№ 2-872/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Мелеуз 25 мая 2017 г.

Мелеузовский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего судьи Маликовой А.И.

при секретаре судебного заседания Сиротиной Е.С. 

с участием представителя ответчика ФИО3 по доверенности Голубь П.А.,

представителя третьего лица ФГБУ Национальный парк «Башкирия» ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Башкортостан к ФИО3 ... о сносе самовольной постройки, 

УСТАНОВИЛ:

Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Башкортостан (далее ТУ Росимущества в РБ) обратилось в суд с вышеуказанным исковым заявлением, обосновав его тем, что земельный участок с кадастровым номером 

<

№>, расположенный в 

<

адрес обезличен> находится в федеральной собственности. Участок расположен на территории Национального парка «Башкирия» и имеет категорию – земли особо охраняемых территорий и объектов, назначение – под объекты общего пользования. Как следует из кадастрового паспорта участка, на нем расположен объект капитального строительства с кадастровым номером 

<

№>, нежилое здание – домик, собственником которого по сведениям ЕГРН является ответчик ФИО3 Ответчик не является правообладателем земельного участка, так как участок не предоставлен ему в аренду, пользование. Истец не давал согласие ФИО3 на строительство объекта. Земельный участок не предназначен для строительства недвижимых объектов и любых иных объектов, не связанных с разрешенной на особо охраняемых природных территориях деятельностью. Спорная постройка является самовольной, так как построена на участке, не отведенном для этих целей без разрешительных документов, и подлежит сносу за счет ответчика. Просит признать строение - домик с кадастровым номером 

<

№>, расположенный на земельном участке с кадастровым номером 

<

№>, по адресу: 

<

адрес обезличен>, самовольной постройкой и обязать ФИО3 снести данную постройку своими силами и за свой счет в трехмесячный срок со дня вступления решения в законную силу. 

В судебное заседание представитель истца ТУ Росимущества в РБ не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела, в ответ на возражения ФИО3 по иску направил письменный отзыв, в котором указал следующее. Иск о сносе самовольной постройки может быть предъявлен при наличии в ЕГРН записи о праве собственности на самовольную постройку. Иск о сносе самовольной постройки может быть предъявлен и к лицу, не осуществившему строительство, но являющемуся ее собственником. В данном случае ответчик (собственник самовольной постройки) вправе требовать возмещения убытков от лица, осуществившего самовольное строительство. ФИО3 стал собственником спорной постройки с даты внесения соответствующей записи в ЕГРН, то есть с 10 ноября 2014 г. Следовательно, с 11 ноября 2014 г. начал течь срок исковой давности по предъявляемым к нему требованиям. Исковое заявление отправлено 24 апреля 2017 г., то есть трехлетний срок исковой давности не пропущен. В своих письменных возражениях ответчик подтвердил, что права на земельный участок под самовольной постройкой у него отсутствуют. Самовольная постройка подлежит сносу в силу закона вне зависимости от возможности ее сохранения либо использования. Ответчиком не принимались какие-либо меры по узаконению самовольной постройки. Земельный участок под использование самовольной постройки ответчику не выделялся. Данный земельный участок не сформирован и на кадастровый учет не поставлен. Вопрос о предоставлении земельного участка может быть рассмотрен после разрешения спора по гражданскому делу. 

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела. Его представитель по доверенности Голубь П.А. иск не признала и поддержала письменные возражения на исковое заявление, согласно которым объект недвижимого имущества – домик, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, был приобретен ответчиком у ООО «Мелеуз ВНЗМ» на основании договора купли-продажи от 06 октября 2014 г. Право собственности зарегистрировано 10 ноября 2014 г. В п. 2.1 договора купли-продажи имеется указание, что земельный участок, занимаемый объектом недвижимости, имеет кадастровый 

<

№>, категорию земель – земли особо охраняемых природных территорий и предоставлен продавцу для размещения базы отдыха на праве аренды на основании распоряжения Федерального агентства по управлению государственным имуществом от 13 ноября 2009 г. 

<

№>. Право аренды подтверждается договором аренды земельного участка, расположенного в границах национального парка и являющегося федеральной собственностью, 

<

№> от 13 ноября 2009 г. Договор аренды зарегистрирован 15 октября 2010 г. На момент заключения договора аренды на земельном участке уже имелись домик, бытовое помещение, скважина, трансформаторная подстанция, уборная, пирс. Данные сооружения существовали уже в 1994 году, поскольку были включены в план приватизации АО «Востокнефтезаводмонтаж» от 05 августа 1994 г., что усматривается из договора купли-продажи от 28 мая 2004 г, имеющегося в материалах регистрационного дела на домик. Более ранние документы свидетельствуют, что на основании постановления главы администрации Мелеузовского района от 07 июня 1993 г. земельный участок был отведен АТП-9 под строительство базы отдыха, а еще ранее на основании распоряжения исполкома Мелеузовского районного Совета народных депутатов БАССР от 19 июля 1984 г. была образована комиссия для рассмотрения возможности выдела такого участка. Согласно акту технического обследования земельного участка, испрашиваемого к отводу из состава государственного лесного фонда, от 05 сентября 1984 г. комиссией был согласован выдел земельного участка для строительства зоны отдыха. Право владения спорным строением переходило от одного предприятия к другому, а затем оно оказалось в собственности ФИО3 В регистрационном деле на земельный участок 

<

№> имеется план участка, в котором также изображен данный домик. ООО «Мелеуз ВНЗМ» было ликвидировано в 2016 году. Право аренды по договору от 13 ноября 2009 г. от ООО «Мелеуз ВНЗМ» было передано ОАО «АК ВНЗМ» на основании соглашения от 23 октября 2014 г. Получив в 2015 году в аренду базу отдыха ОАО «АК ВНЗМ», ответчик в 2016 году начал оформление земельного участка под вышеуказанным домиком. При обращении к кадастровому инженеру выяснилось, что земельный участок с кадастровым номером 

<

№> на котором располагается домик, является декларированным и не имеет координат, произвести его раздел технически невозможно, так как у участка отсутствует привязка к местности. Собственник земельного участка (Росимущество) не вносит координаты в базу данных Росреестра. По сведениям кадастрового учета домик находится на участке с кадастровым номером 

<

№>, в связи с чем кадастровый инженер подготовил проект межевания земельного участка для туристического обслуживания с учетом выдела из участка 

<

№>. Поскольку ответчик собирается использовать домик для обслуживания туристов, по его заявке также был изготовлен технический план здания, согласован раздел земельного участка со смежным владельцем ПАО АК «ВНЗМ». Намерен поставить выделенный участок на кадастровый учет и оформить на него право аренды. По данному вопросу с 15 июня 2016 г. занимается перепиской с ТУ Росимущества в РБ, которое в итоге пришло к выводу, что домик является самовольной постройкой. Однако о наличии данной постройки истцу было известно уже при заключении договора аренды от 13 ноября 2009 г. Истец утверждает, что постройка создана на земельном участке, не отведенном для этих целей, и возведена без получения на это необходимых разрешений. Между тем домик предназначен для отдыха и размещения туристов и расположен на земельном участке, предоставленном для размещения базы отдыха. Строительство домика предыдущий владелец осуществил на участке, выделенном в установленном законом порядке, в 2002 году ввел домик в эксплуатацию, в 2009 году зарегистрировал право собственности на объект. Учитывая данные обстоятельства, а также то, что договор аренды земельного участка, на котором расположен объект недвижимости, не признан недействительным, указанный объект не может быть признан самовольной постройкой. Истец не представил доказательств того, что ответчик нарушил какие-либо предписания закона, что созданная постройка не может быть сохранена, а ранее признанное право подлежит прекращению. Ответчику неизвестно, по каким документам осуществлялись строительство и ввод объекта в эксплуатацию в 2002 году, но поскольку база отдыха находится на этом месте уже многие годы и договор аренды земельного участка от 13 ноября 2009 г. исполнялся предыдущим собственником здания ООО «Мелеуз ВНЗМ» и ТУ Росимущества в РБ в течение 5 лет до того, как объект был продан, а о его наличии истцу было известно, то иск не может быть удовлетворен. Разрешение на строительство домика и другие документы, легитимирующие его размещение на территории национального парка, должны были иметься, но их представление в суд невозможно в связи с их несохранностью по истечении длительного периода времени. В 2009 году ООО «Мелеуз ВНЗМ» направило на государственную экологическую экспертизу проект освоения лесов на территории, где расположен домик. Данный проект получил положительное заключение. Также считает, что истец пропустил срок исковой давности, о чем заявляет ответчик. В силу разъяснений п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. 

<

№> исковая давность не распространяется лишь на требования о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан. Данное основание истцом не заявлено, в связи с чем иск не подлежит удовлетворению в связи с пропуском срока исковой давности. На основании изложенного просит отказать в удовлетворении иска ТУ Росимущества в РБ в полном объеме. 

Представитель третьего лица ФГБУ «Национальный парк «Башкирия» ФИО4 просил принять решение на усмотрение суда и пояснил, что Национальный парк «Башкирия» был образован в 1986 году. До 2001 года национальный парк находился в региональном подчинении, с 2001 года – является федеральной собственностью. Период строительства базы отдыха «Монтажник» неизвестен. Однако по имеющимся в национальном парке документам в 2001 году база отдыха уже существовала, земельный участок находился в аренде. Отвод земельного участка был осуществлен АТП-9 в 1993 году. Договор аренды от 04 июня 2001 г. был расторгнут в связи с отменой распоряжения Кабинета Министров РБ от 11 мая 2001 г. 

<

№>, которое оказалось незаконным, поскольку на момент его вынесения Кабинет Министров РБ не имел полномочий предоставлять в аренду федеральные земли. В 2008 году Росимущество заключило с арендатором ООО «Мелеуз ВНЗМ» краткосрочный договор аренды земельного участка сроком на 11 месяцев, а затем 13 ноября 2009 г. – договор аренды сроком на 10 лет. Раз в пять лет ООО «Мелеуз ВНЗМ» готовило проект освоения лесов, который проходил государственную экологическую экспертизу. Из проекта освоения лесов следует, что спорный домик уже имелся на территории базы отдыха. Национальный парк регулярно проводит проверки соблюдения природоохранного законодательства на своей территории. Каких-либо нарушений на рассматриваемом земельном участке установлено не было. Размещение спорного строения соответствует целевому назначению земельного участка. Арендатор исполняет свои обязанности по договору аренды надлежащим образом, претензий к нему не имеется. В настоящее время большинство баз отдыха на берегу Нугушского водохранилища не имеют какой-либо разрешительной документации. Территория застраивалась стихийно. Лишь у 2-3 арендаторов такие документы сформированы и имеются в наличии.

Представитель третьего лица администрации муниципального района Мелеузовский район Республики Башкортостан в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен, просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

Свидетель ФИО1 суду показал, что с 1995 года по 2015 год работал в Мелеузовской монтажной фирме АО «Востокнефтезаводмонтаж», ДООО Мелеузовская монтажная фирма АООТ «ВНЗМ», ДООО Мелеузовская монтажная фирма ОАО «ВНЗМ», ООО «Мелеузовская монтажная фирма ВНЗМ», ООО «Мелеуз ВНЗМ», ОАО АК «ВНЗМ». С 2007 года исполнял обязанности ..., в 2008 году был назначен .... Подтверждает, что в 1995 году база отдыха уже существовала. В 2008 году планировали произвести реконструкцию строений, но не стали, так как для этого требовалось разрешение Правительства РФ. Производился лишь ремонт домиков. Земельный участок находился у предприятия в аренде. Домики строились еще при АТП-9. Каким-образом производился отвод земли, не знает. Какие документы предоставлялись при регистрации права собственности на объекты, не помнит. Разрешения на строительство базы отдыха за все время своей работы не видел.

Из объяснений специалиста ФИО2, работающей ... МУП «Архитектурно-планировочное бюро», следует, что земельный участок с кадастровым номером 

<

№> является декларированным, то есть не имеет координат и границ. Данный участок находится в составе участка с кадастровым номером 

<

№>.

Выслушав участвующих в деле лиц, свидетеля, специалиста, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 36 Конституции Российской Федерации владение, пользование и распоряжение землей и другими природными ресурсами осуществляются их собственниками свободно, если это не наносит ущерба окружающей среде и не нарушает прав и законных интересов иных лиц. Условия и порядок пользования землей определяются на основе федерального закона.

Согласно статье 7 Земельного кодекса РФ земли используются в соответствии с установленным для них целевым назначением. Правовой режим земель определяется исходя из их принадлежности к той или иной категории и разрешенного использования в соответствии с зонированием территорий, общие принципы и порядок проведения которого устанавливаются федеральными законами и требованиями специальных федеральных законов. 

В силу статьи 42 Земельного кодекса РФ собственники земельных участков и лица, не являющиеся собственниками земельных участков, обязаны использовать земельные участки в соответствии с их целевым назначением способами, которые не должны наносить вред окружающей среде, в том числе земле как природному объекту.

Согласно п. 2, п. 3 ст. 76 Земельного кодекса РФ самовольно занятые земельные участки возвращаются их собственникам, землепользователям, землевладельцам, арендаторам земельных участков без возмещения затрат, произведенных лицами, виновными в нарушении земельного законодательства, за время незаконного пользования этими земельными участками.

Приведение земельных участков в пригодное для использования состояние при их загрязнении, других видах порчи, самовольном занятии, снос зданий, сооружений при самовольном занятии земельных участков или самовольном строительстве, а также восстановление уничтоженных межевых знаков осуществляется юридическими лицами и гражданами, виновными в указанных земельных правонарушениях, или за их счет.

Статьей 94 Земельного кодекса РФ установлено, что к землям особо охраняемых территорий относятся земли, которые имеют особо природоохранное, научное, историко-культурное, эстетическое, рекреационное, оздоровительное и иное ценное значение, которые изъяты в соответствии с постановлениями федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации или решениями органов местного самоуправления полностью или частично из хозяйственного использования и оборота и для которых установлен особый правовой режим. К землям особо охраняемых территорий относятся земли особо охраняемых природных территорий.

В соответствии со статьей 95 Земельного кодекса РФ к землям особо охраняемых природных территорий относятся земли государственных природных заповедников, в том числе биосферных, государственных природных заказников, памятников природы, национальных парков, природных парков, дендрологических парков, ботанических садов.

На землях государственных природных заповедников, в том числе биосферных, национальных парков, природных парков, государственных природных заказников, памятников природы, дендрологических парков и ботанических садов, включающих в себя особо ценные экологические системы и объекты, ради сохранения которых создавалась особо охраняемая природная территория, запрещается деятельность, не связанная с сохранением и изучением природных комплексов и объектов и не предусмотренная федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации. В пределах земель особо охраняемых природных территорий изменение целевого назначения земельных участков или прекращение прав на землю для нужд, противоречащих их целевому назначению, не допускается.

Согласно преамбуле к Федеральному закону от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» особо охраняемые природные территории - участки земли, водной поверхности и воздушного пространства над ними, где располагаются природные комплексы и объекты, которые имеют особое природоохранное, научное, культурное, эстетическое, рекреационное и оздоровительное значение, которые изъяты решениями органов государственной власти полностью или частично из хозяйственного использования и для которых установлен режим особой охраны.

Особо охраняемые природные территории относятся к объектам общенационального достояния.

Согласно п. 1 ст. 12 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» национальные парки относятся к особо охраняемым природным территориям федерального значения. В границах национальных парков выделяются зоны, в которых природная среда сохраняется в естественном состоянии и запрещается осуществление любой не предусмотренной настоящим Федеральным законом деятельности, и зоны, в которых ограничивается экономическая и иная деятельность в целях сохранения объектов природного и культурного наследия и их использования в рекреационных целях.

В соответствии с п.п. «д» п. 2 ст. 15 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» на территориях национальных парков запрещается любая деятельность, которая может нанести ущерб природным комплексам и объектам растительного и животного мира, культурно-историческим объектам и которая противоречит целям и задачам национального парка, в том числе строительство магистральных дорог, трубопроводов, линий электропередачи и других коммуникаций, а также строительство и эксплуатация хозяйственных и жилых объектов, за исключением объектов, размещение которых предусмотрено пунктом 1 настоящей статьи, объектов, связанных с функционированием национальных парков и с обеспечением функционирования расположенных в их границах населенных пунктов.

Согласно ст.ст. 34, 37 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды» размещение, проектирование, строительство, реконструкция, ввод в эксплуатацию, эксплуатация, консервация и ликвидация зданий, строений, сооружений и иных объектов, оказывающих прямое или косвенное негативное воздействие на окружающую среду, осуществляются по утвержденным проектам с соблюдением требований технических регламентов в области охраны окружающей среды.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 222 Гражданского кодекса РФ (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил. 

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно п. 3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом за лицом, осуществившим постройку на не принадлежащем ему земельном участке, при условии, что данный участок будет в установленном порядке предоставлен этому лицу под возведенную постройку.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, где осуществлена постройка. В этом случае лицо, за которым признано право собственности на постройку, возмещает осуществившему ее лицу расходы на постройку в размере, определенном судом.Право собственности на самовольную постройку не может быть признано за указанными лицами, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц либо создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Из смысла ст. 222 Гражданского кодекса РФ следует, что постройка признается самовольной, если установлено, что она имеет хотя бы один признак такой постройки.

Если недвижимое имущество, право на которое зарегистрировано, имеет признаки самовольной постройки, наличие такой регистрации не исключает возможности предъявления требования о его сносе (п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. 

<

№> «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Как следует из материалов дела и подтверждается сведениями ЕГРН, земельный участок с кадастровым номером 

<

№>, расположенный в Мелеузовском районе РБ в границах ФГБУ Национальный парк «Башкирия», находится в федеральной собственности. Участок имеет категорию – земли особо охраняемых территорий и объектов, назначение – под объекты общего пользования. 

Таким образом, на данном земельном участке, расположенном в границах национального парка, действует особый порядок пользования земель, запрещающий строительство объектов, не связанных с разрешенной на особо охраняемых природных территориях деятельностью.

Между тем, на указанном земельном участке, имеющем назначение «под объекты общего пользования» расположен объект капитального строительства с кадастровым номером 

<

№>, нежилое здание – домик, собственником которого является ответчик ФИО3 Объект имеет адрес (местоположение) – 

<

адрес обезличен>.

Указанные обстоятельства, в том числе расположение спорного нежилого здания (домика) на территории ФГБУ Национальный парк «Башкирия» в границах земельного участка с кадастровым номером 

<

№>, ответчиком не оспариваются и подтверждаются представленными в дело картами (картами квартальной сети, функционального зонирования национального парка, публичной кадастровой картой).

Из карты-схемы функционального зонирования ФГБУ Национальный парк «Башкирия» следует, что 58 квартал находится к рекреационной зоне данного национального парка. 

Согласно публичной кадастровой карте 

<

адрес обезличен>. 

В 2016 году ответчик ФИО3 трижды обращался в ТУ Росимущества в РБ с заявлением об утверждении схемы расположения земельного участка с условным номером 

<

№> площадью 4050 кв.м на кадастровом плане территории для использования в целях туристического обслуживания, в удовлетворении которого было отказано в связи с несоответствием представленной схемы установленной законом форме и требованиям к ее содержанию и подготовке.

В письме ТУ Росимущества в РБ от 10 ноября 2016 г. ФИО3 даны разъяснения о необходимости предварительного согласования предоставления земельного участка в соответствии со ст. 39.15 Земельного кодекса РФ.

После чего ФИО3 подал заявление о предварительном согласовании предоставления земельного участка, которое было возвращено заявителю на доработку и устранения замечаний, в том числе для предоставления документов, подтверждающих основания возникновения права собственности ответчика на спорный объект недвижимости – домик с кадастровым номером 

<

№>. 

До момента рассмотрения настоящего гражданского дела запрашиваемый земельный участок в аренду, пользование ФИО3 не предоставлен. Доказательства наличия вещного права в отношении земельного участка, на котором расположен принадлежащий ответчику объект капитального строительства, в материалах дела отсутствуют. 

Несмотря на то, что земельный участок находится в рекреационной зоне национального парка, его назначение в настоящее время «под объекты общего пользования» не соответствует целям размещения на нем каких-либо туристических баз отдыха. 

Согласно ст. 262 Гражданского кодекса РФ граждане имеют право свободно находиться на не закрытых для общего доступа земельных участках и использовать имеющиеся на них природные объекты в пределах допускаемых законом.

Земельный участок, на котором расположена спорная постройка, находится на береговой полосе водного объекта общего пользования – Нугушского водохранилища, и в силу п. 12 ст. 1 Градостроительного кодекса РФ относится к территориям общего пользования, которыми предоставлено право пользоваться неопределенному кругу лиц с учетом ограничений, установленных законодательством об особо охраняемых природных территориях. 

Представленные в дело документы не свидетельствуют о надлежащем предоставлении земельного участка для размещения базы отдыха в соответствии с нормами действовавшего законодательства.

Так, из текста распоряжения исполкома Мелеузовского районного Совета народных депутатов БАССР от 19 июля 1984 г. следует, что указанный орган местного уровня намеревался создать комиссию для выбора земельного участка в районе Нугушского водохранилища под строительство базы отдыха для коллектива автобазы № 9 треста «Башкирстройтрнас». 05 сентября 1984 г. был составлен акт технического обследования земельного участка, испрашиваемого к отводу из состава государственного лесного фонда. 

Указанные документы не являются документами, подтверждающими, что отвод земельного участка был завершен в 1984 году, а кроме того они не подписаны, не утверждены, и следовательно, являются лишь проектами.

Постановление главы администрации Мелеузовского района РБ от 07 июня 1993 г. 

<

№> и приложенный к нему список землепользователей не может подтверждать факт законного отвода Авто-транспортному предприятию № 9 земельного участка в квартале 

<

№> ГП Национальный парк «Башкирия» во временное пользование под размещение базы отдыха. 

В указанный период действовал Закон РСФСР от 19 декабря 1991 г. № 2060-1 «Об охране окружающей природной среды», нормы которого не относили решение вопросов, касающихся управления природно-заповедным фондом, в том числе национальными парками, к компетенции органов местного самоуправления. Природно - заповедный фонд находился в ведении и управлении специально уполномоченных на то государственных органов Российской Федерации, республик в составе Российской Федерации в области охраны окружающей природной среды.

Таким образом, глава администрации Мелеузовского района РБ был не вправе распоряжаться землями Национального парка «Башкирия», образованного в 1986 году и не относящегося к природной зоне местного значения. Следовательно, земельный участок был занят в 1993 году самовольно.

Кроме того, из плана и абриса участка, отведенного АТП-9 согласно постановлению главы администрации Мелеузовского района РБ от 07 июня 1993 г. № 260, следует, что данный участок находится 

<

адрес обезличен> и не имеет границ с Нугушским водохранилищем. Тогда как земельный участок, на котором находится спорная постройка, большей своей частью расположен 

<

адрес обезличен> и находится непосредственно на берегу указанного водоема. 

В связи с чем у суда отсутствуют основания полагать, что по постановлению главы администрации Мелеузовского района РБ от 07 июня 1993 г. 

<

№> был предоставлен именно тот земельный участок, который был использован под застройку базы отдыха «Монтажник» и на территории которого находится спорная постройка.

Все в последующем заключенные договоры аренды земельного участка также не могут быть приняты во внимание судом как надлежащие доказательства по делу. 

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Право сдачи имущества в аренду принадлежит его собственнику. Арендодателями могут быть также лица, управомоченные законом или собственником сдавать имущество в аренду (ст. 608 ГК РФ).

Земли национального парка отнесены к объектам федеральной собственности в силу прямого указания закона (п. 4 ст. 27 и ст. 95 Земельного кодекса РФ).

В ст. 17 Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особых охраняемых природных территориях» ранее закреплялось право на передачу в аренду земельных участков национальными парками.

Положениями постановления Правительства РФ от 03 августа 1996 г. № 926 также предусматривалась возможность передачи земель национальных парков в аренду их дирекциями.

Однако после введения в действие Земельного кодекса РФ в 2001 году национальные парки такое право утратили в силу п. 4 ст. 20 ЗК РФ.

Договор аренды земельного участка под обустройство и обслуживание базы отдыха в квартале 58 выдел 18, 19 Бельского лесничества, заключенный 04 июня 2001 г. между Национальным парком «Башкирия» (арендодатель) и ДООО ММФ АООТ «Востокнефтезаводмонтаж», был расторгнут соглашением его сторон в связи с отменой распоряжения Кабинета Министров от 11 мая 2001 г. 

<

№>, на основании которого данный договор был заключен. Как пояснил в судебном заседании представитель ФГБУ Национальный парк «Башкирия» ФИО4, указанное распоряжение от 11 мая 2001 г. 

<

№> было отменено как противоречащее закону, не предоставлявшему субъекту Российской Федерации право распоряжаться федеральной собственностью. 

На момент подписания представленных в дело договоров аренды от 18 февраля 2005 г. и от 18 декабря 2006 г. между ФГУ Национальный парк «Башкирия» и ООО «Мелеуз ВНЗМ» также действовал установленный нормами земельного законодательства запрет обладателям постоянного (бессрочного) пользования земельными участками на распоряжение ими. Таким образом, данные договоры были заключены в противоречии с нормами действовавшего законодательства и являются ничтожными в силу ст. 168 ГК РФ.

Ссылки ответчика на договор аренды от 13 ноября 2009 г. являются необоснованными по следующим основаниям. 

В соответствии с п.п. 1 и 3 ст. 607 Гражданского кодекса РФ в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

В договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

В силу п.п. 1 и 2 ст. 611 Гражданского кодекса РФ арендодатель обязан предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора аренды и назначению имущества.

Согласно п. 3 ст. 6 Земельного кодекса РФ земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

По смыслу приведенных норм предметом договора аренды может быть только земельный участок, который индивидуализирован, существует на момент заключения договора как объект прав, в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды, последствием заключения договора аренды является передача земельного участка во владение и пользование арендатора.

Между тем, переданный в аренду по договору от 13 ноября 2009 г. земельный участок с кадастровым номером 

<

№> в натуре не существовал и не существует в настоящее время, что подтверждается сведениями Государственного кадастра недвижимости, согласно которым данный земельный участок поставлен на кадастровый учет как ранее учтенный объект недвижимости, без определения координат и границ в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Следовательно, договор аренды от 13 ноября 2009 г. в силу ст. 168 Гражданского кодекса РФ также является ничтожной сделкой, поскольку предмет договора как объект гражданских правоотношений отсутствовал на момент заключения договора и не мог быть передан в аренду. 

Доводы ответчика о том, что договор аренды исполнялся, не свидетельствует о его действительности. Данные доводы могли быть приняты во внимание при решении вопроса о заключенности договора в том случае, если предмет соглашения существовал в натуре как объект гражданских правоотношений, но в договоре аренды не были бы индивидуализированы его признаки. 

Соглашение от 23 октября 2014 г. о передаче прав и обязанностей по договору аренды земельного участка с кадастровым номером 

<

№> от ООО «Мелеуз ВНЗМ» новому арендатору ОАО «АК ВНЗМ» заключено без уведомления и получения согласия арендодателя, что также противоречит действующему законодательству.

Согласно п. 2 ст. 615 Гражданского кодекса РФ арендатор вправе сдавать арендованное имущество в субаренду (поднаем) и передавать свои права и обязанности по договору аренды другому лицу (перенаем) лишь с согласия арендодателя. Таким образом, в любом случае личность арендатора имеет существенное значение для арендодателя и перевод арендатором прав и обязанностей по договору аренды на другое лицо без ведома и одобрения арендодателя не допускается. 

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, в том числе если это необходимо для защиты публичных интересов. 

Поскольку вышеуказанные договоры аренды были заключены с нарушением закона, они являются ничтожными с момента их заключения и не влекут никаких правовых последствий. 

Учитывая, что ответчиком не представлены, а судом не добыты доказательства того, что земельный участок был предоставлен в установленном порядке для возведения спорной постройки либо впоследствии после окончания строительства – под ее размещение, имеются основания для признания данной постройки самовольной. 

Кроме того, строительство спорной постройки осуществлено без проектной документации, прошедшей государственную экологическую экспертизу и без получения разрешения на строительство. Доказательств обратного в деле не имеется. 

Согласно доводам ответчика фактически строительство базы отдыха было начато ранее 1994 года. 

В представленной в дело технической документации год завершения строительства (ввод в эксплуатацию) спорного домика указан - 2002 год. 

В указанные периоды времени сначала действовал Закон РФ от 14 июля 1992 г. «Об основах градостроительства в Российской Федерации» (ст. 11), затем Градостроительный кодекс РФ 1998 года (ст. 62) (утратил силу с введением в действие Градостроительного кодекса РФ 2004 года), требовавшие получение разрешения на строительство при возведении объектов капитального строительства. 

С декабря 1995 года действует Федеральный закон от 23 ноября 1995 г. № 174-ФЗ «Об экологической экспертизе», ранее него действовал Закон РСФСР от 19 декабря 1991 г. № 2060-1 «Об охране окружающей природной среды», нормы которых в значимый по данному гражданскому делу период времени устанавливали обязательное проведение государственной экологической экспертизы до принятия решений о реализации объекта экологической экспертизы, в частности в отношении проектной документации объектов, строительство, реконструкцию которых предполагается осуществлять на землях особо охраняемых природных территорий. 

Ввод в эксплуатацию представляет собой выполнение действий удостоверяющих выполнение строительства, реконструкции объекта капитального строительства в полном объеме в соответствии с разрешением на строительство, проектной документацией, разрешенному использованию земельного участка, а также ограничениям, установленным в соответствии с земельным и иным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, до ввода в эксплуатацию в отношении объекта капитального строительства, располагающегося на особо охраняемой природной территории федерального значения, должна была быть подготовлена проектная документация, прошедшая государственную экологическую экспертизу, получено разрешение на строительство. 

Учитывая, что по имеющимся в деле документам спорная постройка была завершена строительством в 2002 году, то в данном случае в силу ст. 21 Градостроительного кодекса 1998 года разрешение на строительство (ввод в эксплуатацию) подлежало выдаче Правительством РФ. 

Представленный в дело проект освоения лесов, изготовленный Национальным парком «Башкирия» в 2009 году и получивший положительное заключение государственной экологической экспертизы в апреле 2011 года, содержит в себе комплекс мероприятий, запланированных в соответствии с лесохозяйственным регламентом лесничества национального парка для осуществления рекреационной деятельности в 18 выделе 58 квартала и не свидетельствует о проведении экологической экспертизы в отношении объекта капитального строительства – спорной самовольной постройки. 

Оснований полагать, что документы, разрешающие строительство спорного объекта, имелись, но были утрачены, у суда не имеется.

Как пояснил представитель ФГБУ Национальный парк «Башкирия» ФИО5, строительство баз отдыха на берегу Нугушского водохранилища происходило стихийно в отсутствие каких-либо проектных и разрешительных документов. Свидетель ФИО1 (бывший работник и руководитель предприятия ООО «Мелеуз ВНЗМ», осуществившего первичную регистрацию права собственности на домик в ЕГРН) также пояснил, что не видел какой-либо разрешительной документации на спорный домик. 

При наличии таких документов, они бы имелись в регистрационном деле. 

Кроме того, выдача разрешения на строительство объекта на земельном участке, не предоставленном для его возведения, не снимает запрета на такое строительство, установленного законами, градостроительными и строительными нормами и правилами. 

Несоответствие возведенного строения целевому назначению земельного участка, на котором оно расположено, является достаточным основанием для того, чтобы признать постройку самовольной и обязать застройщика снести ее. 

Доводы о том, что истцом пропущен срок исковой давности, основаны на неверном толковании норм права. 

Согласно ст. 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. 

В силу абз. 5 ст. 208 Гражданского кодекса РФ исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ).

Таким образом, длительность нарушения права не препятствует удовлетворению негаторного иска, каковым и являются заявленные требования. 

В данном случае иск о сносе самовольной постройки предъявлен с целью пресечения нарушения требований законодательства в области охраны окружающей природной среды и не связан с нарушением гражданского права конкретного лица, в связи с чем установленные Гражданским кодексом РФ правила об исковой давности применению не подлежат.

Учитывая, что спорный объект – нежилое здание (домик) с кадастровым номером 

<

№> обладает признаками самовольной постройки, поскольку возведен на земельном участке, не отведенном для этих целей, в отсутствие разрешения на его возведение и без прошедшей государственную экологическую экспертизу проектной документации, а также принимая во внимание, что решение о предоставлении занимаемого земельного участка в пользование ответчика уполномоченным органом собственника до настоящего времени не принималось, суд находит исковые требования подлежащими удовлетворению и возлагает на ФИО3 обязанность по освобождению земельного участка от самовольно возведенного строения путем его демонтажа и вывоза в течение трех месяцев со дня вступления решения в законную силу. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Республике Башкортостан к ФИО3 ... о сносе самовольной постройки удовлетворить.

Обязать ФИО3 ... снести самовольную постройку – нежилое здание (домик) с кадастровым номером 

<

№>, расположенный по адресу: 

<

адрес обезличен>, путем его демонтажа и вывоза в течение трех месяцев со дня вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд РБ через Мелеузовский районный суд РБ в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Решение принято в окончательной форме 29 мая 2017 г. 

Председательствующий судья: А.И. Маликова 

...

...