Дело № 2-1795/18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 октября 2018 года г. Магнитогорск

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кульпина Е.В.,

при секретаре Витушкиной Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Зетта Страхование» о признании смерти страховым случаем, обязании исполнить обязательства по договору комплексного страхования,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «Зетта Страхование» о признании смерти страховым случаем, обязании исполнить обязательства по договору комплексного страхования.

В обоснование заявленных требований указала, что она состояла в браке с ФИО2 

20.03.2014 года между ними (ФИО1, ФИО2) и ПАО «Промсвязьбанк» был заключении кредитный договор 

<

***> на приобретение квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен> с суммой займа 1 000 000 рублей, сроком на 180 месяцев.

В качестве обеспечения исполнения обязательства по кредитному договору 

<

***> от 20.03.2014 года между ФИО1 и ООО «Зетта Страхование» 17.03.2017 года был заключен Договор (полис) комплексного ипотечного страхования КИС № 0008476132, по условиям которого ФИО2 был застрахован по рискам: смерть в результате несчастного случая или болезни; постоянная полная утрата трудоспособности в результате несчастного случая или болезни. 

Страховая сумма - 492 620 руб. 51 коп.

Срок действия договора страхования с 00 часов 21.03.2017 года по 24 часа 20.03.2018 года.

Выгодоприобретателем в пределах непогашенной задолженности заемщика по кредитному договору на дату наступления страхового случая указано ПАО «Промсвязьбанк».

<

дата обезличена> года ее супруг скончался, что подтверждается Свидетельством о смерти от 12.01.2018 года. 

Согласно Справки о смерти № 208 от 12.01.2018 года причиной смерти ФИО2 явилась 

<

данные изъяты>.

18.01.2018 года истец направила в ООО «Зетта Страхование» заявление о наступлении страхового случая в связи со смертью застрахованного лица (Гавриш Д.В).

В письме полученным истцом 12.04.2018 года (исх. № 5090) страховая компания, ссылаясь на Акт судебно-медицинского исследования 

<

номер обезличен>, выданный ГБУЗ «Челябинское областное бюро Судебно-медицинской экспертизы», которым установлено, что смерть ее супруга наступила от 

<

данные изъяты> и п. 4.4.3 Правил комплексного ипотечного страхования от 02.02.2015 года, не признана смерть ФИО2 страховым случаем.

Однако истец полагает, что данный вывод страховой компании не соответствует действительности, поскольку ее супруг никогда не употреблял наркотиков, не состоял на учете в ГБУЗ «Областной наркологический диспансер», не привлекался и не задерживался в состоянии наркотического или иного опьянения, постоянно проходил предрейсовые осмотры, являлся отличным семьянином и замечательным отцом.

В связи с чем полагает, что смерть ее супруга является страховым случаем.

Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, предусмотренные ст.ст. 961, 963, 964 ГК РФ в данном случае отсутствуют. 

Полагает, что отказом в страховой выплате ответчик нарушает ее права и законные интересы, поскольку она вынуждена продолжать в полном объеме оплачивать ежемесячные платежи по кредиту.

Кроме того, отказом в перечислении страховой суммы ей причинен моральный вред (физические и нравственные страдания), поскольку ее супруга фактически обвинила в употреблении наркотических средств, чего он никогда не совершал, а она вынуждена, находясь в состоянии беременности, доказывать неправомерность действий страховой компании.

Истец, ссылаясь на положения ст.ст. 309-310, 961, 963, 964 ГК РФ, ст. 9 Закона РФ от 27.11.1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» ст. ст. 13,15 Закона РФ «О защите прав потребителей», просит суд, признать смерть ФИО2, наступившую 

<

дата обезличена> года страховым случаем; обязать ООО «Зетта Страхование» исполнить обязательства по Договору (полис) комплексного ипотечного страхования КИС № 0008476132 от 17.03.2017 года путем перечисления денежных средств в размере 492 620 рублей 51 копейка на ссудный счет ФИО1, открытый в ПАО «Промсвязьбанк» для погашения задолженности по кредитному договору 

<

***> от 20.03.2014 года; взыскать с ООО «Зетта Страхование» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., штраф в размере 50% от взыскиваемой суммы (том 1 л.д. 3-8).

Истец ФИО1 в судебном заседании на заявленных исковых требованиях настаивала, просила удовлетворить в полном объеме. 

Давая пояснения, подтвердила обстоятельства указанные ею в иске, указав, что смерть её супруга наступила в пределах срока действия договора страхования и является страховым случаем, поскольку наступила в результате 

<

данные изъяты> наркотики ее супруг никогда не употреблял. Основания для освобождения ответчика от выплаты страховой суммы отсутствуют.

Представитель истца ФИО1 – ФИО3, участвующая в судебном заседании по устному ходатайству истца, позицию истца, а также требования указанные в иске поддержала, просила удовлетворить в полном объеме.

Указала, что ответчик в своем отказе в выплате страхового возмещения указывает на то, что смерть ФИО2 наступила в результате отравления синтетическим наркотиком. 

Однако из представленных в материалы дела документов (характеристик, медицинских карточек), а также пояснений, данных истцом в ходе судебного разбирательства следует, что ФИО2 никогда не употреблял наркотиков, не состоял на учете в ГБУЗ «Областной наркологический диспансер», не привлекался и не задерживался в состоянии наркотического или иного опьянения, постоянно проходил предрейсовые осмотры, поскольку его постоянным местом работы являлась компания, занимающаяся пассажирскими перевозками. Кроме того, из Акт судебно-медицинского исследования 

<

номер обезличен> следует, что смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>.

Экспертным заключением, вынесенным по результатам судебно-медицинской экспертизы, также однозначно установлено, что категория смерти ФИО2 квалифицирована как несчастный случай.

Более того, как следует из справочников содержащих маркировку наркотических веществ, перечень указанных веществ постоянно расширяется, в него вносятся все новые и новые вещества и их производные. Указанные вещества могут иметь совершенно разные агрегатные состояния. Могут содержаться, в том числе и в совершенно безобидных бытовых вещах, как то освежитель воздуха, ароматические смеси для ароматизации воздуха и т.д. В связи с чем, следует сделать вывод о том, что ФИО2 мог и не знать о том, что указанное вещество является наркотическим. Образ жизни умершего, место его работы, отношение к семье, ожидание второго ребенка, позволяют характеризовать умершего исключительно с положительной стороны. Таким образом, намеренное употребление наркотических веществ умершим не представляется возможным.

Полагает, что выводы о том, что смерть ФИО2 могла быть спровоцирована нахождением в состоянии наркотического опьянения, носит вероятностный характер и не свидетельствует о наличии прямой причинно-следственной связи между смертью ФИО2 и нахождением его в состоянии наркотического опьянения.

Договором страхования предусмотрено, что ФИО2 застрахован на случай смерти от несчастного случая или болезни, а также постоянной полной утраты трудоспособности в результате несчастного случая или болезни.

Поскольку, прямая причинно-следственная связь между употреблением наркотических веществ и смертью ФИО2 не установлена не материалами дела, ни актом медицинского исследования трупа, ни экспертным заключение, основания для отказа в выплате страхового возмещения у ответчика отсутствуют. 

Кроме того, страховым случаем по договору страхования является смерть застрахованного лица. Данный случай обладает признаками вероятности и случайности, указанные признаки относятся к событию, а не к причинам возникновения этого события. Таким образом, причина смерти застрахованного лица правового значения не имеет, поскольку страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное законом или договором, а не причины его вызвавшие, в связи с чем основания для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, отсутствуют.

Требования о взыскании морального вреда и штрафа подлежат удовлетворению как производные от основного.

Также следует учесть, что истец, безусловно, испытала и испытывает нравственные страдания, поскольку она потеряла мужа, находясь на крайних сроках беременности, в настоящий момент она находится в декретном отпуске, а значит, лишена возможности зарабатывать денежные средства, необходимые для содержания своей семьи, осуществления ежемесячных платежей по действующему кредиту. При этом квартира, приобретенная посредством указанного займа, является единственным жильем для истца и ее детей и в случае несвоевременной оплаты по договору истец и ее дети рискуют остаться без жилья. Все это негативно сказывается на психологическом состоянии истца и отражается на ее малолетних детях.

Представитель ответчика ООО «Зетта Страхование», в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил, доказательств в подтверждение наличия уважительных причин неявки суду не представил, и отложить разбирательство дела суд не просил (том 2 л.д. 65). 

В представленных отзывах на исковое заявление представитель ответчика ООО «Зетта Страхование» - ФИО4, действующая на основании доверенности № 1039 от 26.10.2017 года (л.д. 39), требования истца не признала, указав, что они являются незаконными и необоснованными. Просила в удовлетворении требований истца отказать в полном объеме.

Указала, что в силу ст. 929 ГК РФ, обязанность страховщика выплатить страховое возмещение возникает только в случае наступления предусмотренного в договоре страхования события – страхового случая.

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (п.2 ст. 9 Закона РФ от 27.11.1992 года № 4015-1)

17.03.2017 года между ФИО1 и ООО «Зетта Страхование» в соответствии с Правилами комплексного ипотечного страхования от 02.02.2015 года был заключен договор страхования КИС № 0008476132 по которому застрахованным лицом является ФИО2

Страховые риски: смерть в результате несчастного случая или болезни; постоянная полная утрата трудоспособности в результате несчастного случая или болезни. 

Согласно п.4.3.3. Правил комплексного ипотечного страхования от 02.02.2015 года, не являются страховыми случаями события, наступившие в результате действий совершенных застрахованным в состоянии алкогольного, наркотического и/или токсического опьянения. В результате употребления им наркотических, сильнодействующих лекарственных препаратов и психотропных веществ без предписания врача. 

18.01.2018 года в страховую компанию от ФИО1 поступило заявление о выплате страхового возмещения в связи с наступление страхового случая (смерть ФИО2), рассмотрев которое страховая компания путем направления уведомления почтой (исх № 18/8 от 22.01.2018 года) известила истца о необходимости предоставления надлежаще заверенных копий, а также направила запросы во все надлежащие инстанции в том числе в Магнитогорское межрайонное отделение ГБУЗ «Челябинское областное бюро Судебно-медицинской экспертизы» о предоставлении протокола паталогоанатомического вскрытия трупа ФИО2

10.04.2018 года ответчиком был получен Акт 

<

номер обезличен> судебно – медицинского исследования, согласно которому смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>. На основании полученного Акта истцу было отказано в признании смерти ФИО2 страховым случаем.

Поскольку, экспертным заключением, составленным по результатам проведенной ООО «Центр судебной медицины» судебной экспертизы, Акт № 55 судебно – медицинского исследования трупа, в котором установлено содержание в крови и моче ФИО2 

<

данные изъяты>, а также диагноз – 

<

данные изъяты> не опровергнут, правовые основания для удовлетворения требований истца отсутствуют.

В случае удовлетворения требований истца просила применить положения ст. 333 ГК РФ, а также учесть, что истцом не доказан факт причинения ей действием (бездействием) ответчика морального вреда (том 1 л.д. 87-88, том 2 л.д. 67-68).

Представитель третьего лица ПАО «Промсвязьбанк», в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещался надлежащим образом, причину неявки суду не сообщил, доказательств в подтверждение наличия уважительных причин неявки суду не представил, и отложить разбирательство дела суд не просил (том 2 л.д. 66). 

Суд, заслушав пояснения истца и его представителя, исследовав письменные материалы дела, ознакомившись с позицией ответчика, изложенной в отзывах на исковое заявление, приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований исходя из следующего.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

Страховым риском согласно ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» является предполагаемое событие, на случай наступления, которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления. Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Пунктом 1 ст. 929 ГК РФ предусмотрено, что обязанность страховщика по выплате страхового возмещения возникает при наступлении страхового случая.

Страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения и страховой суммы в случаях установленных законом (ст. ст. 961, 963 и 964 ГК РФ) или договором (п. 1 ст. 964 ГК РФ).

Согласно п.1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В силу п. 1 ст. 422 ГК РФ, договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения, то есть стороны не вправе заключать договор на условиях, противоречащих закону.

Частью 1 ст. 934 ГК РФ, предусмотрено, что по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключён договор.

В соответствии со ст. 940 ГК РФ договор страхования может быть заключен путем составления одного документа (ч. 2 ст. 434 ГК РФ) либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком. 

В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абз. 1 настоящего пункта документов. Страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные

В силу ч.2 ст. 942 ГК РФ при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.

Из содержания приведенных норм следует, что стороны сами могут определить, какое объективно совершившееся событие, наступление или не наступление которого не зависит от действия (бездействия) и субъективного отношения страхователя к этому обстоятельству, будет являться страховым случаем, а какое событие не будет относиться к таковым.

Частями 1 и 2 ст. 943 ГК РФ предусмотрено, что условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

В силу ст.431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20.03.2014 года между ФИО1, ФИО2 и ПАО «Промсвязьбанк» был заключении кредитный договор 

<

***> (ипотечное кредитование) на приобретение квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес обезличен>, общей площадью 61,50 кв.м, кадастровый номер 

<

номер обезличен>, с суммой займа 1 000 000 рублей, процентная ставка 12% годовых, сроком на 180 месяцев (том 1 л.д. 16-33).

17.03.2017 года между ФИО1 и ООО «Зетта Страхование» в обеспечение исполнения обязательств по кредитному договору от 20.03.2014 года 

<

***> был заключен Договор (полис) комплексного ипотечного страхования КИС № 0008476132 на период с 00 часов 21.03.2017 года по 24 часа 20.03.2018 года. 

Страховая сумма по страхованию имущества составила 985 241 рубль 03 копейки; общая страховая сумма по личному страхованию составила 985 241 рубль 03 копейки, индивидуальная страховая сумма для ФИО1 – 492 620 рублей 52 копейки (Застрахованный 1), индивидуальная страховая сумма для ФИО2 - 492 620 рублей 51 копейка (Застрахованный 2).

Выгодоприобретателем в пределах непогашенной задолженности заемщика по кредитному договору на дату наступления страхового случая указано ПАО «Промсвязьбанк».

В качестве страховых случаев по личному страхованию согласно условиям договора были застрахованы следующие страховые риски:

- смерть Застрахованного в результате несчастного случая или болезни;

-постоянная полная утрата Застрахованным трудоспособности (установление I, II группы инвалидности) в результате несчастного случая или болезни.

Страховая выплата при наступлении смерти Застрахованного – в размере индивидуальной страховой суммы, установленной для данного Застрахованного на период страхования, в течении которого произошел страховой случай.

Обязательства по оплате страховой премии страхователем были исполнены надлежащим образом, что подтверждается материалами дела (том 1 л.д. 10-12, том 2 71). 

Как следует из материалов дела, Договор (полис) комплексного ипотечного страхования КИС № 0008476132 был заключен в соответствии с Правилами комплексного ипотечного страхования, утвержденными Приказом Генерального директора ООО «Зетта Страхование» от 02 февраля 2015 год, которые являются неотъемлемой частью договора страхования.

Согласно Правилам страхования, страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления, которого производится страхование. 

Страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.

В рамках настоящих Правил страхования, под несчастным случаем понимается внезапно произошедшее непредвиденное кратковременное (в течение нескольких часов) событие, связанное с воздействием из вне (в т.ч. противоправные действия третьих лиц), в результате которого причиняется вред здоровью Застрахованного или наступает его смерть.

Пунктом 4.1.3. раздела 4 Правил страхования, предусмотрено, что страховым случаем по договору личного страхования, заключенному на основании настоящих Правил является причинение вреда жизни или здоровью Страхователя (Застрахованного) вследствие наступления следующих событий:

4.1.3.1. Смерть Застрахованного в результате несчастного случая или болезней; 

4.1.3.2. Постоянная полная или частичная утрата общей трудоспособности с установлением I или II группы инвалидности в результате несчастного случая или болезней;

Указанные события признаются страховыми случаями, если они произошли (впервые наступили) в течении действия договора страхования и явились следствием несчастного случая или болезни Застрахованного, при этом:

- несчастный случай, следствием которого они явились, впервые произошел в период действия договора страхования;

- болезнь, следствием которой они явились, впервые диагностирована в период действия договора страхования, если договором не предусмотрено иное. 

Пунктом 4.4.3. раздела 4 Правил страхования, предусмотрено, что не являются страховыми случаями по личному страхованию события, наступившие в результате действий, совершенных Застрахованным в состоянии алкогольного, наркотического и/или токсического опьянения, в результате употребления им наркотических, сильнодействующих лекарственных препаратов и психотропных веществ без предписания врача, а также вызванные психическими/психоневрологическими расстройствами или эпилептическими приступами и связанными с этим изменениями личности и/или характера, про которые Застрахованный знал или должен был знать до заключения договора страхования (том 2 л.д. 81-109). 

Таким образом, из буквального толкования приведенных выше условий договора страхования, заключенного между ФИО1 и ООО «Зетта Страхование», Правил страхования, следует, что смерть застрахованного лица, наступившая в результате действий, совершенных Застрахованным в состоянии алкогольного, наркотического и/или токсического опьянения, в результате употребления им наркотических, сильнодействующих лекарственных препаратов и психотропных веществ без предписания врача, страховым случаем не является.

Подписывая страховой полис, ФИО1 подтвердила, что с Правилами страхования она ознакомлена и согласна, Условия страхования, содержащиеся в Правилах, договоре страхования, приложениях и дополнительных соглашениях к нему ей разъяснены и понятны. Правила страхования ей вручены.

В период действия вышеуказанного договора страхования – 

<

дата обезличена> года наступила смерть ФИО2, что подтверждается копией свидетельства о смерти серии 

<

данные изъяты> выданного 

<

дата обезличена> года, ее причиной согласно справки о смерти 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> года, медицинскому свидетельству о смерти серии 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> года (предварительное), явилась 

<

данные изъяты> (том 1 л.д. 9, 13-14).

Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенным старшим следователем Орджоникидзевского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Челябинской области от 16 января 2018 года, в возбуждении уголовного дела по факту смерти ФИО2 отказано на основании п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием событий преступлений, предусмотренных ст.ст.105, 107-109, ч. 4 ст. 111 УК РФ.

Из материалов дела следует, что 

<

дата обезличена> года, в связи со смертью ФИО2, ФИО1, обратилась в ООО «Зетта Страхование» с заявлением о страховой выплате по Договору страхования (полис) КИС № 0008476132 от 17.03.2017 года (том1 л.д. 100-102).

Исходящим № 5090 от 12.04.2018 года ООО «Зетта Страхование» ссылаясь на положения п. 4.4.3. Правил комплексного ипотечного страхования от 02.02.2015 года, отказало ФИО1 в выплате суммы страхового возмещения, указав, что согласно Акту судебно-медицинского исследования № 55, выданному ГБУЗ «Челябинское областное бюро Судебно-медицинской экспертизы», смерть ФИО2 наступила от 

<

данные изъяты>, в связи с чем заявленное событие (смерть ФИО2) не сможет быть признано страховым случаем в рамках заключенного между сторонами договора страхования (полис) КИС № 0008476132 от 17.03.2017 года (том 1 л.д. 142).

Установленные в судебном заседании обстоятельства и исследованные материалы сторонами не оспорены.

В связи с отказом страховой компанией в выплате страхового возмещения ФИО1 обратилась с иском в суд.

В силу статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или не совершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел.

При этом объем своего процессуального участия в деле сторона определяет самостоятельно.

Суд учитывает, что в соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно ч.1 ст.57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

Согласно имеющемуся в материалах дела Акту судебно-медицинского исследования № 55 от 26 февраля 2018 года, смерть ФИО2, 

<

дата обезличена> года рождения, наступила от 

<

данные изъяты>, что подтверждается наличием характерных для данного вида смерти морфологических признаков: наличие в крови и моче 

<

данные изъяты>; 

<

данные изъяты>.

При исследовании трупа обнаружены следующие телесные повреждения: ссадина на передне - боковой 

<

данные изъяты>. Эти повреждения прижизненны. Они возникли, как минимум от однократного травматического воздействия (удар, соударение) тупого твердого предмета (предметов) в каждую из указанных анатомических областей за несколько часов до момента смерти, но не более, чем за 12 часов.

Степень выраженности ранних трупных явлений указывает на то, что с момента смерти до момента исследования трупа прошло около двух суток.

После причинения повреждений ФИО2 мог совершать самостоятельные действия. В крови трупа алкоголь не обнаружен.

По результатам исследования взамен медицинского свидетельства о смерти серии 

<

номер обезличен> от 

<

дата обезличена> года (предварительного) выдано медицинское свидетельство о смерти серии 

<

данные изъяты> с диагнозом:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

К Акту судебно-медицинского исследования трупа ФИО2 № 55 от 26 февраля 2018 года, прилагаются данные дополнительных лабораторных исследований: Акт судебно - химического исследования № 1244 от 29.01.2018 года, Акт судебно - гистологического исследования № 258р от 12.02.2018 года, Акт судебно-медицинского (судебно - химического исследования № 1244 от 06.02.2018 года (том 2 л.д. 54-63).

В ходе рассмотрения дела представитель истца ходатайствовала о назначении по делу судебно – медицинской экспертизы.

Определением Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 31 июля 2018 года по делу была назначена судебно -медицинская экспертиза, проведение экспертизы поручено ООО «Центр судебной медицины». На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

1. Установить причину смерти ФИО2, 

<

дата обезличена> года рождения и является ли смерть ФИО2, наступившая 

<

дата обезличена> года несчастным случаем?

2. Установить наличие/отсутствие телесных повреждений, степень их тяжести?

3. Имеется ли прямая причинно-следственная связь в наступлении смерти 

<

дата обезличена> года ФИО2, между имевшимися у него телесными повреждениями, а также отравлением синтетическими средствами, обнаруженными в крови?

Согласно экспертному заключению от 09 сентября 2018 года:

Категория смерти ФИО2 квалифицирована как несчастный случай.

Обнаруженные при исследовании трупа ФИО2 повреждения: 

<

данные изъяты> в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО2 не состоят, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека.

<

данные изъяты>, в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО2 не состоит, расценивается как повреждение, причинившие легкий вред здоровью человек.

Отвечая на вопрос о наличии причинно-следственной связь в наступлении смерти 

<

дата обезличена> года ФИО2, между имевшимися у него телесными повреждениями, а также отравлением синтетическими средствами, обнаруженными в крови, экспертом сделан вывод, что обстоятельства смерти ФИО2 не установлены, поскольку доподлинно не установлено, образовались ли обнаруженные на трупе ФИО2 повреждения 

<

данные изъяты> от действий самого потерпевшего или третьих лиц, то есть, достоверно не выявлены (в том числе следственным путем) обстоятельства причинении данных повреждений ФИО2

Также указано, что для установления причины смерти от какого-либо отравляющего вещества, ведущее значение имеет определение его (отравляющего вещества) количества (концентрации) в биологических жидкостях и частях внутренних органов человеческого организма (крови, моче, внутренних органах).

Для отравления синтетическим веществом 

<

данные изъяты>, в настоящее время, нет утвержденных регламентирующих документов, в которых установлена (определена) токсическая количественная концентрация его в биологических жидкостях (кровь, моча, желчь) и во внутренних органах (печень, почка, легкие, головной мозг) являющаяся безусловно смертельной (летальная концентрация), как определена для других отравляющих веществ (в том числе лекарственных и наркотических) (том 2 л.д. 2-35).

Согласно ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а так же достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Разрешая заявленные требования по существу, исследовав представленные сторонами в обоснование своих доводов и возражений доказательства в порядке, предусмотренном ст. 67 ГПК РФ, суд полагает, что оснований считать, что Правила страхования, а также условия Договора страхования (Полиса), являются несогласованными, либо противоречащими положениям Закона РФ «О защите прав потребителей», не имеется. Каких-либо разночтений, а также двоякого толкования данные Правила страхования и условия Договора страхования (Полиса) не содержат.

Судом установлено, что в договоре страхования сторонами согласованы все существенные условия договора, четко выражены его предмет, а так же воля сторон.

Факт заключения договора страхования на указанных условиях и факт получения Правил страхования, подтверждается подписью страхователя.

При этом, из буквального содержания договора страхования, Правил страхования, следует, что обязанность страховщика выплатить страховую сумму возникает только при наступлении страхового случая, предусмотренного договором.

Суд полагает, что заключенный договор страхования соответствует требованиям закона, предъявляемым к сделке такого рода, как по форме, так и по порядку его заключения.

Суд учитывает, что договор страхования (полис) КИС № 0008476132 от 17.03.2017 года не оспорен, доказательств, свидетельствующих об изменении условий договора страхования в материалы дела, не представлено.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что заключая договор страхования, стороны определили характер события, на случай наступления, которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование - это смерть застрахованного лица в результате несчастного случая или болезни. При этом стороны определили, что не всякое событие, обладающее признаком страхового случая, является таковым.

Так стороны договора страхования согласовали, что не признается страховыми случаями и не покрываются настоящим страхованием события, предусмотренные Договором (в том числе смерть Застрахованного), наступившие в результате действий, совершенных Застрахованным в состоянии алкогольного, наркотического и/или токсического опьянения, в результате употребления им наркотических, сильнодействующих лекарственных препаратов и психотропных веществ без предписания врача.

В силу части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта не является обязательным для суда. На основании положения части 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

Принимая во внимание, что судебно-медицинское исследование трупа ФИО2 (Акт судебно-медицинского исследования № 55 от 26 февраля 2018 года) произведено в соответствии с Порядком организации и производства судебно-медицинских экспертиз в государственных судебно-экспертных учреждениях Российской Федерации, утвержденным приказом Минздравсоцразвития РФ от 12.05.2010 года № 346н, государственным судебно-медицинским экспертом, имеющим высшее медицинское образование, специальность врача судебно-медицинского эксперта, первую квалификационную категорию, экспертный стаж 21 год, у суда отсутствуют основания ставить под сомнение изложенные в акте судебно-медицинского исследования трупа выводы и признавать данный акт недействительным.

В связи с чем, суд полагает установленным, что причиной смерти ФИО2 явилось острое отравление синтетическим наркотиком.

Проанализировав указанное выше заключение эксперта, суд полагает, что выводы эксперта ООО «Центр судебной медицины» указанные в экспертном заключении от 09 сентября 2018 года не опровергают выводы, изложенные в Акте судебно-медицинского исследования № 55 от 26 февраля 2018 года, согласно которым смерть ФИО2, 

<

дата обезличена> года рождения, наступила от острого отравления синтетическим наркотиком.

Вывод эксперта о том, что смерть ФИО2 произошла в результате несчастного случая, судом также расценивается как правомерный.

Вместе с тем, в данном случае следует различать понятия «несчастный случай» как причину смерти лица и «несчастный случай» как юридический факт, определенный сторонами договора страхования как событие, рассматриваемое в качестве страхового риска.

В последнем случае данное понятие определено сторонами в Правилах комплексного ипотечного страхования от 02.02.2015 года.

Исследовав и оценив вышеприведенные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что обстоятельства смерти ФИО2 подпадают под описание события, предусмотренного п. 4.4.3 Правилах комплексного ипотечного страхования от 02.02.2015 года, в связи с чем данное событие нельзя признать страховым, поскольку смерть ФИО2 при установленных обстоятельствах, в силу положений Договора страхования, Правил страхования не может расцениваться как страховое событие, наступление которого влечет за собой обязанность страховщика выплатить страховое возмещение.

Кроме того, материалы дела не содержат подтверждений, что отравление ФИО2 наркотическим веществом явилось результатом несчастного случая, как то ошибочное употребление вместо лекарственного препарата, либо результатом противоправных (преступных) действий третьих лиц.

Поскольку произошедшее событие не являлось страховым случаем, у страховщика не возникло обязанности по выплате страхового возмещения. Учитывая основания, по которым страховщик отказал в страховой выплате, ссылка стороны истца в обоснование доводов о неправомерности отказа в страховой выплате на положения ст.ст. 963, 964 ГК РФ, не состоятельна, поскольку положения ст. ст. 963, 964 ГК РФ устанавливают случаи освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения в той ситуации, когда страховой случай наступил, однако в настоящем споре страховой случай не наступил, в связи с чем ссылки стороны истца на вышеназванные положения действующего законодательства основаны на неправильном толковании норм материального права.

Относимых, допустимых и достоверных доказательств того, что смерть ФИО2 является страховым случаем и подлежит возмещению согласно условиям договора страхования, а также доказательств нарушения ответчиком прав истца как потребителя, истцом вопреки требованиям ст.ст. 12, 56, 60 ГПК РФ в материалы дела не предоставлено.

Представленные в материалы дела медицинские документы ФИО2 (медицинская карта, справка ГБУЗ «Областной наркологический диспансер, справка ГБУЗ Областная психоневрологическая больница № 5», медицинское заключение), характеристика на ФИО2 (л.д. 96-97, 151-160), показания истца, что ее супруг наркотические средства не употреблял, не свидетельствуют в подтверждение версии стороны истицы о том, что смерть ФИО2 является страховым случаем.

Таким образом, суд полагает установленным, что смерть ФИО2 наступившая 07.01.2018 года страховым случаем, не является.

Поскольку, в судебном заседании достоверно установлено, что основания для признания смерти ФИО2 страховым случаем отсутствуют, требования истца об обязании ООО «Зетта Страхование» исполнить обязательства по Договору (полис) комплексного ипотечного страхования КИС № 0008476132 от 17.03.2017 года путем перечисления денежных средств в размере 492 620 рублей 51 копейка на ссудный счет ФИО1, открытый в ПАО «Промсвязьбанк» для погашения задолженности по кредитному договору 

<

***> от 20.03.2014 года, являются незаконными и необоснованными, а потому удовлетворению не подлежат.

Установив отсутствие доказательств нарушения прав истца как потребителя, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда и штрафа, поскольку данные требования являются производными от основных требований ФИО1

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Зетта Страхование» о признании смерти страховым случаем, обязании исполнить обязательства по договору комплексного страхования, отказать в полном объеме. 

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца в Челябинский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий: