Дело № 2-305/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 ноября 2018 года город Лермонтов

Лермонтовский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Федотовой Т.М.,

при секретаре Ряполовой С.Н.,

с участием: истца ФИО1, 

ответчика ФИО2 и ее представителя адвоката Кучменко С.Г. по ордеру №с097593 от 27.11.2018 г.,

помощника прокурора г. Лермонтова Передереевой Ю.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что ФИО2 приговором Лермонтовского городского суда от 30 августа 2017 г. признана виновной в совершении преступления предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ и ей назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года. В результате совершенного ФИО2 преступления, выразившегося в неумышленном убийстве ее малолетнего ребенка Л.Д.В. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ей причинен моральный вред. Указывает, что после совершенного преступления ФИО2 никаким образом не пыталась загладить причиненный ей вред, не принесла извинений и соболезнований по поводу причинения смерти ее малолетнему ребенку. Во время похорон ФИО2 не обращалась по поводу оказания какой-либо помощи в проведении похорон и поминальных служб. Наоборот, всячески избегала встречи. В том, что она совершила преступление в отношении ее малолетнего ребенка Л.Д.В. она не раскаивалась и по настоящее время не раскаялась.

Просит суд взыскать с ФИО2 в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования, по основаниям изложенным в иске. 

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования признала частично, просила определить размер компенсации морального вреда с учетом разумности и справедливости и с учетом ее материального положения. 

Помощник прокурора г. Лермонтова Передереева Ю.В. полагала заявленные исковые требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению. 

Выслушав лиц участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит исковые требования законными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

По смыслу статей 151, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае причинения гражданину морального вреда (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В абзаце втором пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Согласно ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 32 постановления от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В соответствии с частью 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено, что приговором Лермонтовского городского суда от 30.08.2017 г. ФИО2 осуждена за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 109 УК РФ, ей назначено наказание в виде ограничения свободы сроком на 2 года. Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам ставропольского краевого суда от 27.10.2017 г. приговор Лермонтовского городского суда от 30.08.2017 г. оставлен без изменения. Приговор вступил в законную силу. 

Как следует из приговора, 07.09.2016 ФИО1, являясь матерью малолетнего Л.Д.В.. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, заключила устный договор с ФИО2, согласно которому последняя обязана была ежедневно с 07 часов 20 минут до 16 часов 00 минут ухаживать за малолетним Л.Д.В. по месту его жительства. 09.09.2016, примерно в период с 07 часов 30 минут до 08 часов 30 минут, ФИО2, находясь по адресу: 

<

адрес>, и осуществляя присмотр за малолетним Л.Д.В., в силу своей небрежности, держа малолетнего Л.Д.В. на руках недостаточно крепко, способом, не обеспечивающим надежное удержание последнего, выпустила малолетнего Л.Д.В. из рук, в результате чего последний упал и при падении ударился головой о твердый тупой предмет с силой, обусловленной высотой падения и массой тела. В результате неосторожных действий ФИО2, малолетнему Л.Д.В. были причинены, согласно заключениям экспертов № 340 от 14.10.2017 и № 92 от 10.02.2017, телесные повреждения, которые по своему характеру опасны для жизни, что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью и состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью ребенка Л.Д.В., которая наступила 16.09.2016 в 17 часов 20 минут в КБ ФФГБУ ФМБА России в г. Лермонтове.

Указанные обстоятельства следуют из материалов дела и сторонами не оспариваются.

Обращаясь в суд с иском, ФИО1 указала, что смерть Л.Д.В. причинила ей нравственные страдания, связанные с потерей ребенка.

Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

При этом следует учитывать, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания в разумных размерах.

Принимая во внимание приведенные выше положения гражданского законодательства о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что истцом понесены страдания, связанные с потерей ребенка, что является невосполнимой утратой, а также обстоятельств, при которых наступила смерть Л.Д.В., степени вины ФИО2 в совершении преступления, в связи с чем, приходит к выводу об обоснованности требований о компенсации морального вреда.

Вместе с тем, суд не может согласиться с размером суммы, заявленной ко взысканию в пользу истца, полагая, что сумма в размере 1 000 000 рублей не отвечает требованиям разумности и справедливости, и с учетом имущественного положения ответчика ФИО2 полагает необходимым уменьшить размер компенсации морального вреда до 200 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

С ответчика ФИО2 подлежит взысканию в бюджет муниципального образования г. Лермонтов государственная пошлина в размере 300 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 – удовлетворить.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного преступлением, в размере 200 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 в бюджет муниципального образования г. Лермонтова государственную пошлину в размере 300 руб. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месяца со дня вынесения решения.

Председательствующий судья Т.М. Федотова