Дело № 2-457/2025 20 августа 2025 года

78RS0017-01-2024-008376-87

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Пешниной Ю.В.,

при секретаре Миромановой Ю.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску П.М.А. к ПАО «Промсвязьбанк», Банку ВТБ (ПАО), ПАО «Сбербанк России» о признании кредитных договоров недействительными, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным внесение денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

П.М.А. обратилась в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО «Промсвязьбанк», ПАО «ВТБ», ПАО «Сбербанк России», уточнив требования в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просила признать недействительным кредитный договор от 12 декабря 2023 года заключенный между истцом и ПАО «Промсвязьбанк» и применить последствия недействительности сделки; признать недействительным кредитный договор от 12 декабря 2023 года заключенный между истцом и ПАО «ВТБ» и применить последствия недействительности сделки; признать внесение средств в ПАО «Сбербанк» в сумме 2 850 000 руб. в период с 11 декабря 2023 года по 12 декабря 2023 года недействительным. 

В обоснование заявленных требований истец указала, что 11 декабря 2023 года истец сняла со своего счета в ПАО «Промсвязьбанк» денежные средства в сумме 900 000 руб., 12 декабря 2023 года заключила с ПАО «Промсвязьбанк» кредитный договор на сумму 1 000 000 руб., которые сняла наличными в этот же день. Также 12 декабря 2023 года истец заключила кредитный договор с ПАО «ВТБ» на сумму 1 491 652 руб., которые получила наличными в Банке. После снятия своих денежных средств и кредитных денежных средств истец 12 декабря 2023 года осуществила внесение средств через банкоматы ПАО «Сбербанк России» на счета, которые ей указали неустановленные лица. Таким образом, неустановленные лица похитили денежные средства истца, по данному факту в СУ УМВД России по Петроградскому району возбуждено уголовное дело № по ч.4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Причиной снятия денежных средств и взятия кредитов явилось введение в заблуждение и обман истца неустановленными лицами. Истец осуществляла действия по получению кредитных средств в болезненном психическом состоянии. Истец не могла понимать характер своих действий. Истец ранее не страдала психическим расстройством, лишающим ее способности понимать значение своих действий. Однако в период с 11 декабря 2023 года по 12 декабря 2023 года истец находилась под психологическим воздействие неизвестных лиц, которое заключалось в сообщении ей заведомо ложных сведений относительно цели ее действий, и характеризовалось внезапностью возникновения, массированностью и интенсивностью психологического манипулятивного воздействия, длительно поддерживающего состояния напряжения в условиях ограничения и дефицита времени, запугивания, регулярного контроля, психологического давления. В свою очередь Банки не придали значения столь резкому изменению поведения истца как клиента, которая 11 декабря 2023 года сняла собственные денежные средства в сумме 900 000 руб., и 12 декабря 2023 года обратилась за получением кредита в сумме 1 000 0000 руб. Не было оценено и поведение истца при проведении операции кредитования, которое могло вызвать сомнения в ее волеизъявления. Получил кредит в сумме 1 000 000 руб. истец осуществила снятие денежные средств, при этом Банк не проявил должностей осторожности и осмотрительности при выдаче кредита не обратил внимание на психическое состояние здоровья истца. Банк не воспользовался имеющимися в его распоряжении возможностями: требованием дополнительных подтверждающих документов при оформлении сделки и задержки при проведении платежа по основанию подозрительности операции. Банки уклонились от возможности проверить, имела ли место последние дни нехарактерная мобильная активность в мобильном телефоне клиента, для чего достаточно было попросить предъявить телефон и прокомментировать перечень звонков. Сотрудники Банка ВТБ зная о доходе истца по основному месту в размере 24 930 руб., разрешили вопрос о значительной сумме кредита, не приняв во внимание, что истец является пенсионером. Банк должен был знать, что внезапная заявка о кредита на сумму 1 491 652 руб. со стороны клиента-пенсионера явно свидетельствует о наступлении определенных обстоятельств у клиента, но Банк уклонился от их выявления, пренебрег необходимой осторожностью и безопасностью, и выдал кредит в сумме 1 200 000 руб. 

В судебное заседание явилась истец и ее представитель – адвокат З.С.В., доводы, изложенные в исковом заявлении поддержали, просили заявленные требования удовлетворить.

В судебное заседание явилась представитель ответчика ПАО Банк ВТБ – К.Е.П., поддержала доводы письменных возражений, просила в удовлетворении исковых требований отказать. 

В судебное заседание явился представитель ответчика ПАО «Сбербанк Росси» - Г.н.И., представил письменный отзыв на исковое заявление, просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

В судебное заседание явился представитель ответчика ПАО «Промсвязьбанк» - К.А.В., поддержал доводы письменных возражений и дополнений к ним, просил в удовлетворении исковых требований отказать, в том числе в связи с пропуском истцом срока исковой давности на обращение в суд. 

Изучив материалы дела, выслушав объяснения явившихся участников процесса, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, 12 декабря 2023 года между П.М.А. и ПАО «Банк ВТБ» заключен кредитный договор №V625/0006-0265683 на сумму 1 491 652 руб. сроком на 60 месяцев, дата возврата кредита – 12 декабря 2028 года; цель кредита – стоматологические услуги. 

С целью заключения указанного кредитного договора истец лично обратилась в дополнительный офис № 33 «Каменноостровский, 44». При осуществлении кредитования Банк осуществил фото фиксацию клиента. 

Кредитный договор с ПАО «Банк ВТБ» был подписан в цифровом офисе, т.е. непосредственно через мобильное приложение «ВТБ-Онлайн» установленное на устройстве истца с использованием электронной цифровой подписи. 

После заключения кредитного договора ПАО «Банк-ВТБ» перечислил кредитные средства на счет истца. 

Истец после оплаты страховых премий и дополнительных услуг, получила в кассе ПАО «Банк-ВТБ» на руки денежные средства в сумме 500 000 руб., что подтверждается расходным кассовым ордером № от 12 декабря 2023 года, в кассе Банка в ДО № «Наличная, 51» истец получила на руки 700 000 руб., что подтверждается расходным кассовым ордером № от 12 декабря 2023 года. 

Согласно справке, выданной ПАО «Банк-ВТБ» истец 28 декабря 2023 года полностью погасила задолженность по кредитному договору № от 12 декабря 2023 года. 

Также 12 декабря 2023 года П.М.А. заключила с ПАО «Промсвязьбанк» кредитный договор № на сумму 1 316 000 руб. сроком на 60 месяцев; цель кредита – лечение; при заключении договора ознакомлена с действующей редакций Правил.

Одновременно с оформлением кредитного договора П.М.А. выразила желание быть застрахованной по договору личного страхования, в связи с чем подписала заявление на заключение договора об оказании услуг в рамках программы добровольного страхования «Защита заемщика» от 12 декабря 2023 года №-СО1 и заявление застрахованного лица от 12 декабря 2023 года. 

Кредитный договор с ПАО «Промсвязьбанк» также заключен истцом путем подписания электронной цифровой подписью, достоверность которой не оспаривается П.М.А.

Денежные средства предоставлены истцу ПАО «Промсвязьбанк» путем зачисления их на ее счет №

В тот же день на основании пункта 1.6 заявления истца Банк удержал из средств кредита комиссию в размере 232 744,93 руб. за включение заемщика в программу страхования «Защита заемщика».

Денежные средства в размере 1 000 000 руб. со счета в ПАО «Промсвязьбанк» истец сняла 12 декабря 2023 года через банкомат, остаток кредита в размере 83 255 руб. – 15 января 2024 года направила на частичное досрочное погашение кредита.

С 12 декабря 2023 года П.М.А. застрахована в САО «РЕСО-Гарантия» (страховая премия составила 6 867,45 руб. в соответствии с пунктом 6 заявления застрахованного лица от 12 декабря 2023 года), что подтверждается письмом страховщика от 5 декабря 2024 года. В связи с личным страхованием заемщика ставка по кредиту снижена с 14% годовых до 4% годовых (пункты 4.1, 4.2 кредитного договора, график погашения).

Также из материалов дела следует, что истец являлась клиентом ПАО «Промсвязьбанк» на основании договора банковского счета № от 16 ноября 2021 года, в рамках которого, Банк выпустил на имя истца банковскую карту № и передал ее истцу. 11 декабря 2023 года истцом осуществлено снятие денежных средств на общую сумму 900 000 руб. с банковской карты № выпущенной ПАО «Промсявязьбанк» на имя истца. 

Как указала истец, после снятия своих денежных средств и кредитных денежных средств 12 декабря 2023 года она осуществила внесение средств через банкоматы ПАО «Сбербанк России». 

По данному факту СУ УМВД России по Петроградскому району возбуждено уголовное дело № по ч.4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

В рамках уголовного дела проведена амбулаторная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, в материалы дела представлено заключение комиссии экспертов от 29 февраля 2024 года №

Согласно ответу ПНД № 3 Петроградского района от 21 января 2025 года истец за медицинской помощью в ПНД № не обращалась. 

Также истец поясняла, что лечения по поводу психического состояния не проходила. 

Согласно представленной справке от 29 декабря 2024 года, истец с 26 марта 2018 года по настоящее время работает на 0,5 ставки по внешнему совместительству в 

<

данные изъяты> в должности 

<

данные изъяты>

Истцом заявлены требования о признании кредитных договоров и действий по внесению денежных средств недействительными по основаниям ст. 167, ст. 168, 177 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Определением суда от 3 февраля 2025 года по ходатайству истца по делу была назначена и проведена судебная экспертиза. 

Согласно заключению комиссии экспертов от 27 мая 2025 года № П.М.А. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Оснований не доверять выводам экспертизы у суда не имеется, поскольку она назначена и проведена в соответствии с нормами действующего законодательства, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, в состав комиссии входили компетентные эксперты, обладающие специальными познаниями в области медицины, психиатрии и психологии, имеющие большой стаж работы, их заключение подробно, мотивировано, составлено по результатам изучения материалов дела, эксперты не заинтересованы в исходе дела.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, учитывая выводы заключения комиссии экспертов от 27 мая 2025 года, суд приходит к выводу, что доводы истца о том, что в момент заключения кредитных договоров она находилась в таком состоянии, в котором не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в ходе судебного разбирательства не подтвердились, в связи с чем оснований для признания кредитных договоров недействительным по основаниям ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется.

В силу п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

Согласно п. 2 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, П.М.А. не представлено доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, которые могли бы подтвердить такое обстоятельство как заблуждение истца относительно природы кредитных договоров при заключении договоров.

Истец не отрицает личное подписание документов путем введения код-паролей, оформление кредита в Банке при личном присутствии, ссылаясь лишь на то, что действовала под влиянием мошенников.

Однако данные обстоятельства не являются существенным заблуждением, свидетельствуют о том, что П.М.А. заблуждалась относительно мотивов совершения сделки, тогда как, согласно пункту 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. 

Таким образом, заблуждение о причинах, мотивах совершения сделки не является основанием для признания такой сделки недействительной. 

Кроме того, как следует из п. 5 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон. 

Указание в заключение экспертов на нарушение волеизъявления при совершении сделок сводится к тому, что П.М.А. действовала под влиянием других лиц, однако самого по себе данного факта недостаточно для вывода о недействительности сделки, поскольку истец осознавала, что заключает именно кредитные договоры, по которым получит денежные средства, что вступает в правоотношения с Банками. Хотя П.М.А. и действовала под влиянием неустановленных лиц, но осознавала, какие именно действия совершает, истец понимала, что заключает кредитные договоры, снимает денежные средства и переводит их на счета третьих лиц. 

Учитывая изложенное, существенное заблуждение также истцом не доказано. 

Суд отмечает, что перечисление денежных средств, полученных по кредитным договорам, третьим лицам в связи с мошенническими действиями, но лично истцом, основанием для признания недействительными кредитных договоров также не является, учитывая, что истец был надлежащим образом информирована о кредите, лично получила кредитные денежные средства. 

При таких обстоятельствах кредитные договоры с Банком ВТБ (ПАО) и ПАО «Промсвязьбанк» заключены именно истцом. Для Банков при этом не должно иметь значения, что уже после получения денежных средств, заключения договора, денежные средства были перечислены истцом третьим лицам, Банки вступали в правоотношения именно с истцом, а потому имели все основания полагать, что именно истец вступила с ними в правоотношения, а не иное лицо. 

Суд также принимает во внимание, что при заключении кредитного договора с ПАО «Промсвязьбанк» истец оформила страховку, подписала договор об оказании Банком услуг по включению заемщика в список застрахованных лиц. Это сделано истцом не по указанию третьих лиц, а с целью снижения процентной ставки по кредиту. 

При заключении кредитного договора с Банком ВТБ (ПАО) сотрудник Банка ознакомил истца о возможных мошеннических схемах, что подтверждается памяткой, на которой истец 12 декабря 2023 года поставила свою подпись, подтвердив ознакомление с памяткой. С истцом также провел беседу руководитель отделения Банка о возможных мошеннических действиях. Истец утверждала, что с ней никто не связывался, кредит берет для личных нужд, и под влиянием третьих лиц не находится. Указанные обстоятельства истцом не оспаривались. 

В соответствии с п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст.179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Доказательств того, что Банк ВТБ (ПАО) и ПАО «Промсвязьбанк», как сторона кредитного договора, при его заключении знали или должны были знать о введении клиента в заблуждение или в результате обмана относительно совершения сделки, в материалах дела не имеется. 

Доказательств того, что третьи лица, являлись сотрудниками Банка ВТБ (ПАО), ПАО «Промсвязьбанк» либо ПАО «Сбербанк России» в материалах дела не имеется. 

Что касается перечисления денежных средств иным лицам, то указанное выходит за предмет спора о признании кредитных договоров недействительными, так как представляет собой распоряжение денежными средствами заемщиком. 

Из искового заявления следует, что в период с 11 декабря 2023 года по 12 декабря 2023 года П.М.А., с использованием банкоматов ПАО «Сбербанк России», осуществила переводы денежных средств на счета третьих лиц, открытые в сторонних кредитных организациях.

В силу п. 1 ст. 848 Гражданского кодекса Российской Федерации банк обязан совершать для клиента операции, предусмотренные для счетов данного вида законом, установленными в соответствии с ним банковскими правилами и применяемыми в банковской практике обычаями делового оборота, если договором банковского счета не предусмотрено иное.

Согласно ст. 845 Гражданского кодекса Российской Федерации банк не вправе определять и контролировать направления использования денежных средств клиента и устанавливать другие, не предусмотренные законом или договором банковского счета, ограничения его права распоряжаться денежными средствами по своему усмотрению.

В силу п. 1.27 Положения Банка России от 29 июня 2021 года № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств», банки не вмешиваются в договорные отношения клиентов. Взаимные претензии между плательщиком и получателем средств, кроме возникших по вине банков, решаются без участия банков.

Таким образом, плательщик, при ошибочном перечислении денежных средств на счета получателей платежей, вправе требовать от получателей платежей возврата денежных средств, ошибочно зачисленных на их счета. Также необходимо отметить, что у ПАО «Сбербанк России» отсутствовали основания для отказа в исполнении распоряжений клиента.

Таким образом, правовые основания для удовлетворения заявленных требований у суда отсутствуют. 

При этом суд считает возможным указать на то, что в случае установления виновного в совершении мошеннических действий в отношении истца, последняя не лишена права обратиться к такому лицу с регрессными требованиями.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований П.М.А., 

<

данные изъяты> к ПАО «Промсвязьбанк», ИНН 

<

***>, Банку ВТБ (ПАО), ИНН 

<

***>, ПАО «Сбербанк России», ИНН

<

***> о признании кредитных договоров недействительными, применении последствий недействительности сделки, признании недействительным внесение денежных средств – отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме посредством подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Мотивированное решение суда составлено 20 октября 2025 года.