57RS0022-01-2019-001953-39 Дело № 2-1946/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 августа 2019 г. г. Орёл

Заводской районный суд г. Орла в составе 

председательствующего судьи Агибалова В.С.,

при секретаре судебного заседания Егоровой А.Н., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Орловский государственный агарный университет имени Н.В. Парахина» о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности и компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Орловский государственный агарный университет имени Н.В. Парахина» (далее – ФГБОУ ВО Орловский ГАУ, университет) о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности и компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указала, что приказом от 26.10.2018 (номер обезличен)-к была уволена из университета в связи с сокращением штата работников на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ).

На основании решения Заводского районного суда г. Орла от 21.12.2018, вступившего в законную силу 02.04.2019, истец была восстановлена на работе.

Приказом от 28.03.2019 (номер обезличен)-к истец вновь уволена на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

При этом приказом (номер обезличен) от 18.03.2019 она была привлечена к дисциплинарной ответственности в виде замечания за невыполнение распоряжения врио ректора университета (номер обезличен) от 21.01.2019 «О предоставлении отчета по начисленным премиям».

Считает, что дисциплинарное взыскание к ней было применено неправомерно, поскольку в связи с невозможностью исполнения данного распоряжения она неоднократно обращалась в адрес работодателя со служебными записками, в которых указывала причину невозможности исполнения распоряжения.

Полагает, что обоснованность причин невозможности исполнения распоряжения подтверждена созданной работодателем комиссией. Кроме того, дисциплинарное взыскание применено до истечения срока, установленного распоряжением от 27.02.2019 (номер обезличен).

По указанным основаниям истец просила суд признать незаконным и отменить приказ ФГБОУ ВО Орловский ГАУ о наложении дисциплинарного взыскания от 18.03.2019 (номер обезличен), взыскать с ответчика в счет компенсации морального вреда 50 000 руб., а также понесенные судебные расходы.

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель Куренкова Е.В. поддержали исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в иске с учетом письменных объяснений.

Дополнительно представитель истца Куренкова Е.В. просила взыскать в счет возмещения понесенных расходов на оплату услуг представителя 50 000 руб.

Представители ответчика ФГБОУ ВО Орловский ГАУ - ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признали и возражали против их удовлетворения, аргументируя свои возражения доводами, изложенными в письменных пояснениях.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Положениями ст. 21 ТК РФ предусмотрено, что работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину и другие обязанности.

Согласно ст. 189 ТК РФ дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст. 192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу положений ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъясняется, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.). 

Таким образом, из содержания указанных правовых норм и разъяснений Верховного суда Российской Федерации в их системной взаимосвязи следует, что под незаконностью применения дисциплинарного взыскания понимается, либо отсутствие законного основания для его применения (отсутствие факта совершения дисциплинарного проступка), либо несоблюдение работодателем установленного законом порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Вместе с тем, дисциплинарным проступком может быть признано только виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя, то есть для признания соответствующего деяния работника дисциплинарным проступком необходимо наличие совокупности следующих обстоятельств: противоправность поведения работника, наличие его вины (в форме умысла или неосторожности), а также наличие причинно-следственной связи между указанным деянием работника и наступившими неблагоприятными последствиями.

Определение конкретного взыскания отнесено к прерогативе работодателя и определяется им с учетом личности работника, тяжести совершенного проступка и иных существенных обстоятельств.

Из содержания ст. 192 ТК РФ следует, что вина работника в совершении противоправных действий, дающих основание для применения к нему мер дисциплинарного воздействия, является обязательным обстоятельством, подлежащим установлению.

Необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой. В свою очередь вина характеризуется умыслом либо неосторожностью.

Проступок не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Иное толкование вышеуказанных норм Трудового кодекса Российской Федерации, приводило бы к существенному ограничению прав работников, допуская возможные злоупотребления со стороны работодателя при реализации своего исключительного права на привлечение работника к дисциплинарной ответственности, в том числе по надуманным основаниям.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 состояла с ФГБОУ ВО Орловский ГАУ в трудовых отношениях с 19.06.1995, занимала должность проректора по экономике и имущественному комплексу, главного бухгалтера.

В соответствии с дополнительным соглашением (номер обезличен) от 16.12.2016 к трудовому договору (номер обезличен) от 15.05.2015 работодателем ФИО1 предоставлена работа по должности проректора по экономике и имущественному комплексу, главного бухгалтера на период с 16.12.2016 по 15.12.2021.

Должностной инструкцией ФИО1, утвержденной врио ректора университета 23.09.2016, предусмотрено, что проректор по экономике и имущественному комплексу, главный бухгалтер, в том числе обеспечивает рациональную организацию бухгалтерского учета и отчетности в университете и в его подразделениях на основе максимальной централизации учетно-вычислительных работ и применения современных технических средств и информационных технологий, прогрессивных форм и методов учета и контроля; формирование и своевременное предоставление полной и достоверной бухгалтерской информации о деятельности университета, его имущественном положении; законность, своевременность и правильность оформления бухгалтерских документов; правильное начисление и перечисление налогов и сборов в федеральный, региональный и местный бюджет, страховых взносов в государственные внебюджетные социальные фонды, средств на финансирование капитальных бюджетов (раздел 2 должностной инструкции).

Приказом работодателя (номер обезличен)-к от 26.10.2018 ФИО1 уволена по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (сокращение численности или штата работников организации).

Решением Заводского районного суда г. Орла от 21.12.2018, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Орловского областного суда от 02.04.2019, признан незаконным и отменен приказ ФГБОУ ВО Орловский ГАУ об увольнении ФИО1 (номер обезличен)-к от 26.10.2018. ФИО1 восстановлена в должности проректора по экономике и имущественному комплексу, главного бухгалтера университета с 26.10.2018.

Распоряжением врио ректора университета № 11 от 21.01.2019 «О предоставлении отчета по начислениям и выплатам» в связи с выявленными ИФНС России по г. Орлу расхождениями расчетов сумм на доход физических лиц по форме 6-НДФЛ и 2-НДФЛ за 2016, 2017 и 9 месяцев 2018 гг. ФИО1 поручено проверить правильность расчетов (по каждому сотруднику) и заполнения вышеуказанных форм отчетности и представить отчет о проделанной работе в письменной форме в срок до 01.02.2019.

С данным распоряжением ФИО1 была ознакомлена в этот же день в 15-00 часов, что следует из письменных объяснений суду. 

29.01.2019 ФИО1 обратилась на имя врио ректора университета с докладной запиской, в которой ею указывались причины невозможности исполнения вышеуказанного распоряжения, а также сообщалось, какие сведения необходимо предоставить для исполнения распоряжения. 

В частности, ФИО1 отмечалось, что 21.01.2019 в служебном кабинете на компьютер установлена программа ведения бухгалтерского учета, однако необходимые для работы документы для формирования справок о доходах по форме 2-НДФЛ установлены сотрудниками университета только 24.01.2019. Отмечалось, что не установлена налогооблагаемая база и суммы удержанного подоходного налога по обучающимся. Также ФИО1 обращалось внимание на то, что у нее отсутствует возможность проверки правильности загруженных данных, поскольку ранее 15.06.2018 из бухгалтерии изъят сервер с необходимой документацией.

Также 01.02.2019 ФИО1 на имя врио ректора университета подана служебная записка о том, что во исполнение распоряжения ею проведена работа по начислениям и выплатам по каждому сотруднику по данным, имеющимся в бухгалтерской программе, установленной сотрудниками управления информатизации университета. При этом произвести формирование карточек по сотрудникам и студентам, выполнявшим работы по договорам гражданско-правового характера, не представилось возможным, поскольку не были загружены шаблоны, о чем отмечалось в докладной записке от 29.01.2019. Также не предоставлены регистры бухгалтерского учета и доступ к программе 1С. Кроме этого, истцом отмечалось, что она не допущена к исполнению прежних трудовых обязанностей.

Согласно служебным запискам ФИО4 и ФИО5 от 05.02.2019 следует, что ФИО1 отчет о проделанной работе в приемную ректора, а также в общий отдел предоставлен не был.

Приказом работодателя от 05.02.2019 (номер обезличен) была создана комиссия по проверке объективности причин невыполнения распоряжения врио ректора университета.

В этот же день комиссией составлен акт по проверке объективности причин невыполнения распоряжения врио ректора университета, согласно которому ФИО1 в служебном кабинете не представлены в электронном либо письменном виде соответствующие отчеты.

Выводы о необоснованности причин неисполнения распоряжения врио ректора университета также содержатся в заключении комиссии от 05.02.2019, из которого, в частности, следует, что сотрудникам управления информатизации 21.01.2019 на компьютер ФИО1 была установлена бухгалтерская программа с двумя базами: зарплата сотрудников высшего и средне-специального образования. Данная программа является работоспособной, однако наличие необходимых для работы шаблонов должно проверяться пользователем. Также указано, что сотрудники управления информатизации не могут идентифицировать проблемы с работой программы или отсутствие каких-либо шаблонов. Отмечено, что ФИО1 в структурные подразделения и к другим сотрудникам университета по поводу наличия проблем в работе программы либо отсутствия необходимых документов не обращалась. 

В период с 07.02.2019 по 19.02.2019 ФИО1 находилась на больничном по листкам нетрудоспособности, с 20.02.2019 по 22.02.2019 и с 25.02.2019 по 26.02.2019 - в очередном отпуске, что подтверждается справкой начальника управления персоналом и производства университета от 15.03.2019, а также не оспаривалось сторонами.

Работодателем 27.02.2019 издано распоряжение (номер обезличен) «Об исполнении распоряжения врио ректора ФГБОУ ВО Орловский ГАУ ФИО6 от 21.01.2019 (номер обезличен) «О предоставлении отчета по начислениям и выплатам», с учетом распоряжения об исправлении описки, согласно которому в связи с выявленными ИФНС России по г. Орлу расхождениями расчетов сумм на доход физических лиц по форме 6-НДФЛ и 2-НДФЛ за 2016, 2017 и 9 месяцев 2018гг., а также в связи с невыполнением ФИО1 распоряжения врио ректора от 21.01.2019 (номер обезличен) начальнику управления информатизации ФИО7 поручено обеспечить загрузку базы данных по обучающимся в ФГБОУ ВО Орловский ГАУ на рабочий компьютер, за которым осуществляется трудовая деятельность ФИО1, расположенный в кабинете (номер обезличен) в корпусе ректора.

Также данным распоряжением ФИО1 поручено представить аналитический отчет за 2017 год помесячно в разрезе обучающихся с указанием сумм начислений, социальных вычетов, налогооблагаемой базы, суммы НДФЛ, сумм к выдаче в срок до 20.03.2019. Указано, что форму аналитического отчета необходимо сформировать в программе Excel, представить на электронном и бумажном носителе с подписью. 

Как усматривается из объяснительной записки на имя врио ректора от 01.03.2019, ФИО1 повторно сообщалось о непредставлении необходимой для работы документации, при этом ею подготовлены и приложены к данной записке аналитические таблицы на 165 л.

04.03.2019 ФИО1 на имя врио ректора университета подана служебная записка, в которой сообщалось о том, что в связи неисполнением начальником управления информатизации ФИО7 распоряжения от 27.02.2019 в части загрузки базы данных по обучающимся в университете на рабочий компьютер, исполнить распоряжение врио ректора от 27.02.2019 (номер обезличен) не представляется возможным. ФИО1 отмечалось, что на ее рабочий компьютер до настоящего времени не загружены шаблоны для формирования налоговых карточек, лицевых отчетов, шахматных ведомостей в разрезе обучающихся, о чем ранее указывалось в служебных записках от 29.01.2019 и 01.02.2019. В связи с этим ФИО1 повторно заявлено о необходимости обеспечить загрузку на рабочий компьютер необходимых для работы шаблонов для формирования налоговых карточек, лицевых отчетов, шахматных ведомостей в разрезе обучающихся.

Из служебной записки ведущего юрисконсульта юридического отдела университета ФИО2 на имя врио ректора от 18.03.2019 усматривается, что для проверки сведений, указанных в служебной записке ФИО1 от 01.02.2019, а также объективности невыполнения распоряжения (номер обезличен) от 21.01.2019, была создана комиссия. При этом отмечено, что указанные в служебной записке причины невыполнения поручения подтвердились не в полном объеме, что привело к изданию университетом распоряжения (номер обезличен) от 27.02.2019. Согласно данному распоряжению ФИО1 до 20.03.2019 поручено подготовить аналитический отчет за 2017 г. помесячно в разрезе обучающихся с указанием сумм начислений, социальных вычетов, налогооблагаемой базы, суммы НДФЛ и сумм к выдаче. Также в служебной записке отмечено, что со дня обнаружения дисциплинарного проступка 02.02.2019 ФИО1 находилась 18 календарных дней на больничном и в отпуске, в связи с чем дисциплинарное взыскание может быть применено не позднее 19.03.2019.

Приказом (номер обезличен) от 18.03.2019 к ФИО1 применено дисциплинарное взыскание в виде замечания за неисполнение распоряжения врио ректора (номер обезличен) от 21.01.2019 «О предоставлении отчета по начислениям и выплатам».

С указанным приказом ФИО1 ознакомлена под роспись 20.03.2019.

В этот же день 20.03.2019 ФИО1 на имя врио ректора университета была подана служебная записка, в которой сообщено о том, что до настоящего времени начальником управления информатизации ФИО7 не исполнено распоряжение (номер обезличен) от 27.02.2019, в результате чего исполнение указанного распоряжения не представляется возможным.

29.03.2019 ФИО1 была уволена по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ – в связи с сокращением численности или штата работников организации.

Допрошенный судом в качестве свидетеля ФИО7, начальник управления информатизации университета, пояснил, что во исполнение распоряжения врио ректора от 21.01.2019 сотрудниками отдела на рабочий компьютер истца была установлена бухгалтерская программа и скопирована необходимая документация для ее работы. Первоначально была установлена документация по зарплатам сотрудников высшего и средне-специального образования. Данная программа функционировала, однако наполняемость баз не проверялась, поскольку их ведение отнесено к компетенции бухгалтерии. Во исполнение распоряжения от 27.02.2019 свидетелем была скопирована необходимая документация, которая установлена на рабочий компьютер ФИО1 либо 27.02.2019, либо на следующий день. После этого от истицы обращений не было. Также свидетель показал, что доступ ФИО1 к рабочим компьютерам бухгалтерии на основании распоряжения руководства университета не предоставлялся.

Кроме того, из объяснения истца в судебном заседании следует, что при выполнении указанных распоряжений врио ректора от 21.01.2019 и 27.02.2019 ею неоднократно подавались служебные записки в адрес руководства по причине отсутствия необходимой документации для работы бухгалтерской программы в полном объеме. По имеющейся документации ею был подготовлен 01.03.2019 аналитический отчет на 165 л. 

Оценивая представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что распоряжение врио ректора (номер обезличен) от 21.01.2019 относится к компетенции ФИО1 и входит в круг ее должностных обязанностей. При этом ФИО1 в установленный работодателем срок до 01.02.2019 была подана служебная записка с указанием, какие сведения необходимо предоставить для исполнения распоряжения, и наличие которых, по мнению истицы, не позволяло выполнить полученное задание качественно и в срок. 

При этом, распоряжением врио ректора (номер обезличен) от 27.02.2019, что также подтверждается служебной запиской ведущего юрисконсульта ФИО2, в связи с отсутствием необходимой документации по обучающимся в университете начальнику управления информатизации было поручено обеспечить предоставление указанной информации, а также ФИО1 установлен срок предоставления отчета до 20.03.2019.

В данный срок ФИО1 также неоднократно подавались служебные записки с указанием сведений, необходимых для исполнения распоряжений руководства, без которых, по мнению истицы, задание не могло быть выполнено. Такие действия работника, по мнению суда, свидетельствуют о том, что ФИО1 фактически приступила к выполнению порученного ей задания - оценила объем исходных данных и сопоставила их с объемом данных, которые необходимо иметь для качественного выполнения задания. Одновременно, 01.03.2019 ФИО1 была подготовлена отчетная документация по имеющимся в ее распоряжении данным.

На основании изложенного суд считает, что факт совершения работником дисциплинарного проступка, выразившегося в неисполнении распоряжения врио ректора университета, не нашел свое подтверждение, поэтому у работодателя отсутствовали основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности. Тот факт, что действия работника, которая начала выполнение отчетной документации с перечнем необходимой информации, которую, по ее мнению, необходимо было предоставить силами сотрудников иных отделов, работодатель расценил как отказ работника от выполнения работы, не может быть принят судом во внимание, поскольку он является следствием субъективной оценки работодателем действий работника, и не подтверждается объективными данными.

Кроме этого, суд полагает необходимым отметить, что применение 18.03.2019 дисциплинарного взыскания в виде замечания было осуществлено к ФИО1 до истечения предусмотренного распоряжением работодателя (номер обезличен) от 27.02.2019 срока исполнения, установленного - до 20.03.2019.

Возражения стороны ответчика о том, что распоряжением (номер обезличен) от 27.02.2019 ФИО1 было поручено исполнение иного задания, не связанного с исполнением распоряжения (номер обезличен) от 21.01.2019, являются несостоятельными и опровергаются содержанием данного распоряжения. Из текста данного распоряжения от 27.02.2019 следует, что оно принято именно в связи с невыполнением ФИО1 первоначального распоряжения. Указанным распоряжением начальнику управления информатизации было поручено обеспечить предоставление необходимой документации по обучающимся в университете, об отсутствии которой ФИО1 упоминалось еще в докладных записках от 29.01.2019 и 01.02.2019.

В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика не представлено достоверных доказательств, подтверждающих, что запрашиваемая ФИО1 информация после 27.02.2019 была предоставлена в ее распоряжение в необходимом и достаточном для выполнения задания объеме.

Также представителями ответчика в судебном заседании, в том числе допрошенным судом свидетелем не оспаривалось, что ФИО1 был ограничен доступ к рабочим компьютерам бухгалтерии, вся документация предоставлялась работнику в распоряжение сотрудниками управления по информатизации.

На основании ч. 1 ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Поскольку установлено нарушение трудовых прав истца, требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в силу ст. 237 ТК РФ.

Так как ответчиком в связи с незаконным привлечением к дисциплинарной ответственности нарушены права истца, суд полагает, что размер компенсации, требуемый истцом с ответчика в размере 50 000 руб., является завышенным, и, исходя из обстоятельств дела, степени вины ответчика, индивидуальных особенностей истца, суд приходит к выводу, что в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 15 000 руб. В остальной части требований о компенсации морального вреда истцу следует отказать.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено и ответчиком не опровергнуто, что истцу ФИО1 адвокатом Куренковой Е.В. оказывались юридические услуги при разрешении в суде настоящего спора о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности.

Представленная суду квитанция к приходному кассовому ордеру от (дата обезличена) подтверждает, что оказанные адвокатом Куренковой Е.В. юридические услуги истцом оплачены в общей сумме 50 000 руб. 

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 11, 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 ГПК РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В судебном заседании представитель истца адвокат Куренкова Е.В. пояснила, что ею были оказаны юридические услуги на общую стоимость 51 000 руб., в том числе по ознакомлению с представленными документами на сумму 5000 руб., консультация стоимостью 1500 руб., составление искового заявления стоимостью 5000 руб., подача иска в суд стоимостью 2000 руб., участие в четырех судебных заседания стоимостью общей стоимостью 20 000 руб., ознакомление с протоколом судебного заседания стоимостью 10 000 руб., а также подготовка в письменном виде прений и объяснений общей стоимостью 7500 руб. Однако ко взысканию заявлена сумма в размере 50 000 руб.

Признавая требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя в целом обоснованными, суд при этом с учетом фактически затраченного представителем времени и конкретного объема оказанных юридических услуг, полагает размер требуемых расходов несоразмерным, с учетом требований разумности и справедливости приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 расходов на оплату юридических услуг представителя в размере 35 000 руб. 

Учитывая удовлетворение заявленных истцом требований, принимая во внимание, что при обращении в суд с иском ФИО1 освобождена от уплаты государственной пошлины, в порядке, установленном статьей 103 ГПК РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования «Город Орел».

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Орловский государственный агарный университет имени Н.В. Парахина» о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности и компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Приказ Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Орловский государственный аграрный университет имени Н.В. Парахина» о применении дисциплинарного взыскания (номер обезличен) от 18.03.2019 признать незаконным и отменить.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Орловский государственный аграрный университет имени Н.В. Парахина» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб. 

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Орловский государственный аграрный университет имени Н.В. Парахина» в пользу ФИО1 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 35 000 руб.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Орловский государственный аграрный университет имени Н.В. Парахина» государственную пошлину в доход муниципального образования «Город Орел» в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Заводской районный суд г. Орла в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.

Мотивированный текст решения изготовлен 19 августа 2019 г.

Судья В.С. Агибалов