Дело № 2-331/2026 (2-7810/2025;)

50RS0048-01-2025-010239-70

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Химки, Московская область 26 января 2026 г.

Химкинский городской суд Московской области в составе

судьи Тягай Н.Н.,

с участием прокурора ФИО9

при секретаре Софроновой Ю.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» о компенсации морального вреда, третье лицо - ФИО1,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ответчику Государственному бюджетному учреждению здравоохранения 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец указал, что 

<

дата> г. с симптомами острой боли живота, тошнотой и рвотой, повышенной температурой истец был доставлен бригадой скорой помощи в отделение № 1 ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ», где был установлен диагноз – острый аппендицит другой и неуточненный, острый флегмонозный аппендицит. Истцу незамедлительно было проведено оперативное вмешательство – аппендэктомия с использованием видеоэндоскопических технологий. 

<

дата> г. истец был выписан из ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ». Однако, после выписки истец продолжал испытывать боли и дискомфорт. 

<

дата> г. в ГБУЗ ГП № 45 ДЗМ филиал № 2 истцу было проведено контрольное ультразвуковое обследование органов брюшной полости, по результатам которой истец по экстренным показаниям был доставлен в стационар ГБУЗ «ГКБ им. В.В. Вересаева ДЗМ», где ему провели дренирование брюшной полости под контролем ультразвукового исследования в связи с абсцессом правой подвздошной ямки, начавшегося после некачественного лечения в ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ», и 

<

дата> г. выписан из стационара. Истец считает, что в ходе проведения операции и последующего операционного периода медицинским персоналом ответчика ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» были допущены серьезные дефекты и неоказание медицинской помощи надлежащего качества, что привело к развитию послеоперационных осложнений в виде инфильтрата. Просил суд взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 000 000,00 руб.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, направил в суд своего представителя, которые требования иска поддержал в полном объеме, а также указал, что истцу в ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» было рекомендовано снять швы на 7-10 сутки, о том, что ему необходимо было обратиться в поликлинику 

<

дата> г. врач при выписке ему не сообщил, а истец выписной эпикриз не прочитал. В связи с повышением температуры он обратился в поликлинику только 

<

дата> г., из которой его после УЗИ брюшной полости экстренно госпитализировали в больницу, поскольку в это время уже решался вопрос о его жизни.

Представитель ответчика - ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» в судебное заседание явился, представил письменные возражения, которыми указал, что при выписке из больницы истцу было назначено явиться в поликлинику 

<

дата> г., что он не сделал. Установленный истцу диагноз при поступлении в ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» - острый флегмонозный аппендицит – сам по себе свидетельствует о более глубоком поражении и инфицировании тканей и тяжести состояния, а также более длительном восстановительном процессе. И даже после идеально проведенной операции имеется риск послеоперационного абсцесса из-за исходной инфицированности тканей. При этом у истца не наступила стойкая утрата трудоспособности, после проведенного лечения он полностью восстановился. Считает, что лечащим врачом ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» возможно нарушено ведение медицинской документации, в связи с чем, считал требования истца завышенными, просил снизить его размер до 100 000,00 руб.

Третье лицо – лечащий врач ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, сведения о причинах неявки и возражений на иск не представил.

Заслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежащими отклонению, изучив и исследовав материалы дела, суд пришел к следующему.

Так, к числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 

<

дата> г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее - Закон N 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона от 

<

дата> г. N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Закона от 

<

дата> г. N 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Закона от 21 ноября г. 2011 N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Закона от 

<

дата> г. N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В судебном заседании установлено, что 

<

дата> г. с симптомами острой боли живота, тошнотой и рвотой, повышенной температурой истец был доставлен бригадой скорой помощи в отделение № 1 ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ», где был установлен диагноз – острый аппендицит другой и неуточненный, острый флегмонозный аппендицит.

Истцу незамедлительно было проведено оперативное вмешательство – аппендэктомия с использованием видеоэндоскопических технологий.

<

дата> г. истец в удовлетворительном состоянии был выписан из ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ».

Согласно представленной выписке, истцу было рекомендовано снять швы на 7-10 сутки, наблюдение хирурга по месту жительства, а также обязали явкой в поликлинику 

<

дата> г.

Между тем, истец только 

<

дата> г. обратился в ГБУЗ ГП № 45 ДЗМ филиал № 2, где ему было проведено контрольное ультразвуковое обследование органов брюшной полости, по результатам которой истец по экстренным показаниям был доставлен в стационар ГБУЗ «ГКБ им. В.В. Вересаева ДЗМ», где ему провели дренирование брюшной полости под контролем ультразвукового исследования в связи с абсцессом правой подвздошной ямки, и 

<

дата> г. выписан из стационара.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 статьи 151 ГК РФ).

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" определены общие условия возложения обязанности по компенсации морального вреда согласно которым обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей, общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (части 1 - 4).

Для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из разъяснений, изложенный в пунктах 48, 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 

<

дата> N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").

В соответствии с абзацем 2 пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Таким образом, разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению ее прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Принимая во внимание изложенное, применительно к спорным отношениям, в соответствии с действующим правовым регулированием, Государственное бюджетное учреждениюездравоохранения 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» как ответчик по делу, к которому истцом заявлены исковые требования о компенсации морального вреда, должен доказать правомерность действий и поведения сотрудников медицинского учреждения при оказании медицинской помощи истцу, а также отсутствия вины ответчика в причинении вреда здоровью ФИО2

Данные обстоятельства могут быть подтверждены либо опровергнуты только путем проведения по делу судебной экспертизы, так как суд не обладает специальными познаниями в области оказания медицинской помощи гражданам.

В силу действия принципа диспозитивности и состязательности процесса участвующие в деле лица, действуя своей волей в своих интересах, несут риск наступления негативных последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий, в том числе по доказыванию юридически значимых для них обстоятельств дела.

В том случае, если сторона по делу предпочла сэкономить время, силы, средства либо по иным причинам не использовала свое право на заявление ходатайства о проведении судебной экспертизы, она принимает на себя риск вероятных неблагоприятных последствий, в том числе недоказанность юридически значимых для ответчика обстоятельств.

В нарушение вышеуказанных положений о распределении между сторонами по делу бремени доказывания по настоящему спору, доказательств оказания истцу медицинским учреждением надлежащим образом своевременной квалифицированной медицинской помощи, а следовательно и отсутствия вины в причинении вреда здоровью ФИО2 ГБУЗ 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» суду не представлено, ответчиком доводы истца не опровергнуты, ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы представителем ответчика не заявлено.

Достоверных доказательств тому, что при правильной организации лечебного процесса, надлежащей квалификации врачей не имелось возможности оказать пациенту необходимую и своевременную качественную квалифицированную помощь, со стороны медицинского учреждения, суду не представлено.

Таким образом, собранными по делу доказательствами подтверждается нарушение прав истца как потребителя на качественное оказание медицинской помощи, поскольку медицинским учреждением не были приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры, организация обследования и лечебного процесса истца не соответствовала установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения) и как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом, ответчиком не опровергнуты доводы истца о том, что выявленные дефекты оказания медицинской помощи повлияли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, что в свою очередь повлияло на течение заболевания пациента (способствовало ухудшению состояния здоровья после проведенной операции, повлекли неблагоприятный исход).

Истец при этом, как потерпевшая сторона, представила в материалы дела доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Принимая во внимание изложенное, поскольку ГБУЗ 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» не доказаны обстоятельства оказания истцу надлежащим образом медицинской помощи, а, следовательно, не доказано и отсутствие вины в причинении вреда здоровью пациента, оснований для отказа в удовлетворении иска ФИО2 судом не установлено.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу части 2 статьи 98 Закона от 

<

дата> г. N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Закона от 

<

дата> г. N 323-ФЗ).

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Как разъяснено в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", с учетом того, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом суду следует иметь в виду, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В силу п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33"О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности:

существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом);

характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда);

последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В рамках данного спора размер компенсации морального вреда определяется судом с учетом указанных выше положений закона и разъяснений.

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь (ст. 20, ч. 1), как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья (ст. 41, ч. 1), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу вышеуказанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом (ст. 18 Конституции Российской Федерации). В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (п. 1 ст. 150 ГК РФ).

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного ФИО2, суд оценивает в совокупности вышеуказанные незаконные действия причинителя вреда, соотносит их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым относятся, влияющие на степень и характер таких страданий обстоятельства прохождения повторного стационарного лечения с 

<

дата> г. по 

<

дата> г. ГБУЗ «ГКБ им. В.В. Вересаева ДЗМ» после проведенного оперативного вмешательства в ГБУЗ 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница».

Суд также учитывает характер и объем причиненных истцу нравственных и физических страданий, а именно физическую боль, связанную с причинением вреда здоровью (неблагоприятные ощущения и болезненные симптомы, которые проявились у ФИО2 после проведенного оперативного вмешательства в ГБУЗ 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница», что в свою очередь свидетельствует о снижении качества жизни истца); ограничение возможности передвижения в период восстановления после проведения операции;; страдания, относящиеся к душевному неблагополучию, а именно - испытание истцом крайней степени отчаяния ввиду наличия угрозы жизни ФИО6 перед проведением операции; появление у истца чувства унижения от поведения работников медицинского учреждения; невозможность продолжать активную общественную жизнь в период прохождения лечения и восстановления после проведения операции; негативные эмоции, связанные с поведением ответчика, который самоустранился от принятия мер, связанных с компенсацией морального вреда в досудебном порядке, для снижения (исключения) вреда (принесение извинений, денежная форма компенсации морального вреда и т.д.).

Кроме того, суд принимает во внимание, в частности: существо и значимость прав и нематериальных благ ФИО2, которому причинен вред здоровью; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия вследствие причинения вреда здоровью истца), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (неумышленное причинение вреда здоровью), а также последствия причинения ФИО2 страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья в течение периода амбулаторного и повторного стационарного лечения; степенью стойкости утраты трудоспособности.

При определении размера компенсации морального вреда суд также считает необходимым учесть фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, а именно поведение ответчика после выписки пациента из медицинского учреждения, а именно - отказ ответчика от компенсации морального вреда в денежной форме, в добровольном порядке, так и в иной форме (в виде выполнения самим причинителем вреда, действий направленных на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий истца).

Согласно п. 1 ст. 1083 ГК РФ, вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит.

Суд не установлено обстоятельств возникновения вреда причиненного здоровью истца, вследствие умысла ФИО2

Согласно п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Оснований для применения п. 2 ст. 1083 ГК РФ судом также не установлено.

При установленных по делу обстоятельствах, доводы ответчика о том, что установленный истцу диагноз при поступлении в ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» - острый флегмонозный аппендицит – сам по себе свидетельствует о более глубоком поражении и инфицировании тканей и тяжести состояния, а также более длительном восстановительном процессе, не имеют правового значения, поскольку ответчиком не доказаны обстоятельства надлежащего оказания медицинской помощи истцу, а потому и не доказано отсутствие вины ответчика в причинении вреда здоровью пациенту.

Также, суд при определении размера компенсации морального вреда учитывает индивидуальные особенности ФИО2, 

<

дата> г. рождения, влияющие на размер компенсации морального вреда, в частности: получение вреда здоровью в трудоспособном возрасте; состояние здоровья, обусловленного отсутствием психического и социального благополучия истца, ввиду причинения вышеуказанного вреда здоровью, сопряженного с расстройством функций органов и систем организма с осложнениями в виде формирования после операции абсцесса правой подвздошной ямки; а также индивидуальные особенности причинителя вреда.

Так, ГБУЗ 

<

адрес> «ХКБ» является государственным учреждением, осуществляющим важную социальную функцию, финансирование которого осуществляется с бюджета субъекта Российской Федерации.

Вместе с тем, суд отмечает, что определение размера компенсации морального вреда в данном случае не может быть поставлена в зависимость от статуса причинителя вреда и источников его финансирования. Напротив, к деятельности государственных медицинских учреждений применяются повышенные требования законодательства в целях недопущения нарушения прав граждан при оказании им медицинской помощи.

При этом, суд считает необходимым отметить, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Принимая во внимание совокупность вышеуказанных обстоятельств, руководствуясь критериями разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающими принципами, предполагающими установление судом баланса интересов сторон, исходя из значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, а также не обращение истца в поликлинику после проведенной ответчиком операции 

<

дата> г., как указано в выписке, суд приходит к выводу о том, что сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика в размере 150 000,00 руб. соразмерна последствиям нарушения и в полной мере будет компенсировать истцу перенесенные им физические и нравственные страдания, а также устранит эти страдания либо сгладить их остроту, в связи с чем, считает необходимым уменьшить размер компенсации морального вреда с заявленной ФИО2 суммы 1 000 000,00 руб. до указанного размера.

Вышеуказанный размер компенсации причиненных истцу физических и нравственных страданий, в связи с ненадлежащим оказанием ему медицинской помощи, суд считает достаточным при данных обстоятельствах.

Уменьшая заявленный размер компенсации морального вреда до 150 000,00 руб., суд полагает, что данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципом конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения истца.

Таким образом, суд считает, что определенная сумма компенсации морального вреда в должной мере учитывает характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, исходя, в том числе, из индивидуальных особенностей истца и ответчика, является достаточной с точки зрения гражданско-правовой природы взыскиваемой компенсации.

В соответствии с частью первой статьи 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно правилам исчисления государственной пошлины, установленным подпунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, по настоящему спору уплате подлежала государственная пошлина в размере 3 000,00 рублей.

Принимая во внимание, что истец на основании пункта 3 статьи 17 Закона РФ от 

<

дата> N 2300-1 "О защите прав потребителей" от уплаты государственной пошлины освобождена, с учетом принятого судом решения, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина подлежит взысканию с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО2, – удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения 

<

адрес> «Химкинская клиническая больница» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 150 000,00 руб.

В части превышающий размер удовлетворенных требований о компенсации морального вреда, - отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Московской области «Химкинская клиническая больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000,00 руб.

Решение может быть обжаловано в Мособлсуд через Химкинский городской суд в течение месяца.

Мотивированное решение изготовлено 26 января 2026 г.

Судья