унижение чести и достоинства последнего, публично, в присутствии посторонних лиц – С.Г.А., И.А.В. и Л.Д.А. оскорбил сотрудника полиции Ф.Р.И., действовавшего при исполнении своих должностных обязанностей, высказав слова грубой нецензурной брани, унижающие честь и достоинство последнего как представителя власти, что противоречит установленным правилам поведения и требованиям общечеловеческой морали. 

У него же – ФИО1, при указанных ранее обстоятельствах, в ответ на законные требования сотрудника полиции Ф.Р.И., с целью избежание привлечения к административной ответственности, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 20 часов 50 минут и не позднее 21 часа 55 минут, более точное время не установлено, находящегося в состоянии алкогольного опьянения на открытом участке местности, 

<

адрес> из чувства ложно понятого товарищества и не желающего привлечения к административной ответственности себя и Л.Д.А., после совершения им – ФИО1, публичного оскорбления сотрудника полиции Ф.Р.И., возник преступный умысел, направленный на угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Реализуя свой преступный умысел, в указанные дату и время, находясь по указанному адресу, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения, осознавая, что Ф.Р.И. находится при исполнении должностных обязанностей, высказал слова угрозы применения насилия и нанес удар рукой потерпевшему в область головы, вместе с тем Ф.Р.И. Ф.Р.И. увернулся, в связи с чем ФИО1 промахнулся. В последующем противоправные действия ФИО1 были пресечены, после чего он был доставлен в отдел полиции для разбирательства.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 по обстоятельствам произошедшего от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ, при этом, отвечая на вопросы защитника, показал, что в вечернее время суток, находясь на лавочке около подъезда своего дома, распивал алкогольные напитки с Л.Д.А. и И.А.В.. В это время к ним подошел сотрудник полиции и попросил разойтись по домам. Не желая идти домой, он – ФИО1, подскочил с лавочки и попытался нанести удар сотруднику полиции, но последний увернулся и он – ФИО1, промахнулся. Вину по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.319 УК РФ, ФИО1 признал полностью, вину в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, признал частично, указав, что действительно нанес удар сотруднику полиции, но промахнулся, поскольку сотрудник полиции увернулся от удара, при этом угрозу в отношении последнего не высказывал, в содеянном раскаялся, принес свои извинения сотруднику полиции за содеянное, пояснив, что данные действия он совершил под воздействием алкоголя, при этом указав на то, что если бы не его состояние сильного алкогольного опьянения, то он – ФИО1, эти действия никогда бы не совершил. 

Из оглашенных в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого (т.1 л.д.67-70), следует, что он – ФИО1, признавая свою виновность в совершении преступления, предусмотренного ст. 318 УК РФ, пояснил, что замахнулся на сотрудника полиции, находящегося в форменном обмундировании, виновность в совершении преступления, предусмотренного ст.319 УК РФ, отрицал, при этом отказался давать показания, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ.

Из показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого (т.1 л.д.81-84), также оглашенных в порядке п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, следует, что он – ФИО1, давал несколько иные показания, признавая свою виновность в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст.318, ст.319 УК РФ, частично, пояснил следующее. Он – ФИО1, действительно попытался нанести удар сотруднику полиции – Ф.Р.И. так как не желал подчиняться требованиям последнего, который настаивал, чтобы он – ФИО1, ушел домой, встав со скамейки, он – ФИО1, замахнулся и нанес бы удар по лицу сотрудника полиции, но последний увернулся. При этом он – ФИО1, не помня всех обстоятельств произошедших событий, допускает, что мог оскорбить сотрудника полиции. В содеянном раскаивается.

В ходе проведения очной ставки с потерпевшим Ф.Р.И. (т.1 л.д.89-92), ФИО1 показал, что потерпевшего он – ФИО1, не оскорблял, применением насилия не угрожал, но пытался нанести удар.

В судебном заседании ФИО1 свои показания, данные на предварительном следствии, несколько изменил, при этом, настаивал, что оскорблял сотрудника полиции, нанес удар последнему, но промахнулся, при этом угрозу применения насилия не высказывал, отношения к оглашенным показаниям не высказал, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ.

Анализируя приведенные показания подсудимого, сопоставив его показания с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что ФИО1, излагая обстоятельства содеянного в выгодную для себя сторону, пытается облегчить свое положение, поэтому расценивает его показания о непричастности к угрозе применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, как сформировавшуюся в судебном заседании позицию защиты, обусловленную стремлением избежать уголовной ответственности за содеянное. Противоречия в показаниях ФИО1, данных в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, связанны со стремлением смягчить уголовную ответственность за противоправные деяния и принимает во внимание лишь те его показания, которые подтверждаются другими доказательствами по делу и не противоречат им. 

Несмотря на занятую позицию подсудимым, виновность ФИО1 в совершении преступлений, изложенных в описательной части настоящего приговора, установлена следующими доказательствами.

Так, согласно показаниям потерпевшего Ф.Р.И. данными последним как в ходе судебного заседания, так и на предварительном следствии (т.1 л.д.30-34), следует, что он является сотрудником полиции, 

<

данные изъяты> С 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 05 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ он – Ф.Р.И., находился на суточном дежурстве в составе группы автопатруля № совместно с сотрудником С.Г.А. Около 20 часов 50 минут от оперативного дежурного поступило сообщение проехать по адресу: 

<

адрес>, поводом к вызову стала «жалоба на женщину в квартире». Прибыв по указанному адресу, 

<

адрес> на лавочке сидели трое мужчин в состоянии алкогольного опьянения, в последующем установленные как ФИО1, Л.Д.А., И.А.В. При этом они – Ф.Р.И. и С.Г.А., были одеты в форменную одежду сотрудников полиции со знаками отличия, подойдя к троим мужчинам, сидящим на лавочке, он – Ф.Р.И., представился, показал служебное удостоверение и объяснил причину обращения к данным гражданам, поскольку в их действиях имелись признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ. Он – Ф.Р.И., разъяснил им, что они находятся в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте, в связи с этим необходимо проехать в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении. Л.Д.А. и ФИО1 отреагировали агрессивно, начали оскорблять его – Ф.Р.И.. ФИО1 начал выражаться в его, адрес нецензурной бранью, а также высказал публичные оскорбления в его адрес, не желая проследовать в отделение полиции. На законные требования прекратить противоправные действия ФИО1 не реагировал. В какой-то момент ФИО1 высказал в его адрес угрозу применения насилия в форме нецензурной брани, выразившуюся в намерении нанести удар, после чего нанес удар в область головы, но он – Ф.Р.И., успел увернуться и ФИО1 промахнулся. Также Ф.Р.И. в своем заявлении пояснил, что претензий к подсудимому не имеет, гражданский иск заявлять не желает. 

Кроме того, вышеприведенные показания в ходе расследования уголовного дела Ф.Р.И. подтвердил в полном объеме при проведении очной ставки с обвиняемым ФИО1 (т.1 л.д.89-92), а также при проверке показаний на месте (т.1 л.д.37-40), согласно которой Ф.Р.И. указал на открытый участок местности 

<

адрес> и пояснил, что находясь на этом месте ФИО1 оскорбил и совершил угрозу применения насилия, протоколы которых были оглашены в судебном заседании. 

Показания потерпевшего, которые суд находит правдивыми и достоверными, по обстоятельствам совершения ФИО1 преступлений, изложенных в описательной части настоящего приговора, подтверждаются показаниями следующих свидетелей и опровергают версию подсудимого об обстоятельствах произошедшего в части отсутствия высказывания угрозы.

Показаниями свидетеля С.Г.А., данными последним как в суде, так и на предварительном следствии (т.1 л.д.59-61), которые аналогичны показаниям потерпевшего и согласно которым, он – С.Г.А., с ДД.ММ.ГГГГ состоит в должности полицейского (водителя) 

<

данные изъяты> С 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 05 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ он находился на суточном дежурстве в составе группы автопатруля № совместно с сотрудником полиции Ф.Р.И. ДД.ММ.ГГГГ находясь 

<

адрес> куда они – С.Г.А. и Ф.Р.И., прибыли по вызову, сообщенному дежурным, на лавочке сидели трое мужчин в состоянии алкогольного опьянения, в последующем установленные как ФИО1, Л.Д.А., И.А.В. При этом они – С.Г.А. и Ф.Р.И., находились в форменном обмундировании со знаками отличия. Подойдя к троим мужчинам сидящим на лавочке, Ф.Р.И. представился, показал служебное удостоверение и объяснил причину обращения к данным гражданам, поскольку в действиях данных граждан имелись признаки состава административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ. Ф.Р.И., разъяснил им, что они находятся в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте, в связи с этим необходимо проехать в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении. Л.Д.А. и ФИО1 отреагировали агрессивно, начали оскорблять Ф.Р.И. На законные требования Ф.Р.И. прекратить противоправные действия ФИО1 не реагировал, продолжал оскорблять Ф.Р.И. и выражаться в адрес последнего нецензурной бранью, а также высказал публичные оскорбления в адрес сотрудника полиции, не желая проследовать в отделение полиции. Примерно в 21 час 50 минут ФИО1 резко встал с лавочки и нанес удар в область головы Ф.Р.И., предварительно высказав в адрес последнего угрозу применения насилия в форме нецензурной брани, выразившуюся в намерении нанести удар, но Ф.Р.И. увернуться и ФИО1 промахнулся. 

Показаниями свидетеля С.В.В. данными в судебном заседании, а также в ходе расследования уголовного дела (т.1 л.д.53-55), согласно которым с 20 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ до 08 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ он – С.В.В., находился на суточном дежурстве в составе группы автопатруля № совместно с сотрудником Ф.Д.Г. Им позвонил С.Г.А. и попросил подъехать по адресу: 

<

адрес>, для оказания помощи. Прибыв по указанному адресу, 

<

адрес> на лавочке сидели трое мужчин, в последующем установленные как ФИО1, Л.Д.А., И.А.В. в состоянии алкогольного опьянения. Ф.Р.И. им разъяснил, что они находятся в состоянии алкогольного опьянения в общественном месте, в связи с этим необходимо проехать в отдел полиции для составления протокола об административном правонарушении. Л.Д.А. начал оскорблять Ф.Р.И., к нему присоединился ФИО1 и начал оскорблять Ф.Р.И. На законные требования прекратить противоправные действия ФИО1 не реагировал. В какой-то момент ФИО1 высказал в адрес Ф.Р.И. угрозу применения насилия в форме нецензурной брани, выразившуюся в намерении нанести удар, после чего нанес удар в область головы, но Ф.Р.И. успел увернуться и ФИО1 промахнулся. 

Показаниями свидетеля Ф.Д.Г., данными в судебном заседании, а также на предварительном следствии (т.1 л.д.56-58), которые аналогичны показаниям, данным свидетелем С.В.В.

Показаниями свидетеля Л.Д.А., данными им в ходе расследования уголовного дела (т.1 л.д.48-49) и подтвержденными им в судебном заседании, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он – Л.Д.А., с И.А.В. и ФИО1 сидели на лавочке возле подъезда и распивали спиртные напитки. К ним подошли сотрудники полиции, представились, предъявили служебные удостоверения, после чего спросили, почему они распивают спиртные напитки в общественном месте, на что ФИО1 стал выражаться в адрес сотрудника полиции нецензурной бранью и оскорблять последнего. На требования сотрудника полиции прекратить противоправные действия ФИО1 не реагировал, продолжал кричать, ругаться. После чего ФИО1 попытался ударить сотрудника полиции, но последний увернулся. Далее к ФИО1 была применена физическая сила.

Показаниями свидетеля И.А.В., данными им в ходе расследования уголовного дела (т.1 л.д.50-52), оглашенные в судебном заседании на основании ч. 3 ст.281 УПК РФ, согласно которым ДД.ММ.ГГГГ он – И.А.В., с Л.Д.А. и ФИО1 сидели на лавочке возле подъезда и распивали спиртные напитки. К ним подошли сотрудники полиции, представились, предъявили служебные удостоверения, после чего спросили, почему они распивают спиртные напитки в общественном месте, на что Л.Д.А. с ФИО1 начали спорить с сотрудникам полиции на повышенных тонах, на что им сотрудниками полиции было предложено пройти в патрульный автомобиль, для доставления в отдел полиции для разбирательства по существу противоправного поведения. При этом ФИО1 вел себя агрессивно, оскорблял и угрожал применением насилия в отношении сотрудника полиции, выражался в адрес последнего нецензурной бранью. На законные требования сотрудника полиции прекратить противоправные действия ФИО1 не реагировал. После чего ФИО1 попытался ударить сотрудника полиции, но последний увернулся. Далее к ФИО1 была применена физическая сила. 

У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшего Ф.Р.И., а также показаниям свидетелей С.Г.А., С.В.В., Ф.Д.Г., показаниям данными свидетелями Л.Д.А. и И.А.В. в ходе предварительного следствия. Свидетели являлись прямыми очевидцами произошедшего, оснований для оговора подсудимого у них, а также у потерпевшего не имеется. 

При этом, анализируя показания свидетелей И.А.В. и Л.Д.А. данных ими в ходе предварительного расследования, суд считает их допустимыми в качестве доказательств, поскольку допросы указанных свидетелей проведены в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, никаких нарушений судом не установлено. 

Показания указанных лиц последовательны, полностью согласуются как между собой, так и с другими доказательствами, в том числе и с просмотренной в судебном заседании видеозаписью, сделанной в момент произошедших событий, а потому суд принимает их за основу при вынесении приговора. Имеющиеся расхождения и отдельные неточности, обусловленные субъективным их восприятием рассматриваемой ситуации, и о недостоверности показаний данных лиц не свидетельствуют. Обстоятельств, указывающих на их заинтересованность в оговоре ФИО1, не выявлено. 

Процессуальные документы, а именно протоколы допросов свидетелей И.А.В. и Л.Д.А., были выполнены в соответствии с законом, которые засвидетельствовали своим участием факт проводимых мероприятий. Замечаний от участников не поступило, что подтвердили в суде и допрошенные в судебном заседании свидетели. Правильность изложенных в оглашенных протоколах допросов сведений подтверждена их подписями, каких-либо замечаний, дополнений по окончании допроса, в том числе неверно изложенными фактами, от них не поступало.

Оценивая показания свидетелей И.А.В., Л.Д.А. и Г.В.Н., данных ими в судебном заседании, согласно которым И.А.В., никакого конфликта не видел и не слышал, Л.Д.А. – не помнит обстоятельств произошедшего, а Г.В.Н. – не видела нанесения удара, слышала, как ФИО1 ругался, но в чей адрес сказать не может, суд признает их не достоверными, и данными ими с целью помочь избежать ответственности подсудимому за содеянное, являющимся для них другом, близким родственником - сыном. 

Кроме того, допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь следственного отдела 

<

данные изъяты> Д.С.А., показал, что каких-либо нарушений при проведении допроса свидетеля И.А.В. им допущено не было, замечаний от свидетеля не поступало, показания допрашиваемый давал добровольно после разъяснения ему процессуальных прав и обязанностей, показания фиксировались в протоколе с его слов, искажений допущено не было, свидетель собственноручно расписывался в протоколе после личного прочтения, в связи с чем доводы свидетеля И.А.В. в судебном заседании в неправильном изложении его показаний и неознакомлении с протоколом допроса во внимание не принимаются. 

Оснований не доверять показаниям следователя Д.С.А. у суда не имеется, поскольку в судебном заседании не было установлено обстоятельств, которые бы могли свидетельствовать о какой-либо заинтересованности указанного лица в исходе дела. Выполнение следователем своих служебных обязанностей и последующий допрос в судебном заседании в качестве свидетеля сами по себе также не свидетельствуют о его заинтересованности в исходе дела. 

Изложенное свидетелями и потерпевшим выше нашло свое подтверждение и в просмотренной в судебном заседании видеозаписи, приобщенной к материалам уголовного дела по ходатайству государственного обвинителя, из которой следует, что ФИО1, высказывает в адрес сотрудника полиции – Ф.Р.И., находящегося в форменном обмундировании оскорбления, выраженные словами грубой нецензурной брани, на что Ф.Р.И. предупреждает об ответственности за оскорбления, но, несмотря на это он – ФИО1, продолжает их высказывать. Также на видеозаписи зафиксировано, что ФИО1 нанес один удар рукой в область головы Ф.Р.И., но последний увернулся и ФИО1 промахнулся. 

В судебном заседании после воспроизведения видеозаписи подсудимый не отрицал свою причастность к данным противоправным деяниям, при этом показал, что угрозу применения насилия не высказывал.

Утверждения защитника о том, что видеозапись, приобщенная к материалам уголовного дела в ходе судебного заседания по ходатайству государственного обвинителя, не может быть признана допустимым доказательством, поскольку не установлен источник происхождения данной видеозаписи, являются неосновательными. 

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в качестве свидетеля следователь следственного отдела 

<

данные изъяты> С.М.В. пояснила, что ею в ходе выемки у потерпевшего был изъят диск с видеозаписью зафиксированных событий произошедшего. В последующем видеозапись на данном диске была предметом осмотра, в котором участвовали подсудимый и его защитник. С.М.В. предоставила в судебное заседание видеозапись, пояснив источник происхождения данной видеозаписи – от потерпевшего Ф.Р.И. В судебном заседании видеозапись просмотрена участниками судебного процесса, после просмотра которой подсудимый и его защитник заявили о правильности ее содержания. Кроме этого, видеозапись полностью соответствует содержанию протокола осмотра предметов (документов).

В соответствии с действующим законодательством доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд в порядке, определенном УПК РФ, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Допустимость доказательств зависит от процессуального порядка получения данных сведений о фактах, имеющих значение для уголовного дела. Судом установлено, что видеозапись получена законными способом, не нарушает права других лиц, в связи с чем ходатайство государственного обвинителя о признании видеозаписи допустимым доказательством основано на требованиях ч. 2 ст. 84, ст. 87 УПК РФ. 

Виновность подсудимого ФИО1 также подтверждается и исследованными письменными доказательствами по делу:

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.153-154), согласно которого осмотрен открытый участок местности 

<

адрес> и установлено место совершения ФИО1 преступлений в отношении Ф.Р.И.;

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.43-46), согласно которого у потерпевшего Ф.Р.И. изъят компакт диск;

- протоколом осмотра предметов с участием обвиняемого ФИО1 и его защитника от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.93-99), согласно которого осмотрен компакт диск, содержащий видеозапись, на которой зафиксировано, что ФИО1 публично оскорбил сотрудника полиции Ф.Р.И., нанес последнему удар, но Ф.Р.И. увернулся и ФИО1 промахнулся;

- видеозаписью зафиксированных событий произошедшего, приобщенную в ходе судебного заседания, из которой следует, что ФИО1 высказывает в адрес сотрудника полиции оскорбления, выраженные словами грубой нецензурной брани, а также следует, что ФИО1 высказывая в адрес сотрудника полиции угрозу применения насилия в форме нецензурной брани, выразившуюся в намерении нанести удар, наносит удар в область головы Ф.Р.И., но промахивается в связи с тем, что последний увернулся;

- выпиской из приказа № л/с от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.117), согласно которой Ф.Р.И. назначен на должность инспектора 

<

данные изъяты>

- должностным регламентом 

<

данные изъяты> Ф.Р.И. (т.1 л.д.132-138), согласно которому Ф.Р.И. выполняет служебные обязанности, а именно предотвращает и пресекает преступления и административные правонарушения, обеспечивает охрану общественного порядка; 

- постовой ведомостью от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.121-122), согласно которой Ф.Р.И. и С.Г.А. находились на суточном дежурстве с 17 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ до 05 час. 00 мин. ДД.ММ.ГГГГ в составе автопатруля №.

Оценивая приведенные доказательства, суд приходит к выводу, что они согласуются между собой и с показаниями потерпевшего, а также подтверждаются показаниями свидетелей, которые не содержат противоречий, логичны и убедительны. 

Доводы стороны защиты о не точном соответствии обстоятельств, изложенных в протоколе осмотра предметов, проведенного с участием обвиняемого ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.93-99), согласно которого осмотрен компакт диск, содержащий видеозапись конфликта подсудимого и сотрудника полиции, согласно которой подсудимый грубой нецензурной бранью оскорблял последнего и угрожал сотруднику применением насилия, не нашли своего подтверждения. В протоколе следственного действия содержатся собственноручно выполненные ФИО1 и его защитником подписи о верности изложения посмотренной видеозаписи и отсутствии замечаний, как у ФИО1, так и у его защитника. Сведений о недобровольном характере этих показаний, данные протоколы, как и материалы уголовного дела, не содержат. Допрошенная в судебном заседании, следователь С.М.В. по обстоятельствам проведенного следственного действия пояснила, что осмотр предметов был проведен ею в присутствии подсудимого и его защитника, после окончания следственного действия протокол был предоставлен подсудимому и его защитнику для ознакомления и подписания. ФИО1 и его защитник, ознакомившись с протоколом, собственноручно его подписали, при этом замечаний ни от кого не последовала. В связи с чем, не имеется законных оснований сомневаться в объективности и достоверности сведений, имеющихся в протоколе данного следственного действия с участием подсудимого. Кроме этого, обстоятельства, изложенные в протоколе следственного действия, согласуются с показаниями свидетелей и потерпевшего, положенные в основу приговора.

Доводы стороны защиты об отсутствии словесных угроз, высказанных ФИО1 потерпевшему, опровергаются показаниями потерпевшего и свидетелей, которые будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, дали последовательные, изобличающие ФИО1 показания, которые согласуются между собой и подтверждаются письменными доказательствами. Существенных противоречий в юридически значимых для разрешения дела обстоятельствах, которые ставили бы под сомнение выводы суда о виновности подсудимого в совершении преступлений против представителя власти, показания потерпевшего и свидетелей не содержат. Кроме прочего, указанные доводы стороны защиты опровергаются, просмотренной и прослушанной в суде, записью конфликта подсудимого и сотрудника полиции, согласно которой подсудимый грубой нецензурной бранью оскорблял последнего и угрожал сотруднику применением насилия, также в форме нецензурной брани, выразившейся в намерении нанести удар.

Протоколы следственных действий соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона. Каждое следственное действие проведено уполномоченным лицом, участникам разъяснялись права, обязанности, ответственность и порядок их производства, протоколы предъявлялись для ознакомления, они подписаны всеми участниками. 

Таким образом, проверка и оценка судом приведенных доказательств показала, что они получены в установленном законом порядке, являются относимыми, допустимыми, достоверными и потому не вызывают сомнения. Совокупности доказательств достаточно для разрешения уголовного дела.

Действия ФИО1 органами предварительного следствия были квалифицированы по ст.319 УК РФ как публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей и в связи с их исполнением, а также по ч.1 ст.318 УК РФ, как применение насилия, не опасного для жизни и здоровья и угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. 

Данную квалификацию в суде поддержал и государственный обвинитель.

При этом, согласно правовой позиции, изложенной в п.13, п.17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 01.06.2023 №14 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных статьями 317, 318, 319 Уголовного кодекса Российской Федерации" судам следует иметь в виду, что по статье 318 или статье 319 УК РФ может быть квалифицировано только такое преступное деяние, которое совершено в связи с законным исполнением (публичное оскорбление по статье 319 УК РФ - также если оно совершено в ходе законного исполнения) представителем власти своих должностных обязанностей, когда представитель власти осуществлял должностные обязанности в установленном законом порядке и в пределах предоставленных ему полномочий.

Преступление, предусмотренное статьей 319 УК РФ, состоит в публичном унижении чести и достоинства представителя власти, затрагивающем его личностные и (или) профессиональные (служебные) качества, совершенном при исполнении или в связи с исполнением потерпевшим своих должностных обязанностей и выраженном в неприличной или в иной форме, унижающей честь и достоинство потерпевшего. 

Такое оскорбление может быть совершено посредством публичного высказывания в адрес потерпевшего ругательств либо размещения унижающих потерпевшего сведений в средствах массовой информации или в сети "Интернет" без ограничения доступа к соответствующим сведениям других лиц, а равно иных публичных действий, унижающих честь и достоинство потерпевшего (например, срывание форменного головного убора или погон).

Судом достоверно установлено, что высказывания ФИО1, унижающие честь и достоинство представителя власти – сотрудника полиции Ф.Р.И., выраженные в неприличной форме словами грубой нецензурной брани были совершены публично в присутствии посторонних лиц, в общественном месте – на открытом участке местности, вблизи 

<

адрес> Ф.Р.И. находился при исполнении своих должностных обязанностей, т.е. в тот момент, когда он осуществлял свои должностные обязанности в установленном законом порядке и в пределах предоставленных ему полномочий. 

На основании изложенного суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 319 УК РФ – как публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей.

При этом суд исключает из объема предъявленного обвинения квалифицирующий признак «в связи с их исполнением» как излишне вмененный. 

Факт угрозы применения насилия в отношении представителя власти – потерпевшего Ф.Р.И., нашел свое подтверждение на основании показаний самого потерпевшего, свидетелей С.Г.А., С.В.В., Ф.Д.Г., И.А.В., Л.Д.А., пояснивших, что ФИО1, высказывая угрозы применения насилия в форме нецензурной брани, выразившуюся в намерении нанести удар, нанес удар рукой в область головы Ф.Р.И., не причинив последнему физической боли, поскольку Ф.Р.И. уклонился от удара. 

Осведомленность подсудимого о том, что потерпевший является сотрудником полиции и находится при исполнении своих должностных обязанностей, установлена материалами дела, в частности, показаниями потерпевшего, пояснившего, что он в момент произошедших событий находился в форме сотрудника полиции со знаками различия, представился и показал свое служебное удостоверение. В связи с чем все действия подсудимого в отношении потерпевшего Ф.Р.И. образуют угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

На основании изложенного, и исходя из установленных фактических обстоятельств дела, суд квалифицирует действия ФИО1 по ч.1 ст.318 УК РФ – как угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Вместе с тем, стороной обвинения подсудимому, кроме прочего, вменялось «применение насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей», судом данный квалифицирующий признак исключается из объема предъявленного обвинения как излишне вмененный, по следующим основаниям.

Под насилием, не опасным для жизни или здоровья, в ч. 1 ст. 318 УК РФ следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.), не повлекших причинения вреда здоровью потерпевшего, а под угрозой применения насилия – высказывания или иные действия лица, свидетельствующие о его намерении применить к потерпевшему любое физическое насилие. Исходя из совокупности обстоятельств, судом установлено, что подсудимый, высказывая угрозу применения насилия в форме нецензурной брани, выразившуюся в намерении нанести удар, нанес удар рукой в область головы сотрудника полиции, не причинив последнему физической боли, поскольку потерпевший уклонился от удара, то есть ФИО1 совершил высказывание и иные действия, свидетельствующие о его реальном намерении применить к потерпевшему физическое насилие. 

Исключая из объема предъявленного обвинения диспозитивный признак «применение насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей», суд не входит в обсуждение доводов стороны защиты о переквалификации инкриминируемого подсудимому деяния, в части применения насилия, не опасного для жизни и здоровья в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, с оконченного преступления на его покушение. 

<

данные изъяты> суд признает ФИО1 подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

При назначении наказания по обоим эпизодам преступлений, суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, отягчающее обстоятельство, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

ФИО1 судимостей не имеет, к административной ответственности не привлекался, 

<

данные изъяты>

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1 по обоим эпизодам совершенных преступлений, суд признает: раскаяние в содеянном; 

<

данные изъяты> Также обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, по ст. 319 УК РФ суд признает частичное признание вины на предварительном следствии и полное признание вины в судебном заседании, по ч. 1 ст. 318 УК РФ суд признает частичное признание вины как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании

Согласно материалам уголовного дела причастность подсудимого к совершению данных преступлений была установлена сотрудниками полиции, выявившими их в ходе несения службы, в связи с чем, суд не усматривает в действиях ФИО1 по обоим составам совершенных преступлений активного способствования раскрытию и расследованию преступлений, соответственно обстоятельств смягчающих наказание, предусмотренных п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ суд не усматривает. 

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 по обоим составам совершенных преступлений, является совершение подсудимым преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. 

Так, состояние алкогольного опьянения подсудимого в момент совершения им преступных деяний установлено как следствием, так и убедительно подтверждено материалами дела в суде, не отрицались эти обстоятельства и самим ФИО1, пояснившим в суде, что в момент совершения преступлений он находился в состоянии алкогольного опьянения, причем именно это состояние спровоцировало его совершить преступления, при этом в трезвом виде он их не совершил бы. С учетом всех установленных обстоятельств дела, иных данных о личности подсудимого, который в том числе страдает синдромом зависимости к алкоголю (средняя стадия, активная зависимость), суд приходит к убеждению, что именно состояние опьянения обусловило действия ФИО1, и вне такого состояния он, с учетом объективных характеристик его личности, его пояснений в судебном заседании, этих преступлений бы, безусловно, не совершил.

Обсуждая вопрос о мере наказания по ст. 319 УК РФ, суд с учетом содеянного, всех обстоятельств дела, данных о личности подсудимого, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств и наличие отягчающего, приходит к выводу, что достижение целей наказания, в том числе исправление ФИО1, возможно при назначении ему наказания в виде обязательных работ. Назначая подсудимому соответствующее наказание по данному эпизоду преступления, суд полагает, что в этом случае назначенное наказание будет являться достаточным и соответствовать целям уголовного наказания. Исходя из положений ст. 43 УК РФ, суд считает, что иной вид наказания не будет способствовать восстановлению социальной справедливости и исправлению подсудимого. 

Предусмотренных законом оснований в соответствии с ч. 4 ст. 49 УК РФ, которые бы препятствовали назначить данный вид наказания ФИО1, в судебном заседании не установлено.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, предусмотренного ч.1 ст.318 УК РФ, личность виновного, учитывая совокупность смягчающих наказание обстоятельств и наличие отягчающего, суд полагает, что восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого, а также достижение иных целей уголовного наказания возможны только при назначении ему наказания по данному эпизоду преступления в виде лишения свободы. 

Между тем, назначив наказание в виде лишения свободы, в силу ч.2 ст.53.1 УК РФ суд полагает возможным заменить его принудительными работами, приходя к выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы путем нахождения в исправительном центре с привлечением к труду. Препятствий для применения данного вида наказания, предусмотренных ч.7 ст.53.1 УК РФ, не установлено.

Поскольку возможность применения положений ст. 73 УК РФ в случае назначения наказания в виде обязательных работ и принудительных работ не предусмотрена законом, правовых оснований к обсуждению вопроса об условном осуждении не имеется.

Оснований для освобождения подсудимого от уголовной ответственности и наказания не имеется. 

Оснований для применения при назначении наказания положений ч.1 ст.62 УК РФ не имеется. 

Основания применения к подсудимому положений ст. 64 УК РФ отсутствуют, поскольку какие-либо исключительные обстоятельства, связанные с целями и мотивами совершенных подсудимым преступлений, иные обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности преступлений, по делу не установлены. 

Суд не находит правовых оснований к обсуждению вопросов о применении при назначении подсудимому наказания по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 318 УК РФ, положений ч.6 ст.15 УК РФ – ввиду наличия отягчающего наказание обстоятельства.

Как следует из материалов уголовного дела, подсудимый совершил преступления в совокупности, которые относятся к категориям небольшой и средней тяжести. Окончательное наказание, суд признает справедливым назначить ФИО1 по совокупности преступлений с применением принципа поглощения менее строгого наказания более строгим, предусмотренного ч.2 ст.69 УК РФ.

Срок отбытия ФИО1 окончательного наказания в виде принудительных работ на основании ч.1 ст.60.3 УИК РФ надлежит исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении подлежит оставлению без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен. 

При решении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ст.81 УПК РФ.

В соответствии с п.5 ч.2 ст.131 УПК РФ и ч.1 ст.132 УПК РФ с подсудимого ФИО1 подлежат взысканию в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки в виде выплаченных адвокату Захарову А.П. денежных средств за оказание юридической помощи по назначению в ходе расследования уголовного дела в общей сумме 16204 рублей. Оснований для полного либо частичного освобождения ФИО1 от уплаты указанных процессуальных издержек суд не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 303, 304, 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных ст. 319 УК РФ, ч. 1 ст.318 УК РФ, и назначить ему наказание:

- по ст. 319 УК РФ в виде обязательных работ на срок 240 часов;

- по ч. 1 ст. 318 УК РФ в виде лишения свободы сроком на 1 год 6 месяцев, в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание в виде лишения свободы сроком 1 год 6 месяцев заменить наказанием в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 10 % из заработной платы осужденного в доход государства.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим назначить ФИО1 окончательное наказание в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием 10 % из заработной платы осужденного в доход государства.

В силу ч.1 ст.60.2 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации обязать ФИО1 следовать к месту отбывания наказания в исправительный центр самостоятельно.

Срок наказания ФИО1 исчислять со дня прибытия осужденного в исправительный центр.

Меру пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

Возложить на ФИО1 обязанность незамедлительно явиться по вызову Управления Федеральной службы исполнения наказаний РФ 

<

данные изъяты> и исполнить полученное предписание о направлении к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок, в течение которого осужденный должен прибыть к месту отбывания наказания.

Разъяснить осужденному ФИО1, что в случае его уклонения от получения предписания в Управлении Федеральной службы исполнения наказаний РФ 

<

данные изъяты> или неприбытия к месту отбывания наказания в установленный в предписании срок он будет объявлен в розыск и подлежит задержанию на срок до 48 часов, который может быть продлен судом до 30 суток.

Направить вступивший в законную силу приговор в Управление Федеральной службы исполнения наказаний РФ 

<

данные изъяты> для его исполнения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета Российской Федерации 16204 (шестнадцать тысяч двести четыре) рубля в возмещение средств, затраченных на оплату труда адвоката по назначению в ходе расследования уголовного дела. 

Вещественные доказательства: компакт-диск – хранить в материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Заволжский районный суд г. Ульяновска в течение 15 суток со дня провозглашения. 

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение 10 суток с момента получения копии приговора, а также в случае подачи апелляционного представления и апелляционных жалоб другими участниками процесса – в тот же срок с момента их получения ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе пригласить адвоката (защитника) по своему выбору, отказаться от защитника. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток суд вправе предложить осужденному пригласить другого защитника, а в случае отказа – принять меры по назначению защитника по своему усмотрению. 

Председательствующий О.Н. Багно