Дело № 2-10/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

26 февраля 2018 года город Казань

Казанский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Сердитого Э.А.,

при секретаре Ермолаевой Е.С.,

с участием представителя истца - Федерального государственного казённого военного образовательного учреждения высшего образования 

<

изъято> (далее - КВТККУ) - ФИО2, представителя ответчика ФИО3 - адвоката Бикчурина Т.Х.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению КВТККУ к бывшему военнослужащему данного военного училища 

<

изъято> ФИО3 о взыскании материального ущерба,

установил:

КВТККУ обратилось в военный суд с иском о взыскании с ФИО3 в свою пользу денежных средств в размере 97520 рублей 28 копеек, в счёт возмещения материального ущерба.

Представитель КВТККУ - ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал и пояснил, что в период прохождения ФИО3 военной службы в должности 

<

изъято> различными службами КВТККУ установленным порядком ответчику, под отчёт, выдавалось имущество военного училища. Приказом командира начальника КВТККУ от 19 ноября 2015 года № 217 ответчик исключён из списков личного состава военного училища. В ходе передачи ФИО3 дел и должности была выявлена недостача выданного ему имущества. Так, по вещевой службе военного училища, за ФИО3 выявлена недостача в размере 63439 рублей 80 копеек, по квартирно-эксплуатационной службе - 26977 рублей 22 копеек, по службе связи - 5979 рублей 6 копеек, по инженерной службе - 1124 рублей 20 копеек. По результатам административного расследования установлено, что недостача произошла ввиду невыполнения ответчиком своих обязанностей по сохранности полученного им под отчёт имущества, а общий размер недостачи, с учётом степени износа, составил 97520 рублей 28 копеек.

Полагая, что при увольнении с военной службы ответчик закреплённое за ним имущество не сдал и в настоящее время в добровольном порядке не погасил задолженность по недостаче, ФИО2 просил исковые требования удовлетворить и взыскать с ФИО3 в пользу КВТККУ денежные средства в размере 97520 рублей 28 копеек.

Адвокат Бикчурин, назначенный судом в соответствии со ст. 50 ГПК Российской Федерации в качестве представителя ответчика ФИО3, в судебном заседании исковые требования не признал и просил суд в их удовлетворении отказать. Бикчурин пояснил, что расчёт взыскиваемых денежных средств произведён верно, однако полагал, что хранение утраченного имущества не входило в должностные обязанности ФИО3.

В судебном заседании были представлены и исследованы следующие доказательства.

Копией приказа начальника 

<

изъято> от 4 октября 2011 года №04 подтверждается исполнение ФИО3 должностных обязанностей.

Выпиской из приказа Министра обороны Российской Федерации (по личному составу) от 20 июля 2012 года № 1806 подтверждается назначение ФИО3 на должность 

<

изъято>.

Из копий требований-накладных, заявок, передаточных ведомостей и накладных установлено, что в период с октября 2011 года по февраль 2014 года ФИО3 от соответствующих должностных лиц и служб КВТККУ под отчёт получено 60 наименований материальных средств, о чём в указанных документах ФИО3 поставлена личная подпись.

Согласно выписке из приказа главнокомандующего Сухопутными войсками (по личному составу) от 7 сентября 2015 года № 44 ФИО3 уволен с военной службы, в связи с невыполнением условий контракта (подп. «в» п. 2 ст. 51 Федерального закона «О воинской обязанности и военной службе»).

По акту приёма (сдачи) дел и должности, составленного комиссией и подписанного ФИО3, установлено, что с 21 по 23 октября 2015 года ФИО3 сдал, а ФИО1 принял дела и должность 

<

изъято>.

Из подписанных ФИО3 актов приёма-передачи имущества от 21 октября и 12 ноября 2015 года следует, что за ответчиком перед квартирно-эксплуатационной службой обнаружена недостача 13 наименований материальных средств, а перед вещевой службой - 29 индивидуальных спальных мешков.

В соответствие со справками-расчётами от 12 и 16 ноября 2015 года за ФИО3 числится задолженность материальных средств, с учётом степени износа, по квартирно-эксплуатационной службе в размере 26977 рублей 22 копеек, по службе связи - 5979 рублей 6 копеек, по вещевой службе - 63439 рублей 80 копеек, по инженерной службой - 1124 рублей 20 копеек.

Из заключения административного расследования, проведённого по факту выявления недостачи имущества при сдаче ФИО3 дел и должности, следует, что общий размер недостачи выданного ответчику различными службами военного училища под отчёт имущества, с учётом степени износа, составил 97520 рублей 28 копеек. ФИО3 объективных причин возникновения за ним недостачи имущества не привёл, от дачи письменных объяснений отказался. Полагая, что ФИО3, являясь материально ответственным лицом, свои обязанности по обеспечению сохранности вверенного ему имущества не выполнил, что привело к утрате выданного ответчику имущества военного училища и причинению реального ущерба, принято решение о привлечении ФИО3 к полной материальной ответственности.

Выпиской из приказа начальника вышеназванного военного училища от 18 ноября 2015 года № 888 подтверждается, что при проведении административного расследования установлено причинение ФИО3 ущерба в размере 97520 рублей 28 копеек.

По выписке из приказа начальника КВТККУ (по строевой части) от 19 ноября 2015 года № 217 установлено, что ФИО3 исключён из списков личного состава военного училища.

Изучив доводы искового заявления, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, исследовав письменные доказательства, суд полагает, что исковые требования КВТККУ подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Федеральным законом от 12 июля 1999 года № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих» установлены условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причинённый ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закреплённому за воинскими частями, а также определён порядок возмещения причинённого ущерба.

Как следует из ст. 2 и п. 1 ст. 3 указанного Федерального закона, военнослужащие несут материальную ответственность только за причинённый по их вине реальный ущерб, под которым понимается утрата или повреждение имущества воинской части, расходы, которые воинская часть произвела, либо должна произвести для восстановления, приобретения утраченного или повреждённого имущества, а также излишние денежные выплаты, произведённые воинской частью. Имуществом воинской части, среди прочего являются, все виды вещевого имущества, иные виды военного имущества и другие материальные средства, являющиеся федеральной собственностью и закреплённые за воинской частью.

Согласно статьям 5, 6 и 9 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» военнослужащие несут материальную ответственность в полном размере ущерба в случаях, когда ущерб причинён военнослужащим, которому имущество было передано под отчёт для хранения, перевозки, выдачи, пользования и других целей. Размер причинённого ущерба определяется по фактическим потерям, на основании данных учёта имущества воинской части и исходя из цен, действующих в данной местности на день обнаружения ущерба, с учётом степени износа имущества по установленным на день обнаружения ущерба нормам, но не ниже стоимости лома (утиля) этого имущества. В случае, когда причинивший ущерб военнослужащий уволен с военной службы и не был привлечён к материальной ответственности, взыскание с него ущерба производится судом по иску, предъявленному командиром воинской части, в размере, установленном настоящим Федеральным законом.

Анализ указанных норм позволяет суду прийти к выводу о том, что действующим законодательством командованию воинской части предоставлено право требовать взыскания с военнослужащего стоимости утраченного им имущества воинской части, которое было передано военнослужащему под отчёт для хранения и пользования. 

В судебном заседании установлено, что в период прохождения с октября 2011 года по ноябрь 2015 года военной службы по контракту в КВТККУ, ФИО3 под отчёт получено 60 наименований имущества военного училища, что подтверждается исследованными судом копиями передаточных документов, содержащих подпись получателя - ФИО3.

Судом также установлено, что при сдаче ФИО3 в октябре 2015 года дел и должности ввиду увольнения его с военной службы в связи с невыполнением условий контракта выявлена недостача выданных ответчику различными службами КВТККУ (вещевая, квартирно-эксплуатационная, инженерная службы и служба связи) 17 наименований материальных средств, о чём соответствующими службами КВТККУ были составлены справки-расчёты.

По факту выявленной недостачи проведено административное расследование, согласно которому размер причинённого военному училищу ущерба, с учётом степени износа, составил 97520 рублей 28 копеек.

Позиция представителя ответчика о том, что хранение материальных средств не входило в должностные обязанности ФИО3, и в связи с чем, по его мнению, обязанность по обеспечению сохранности данного имущества на ФИО3 не могла возлагаться, признаётся судом несостоятельной, поскольку положениями Руководств по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооружённых Силах Российской Федерации, утверждённых приказами Министра обороны Российской Федерации от 23 июля 2004 года № 222, от 27 августа 2012 года № 2222 и от 3 июня 2014 года № 333, ротное хозяйство организует командир роты. На него возлагаются руководство ротным хозяйством, контроль за его состоянием и обеспечение военнослужащих положенными материальными ценностями. Командир роты организует получение материальных средств через своих заместителей, командиров взводов, старшего техника (техника) и старшину роты.

При этом согласно статьями 144 и 145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента РФ от 10 ноября 2007 года № 1495, командир роты в мирное и военное время отвечает за состояние и сохранность вооружения, военной техники и другого военного имущества роты, за ведение ротного хозяйства и обязан сличать один раз в месяц данные ротного учёта материальных средств с учётными данными полка.

Вышеуказанная позиция представителя ответчика также опровергается исследованными в судебном заседании доказательствами личного получения ФИО3 60 наименований имущества военного училища.

Напротив, факт доведения до Бериева сведений об обнаружении за ним недостачи материальных средств подтверждается исследованными судом актами приёма (сдачи) имущества, подписанных ФИО3 и составленных при сдаче ответчиком дел и должности.

Кроме этого, суд учитывает, что вопреки положениям ст. 56 ГПК Российской Федерации ответчиком и его представителем не представлено каких-либо доказательств сдачи ФИО3 в полном объёме в соответствующие службы КВТККУ ранее полученного им имущества.

На основании изложенного, суд считает установленным, что ФИО3, получив под отчёт для хранения и пользования 60 наименований материальных средств, должных мер по обеспечению сохранности полученного им имущества не принял и при увольнении с военной службы часть выданного ему имущества в виде 17 наименований материальных средств не возвратил, чем причинил КВТККУ материальный ущерб в размере 97520 рублей 28 копеек, что подтверждается представленным истцом расчётом, проверенным судом.

Суд также учитывает, что в настоящее время отсутствуют какие-либо объективные данные, позволяющие при определении размера подлежащих взысканию с ответчика денежных средств применить статью 11 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», определяющую условия уменьшения размера ущерба, подлежащего возмещению. 

На основании изложенного, так как КВТККУ входит в состав Министерства обороны Российской Федерации и является получателем материальных средств, являющихся федеральной собственностью и закрепленных за военным училищем, суд считает правильным взыскать с ФИО3 в пользу КВТККУ денежные средства в размере 97520 рублей 28 копеек.

Кроме этого, поскольку требования истца, освобождённого в силу закона от уплаты государственной пошлины, удовлетворены в полном объёме, руководствуясь положениями ст. 103 ГПК Российской Федерации, п. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации и п. 3 ст. 333.18 Налогового кодекса Российской Федерации суд полагает необходимым взыскать с ФИО3 в доход бюджета Вахитовского муниципального района города Казани (по месту расположения Казанского гарнизонного военного суда) государственную пошлину в размере 3126 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК Российской Федерации, военный суд

решил:

Исковое заявление Федерального государственного казённого военного образовательного учреждения высшего образования 

<

изъято> к бывшему военнослужащему данного военного училища 

<

изъято> ФИО3 о взыскании материального ущерба, удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу Федерального государственного казённого военного образовательного учреждения высшего образования 

<

изъято> денежные средства в размере 97520 (девяносто семь тысяч пятьсот двадцать) рублей 28 копеек.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета Вахитовского муниципального района города Казани судебные расходы по делу в размере 3126 (три тысячи сто двадцать шесть) рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Приволжский окружной военный суд через Казанский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме - 2 марта 2018 года.

Судья Э.А. Сердитый