ДЕЛО № 2-1579/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 октября 2018 года г. Барнаул

Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Яковченко О.А.

при секретаре Чернета К.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Железнодорожный районный суд 

<

адрес> с иском к ФИО2, с учетом уточнения исковых требований просил признать договор дарения 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО2 недействительным. Применить последствия недействительности сделки путем включения квартиры в наследственную массу и признания за ним права собственности на ? долю квартиры на основании завещания, взыскать судебные расходы.

В обоснование иска указал, что ДД.ММ.ГГГГ умер его отец ФИО3, который при жизни ДД.ММ.ГГГГ завещал ему часть квартиры по адресу 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ истец обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства и от него в дальнейшем узнал, что данная квартира принадлежит ответчику ФИО2 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ. Полагает, что на момент подписания договора дарения отец не мог осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, не мог понимать значение подписываемого договора ввиду тяжелого психического и физического состояния и имевшегося у него психического расстройства.

В судебном заседании представитель истца по ордеру ФИО4 настаивал на удовлетворении исковых требований по изложенным в иске основаниям.

Ответчик, представитель ответчика по доверенности ФИО14 исковые требования не признали.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. 

С учетом мнения участников процесса, в соответствии с требованиями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца.

Выслушав пояснения представителя истца, ответчика, его представителя, пояснения ранее допрошенных свидетелей, исследовав материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статьям 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В соответствии со ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 являлся собственником квартиры, расположенной по адресу 

<

адрес>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 распорядился своим правом собственности на данную квартиру, заключив со своим внуком ФИО2 договор дарения данной квартиры. 

В силу ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Обосновывая иск указанной нормой, истец просит признать указанную сделку недействительной, поскольку ФИО3 в момент ее совершения не отдавал отчет своим действиям и не мог ими руководить в виду тяжелого психического и физического состояния.

Суд, оценивая добытые доказательства в совокупности, приходит к выводу, что доказательств того, что ФИО3 в момент совершения сделки дарения ДД.ММ.ГГГГ страдал какими-либо заболеваниями, которые лишали бы его возможности понимать значение своих действий или руководить ими, истцом в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ не представлено.

Из всех представленных и истребованных судом медицинских документов следует, что ФИО3 какими-либо психическими заболеваниями не страдал, на учете в психиатрической больнице не состоял. 

Согласно заключению комплексной судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, которое дано на основе исследования всех имеющихся по делу письменных доказательств, амбулаторной карты, показаний свидетелей ФИО5 ФИО6 ФИО7 ФИО8 ФИО9 ФИО10 ФИО11 ФИО12 ФИО13 данных в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО3 на момент совершения сделки дарения квартиры по адресу 

<

адрес>52 - признаков психического расстройства, которое бы лишало ФИО3 на момент подписания договора дарения квартиры способности понимать свои действия и руководить ими, не выявлено.

В соответствии с данным заключением судебно-психиатрических экспертов по данным медицинской документации, показаний свидетелей, у ФИО3 на момент совершения сделки дарения квартиры по адресу 

<

адрес> – ДД.ММ.ГГГГ признаков состояния, обусловленного психическими нарушениями, индивидуально-психолологическими особенностями, значимыми сенсорными дефектами (отмечалось снижение слуха), которое бы лишали его способности понимать значение своих действий, или руководить ими, осознавать правовую природу договора дарения и последствия заключения указанного договора, не выявлено.

Экспертами установлено, что у ФИО3 имелись признаки легкого 

<

данные изъяты> В амбулаторной карте сведений об освидетельствовании ФИО3 на предмет дееспособности и об обращениях истца по данному вопросу нет. В представленных в деле и амбулаторной карте выписках из историй болезни указаний на неадекватное поведение, какие-либо выраженные нарушения психических функций отсутствуют. По соматическому состоянию, особенно в последние годы жизни ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 нуждался в помощи, которую ему оказывали родственники (готовили еду, делали уборку, ремонт). При этом навыки самообслуживания он сохранял до конца своих дней – был аккуратным, опрятным, ежедневно брился. А также был достаточно активным, сам ходил за продуктами, либо поручал их покупку, распоряжался деньгами, выделял деньги на продукты, покупал материалы для ремонта. Самостоятельно обратился к нотариусу и оформил доверенность, с четким указанием зачем, кому, и на какой срок ее дает, а в дальнейшем самостоятельно оформил договор дарения. То есть его состояние было не стабильным, периодически то ухудшалось, то улучшалось, что следует из представленной меддокументации и не отрицалось истцом, который говорил, что у отца были просветления. Таким образом, эксперты сделали вывод, что у ФИО3 имелись признаки 

<

данные изъяты>, которые не достигали степени деменции на момент интересующий суд. Когнитивные нарушения проявлялись, прежде всего, нарушением внимания, негрубым снижением памяти, преимущественно оперативной, и на момент совершения сделки дарения квартиры – ДД.ММ.ГГГГ, не лишали его способности понимать значение своих действий, или руководить ими.

Из психологического анализа представленных на экспертизу материалов следует, что ФИО3 в силу преклонного возраста и наличия заболеваний требовалась помощь окружающих в бытовых вопросах, родственники ему помогали. Тем не менее, ФИО3 сохранил способность к самообслуживанию, контролировал бытовые вопросы (покупки, ремонт), распоряжался деньгами, пользовался телефоном, смотрел телевизор, читал прессу и был в курсе событий в стране и т.д. Он был человеком приветливым, интеллигентным, общительным, подтянутым, аккуратным, порядочным, а также весьма властным, на все имел свое мнение и выражал свою вою, сам принимал решения и требовал подчинения. ФИО3 при оформлении доверенности четко указал, для чего она необходима (конкретно для сбора документов), также четко выразил свою волю, составив дарственную на своего внука, с которым в последние годы жизни поддерживал наиболее близкие доверительные отношения. Психологическое исследование ФИО3 было проведено задолго до спорной сделки, и в нем не отмечено каких-либо индивидуально-психологических особенностей, или нарушений эмоционально-волевой сферы. То есть, исходя из представленных материалов дела, у ФИО3 на исследуемый период времени не отмечалось таких индивидуально-психологических особенностей (как, например, повышенной внушаемости, подчиняемости, и. др.), которые могли существенно снизить, или ограничить его способность понимать значение своих действий (в том числе, повлиять на смысловое восприятие и оценку существа сделки) и руководить ими в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Сенсорные дефекты сами по себе не являются критерием оценки сделкоспособности, однако необходимо отметить, что в пояснениях свидетелей есть лишь указания на снижение слуха у ФИО3, которое в целом не препятствовало общению и пониманию окружающих.

Указанное заключение экспертов истцом не оспаривалось, ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы истцом не заявлялось.

Суд соглашается с выводами экспертов, поскольку судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза по данному делу назначена и проведена в соответствии с требованиями ст.ст.79-86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в ней дан анализ всем медицинским документам, представленным сторонами и пояснениям свидетелей, имеются ответы на все поставленные вопросы. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности и имеют большой стаж работы в соответствующих областях.

В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что доказательств того, что ФИО3 в момент заключения сделки дарения квартиры по адресу 

<

адрес> – ДД.ММ.ГГГГ, находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, истцом, в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представлено.

На основании изложенного, суд полагает требования истца о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности не обоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, 

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Железнодорожный районный суд г. Барнаула. 

Судья О.А. Яковченко