Дело № 12-138/2021 Судья: Черненко Е.А.

РЕШЕНИЕ

03 марта 2021 года город Челябинск

Судья Челябинского областного суда Майорова Е.Н., при секретаре Кудриной М.Ф., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Челябинского областного суда дело об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1, по жалобе защитника ФИО1 – Абрамовских Е.Ю. на постановление судьи Центрального районного суда г. Челябинска от 30 января 2021 года, 

установил:

постановлением судьи Центрального районного суда г. Челябинска от 30 января 2021 года ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренном частью 2 статьи 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, ей назначено административное наказание в виде административного ареста сроком на трое суток.

Не согласившись с постановлением судьи, защитник ФИО1 – Абрамовских Е.Ю. обратился в Челябинский областной суд с жалобой, в которой просит отменить постановление судьи районного суда. Указывает на отсутствие состава административного правонарушения, отсутствие доказанности в совершении ФИО1 инкриминируемого ей административного правонарушения. Более того считает, что отсутствие прокурора при рассмотрении дела об административно правонарушении нарушило право на справедливое и беспрепятственное судебное разбирательство, поскольку судья осуществил функцию обвинения. Полагает незаконным применение в отношении ФИО1 административного задержания более 12 часов.

ФИО1 в судебном заседании доводы жалобы поддержала.

Защитник Абрамовскх Е.Ю., представители административного органа в судебное заседание в Челябинский областной суд не явились, о времени и месте рассмотрения жалобы извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, ходатайств об отложении рассмотрения дела в адрес суда не направили. На основании пунктов 2, 4 части 1 статьи 30.6 КоАП РФ считаю возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных лиц.

Изучив доводы жалобы, проверив материалы дела в полном объеме, выслушав участника процесса, прихожу к следующим выводам.

Частью 2 статьи 20.2 КоАП РФ установлена административная ответственность за организацию либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных частью 7 настоящей статьи, влечет наложение административного штрафа на граждан в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, или обязательные работы на срок до пятидесяти часов, или административный арест на срок до десяти суток; на должностных лиц - от двадцати тысяч до сорока тысяч рублей; на юридических лиц - от семидесяти тысяч до двухсот тысяч рублей.

Диспозиция указанной выше нормы является бланкетной. На обеспечение реализации установленного Конституцией Российской Федерации права граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги, демонстрации, шествия и пикетирования направлены положения Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон № 54-ФЗ).

Проведение публичного мероприятия должно основываться на принципах законности, выражающейся в соблюдении положений Конституции Российской Федерации, данного закона, иных законодательных актов Российской Федерации, и добровольности участия в публичном мероприятии (статья 3 Федерального закона № 54-ФЗ).

Согласно ч. 4 ст. 5 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее - Федеральный закон № 54-ФЗ) организатор публичного мероприятия обязан подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления уведомление о проведении публичного мероприятия.

В соответствии ч. 5 ст. 5 Федерального закона № 54-ФЗ организатор публичного мероприятия не вправе проводить его, если уведомление о проведении публичного мероприятия не было подано в срок либо если с органом исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органом местного самоуправления не было согласовано изменение по их мотивированному предложению места и (или) времени проведения публичного мероприятия.

Как следует из материалов дела и установлено судьей районного суда, В период с 25 января 2021 года по 27 января 2021 года ФИО1, являясь физическим лицом и активным пользователем Телеграмм-канала «

<

данные изъяты>» в месенджере «

<

данные изъяты>» под ник-неймом пользователя «

<

данные изъяты>)», имеющая права администратора сообщества в указанном телеграмм-канале «

<

данные изъяты>» в месенджере «

<

данные изъяты>» с правом печатать от своего имени и имени администратора, а также добавлять и удалять участников сообщества и информацию, добавляемую участниками сообщества, осуществляла консультирование по организации проведения публичного мероприятия в форме митинга группой лиц без поданного в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия. До проведения указанного публичного мероприятия ФИО1 под ник-неймом «

<

данные изъяты> в мессенджере «

<

данные изъяты>» призывала неограниченный круг лиц принять участие в публичном мероприятии посредством размещения таких призывов в телекоммуникационной сети «Интернет» в социальных сетях и ресурсах, используя ссылки 

<

данные изъяты> в том числе путем размещения обращения с призывом к неограниченному кругу лиц видеозаписи с выступлением неустановленного лица о времени, месте и маршруте шествия в поддержку 

<

данные изъяты> в г.Челябинске 31 января 2021 года в 12 часов 00 минут от памятника Курчатову до Бульвара Славы с указанием маршрута дальнейшего шествия.

Установленное судьей районного суда административное правонарушение ФИО1, подтверждается представленными в дело доказательствами: протоколом об административном правонарушении, рапортами сотрудников правоохранительных органов; письменными объяснениями ФИО1; актами осмотра материалов, с приложением фото скриншотов с указанных страниц, размещенных пользователем «

<

данные изъяты> в мессенджере «

<

данные изъяты>»; видеозаписями, в том числе, видеозаписью к актам осмотра; объяснениями, отобранными у ААТ, ВАЮ; сведениями администрации города Челябинска об отсутствии сведений о поступлении уведомления и согласовании мероприятий от памятника Курчатова в городе Челябинске; видеозаписью с выступлением неустановленного лица о времени, месте и маршруте шествия в поддержку 

<

данные изъяты> в г.Челябинске, а также иными материалами дела.

Все доказательства, имеющиеся в материалах дела, получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ. Оснований для их переоценки не имеется.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ, содержит все необходимые сведения для рассмотрения дела, в том числе в нем полно описано событие вмененного ФИО1 административного правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.2 ст. 20.2 КоАП РФ, имеются сведения о разъяснении ему прав, предусмотренных ст. 25.1, 25.5 КоАП РФ, а также ст. 51 Конституции Российской Федерации. 

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, вынесено с соблюдением срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории дел. Каких-либо неустранимых сомнений в виновности не имеется, положения статьи 1.5 КоАП РФ соблюдены.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления вины ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 20.2 КоАП РФ.

Вывод о наличии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, которые получили надлежащую оценку в судебном постановлении. Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности его вины в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат. Ставить под сомнение достоверность сведений, изложенных в процессуальных документах должностных лиц, в том числе в протоколе об административном правонарушении, оснований не имеется.

В ходе рассмотрения дела судьей Центрального районного суда года Челябинска в соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены все обстоятельства дела, подлежащие доказыванию. В силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения, лицо, являющееся организатором планируемого к проведению публичного мероприятия, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Доводы защитника, приводимые в жалобе об отсутствии доказанности вины ФИО1 в совершении административного правонарушения, является несостоятельным и опровергается совокупностью доказательств, имеющихся в материалах дела, не свидетельствуют об отсутствии в действиях ФИО1 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 20.2 КоАП РФ.

В п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2018 года № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях» разъяснено, что объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, образует организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о его проведении (за исключением случаев проведения публичного мероприятия, уведомление о проведении которого не требуется). При этом исходя из содержания п. 3 ч. 4 и ч. 5 ст. 5 Федерального закона № 54-ФЗ под подачей уведомления в установленном порядке следует понимать, в том числе определение места, времени, условий проведения публичного мероприятия в результате согласительных процедур.

Однако, как следует из материалов дела, в администрацию города Челябинска уведомление о проведении публичных мероприятий (митинг) у памятника Курчатова, а также на иной территории города Челябинска не поступало, мероприятие не согласовывалось.

Доводы жалобы, что ФИО1 имела право на удаление только определенной информации, являлись предметом рассмотрения судьей районного суда, обоснованно отклонены по мотивам, изложенным в постановлении, оснований для их переоценки не имеется.

В силу ч. 1.1 ст. 8 Федерального закона от 19.06.2004 № 54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее по тексту – Закон о публичных мероприятиях) органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации определяют единые специально отведенные или приспособленные для коллективного обсуждения общественно значимых вопросов и выражения общественных настроений, а также для массового присутствия граждан для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера места. 

Законом Челябинской области от 29.06.2006 № 40-ЗО «О некоторых вопросах правового регулирования проведения публичного мероприятия на территории Челябинской области» урегулирован порядок проведения публичных мероприятий на территории Челябинской области.

Постановлением Правительства Челябинской области от 28.12.2012 № 731-П (с изменениями) утвержден Перечень единых специально отведенных или приспособленных для коллективного обсуждения общественно значимых вопросов и выражения общественных настроений, а также массового присутствия граждан для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера мест на территории Челябинской области. Территория где распложен памятник академику ФИО2 не входит в перечень таких мест, что исключает проведение публичных мероприятий.

Следовательно, для проведения публичного мероприятия - митинг в местах, непредусмотренных органом исполнительной власти Челябинской области для таких целей, необходимо уведомление органа местного самоуправления. 

Как следует из правовой позиции Конституционного суда Российской Федерации, высказанной в Постановлении от 18 мая 2012 года № 12-П, в целях обеспечения права граждан Российской Федерации собираться мирно, без оружия, проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования федеральный законодатель, реализуя предоставленные ему Конституцией Российской Федерации полномочия по регулированию и защите прав и свобод человека и гражданина (статья 71, пункты «в», «м»; статья 72, пункты «б», «к» части 1; статья 76, части 1 и 2), установил порядок организации и проведения в Российской Федерации указанных публичных мероприятий в Федеральном законе «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», а меры административной ответственности за его нарушение - в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях (статья 20.2).

В рамках организации публичного мероприятия, каковым названный Федеральный закон признает открытую, мирную, доступную каждому, проводимую в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акцию, осуществляемую по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных объединений и религиозных объединений (пункт 1 статьи 2), предусматривается ряд процедур, которые направлены на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяют избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности (статья 4): так, на организатора публичного мероприятия возлагается обязанность подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или орган местного самоуправления предварительное уведомление, с тем, чтобы довести до их сведения необходимую информацию о планируемом публичном мероприятии (пункт 7 статьи 2, часть 3 статьи 7).

Европейский Суд по правам человека также полагает, что требование подать уведомление о проведении публичного мероприятия не нарушает сущность права, гарантированного статьей 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, оно не только позволяет примирить это право с правами, в частности правом на свободное передвижение, и законными интересами других лиц, но и служит предотвращению беспорядков или преступлений (постановления от 18 декабря 2007 года по делу «ФИО3 Альдемир (Nurettin Aldemir) и другие против Турции» и от 7 октября 2008 года по делу «Мольнар (Molnar) против Венгрии»).

В акте осмотра от 29 января 2021 года, а также видеозаписи зафиксированы организационно-распорядительные действия ФИО1, предопределяющие дальнейший ход публичного мероприятия в форме митинга.

Материалами дела доказано, что ФИО1 вела активные организаторские действия в период с 25 января 2021 года по 27 января 2021 года, в месенджере «

<

данные изъяты>» под ник-неймом пользователя «

<

данные изъяты> имеющая права администратора сообщества в указанном телеграмм-канале «

<

данные изъяты>» в месенджере «

<

данные изъяты>» с правом печатать от своего имени и имени администратора, а также добавлять и удалять участников сообщества и информацию, добавляемую участниками сообщества, осуществляла консультирование по организации проведения публичного мероприятия в форме митинга группой лиц без поданного в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, то есть осуществила действие, которое в соответствии со статьей 4 Закона о публичных мероприятиях относится к организации публичного мероприятия. 

Вопреки доводам жалобы, размещенные ФИО1 в мессенджере «

<

данные изъяты>» сведения, исходя из их содержания, являются организацией публичного мероприятия по смыслу правовых позиций, приведенных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 14 февраля 2013 года № 4-П «По делу о проверке конституционности Федерального закона «О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях и Федеральный закон «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» в связи с запросом группы депутатов Государственной Думы и жалобой гражданина С.Э.», где говорится о праве организатора публичного мероприятия распространять о нем следующие сведения до момента согласования с органом публичной власти места и (или) времени проведения публичного мероприятия: о целях, форме, заявленных месте и времени проведения, предполагаемом количестве участников и других деталях публичного мероприятия, которые, однако, не должны содержать приглашений и призывов принять в нем участие. Спорные же сведения такие призывы со всей очевидностью содержат.

Таким образом, совокупностью представленных доказательств подтверждено нарушение ФИО1 положений Закона о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, обязывающих организатора публичного мероприятия подать в орган исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органа местного самоуправления уведомление о проведении публичного мероприятия, обратного в материалы дела не представлено.

Несогласие ФИО1 и ее защитника с оценкой доказательств, положенных в основу выводов о виновности ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 20.2 КоАП РФ, не свидетельствует о несоответствии обстоятельств дела, изложенных в протоколе об административном правонарушении и постановлении судьи, а также о допущенных нарушения предусмотренных КоАП РФ процессуальных требований, не позволивших всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

При таких обстоятельствах доводы жалобы защитника ФИО1 – Абрамовских Е.Ю. несостоятельны, поскольку являются избранным им способом избежать ответственности за содеянное, и опровергаются совокупностью приведенных выше доказательств.

Позиция заявителя, заключающаяся в том, что судом нарушено право на справедливое судебное разбирательство, нарушен принцип состязательности и равноправия сторон, поскольку судебном заседании прокурор участия не принимал, является ошибочной и подлежит отклонению. 

Участие прокурора при рассмотрении дала об административном правонарушении четко закреплено нормами КоАП РФ. Указание в жалобе о необходимости присутствия стороны обвинения в процессе судья расценивает как неверное понимание закона. Так, перечень дел об административном правонарушении, которые возбуждаются прокурором, закреплен в статье 28.4 КоАП РФ. При этом в перечне статьи 20.2 КоАП РФ, не содержится. В отношении ФИО1 прокурором дело не возбуждалось, а потому его участие при рассмотрении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 не является обязательным. 

Нарушений принципов презумпции невиновности и законности, закрепленных в статьях 1.5, 1.6 КоАП РФ, при рассмотрении дела не допущено.

Ссылка в жалобе на нарушение прав ФИО1, связанных с задержанием более чем на 12 часов, не влечет отмену постановления, поскольку не влияет на правильность выводов суда о наличии в действиях ФИО1 состава правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ.

Из смысла части 1 статьи 27.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях следует, что возможность применения меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении в виде административного задержания связана, в частности, с необходимостью обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, поэтому применение к ФИО1 этой меры не противоречит требованиям Кодекса.

Каких-либо процессуальных нарушений по порядку составления протоколов о применении мер обеспечения производства по настоящему делу не допущено.

Кроме того, действия (бездействие) должностных лиц, связанные с применением мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, могут быть оспорены лицом, к которому применены такие меры, законным представителем этого лица либо прокурором в суд общей юрисдикции по правилам главы 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (пункт 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 июня 2018 года № 28 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях»).

Административное наказание в виде административного ареста сроком на трое суток назначено ФИО1 судьей в пределах санкции ч. 2 ст. 20.2 КоАП РФ, с учетом требований ст. 3.1, 3.9, 4.1 КоАП РФ. При назначении административного наказания судья районного суда учел характер совершенного правонарушения, посягающего на общественный порядок и общественную безопасность, личность правонарушителя, наличие смягчающих ответственность обстоятельств, а также цель административного наказания – предупреждение совершения новых правонарушений, как самим правонарушителем, так и другими лицами.

Существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях, которые не позволили бы всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, при производстве по делу об административном правонарушении не допущено.

При таком положении основания для удовлетворения жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 30.7, 30.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья Челябинского областного суда 

решил:

постановление судьи Центрального районного суда года г. Челябинска от 30 января 2021 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 2 статьей 20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО1 оставить без изменения, жалобу защитника ФИО1 – Абрамовских Е.Ю. – без удовлетворения. 

Судья Е.Н. Майорова